/img/tv.svg
RU KZ
DOW J 26 430,37 РТС 1 225,84 FTSE 100 7 446,87 Hang Seng 30 066,07 KASE 2 194,35 Пшеница 465,40
$ 389.98 € 434.01 ₽ 6.1
Погода:
-2Нур-Султан
+15Алматы
DOW J 26 430,37 РТС 1 225,84
FTSE 100 7 446,87 Hang Seng 30 066,07
KASE 2 194,35 Пшеница 465,40
Инфляционно-девальвационная спираль для тенге?
Новая команда во главе Нацбанка, пришедшая в конце зимы, начала представлять свое видение дальнейшей валютной политики. К сожалению, исходя из обозначенных мер, видно, что они отстают от понимания ситуации в стране как минимум на несколько лет.

12 Августа 2019 12:07 282

Инфляционно-девальвационная спираль для тенге?

Автор: Марат Каирленов

Рассматривая предложенные меры по регулированию валютного рынка, можно отметить меры относительно оптового и розничного сегментов валютного рынка. В части оптового сегмента Нацбанк совместно с Минфином в рамках противодействия отмыванию доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма (ПОД/ФТ) вводит много бюрократических возможностей, чтобы отклонить любую заявку клиента на покупку иностранной валюты, и в целом ее размер жестко ограничивается: $1 млн – для физлиц и $5 млн – для юрлиц при разовой заявке на покупку безналичной иностранной валюты.

В розничном сегменте также планируется ряд изменений, направленных на серьезное ограничение возможностей работы и развития небанковских обменных пунктов валюты и фиксирования данных клиентов по каждой операции.

Надо полагать, Нацбанк таким образом хочет снизить давление на тенге из-за высоких девальвационных ожиданий населения и оттока капитала из страны. Однако многие эксперты не разделяют подобных оценок. С одной стороны, многие из них сходятся во мнении, что на фоне больших неудобств для граждан и туристов у нас как минимум расцветет теневой рынок валюты, и инвестиционная привлекательность страны несколько снизится.

В чуть более отдаленной перспективе оценки будут зависеть от оценок факторов, определяющих курс тенге. В частности, степени влияния наряду с «традиционными» факторами, определяющими курс тенге: ценами на нефть и курсом российского рубля, третьего фактора – внутренней политической ситуации. Судя по предлагаемым мерам новой команды топ-менеджеров во главе Нацбанка, они резко недооценивают данный фактор. Очевидно: то, что «сработало бы» несколько лет назад, сейчас – нет, т. к. общество изменилось. Чем это грозит для тенге? Тем, что он упадет в достаточно классическую инфляционно-девальвационную спираль с весьма разрушительными последствиями для финансового и несырьевого реального сектора экономики и т. д.

В частности, ограничения покупок валюты (на розничном и оптовом сегментах) приведет к росту транзакционных расходов для импортеров, т. к. придется валюту покупать на теневом рынке, где все издержки и риски из-за действий Нацбанка будут включены в «цену» – курс тенге.

Как следствие, это сильно скажется на (i) инфляции по импортным товарам, поскольку у нас значительная часть импорта носит «серый» характер. Например, разница в торговых декларациях на казахстанско-китайской границе составляет $6,9 млрд, с развитыми странами оценивается в $4,8 млрд и т. д. Речь идет как минимум о нескольких триллионах тенге. Также можно отметить, что доля рынков в розничной торговле составляет 43%, или 4,3 трлн тенге, но с учетом того, что модальная заработная плата в стране составляет порядка 80 тыс. тенге (а за минусом налогов и отчислений порядка 60 тыс. тенге), на рынках закупается гораздо большая часть населения, что будет определять влияние инфляции на население.

Рост инфляции будет означать дальнейшее обнищание населения, доходы которого, судя по косвенным признакам, упали только за последние три года примерно на четверть. Как следствие, популярность радикальной оппозиции будет нарастать, что определяет (ii) рост внутриполитических рисков в стране. Следовательно, это будет означать рост оттока (iii) капитала из страны, что обозначит усиление давления на тенге. Судя по текущей политике, Нацбанк будет допускать небольшую (iv) девальвацию тенге, пытаясь затем отыграть падение, и лишь в крайнем случае тратить золото-валютные резервы (ЗВР)

Нацбанка на поддержание курса. Но ослабление курса тенге в условиях де-факто параллельных курсов – теневого и официального – будет вести к резкому росту инфляции, а значит, нарастанию внутриполитических рисков. В свою очередь, более или менее серьезное сокращение ЗВР будет вести к усилению оттока капитала, например, под угрозой, что дальше введут ограничения не только на обмен валюты, но и на движение капитала и т. п.
Стоит отметить, что «топлива» у данной спирали может быть очень много. Например, объем депозитов физических лиц в банках составляет 8,6 трлн тенге, из которых около половины, т. е. 4,3 трлн тенге, приходится на 1% счетов. У банков объем высоколиквидных средств (деньги, ценные бумаги и межбанковские депозиты) составляет свыше 11 трлн тенге и т. д.

Поэтому Нацбанку и руководству страны стоит задуматься, стоит ли так рисковать и принимать непроработанные решения, которые грозят столь серьезными последствиями?

Может, логичнее сосредоточиться на сдерживании, а не раскручивании инфляции, чтобы население не нищало? И стимулировать кредитование реального сектора экономики, чтобы доходы населения росли, а не просто замораживать ликвидности в чуть более долгосрочных государственных ценных бумагах?

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: