/img/tv.svg
RU KZ
DOW J 26 430,37 РТС 1 225,84 FTSE 100 7 446,87 Hang Seng 30 066,07 KASE 2 304,04 Пшеница 465,40
Погода:
-9Нур-Султан
-1Алматы
DOW J 26 430,37 РТС 1 225,84
FTSE 100 7 446,87 Hang Seng 30 066,07
KASE 2 304,04 Пшеница 465,40

Надо совершенствовать судебную практику по недействительным сделкам

Недействительные сделки и виндикационный иск.

27 Февраля 2019 15:19 392

Автор: Инесса Куанова

В прошлых публикациях были рассмотрены отдельные вопросы судебной практики о признании сделок недействительными. На примере одного судебного дела были сделаны выводы о том, что:

– сделку вправе оспаривать только заинтересованное лицо. Бывший собственник имущества не относится к заинтересованным лицам, имеющим право оспаривать последующие сделки купли-продажи ранее принадлежавшего ему имущества, так как он не является участником последующих сделок;

– применение пункта 1 статьи 158 Гражданского кодекса Республики Казахстан (далее ГК) о возможности признать недействительной сделку, содержание которой не соответствует требованиям законодательства, а также совершенную с целью, заведомо противоречащей основам правопорядка, подразумевает случаи, когда условия сделки предусматривают совершение преступления, уклонение от исполнения императивных норм закона и другое;

– недействительность первой сделки по отчуждению имущества не влечет автоматически недействительность последующей сделки с данным имуществом – необходимо найти и обосновать самостоятельное «собственное» основание недействительности последующей сделки.

Изложенные ранее суждения и выводы позволяют подвести к итогу о том, что, для того чтобы защитить свои права в отношении имущества, отчужденного по последующей сделке третьему лицу, собственнику следует предъявлять иск не о признании последующей сделки недействительной, а об истребовании имущества из чужого незаконного владения на основании статьей 260, 261 ГК.

Данный вывод подтверждается толкованием закона, данным в пункте 14 нормативного Постановления Верховного суда Республики Казахстан от 7 июля 2016 года № 6 «О некоторых вопросах недействительности сделок и применении судами последствий их недействительности»: «При применении последствий недействительности сделки судам следует учесть, что двусторонняя реституция не может быть применена как последствие, в случае если суд установит, что в результате совершения одной (первой) недействительной сделки спорное имущество вновь отчуждено новым приобретателям на основании последующих сделок… Вследствие признания сделки недействительной у истца возникает право на истребование имущества из чужого незаконного владения у добросовестного приобретателя в порядке статей 260 и 261 ГК либо на применение иных последствий по недействительным сделкам».

Предмет доказывания при рассмотрении виндикационного иска определен следующим образом: применение последствий в виде виндикации зависит от наличия или отсутствия следующих обстоятельств:

– является ли сделка по отчуждению имущества возмездной или безвозмездной;

– от добросовестности или недобросовестности приобретателя;

– способа выбытия имущества из владения собственника: помимо воли последнего или по его воле (пункт 12 данного нормативного постановления).

Практический интерес для разрешения судебных споров представляет толкование способа выбытия имущества из владения собственника. Что следует понимать под выбытием помимо воли собственника имущества, если сделка была совершена возмездно и приобретатель имущества является добросовестным?

Пункт 1 статьи 261 ГК указывает несколько способов, которыми имущество может выбыть из владения собственника. Собственник вправе истребовать имущество от добросовестного приобретателя в случае, когда имущество:

– утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение;

– либо похищено у того или другого;

– либо выбыло из их владения иным путем, помимо их воли.

В нормативном постановлении указано, что «к иным путям выбытия имущества относятся, в частности, такие случаи, как совершение сделок под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя собственника с другим лицом, под влиянием заблуждения и другие» (пункт 13).

Поскольку пункт 13 нормативного постановления посвящен толкованию статьи 261 ГК, то складывается впечатление, что все перечисленные здесь способы выбытия имущества из владения – совершение сделок

под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя собственника с другим лицом, заблуждения – относятся к выбытию имущества из владения собственника помимо его воли.

Такой вывод напрашивается также потому, что ранее в другом нормативном постановлении от 16 июля 2007 г. № 5 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с защитой права собственности на жилище» Верховный суд Республики Казахстан разъяснил, что случаями выбытия жилища из владения собственника помимо его воли являются, в частности, совершение сделки под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы и другого.

Если обратиться к теории гражданского права, то в юридической литературе можно встретить иной подход к решению указанных вопросов.

Необходимым элементом сделки является воля участника, что логически выводится из данного в статье 147 ГК определения сделки как направленного действия. Следовательно, воля является обязательным элементом сделки, определяющим ее действительность наряду с формой, содержанием сделки, статусом участника сделки, свободой волеизъявления (пункт 2 статьи 157 ГК).

Учет воли необходим, для того чтобы разрешить вопрос о том, кого следует защищать в случае конфликта интересов: собственника или добросовестного приобретателя? Решать предлагается исходя из того, кому из них причиняется меньшее зло – кому проще будет взыскать убытки со своего контрагента. Так, если имущество выбывает из владения собственника по его воле, то он должен знать лицо, которому передает имущество. Следовательно, ему проще взыскать с этого лица убытки, нежели добросовестному приобретателю, который меньше знает лицо, у которого он приобрел имущество, а потому имеет меньше шансов возместить свои убытки. Совсем иная ситуация складывается в случае, когда имущество выбыло из владения собственника помимо его воли: здесь добросовестный приобретатель оказывается в лучшем положении, так как должен знать своего контрагента, с которого может взыскать убытки, в отличие от собственника, который может и не знать того, кто завладел его имуществом.

Такой подход, описанный в российской юридической литературе, также неоднократно излагался немецкими коллегами на семинарах казахстанских судей. Именно через такой принцип устанавливается баланс интересов собственника и добросовестного приобретателя, защищается надежность гражданского товарооборота и обеспечивается устойчивость гражданских правоотношений.

Используя такой подход, можно прийти к следующим выводам об основаниях выбытия имущества из владения собственника.

К группе недействительных сделок, недействительность которых вызвана пороками воли, относят сделки, совершенные под влиянием:

– заблуждения,

– обмана,

– насилия,

– угрозы,

– злонамеренного соглашения представителя одной стороны с представителем другой стороны,

– а также кабальные сделки.

Иногда сюда относят также мнимые и притворные сделки, сделки, совершенные гражданином, не способным понимать значение своих действий и руководить ими.

Если рассматривать указанные основания недействительности сделки с точки зрения формирования воли лица, а также соотношения между волей и волеизъявлением, то следует сделать вывод о том, что в сделках, совершенных вследствие заблуждения (пункт 8 статьи 159 ГК) либо под влиянием обмана (пункт 9 статьи 159 ГК), имеет место порок воли (или порочная воля). В первом случае участник сделки ошибочно представляет себе характер и элементы совершаемой сделки, во втором случае имеет место расхождение между истинной волей, внешним волеизъявлением, в котором виновна другая сторона. Но в обоих случаях участник сделки имеет и выражает свою волю на совершение сделки, даже если она сформировалась в результате собственной ошибки либо вследствие сознательных действий или бездействия другой стороны. А если есть воля лица, то нельзя говорить о том, что имущество выбыло из владения лица «помимо его воли».

Следовательно, если имущество выбыло из владения собственника на основании сделки, совершенной вследствие заблуждения или под обманом, нет оснований считать, что имущество выбыло помимо воли собственника, и нет оснований удовлетворять виндикационный иск – в удовлетворении иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения у добросовестного приобретателя должно быть отказано. Вместе с тем права собственника могут защищаться предъявлением иска о признании недействительной первой сделки, участником которой он являлся. При удовлетворении иска применяются последствия недействительности сделки, предусмотренные статьей 157-1 ГК.

Аналогично нельзя считать, что имущество выбыло из владения собственника помимо его воли и при кабальной сделке (пункт 9 статьи 159 ГК) – есть тяжелые обстоятельства, которые влияют на формирование воли лица и делают ее порочной, однако воля лица на совершение сделки имеется.

В юридической литературе довольно убедительно обосновывается, что злонамеренное соглашение представителя одной стороны с представителем другой стороны (пункт 10 статьи 159 ГК) также не относится к случаям выбытия имущества из владения собственника помимо его воли. Если собственник наделяет представителя полномочиями и передает ему во владение имущество, после чего следует сделка по отчуждению данного имущества, то нет оснований считать, что имущество выбыло из владения собственника помимо его воли.

Как видим, уже этот беглый обзор показывает существенное расхождение доктринальных положений теории гражданского права с юридической практикой, сложившейся в Казахстане.

Поскольку целью данной публикации является привлечение внимания к проблемам толкования статьи 261 ГК для последующего совершенствования судебной практики, мы не станем продолжать анализ всех иных указанных оснований недействительности сделок и их оценки при рассмотрении виндикационного иска. Изложенного уже достаточно, для того чтобы показать: есть резон вернуться заново к толкованию статьи 261 ГК и пересмотреть положения нормативных постановлений Верховного суда Республики Казахстан от 16 июля 2007 г. № 5 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с защитой права собственности на жилище» и от 7 июля 2016 года № 6 «О некоторых вопросах недействительности сделок и применении судами последствий их недействительности».

Это необходимо для того, чтобы учесть изыскания науки гражданского права для корректировки судебной практики, правильно сбалансировать интересы не владеющего собственника и добросовестного приобретателя, минимизировать риски участников гражданского товарооборота при совершении сделок.

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: