<?xml version="1.0" encoding="UTF-8" ?>
<rss version="2.0"  xmlns:content="http://purl.org/rss/1.0/modules/content/"  xmlns:media="http://search.yahoo.com/mrss/">
    <channel>
        <title>Экономика</title>
        <link>https://inbusiness.kz/ru/rss/ekonomika</link>
        <description><![CDATA[Новости Казахстана]]></description>
        <language>ru</language>
        <lastBuildDate>Thu, 22 Oct 2026 09:01:00 +0500</lastBuildDate>
                    <item>
                <title><![CDATA[Бюджетные миллиарды на энергетику Казахстана уходят за рубеж]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/byudzhetnye-milliardy-na-energetiku-kazahstana-uhodyat-za-rubezh</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/byudzhetnye-milliardy-na-energetiku-kazahstana-uhodyat-za-rubezh</guid>
                <description>Депутаты опасаются, что новые ТЭЦ и электростанции принесут заказы иностранным производителям, и предлагают изменить правила госзакупок

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Казахстан готовится к масштабной модернизации энергетики, однако значительная часть заказов на оборудование может достаться иностранным производителям. Депутаты считают, что государственные инвестиции пока не помогают в полной мере развивать отечественное машиностроение, передает корреспондент inbusiness.kz.

Энергетику обновляют за счет импорта

В запросе первому заместителю премьер-министра Нурлыбеку Налибаеву депутаты указали, что потребность страны в электроэнергии будет расти. На это повлияют строительство новых электростанций и центров обработки данных (ЦОД), развитие искусственного интеллекта и цифровизация экономики.

Модернизация энергетики могла бы дать импульс производству турбин, генераторов и другого оборудования внутри страны. Однако, по мнению авторов запроса, пока основные заказы получают зарубежные поставщики.


«Сегодня государство и крупные корпорации направляют в энергетику сотни миллиардов, в том числе через тарифные механизмы и прямое финансирование модернизации и строительства ТЭЦ и ГРЭС. Но практически все проекты по модернизации и строительству новых энергомощностей по-прежнему ориентированы на поставки турбин, генераторов и другого оборудования из-за рубежа», — отметили депутаты.


В результате государственные вложения стимулируют развитие иностранных производителей, тогда как казахстанские предприятия не получают крупных заказов.

Турбину сделали, но заказ ушел в Китай

В качестве примера депутаты привели Карагандинский турбомеханический завод, который в этом году самостоятельно разработал и изготовил паровую турбину мощностью 60 МВт по заказу клиента. Однако впоследствии заказчик отказался от нее в пользу более дешевой китайской продукции.

По мнению авторов запроса, этот случай отражает системную проблему: отечественным производителям не хватает стабильного спроса и условий для серийного выпуска оборудования.


«Если отечественные машиностроители сталкиваются с проблемой разового спроса, то заказчики ориентируются на импорт, обосновывая свой выбор более низкой ценой. Однако сравнивать стоимость единичного изделия казахстанского производства с импортной серийной продукцией некорректно. Как известно, себестоимость распределяется на тираж», — пояснили депутаты.


Без регулярных заказов заводы не могут наращивать производство и снижать себестоимость. При этом более высокая цена единичного изделия становится аргументом в пользу импорта.

Депутаты предложили создать новый центр

Выходом из ситуации депутаты считают долгосрочные контракты с отечественными производителями. По их мнению, гарантированный объем заказов позволит предприятиям увеличивать выпуск продукции, сокращать издержки и повышать конкурентоспособность. В качестве примера они привели нефтегазовую отрасль, где Международный центр развития нефтегазового машиностроения помог наладить взаимодействие крупных заказчиков с местными производителями и реализовать проекты по локализации производства.

Аналогичный подход депутаты предлагают применить в энергетике — создать Центр развития энергетического машиностроения. Он должен объединить потребности отрасли, определить перспективные направления локализации и содействовать передаче технологий.

Кроме того, авторы запроса предложили разработать меры поддержки производителей энергетического оборудования, стимулировать кооперацию с иностранными поставщиками и передачу технической документации, а также рассмотреть возможность закрепления требований по локализации в крупных энергетических проектах.

Отдельное внимание депутаты предлагают уделить долгосрочным заказам, испытаниям оборудования в реальных условиях эксплуатации, подтверждению его соответствия техническим требованиям и последующему переходу к серийному производству. По мнению авторов инициативы, это позволит не только сократить зависимость от импорта, но и создать в Казахстане полноценную промышленную отрасль.


«Речь идет о последовательном формировании конкурентоспособной отрасли, которая позволит сохранять в стране значительную часть инвестиций, создавать квалифицированные рабочие места, развивать инженерную школу и снижать технологическую зависимость национальной экономики», — подчеркнули депутаты.


В противном случае масштабное обновление энергетики рискует увеличить заказы для зарубежных производителей, не обеспечив сопоставимого роста отечественного машиностроения.

Читайте по теме:

На чем держится энергетика Казахстана: названы главные источники электроэнергии 
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Татьяна Деревянко</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 22 Oct 2026 09:01:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-10/ItW56F7J.jpeg"   type="image/jpeg"   length="380418"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Стоимость перешедшего государству имущества выросла в 10 раз]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/stoimost-pereshedshego-gosudarstvu-imushestva-vyrosla-v-10-raz</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/stoimost-pereshedshego-gosudarstvu-imushestva-vyrosla-v-10-raz</guid>
                <description>За полгода госорганизациям передали имущество на 54,1 млрд тенге – часть продали, часть оставили в госсобственности, а остальное уничтожили

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[В Казахстане резко выросла стоимость имущества, поступившего в государственную собственность и переданного госорганизациям. За I полугодие 2026 года она достигла 54,1 млрд тенге против 5,3 млрд тенге за весь прошлый год. При этом от продажи имущества государство получило 2,2 млрд тенге. Что происходит с конфискованной и другой собственностью, сколько денег она приносит бюджету и почему часть имущества уничтожают, выяснил корреспондент inbusiness.kz.

Что государство оставляет себе, а что продает

По данным минфина, предоставленным на запрос inbusiness.kz за шесть месяцев 2026 года государственным юридическим лицам передали 198,6 тыс. единиц имущества оценочной стоимостью 54,1 млрд тенге. Для сравнения, за весь 2025 год организации получили 102,5 тыс. единиц на 5,3 млрд тенге, а в 2024 году – 92,1 тыс. единиц на 3,39 млрд тенге. Получается, что только за I полугодие 2026 года госорганизациям передали почти вдвое больше имущества, чем за весь прошлый год, а его стоимость оказалась более чем в десять раз выше. Какие именно объекты составили основную часть этой суммы, в ответе минфина не указано.

Как пояснили в ведомстве, передача имущества государственным организациям позволяет экономить бюджетные средства. Однако имущество не передают автоматически. Специальная комиссия рассматривает заявки организаций, оценивает необходимость получения имущества, цели его использования и наличие средств на содержание. Если на один объект претендуют несколько организаций, преимущество получает та, которая первой подала заявку и соответствует установленным требованиям.

Другая часть имущества поступает на продажу. Согласно предоставленным данным, за I полугодие 2026 года государство реализовало 623,3 тыс. единиц имущества на 2,2 млрд тенге. Основную выручку обеспечила недвижимость: от продажи 24 объектов получили 1,67 млрд тенге. Еще 380 млн тенге принесли 88 транспортных средств. Остальные поступления пришлись на нефтепродукты и горюче-смазочные материалы, товары народного потребления и другое имущество.

Несмотря на то, что за полгода государство продало меньше имущества, чем за весь 2025 год, выручка уже превысила прошлогоднюю. Тогда от реализации имущества получили 1,4 млрд тенге. В частности, 61 объект недвижимости принес 430 млн тенге, столько же выручили от продажи 204 транспортных средств. Нефтепродукты и ГСМ обеспечили еще 120 млн тенге, другие товары – 420 млн тенге.

В 2024 году поступления были значительно выше. Государство продало 9,9 млн единиц имущества на 8,5 млрд тенге. Наибольшую сумму, 5,2 млрд тенге, принесла реализация прочего имущества. Еще 2,3 млрд тенге получили от продажи девяти объектов недвижимости, по 500 млн тенге – от транспорта и нефтепродуктов с ГСМ.

Однако продать удается далеко не все имущество. По информации минфина, в 2024 году реализовали 27,5% от общего количества имущества, числившегося на учете. В 2025 году доля сократилась до 7,9% и осталась на этом уровне по итогам первого полугодия 2026 года. Одновременно увеличилась доля имущества, переданного государственным юридическим лицам. В 2024 году она составляла 0,26%, в 2025 году – 0,92%, а за шесть месяцев 2026 года достигла 2,5%.

Часть имущества вообще не поступает в продажу, а подлежит уничтожению. Так в 2024 году уничтожили 18,51 млн единиц, в 2025 году – 3,3 млн, а за первое полугодие 2026 года – 10,6 тыс. единиц. Среди уничтоженного имущества была табачная продукция.

В минфине уточнили, что приведенная статистика касается имущества, поступившего в республиканскую собственность по различным основаниям, в том числе в результате конфискации. При этом ведомство не располагает полными сведениями обо всем имуществе, в отношении которого вынесены судебные решения о конфискации, а также о собственности, переданной на коммунальный уровень.

Как теперь продают конфискат

В сентябре 2026 года в Казахстане изменили отдельные правила реализации имущества, поступившего в государственную собственность. Поправки предусмотрены приказом министра финансов от 2 сентября № 597. Одно из изменений касается бывших в употреблении промышленных товаров. Ранее, если такое имущество не удавалось продать на двух аукционах, его могли передать торговой организации для дальнейшей реализации. Теперь продажа проводится исключительно через аукционы.

Также расширен перечень государственных организаций, которым разрешено передавать транспортные средства. В него включили уполномоченный орган в сфере судебного администрирования и его территориальные подразделения.

При этом не все имущество предлагают госорганизациям. В частности, исключение составляют ценные бумаги, доли участия в компаниях, нефть, лом металлов, алкоголь, табачные изделия, игровые автоматы, часы, косметика и сумки. Имущество, которое не передают государственным юридическим лицам, выставляют на торги либо в установленных законодательством случаях уничтожают. Продукты с ограниченным сроком годности при этом продают через торговые организации, ценные бумаги – на фондовой бирже, а остальное имущество – на аукционах, уточнили в ведомстве.

Продажа и передача имущества проходят через портал e-qazyna.kz. На площадке размещают фотографии и описание объектов, сведения об их местонахождении, оценочной и стартовой стоимости, размере гарантийного взноса, минимальной цене и условиях торгов. В минфине сообщили, что предусмотренные правилами цифровые механизмы уже работают в полном объеме.

Читайте по теме:

Налоговая реформа в Казахстане преподнесла сюрприз: что пошло не так
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Мария Галушко</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 15 Oct 2026 09:04:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-10/Y6xbzwND.png"   type="image/png"   length="1938462"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Декларация сдана не всеми: чем рискуют казахстанцы ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/deklaraciya-sdana-ne-vsemi-chem-riskuyut-kazahstancy</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/deklaraciya-sdana-ne-vsemi-chem-riskuyut-kazahstancy</guid>
                <description>За просрочку грозит штраф, а из-за проигнорированного уведомления налоговой могут приостановить расходные операции по банковским счетам

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[В Казахстане завершился очередной этап всеобщего декларирования, однако у налогоплательщиков по-прежнему возникают вопросы о сроках подачи отчетности, штрафах и последствиях ошибок. По данным комитета государственных доходов (КГД) министерства финансов, к 9 октября 2026 года декларацию о доходах и имуществе за 2025 год представили 1,69 млн физических лиц. Еще 24 тыс. человек подали декларацию об активах и обязательствах за 2026 год. Inbusiness.kz выяснил, кому необходимо отчитываться перед государством, что грозит за нарушение сроков и почему игнорировать уведомления налоговой может быть опасно для доступа к банковским счетам, передает inbusiness.kz.

Сколько деклараций подали казахстанцы

В КГД пояснили, что порядок представления отчетности зависит от периода, за который гражданин отчитывается. Новый Налоговый кодекс от 18 июля 2025 года действует с 1 января 2026 года и применяется к правоотношениям, возникающим с этого момента, если законодательством не предусмотрено иное. При этом отчетность за 2025 год необходимо представлять по нормам прежнего Налогового кодекса от 25 декабря 2017 года.

По состоянию на 9 октября 2026 года декларацию формы 270.00 о доходах и имуществе за 2025 год подали 1,69 млн физических лиц. Декларацию формы 250.00 об активах и обязательствах за 2026 год представили 24 тыс. человек. Срок подачи обеих форм истек 15 сентября 2026 года. Однако пропуск даты не лишает налогоплательщика возможности отчитаться перед государством.

В КГД сообщили, что декларацию формы 270.00 можно подать через портал «Кабинет налогоплательщика», сервисы moldir.qoldau.kz и e-Salyq Azamat, мобильные приложения банков второго уровня, а также на бумаге. Для этого можно обратиться в органы государственных доходов или ЦОН либо отправить документы заказным письмом по почте.

Кому можно не сдавать декларацию

Законодательство предусматривает возможность не представлять декларацию о доходах и имуществе, если у физического лица отсутствуют доходы, которые оно обязано облагать самостоятельно, а также имущество и обязательства, подлежащие декларированию.


«Непредставление физическим лицом декларации о доходах и имуществе в срок считается подтверждением отсутствия у такого физического лица доходов, подлежащих обложению физическим лицом самостоятельно, а также имущества и обязательств», — пояснили в комитете.


Таким образом, отсутствие декларации не во всех случаях означает нарушение. Однако возможность не подавать отчетность зависит от наличия или отсутствия объектов декларирования.

Какие штрафы грозят за ошибки и просрочку

За несвоевременную подачу налоговой отчетности предусмотрена административная ответственность. При первом нарушении применяется предупреждение по части 1 статьи 272 Кодекса об административных правонарушениях. Если нарушение повторится в течение года, налогоплательщику грозит штраф по части 2 этой статьи.

Отдельно в КГД разъяснили последствия представления неполных или недостоверных сведений. Если такие ошибки в декларациях форм 250.00 и 270.00 или декларации по индивидуальному подоходному налогу не привели к начислению дополнительных налогов и платежей в бюджет, применяется часть 2-1 статьи 272 КоАП. При первом нарушении предусмотрено предупреждение, при повторном в течение года — штраф в размере трех месячных расчетных показателей (МРП).

Если же недостоверные или неполные сведения привели к сокрытию объекта налогообложения и возникновению недоимки, ответственность наступает по статье 275 КоАП.

За полноту и достоверность сведений отвечает сам налогоплательщик. Уведомления и извещения о рассмотрении дел могут направлять заказными письмами, SMS-сообщениями, по электронной почте или по месту официальной работы.

Когда налоговая может заблокировать счета

Помимо штрафов, последствия могут возникнуть при неисполнении требований налоговых органов по итогам камерального контроля.

КГД поясняет, что камеральный контроль нужен для выявления расхождений и предоставления налогоплательщику возможности самостоятельно исполнить обязательства по исчислению налогов и платежей в бюджет.

Если налогоплательщик не исполнит уведомление о расхождениях в установленный срок, расходные операции по его банковским счетам могут приостановить. Согласно приведенным комитетом нормам Налогового кодекса, это происходит в течение одного рабочего дня после истечения срока исполнения уведомления.

Иными словами, само получение уведомления не означает автоматической блокировки счета. Риск возникает, если налогоплательщик проигнорирует требование и не устранит выявленные расхождения в установленный срок.

Когда нужно платить налог и пеню

Индивидуальный подоходный налог (ИПН), исчисленный по итогам календарного года, необходимо уплатить не позднее 25 сентября года, следующего за отчетным периодом. При просрочке со следующего дня начисляется пеня — в том числе за день фактической уплаты. Ее размер рассчитывается исходя из 1,25-кратной базовой ставки Национального банка Казахстана.

В КГД отметили, что налоговые органы используют систему управления рисками, а также предупредительные и контрольные мероприятия для выявления нарушений. Если налогоплательщик не согласен с решением, административным актом или действиями должностных лиц органов государственных доходов, он вправе обжаловать их в соответствии со статьей 91 Административного процедурно-процессуального кодекса Казахстана.

Главное для тех, кто не успел подать декларацию к 15 сентября, — возможность представить отчетность сохраняется. При этом важно проверить, распространяется ли на человека обязанность декларирования, правильно указать сведения и не оставлять без ответа уведомления налоговых органов: именно их неисполнение может привести к приостановлению расходных операций по банковским счетам.

Читайте также:

Казахстанскому бизнесу грозит блокировка счетов из-за налогов
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 14 Oct 2026 10:00:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-10/q8UEqvl2.png"   type="image/png"   length="2112242"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Почему сокращение пособий не ведет к снижению соцотчислений бизнеса]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/pochemu-sokrashenie-posobij-ne-vedet-k-snizheniyu-socotchislenij-biznesa</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/pochemu-sokrashenie-posobij-ne-vedet-k-snizheniyu-socotchislenij-biznesa</guid>
                <description>В ГФСС объяснили, зачем меняют правила социальных выплат, сохраняя ставку взносов работодателей на уровне 5%

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Казахстанская система обязательного социального страхования входит в полосу жесткой ревизии своих обязательств перед гражданами. Государственный фонд социального страхования (ГФСС) сужает рамки поддержки: с 2027 года вдвое — с 6 до 3 месяцев — урезается максимальный срок выплат по потере работы. При этом ставка обязательных социальных отчислений, которые работодатели платят за наемных работников, остается на уровне 5%.

Редакция inbusiness.kz направила официальный запрос в АО «Государственный фонд социального страхования» с прямым вопросом: если объем страховых гарантий и сроки выплат сокращаются, будет ли снижаться ставка обязательных социальных отчислений?

Как устроен ГФСС: страховой полис, а не государственная благотворительность

Прежде чем оценивать масштабы готовящихся изменений, необходимо разграничить государственную социальную помощь (АСП, бюджетные пособия) и систему обязательного социального страхования. ГФСС — это не республиканский бюджет. Фонд аккумулирует средства работодателей, которые ежемесячно уплачивают социальные отчисления (СО) за каждого наемного работника.


«Система обязательного социального страхования построена на принципах солидарной ответственности участников системы, т. е. за счет средств работодателей уплачиваются ежемесячные социальные отчисления в размере 5% в фонд за наемных работников, а получателями являются только участники системы при наступлении 6 видов социальных рисков», – объясняют в самом фонде.


К этим шести рискам относятся:


	Утрата трудоспособности (инвалидность).
	Потеря работы.
	Потеря дохода в связи с беременностью и родами.
	Усыновление (удочерение) новорожденного ребенка.
	Уход за ребенком по достижении им возраста полутора лет.
	Потеря кормильца (выплаты иждивенцам в случае смерти участника системы).


Масштабы перераспределения средств колоссальны: только за 8 месяцев 2026 года социальные выплаты из ГФСС получили 1 млн 064 тыс. человек, а общая сумма выплат составила порядка 527 млрд тенге.

По своей природе это классическое страхование: добросовестный участник системы (и его работодатель) годами финансирует фонд, чтобы в момент наступления страхового случая получить соразмерную и своевременную компенсацию утраченного дохода. Однако за последние три года правила игры стали меняться в сторону ужесточения условий для самих застрахованных.

2023 год: ловушка для матерей и жесткий возврат декретных

Первым индикатором пересмотра подходов стала реформа в рамках вступившего в силу 1 июля 2023 года Социального кодекса РК. Она затронула самую финансово емкую статью расходов фонда — социальные выплаты по уходу за ребенком до полутора лет (СВур). Расходы по этой статье выглядят так:


	2023 год: 575 695 человек — 287,0 млрд тенге;
	2024 год: 672 596 человек — 404,1 млрд тенге;
	2025 год: 618 794 человека — 425,5 млрд тенге;
	8 месяцев 2026 года: 476 935 человек — 235,5 млрд тенге.


Одновременно Социальный кодекс обязал получателей самостоятельно сообщать о выходе на работу. Если получатель выходит на работу до того, как ребенку исполнится полтора года, он должен подать заявление в Госкорпорацию &quot;Правительство для граждан&quot;

Логика фонда непреклонна — социальная выплата привязана исключительно к факту потери заработка:


«Согласно подпункту 26) пункта 1 статьи 1 Социального кодекса РК, социальным риском является событие, влекущее потерю дохода в связи с уходом за ребенком по достижению им возраста полутора лет... В случае осуществления трудовой или предпринимательской деятельности у получателя СВур будет отсутствовать факт потери дохода».


На уведомление гражданину отводится 10 рабочих дней. Выплата прекращается с первого числа месяца, следующего за месяцем подачи заявления. Если получатель вышел на работу, а выплата продолжила поступать, полученные сверх положенного суммы придется вернуть.


«Согласно пункту 2 статьи 74 Социального кодекса РК, получатель социальных выплат обязан представлять полные и достоверные сведения для назначения СВур, а также производить возврат излишне зачисленных (выплаченных) сумм социальных выплат в добровольном порядке, а в случае отказа – в судебном порядке на основании решения суда, вступившего в законную силу», — подчеркивают в ГФСС.


Отдельно в фонде сообщили об уголовных делах, связанных со схемами незаконного получения социальных выплат:


«В 2025 году в 12 регионах страны было возбуждено более 30 уголовных дел, связанных с незаконным получением социальных выплат. В пяти регионах вынесено 7 судебных приговоров. В ходе расследований установлены случаи, когда граждане, доверившись рекламе в Instagram и других социальных сетях, оказывались вовлечены в схемы незаконного получения выплат».


В фонде пояснили, что об обязанности сообщать об изменениях заявителей предупреждают в бланке заявления на назначение выплаты. Ответа на вопрос редакции, планируется ли автоматически прекращать выплату по данным о трудоустройстве, чтобы получатели не попадали в долги перед фондом по незнанию, в письме нет.

Помимо этого, с 2025 года изменился и порядок расчета выплаты по беременности и родам. Потолок дохода в 7 МЗП теперь применяется по всем работодателям вместе, а не по каждому отдельно. Кроме того, из расчета исключили социальные отчисления, уплаченные после наступления страхового случая.

2027 год: срок выплаты по потере работы сократят вдвое

Если в случае с материнством государство усилило контроль за возвратом средств, то в вопросе потери работы с 1 января 2027 года применяется прямое урезание прав участников системы. Максимальный срок выплаты по потере работы (СВпр) сокращается в два раза — с 6 до 3 месяцев.

В официальном ответе ГФСС объяснил этот шаг сменой базовой концепции:


«Сокращение с 1 января 2027 года периода СВпр с 6 до 3 месяцев означает переход от более длительной компенсации утраченного дохода к адресной временной социальной поддержке на период поиска новой работы. Таким образом, социальное страхование предполагает не только получение выплат при наступлении социального риска, но и предусматривает возможность участника системы адаптироваться к ситуации потери работы, искать подходящие вакансии и восстановить трудовую занятость».


По данным ГФСС, в 2025 году выплату по случаю потери работы получили 354 221 человек на общую сумму 130,4 млрд тенге. Новых назначений было 311 898, и в 223 544 случаях, или 71,7%, выплату назначили на срок больше трех месяцев. За 8 месяцев 2026 года выплату получили 314 455 человек на 100,1 млрд тенге. Назначена она 255 947 людям, из них 178 931, или 69,9%, на срок больше трех месяцев.

С 2027 года срок выплаты будет зависеть от стажа участия в системе: один месяц при отчислениях от 6 до 12 месяцев, два месяца при стаже от 12 до 24 месяцев и три месяца при стаже от 24 месяцев и более. Размер выплаты считают так: среднемесячный доход, с которого платились социальные отчисления за последние 24 месяца, умножают на коэффициент замещения дохода 45% и на коэффициент стажа. Выплата не может превышать 45% от семикратной МЗП, то есть 267 750 тенге.

Главный вопрос: почему отчисления не снижают?

Редакция inbusiness.kz адресовала фонду прямые вопросы: рассматривается ли снижение ставки социальных отчислений в связи с сокращением сроков выплат, каков прогноз финансовой экономии фонда и насколько устойчив баланс ГФСС? Прямого ответа на вопрос о снижении 5-процентной ставки фонд не предоставил.

Что касается финансов фонда, в ГФСС напомнили:


«Согласно Социальному кодексу фонд размещает временно свободные средства в финансовые инструменты через Национальный банк Республики Казахстан (НБК). При этом активы фонда используются исключительно для осуществления выплат по шести видам социальных рисков, размещение через НБК в финансовые инструменты для инвестирования активов, перечень и лимиты которых определяются правительством Республики Казахстан, возврата излишне (ошибочно) уплаченных сумм социальных отчислений и их пени, а также сумм иных ошибочно зачисленных средств».


Ни прогнозного объема экономии от урезания выплат безработным, ни прогноза финансовой устойчивости фонда на ближайшие 5 лет представлено не было. Получается, что с 2027 года гарантии из фонда становятся меньше, а платеж в него остается прежним. В ГФСС это объясняют солидарным принципом страхования и курсом на адресную поддержку. Будут ли пересматривать ставку отчислений, фонд не ответил. Поэтому пока работодатели продолжают платить 5%, а тем, кто потеряет работу, стоит рассчитывать не больше чем на три месяца выплат.

Читайте по теме:

Состоятельные - без пособий: Казахстан утвердил правила госвыплат
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Бахытгуль Джакупова</dc:creator>
                <pubDate>Tue, 13 Oct 2026 09:46:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-10/6CJD0rIS.png"   type="image/png"   length="2025223"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Нацбанк Казахстана не сможет победить инфляцию в одиночку]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/nacbank-kazahstana-ne-smozhet-pobedit-inflyaciyu-v-odinochku</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/nacbank-kazahstana-ne-smozhet-pobedit-inflyaciyu-v-odinochku</guid>
                <description>Экономист объяснил, почему рост госрасходов мешает снижать цены и чего ждать от курса тенге

 

 

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Почему инфляция в Казахстане остается высокой, сможет ли Нацбанк снизить ее до целевых 2% и чего ждать от курса тенге? Заместитель председателя правления Halyk Finance Бауыржан Тулепов объяснил, почему одной высокой базовой ставки недостаточно для сдерживания роста цен, как государственные расходы влияют на экономику и почему без жестких бюджетных ограничений добиться ценовой стабильности будет сложно. В интервью inbusiness.kz он также рассказал о перспективах тенге и объяснил, почему в долгосрочной перспективе устойчивость национальной валюты зависит прежде всего от низкой инфляции.

– Выступая на IX конференции Cbonds Capital Markets Kazakhstan, Вы сказали, что инфляция около 2% – практически оптимальный уровень для нормального развития экономики. Но как Казахстану перейти даже от нынешнего таргета в 5% к 2%? Тем более что фактическая инфляция остается значительно выше.

– Для начала я бы не ставил под сомнение сам расчет инфляции. Инфляция в Казахстане считается по международным стандартам, и в этом у меня сомнений нет. Здесь есть другая проблема – определенная подмена понятий. Иногда любую инфляцию в пределах 10% воспринимают чуть ли не как нормальную. Но это совершенно не так.

Даже между инфляцией в 2% и 5%, хотя визуально кажется, что эти показатели находятся рядом, на самом деле огромная разница.

Есть простое математическое правило 70: если 70 разделить на темп инфляции, мы приблизительно получим количество лет, за которое удваивается уровень цен. При инфляции в 2% это происходит примерно за 35 лет. При 5% – примерно за 14 лет. То есть разница очень существенная.

Теперь о том, как перейти к такой инфляционной политике. Я говорил и продолжаю говорить, что в Национальном банке работают квалифицированные специалисты. Все то, о чем мы сейчас говорим, они прекрасно понимают.

Проблема в том, что источник повышенной инфляции находится не только в денежно-кредитной политике. Один из основных источников – высокие темпы роста государственных расходов.

Правильная модель, на мой взгляд, – это жесткая фискальная политика и более мягкая монетарная политика. У нас во многом получается наоборот: мягкая фискальная политика и жесткая монетарная.

Поэтому политика Национального банка фактически должна начинаться не в стенах Национального банка. Необходимо согласие по поводу фискальной политики и эффективное бюджетное правило.

– То есть без изменения бюджетной политики Нацбанк самостоятельно снизить инфляцию до 2% не сможет?

– Ему будет чрезвычайно сложно это сделать. Бюджет должен перестать быть настолько цикличным – расти и сокращаться в зависимости от цен на природные ресурсы, прежде всего нефть. Для этого и существует бюджетное правило. В мире используется множество бюджетных правил, но практика показывает, что наиболее эффективными зачастую оказываются самые простые. Можно привязать объем расходов к определенной цене нефти. Все доходы, полученные сверх этой цены, не направлять непосредственно в экономику, а аккумулировать в суверенном фонде.

Смысл этого механизма – в том числе стерилизация избыточной денежной массы, чтобы сырьевые доходы не попадали сразу во внутреннюю экономику и не создавали дополнительного инфляционного давления. Если правильно настроена фискальная политика, достижение инфляционного таргета во многом становится уже вопросом техники. А без бюджетного правила даже достижение нынешней цели по инфляции становится для Национального банка крайне сложной задачей.

Посмотрите на историю инфляционного таргетирования в Казахстане. Страна перешла к нему в августе 2015 года. Ставились цели снизить инфляцию в определенные сроки, но затем сроки неоднократно переносились.

Сегодня мы опять видим, что достижение целевых показателей откладывается. И, исходя из предыдущего опыта, нельзя исключать, что при наступлении очередного срока цель снова придется переносить.

Показательный пример – Турция. У Центрального банка Турции много лет существует официальный инфляционный таргет около 5%. При этом фактическая инфляция в отдельные периоды превышала 50%, а сейчас остается значительно выше таргета.

Это хорошо показывает: сам по себе записанный на бумаге таргет ничего не гарантирует. Вопрос заключается в экономической политике, которая должна позволить его достичь.

– В Казахстане бюджетное правило пытались вводить и неоднократно пересматривали. Что именно с ним не работает?

– Честно говоря, я сейчас не готов говорить о том, какое именно формальное бюджетное правило действует на данный момент и в какой редакции. Но если говорить о реальной экономике, эффективного бюджетного правила мы не видим. Потому что настоящее бюджетное правило должно быть простым, понятным и достаточно жестким, чтобы его нельзя было легко обойти. Если бы такой механизм действительно работал, мы не наблюдали бы нынешнего масштаба фискального импульса и связанного с ним давления на инфляцию и валютный курс.  Реальное бюджетное правило – это всегда ограничение темпов роста государственных расходов. А в рамках нынешней экономической политики такое ограничение, очевидно, не является главным приоритетом.

– Возникает конфликт. Нацбанк говорит о слишком мягкой фискальной политике и ее влиянии на инфляцию. Правительство, напротив, хочет поддерживать высокий экономический рост: нужны социальные расходы, энергетика, инфраструктура, крупные проекты. Как разрешить это противоречие?

– Это как раз классическая дискуссия между двумя моделями экономической политики.

Есть старый кейнсианский подход, если его очень упростить: государство как будто выбирает между более высоким экономическим ростом с более высокой инфляцией и меньшим ростом с более низкой инфляцией. И мы слышим похожую риторику: да, мы выбираем более высокий экономический рост, но ценой этого будет повышенная инфляция.

Проблема заключается в том, что в долгосрочной перспективе это так не работает.

Монетаристская теория объяснила это еще в 1970-е годы. Государственное стимулирование действительно может на короткое время ускорить экономику – условно на два-три года. Но затем реальная экономика возвращается к своим ограничениям, а повышенная инфляция остается. Милтон Фридман очень хорошо объяснял почему. Экономика – это реальные вещи. Это люди, природные ресурсы, технологии, ноу-хау, оборудование, производственные мощности. Все эти ресурсы ограничены.

Можно добавить в систему денег, но невозможно бесконечно увеличивать количество реальных ресурсов только за счет денежного стимулирования.

В какой-то момент предприятия достигают предела загрузки мощностей. Затем начинается конкуренция за работников, растут зарплаты, компании начинают переманивать людей друг у друга – и возникает инфляционное давление.

Мы уже видим подобные процессы в Казахстане. Запускаются новые проекты в регионах и крупных городах, а затем выясняется, что не хватает строителей, монтажников, специалистов. Это означает, что проблема уже не в отсутствии денег. Экономика упирается в ограничения реальных ресурсов. Можно продолжать ее стимулировать, но это не означает, что она сможет бесконечно показывать более высокий реальный рост.

– Тогда каким образом можно расширять экономику, не разгоняя инфляцию?

– Формула известна: жесткая фискальная политика и более мягкая монетарная.

Важно понимать разницу между двумя денежными потоками. Есть деньги, которые государство направляет в экономику и которые в конечном итоге увеличивают спрос домашних хозяйств. Если количество товаров и услуг при этом не увеличивается сопоставимыми темпами, возникает инфляционное давление. А есть финансирование бизнеса: банковское кредитование, инвестиции через фондовый рынок, акционерный капитал и другие инструменты. Эти деньги работают прежде всего на стороне предложения. Компания получает финансирование, покупает оборудование, расширяет производство, создает новый товар или услугу. Поэтому задача состоит в том, чтобы ограничивать избыточное стимулирование спроса и одновременно расширять доступ бизнеса к финансированию предложения. Так работает нормальная экономическая модель.

– Значит, Нацбанк должен перейти от постоянного сдерживания цен высокой ставкой к созданию условий для финансирования производства?

– В рамках существующей модели Национальный банк в одиночку этого сделать не может. Представьте ситуацию. Один государственный институт прямо увеличивает объем денег в экономике через государственные расходы. Другой институт – Национальный банк затем косвенными методами, через процентную ставку и другие инструменты, пытается эту избыточную ликвидность из экономики забрать. Косвенный инструмент борется с прямым. Естественно, возможности Национального банка в такой конструкции ограничены. Отсюда и возникает ситуация, когда инфляция остается выше его цели.

Посмотрите на базовую ставку. Национальный банк уже много лет вынужден держать ее на очень высоком уровне. Как только появляется возможность смягчения денежно-кредитной политики, возникает новый фактор: дополнительное фискальное стимулирование, крупные государственные проекты, новые изъятия из Национального фонда – и регулятор снова сталкивается с инфляционными рисками.

Поэтому сам Национальный банк эту проблему решить не способен.

– Получается, правительство и Нацбанк просто не могут договориться: один стимулирует экономику, второй пытается сдерживать последствия этого стимулирования?

– В определенном смысле они действительно пока не могут «поженить» эти две политики.

Но через такую болезнь проходили практически все крупные сырьевые экономики.

Хороший пример – Норвегия. После начала разработки нефтяных месторождений Северного моря страна тоже получила значительный поток нефтяных доходов. Эти деньги поступали в экономику, росли расходы, возникали инфляционное давление и укрепление норвежской кроны. Не сразу, но постепенно пришло понимание: нельзя позволять всем нефтяным доходам напрямую попадать во внутреннюю экономику.

В результате сформировалась другая бюджетная модель и огромный суверенный фонд. Конечно, нынешний размер фонда – результат не только накопления нефтяных доходов. Огромную роль сыграла инвестиционная доходность, поскольку фонд активно инвестирует на мировых рынках.

Но принципиально важно другое: значительная часть нефтяных денег, которая потенциально могла попасть во внутреннюю экономику и создать дополнительный спрос, была из нее изъята и инвестирована за рубежом. Практически все сырьевые страны проходят подобную эволюцию. Сначала возникает желание использовать сырьевые доходы для максимально быстрого роста. Затем, столкнувшись с инфляцией и другими дисбалансами, страна постепенно приходит к пониманию, что долгосрочная политика должна строиться прежде всего вокруг макроэкономической стабильности.

Посмотрите на США, Европу, Великобританию, Японию. Когда инфляция начинает существенно отклоняться от цели около 2%, это становится одной из главных проблем экономической политики. У нас акцент пока другой: максимизация краткосрочного экономического роста. Это принципиально разные подходы. Но думаю, Казахстан постепенно будет двигаться в сторону большей инфляционной стабильности.

– Вернемся к тенге. В выступлении Вы сказали, что ожидаете его ослабления. Почему?

– Я бы использовал именно слово «ослабление». Причины я показывал в презентации: интересы внутреннего производства, импорт, опережающий рост потребительского кредитования – все эти вещи связаны между собой. Есть фундаментальная экономическая закономерность: валюты стран, в которых инфляция систематически выше, чем у торговых партнеров, в долгосрочной перспективе имеют тенденцию к ослаблению.

Если инфляция в стране составляет 10%, а в США – условно 2%, этот инфляционный дифференциал постепенно создает давление на валютный курс.

Но здесь очень важно правильно понять мою позицию. Я, в отличие от многих экономистов, не являюсь сторонником ослабления тенге. Я являюсь сторонником низкой инфляции. Если инфляция низкая, необходимость постоянного ослабления валюты исчезает. Курс становится значительно стабильнее.

Именно низкая инфляция во многом объясняет, почему валюты развитых стран на длинном горизонте относительно стабильны друг к другу. Они, конечно, колеблются, иногда достаточно сильно, но у них нет постоянной многолетней необходимости компенсировать огромную разницу в темпах роста внутренних цен.

У развивающихся стран, допускающих хронически высокую инфляцию, совершенно другая история: их валюты имеют тенденцию постепенно обесцениваться.

– Это долгосрочная логика. А что Вы ожидаете от тенге в ближайшие месяцы? На рынок одновременно воздействует много факторов: бюджетные операции, погашения государственных бумаг, операции Нацбанка, иностранные инвесторы.

– Краткосрочный курс прогнозировать значительно сложнее. Здесь одновременно действуют разнонаправленные потоки. Есть экспортная выручка, операции зеркалирования, валютные операции Национального банка, связанные с пенсионными активами. С другой стороны, есть интерес иностранных инвесторов к казахстанскому рынку. Иностранный капитал уже создавал дополнительное давление в сторону укрепления тенге. Но предсказать, как именно эти потоки поведут себя в течение нескольких месяцев, сложно.

Что можно сказать более уверенно: нынешний курс выглядит достаточно крепким, что снижает конкурентоспособность внутреннего производства. Поэтому определенное обратное движение напрашивается. Мы видели и решения Национального банка, которые можно интерпретировать как стремление не допустить чрезмерного укрепления тенге. Например, приостановку операций зеркалирования. Это может говорить о том, что регулятора начало беспокоить слишком быстрое укрепление курса.

Поэтому некоторое ослабление выглядит логичным. Но называть конкретную цифру я бы не стал – это будет уже гадание. В бюджетных расчетах правительства фигурирует курс около 480 тенге за доллар. Это может быть определенным ориентиром, но нужно понимать, что речь идет о среднем курсе, а фактический рынок может отклоняться от него в обе стороны.

– То есть существенного ослабления выше этого уровня в ближайшей перспективе вы не ждете?

– Краткосрочно сильного ослабления мы не ожидаем. Здесь нужно учитывать еще одну вещь. Казахстан заинтересован в привлечении иностранных портфельных инвесторов. Есть планы по включению казахстанских облигаций в международные индексы. Это долгосрочная работа, и для нее важна относительная предсказуемость финансового рынка, в том числе валютного. Поэтому регулятор заинтересован в том, чтобы избегать излишней волатильности.

– Но впереди крупные погашения государственных бумаг. Если иностранные инвесторы получат тенге и начнут покупать валюту для выхода из страны, разве это не создаст давление на курс?

– Не совсем правильно рассматривать это как ситуацию, когда весь объем просто погашается и сразу выходит из страны. Государственный долг постоянно рефинансируется. Одновременно с погашением старых выпусков размещаются новые бумаги, привлекаются новые средства. Это уже обычный постоянный процесс.

Поэтому нельзя автоматически считать весь объем предстоящих погашений будущим спросом на валюту. Кроме того, Национальный банк отслеживает такие потоки и старается сглаживать чрезмерную волатильность. Это соответствует и более долгосрочным задачам по привлечению иностранных инвесторов на казахстанский рынок.

Поэтому мой взгляд такой: фундаментально при сохраняющейся высокой инфляции тенге имеет предпосылки к постепенному ослаблению. Но в краткосрочной перспективе я не ожидаю резкого движения. И здесь мы опять возвращаемся к тому, с чего начали разговор. Вопрос не в том, какой курс тенге нужен Казахстану – 450, 480 или какой-либо другой. Если мы хотим стабильный тенге, сначала нам нужна низкая и стабильная инфляция.

Читайте по теме:

Нацбанк Казахстана снизил базовую ставку
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Татьяна Батищева</dc:creator>
                <pubDate>Sat, 10 Oct 2026 10:13:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-10/9eUy9ZUP.webp"   type="image/webp"   length="52400"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Налоговая реформа в Казахстане преподнесла сюрприз: что пошло не так]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/nalogovaya-reforma-v-kazahstane-prepodnesla-syurpriz-chto-poshlo-ne-tak</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/nalogovaya-reforma-v-kazahstane-prepodnesla-syurpriz-chto-poshlo-ne-tak</guid>
                <description>Экономисты, опрошенные inbusiness.kz, рассказали, что изменилось в бюджете, бизнесе и ценах

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Налоговая реформа действует в Казахстане уже девять месяцев. За это время бизнес успел поработать по новым правилам, а в бюджетной статистике появились первые результаты, которые можно сравнить с ожиданиями от реформы. Корреспондент inbusiness.kz спросил экономистов, что изменилось в налоговых поступлениях, как новые правила сказались на малом бизнесе и ценах и какие решения уже требуют пересмотра.

Деньги ушли в центр

По мнению Куаныша Жаикова, рост налоговых поступлений сам по себе еще не говорит об эффекте реформы. Важно учитывать и то, на сколько за это время выросла сама экономика. По его данным, за I полугодие 2026 года экономика в тенге выросла на 16%. За восемь месяцев налоги в государственный бюджет увеличились на 17%. Поэтому, по оценке экономиста, говорить о серьезном дополнительном пополнении бюджета за счет реформы пока нельзя.

При этом внутри бюджетной системы ситуация выглядит по-разному. По приведенным им данным, в республиканский бюджет поступило на 29% больше, НДС вырос на 34%, а КПН от крупного бизнеса — на 25%. В местные бюджеты, напротив, поступления снизились на 2%, а КПН от малого и среднего бизнеса — на 13%.


«То есть, грубо, на 1 трлн избыточных налогов в &quot;центр&quot; мы недополучили 1 трлн в регионах. Это чистейшее перераспределение между двумя карманами, без общего эффекта на общий бюджет», — сказал Куаныш Жаиков.


По мнению эксперта, такая разница связана с фискальной централизацией. Одной из заявленных целей реформы было финансирование проектов, для чего требовалось сосредоточить больше средств в республиканском бюджете.


«Для финансирования проектов — а это заявлялось основной целью реформы – вам нужны деньги в &quot;центре&quot;, из которого они пойдут на субсидирование. Поэтому произошла фискальная централизация, когда деньги забрали у регионов и передали в правительство», — пояснил экономист.


Еще одним заметным изменением стало сокращение индивидуального предпринимательства. По данным Куаныша Жаикова, с начала года число ИП уменьшилось на 227 тыс., или на 12%. В основном это коснулось вновь зарегистрированных предпринимателей — их количество сократилось на четверть.

По словам экономиста, часть предпринимателей могла перейти в ТОО, однако этим нельзя объяснить все сокращение: число юридических лиц выросло на 11 тыс. против сокращения количества ИП на 182 тыс. Оценить влияние этих процессов на занятость сложно из-за отсутствия достоверных данных в открытом доступе.

По данным эксперта, номинальная заработная плата выросла на 8,4% при росте экономики на 16%, а с учетом инфляции снизилась на 2%. Вместе с ней в реальном выражении снизились поступления ИПН и социального налога — основы местных бюджетов.

На ситуацию с доходами накладывается и сокращение потребительского кредитования.


«Реальные потребительские кредиты сокращаются — и это на фоне сокращения реальных доходов. При этом инфляция все равно остается высокой. Это притом, что мы заморозили тарифную реформу, держим достаточно высокую базовую ставку, а бюджетные расходы не опережают ни инфляцию, ни, тем более, экономический рост. Поэтому под подозрением в росте цен остается преимущественно налоговая реформа», — говорит Жаиков.


В дальнейшем, по прогнозу экономиста, рынок постепенно адаптируется к новым условиям, однако структура бизнеса и потребления изменится. Бизнес может стать более концентрированным, потребление домохозяйств — более сдержанным, а регионам вновь может понадобиться поддержка из центрального бюджета. Позже, как считает эксперт, может обостриться и вопрос доходов наиболее уязвимых групп населения.


«Рынок хорош тем, что адаптируется и к этому. Это будет новая реальность, с более концентрированным бизнесом и более сдержанным потреблением домохозяйств. Снова возникнут разговоры о помощи регионам из центрального бюджета — как минимум переложат капитальные расходы. В недалеком будущем мы вернемся и к социальной политике, когда доходов нижних групп населения будет откровенно не хватать для жизни на фоне накопленной за пятилетие инфляции и сжатия потребительского кредита», — считает экономист.


Рост обеспечили НДС и НДПИ

Экономист Аскар Кысыков напомнил, что одной из главных задач налоговой реформы было сбалансировать бюджет. Среди основных мер он назвал повышение ставки НДС, снижение порога по НДС и реформу специальных налоговых режимов, в том числе запрет на вычеты по операциям B2B. Несмотря на то, что за восемь месяцев налоговые поступления выросли на 17%, однако план, по словам экономиста, не исполнен примерно на 400 млрд тенге, в том числе по НДС.


«Но я хочу напомнить, что, когда президент поручал разработать новый Налоговый кодекс, он просил правительство сфокусироваться именно на налоговом администрировании, сделать его цифровым, удобным. И понятно, что вот этот путь цифровизации, улучшения администрирования, он долгий и мгновенного эффекта не дает», — сказал Кысыков.


По его мнению, расширить налоговую базу пока не удалось. Поступления внутреннего НДС выросли на 44%, однако сама ставка НДС увеличилась на треть. Если учитывать номинальный рост ВВП и инфляцию, налогооблагаемая база, по оценке экономиста, осталась примерно на уровне прошлого года, а в реальном выражении могла даже снизиться. По КПН весь прирост обеспечили крупные налогоплательщики. Поступления КПН от малого и среднего бизнеса, напротив, сократились на 13%. Снижение также наблюдается по социальному налогу, налогам на собственность и акцизам.


«Большой прирост наблюдается по налогу на добычу полезных ископаемых, там идет рост более чем 60-65%. План исполнен практически на 178%. Как итог основной рост налоговых поступлений, он обеспечен двумя налогами, это НДС и НДПИ. По остальным налогам такого роста не наблюдается», — отметил он.


При этом Аскар Кысыков не считает, что сокращение числа зарегистрированных предпринимателей стоит однозначно оценивать негативно. По его словам, число субъектов малого и среднего бизнеса уменьшилось примерно на 200 тыс., однако причины этого могут быть разными.


«Из этих 200 тыс. часть перешла на режим самозанятых, который сейчас очень популярен. Часть, наверное, и до этого была в таком «сонном состоянии», и они закрылись, потому что были упрощены процедуры самого закрытия. Какая-то часть, наверное, все-таки закрылась по объективным причинам, связанным с падением спроса и налоговой нагрузкой. Режим самозанятых, я считаю, очень успешный, уже более 900 тыс. человек его применяют. Ставка составляет 4%», — отметил экономист.


Основное неудобство для ИП и ТОО, по оценке эксперта, связано с запретом на вычеты по КПН при B2B-операциях. Если поставщик работает по упрощенной декларации, компания на общеустановленном режиме не может поставить расходы на вычеты.


«Многие крупные компании заставляют своих контрагентов, поставщиков переходить на общественный режим, а это уже и КПН 20%, плюс там учет намного сложнее. То есть нагрузка серьезно растет. А если он продолжает закупать у упрощенщика, то теряет на вычетах 20%. И, конечно, это все усложняет работу малого, среднего бизнеса», — пояснил Кысыков.


Ситуацию для предпринимателей осложняет и снижение покупательского спроса, так как налоговая реформа совпала с ростом инфляции и падением реальных доходов населения.


«Спрос, он и так ужимается, и нужно платить и налоги больше. Соответственно, ты цены уже не можешь сильно повышать, люди не могут покупать, продавать больше не можешь, даже скидки не помогают и так далее. То есть по-всякому малый бизнес изощряется, но все-таки основной двигатель доходов — это спрос, с которым у нас сейчас определенные проблемы», — добавил он.


В конечном итоге, по мнению Аскара Кысыкова, дополнительная налоговая нагрузка переходит на потребителей. Предприниматели закладывают выросшие издержки в стоимость товаров и услуг или в свою маржу, поэтому повышение налоговой нагрузки отражается и на ценах.

Одним из главных вопросов, которые, по мнению экономиста, требуют пересмотра, остаются правила работы малого бизнеса с крупными компаниями. Сейчас компании на общеустановленном режиме не могут учитывать расходы при покупке товаров и услуг у предпринимателей на упрощенной декларации. Экономист предлагает изменить этот механизм. Одним из вариантов может стать действовавшая ранее ставка 8% для таких операций в рамках розничного налога. Кроме того, после увеличения налоговых поступлений необходимо обратить внимание на то, как расходуются эти деньги.


«Мы, понятно, разобрались с доходной частью, повысили налоговые поступления, но остается вопрос, куда тратить эти деньги. Я думаю, надо очень серьезно разбираться с расходной частью бюджета, эффективностью бюджетных расходов. Об этом говорят каждый год, но к этому вопросу надо подходить системно, разбираться с бюджетными приоритетами, в том числе на уровне регионов», — отметил он.


Планы разошлись с результатом

Экономист Айдархан Кусаинов считает, что пока сложно оценить, как именно налоговая реформа сказалась на экономике. Реальные доходы и зарплаты начали снижаться еще до ее запуска, а темпы их номинального роста продолжают замедляться. Заметного экономического эффекта или ускорения роста после реформы он пока не видит. О ее результатах, по мнению экономиста, лучше судить по исполнению бюджета.


«Налоговые поступления ниже плана. И те объяснения, которые сегодня есть, например, укрепление курса тенге и снижение импортного НДС, не объясняют неисполнение в целом. Серьезный недобор идет по местным бюджетам, причем значительно. Местные бюджеты — это в первую очередь малый и средний бизнес. То есть те предположения, которые делало правительство, те планы, которые оно ставило, оказались переоценены», — сказал Кусаинов.


Проблема, по его словам, касается не только регионов. Республиканский бюджет также отстает от плана, если не учитывать разовые поступления НДПИ и выросшую экспортную таможенную пошлину. В результате экономический эффект реформы оказался хуже, чем рассчитывало правительство.

Недобор доходов местных бюджетов Кусаинов связывает и с ситуацией в малом бизнесе. При этом он учитывает аргумент правительства о том, что часть предпринимателей перешла на другой режим, а сокращение числа компаний могло быть связано с борьбой с дроблением. Однако, если такие изменения ожидались заранее, они должны были учитываться при планировании бюджета.


«И вроде как бы логика в этом есть, но очень важно понимать, что исполнение бюджета от плана, оно так и показывает, что все идет не так, как планировалось. То есть, когда у нас правительство говорит: не обращайте внимание, мы так и думали, что 300 тыс. предприятий где-то закроются, потому что это дробление. То есть это не конец бизнеса, это просто дробление, да? И значит, у правительства был какой-то план», — сказал Кусаинов.


Еще одна проблема новой системы связана с работой компаний на разных налоговых режимах. Крупный и средний бизнес закупает товары и услуги у малого бизнеса, и, таким образом, деньги идут дальше по экономике. Новые ограничения на вычеты, по мнению эксперта, нарушили эту цепочку.


«Когда ввели эту сегрегацию, когда крупный и средний бизнес на общеустановленном режиме не может брать в зачет тех, кто на упрощенке, получается, отсекли малый бизнес от этой пирамиды распределения денег. И это на самом деле очень вредно, потому что по факту отсекли как раз основную массу населения», — отметил он.


На крупных и средних предприятиях, по данным экономиста, работают около 3 млн человек, тогда как более 5 млн заняты в малом бизнесе.


«И вот это вот отсечение и разделение — это, по сути, такая плотина на ходу денежных потоков. И во многом 5,5 млн людей, которые в малом бизнесе заняты, они оказались вот по этой корпоративной ветке, скажем так, отсечены», — пояснил экономист.


Что произошло с ценами

По словам Айдархана Кусаинова, связать динамику цен только с налоговой реформой сложно. На цены одновременно действовали два сильных разнонаправленных фактора — укрепление тенге и повышение налогов. Их эффекты накладывались друг на друга, поэтому отдельно определить влияние новых налоговых правил сложно.

Главным вопросом, который сейчас требует пересмотра, Кусаинов назвал взаимодействие бизнеса на разных налоговых режимах. Ставку НДС при этом, по его мнению, менять уже не нужно.


 «Если вдруг будет какой-то откат, нельзя понижать НДС. То есть это уже в ценах отразилось. Это уже переработалось. К этому уже привыкли, скажем так, через эту боль прошли. И если сейчас вдруг идея откатить назад и снизить НДС, то это будет большой ошибкой», — сказал Кусаинов.


Дальше, по его мнению, необходимо работать с границами между различными налоговыми режимами и возможностью перехода между ними. Борьба с дроблением бизнеса, по мнению экономиста, в нынешнем виде привела к серьезные побочным последствиям.


«То есть как бы в битве против дробления бизнеса, а в итоге перегородили очень серьезный функциональный экономический поток. Я даже не знаю, есть ли выигрыш от того, что бизнес прекратил дробить. Скорее всего, он продолжает дробиться, только по другим схемам. Поэтому выигрыш в этой части гораздо меньше, чем суммарный проигрыш в целом», — резюмировал Кусаинов.




Читайте по теме:

Единый QR занял четверть рынка: что будет дальше
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Мария Галушко</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 07 Oct 2026 09:21:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-10/2M3Vk5hn.png"   type="image/png"   length="1775682"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Бизнес столкнулся с неплатежами по госзаказам и ищет защиты]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/biznes-stolknulsya-s-neplatezhami-po-goszakazam-i-ishet-zashity</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/biznes-stolknulsya-s-neplatezhami-po-goszakazam-i-ishet-zashity</guid>
                <description>Компания из Костаная не смогла взыскать 64,5 млн тенге за выполненные работы

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Костанайская проектная компания дважды выполняла работы по государственным контрактам на один и тот же объект, но так и не получила десятки миллионов тенге за фактически выполненные инженерные и проектные работы. История стала очередным примером того, как бизнес может оказаться беззащитным перед сбоями закупочных процедур, сообщает корреспондент inbusiness.kz.

Техзадание было, а договор не зарегистрировали

Генеральный директор ТОО Stron Engineering Вадим Мацковяк рассказал  о ситуации, в которой оказалась его компания, заключив договор о госзакупках с одним из управлений Астаны.




&quot;В 2023 году мы выполняли разработку проектно-сметной документации для строящегося объекта на протяжении девяти месяцев. Однако позже выяснилось, что заказчик не обеспечил своевременную регистрацию документа в органах казначейства. Объяснять ситуацию нам не стали. В результате договор аннулировали, а весь выполненный объем работ остался неоплаченным. Мы подали в суд&quot;, – отметил на заседании отраслевого совета по вопросам строительства на площадке Палаты предпринимателей Костанайской области руководитель компании.


Уже в 2024 году заказчик объявил повторные госзакупки по этому же объекту. Победу снова одержал костанайский проектировщик, заключив новый договор на сумму более 166 млн тенге. Но и во второй раз сотрудничество зашло в тупик. При исполнении нового контракта возникли разногласия по предоставлению исходных данных и согласованию проектных решений. В сентябре 2024 года заказчик приостановил проектно-изыскательские работы, обосновав тем, что возведение объекта посчитали нецелесообразным.


&quot;Проработали четыре месяца, и к моменту заморозки проект был выполнен примерно на 40%. Мы снова подали иск, но в октябре 2025 года по решению специализированного межрайонного экономического суда Астаны договор был расторгнут. А наше требование о взыскании с заказчика понесенных убытков в размере 64,5 млн тенге за фактически проведенные инженерно-изыскательские работы отклонили&quot;, – добавил предприниматель.


Системная проблема требует комплексных мер

Судебные акты уже вступили в законную силу. Не получив плату за выполненные работы, компания была вынуждена оформить кредит для покрытия обязательств, который выплачивает до сих пор.


&quot;В сложившихся обстоятельствах можно вернуться к исковым требованиям по первому договору в случае, если сохранены сроки исковой давности. Попробуйте восстановить сроки и снова подать иск в суд с требованием возместить понесенные убытки по его выполнению&quot;, – пояснил старший помощник прокурора области Денис Леонов.




В свою очередь эксперты палаты добавили, что они изучили судебную практику по таким делам, и правовая статистика свидетельствует об устойчивом росте количества судебных споров в сфере государственных закупок. О том, что проблема носит массовый характер рассказал и представитель Ассоциации строителей Костанайской области Адильхан Батырханов.


&quot;Озвученный случай является не единичным, и в области немало фактов, когда госорганы не оплачивают задолженности по фактическим актам выполненных работ, а также по уже вступившим в законную силу решениям суда. Проблема носит массовый характер, и в объединение с такими вопросами обращаются представители не только проектных, но и строительных компаний&quot;, – добавил представитель объединения.


Чтобы подобные ситуации не повторялись, еще в середине сентября региональная палата направила материалы дела в НПП РК &quot;Атамекен&quot;. И сейчас прорабатывается вопрос по внесению изменений в статью 207 КоАП о нарушении законодательства о госзакупках в части установления ответственности должностных лиц за действия, вводящие поставщиков в заблуждение при проведении госзакупок. Эксперты считают, что введение такой нормы позволит фиксировать нарушения со стороны заказчиков на административном уровне, что станет для бизнеса действенным правовым механизмом и доказательной базой при обращении в суд для возмещения реальных убытков.

Представители отрасли считают, что без введения ответственности для должностных лиц подобные ситуации будут повторяться, а поставщики по-прежнему будут рисковать остаться без оплаты даже после фактического выполнения работ.

Читайте по теме:

В госзакупках РК новые правила: меняются расчеты и требования
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Татьяна Деревянко</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 01 Oct 2026 10:26:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-10/doR8fHFj.png"   type="image/png"   length="1927799"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Новые поправки в Налоговый кодекс внесут в Курултай в октябре]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/novye-popravki-v-nalogovyj-kodeks-vnesut-v-kurultaj-v-oktyabre</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/novye-popravki-v-nalogovyj-kodeks-vnesut-v-kurultaj-v-oktyabre</guid>
                <description>Вице-спикер Мадия Еспаева пообещала обсудить пакет с общественностью после его поступления

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Новые поправки в Налоговый кодекс могут поступить в Курултай в начале октября. Точные параметры будущих изменений пока не раскрываются. Об этом в кулуарах первой сессии Қазақстан Халық кеңесі заявила вице-спикер Курултая Мадия Еспаева, передает Inbusiness.kz.

По ее словам, законопроект ожидается не раньше октября.


«Мы уже с министром национальной экономики Сериком Жумангариным обсуждали этот вопрос. Для меня, как для вице-спикера, курирующего комитет по финансовым вопросам Курултая, это тоже очень важно. И, насколько я понимаю, они готовы внести в начале октября», – сказала Еспаева.


При этом содержание нового пакета поправок пока остается неизвестным.


«Что будет в ожидаемом пакете поправок – это пока «вопрос на поле их разработчиков». Как только поправки войдут в Курултай, мы готовы это обсудить с общественностью», – резюмировала она.


Читайте по теме:

Новый Налоговый кодекс: как изменятся НДС, ИПН и транспортный налог для казахстанцев
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Асхат Оразов</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 24 Sep 2026 10:24:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-9/mzVaLmi9.png"   type="image/png"   length="2088385"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[В Казахстане ждут снижения базовой ставки: что будет с кредитами ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/v-kazahstane-zhdut-snizheniya-bazovoj-stavki-chto-budet-s-kreditami</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/v-kazahstane-zhdut-snizheniya-bazovoj-stavki-chto-budet-s-kreditami</guid>
                <description>Более заметного замедления роста цен в правительстве ждут с 2028 года 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[В Казахстане ожидают дальнейшего снижения инфляции и базовой ставки. В министерстве экономики РК рассчитывают, что это повысит доступность кредитов, поддержит инвестиционную активность и дальнейший рост экономики. Об этом сообщил вице-министр национальной экономики Арман Касенов на Kazakhstan Insurance Forum 2026, передает корреспондент inbusiness.kz.

По словам вице-министра, в правительстве ожидали, что пик инфляции будет пройден осенью прошлого года либо к его концу. Последовавшие антиинфляционные меры, по его оценке, привели к постепенному замедлению роста цен. Эта тенденция должна сохраниться, причем более высоких темпов снижения инфляции Арман Касенов ожидает с 2028 года.


«Мы полагаем, что инфляция продолжит падение. Мы четко понимали и с агентствами проговаривали, что осенью прошлого года мы либо достигнем пика по инфляции, либо достигнем его к концу года. После этого антиинфляционные меры привели к тому, что постепенно она снижается. Разумеется, мы ожидаем, что инфляция будет и дальше снижаться, причем более высокими темпами – в 2028 году и дальше», – сообщил Арман Касенов.


По мере снижения инфляции вице-министр ожидает и нормализации денежно-кредитной политики. Вслед за этим, по его словам, должна снижаться базовая ставка. При этом Арман Касенов отдельно отметил, что решения по базовой ставке и ставкам в экономике относятся к компетенции Национального банка.


«По мере того, как это будет происходить, разумеется, будет нормализовываться денежно-кредитная политика, базовая ставка будет понижаться. (...) Это также будет повышать кредитную доступность, это будет повышать инвестиционную активность и будет способствовать дальнейшему экономическому росту», – сказал вице-министр.


Повышение доступности кредитов Арман Касенов назвал одним из факторов, которые должны поддержать дальнейший рост экономики Казахстана. По его оценке, Казахстан продолжит расти темпами выше среднемировых. Дополнительные возможности для этого в минэкономики связывают в том числе с увеличением глубины переработки производимого в стране сырья.


«Опережающие темпы роста конкретно в Казахстане могут быть достигнуты за счет того, что у нас есть просто колоссальные возможности увеличить глубину переработки того основного сырья, которое в Казахстане производится. (...) В реальности такой статус создает для нас огромные возможности для того, чтобы достигать опережающих темпов роста экономики в будущем, то есть существенно выше, чем будет достигать мир», – отметил Арман Касенов.


Для развития этих направлений за последний год были обновлены отраслевые исследования. По словам вице-министра, подготовлено 16 отраслевых отчетов по переработке сырья и еще 16 – по обрабатывающей промышленности вне его переработки. В правительстве также определили перспективные направления, инвестиционные возможности и потенциальных стратегических партнеров среди крупных иностранных компаний.


«Мы хотели бы, чтобы данные проекты, которые мы в будущем в стране будем реализовывать, были реализованы с участием ведущих иностранных компаний в том числе потому, что они обладают не только технологиями, повышенным уровнем производительности труда, но также знаниями и в целом репутацией на рынке сбыта», – сообщил вице-министр.


По оценке Армана Касенова, реализация таких проектов позволит увеличить добавленную стоимость промышленности. Рост промышленного производства, в свою очередь, будет увеличивать спрос на услуги финансового сектора и расширит возможности для малого и среднего бизнеса.

Читайте по теме:

Нацбанк пообещал банкам жесткую конкуренцию с 2027 года
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Мария Галушко</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 17 Sep 2026 16:22:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-9/TsN1R8Ww.webp"   type="image/webp"   length="85298"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Казахстан решил резко сократить дефицит бюджета]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstan-reshil-rezko-sokratit-deficit-byudzheta</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstan-reshil-rezko-sokratit-deficit-byudzheta</guid>
                <description>Минфин хочет увеличить доходы, урезать неэффективные расходы и ограничить новые займы

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Казахстан планирует постепенно сократить дефицит бюджета с 2,3% в 2027 году до 0,4% в 2029-м. В министерстве финансов рассчитывают добиться этого не за счет механического сокращения всех расходов, а за счет роста доходов, оптимизации затрат и ограничения новых заимствований, передает inbusiness.kz. О том, как власти намерены снижать дефицит, на брифинге в Курултае рассказал вице-министр финансов Абзал Бейсенбекулы.

По его словам, одна из основных задач — увеличить собственные доходы бюджета. Для этого власти намерены совершенствовать налоговое администрирование, расширять налоговую базу и повышать эффективность государственных доходов.


«Конечно, мы будем стараться, стремиться, чтобы увеличивать собственные доходы за счет совершенствования налогового администрирования, расширения налоговой базы и повышения эффективности государственных доходов. Далее – это поэтапное сокращение дефицита с одновременным ограничением новых заимствований. И немаловажно то, что касается бюджета, – это оптимизация расходов. То есть мы в первую очередь будем стараться, чтобы концентрировать бюджетные средства на приоритетные направления, которые реально дадут социально-экономический эффект, то есть исключать неэффективные затраты», — сказал вице-министр.


Таким образом, сокращение дефицита по замыслу минфина должно происходить одновременно по нескольким направлениям: рост доходов, более жесткий контроль расходов и сдерживание новых заимствований.

Долг будут контролировать жестче

Отдельное внимание власти намерены уделить управлению государственным долгом. Для этого действует совет по управлению долгом, в который входят представители Национального банка, министерства национальной экономики и министерства финансов.

Совет занимается планированием государственных заимствований — определяет их объем, условия, сроки погашения и структуру.


«Мы говорили, что есть совет по управлению долгом. Там есть представители Нацбанка, министерства национальной экономики, министерства финансов, которые планируют заимствование: как будем планировать, на каких условиях и как будем их погашать, и структуру этих заимствований. То есть основной инструмент также будет у нас управление государственным долгом. Для этого у нас есть определенное ограничение по госдолгу», — отметил Бейсенбекулы.


Вице-министр также напомнил, что ограничения закреплены в Бюджетном кодексе и действуют до 2029 года. По его словам, они не позволяют наращивать дефицит за счет увеличения объема заимствований.



Читайте по теме: 

В проекте нового бюджета Казахстана появился &quot;горб&quot; расходов Мария Галушко
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Асхат Оразов</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 17 Sep 2026 13:40:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-9/mqBnBaaF.png"   type="image/png"   length="2353258"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Казахстан защитит ключевые объекты от атак дронов]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstan-zashitit-klyuchevye-obekty-ot-atak-dronov</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstan-zashitit-klyuchevye-obekty-ot-atak-dronov</guid>
                <description>Agos и &quot;Самрук-Казына&quot; запускают пилотные проекты по противодействию беспилотникам

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Южнокорейская компания Agos, специализирующаяся на технологиях борьбы с беспилотниками, договорилась с казахстанским «Самрук-Казына» о совместной разработке систем защиты от дронов. Речь идет прежде всего о ключевой инфраструктуре — аэропортах, электростанциях и приграничных объектах. Об этом передает inbusiness.kz со ссылкой на The Chosun.

Меморандум о взаимопонимании компании подписали после саммита Корея — Казахстан. О соглашении Agos объявила 15 сентября. Стороны намерены поэтапно запускать проекты по противодействию беспилотникам и развивать совместный бизнес в Казахстане.

Комплекс Agos обнаруживает и отслеживает беспилотники с помощью радиочастотного сканера и инфракрасной камеры. После выявления угрозы система позволяет нейтрализовать дрон с использованием глушителей и специального оборудования. По соглашению с «Самрук-Казына» компании планируют адаптировать такие решения для защиты объектов ключевой инфраструктуры и обеспечения общественной безопасности.

Первым этапом станут локальные пилотные проекты и проверка концепции (PoC). Затем стороны рассчитывают участвовать в создании систем защиты для конкретных объектов. Кроме того, Agos и «Самрук-Казына» намерены создать партнерство в сфере продаж, технического обслуживания, ремонта и капитального ремонта оборудования (MRO). Компания рассчитывает в ближайшее время запустить пилотные проекты в Казахстане, а затем перейти к переговорам о крупных контрактах. В дальнейшем Agos также рассматривает возможность местного лицензионного производства.

Генеральный директор Agos Чон Чхоль-гон (Jung Chul-gon) заявил:


«На фоне диверсификации глобальных угроз безопасности передовые корейские технологии борьбы с беспилотниками получили признание в одной из ключевых стран Центральной Азии, обладающей значительным потенциалом в сфере безопасности. Мы будем использовать Казахстан в качестве плацдарма для расширения корейского рынка средств защиты и борьбы с беспилотниками на всей территории Евразии».


Таким образом, сотрудничество предполагает не только поставки готовых решений, но и постепенную локализацию проектов, обслуживание оборудования и возможное производство в Казахстане.

Читайте по теме:

Нефтепровод &quot;Восток — Запад&quot; приостановил работу из-за ударов иракских беспилотников
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Татьяна Онищенко</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 17 Sep 2026 09:35:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-9/aRIBCi6g.png"   type="image/png"   length="2013239"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[В ЦОН Казахстана начались сокращения]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/v-conah-kazahstana-nachalis-sokrasheniya</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/v-conah-kazahstana-nachalis-sokrasheniya</guid>
                <description>Оптимизация фронт-офисов связана с переходом госуслуг в цифровой формат

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[В Центрах обслуживания населения Казахстана идет пересмотр штатной численности. За I полугодие 2026 года в фронт-офисах НАО &quot;Государственная корпорация “Правительство для граждан” сократили 313 штатных единиц. Об этом говорится в официальном ответе Госкорпорации на запрос  inbusiness.kz. Сейчас штатная численность фронт-офисов по стране составляет 7232 единицы. Если сравнивать эти показатели, сокращение затронуло примерно 4,3% штатной численности.

Речь идет о подразделениях, куда граждане приходят для получения государственных услуг, консультаций и подачи документов. Изменения происходят на фоне активного перевода наиболее востребованных госуслуг в онлайн-формат. Ранее сообщалось, что из-за цифровизации поток посетителей в ЦОН может заметно снизиться.

Сначала сократили вакантные должности

В Госкорпорации уточнили, что первым этапом оптимизации стало сокращение вакантных позиций. То есть на начальном этапе были убраны должности, которые уже не были заняты сотрудниками. При этом часть работников, чьи должности подпадают под сокращение, могут продолжить работу в системе «Правительства для граждан». Им предлагают имеющиеся вакансии в других структурных подразделениях филиалов.

Какие именно должности доступны и сколько сотрудников смогут перейти на них, в ответе не уточняется. Также не приводится разбивка по регионам – неизвестно, в каких областях и городах сокращение оказалось наиболее значительным. Если сотрудник согласен на перевод, он может занять вакантную должность в другом подразделении филиала. В случае отказа трудовой договор прекращается.

При увольнении работнику должны выплатить компенсацию в соответствии с требованиями трудового законодательства, а также заработную плату за фактически отработанное время. Размер предполагаемых выплат в ответе Госкорпорации не указан. Окончательные условия увольнения зависят от конкретной ситуации, стажа и других обстоятельств, предусмотренных трудовым законодательством. За разъяснением точного размера выплат сотрудникам следует обращаться в кадровую службу работодателя либо к специалистам по трудовому праву.

После расторжения трудового договора в связи с сокращением бывший сотрудник не лишается возможности вновь устроиться в Госкорпорацию. Если позднее появится вакантная должность, он сможет принять участие в конкурсе на общих основаниях. Иными словами, сокращение не значит пожизненный запрет на работу в системе «Правительства для граждан». Но автоматического восстановления или преимущественного права на новую должность бывшему работнику не предоставляется. Ему придется проходить конкурсную процедуру вместе с другими кандидатами.

Цифровизация меняет работу ЦОН

Сокращение штата фронт-офисов стало частью более широкого процесса — перехода от обслуживания граждан преимущественно в очном формате к получению услуг через интернет и мобильные сервисы. Для государства это возможность снизить нагрузку на ЦОН и перераспределить ресурсы. Для казахстанцев цифровые услуги могут быть удобнее – не нужно ехать в филиал, стоять в очереди и собирать бумажные документы.

Но переход в онлайн-формат подходит не всем. Часть граждан, особенно пожилые люди, лица с инвалидностью и жители, не имеющие устойчивого доступа к интернету или необходимых цифровых навыков, по-прежнему нуждаются в помощи специалистов. Поэтому вопрос о том, как будет организовано обслуживание таких посетителей, остается особенно важным.

В официальном ответе не сообщается, планируются ли дополнительные программы переобучения сотрудников, перевод работников в бэк-офисы, службы поддержки или другие подразделения. Не раскрыта и информация о возможном закрытии либо объединении отдельных ЦОН. На данный момент известно лишь, что за полгода сокращено свыше трехсот штатных позиций. Дальнейшие изменения будут зависеть от темпов перехода государственных услуг в цифровой формат и фактического снижения посещаемости ЦОН.

Читайте также: 

Казахстанцы месяцами ждут права из-за сбоев на экзаменах
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 10 Sep 2026 09:15:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-9/XSHFDyL9.png"   type="image/png"   length="2072601"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Инвесторы СЭЗ Qyzyljar заявили об угрозе срыва производств]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/investory-sez-qyzyljar-zayavili-ob-ugroze-sryva-proizvodstv</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/investory-sez-qyzyljar-zayavili-ob-ugroze-sryva-proizvodstv</guid>
                <description>Предприятия годами ждут железнодорожный тупик и дорогу, а банки отказывают в кредитах на развитие

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Участники специальной экономической зоны (СЭЗ) Qyzyljar Северо-Казахстанской области столкнулись с острым дефицитом инфраструктуры, жесткими условиями банковского кредитования и бюрократическими препятствиями при получении господдержки. Об этом предприниматели рассказали на встрече с представителями Национальной палаты предпринимателей «Атамекен», передает корреспондент inbusiness.kz со ссылкой на пресс-службу Региональной палаты предпринимателей.

Главной проблемой СЭЗ, объединяющей 21 предприятие, остается полное отсутствие собственного железнодорожного тупика. Из-за этого действующие производства вынуждены доставлять продукцию на сторонние частные тупики автотранспортом, неся при этом немалые дополнительные затраты.


«Сейчас мы пользуемся частным тупиком и услугами сторонней транспортной компании. Вывозим свою продукцию на другой тупик, там перегружаем, потом через них отправляем. Финансовая нагрузка при отправке одного вагона в Европу доходит до 3 млн теңге, что составляет свыше 10% от стоимости груза. К примеру, в месяц при отправке 20 таких вагонов только на услуги транспортной компании у нас уходит порядка 60 млн теңге. Конечно, было бы хорошо, если бы у СЭЗ был свой ж/д тупик, но все упирается в ЮЖД», – отметил руководитель ТОО Nord Panels Рустам Габбасов.




Сложность в том, что приграничные пути вокруг Петропавловска находятся в ведении Южно-Уральской железной дороги (филиал ОАО «РЖД»). Соответственно, строительство 2,3 км пути требует сложных межгосударственных согласований и выкупа частных земель. Однако, помимо ж/д инфраструктуры, к некоторым цехам отсутствуют нормальные подъездные автомобильные дороги, а также закрыт доступ к льготным кредитам.




«На территории СЭЗ мы работаем одни из первых: в 2022 году начали строительство завода, а в 2024-м уже запустили полный цикл. Сейчас расширяем линии и хотели докупить станки через АО «Фонд развития промышленности», но там изменили условия. Теперь по ОКЭД машиностроения фонд кредитует только крупные проекты от 1 млрд до 15 млрд теңге, а у нас сумма – 500 млн теңге. В банках второго уровня мы получаем отказы: их аналитики требуют отчетность за три года, считая нас «убыточными», так как не разделяют период строительства и период реального производства, ведь в 2022-2023 годах завод только строился. Хотелось бы поддержки именно в этом вопросе, чтобы финансовые аналитики банков четко разделяли периоды строительства от производства и финансировали хотя бы в части оборудования, которое в дальнейшем и будет являться залоговым обеспечением. К слову, о залогах: банки опасаются брать и здания на арендованной у СЭЗ земле. В продолжение вопроса о транспортной инфраструктуре: нам автомобильную дорогу обещают сделать уже три года – к нашим цехам не может проехать даже 20-тонник», – продолжила руководитель ТОО Reimann Ольга Вельдяксова.


С административными барьерами при взаимодействии с министерством промышленности и строительства РК столкнулся тракторный завод ТОО «QILU Агро». Предприятие планирует заключить соглашение об ориентации на внутренний рынок – Соглашение о промышленной сборке транспортных средств (СОПС) и войти в Реестр отечественных товаропроизводителей.




«Строим второй цех, но не можем встать в реестр и пользоваться субсидиями, из-за чего не имеем возможности дать аграриям скидку в 15-20%. В министерстве прямо говорят: если кто-то еще в Казахстане делает похожие компоненты – готовьтесь к отказу. Требуют сразу иметь готовую линию кабин еще на этапе согласований», – сказал менеджер по развитию ТОО «QILU Агро» Жаслан Чилу.


Еще один участник СЭЗ – ТОО Qyzyljar Company LTD заявило о потребности в дополнительных электромощностях и субсидировании транспортных расходов.

Подводя итоги встречи, заместитель директора департамента инвестиций НПП РК «Атамекен» Назгуль Узалина напомнила, что с 19 июня 2026 года Нацпалата наделена обновленным функционалом единого окна для сопровождения действующих отечественных инвесторов, планирующих дальнейшее развитие.




«Все выявленные проблемы, требующие решения на центральном уровне, мы вынесем на Проектный офис правительства», – резюмировала Назгуль Узалина.


Палата предпринимателей СКО уже начала сбор официальных обращений резидентов СЭЗ для формирования реестра проблем, который будет передан в правительство и профильные министерства.

Читайте по теме:

Системные проблемы туризма назвали в СКО
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Сагынгуль Ргибаева</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 09 Sep 2026 09:29:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-9/iD36ZJo4.png"   type="image/png"   length="2786217"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[В Казахстане нашли способ превратить выбросы в деньги]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/v-kazahstane-nashli-sposob-prevratit-vybrosy-v-dengi</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/v-kazahstane-nashli-sposob-prevratit-vybrosy-v-dengi</guid>
                <description>Климатические проекты позволяют бизнесу получать углеродные единицы и привлекать дополнительное финансирование

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Углеродные единицы постепенно становятся новым финансовым инструментом для казахстанского бизнеса. Компании, которые сокращают выбросы и реализуют климатические проекты, получают возможность привлекать дополнительное финансирование через международный углеродный рынок.

Как устроена эта система на практике? Во сколько обходится разработка и сертификация климатического проекта? Какие отрасли Казахстана сегодня имеют наибольший потенциал для заработка на углеродных единицах? Об этом в интервью inbusiness.kz рассказал генеральный директор Казахстанской ассоциации ECOJER Рустем Кабжанов.



– Рустем Хайруллович, система торговли выбросами действует в Казахстане уже более десяти лет. Если смотреть с позиции бизнеса, насколько сегодня сформирован рынок углеродных единиц и готов ли он приносить реальный доход?

– Углеродный рынок Казахстана существует и работает с 2013 года, но пока я бы сказал, что он все-таки находится на этапе активного развития. У нас действует национальная система торговли выбросами, сформирована нормативная база, есть специалисты, верификаторы и компании, которые уже имеют практический опыт работы с углеродными активами.

При этом важно разделять регулируемый и добровольный сегменты рынка. В регулируемом сегменте основным драйвером остаются обязательства предприятий по соблюдению требований в области выбросов парниковых газов. Добровольный рынок пока значительно меньше, однако интерес к нему постепенно растет со стороны компаний, которые ставят собственные климатические цели, работают с международными партнерами и инвесторами либо готовятся к ужесточению требований на внешних рынках.

На мой взгляд, следующий важный этап для Казахстана – переход от восприятия углеродного рынка преимущественно как инструмента регулирования к его использованию как механизма привлечения климатического финансирования. То есть речь идет уже не только о том, сколько предприятие выбрасывает и сколько квот ему необходимо, но и о возможности создавать климатические проекты, генерировать углеродные единицы и привлекать за счет этого дополнительные инвестиции.

– Кто сегодня формирует основной спрос на углеродные единицы? Что заставляет компании платить за них, если прямого требования со стороны государства нет?

– На сегодняшний день спрос формируют разные пулы инвесторов. В первую очередь это компании, использующие углеродные активы для закрытия своих квот перед государством. Вторая группа – предприятия, реализующие собственные ESG-стратегии и добровольно снижающие углеродный след. Сюда же относятся транснациональные корпорации, нацеленные на покупку единиц от проверенных высококачественных климатических инициатив.

Мотивация также различается. Для одних компаний это выполнение обязательств, для других – собственные цели по декарбонизации, требования инвесторов, клиентов и международных партнеров. Для экспортеров дополнительным фактором становится постепенное ужесточение климатических требований на ключевых внешних рынках.

При этом сам спрос становится более зрелым. Покупателю уже недостаточно просто иметь справку о поглощении одной тонны CO₂. Ключевую роль теперь играют прозрачность происхождения актива, строгий аудит, исключение риска двойного счета и фактическая, физически доказуемая польза для климата. Дополнительную ценность могут создавать сопутствующие результаты, такие как восстановление почв, сохранение биоразнообразия, повышение устойчивости сельского хозяйства и социально-экономический эффект для местных сообществ.

Для Казахстана это открывает интересную возможность: не только выполнять собственные климатические обязательства, но и создавать внутри страны качественные климатические проекты, способные привлекать международное финансирование.

– Почему одна углеродная единица может стоить несколько долларов, а другая десятки долларов? Что сегодня определяет цену?

– Одна углеродная единица, как правило, соответствует одной тонне CO₂-эквивалента сокращенных, предотвращенных или удаленных выбросов. При этом единой мировой цены на углеродные единицы не существует. Цена формируется рынком и может существенно различаться в зависимости от типа проекта, применяемого стандарта, страны происхождения и качества самой единицы.

Покупатель прежде всего смотрит на то, насколько достоверен климатический результат: каким способом было достигнуто сокращение или поглощение выбросов, является ли оно дополнительным, насколько надежно организованы мониторинг и независимая верификация, исключен ли двойной учет и насколько устойчив полученный результат во времени.

Имеют значение и дополнительные эффекты проекта. Например, восстановление деградированных земель, повышение плодородия почв, сохранение биоразнообразия или социально-экономический эффект для местных сообществ могут повышать привлекательность углеродной единицы.

Поэтому разброс цен на добровольном рынке достаточно большой. Одни углеродные единицы могут стоить всего несколько долларов за тонну CO₂, тогда как качественные проекты, особенно связанные с удалением и долгосрочным хранением углерода, могут продавать единицы за десятки долларов за тонну и выше.

По сути, покупатель платит не просто за одну тонну CO₂ на бумаге, а за доказанный и верифицированный климатический результат, которому он может доверять. Чем выше качество и прозрачность проекта, тем выше потенциальная стоимость создаваемой им углеродной единицы.

Для Казахстана это особенно интересно в направлении почвенного углерода. По оценкам экспертов, возможности казахстанских пастбищных и пахотных земель по удержанию углерода варьируются в пределах 15-30 млн тонн CO₂ ежегодно. Это очень значительный ресурс, и, если хотя бы часть этого потенциала удастся реализовать через качественные углеродные проекты, аграрный сектор сможет получить дополнительный источник финансирования.

– Если говорить о Казахстане, какие отрасли могут стать главными бенефициарами развития углеродного рынка?

– Здесь огромным потенциалом обладает агропромышленный комплекс. У нас огромные земельные площади и серьезные возможности для накопления органического углерода в почве. Переход на регенеративное земледелие, применение минимальной обработки и использование покровных культур способны не только сделать сельское хозяйство более устойчивым, но и обеспечить реальную пользу для климата. Если выстроить правильную систему оценки и мониторинга, эти экологические результаты превратятся в реальные деньги и дадут фермерам новый приток капитала.

Мы уже видим первые практические примеры. В рамках проекта ECOJER и GIZ хозяйство Asyl Farm в Северном Казахстане внедряет регенеративные методы земледелия и покровные культуры. Проект охватывает порядка 20 тыс. гектаров и зарегистрирован в международном реестре Verra VCS. Его потенциал оценивается примерно в 38 тыс. тонн CO₂-эквивалента в год.

Поэтому я бы характеризовал нынешний этап так: базовая инфраструктура углеродного рынка в Казахстане уже создана и функционирует, но рынок еще не реализовал свой экономический потенциал. Следующий шаг – превратить климатические проекты и сокращение выбросов в понятный для бизнеса инвестиционный инструмент.

– Если оценивать проекты исключительно с точки зрения экономики, какие направления сегодня выглядят наиболее привлекательными для углеродных инвестиций?

– Я бы не выделял какой-то один тип проектов как универсально самый выгодный. Экономическая привлекательность зависит прежде всего от стоимости сокращения или поглощения одной тонны CO₂, необходимых инвестиций, потенциального объема генерируемых углеродных единиц и цены, по которой их можно реализовать.

При этом наиболее интересны проекты, где углеродный эффект является не единственным источником экономической выгоды. Если вместе с сокращением выбросов предприятие снижает энергозатраты, получает дополнительную продукцию или сырье, а фермер повышает плодородие и устойчивость земель, экономика проекта становится значительно сильнее.

В промышленности, например, большой потенциал связан с модернизацией оборудования, повышением энергоэффективности и снижением углеродоемкости производства. В таких проектах предприятие получает прямую экономию на энергии и ресурсах, а сокращение выбросов становится дополнительным результатом.

Интересным направлением остаются отходы и метан. Сбор свалочного газа, сокращение утечек метана, переработка органических отходов и использование биогаза позволяют одновременно существенно сокращать выбросы и в ряде случаев получать дополнительную энергию или другую товарную продукцию. Кроме того, воздействие метана на климат значительно выше, чем CO₂, поэтому такие проекты способны давать существенный климатический результат.

– ВИЭ выглядят одним из самых очевидных направлений для углеродных инвестиций. Почему для солнечных и ветровых проектов становится сложнее доказать право на выпуск углеродных единиц?

– Да, ВИЭ также имеют большой климатический потенциал, особенно в контексте декарбонизации электроэнергетики Казахстана. Однако с точки зрения выпуска углеродных единиц ситуация стала сложнее: для проекта необходимо доказать дополнительность, то есть показать, что сокращение выбросов не произошло бы без углеродного финансирования. По мере того, как солнечная и ветровая энергетика становятся экономически конкурентоспособными сами по себе, обосновывать такую дополнительность для отдельных проектов становится сложнее.

Лесные проекты тоже востребованы на добровольном рынке, особенно когда они обеспечивают долгосрочное поглощение углерода и одновременно дают дополнительные экологические эффекты: восстановление экосистем, защиту земель и сохранение биоразнообразия. Однако это долгосрочные проекты, требующие качественного мониторинга и управления рисками сохранности накопленного углерода.

– Теперь о стоимости входа. Во сколько сегодня обходится разработка, сертификация и вывод климатического проекта на международный рынок?

– Стоимость сильно зависит от масштаба проекта, его типа, выбранного стандарта и рынка. Международный углеродный проект, как правило, требует существенно больше затрат, чем проект, реализуемый в рамках национальной системы.

Если говорить о полноценном выходе на международный добровольный рынок, то разработка, валидация, верификация и регистрация проекта могут стоить примерно от 150 тысяч долларов, а для крупных и методологически сложных проектов еще больше. При этом расходы возникают не только на начальном этапе: проект требует постоянного мониторинга, подготовки отчетности и периодической независимой верификации.

Но здесь важно смотреть не только на абсолютную стоимость разработки проекта. Главный вопрос: сколько углеродных единиц проект способен генерировать и по какой цене они могут быть реализованы. У проекта должна быть понятная экономика: потенциальная выручка от углеродных единиц должна оправдывать затраты на разработку, мониторинг и верификацию.

В эту стоимость затрат входят разработка проектной документации, выбор и применение методологии, формирование базовой линии, организация системы мониторинга, независимая валидация и верификация, а также регистрационные и иные сопутствующие расходы.

– Какой срок проходит от запуска проекта до выпуска первых углеродных единиц и получения первого дохода?

– Срок зависит от типа проекта, выбранной методологии и стандарта. В относительно простых технологических проектах весь цикл может пройти быстрее, но в природных и сельскохозяйственных проектах обычно требуется больше времени.

Если говорить об углеродном земледелии, я бы ориентировался примерно на 1,5-2 года от запуска проекта до выпуска первых углеродных единиц, хотя конкретные сроки могут существенно различаться. Такая продолжительность объясняется необходимостью сначала интегрировать новые агротехнологии, собрать статистику за сезон, доказать реальное улучшение экологической ситуации, провести внешний аудит и лишь затем официально эмитировать углеродные активы.

В сельском хозяйстве особенно важно доказать, что сокращение выбросов или увеличение запасов углерода в почве действительно произошло и является результатом внедренных практик. Для этого используются данные мониторинга, модели, а в зависимости от методологии отбор и анализ почвенных проб, и другие инструменты.

Поэтому углеродный проект – это не инструмент получения быстрых денег. Это долгосрочная модель, в которой первый доход появляется после подтверждения климатического результата, а затем проект может генерировать углеродные единицы в течение многих лет.

– Какая часть выручки от продажи углеродных единиц в итоге может остаться у землевладельца после всех расходов и комиссий?

– Фиксированной суммы здесь нет. Доход собственника зависит от площади и типа проекта, объема подтвержденного сокращения или поглощения выбросов, количества выпущенных углеродных единиц, цены их реализации и, конечно, затрат на разработку и сопровождение проекта.

Важно понимать, что общая сумма от реализации углеродных активов не равна чистой прибыли землевладельца. Из полученной выручки необходимо вычесть издержки на создание документации, аудит, регистрационные сборы в реестрах, а также комиссии провайдеров или операторов, если они участвуют в процессе. В лесных проектах также могут создаваться резервы углеродных единиц для покрытия рисков утраты накопленного углерода, например вследствие пожаров.

Поэтому конечную экономику необходимо рассчитывать для каждого проекта отдельно. Условно, если проект после всех расчетов и верификации генерирует 10 тысяч углеродных единиц в год, а средняя цена реализации составляет 15 долларов за единицу, валовая стоимость такого объема составит около 150 тысяч долларов. Но это еще не означает, что все 150 тысяч получает собственник земли: из этой суммы необходимо вычесть расходы проекта и учесть согласованную модель распределения доходов.

– Потенциал агросектора исчисляется миллионами тонн CO₂, но массового участия фермеров пока нет. Что сегодня мешает масштабировать этот рынок?

– Главный барьер для небольшого хозяйства, как и отмечал ранее, – экономика масштаба. Самостоятельно разработать углеродный проект, организовать мониторинг, пройти валидацию и верификацию и выйти на международный рынок достаточно дорого и сложно. Для нескольких сотен гектаров такие транзакционные расходы могут просто сделать проект нерентабельным.

Поэтому одним из наиболее перспективных решений является объединение хозяйств в агрегированные проекты. Десятки фермеров могут работать по единой методологии, использовать общую систему мониторинга и проходить верификацию в рамках одного проекта. Это позволяет распределить расходы на значительно большую площадь.

Второй барьер – стоимость и сложность мониторинга. Чтобы получить углеродные единицы, недостаточно заявить, что фермер перешел на новую технологию. Необходимо доказать климатический результат: определить исходное состояние, собирать данные, отслеживать изменения и обеспечить возможность независимой проверки. Для почвенного углерода это особенно важно.

Третий вопрос – технологии и знания. Фермеру в первую очередь нужна не углеродная единица, а технология, которая работает именно в его природно-климатических условиях: сохраняет влагу, защищает почву от деградации, поддерживает урожайность и желательно снижает производственные затраты. Углеродный эффект должен дополнять эту экономику, а не заменять ее.

Есть и финансовый барьер. Изменить технологию необходимо сегодня, а первые углеродные единицы и доход от них могут появиться только через несколько лет. При этом заранее невозможно гарантировать ни точный объем выпущенных единиц, ни будущую цену их реализации. Поэтому для развития этого рынка нужны модели, которые позволяют частично снимать первоначальные риски с фермера через агрегаторов проектов, инвесторов, финансовые институты или программы поддержки.

– Допустим, проект прошел все процедуры и углеродные единицы выпущены. Насколько этот актив ликвиден и насколько сложно сегодня найти покупателя?

– Реальный спрос существует, но сегодня уже недостаточно просто выпустить углеродную единицу и выставить ее на продажу. Покупатели стали значительно внимательнее относиться к качеству проектов и происхождению единиц.

Все большее значение имеют дополнительность проекта, качество мониторинга, отсутствие двойного учета, устойчивость достигнутого климатического результата и репутация применяемого стандарта. Поэтому качественная углеродная единица и просто углеродная единица с коммерческой точки зрения уже не одно и то же. На проекты с понятным климатическим эффектом найти покупателя значительно легче, и такие единицы могут получать ценовую премию.

При этом я бы не советовал разработчику проекта сначала создавать углеродные единицы, а уже потом думать, кому их продавать. Коммерческую модель и потенциальных покупателей желательно определять еще на этапе разработки проекта. В некоторых случаях можно заранее выстраивать отношения с покупателями и инвесторами, заключать долгосрочные соглашения о покупке будущих углеродных единиц. Это снижает рыночный риск и может помочь с финансированием самого проекта.

Для Казахстана повышение требований к качеству – скорее возможность. Мы только начинаем формировать этот сегмент рынка и можем изначально создавать проекты в соответствии с международными требованиями, ориентируясь не просто на максимальное количество единиц, а на их качество и востребованность.

– И последний вопрос. Если государство отменит обязательные квоты, сможет ли углеродный рынок Казахстана существовать за счет добровольного спроса или его масштаб резко сократится?

– Да, у части бизнеса такой стимул останется и без обязательства со стороны государства. Но добровольный спрос, конечно, будет меньше рынка, сформированного обязательными требованиями.

В первую очередь это касается компаний, которые работают на международных рынках, входят в глобальные цепочки поставок, взаимодействуют с иностранными инвесторами и финансовыми институтами или имеют собственные климатические цели. Для них углеродный след постепенно становится не только экологическим, но и экономическим показателем, который может влиять на доступ к капиталу, отношения с партнерами и конкурентоспособность продукции.

При этом важно разделять государственное принуждение к покупке углеродных единиц и государственное регулирование самого рынка. Даже добровольному рынку необходимы понятные правила учета, надежные реестры, прозрачность обращения единиц и защита от двойного учета. Без этого снижается доверие и покупателей, и инвесторов.

Дальше уже работает рынок. Компании будут выбирать проекты с понятным происхождением углеродных единиц, подтвержденным климатическим результатом и характеристиками, соответствующими их корпоративным требованиям.

Поэтому государственное регулирование остается важным для формирования правил и доверия к рынку, но в долгосрочной перспективе его устойчивость будет зависеть от того, увидит ли сам бизнес экономическую ценность в сокращении выбросов и качественных углеродных активах.

Читайте по теме: 

В Казахстане ищут способ безопаснее перерабатывать хромсодержащие отходы
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Султан Биманов</dc:creator>
                <pubDate>Mon, 07 Sep 2026 15:56:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-9/zmxdGdFc.png"   type="image/png"   length="2556014"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Выручка Qarmet составила 1,1 трлн тенге в 2025 году ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/vyruchka-qarmet-sostavila-11-trln-tenge-v-2025-godu-77728</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/vyruchka-qarmet-sostavila-11-trln-tenge-v-2025-godu-77728</guid>
                <description>Производство выросло с 3,5 млн до 3,8 млн тонн (+8.6%)
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Qarmet опубликовал консолидированную отчетность за 2025 год, в которой явно видны положительные тенденции, свидетельствующие о происходящем финансовом оздоровлении. Отчетность подготовлена в соответствии с МСФО и подтверждена независимым аудитором. 100% компании принадлежит QSG Holding Limited, конечным контролирующим лицом указан Андрей Лаврентьев.

Выручка Qarmet составила 1,1 трлн тенге в 2025 году (+10,3% год к году). Производство выросло с 3,5 до 3,8 млн тонн (+8,6%), при этом себестоимость тонны продукции уменьшилась с 257 тыс. до 239 тыс. тенге (-7% год к году). Это свидетельствует о повышении операционной эффективности и успешной работе с издержками. Валовая прибыль Qarmet почти удвоилась, до 190,2 млрд тенге, а валовая маржа выросла с 9,6% до 17,3%. Операционная прибыль увеличилась более чем в два раза — с 68,3 млрд до 144 млрд тенге. Стоит отметить, что такая динамика показана в не самой благоприятной рыночной конъюнктуре современных условий.



В 2025 году группа успешно разместила два транша облигаций на общую сумму 1 млрд долларов со сроком погашения в 2032 году. Компания не только привлекла долгосрочное финансирование, но и диверсифицировала источники капитала, снизив тем самым зависимость от краткосрочных банковских кредитов. Долгосрочные финансовые обязательства выросли со 134 млрд до 589 млрд тенге, что отражает сдвиг в сторону более стабильной, долгосрочной структуры заимствований и снижает риски рефинансирования.

Чистый денежный поток от финансовой деятельности составил +398 млрд тенге, что позволило профинансировать погашение старых кредитов и стартовать масштабную инвестиционную программу.

Активы Qarmet за год выросли с 1,35 трлн до 1,76 трлн тенге, основные средства — с 901,2 млрд до 1,02 трлн тенге, а денежные средства увеличились почти в пять раз, до 72 млрд тенге.

В 2025 году капитальные затраты Qarmet выросли со 179,4 млрд до 294,8 млрд тенге, а на конец года компания имела еще 568,8 млрд тенге контрактных обязательств по капитальным проектам. Это подтверждает высокую инвестиционную активность Qarmet. Напомним, ранее Qarmet подписал с правительством Казахстана соглашение о вложении $3,5 млрд в модернизацию производства.



Уже после отчетной даты Qarmet продолжил привлекать деньги, но уже с более низким купоном (9%).

Отчетность АО Qarmet за 2025 год производит благоприятное впечатление. Мы видим компанию, которая:


	Финансово окрепла после плохих результатов 2023 года, продемонстрировав переход к прибыльности.
	 Обеспечила себе более устойчивые перспективы в результате привлечения долгосрочного финансирования.
	 Осуществляет масштабные капиталовложения в рамках задачи по модернизации.


Положительные моменты значительно перевешивают отдельные риски, такие как валютная позиция или краткосрочный дисбаланс ликвидности, который успешно управляется. В целом группа демонстрирует устойчивый тренд на финансовое оздоровление и стратегический рост, что является позитивным сигналом для всех заинтересованных сторон.
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/"></dc:creator>
                <pubDate>Fri, 04 Sep 2026 11:25:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-9/aw6cqHW4.jpg"   type="image/jpeg"   length="147290"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[В проекте нового бюджета Казахстана появился &quot;горб&quot; расходов]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/v-proekte-novogo-byudzheta-kazahstana-poyavilsya-gorb-rashodov</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/v-proekte-novogo-byudzheta-kazahstana-poyavilsya-gorb-rashodov</guid>
                <description>С 2028 года госрасходы начнут сокращаться: какие статьи пойдут под нож

 

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[В проекте республиканского бюджета Казахстана на 2027-2029 годы расходы сначала резко вырастут, а затем начнут сокращаться. Пиковым станет 2027 год: на государственные расходы планируют направить 30,2 трлн тенге — на 2,47 трлн больше предусмотренного плана на 2026 год. В 2028 году расходы снизятся до 29,44 трлн тенге, а в 2029-м составят 29,56 трлн. При этом правительство закладывает постепенное замедление инфляции: в 2027 году она ожидается на уровне 7,5-9,5%, а в 2028-2029 годах — 6-8%. Соответствующий вывод следует из проекта бюджета на 2027-2029 годы, размещенного на портале «Открытые НПА».

Одной из главных статей расходов останется обслуживание государственного долга. В 2027 году на него планируют направить 3,56 трлн тенге, в 2028-м — 3,68 трлн, в 2029-м — 3,65 трлн. За три года сумма составит почти 10,9 трлн тенге, передает inbusiness.kz.

Уже в 2027 году обслуживание долга будет занимать почти 12% расходов республиканского бюджета. Это на 888 млрд тенге больше расходов на здравоохранение и примерно в четыре раза превышает объем финансирования образования. На медицину предусмотрено 2,67 трлн тенге, на образование — 857,7 млрд.

Дефицит прикроют госдолгом

Основной прирост расходов в 2027 году связан с ростом трансфертов другим уровням госуправления. По данным прогнозного отчета о движении денег, их объем увеличится с 5,56 трлн тенге в 2026 году до 7,34 трлн в 2027-м. Разница составит почти 1,78 трлн тенге. В пояснительной записке изменение структуры расходов связывают с новым распределением трансфертов между республиканским и местными бюджетами. В 2027 году объем субвенций регионам составит 6,36 трлн тенге.

Еще 550,9 млрд тенге прироста придется на оплату работ и услуг. Расходы по этой статье вырастут с 1,67 трлн тенге в 2026 году до 2,22 трлн в 2027-м. Другие текущие затраты увеличатся на 504,2 млрд тенге — с 3,52 трлн до 4,03 трлн.

Расходы на приобретение долей в организациях и ценных бумаг увеличатся с 350,5 млрд до 664,8 млрд тенге. Кроме того, бюджетные субсидии вырастут на 65,5 млрд тенге, приобретение материалов — на 40,3 млрд, оплата труда — на 19,8 млрд. Еще почти на 90 млрд тенге увеличатся выплаты вознаграждений. Одновременно предоставление бюджетных кредитов сократится с 1,1 трлн до 295 млрд тенге, частично компенсировав рост других статей.

Дефицит республиканского бюджета в 2027 году составит 4,56 трлн тенге. В 2028 году его планируют сократить до 2,15 трлн, а в 2029-м — до 1 трлн тенге. Основным источником финансирования дефицита останутся государственные ценные бумаги и внутренний рынок. Среди потенциальных источников средств — банки второго уровня, другие финансовые организации, Единый накопительный пенсионный фонд и средства, находящиеся под управлением Национального банка.

В 2027 году внутреннее финансирование дефицита планируется на уровне 3,47 трлн тенге, внешнее — 1,1 трлн. Всего в следующем году Казахстан намерен привлечь почти 8 трлн тенге внутренних заимствований, при этом 4,52 трлн тенге придется направить на погашение ранее взятых обязательств. По внешним заимствованиям ожидаются поступления в размере 1,54 трлн тенге и погашение на 441,6 млрд тенге.

При этом в проекте бюджета отмечается, что параметры заимствований являются ориентировочными и могут измениться в зависимости от ситуации на рынках капитала. Дополнительным источником средств останется Национальный фонд. Трансферты из него в республиканский бюджет запланированы в размере 4,43 трлн тенге в 2027 году, 3,93 трлн в 2028-м и 3,5 трлн в 2029-м. В общей сложности за три года бюджет рассчитывает получить 11,86 трлн тенге.

За счет чего будут сокращать госрасходы 

Согласно данным ведомства, в 2028 году общие расходы республиканского бюджета сократятся на 762,3 млрд тенге. Наиболее заметно уменьшатся расходы на оплату работ и услуг — с 2,22 трлн до 1,43 трлн тенге, или на 788,5 млрд. Другие текущие затраты снизятся на 276,8 млрд тенге, а бюджетные субсидии — на 273,1 млрд. Расходы на приобретение долей в организациях и ценных бумаг сократятся с 664,8 млрд до 316,7 млрд тенге. Предоставление бюджетных кредитов уменьшится со 295 млрд до 185 млрд тенге.

При этом часть экономии перекроет рост других статей. Трансферты другим уровням государственного управления увеличатся на 388,9 млрд тенге, прочие трансферты — на 588,9 млрд. Расходы на обслуживание долга вырастут еще на 115,1 млрд тенге.

В 2029 году общие расходы, напротив, увеличатся на 119,6 млрд тенге, однако останутся на 642,7 млрд ниже уровня 2027 года. Финансирование отдельных статей продолжит сокращаться. Трансферты другим уровням государственного управления уменьшатся на 428,3 млрд тенге, расходы на приобретение нефинансовых активов — на 72,9 млрд, вложения в доли организаций и ценные бумаги — на 47,3 млрд, бюджетные субсидии — на 55,3 млрд тенге. Рост общего объема расходов в 2029 году обеспечат главным образом прочие трансферты. Их сумма увеличится на 822,7 млрд тенге и приблизится к 11 трлн тенге. За счет каких именно выплат произойдет этот рост, в прогнозном отчете отдельно не объясняется.

Транспорт, ЖКХ и аграрка затянут пояса 

На фоне сокращения общих расходов сильнее всего будет меняться финансирование отдельных направлений. В частности, расходы на транспорт и коммуникации в 2027 году составят 1,75 трлн тенге. В 2028 году они сократятся до 1,01 трлн, а в 2029-м — до 1 трлн.

Таким образом, за два года финансирование направления снизится примерно на 43%. В эту статью входят расходы на развитие автомобильных дорог и транспортных коридоров, модернизацию пограничных пунктов пропуска, водную инфраструктуру и социально значимые перевозки. При этом минфин отдельно не объясняет столь резкое снижение расходов на транспорт и коммуникации.

Далее идут расходы на жилищно-коммунальное хозяйство, которые также будут сокращаться. В 2027 году на направление предусмотрено 159,7 млрд тенге, в 2028-м — 127,2 млрд, в 2029-м — 112,7 млрд. За три года финансирование снизится почти на 30%.

На строительство жилья и меры поддержки в 2027 году планируют направить 74,1 млрд тенге. Из них 66,9 млрд предусмотрены на субсидирование купонной ставки по облигациям, используемым для ипотечного кредитования, еще 7 млрд — на жилищные выплаты примерно для 11,2 тыс. граждан, арендующих жилье в частном секторе.

На коммунальное хозяйство предусмотрено 11,6 млрд тенге. Эти средства пойдут на субсидирование тарифов субъектов естественных монополий, обслуживание займов международных финансовых организаций и работу технического оператора национального проекта по модернизации. Отдельно предусмотрены расходы на теплоснабжение. В 2027 году на 64 проекта заложено 73,9 млрд тенге. В 2028 году сумма снизится до 16,6 млрд, а в 2029-м — до 2,1 млрд. При этом износ тепловых сетей, согласно прогнозам, должен снизиться с 47% в 2027 году до 45% в 2028-м и 43% в 2029-м.

Расходы на сельское хозяйство, водное, лесное и рыбное хозяйство, экологию и земельные отношения в 2027 году запланированы в размере 850,9 млрд тенге. В 2028 году они снизятся до 519,6 млрд, а в 2029-м составят 525,3 млрд. По сравнению с 2027 годом финансирование этих направлений сократится на 325,6 млрд тенге, или примерно на 38%.

Особенно заметным станет снижение расходов на доступ к финансированию в сельском хозяйстве. В 2027 году на эти цели предусмотрено 372,7 млрд тенге, в 2028-м — 88,2 млрд, в 2029-м — 88,5 млрд. Средства предназначены в том числе для кредитования переработчиков, животноводства и аквакультуры.

На этом фоне выделяются расходы на образование, которые в отличие от других направлений резко не сократятся, однако их рост окажется минимальным. В 2027 году на сферу предусмотрено 857,7 млрд тенге, а в 2029-м — 862,9 млрд. Другими словами, за два года финансирование увеличится всего на 0,6%. Это ниже прогнозируемой инфляции, а значит, в реальном выражении расходы на образование фактически будут сокращаться.

В итоге бюджетная конструкция на ближайшие три года выглядит неоднозначно: после скачка расходов в 2027 году государство планирует перейти к их сокращению. При этом значительная часть средств будет уходить на обслуживание долга, тогда как финансирование транспорта, ЖКХ и агросектора предполагается заметно урезать.

Читайте по теме: 

Власти Алматы назвали бюджет на изъятие земель для госнужд
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Мария Галушко</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 03 Sep 2026 08:56:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-9/at0xVsDn.png"   type="image/png"   length="1963786"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Казахстан направит на пенсии и пособия триллионы тенге: итоги полугодия]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstan-napravit-na-pensii-i-posobiya-trilliony-tenge-itogi-polugodiya</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstan-napravit-na-pensii-i-posobiya-trilliony-tenge-itogi-polugodiya</guid>
                <description>Минфин рассказал об исполнении бюджета и новых подходах к социальной помощи

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Казахстан завершил I полугодие 2026 года с ростом ВВП на 4,1%. На этом фоне республиканский бюджет с расходами в 27,7 трлн тенге, или 15,1% ВВП, исполняется в штатном режиме. Об этом говорится в обзоре министерства финансов Казахстана по исполнению республиканского бюджета за отчетный период, с которым ознакомился корреспондент inbusiness.kz.

Согласно новому Бюджетному кодексу, государство намерено постепенно сокращать бюджетный дефицит. По итогам 2026 года он запланирован на уровне 2,5% ВВП, а к 2028 году должен снизиться до 0,9%. Валютные активы Национального фонда к 1 июля выросли на 2% и достигли 65,1 млрд долларов. Гарантированный трансферт в бюджет сохраняется на уровне 2770 млрд тенге при установленной цене отсечения на нефть в 41,4 доллара за баррель.

Государственный долг, по данным минфина, остается в безопасной зоне и составляет 25,3% ВВП, или 46,5 трлн тенге. Одновременно вступающие в силу нормы обновленного Налогового кодекса направлены на сокращение теневых схем и увеличение доходной части бюджета. При этом проблем с выплатой пенсий, пособий и субсидий из республиканского бюджета не возникало.

Отмечено, что из республиканского бюджета все пенсии, пособия и субсидии выплачиваются без единого дня просрочки. Однако в реальном секторе экономики сохраняются долги работодателей перед сотрудниками. По данным на 1 июля 2026 года, общий объем задолженности по зарплате достиг 1,8 млрд тенге на 85 предприятиях.

Текущая и просроченная задолженность составляет 515 млн тенге перед 618 работниками на 37 предприятиях. Больше всего долгов зафиксировано в Алматинской области – 151,0 млн тенге, Туркестанской – 101,2 млн тенге и Жамбылской – 59,8 млн тенге. Еще 1,3 млрд тенге задолжали предприятия-банкроты 1,5 тыс. работников. На ВКО приходится 344,6 млн тенге таких долгов, на Алматинскую область – 320,9 млн тенге, на Алматы – 220,1 млн тенге.

В I полугодии социальное напряжение на предприятиях привело к четырем локальным забастовкам в Мангистауской области. Все они были урегулированы, однако ситуация остается на особом контроле минтруда, следует из документа.

С 1 января 2026 года солидарная и базовая пенсии были проиндексированы на 10%. Кроме того, максимальный размер базовой пенсии вырос со 110% до 118% от прожиточного минимума. На 1 июля средний размер совокупной пенсии составил 197,5 тыс. тенге. В эту сумму входят солидарная выплата 103,5 тыс. тенге, базовая — 54,1 тыс. тенге и выплаты из ЕНПФ — 40,0 тыс. тенге. Минимальная совокупная пенсия составила 104,6 тыс. тенге, максимальная — 238,4 тыс. тенге.

Всего в 2026 году на пенсионное обеспечение 2,58 млн граждан направят 4857,5 млрд тенге. При этом государство меняет подход к распределению социальной помощи. Вместо автоматических выплат по определенным категориям власти переходят к оценке реального материального положения граждан. С мая 2025 года в Шымкенте и Карагандинской области действует пилотный проект по цифровой оценке уязвимости. Семьи распределяют по шести категориям — от крайней нуждаемости до высокого благосостояния.

За время эксперимента за пособиями и субсидиями — в том числе жилищной помощью, арендой и школьным питанием — обратились 32,8 тыс. человек. 1041 заявителю отказали после проверки: выяснилось, что их семьи имеют высокий уровень доходов и не нуждаются в государственной поддержке. В результате в двух регионах бюджету удалось сэкономить более 756,3 млн тенге. Законопроект о распространении такого подхода на весь Казахстан уже находится у законодателей.

Расходы на выплаты семьям с детьми после индексации на 10% достигли 974,0 млрд тенге, что на 19,1% больше показателя прошлого года. Пособия получают 1,28 млн человек, а число многодетных семей выросло до 636 тыс. Одновременно Цифровая карта семьи и интеграция государственных баз данных позволили выявлять получателей адресной социальной помощи со скрытыми доходами.

За счет цифровой проверки доходов и привлечения трудоспособных граждан к программам занятости расходы на АСП сократились почти вдвое. В I полугодии 2025 года АСП получали 292,7 тыс. человек, или 54,4 тыс. семей. На эти выплаты направили 33,4 млрд тенге. На 1 июля 2026 года помощь назначена 196,4 тыс. человек, или 36,4 тыс. семей, на сумму 17,0 млрд тенге.

Как итог, сокращение числа получателей почти на 100 тыс. человек позволило снизить расходы на адресную социальную помощь на 16,4 млрд тенге. Власти объясняют это переходом от категориального принципа к более точной оценке нуждаемости.



Читайте также: 

Почему распадаются семьи в Казахстане: скрытые причины
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 02 Sep 2026 15:40:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-9/ioo9oeSq.png"   type="image/png"   length="2280806"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Поражения в судах заставили налоговиков Казахстана изменить проверки бизнеса]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/porazheniya-v-sudah-zastavili-nalogovikov-kazahstana-izmenit-proverki-biznesa</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/porazheniya-v-sudah-zastavili-nalogovikov-kazahstana-izmenit-proverki-biznesa</guid>
                <description>КГД подключает ИИ, чтобы находить ошибки инспекторов до суда

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Казахстанские налоговики решили изменить подход к работе после серии проигрышей в судах. В комитете государственных доходов минфина РК признали, что значительная часть решений в пользу бизнеса связана с нарушениями процедур и недостатками камерального контроля. Теперь фискалы совершенствуют нормы Налогового кодекса, переводят проверки в электронный формат и внедряют элементы искусственного интеллекта, передает inbusiness.kz.

Из-за чего КГД проигрывает бизнесу

Усиление судебного контроля в рамках АППК РК заставило налоговые органы пересмотреть подход к правам участников внешнеэкономической деятельности и налогоплательщиков. Одной из наиболее проблемных процедур оказался камеральный контроль.


«У нас с 2022 по 2025 год наибольшее количество проигранных дел приходилось именно на акты камерального контроля — около 38% всех решений, состоявшихся в пользу налогоплательщиков. Мы, конечно же, с учетом судебной практики и принципов единообразия, усовершенствуем свое законодательство», — констатировали в комитете госдоходов.


Ранее налоговикам было сложно доказывать в суде точную дату выявления нарушения. Теперь порядок исполнения камерального контроля изменили. Если налогоплательщик направил пояснение на уведомление, административный акт автоматически признается исполненным.

В новом Налоговом кодексе также закрепили конкретный срок: уведомление о камеральном контроле должно выноситься строго в течение 30 дней с момента его завершения.

Инспекторов будут контролировать электронные системы

Еще одной причиной отмены результатов налоговых проверок становились нарушения сроков и процедур со стороны инспекторов. Например, проверку могли приостановить, но забыть уведомить бизнес о ее возобновлении. В результате предприниматель получал возможность оспорить миллионные доначисления по формальным основаниям.

Чтобы снизить влияние человеческого фактора, КГД РК разрабатывает систему «Электронное административное дело». Она будет в реальном времени сопровождать аудитора на каждом этапе проверки: подсвечивать сроки, напоминать об отправке уведомлений и фиксировать процессуальные действия.

Одновременно налоговики внедряют элементы искусственного интеллекта. Однако полностью передавать ему принятие решений не собираются. ИИ планируют использовать для оценки вероятности выявления нарушений.


«Когда мы будем выставлять уведомления камерального контроля, элементы искусственного интеллекта будут помогать определять вероятность того, что нарушение подтвердится — условно, в процентах. Это нужно, чтобы проводился внутренний анализ, чтобы мы лишний раз убедились и провернули сигнал, прежде чем формировать профили риска», — пояснили в ведомстве.


В КГД подчеркнули, что о полноценном применении ИИ пока говорить рано. Алгоритмы будут использоваться как инструмент внутреннего анализа, тогда как выявление стандартных отклонений останется полностью автоматизированным.

КГД не собирается убирать налоговые споры из АППК

На фоне обсуждения нового Налогового кодекса в деловой среде и социальных сетях появились предположения, что фискальные органы хотят вывести налоговые споры из-под юрисдикции АППК и тем самым лишить бизнес привычной защиты в административных судах.

В КГД эти заявления опровергли.


«Уходить от юрисдикции АППК — такой вопрос даже не поднимался. Мы все понимаем, что не Налоговый кодекс определяет, распространяется ли на него АППК. Условно, даже при всем желании реализовать такую поправку в Налоговом кодексе мы бы не смогли. Мы этого и не планировали», — резюмировали в КГД РК.


В ведомстве пояснили, что согласно общим принципам права административный акт не должен отменяться исключительно по формальным основаниям, если суть нарушения доказана. При этом суды продолжат проверять законность действий налоговых органов, а КГД — совершенствовать налоговое администрирование, чтобы процедурные ошибки не становились причиной проигрышей в судах.

Читайте также:

Казахстанцам дали месяц на ответ налоговикам по мобильным переводам
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Mon, 24 Aug 2026 09:42:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-8/aw6JHno3.png"   type="image/png"   length="2522830"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Налоговая реформа в Казахстане добралась до цен и бизнеса]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/nalogovaya-reforma-v-kazahstane-dobralas-do-cen-i-biznesa</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/nalogovaya-reforma-v-kazahstane-dobralas-do-cen-i-biznesa</guid>
                <description>Эксперты предупредили о подорожании медуслуг и новых проблемах для компаний


 

</description>
                <content:encoded><![CDATA[Налоговая реформа в Казахстане, стартовавшая с начала года, уже стала не только вопросом для чиновников и бухгалтеров. Новые правила затрагивают предпринимателей, производителей, иностранных инвесторов и в конечном счете обычных покупателей. Эксперты на Astana Tax Forum, прошедшем 21 августа в Астане, предупредили о рисках роста цен, увеличения нагрузки на бизнес и проблемах для системы здравоохранения, передает inbusiness.kz.

Зачем Казахстану понадобилась налоговая реформа

Причина пересмотра налоговых правил — хронический дефицит бюджета. По словам финансиста и банкира Галима Хусаинова, он долгое время удерживался на уровне 6,9-7% от ВВП при безопасном пределе в 5%. Для финансирования пенсий, пособий, строительства дорог и других расходов государству приходилось ежегодно забирать из Национального фонда более 5 трлн тенге.

При этом налоговая нагрузка в Казахстане составляла 14% ВВП, тогда как в странах ОЭСР этот показатель достигает 18%.

Сейчас дефицит удалось сократить до 4,9%, а изъятия из Нацфонда — почти вдвое, до 2,7 трлн тенге. Одним из главных инструментов стало повышение НДС, который закладывается в стоимость большинства товаров и услуг.

По мнению Хусаинова, мера болезненная, но необходимая.


«В странах ОЭСР базовая ставка НДС составляет около 20%, а в России — 22%. Повышение НДС в Казахстане — это вынужденная, но логичная мера для устранения дисбаланса, если страна намерена сохранять высокий уровень социальных обязательств государственного бюджета», - отметил эксперт.


Однако бизнес опасается, что рост налоговой нагрузки в итоге отразится на стоимости товаров и услуг.

Медуслуги могут подорожать на 16%

Одним из наиболее проблемных секторов оказался рынок лекарств и медицинских услуг. Заместитель председателя правления НПП «Атамекен» Тимур Жаркенов заявил о критических рисках для фарминдустрии и медицины, связанных с новыми нормами Налогового кодекса.

В действующей редакции кодекса для фармсектора предусмотрены сразу несколько вариантов налогообложения: стандартная ставка 16%, льготная 5% с перспективой повышения до 10% и освобождение от налога. По мнению представителя НПП, такая система создает сложности с администрированием.

Дистрибьюторы при ввозе лекарств зачастую не знают заранее, предназначена ли конкретная партия для государственного заказа, поэтому вынуждены закладывать максимальную ставку 16% на всю партию. Для отечественных производителей различие в налогообложении сырья и готовой продукции также создает проблемы и дает преимущества иностранным импортерам.

НПП предлагает установить для системы здравоохранения единую минимальную ставку в размере 3-5% без последующего повышения до 10%. Правительство уже поддержало необходимость единого подхода, однако соответствующее решение пока необходимо закрепить документально.

Отдельные претензии бизнеса связаны с НДС на медицинские услуги. При отсутствии налоговых вычетов его введение фактически означает прямое увеличение стоимости таких услуг на 16%. Бизнес опасается, что это приведет к массовому удорожанию платной медицины и перетоку пациентов из частных клиник в государственную систему.

По расчетам Нацпалаты, нагрузка на нее может вырасти настолько, что срок ожидания приема врача или процедуры увеличится до 30 дней. В связи с этим НПП настаивает на полном освобождении медицинских услуг от НДС.

Жаркенов также рассказал о проблемах с цифровым контролем. Внедрение системы, запланированное на 1 января, удалось отсрочить. Сейчас НКТ работает в тестовом, а не промышленном режиме, поскольку инструмент все еще требует доработки.

Инвесторов беспокоят не только ставки

Новые налоговые правила создают вопросы и у иностранных компаний. Руководитель налоговой службы Shell по РФ и Казахстану, представитель Совета иностранных инвесторов Андрей Кудьяров отметил, что на бумаге Казахстан сохраняет привлекательные условия для бизнеса. Ставки по ключевым налогам КПН и НДС — 16% конкурентоспособны по сравнению с Европой и Азией.

Однако иностранные инвесторы сталкиваются с другой проблемой — сложностью и неясностью правил. Отдельные положения обновленного Налогового кодекса могут расходиться с международными договорами Казахстана, а реальные финансовые риски компании порой узнают только во время налоговых проверок.

Кроме того, предоставленная Казахстаном налоговая льгота может потерять смысл для международной компании. По новым правилам она, скорее всего, будет вынуждена доплатить сэкономленные налоги у себя на родине, например, в Европе. Эксперт предложил использовать опыт Сингапура и изменить правила таким образом, чтобы налоговые льготы действительно работали.


«Казахстан идет очень передовой дорогой с точки зрения цифровизации. Но главная задача, которая стоит сейчас, — обеспечить полную четкость и ясность правил еще до того, как инвестор вложит деньги в страну. Бизнес должен заранее понимать все налоговые последствия и алгоритмы работы с полученным доходом».


Тем временем отечественный бизнес уже сталкивается с совокупным давлением. Управляющий партнер KPMG CCA Сакен Жумашев указал сразу на несколько факторов — рост налоговой нагрузки, постоянные изменения Налогового кодекса и высокие базовые ставки, делающие заемное финансирование дорогим.


«Финансовые директора казахстанских компаний сегодня оказались в условиях давления. С одной стороны — рост налоговой нагрузки и перманентные правки Налогового кодекса. С другой — сохранение высоких базовых ставок и, как следствие, дорогое заемное финансирование. С третьей — необходимость ускоренно внедрять искусственный интеллект и автоматизировать процессы, чтобы банально выдерживать требования регулятора», – подчеркнул управляющий партнер KPMG CCA Сакен Жумашев.


По его словам, дополнительная проблема заключается в том, что усиление контроля в первую очередь затрагивает «белый», то есть работающий легально, бизнес. При этом компании, которые находятся в «серой» зоне и практически не платят налогов, по-прежнему могут оставаться вне поля зрения.

Эксперты не оспаривают необходимость налоговой реформы и борьбы с уклонением от уплаты налогов. Однако ее дальнейшее проведение, по их мнению, потребует максимально понятных и стабильных правил. В противном случае рост налоговой нагрузки может отразиться не только на компаниях, но и на конечной стоимости товаров и услуг для населения.

Читайте по теме: 

Казахстанцам дали месяц на ответ налоговикам по мобильным переводам
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Sat, 22 Aug 2026 10:07:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-8/TUv9pk7q.webp"   type="image/webp"   length="45696"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Цемент захватил биржи Казахстана]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/cement-zahvatil-birzhi-kazahstana</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/cement-zahvatil-birzhi-kazahstana</guid>
                <description>На строительный материал пришлось больше половины оборота товарных торгов

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Цемент стал главным товаром на биржах Казахстана. За первые семь месяцев 2026 года на портландцемент, шлаковый и глиноземистый цемент, а также клинкеры пришлось 208,18 млрд тенге — свыше 56% всего оборота товарных бирж страны. Общий объем торгов за этот период превысил 370 млрд тенге, передает inbusiness.kz со ссылкой на агентство по защите и развитию конкуренции РК.

Согласно административным данным о деятельности товарных бирж, с января по июль суммарный оборот зарегистрированных сделок составил 370,84 млрд тенге. Участники рынка заключили 12 866 сделок. Все операции проводились в режиме двойного встречного аукциона (ДВА). При таком механизме заявки продавцов и покупателей пересекаются автоматически, что позволяет формировать цену на основе спроса и предложения.

Наплыв продавцов и покупателей

В начале года торговая активность была относительно невысокой. В январе участники заключили 672 сделки на 33,78 млрд тенге, в феврале — 909 сделок на 24,66 млрд тенге. Весной рынок начал быстро расти. В марте было заключено 1655 сделок на 37,63 млрд тенге, а в апреле — уже 2330 сделок на 59,34 млрд тенге.

Пик пришелся на июнь. За месяц участники рынка заключили 2807 сделок на рекордные 93,97 млрд тенге. В июле активность осталась высокой: было проведено 2 500 сделок совокупным объемом 60,26 млрд тенге.

Одновременно росло число участников торгов. Если в январе на всех биржах было 14 продавцов и 145 покупателей, то к апрелю-июню количество активных покупателей стабильно держалось на уровне 500-590 предприятий. Число продавцов выросло до 26 крупных игроков.

Из четырех официально аккредитованных товарных бирж реальные торги за семь месяцев вели три площадки. Лидером стало АО «Товарная биржа «Жибек жолы». На нее пришлось 189,97 млрд тенге, или 51,23% всего республиканского оборота. Количество заключенных сделок составило 7588, или 58,98% от общего числа.

При этом площадка значительно расширила клиентскую базу. Число покупателей выросло с 36 компаний в январе до 362-384 в летние месяцы. Второе место заняло АО «Товарная биржа «Евразийская торговая система» (ЕТС). Ее оборот составил 141,95 млрд тенге, или 38,28% рынка. На площадке заключили 3138 сделок — 24,39% от общего количества.

АО «Товарная биржа «Каспий» провело 2140 сделок, или 16,63%, на сумму 38,92 млрд тенге — 10,50% рынка. При этом АО «Товарная биржа Modern Trading Solutions за семь месяцев 2026 года не зафиксировала ни одной сделки.

Цемент обошел топливо и продовольствие

Основной объем биржевых торгов пришелся на строительные материалы. Суммарный объем сделок по портландцементу, шлаковому и глиноземистому цементу, а также клинкерам достиг 208,18 млрд тенге — свыше 56% общего оборота.

Еще одним крупным сегментом стали ГСМ и нефтепродукты. По бензину АИ-92 и АИ-95 объем торгов составил 37,62 млрд тенге, из них 29,84 млрд тенге пришлось на АИ-92. Совокупные продажи всех видов дизельного топлива — летнего, межсезонного, зимнего и арктического — превысили 47,81 млрд тенге. На летний дизель пришлось 29,07 млрд тенге, на межсезонный — 15,18 млрд тенге. Торги керосином для реактивных двигателей составили 11,11 млрд тенге. Еще на 6,74 млрд тенге через биржи реализовали битум.

Продажи каменного угля, брикетов и окатышей составили 17,83 млрд тенге при 2522 заключенных сделках. Реализация лигнита, или бурого угля, составила 138,1 млн тенге. Стабильный объем закупок твердого топлива на протяжении весны и лета свидетельствует о заблаговременной подготовке коммунально-бытового сектора и промышленных предприятий к предстоящему отопительному сезону.

Заметную часть торгов заняли продовольственные товары. Объем биржевых закупок сахара составил 25,55 млрд тенге. Торги пшеницей и меслином принесли 10,75 млрд тенге. Основная активность пришлась на период с апреля по июль. Продажи ячменя составили 66,79 млн тенге.

Читайте по теме:

Производство цемента в Казахстане выросло на 18
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 19 Aug 2026 09:36:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-8/AdOgIuuk.png"   type="image/png"   length="2773128"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Жителям Семея пообещали 3 триллиона тенге ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/zhitelyam-semeya-poobeshali-3-trilliona-tenge</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/zhitelyam-semeya-poobeshali-3-trilliona-tenge</guid>
                <description>Административный центр области Абай на ближайшие пять лет собираются сильно &quot;перетряхнуть&quot;

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[В Плане развития города Семея на 2026-2030 годы, который опубликован на сайте городского акимата, заявлены новые проекты, развитие транспортной и инженерной инфраструктуры, туризма, медицины и сельхозпереработки. Общий объем финансирования оценивается в более 3 трлн теңге. При этом больше половины всей пятилетней суммы приходится на последний год планового периода, передает inbusiness.kz.

 На 2026 год по плану развития Семея планируют выделить 140,8 млрд тенге, на 2027-й – 285,5 млрд, на 2028-й – 243,5 млрд, на 2029-й – 829,9 млрд, а на 2030-й – 1,5 трлн тенге. В 2026 году на активное внедрение инноваций в экономике заложено 31,2 млрд тенге, а в 2027-2029 годах – по 78,6 млрд тенге ежегодно.


&quot;К 2030 году промышленность города получит качественно новое развитие за счет реализации прорывных проектов. В 2026-2030 годы среднегодовой рост объемов промышленного производства прогнозируется на уровне 102,5%, – обещают в плане развития города. – Семей обладает уникальными предпосылками для устойчивого экономического роста, развития туризма и формирования привлекательного инвестиционного климата. Его конкурентные преимущества основаны на сочетании богатого культурно-исторического наследия, природных ресурсов и выгодного географического положения&quot;.


От обуви и картона до титана

В инвестиционном плане развития Семея на 2026-2030 годы, который также опубликован на сайте городского акимата, говорится, что промышленность будет расти в среднем на 2,5% ежегодно. В документе прописаны конкретные векторы и проекты.

Например, ТОО &quot;Казполиграф&quot; планирует запустить новую производственную линию по выпуску картонной упаковки для жидких продуктов Pure-Pak. Инвестиции оцениваются в 6 млрд теңге, ожидается создание 16 рабочих мест. ТОО &quot;СемАЗ&quot; собирается создать производственную площадку по сборке транспортных средств с увеличением локализации. Планируемый объем выпуска к 2030 году – до 30 тыс. единиц, а число новых рабочих мест – 378.

Еще один проект – производственно-складской комплекс по выпуску специальной защитной обуви компании &quot;Техноавиа – Казахстан&quot;. На него планируется 2 млрд теңге для 200 рабочих мест.

Запланировано строительство завода по производству газоблока – 1,7 млрд тенге и 50 рабочих мест, деревообрабатывающего завода ТОО &quot;Универсал СМ&quot; – 7,5 млрд тенге и 530 рабочих мест. На производство оптоэлектронных приборов заявлены инвестиции в размере 27 млрд тенге и создание 500 рабочих мест. Для завода по выпуску титановой продукции предусмотрено 78,6 млрд тенге ежегодно в 2027-2029 годах, а заявленный эффект – еще 500 рабочих мест.

Одним из ключевых проектов в плане названо создание специальной экономической зоны в Семее (СЭЗ). Планируется построить инженерную и транспортную инфраструктуру для СЭЗ площадью 500 гектаров. На эти цели предусмотрено 14 млрд теңге из республиканского бюджета и еще средства местного бюджета. Сама идея СЭЗ должна привлечь высокотехнологичные и экспортно ориентированные производства и снизить административные барьеры для бизнеса.

Объем переработки сельхозсырья планируется резко нарастить. На эти цели в 2026 году выделяется 53,1 млрд тенге, в 2027-м – 14,4 млрд тенге. В Семее предусматривают строительство гормолзавода за 8 млрд тенге и создание 50 рабочих мест. Еще один проект — реконструкция производственных помещений под завод по выпуску фасованного рафинированного растительного масла мощностью 200 тонн в сутки. Планируется до 111 новых рабочих мест.

Кроме того, в документе есть заводы по производству растительного масла, переработке и шелушению зернобобовых и других культур. У одного из таких проектов ожидается создание 400 рабочих мест.

Мясо-молочный пояс вокруг Семея, который обещают уже почти 20 лет, снова включили в план развития города до 2030 года. Предполагается, что он будет с заготовительными пунктами для молока, кисломолочной продукции и шерсти.

В 2026 году долю переработки мяса намерены поднять с 23% до 32%. Запланировано создание заготовительных пунктов по приему молока, мяса и шерсти, а также расширение тепличных комплексов и овощехранилищ. За счет географического положения на стыке путей в Китай, Россию и Центральную Азию Семей позиционируется как транспортно-логистический хаб. Заявлено развитие авиакарго (транзитные воздушные перевозки) и возрождение судоходства по реке Иртыш.

Коммунальное наследие

Но в плане развития Семея на 2026-2030 годы отражены и  системные проблемы, которые накапливались здесь годами. Тепловые сети изношены на 68%, сети водоснабжения – на 64,5%, канализационные –  на 73,2%, электрические сети – на 77,5%. Для решения проблемы ТЭК заложена разработка ТЭО по строительству новой ТЭЦ в Семее, а также финансирование очистки сточных вод с 2027 года на суммы от 3,8 до 11,9 млрд теңге ежегодно. Из 754 км городских дорог 453 км, или 60%, находятся в неудовлетворительном состоянии. При этом за 2022-2024 годы было отремонтировано 118 км дорог на 8,2 млрд тенге.

Семей теряет молодежь и квалифицированные рабочие кадры, сталкиваясь с переизбытком дипломированных гуманитариев. Очередь в детские сады (indigo.24.kz) превышает 3,8 тыс. детей. Острый дефицит мест наблюдается в районах Новостройка, Центр, Юность, пос. Восточный, Восход, Водный, Карагайлы и Пристань. Среди экологических рисков в акимате прямо называют отсутствие сооружений биологической очистки сточных вод и ливневой канализации, низкие объемы переработки ТБО и проблемы с существующими полигонами.

Помимо этого, развитию города мешают такие факторы, как низкая загрузка действующих производственных мощностей, высокий износ основных фондов, недостаточный уровень внедрения новых технологий, нехватка оборотных средств у предприятий, сложности с доступом бизнеса к кредитам. В документе также отмечены низкие темпы роста реальных доходов населения.

Затянутые пояса и отток населения

Финансовая ситуация города тоже не выглядит безоблачной. За первое полугодие 2026 года консолидированный бюджет Семея получил 48,7 млрд теңге при плане 49 млрд. Налоговые поступления при этом оказались выше плана – 30,7 млрд против 28,3 млрд теңге. Однако поступления от продажи основного капитала составили лишь 1,3 млрд при плановых 4,6 млрд теңге. Расходы достигли 48,6 млрд теңге.

В бюджете города за первое полугодие расходы составили 48,6 млрд теңге против 41,1 млрд поступлений. Дефицит финансировался в том числе за счет использования остатков бюджетных средств – 7,4 млрд теңге. При этом займов было получено 1,46 млрд теңге, а погашено 9 млрд.

По данным акимата города, исполнение консолидированного бюджета Семея к 1 августа 2026 года – по плану поступления должны были составить почти 57,6 млрд теңге, по факту – почти 54 млрд теңге. Расходы по факту составили около 53,9 млрд теңге. Сокращены расходы на госуслуги общего характера, общественный порядок, безопасность, правовую, судебную, уголовно-исполнительную деятельность, соцпомощь и соцобеспечение, ЖКХ, а также другие сферы.

Область Абай — один из самых молодых регионов Казахстана. Она была образована 8 июня 2022 года, а ее административным центром стал Семей. По данным бюро национальной статистики РК, численность населения области Абай на 1 июня 2026 года составила 593,6 тыс. человек, в том числе 374,5 тыс. человек (63,1%) – городских, 219,1 тыс. человек (36,9%) – сельских жителей.

Естественный прирост населения в январе-мае 2026 года составил 912 человек (в соответствующем периоде предыдущего года – 1037 человек). За январь-май 2026 года число родившихся составило 3028 человек (на 7,2% меньше, чем в январе-мае 2025 года), число умерших составило 2116 человек ( на 4,9% меньше, чем в январе-мае 2025 года).

За январь-май 2026 года по области Абай сальдо миграции отрицательное, в больше 3 тыс. человек.

Читайте по теме:

Стратегию развития ВКО переписали после сокращения бюджета
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Ольга Ушакова</dc:creator>
                <pubDate>Fri, 14 Aug 2026 09:20:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-8/9GgnFi0A.png"   type="image/png"   length="3092606"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[ИИ начнет решать, кому в Казахстане положены соцвыплаты]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/ii-nachnet-reshat-komu-v-kazahstane-polozheny-socvyplaty</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/ii-nachnet-reshat-komu-v-kazahstane-polozheny-socvyplaty</guid>
                <description>Система будет определять степень нуждаемости граждан и подбирать меры господдержки

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Искусственный интеллект начнут использовать для адресного назначения мер государственной поддержки в Казахстане. Система будет учитывать степень нуждаемости граждан. Об этом на заседании правительства РК заявил министр труда и социальной защиты населения Аскарбек Ертаев, передает inbusiness.kz.

По его словам, с августа текущего года единовременные меры господдержки, предоставляемые акиматами, в частности выплаты к праздничным и памятным датам, назначаются с помощью искусственного интеллекта. Система заранее определяет получателей и формирует проект назначения.


«Окончательное решение о проведении выплаты принимает местный исполнительный орган. В сентябре планируется обеспечить возможность подачи заявлений через eGov Mobile. В октябре планируется внедрить искусственный интеллект для адресного назначения мер государственной поддержки с учетом степени нуждаемости граждан», – сказал министр.


Параллельно министерство внедряет Цифровую службу занятости. Ее цель – переход к проактивному обеспечению занятости, продолжил Ертаев.


«Основной принцип новой модели: не человек ищет работу, а работа сама находит человека. Ранее гражданин самостоятельно искал вакансии на портале и обращался в карьерный центр. Теперь система сама определяет граждан, нуждающихся в работе, исходя из потребностей работодателей. После этого им направляются соответствующие уведомления через eGov, мобильное приложение Enbek.kz или в виде SMS с номера 1414. Искусственный интеллект подбирает персонализированные вакансии как внутри региона, так и за его пределами, в том числе по рабочим профессиям. Кроме того, гражданам предлагаются возможности пройти обучение, переобучение или переехать в другой регион», – отметил Ертаев.


В результате, по его словам, гражданин получает сопровождение до момента трудоустройства. В июле этот сервис был запущен в Павлодарской области. Было направлено 39 тыс. SMS-сообщений по вопросам трудоустройства. На этом этапе в регионе работу получили 962 человека.


«В сентябре планируется внедрение сервиса в Мангистауской области. До конца года сервис будет масштабирован на все 20 регионов страны. Аналогичным образом система будет доступна гражданам через мобильное приложение Aitu. ИИ-помощник будет подбирать подходящие вакансии и курсы обучения. До конца текущего года планируется внедрить искусственный интеллект еще по пяти направлениям. В III квартале ИИ будет использоваться при направлении граждан на активные меры содействия занятости. Планируется автоматически оценивать соответствие соискателя требованиям, подбирать меры поддержки и формировать индивидуальные рекомендации с учетом профиля и потребностей гражданина», – пояснил глава минтруда.


Кроме того, ИИ будут использовать при определении степени утраты профессиональной трудоспособности. Планируется анализировать медицинские данные и формировать проект решения с учетом степени утраты трудоспособности.

В IV квартале, по словам Ертаева, планируется разработать цифровые модели еще по нескольким направлениям: распознавание сканированных трудовых книжек; формирование рекомендаций при назначении пенсионных выплат по возрасту; внедрение анализа на основе искусственного интеллекта для выявления трудовых рисков в сфере безопасности и условий труда на предприятиях страны.

Правительство представило новую модель социальной поддержки казахстанцев

Читайте по теме:

Правительство представило новую модель социальной поддержки казахстанцев
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Асхат Оразов</dc:creator>
                <pubDate>Tue, 11 Aug 2026 11:30:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-8/kO33aiBb.png"   type="image/png"   length="2039372"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Незаконные ЖК и коттеджи массово отправят под снос: готовится новый механизм]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/nezakonnye-zhk-i-kottedzhi-massovo-otpravyat-pod-snos-gotovitsya-novyj-mehanizm</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/nezakonnye-zhk-i-kottedzhi-massovo-otpravyat-pod-snos-gotovitsya-novyj-mehanizm</guid>
                <description>В Казахстане начинается жесткая зачистка рынка недвижимости
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Правительство намерено значительно расширить полномочия государства по массовому демонтажу объектов, возведенных с нарушением требований безопасности, прежде всего в охранных зонах высоковольтных линий электропередачи, пишет inbusiness.kz.

Проблема давно вышла за рамки отдельных нарушений. За прошедшие десятилетия по всему Казахстану в опасной близости от высоковольтных линий электропередачи появились многоквартирные жилые комплексы, коттеджные поселки, детские игровые площадки, объекты общественного питания, рынки, общежития и другие места массового пребывания людей. Сегодня это уже не только вопрос градостроительной дисциплины, но и безопасности тысяч граждан.

Жизнь на высоком напряжении: дома под ЛЭП превратились в тикающие бомбы

Строительство жилья в охранных зонах ЛЭП – это потенциальная смертельная опасность, которая зачастую остается незаметной до момента трагедии. Согласно научным и медицинским исследованиям, длительное пребывание в зоне воздействия электромагнитных полей высоковольтных линий, особенно напряжением 110-220 кВ и выше, оказывает тяжелый накопительный эффект на организм. Регулярное излучение провоцирует патологии центральной нервной и сердечно-сосудистой систем, стойкие расстройства сна, а также критически повышает риск развития онкологических заболеваний.

Однако специалисты подчеркивают: главная угроза – реальные физические риски эксплуатации высоковольтных сетей. 


«В Казахстане возводят дома под высоковольтными проводами и не осознают, что живут на электрической пороховой бочке. При напряжении 110 кВ или 220 кВ смертельное поражение возможно даже без прямого контакта с проводом – при высокой влажности или тумане электрический пробой способен произойти по воздуху. Иногда достаточно поднять длинную лестницу или металлическую конструкцию. А при аварийном обрыве провода либо пожаре спецтехника уже не сможет безопасно работать под такими строениями», – говорит заслуженный энергетик Казахстана Сабит Султангазин.


По его словам, проживание под линиями электропередачи – это постоянный, неоправданный риск для жизни всей семьи. Охранные зоны вокруг ЛЭП – это строгая мера безопасности для объектов повышенного риска. Несмотря на многолетние предупреждения энергетиков о недопустимости застройки под проводами, местные чиновники сквозь пальцы смотрят на нарушения, а ответственные органы так и не наладили должный контроль.

Эпидемия беспечности: от регионов до Астаны

Так, ТОО «Межрегионэнерго-транзит» сообщало о многочисленных фактах самовольной застройки в Костанайской области и подчеркивало, что возведение зданий под высоковольтными линиями нарушает законодательство и напрямую угрожает безопасности людей.


«В последние годы в охранных зонах, а также под проводами линий электропередачи (ЛЭП) участились случаи застройки жилых и нежилых зданий, сооружений, заборов, стоянок автотранспорта и даже детских игровых площадок. Между тем, для исключения их опасного воздействия действующие Правила установления охранных зон объектов электрических сетей четко определяют минимальные расстояния: для линий 220 кВ – 25 метров, 110 кВ – 20 метров, 35 кВ – 15 метров по обе стороны от крайних проводов», – отметили в компании.


Согласно этим правилам без согласования с владельцем электрических сетей запрещается выполнять строительные, монтажные, земляные и погрузочно-разгрузочные работы, размещать рынки, склады, парковки, капитальные сооружения, ограждения и любые другие объекты. 

Кроме того, местные исполнительные органы обязаны не допускать строительство в пределах охранных зон. Однако, по данным специалистов ТОО «Межрегионэнерго-транзит», на практике земельные участки нередко выделяются с нарушениями, а строительство ведется без согласования с электросетевыми организациями.

Эксперты предупреждают, что при коротком замыкании, например при обрыве провода, линии 110 кВ отключаются лишь кратковременно, а ЛЭП 10-35 кВ вообще продолжают оставаться под напряжением. Любые строительные конструкции, строения и заборы рядом с линией срабатывают как проводники, увеличивая радиус опасного растекания тока гораздо дальше 8 метров. Главное коварство высоковольтных линий – в отсутствии необходимости прямого контакта: достаточно лишь сделать один шаг за допустимый предел – и мгновенный разряд приводит к инвалидности или смерти.

Игнорирование правил уже приводило к печальным событиям: применение пеногенератора, подключенного к сети 220 В, во время детского праздника в Узункольском районе Костанайской области привело к гибели ребенка. В пригороде Актау водитель КамАЗа погиб во время разгрузки металлолома возле линии электропередачи напряжением свыше 10 кВ.

Не менее серьезные риски связаны с возможным пробоем изоляции, падением проводов, возникновением аварийных ситуаций и невозможностью проведения ремонтных работ под незаконно возведенными строениями. Именно поэтому капитальная застройка в пределах охранных зон запрещена законом.
Жесткий ответ кабмина: цифровой контроль и бескомпромиссный снос

В ответ на накопившиеся нарушения правительство запускает законодательную реформу, рассматривать которую предстоит новому парламенту (Құрылтай). 

Как сообщил премьер-министр Олжас Бектенов в письме аппарату парламента, сегодня сохраняются серьезные проблемы межведомственного взаимодействия при выделении земельных участков, согласовании проектной документации и выдаче разрешений на строительство.


«На сегодняшний день имеют место случаи недостаточного межведомственного взаимодействия при предоставлении земельных участков без согласования с заинтересованными сторонами, согласовании проектной документации и оформлении разрешительных документов, а также размещения объектов капитального строительства в пределах охранных зон. Это создает риск нарушения требований, связанных с безопасной эксплуатацией электрических сетей, и представляет угрозу для населения», – пояснил глава правительства.


Чтобы кардинально изменить ситуацию, власти внедряют новый механизм, который упростит процедуру сноса самостроев.


«В качестве системного решения указанных проблем предусматривается создание единого цифрового реестра охранных зон объектов энергетической инфраструктуры. Данный реестр будет интегрирован с государственными информационными системами земельного и градостроительного кадастров, что позволит автоматически выявлять пересечение земельных участков с охранными зонами еще до выдачи разрешений», – подчеркнул Бектенов. 


Законодательный пакет правительства затронет и чиновничий аппарат: процедуры межведомственного согласования при выдаче земли и разрешений будут существенно ужесточены. Одновременно властям предстоит внедрить оценку рисков и резко поднять планку ответственности за любые нарушения в защитных зонах ЛЭП. Также правительство заблокирует хаотичную раздачу земли за счет внедрения фильтров жесткого межведомственного согласования.


«Это также включает меры административного воздействия и снос объектов, возведенных незаконно! Реализация указанных мер направлена на устранение существующих проблем, обеспечение безопасности населения, повышение прозрачности принимаемых решений и исключение нарушений режима использования охранных зон объектов электроэнергетики. В целом эти вопросы являются актуальными и будут находиться на постоянном контроле правительства», – пообещал премьер-министр.


Базар под высоким напряжением вскрыл системный кризис под ЛЭП

Поводом для подготовки реформ стало и обращение группы сенаторов, поднявших ранее проблему столичного рынка «Алаш». Депутаты указали, что через территорию крупнейшего рынка проходят сверхвысоковольтные линии электропередачи, а комиссионные проверки уже подтвердили нарушения режима охранных зон. Согласно проектной документации, часть объектов также располагается в санитарно-защитных зонах.

При этом парламентарии подчеркивали, что проблема давно перестала быть локальной. Во многих регионах Казахстана в охранных зонах ЛЭП находятся рынки, склады, автостоянки, производственные предприятия и коммерческие объекты. 

Среди основных причин эксперты называют отсутствие полноценных цифровых карт охранных зон, слабый контроль при выделении земельных участков, недостаточную координацию между государственными органами и несовершенство действующих механизмов ответственности.

Международная практика показывает, что такие риски решаются только комплексно. В Германии охранные зоны ЛЭП рассматриваются как элементы национальной инфраструктурной безопасности. В Сингапуре все инженерные сети и их защитные зоны объединены в единую цифровую платформу, автоматически блокирующую незаконную выдачу разрешений. В Японии безопасность линий контролируется круглосуточно средствами цифрового мониторинга, а в Южной Корее ответственность между местными властями и энергетическими компаниями строго разграничена, а нарушения относятся к категории высокого риска. 

Теперь Казахстан намерен перейти к аналогичной модели. Правительству поручено провести инвентаризацию всех объектов, расположенных в охранных зонах ЛЭП, создать единый цифровой реестр энергетической инфраструктуры и существенно ужесточить контроль за новым строительством. Для многих незаконных объектов это может означать только одно – принудительный демонтаж.

Читайте по теме:

Казахстан построит энергетический &quot;щит&quot; для юга страны
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Жанат Ардак</dc:creator>
                <pubDate>Sun, 02 Aug 2026 11:01:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-8/62gPKO1z.webp"   type="image/webp"   length="105300"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Стратегию развития ВКО переписали после сокращения бюджета]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/strategiyu-razvitiya-vko-perepisali-posle-sokrasheniya-byudzheta</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/strategiyu-razvitiya-vko-perepisali-posle-sokrasheniya-byudzheta</guid>
                <description>Власти региона сокращают расходы, но обещают рост промышленности и двукратное увеличение сельхозпроизводства

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[На реализацию скорректированного плана развития Восточно-Казахстанской области на 2026-2030 годы, который опубликован на сайте акима ВКО, планируется направить 5,9 трлн тенге. По сравнению с первоначальной редакцией документа объем финансирования увеличился почти на 583 млрд. При этом новая стратегия утверждается на фоне корректировки областного бюджета: регион ожидает недополучить 38,5 млрд тенге собственных доходов в 2026-2028 годах и уже вынужден оптимизировать расходы почти на 12 млрд тенге, сообщает inbusiness.kz.

Бюджет &quot;сдулся&quot;

Основанием для уточнения бюджета на 2026-2028 годы послужило неисполнение собственных доходов, по предварительным данным, в размере 38,5 млрд тенге, сообщила на недавней сессии областного маслихата исполняющая обязанности руководителя управления экономики и бюджетного планирования ВКО Гульшат Корганбекова. Причины связаны с новым налоговым законодательством, а именно изменением порядка зачисления КПН от крупного предпринимательства, увеличением размера налогового вычета по ИПН, изменением отдельных механизмов исчисления соцналога.


&quot;Эти налоги формируют около 85% собственных доходов в бюджет. Их снижение оказывает существенное влияние на исполнение бюджета. Для минимализации последствий снижения доходов совместно с акиматами городов и районов проводится комплексная работа по изысканию дополнительных источников финансирования. А также с государственными центральными органами прорабатывается вопрос выделения трансфертов из республиканского бюджета. Но это не позволяет в полной мере компенсировать потери бюджета&quot;, – информировала Гульшат Корганбекова.


Для обеспечения сбалансированности бюджета предлагается оптимизация расходной части на 12 млрд тенге. По городам и районам – 6,2 млрд тенге, по областному бюджету – 5,7 млрд тенге. Экономия коснется практически всех отраслей. К примеру, в образовании сократят расходы на 206 млн тенге  за счет отказа от переиздания учебников, сокращения отдельных мероприятий, экономии на интернет-услугах и текущих ремонтах. В здравоохранении планируют сэкономить 271 млн тенге, перенеся капитальный ремонт здания, закупку транспорта и сократив расходы на государственный заказ по пропаганде здорового образа жизни и профилактике ВИЧ.

Еще 1,2 млрд тенге предполагается сэкономить по линии управления координации занятости и социальных программ — за счет корректировки финансирования проекта &quot;Серебряный возраст&quot;, общественных работ и других текущих расходов. Перенесут часть средних ремонтов дорог в районах, а также скорректируют проект строительства моста через реку Белая Берель в Катон-Карагайском районе. После корректировки прогноз собственных доходов области на 2026 год снижен с 261,4 млрд до 260,8 млрд тенге.

Говоря иначе, в ВКО, с одной стороны, сокращают расходы бюджета, с другой – увеличивает объемы финансирования стратегического документа – плана развития области на 2026-2030 годы. Дело в том, что на его реализацию ожидаются поступления средств за счет республиканского и областного бюджетов, привлеченных инвестиций, собственных средств предприятий и заемного капитала. При этом наибольший прирост финансирования приходится на 2028-2030 годы.

Так, в этом году на план развития ВКО планируется выделить 704,7 млрд тенге, в 2027 году – 998,8 млрд тенге, в 2028-м – 1,5 млрд тенге. На 2029 год – чуть больше 1 млрд тенге, 2030 год – 1,6 млрд тенге.

Сама стратегия развития  остается весьма амбициозной. К 2030 году власти рассчитывают увеличить объем промышленного производства с 2,7 трлн до 3,2 трлн тенге, а объем валовой продукции сельского хозяйства – более чем в два раза, с 462,5 млрд до 1 трлн тенге.

Долю переработанной продукции агропромышленного комплекса планируется довести до 70% против 60% в 2024 году. Переработка мяса должна вырасти с 77% в 2024 году до 112%, молока – с 42,1% до 52%.

В документе говорится, что план развития ориентирован на реализацию нового экономического курса страны за счет более эффективного использования конкурентных преимуществ региона – богатой минерально-сырьевой базы, развитой цветной металлургии, сельского хозяйства и выгодного географического положения, открывающего выход на рынки России, Китая, Узбекистана, Ирана и других стран Центральной Азии.

Регион теряет людей

При этом разработчики плана развития ВКО на 2026-2030 годы признали, что регион сталкивается с серьезными вызовами. Главный из них – демография. Население области продолжает сокращаться: с 730,2 тыс. человек в 2022 году до 724 тыс. в 2024-м. По данным бюро национальной статистики РК, на 1 июня 2026 года в ВКО проживало 717 тыс. человек. Ежегодно регион теряет от 1,4 до 3,1 тысячи жителей.


&quot;Естественный прирост населения &quot;поглощается&quot; миграционным оттоком. В приграничных районах области проживает 171,9 тыс. человек, или 23,7 % общей численности населения области. Уровень урбанизации на 1 января 2025 года составляет 67,1% (РК – 63%). Численность сельского населения области снизилась за 2 года на 8,6 тыс. человек. Население области имеет тенденцию к старению&quot;, – отмечается в плане развития ВКО.


В числе указанных проблем – недостаточный уровень передела и номенклатуры металлоизделий, вложений средств в геологоразведочные работы, высокая ресурсо- и энергоемкость производства продукции по сравнению с зарубежными предприятиями-аналогами, невысокий уровень производительности труда. Авторы документа отмечают высокую зависимость экономики от горно-металлургического комплекса. Хотя за десять месяцев 2025 года инвестиции в основной капитал выросли на 14%, объем строительных работ — на 13%, а сельское хозяйство – на 1%, промышленность показала спад. Индекс физического объема промышленного производства составил 95,1%, а обрабатывающей промышленности – 94,9%. Это связано со снижением выпуска золота, серебра, свинца, цинка и золотосодержащих концентратов.

Поскольку промышленность формирует около 40% валового регионального продукта, власти  региона делают ставку на диверсификацию экономики. До 2033 года в регионе планируется реализовать 29 инвестиционных проектов общенационального пула общей стоимостью 741,2 млрд тенге, которые должны обеспечить создание 2,6 тыс. рабочих мест.

В документе также отмечается, что за три последних года в экономику области уже привлечено 2 трлн тенге инвестиций, а только за десять месяцев 2025 года — еще 599,7 млрд тенге.

Основной целью новой стратегии называется не только рост экономики, но и обеспечение жителей области современной инфраструктурой, качественными государственными услугами и равными возможностями независимо от места проживания. При этом власти опираются на результаты предыдущего плана развития ВКО – на 2021-2025 годы. За этот период валовой региональный продукт области вырос в 1,5 раза — с 3,2 до 5 трлн тенге, промышленное производство увеличилось в 1,7 раза, объем инвестиций – в 1,6 раза, строительных работ – почти в 1,9 раза, а сельское хозяйство прибавило 14%.

Читайте по теме:

Казахстан нашел новый источник миллиардных доходо
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Ольга Ушакова</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 29 Jul 2026 09:15:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-7/5znJfmhX.png"   type="image/png"   length="2298591"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Мобильные переводы в Казахстане попали под двойной контроль]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/mobilnye-perevody-v-kazahstane-popali-pod-dvojnoj-kontrol</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/mobilnye-perevody-v-kazahstane-popali-pod-dvojnoj-kontrol</guid>
                <description>Казахстанцам рассказали, когда сообщение от налоговой может обернуться полноценной проверкой

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Мобильные переводы остаются одной из самых обсуждаемых тем среди предпринимателей и обычных граждан Казахстана. Министерство финансов разъяснило, в каких случаях сведения о поступлениях на личные банковские счета передаются в органы государственных доходов и когда информационное сообщение может перерасти в полноценную налоговую проверку, передает inbusiness.kz.

Согласно подпункту 24 пункта 2 статьи 55 Налогового кодекса РК, банки передают налоговым органам сведения о денежных средствах, поступивших на личные счета граждан, при наличии признаков получения дохода от предпринимательской деятельности.

При этом информация направляется только при одновременном выполнении двух критериев, утвержденных приказом министра финансов.

Во-первых, на банковский счет, не предназначенный для предпринимательской деятельности, должны поступить деньги от 100 и более разных лиц в течение каждого из трех последовательных календарных месяцев.

Во-вторых, общая сумма переводов за указанный период должна превышать 12-кратный размер минимальной заработной платы.

Статус ИП от контроля не освобождает

Как пояснили в минфине, сведения передаются по всем физическим лицам, соответствующим установленным критериям, независимо от того, зарегистрированы они в качестве индивидуальных предпринимателей или нет.

Это связано с тем, что контролю подлежат деньги, поступающие на личные банковские счета, которые законодательство запрещает использовать для ведения бизнеса. Прием платы за товары, работы или услуги на личную карту вместо специального предпринимательского счета может быть зафиксирован фискальными органами как нарушение порядка финансовых расчетов.

В Комитете государственных доходов привели пример. Гражданину Дуйсенову С. на банковскую карту поступали деньги за услуги по ремонту обуви:

— за апрель — от 117 человек на сумму 1,4 миллиона тенге;

— за май — от 126 человек на сумму 1,1 миллиона тенге;

— за июнь — от 106 человек на сумму 1,3 миллиона тенге.

Поскольку установленные критерии — более 100 переводов от разных лиц и сумма свыше 12 МЗП — выполнялись три месяца подряд, банк автоматически передал сведения в органы государственных доходов.

От сообщения до проверки

После получения информации от банков налоговые органы запускают двухэтапный механизм работы с гражданами.

На первом этапе в «Кабинет налогоплательщика» направляется информационное сообщение о зафиксированных мобильных переводах с признаками предпринимательской деятельности. На этом этапе гражданину предоставляется возможность добровольно привести в порядок свой налоговый статус.

Если же человек проигнорирует сообщение и продолжит систематически принимать переводы на личный счет, запускается второй этап — камеральный контроль представленной налоговой отчетности.

При выявлении расхождений налогоплательщику направляется официальное уведомление.

Согласно примеру комитета государственных доходов, Дуйсенов С. не отреагировал на первоначальное сообщение и продолжил принимать платежи. В результате ему направили уведомление по итогам камерального контроля.

В налоговую идти не придется

Как пояснили в минфине, полученное уведомление необходимо исполнить в течение 30 рабочих дней со дня, следующего за днем его вручения.

Если налогоплательщик согласен с выявленными нарушениями, он может устранить их путем постановки на регистрационный учет и представления налоговой отчетности.

При несогласии необходимо предоставить письменные пояснения с указанием причин расхождений и приложить подтверждающие документы.

Личное посещение управления государственных доходов не требуется. Все ответы и пояснения подписываются электронной цифровой подписью и направляются онлайн через личный кабинет налогоплательщика.

Если пояснения не будут представлены или налоговому органу потребуется подтвердить достоверность сведений, он вправе назначить полноценную налоговую проверку.

За что могут оштрафовать

Сами по себе мобильные переводы налогом не облагаются. Налогообложению подлежат доходы от реализации товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Согласно статье 463 Кодекса РК об административных правонарушениях, ведение предпринимательской деятельности без регистрации влечет штраф для физических лиц в размере 15 МРП. За повторное нарушение в течение года предусмотрен штраф в размере 30 МРП.

Кроме того, статья 27 Предпринимательского кодекса обязывает индивидуальных предпринимателей использовать для приема безналичных платежей только текущий банковский счет, предназначенный для предпринимательской деятельности.

В соответствии со статьей 110 Налогового кодекса, любые денежные расчеты за товары и услуги — наличными, банковской картой или мобильным переводом — должны проводиться с применением контрольно-кассовой машины или специального мобильного приложения.

За неприменение ККМ, согласно статье 284 КоАП РК, предусмотрено предупреждение. При повторном нарушении может быть назначен штраф до 15 МРП.

В минфине рекомендовали гражданам, которые систематически продают товары или оказывают услуги, своевременно регистрировать предпринимательскую деятельность, открывать специальные счета для ИП и использовать ККМ. Это позволит вести бизнес законно, избежать штрафов и вопросов со стороны фискальных органов.

Читайте по теме:

Мобильные переводы казахстанцев попали под проверку
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Tue, 28 Jul 2026 16:07:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-7/WOfS44o4.png"   type="image/png"   length="2039393"  />
                            </item>
            </channel>
</rss>
