<?xml version="1.0" encoding="UTF-8" ?>
<rss version="2.0"  xmlns:content="http://purl.org/rss/1.0/modules/content/"  xmlns:media="http://search.yahoo.com/mrss/">
    <channel>
        <title>Экономика</title>
        <link>https://inbusiness.kz/ru/rss/ekonomika</link>
        <description><![CDATA[Новости Казахстана]]></description>
        <language>ru</language>
        <lastBuildDate>Wed, 24 Jun 2026 10:45:00 +0500</lastBuildDate>
                    <item>
                <title><![CDATA[Казахстанцам поднимут тарифы на свет по закрытой схеме ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstancam-podnimut-tarify-na-svet-po-zakrytoj-sheme</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstancam-podnimut-tarify-na-svet-po-zakrytoj-sheme</guid>
                <description>Минэнерго не раскрывает, почему одним электростанциям разрешили повысить цены более чем вдвое, а другим – лишь на несколько процентов
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Процесс повышения тарифов электростанций в Казахстане остается закрытым. Такую проблему в беседе с энергетиком Сергеем Агафоновым обсудил корреспондент inbusiness.kz. Напомним, согласно выставленному на обозрение приказу минэнерго, с 1 июля в Казахстане ожидается увеличение тарифных ставок у подавляющего большинства основных генерирующих станций.

Такие разные тарифы

Крупнейшее увеличение произойдет именно у газовых генераторов из-за резкого повышения оптовых цен на газ в прошлом году на 33%. Кстати, в июле ожидается их очередное повышение еще на столько же. К слову, ранее сообщалось, что у энергопроизводящих организаций накопился большой долг перед QazaqGaz на 37,7 млрд тенге.

Так, к примеру, у шестиблочной Жамбылской ГРЭС, работающей на газе, тариф предлагается нарастить на 63,1%, до 37,92 тенге на кВт*ч без НДС вместо действующего 23,25 тенге на кВт*ч без НДС. Хотя такое резкое повышение вряд ли продиктовано только ценами на газ, скорее всего, в новый тариф газовой электростанции закладываются еще и инвестиции. Ранее сообщалось, что на Жамбылской ГРЭС ведется строительство еще пяти газотурбинных установок мощностью 210 МВт. 

Кроме того, сильно предлагается поднять тарифы у таких газовых станций, как актауский МАЭК – с 23,26 тенге на кВт*ч до 36,26 тенге на кВт*ч (рост на 55,9%), Жанажольская ГТЭС – с 16,06 тенге до 31,77 тенге (+97,8%), Уральская ГТЭС – с 15,59 тенге до 22,25 тенге (+42,7%), шымкентская «3-Энергоорталык» – с 18,46 тенге –до 37,64 тенге (+103,9%), у КГП «Кызылордаэнергоцентр» – с 13,13 тенге до 21,28 тенге (+62,1%), «Таразэнергоцентр» – с 21,07 тенге до 45,07 тенге (+113,9%), западно-казахстанская «Батыс Пауэр» – с 17,63 тенге до 22,86 тенге (+29,7%), Karabatan Utility Solutions – с 13,06 тенге до 24,07 тенге (+84,3%), Актобе ТЭЦ – с 18,19 тенге до 36,55 тенге (+100,9), АО «Жайыктеплоэнерго» – с 13,95 тенге до 20,3 тенге (+45,5%).

Впрочем, у некоторых угольных станций тарифы вырастут тоже неплохо, к примеру, у ТОО «Караганда Энергоцентр» – с 17,64 тенге на кВт*ч без НДС до 21,7 тенге за кВт*ч без НДС (рост на 23%), ТОО «Усть-Каменогорская ТЭЦ» – с 17,82 тенге до 21,2 тенге (+19%), АО «Севказэнерго» – с 23,17 тенге до 26,5 тенге (+14,4%), АО «Павлодарэнерго» – с 24,29 тенге до 27,66 тенге (+13,9%), ТОО «Согринская ТЭЦ» – с 20,52 тенге до 32,45 тенге (+58,1%), АО «Шыгыс Жылу» – с 18,17 тенге до 38,07 тенге (+109,5), ТОО «Текелийский энергокомплекс» – с 24,17 тенге до 40,14 тенге (+66,1%), Степногорская ТЭЦ – с 38,67 тенге до 47,89 тенге (+23,8), ТОО «Шахтинсктеплоэнерго» – с 21,05 тенге до 45,46 тенге (+116%), ГКП «Кентау Жылу» – с 37,12 тенге до 45,66 тенге (+23%), ГКП «Аркалыкская ТЭЦ» – с 13,13 тенге до 19,27 тенге (+46,8%).

Впрочем, не у всех электростанций тарифы вырастут, есть и одно исключение в лице Мойнакской ГЭС. У этой станции «Самрук-Энерго», достроенной с советского периода в 2011 году и получавшей большие выплаты с рынка мощности, тарифную ставку планируется снизить на 40,6%, с 12,77 тенге до 7,59 тенге за кВт*ч без НДС. Причина такого падения тарифа не поясняется, однако здесь можно предположить, что это связано с окончанием пятнадцатилетнего периода возврата инвестиций, вложенных в достройку этой гидроэлектростанции.

Здесь нужно напомнить читателям, что в Казахстане примерно для 65-70% оптового рынка электроэнергии действует модель единого закупщика, который выкупает большую часть объемов электроэнергии у станций, кроме тех, что предназначены для промышленных групп с собственной дешевой генерацией.

Поэтому даже если у какой-либо электростанции в отдельном регионе резко поднимется тариф на производство электричества, то это не означает, что в этой территории, соответственно, также пропорционально вырастут конечные цены на электроэнергию, так как единый закупщик усредняет цены от станций по всей стране и продает электричество крупным потребителям уже по средней оптовой цене, а сбытовым РЭК, работающим с населением, оно реализуется по специальным льготным тарифам, которые значительно меньше уровня усредненных ценовых котировок на опте.

В целом, согласно подсчетам автора inbusiness.kz, если действительно минэнерго утвердит почти всеобщее повышение тарифов электростанций на предлагаемом уровне, то на опте электроэнергия может подорожать примерно только на 3-4 тенге на кВт*ч без НДС до конца года. Это связано с тем, что у крупнейших производителей электроэнергии, к примеру, у восьмиблочной Экибастузской ГРЭС-1 мощностью почти 4 ГВт, которая составляет примерно пятую-шестую часть генерации в стране, она поднимется минимально – на 0,3 тенге, или с 9,5 тенге до 9,81 тенге.

Напомним, с начала года оптовая цена продажи у единого закупщика электроэнергии колебалась в коридоре 30-32 тенге на кВт*ч без НДС. Однако такое повышение тарифов электростанций на 3-4 тенге не отразится таким же образом на конечных ценах на электричество для населения, поскольку единый закупщик продает его сбытовым РЭК по льготным ценам, а значит, и последствия удорожания для физлиц будут ощущаться в коридоре примерно 2-3 тенге на кВт*ч без НДС примерно с сентября.

Кулуарные тарифы с боковым входом

Между тем при анализе всего этого разброса повышения тарифов для разных электростанций возникает естественный вопрос: почему у одних он поднимается на 100% и более, а у других на всего лишь несколько процентов? В минэнерго этого не объясняют, как, в принципе, и не раскрывают полностью сам процесс тарифообразования, так что потребителям остается только ломать голову, по какой причине им приходится платить больше за электроэнергию.

Ранее со стороны министерства энергетики раздавались щедрые обещания, что с вводом специальной цифровой платформы по энергетике в итоге тарифообразование и тарифные сметы электростанций будут представлены в прозрачном виде публике, но воз и ныне там. Хотя еще в прошлом году энергетическое ведомство внедрило цифровой сервис по управлению тарифами, однако до сих пор не дает воспользоваться им в полную силу потребителям электроэнергии, хотя эта платформа была сделана на народные деньги.


«Данный сервис предназначен для цифровизации процесса утверждения предельного тарифа на электроэнергию. Цифровой сервис позволяет энергопроизводящим организациям подавать заявки в электронном виде, что значительно упрощает и ускоряет процесс, исключив бумажный документооборот. Система обеспечивает полный цикл обработки заявок, от их формирования до финального утверждения. Система создала возможность подписания всех документов в электронной форме с применением ЭЦП, для утверждения предельных тарифов на электроэнергию, который устанавливается на 7 лет. Внедрение цифрового сервиса по управлению тарифами – это важный шаг в направлении цифровизации и дебюрократизации государственных функций министерства энергетики. Система делает отраслевые процессы более прозрачными и эффективными, в том числе с обеспечением юридической силы документов благодаря использованию ЭЦП. Система будет совершенствоваться с учетом дополнительных запросов пользователей и требований по внедрению элементов искусственного интеллекта», – обещали тогда в минэнерго при запуске сервиса.


С учетом очередного роста тарифов электростанций в июле мы обратились к энергетику Сергею Агафонову с просьбой прокомментировать долгоиграющую проблему прозрачности тарифообразования по электричеству в минэнерго.


«Я со своей стороны хочу сказать, что поддерживаю увеличение тарифов. Я вообще считаю, что они пока не достигли необходимого уровня: цена продолжает отставать от ценности электроэнергии. Но меня, как и многих других, беспокоит прозрачность этого процесса. Мы видим рост, но мы не понимаем, что он подразумевает под собой. Наличие цифрового сервиса как раз позволило бы мониторить этот процесс внешним пользователям, наблюдателям, экспертам, и, соответственно, это самый лучший способ контроля, самый, условно, малозатратный, эффективный и так далее – дать возможность доступа, смотреть и анализировать, и соответственно, сообщать о наличии каких-то несоответствий», – предложил эксперт.


По его словам, доступ к анализу процесса тарифообразования у электростанций, где тарифы утверждаются минэнерго, можно предоставить пусть и не всей активной общественности, но хотя бы экспертному сообществу, чтобы оно могло его мониторить и давать свои экспертные заключения через подключение к цифровому сервису, возможно, в рамках деятельности обновленного отраслевого Совета рынка.

Читайте по теме:

В Казахстане обсудят новые тарифы KEGOC на электроэнергию до 2031 года
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Данияр Сериков</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 24 Jun 2026 10:45:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/b2Mw17OA.webp"   type="image/webp"   length="53740"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Не весь долг — государственный: из чего складываются внешние обязательства Казахстана]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/ne-ves-dolg-gosudarstvennyj-iz-chego-skladyvayutsya-vneshnie-obyazatelstva-kazahstana</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/ne-ves-dolg-gosudarstvennyj-iz-chego-skladyvayutsya-vneshnie-obyazatelstva-kazahstana</guid>
                <description>Эксперт призывает не путать общий внешний долг с обязательствами государства, поскольку их масштабы существенно различаются
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Внешний долг Казахстана на начало 2026 года составил 181,8 млрд долларов. Несмотря на внушительную сумму, большая часть этих обязательств не относится к государству, а формируется за счет частного сектора и международного бизнеса, передает inbusiness.kz.

Финансист Расул Рысмамбетов отмечает, что внешний долг представляет собой совокупные обязательства всех резидентов страны перед иностранными кредиторами. В эту категорию входят государственные органы, Национальный банк, банки второго уровня, частные компании и межфирменная задолженность.

При этом непосредственно государственный долг является лишь частью внешних обязательств страны. По данным эксперта, на органы государственного управления приходится 16 млрд долларов, или менее 9% общего внешнего долга.


&quot;Так, на начало 2026 года внешний госдолг у Казахстана – 17 млрд долларов, или 5,6% к ВВП. При этом, для сравнения, внешний госдолг Узбекистана – 39,8 млрд долларов, или 27,1% к ВВП&quot;, – сказал финансист. 


Крупнейшей составляющей внешнего долга Казахстана остается межфирменная задолженность — почти 90 млрд долларов. Речь идет о финансировании, которое иностранные материнские компании предоставляют своим казахстанским подразделениям для реализации инвестиционных проектов.



По словам финансиста, такая структура свидетельствует о притоке капитала в реальный сектор экономики.


«Фактически почти половина внешнего долга Казахстана связана не с государством и даже не с банками, а с финансированием инвестиционных проектов внутри международных корпоративных групп», — отмечает эксперт.


За последние два десятилетия рост внешнего долга сопровождался реализацией крупных инфраструктурных и промышленных проектов. В стране строились нефтепромыслы, трубопроводы, объекты городской инфраструктуры и производственные мощности.

Экс-глава Национального аналитического центра подчеркивает, что привлечение внешнего капитала является распространенной мировой практикой. Заемные средства позволяют ускорять развитие экономики и запускать проекты, которые сложно реализовать исключительно за счет внутренних ресурсов.


«Вопрос не в том, есть ли долг, а в том, способен ли созданный за счет него актив обслуживать этот долг и приносить доход», — считает Рысмамбетов.


По мнению эксперта, оценивать долговую устойчивость страны необходимо комплексно. Важен не только объем обязательств, но и их структура, сроки погашения, а также наличие активов и проектов, которые формируют будущие доходы экономики.

Поэтому показатель внешнего долга сам по себе не дает полной картины. Гораздо важнее понимать, кто именно является заемщиком, на какие цели были привлечены средства и какие экономические результаты ожидаются от их использования.
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/"></dc:creator>
                <pubDate>Tue, 23 Jun 2026 12:26:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/ybV1rKD0.webp"   type="image/webp"   length="72314"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Минфин готовится к резкому росту расходов на госдолг ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/minfin-gotovitsya-k-rezkomu-rostu-rashodov-na-gosdolg</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/minfin-gotovitsya-k-rezkomu-rostu-rashodov-na-gosdolg</guid>
                <description>Стоимость его обслуживания в ближайшие два года вырастет почти вдвое — до 4,4 триллиона тенге в год 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Расходы Казахстана на обслуживание государственного долга в ближайшие годы могут значительно увеличиться. Если в 2025 году на выплату процентов и другие расходы по государственным заимствованиям предусмотрено 2,6 триллиона тенге, то уже к 2028 году эта сумма может превысить 4,46 триллиона тенге ежегодно. Такие данные содержатся в проекте Плана развития министерства финансов на 2026-2030 годы, сообщает корреспондент inbusiness.kz.

Согласно документу, в 2026 году расходы на обслуживание госдолга прогнозируются на уровне 3,47 триллиона тенге, в 2027 году — 4,19 триллиона тенге. Начиная с 2028 года ежегодные выплаты по государственным обязательствам могут превысить отметку в 4,4 триллиона тенге.

В минфине подчеркивают, что своевременное исполнение долговых обязательств остается одной из приоритетных задач ведомства.


«Обеспечение своевременного осуществления платежей по выплате вознаграждений и прочих платежей, вытекающих из условий заимствования, является одной из ключевых задач министерства. Целевым показателем предусмотрено исполнение финансовых обязательств государства на уровне 100% в течение всего планового периода до 2030 года», — говорится в проекте Плана развития минфина.


Одновременно ведомство намерено активизировать борьбу с теневой экономикой. Согласно планам, к 2030 году ее доля должна сократиться с 16,7 процента до 12 процентов ВВП, а уровень возмещения выявленных нарушений в бюджет — увеличиться с 55 до 80 процентов. Для этого министерство финансов планирует принять отдельный Комплексный план по противодействию теневой экономике на 2026-2028 годы.

Еще одной задачей станет завершение проблемных проектов Фонда проблемных кредитов. Согласно документу, доля проектов, по которым будут прекращены обязательства перед фондом, должна вырасти с 9,4 процента в 2025 году до 100 процентов к 2029 году. Для этого предполагается завершить процедуры банкротства должников, ликвидировать неработающие компании и обеспечить возврат средств по действующим обязательствам.

Кроме того, минфин рассчитывает продолжить цифровизацию государственных финансов. Ведомство намерено использовать технологии искусственного интеллекта для анализа кассовых чеков, данных Национального каталога товаров и совершенствования бюджетного планирования.

Читайте по теме:

Казахстан ограничит импорт по 39 продуктовым позициям
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Мария Галушко</dc:creator>
                <pubDate>Tue, 23 Jun 2026 10:30:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/nebEZFaQ.webp"   type="image/webp"   length="67716"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Казахстан ограничит импорт по 39 продуктовым позициям ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstan-ogranichit-import-po-39-produktovym-poziciyam</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstan-ogranichit-import-po-39-produktovym-poziciyam</guid>
                <description>Власти хотят направить миллиарды тенге госзаказа местным предприятиям 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Министерство сельского хозяйства Казахстана предложило расширить поддержку отечественных производителей продуктов питания через систему государственных закупок. На общественное обсуждение вынесен проект постановления, предусматривающий ограничение закупок импортной продукции. Как уточнили Inbusiness.kz в профильном ведомстве, ограничение затронет 39 продовольственных позиций.

В перечень вошли мука, мясо и мясопродукты, молочная продукция, яйца, овощи, сахар, напитки и ряд других товаров.

В минсельхозе подчеркивают, что речь не идет о полном запрете на закупку иностранной продукции. Если казахстанские производители не примут участие в конкурсе или тендер будет признан несостоявшимся, государственные организации смогут приобретать импортные товары. При этом остается открытым вопрос, смогут ли отечественные предприятия полностью обеспечить потребности госорганизаций по всем позициям из списка.

Как пояснили в ведомстве, включение товаров в перечень продукции, подлежащей изъятию из национального режима, рассматривается как инструмент стимулирования внутреннего производства. Предполагается, что гарантированный спрос со стороны государства позволит предприятиям наращивать объемы выпуска и активнее инвестировать в развитие.

Такой подход поддерживают и представители отрасли. Председатель Казахстанской ассоциации сахарной, пищевой и перерабатывающей промышленности Айжан Наурызгалиева считает, что предлагаемые изменения фактически формируют гарантированный рынок сбыта для отечественных производителей в тех сегментах, где страна уже располагает собственными производственными мощностями.

По ее словам, мера предусмотрена действующим законодательством и направлена на поддержку внутреннего рынка, а не на ограничение конкуренции. Если объемов отечественного производства окажется недостаточно, закупки смогут проводиться на общих основаниях с участием иностранных поставщиков.


«Выигрыш от реализации данной меры может получить весь агропромышленный комплекс, поскольку государственные закупки обеспечивают гарантированный и прогнозируемый спрос на продукцию», — поделилась мнением эксперт.


Одним из главных аргументов в пользу инициативы в отрасли называют высокий уровень самообеспеченности страны продовольствием.


«Зачастую в изъятиях продукция, которая производится в РК в достаточном количестве. Так, по основным видам продовольственных товаров, входящих в перечень социально значимых продовольственных товаров, уровень самообеспеченности Казахстана составляет порядка 85%, что в международной практике считается экономически достаточным уровнем продовольственной безопасности. Это свидетельствует о наличии у отечественных производителей необходимого потенциала для обеспечения значительной части потребностей внутреннего рынка, включая государственные закупки», — сказала она.


При этом ситуация различается в зависимости от категории продукции. По ряду позиций внутренний спрос полностью покрывается отечественными предприятиями, тогда как некоторые сегменты по-прежнему зависят от импортного сырья, комплектующих или сезонных поставок. Именно поэтому законодательство сохраняет возможность закупки иностранных товаров в случае дефицита внутреннего предложения.

Наурызгалиева также не видит предпосылок для роста цен вследствие введения ограничений.


«Что касается возможного роста цен, то предпосылок для этого не наблюдается. Государственные закупки осуществляются за счет бюджетных средств и регулируются действующими процедурами ценообразования. Более того, на практике предприятия нередко сталкиваются с обратной ситуацией, когда закупочные цены оказываются существенно ниже рыночных. В результате отдельные тендеры признаются несостоявшимися из-за отсутствия участников, поскольку предлагаемые условия становятся экономически невыгодными для производителей», — отметила эксперт.


Интерес бизнеса к государственным закупкам объясняется и объемом рынка. По данным министерства финансов, в 2024 году через портал госзакупок было проведено 8434 закупки продуктов питания на сумму 22,5 миллиарда тенге. В 2025 году показатель вырос до 11 499 закупок на сумму 31,1 миллиарда тенге.

Вместе с тем представители отрасли считают, что одних ограничений на импорт недостаточно. По словам Айжан Наурызгалиевой, действующая система госзакупок сама нуждается в доработке. В частности, крупные производители не всегда могут участвовать в тендерах из-за критериев допуска, несмотря на наличие необходимых мощностей. Подобные проблемы уже возникали, в том числе в молочной отрасли.


«Кроме того, определенные сложности вызывает территориальная организация закупок. Нередко небольшие объемы закупаемой продукции распределяются между различными регионами и заказчиками. Для крупных производителей такие объемы зачастую не представляют экономического интереса с учетом логистических затрат. Одновременно сами заказчики сталкиваются с проблемой поиска крупных и стабильных поставщиков в регионе и вынуждены работать с большим количеством мелких поставщиков», — сказала Айжан Наурызгалиева.


По мнению эксперта, наряду с ограничениями на закупку импортной продукции необходимо совершенствовать сам механизм государственных закупок продовольствия. Среди возможных мер — укрупнение лотов, повышение предсказуемости закупок, пересмотр критериев допуска и поиск баланса между поддержкой малого и среднего бизнеса и участием крупных отечественных производителей.


«В целом предлагаемая мера способна оказать положительное влияние на развитие отечественного производства, повысить загрузку действующих предприятий, обеспечить дополнительные налоговые поступления, сохранить рабочие места и стимулировать дальнейшее развитие перерабатывающей промышленности. Однако ее эффективность будет зависеть не только от введения самих изъятий, но и от качества организации закупочных процедур, уровня конкуренции между отечественными производителями и способности системы государственных закупок обеспечивать равный доступ всех добросовестных поставщиков к государственному заказу», — считает эксперт.


Читайте по теме:

Таможня Казахстана резко расширила охват проверок бизнеса
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Мария Галушко</dc:creator>
                <pubDate>Mon, 22 Jun 2026 09:35:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/MQhZf8mN.webp"   type="image/webp"   length="84242"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[В правительстве объяснили отказ от финансирования почти 100 проектов ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/v-pravitelstve-obyasnili-otkaz-ot-finansirovaniya-pochti-100-proektov</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/v-pravitelstve-obyasnili-otkaz-ot-finansirovaniya-pochti-100-proektov</guid>
                <description>Жумангарин заявил, что причина связана не с ошибками планирования, а с изменением источников средств 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Министр национальной экономики Серик Жумангарин прокомментировал сокращение бюджетного финансирования ряда инвестиционных проектов после критики со стороны сенаторов. Об этом он заявил на заседании сената парламента, передает inbusiness.kz.

Вопрос о планировании бюджетных расходов поднял сенатор Амангельды Нугманов. По его словам, объем неисполненных доходов бюджета превысил 300 млрд тенге.


«Между тем в 2025 году неэффективно использовали около 650 млрд тенге. Правительство в течение года перераспределило около 2,4 трлн тенге. В итоге приостановили реализацию около 100 инвестиционных проектов. Такие проблемы возникают последние три года. И почему кабмин из года в год планирует расходы, не подкрепленные подтвержденными доходами?» — спросил сенатор.


В ответ Жумангарин подтвердил, что в 2025 году из финансирования были исключены 99 проектов на сумму 75 млрд тенге.


«Причина не в том, что идет некачественное планирование, а в реализации проектов. Например, 55 проектов на сумму около 47,7 млрд тенге были реализованы за счет других источников финансирования – специальный госфонд, местные бюджеты, гранты. В Риддере многофункциональная больница на 29 млрд тенге – убрали из финансирования республиканского бюджета, так как объект построили за счет специального госфонда. И таким образом была снижена нагрузка на бюджет и высвободившиеся средства были направлены на реализацию других проектов. Это объективные причины», — сказал министр.


По его словам, корректировка финансирования также связана с изменением технико-экономических обоснований по отдельным проектам и судебными разбирательствами.

Жумангарин подчеркнул, что решение об исключении ряда проектов из республиканского финансирования позволило перераспределить бюджетные средства на другие направления.

Читайте по теме:

Бюджет Казахстана &quot;на игле&quot; Нацфонда: расходы превышают доходы
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Асхат Оразов</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 18 Jun 2026 13:06:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/VMfl4Fc1.webp"   type="image/webp"   length="65204"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[В Казахстане вновь возникли проблемы с возвратом НДС  ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/v-kazahstane-vnov-voznikli-problemy-s-vozvratom-nds</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/v-kazahstane-vnov-voznikli-problemy-s-vozvratom-nds</guid>
                <description>Сенатор заявил о многомиллиардных задолженностях перед бизнесом и переносе выплат из года в год 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Депутат сената Бекболат Орынбеков поднял вопрос возврата излишков налога на добавленную стоимость (НДС) во время пленарного заседания палаты, на котором рассматривались отчеты правительства и Высшей аудиторской палаты об исполнении республиканского бюджета за 2025 год, передает inbusiness.kz. 

По словам сенатора, вместо запланированных 6 триллионов 510 миллиардов тенге поступления по НДС составили 6 триллионов 112 миллиардов тенге. Таким образом, план не был исполнен на 398 миллиардов тенге.

Как отметил Орынбеков, одной из основных причин такой ситуации остается процесс возврата НДС предпринимателям.


«К примеру, с начала прошлого года предпринимателям было возвращено 1 триллион 354 миллиарда тенге, из которых 592 миллиарда тенге составили выплаты, оставшиеся с 2024 года. Такая ситуация продолжается с 2023 года. Тогда выплаты были временно приостановлены, и бизнес получил всего 429,7 миллиарда тенге. В результате в 2024 году объем возвращенных средств вырос почти в три раза и достиг 1 триллиона 216 миллиардов тенге. Причиной такого роста стала необходимость вернуть 534,7 миллиарда тенге задолженности, оставшейся с 2023 года», — сказал Бекболат Орынбеков.


Сенатор поинтересовался, как будет складываться ситуация в 2026 году.

На вопрос ответил министр финансов Мади Такиев.


«В последние годы мы переносим остатки по возврату НДС из года в год. Начиная с 2023 года мы вынуждены переносить на следующий год суммы в объеме около 600 миллиардов тенге. Но, несмотря на это, ежегодно возвращаем очень большие объемы НДС. В прошлом году мы вернули 1 триллион 354 миллиарда тенге, годом ранее — 1 триллион 200 миллиардов. По плану на прошлый год было предусмотрено 877 миллиардов тенге, однако фактически мы вернули 1 триллион 354 миллиарда. В этом году план составляет 1 триллион 800 миллиардов тенге, но, по расчетам министерства финансов, к концу года эта сумма может достичь 3 триллионов 400 миллиардов тенге», — заявил министр.


Глава ведомства также отметил, что на сегодняшний день в 2026 году уже возвращено более 400 миллиардов тенге НДС.


&quot;Если взять данные на 15 июня, остается около 1 триллиона тенге НДС. Все эти средства уже прошли проверки, и мы должны их вернуть. Более 60 процентов этой суммы приходится на задолженность перед группой компаний &quot;Самрук-Казына&quot;, — сказал Такиев.


Читайте по теме:

Повышение НДС дало обратный эффект: вышли первые цифры по доходам
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Балжан Смаилова</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 18 Jun 2026 11:50:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/tc6ypHvH.webp"   type="image/webp"   length="50686"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Власти подтвердили повышение минимальной зарплаты в Казахстане]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/vlasti-podtverdili-povyshenie-minimalnoj-zarplaty-v-kazahstane</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/vlasti-podtverdili-povyshenie-minimalnoj-zarplaty-v-kazahstane</guid>
                <description>Окончательное решение по размеру МЗП примут после оценки возможностей бюджета в августе
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Правительство Казахстана намерено повысить минимальную заработную плату, однако конкретный размер будущего увеличения пока не определен. Об этом сообщил первый вице-министр национальной экономики Азамат Амрин, отвечая на вопросы журналистов в правительстве, передает Inbusiness.kz.

По его словам, работа над пересмотром минимальной заработной платы уже ведется, однако окончательные параметры будут зависеть от состояния государственных финансов.


«Мы минимальную заработную плату будем поднимать. Значит, какой размер мы сейчас не стали делать, это я объясню сейчас почему. То есть минимальная заработная плата, она влияет на бюджетный процесс. Соответственно, все будет зависеть от возможности бюджета. То есть сейчас как раз мы ведем работу над формированием бюджета 2027 года. По статистическим данным, по итогу 2025 года, окончательные итоги, они выходят у нас 1 августа. И вот после 1 августа у нас уже будут полугодия, и как раз это является базой для формирования прогноза доходов бюджета на 2027 год», – сказал вице-министр.


Он пояснил, что именно после публикации окончательных статистических данных и оценки бюджетных возможностей правительство сможет определить параметры повышения.

По словам Амрина, август станет ключевым месяцем для принятия решения.


«То есть правительство окончательно будет понимать, насколько у нас бюджет возможно формировать и насколько позволит увеличивать минимальную заработную плату», – резюмировал он.


Таким образом, вопрос о повышении МЗП уже решен принципиально, однако конкретный размер будущего увеличения станет известен после завершения расчетов по формированию бюджета на 2027 год.

Читайте по теме:

В Казахстане озвучили новую минимальную зарплату
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Асхат Оразов</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 11 Jun 2026 11:53:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/jvsDlQ17.webp"   type="image/webp"   length="36014"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Экономика Казахстана выросла, но триллион тенге исчез из бюджета]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/ekonomika-kazahstana-vyrosla-no-trillion-tenge-ischez-iz-byudzheta</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/ekonomika-kazahstana-vyrosla-no-trillion-tenge-ischez-iz-byudzheta</guid>
                <description>Депутаты потребовали объяснить, почему рост промышленности и инвестиций не принес ожидаемых налогов
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Несмотря на уверенный рост экономики, государственный бюджет Казахстана недополучил более 1 трлн тенге по двум ключевым источникам доходов. На это внимание правительства обратил депутат мажилиса Дюсенбай Турганов, передает Inbusiness.kz.

Выступая в парламенте, он отметил, что по итогам отчетного периода экономика страны выросла на 6,5 процента за счет промышленности и строительства, а объем инвестиций увеличился на 13 процентов. Однако эти показатели не привели к ожидаемому росту налоговых поступлений.

По словам депутата, речь идет о корпоративном подоходном налоге (КПН) и налоге на добавленную стоимость (НДС), которые традиционно являются основными бюджетообразующими налогами.


«Получается парадоксальная ситуация – экономика растет, предприятия показывают прибыль, инвестиции увеличиваются, однако бюджет не получает соответствующих налоговой отдачи», – заявил Турганов.


В связи с этим он поинтересовался у правительства, почему экономический рост не трансформируется в увеличение доходов казны.

На вопрос ответил министр национальной экономики Серик Жумангарин. По его словам, прямой зависимости между темпами роста экономики и объемом налоговых поступлений не существует.


«Конечно, есть разница между экономическим ростом и налоговыми поступлениями. Она не прямая, а пропорциональная, потому что несколько факторов на это влияют. Например, цена на нефть меняется, соотношении доллара к тенге, есть другие факторы – в том числе налоговые преференции. Например, в 2025 году  поступление НДС в бюджет составило 6,1 трлн тенге, по сравнению с 2024 годом это на 18% больше. Но несмотря на это, мы не исполнили бюджет на 656 млрд тенге, потому что в плане рассмотрено 877 млрд на возврат по возврату НДС, а мы вернули 1 трлн 354 млрд тенге», – пояснил министр.


Жумангарин также напомнил, что часть доходов от нефтяной отрасли не поступает напрямую в бюджет. Далее, по его словам, поступления от нефтяного сектора напрямую уходят в Нацфонд.

Еще одним фактором министр назвал действующие налоговые льготы и преференции для отдельных отраслей экономики.


«Есть у нас налоговые преференции – в новом Бюджетном кодексе предусмотрены порядок их предоставления и оценки эффективности. Были включены расчетные показатели эффективности и в следующем году отрасли, которых будут касаться налоговые преференции будут подотчетны и будут предоставлять отчет в конце года», – сказал Жумангарин.


По его словам, после получения такой отчетности министерство национальной экономики сможет оценить реальную отдачу от предоставленных льгот и сравнить результаты различных отраслей.

Дискуссия вокруг налоговых поступлений развернулась на фоне продолжающегося роста экономики, который пока не обеспечивает бюджету того объема доходов, на который рассчитывали власти. Именно этот разрыв между экономическими показателями и наполнением казны стал предметом обсуждения в парламенте.

Читайте по теме:

Не вижу причин волноваться – Серик Жумангарин о самочувствии бизнеса в новых налоговых условиях
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Асхат Оразов</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 10 Jun 2026 11:54:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/y4qqsvZQ.webp"   type="image/webp"   length="49326"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Казахстанцам готовят новый налог, который должен продлить им жизнь ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstancam-gotovyat-novyj-nalog-kotoryj-dolzhen-prodlit-im-zhizn</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstancam-gotovyat-novyj-nalog-kotoryj-dolzhen-prodlit-im-zhizn</guid>
                <description>Минздрав задумал ограничения для производителей продуктов и масштабные изменения в календаре вакцинации
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Министерство здравоохранения Казахстана планирует в ближайшие пять лет ввести ряд новых мер, направленных на снижение заболеваемости и увеличение продолжительности жизни населения. Среди них — акциз на сладкие напитки, ограничения рекламы продуктов с высоким содержанием сахара и жиров, а также вакцинация мальчиков от вируса папилломы человека (ВПЧ), сообщает корреспондент inbusiness.kz.

В частности, в стране могут поэтапно ввести акциз на сахаросодержащие напитки. Одновременно ведомство предлагает ограничить рекламу продуктов с высоким содержанием сахара, соли, насыщенных жиров и трансжиров в средствах массовой информации и социальных сетях.

Эти инициативы вошли в план министерства здравоохранения на 2026–2030 годы по популяризации здорового образа жизни и снижению распространенности заболеваний, связанных с неправильным питанием. 

Изменения могут затронуть и национальный календарь прививок. Минздрав рассматривает возможность вакцинации мальчиков в возрасте 11 лет против вируса папилломы человека. Кроме того, предлагается включить в календарь вакцинацию военнослужащих от менингококковой инфекции, а также расширить вакцинацию против коклюша на подростков и беременных женщин.

Отдельное внимание в документе уделено борьбе с онкологическими заболеваниями. Ведомство намерено внедрить скрининг рака легких на основе низкодозной компьютерной томографии с применением искусственного интеллекта.

Также планируется расширить использование современных методов диагностики, включая ВПЧ-тестирование и количественный гемокульт-тест.

В минздраве рассчитывают увеличить число граждан, проходящих онкологические скрининги, с 3,95 млн человек в 2025 году до 4,25 млн к 2030 году. Для нового скрининга рака легких ежегодный охват может превысить 680 тыс. человек.

Все перечисленные инициативы включены в планы развития министерства здравоохранения РК на 2026–2030 годы. Их реализация, как рассчитывают в ведомстве, должна способствовать росту ожидаемой продолжительности жизни населения до 77,3 года к концу десятилетия. По итогам 2024 года этот показатель составлял 75,4 года.

Читайте по теме: 

Минздрав готовит новый план на случай вспышек чумы в Казахстане 
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Мария Галушко</dc:creator>
                <pubDate>Sun, 07 Jun 2026 11:15:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/6mOayrQU.webp"   type="image/webp"   length="54670"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Как Генпрокуратура блокирует «хотелки» госорганов и спасает инвестпроекты в РК]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/kak-genprokuratura-blokiruet-hotelki-gosorganov-i-spasaet-investproekty-v-rk</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/kak-genprokuratura-blokiruet-hotelki-gosorganov-i-spasaet-investproekty-v-rk</guid>
                <description>Прокурор перечислил, с каким стандартным набором административных барьеров сталкиваются регулярно инвесторы 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Сегодня для отечественного капитала при оценке инвестиционной привлекательности страны коммерческая выгода и перспективность проектов отошли на второй план. Основными факторами стали стабильность условий, прозрачность решений государственных органов, понятные правила игры и реальная защищенность прав, передает inbusiness.kz.

Об этом в ходе своего выступления на Atameken Business Forum в среду, 3 июня, заявил заместитель председателя комитета по защите прав инвесторов Генеральной прокуратуры РК Азамат Дюсембеков. Представитель надзорного органа детально рассказал о новой системе прокурорского сопровождения бизнеса и борьбе с системными барьерами на местах.

Как напомнил спикер, специализированный комитет по защите прав инвесторов был создан в системе Генеральной прокуратуры по прямому поручению главы государства. Главными задачами ведомства стали жесткое обеспечение законности, предупреждение нарушений, выявление бюрократических преград и оперативное устранение причин, мешающих реализации инвестпроектов.

На практике инвесторы в Казахстане регулярно сталкиваются со стандартным набором административных барьеров:


	искусственное затягивание процессов согласования документов;
	необоснованные и избыточные проверки со стороны фискальных и контролирующих органов;
	противоречивые регуляторные требования различных ведомств.



 «Каждый подобный случай срывает сроки реализации проектов, генерирует для бизнеса дополнительные финансовые риски и критически снижает доверие к национальному инвестиционному климату. Именно поэтому прокурорский надзор сегодня трансформировался в один из самых практичных инструментов улучшения инвестсреды. Наша роль — не допустить необоснованного давления на предпринимателей», — подчеркнул Азамат Дюсембеков.


Для минимизации рисков ведомство выстроило сквозную систему защиты — от момента поступления первой жалобы до достижения конкретного правового результата. Прокуроры органично встроились в общую государственную цепочку, начиная со стадии комитета по инвестициям министерства иностранных дел РК. Такое сквозное сопровождение позволяет надзорному органу видеть назревающие проблемы превентивно — на ранней стадии, не доводя ситуацию до открытого конфликта или срыва графика работ.

Также отдельное внимание комитет Генпрокуратуры уделяет ревизии любых решений и мер воздействия со стороны госорганов, способных ущемить интересы бизнеса. Речь идет о законности выписываемых штрафов, инициируемых ведомствами судебных исков, и проведении проверок. Главный критерий надзорного органа — исключение любого избыточного административного прессинга.

Кроме того, ведомство уходит от практики работы исключительно с последствиями нарушений. Сквозной анализ поступающих от инвесторов обращений позволяет прокурорам выявлять повторяющиеся паттерны и барьеры, носящие хронический характер.


«Понимая истинные причины проблем, комитет наделен полномочиями вносить прямые предложения по кардинальному изменению административной практики, пересмотру подходов государственных структур и реформированию действующего законодательства», — резюмировал зампред комитета.


Генеральная прокуратура подтвердила свою открытость к прямому и конструктивному диалогу с бизнес-ассоциациями и инвесторами. Общая стратегическая задача правоохранительного блока и делового сообщества — закрепить за Казахстаном статус предсказуемой, безопасной и надежной для капитала гавани, где законы работают не на бумаге, а на практике.

Отмечено, что по итогам форума озвученные предложения участников будут саккумулированы в специальной резолюции для дальнейшей практической отработки совместно с надзорным органом.

Читайте по теме:

Вмешательство государства назвали главной проблемой экономики Казахстана
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 03 Jun 2026 19:38:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/BjVZmKP9.webp"   type="image/webp"   length="80886"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Вмешательство государства назвали главной проблемой экономики Казахстана]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/vmeshatelstvo-gosudarstva-nazvali-glavnoj-problemoj-ekonomiki-kazahstana</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/vmeshatelstvo-gosudarstva-nazvali-glavnoj-problemoj-ekonomiki-kazahstana</guid>
                <description>Эксперт призвал отказаться от ручного управления инвестициями и дать рынку больше свободы
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Принятая правительством Концепция инвестиционной политики до 2030 года не учитывает причины прошлых неудач и не предлагает решений для устранения системных проблем экономики. Такое мнение на Atameken Business FORUM высказал казахстанский экономист Мурат Темирханов, передает inbusiness.kz.

По его словам, заявленная властями проактивная модель привлечения инвестиций фактически скрывает многолетнее невыполнение ключевых экономических показателей.

Экономист обратил внимание на разрыв между целями государственных программ и реальными результатами. По его словам, чиновники регулярно закладывают амбициозные показатели в стратегические документы, однако не проводят полноценного анализа причин их невыполнения.


«В Стратегии развития страны четко фиксировалось, что к 2025 году инвестиции в основной капитал должны составлять 30% от ВВП. В реальности мы получили всего 14,2%. Доля частных инвестиций уменьшилась, а банковское кредитование бизнеса осталось крайне слабым. Аналогичный провал зафиксирован и по линии прямых иностранных инвестиций (ПИИ). Планировалось привлечь порядка 26-28 миллиардов долларов валовых ПИИ, а вышло лишь 20,9 миллиарда. Если же говорить о чистых иностранных инвестициях — с учетом оттока капитала, то вместо заложенного двухпроцентного роста страна ушла в минус на 1 миллиард долларов», — привел официальные данные экономист.


Темирханов отметил, что с момента запуска первой программы форсированной индустриализации в 2010 году подходы государства практически не изменились. По его словам, власти продолжают создавать новые структуры и механизмы поддержки, однако не устраняют причины прежних провалов.

По мнению эксперта, одной из главных ошибок остается чрезмерное участие государства в инвестиционных процессах. Вместо создания равных условий для бизнеса чиновники самостоятельно определяют приоритетные проекты и предоставляют им адресные льготы и субсидии.

Если же коммерческие банки не готовы финансировать такие проекты, к процессу подключаются государственные институты развития, которые получают бюджетную поддержку.


«Фокус государства должен быть направлен исключительно на привлечение частных, рыночных инвестиций через коммерческие банки и венчурные фонды. Более того, критически важно, куда идут эти деньги. Внутренняя торговля — это хорошо, но наш рынок слишком мал. Чтобы экономика Казахстана стала конкурентоспособной, инвестиции должны продвигать проекты, ориентированные строго на экспорт. Все остальное не решает стратегических задач», — подчеркнул Мурат Темирханов.


Экономист выделил три ключевые проблемы инвестиционного климата, которые, по его мнению, не получили должного отражения в Концепции инвестиционной политики до 2030 года.

Первая из них — искажение рыночной среды из-за чрезмерного присутствия государства. В качестве примера он привел электроэнергетику, где жесткое тарифное регулирование, по его словам, отпугивает частных инвесторов. Аналогичные проблемы наблюдаются и в нефтяной отрасли, где компании обязаны поставлять часть добываемого сырья на внутренний рынок по заниженным ценам.

Кроме того, Темирханов считает, что судебные споры с крупными международными компаниями, включая Shell, негативно отражаются на инвестиционной репутации страны.

Второй проблемой он назвал макроэкономическую нестабильность. Высокая инфляция и высокая базовая ставка Национального банка делают кредиты дорогими и ограничивают возможности бизнеса привлекать финансирование для долгосрочных проектов.

По словам эксперта, отсутствие доступных внутренних источников финансирования автоматически снижает привлекательность страны для иностранных инвесторов.

Третьим фактором Темирханов считает налоговую систему и состояние правовой среды.


«Налоговая система в стране носит откровенно репрессивный характер. Стоит бизнесу допустить малейший перебор или техническую ошибку — бац, и налоговики мгновенно блокируют все счета компании. Любой иностранный инвестор приходит в шок от подобных методов. О каком верховенстве закона и защите собственности можно говорить в таких условиях?» — задался вопросом экономист.


В завершение выступления он заявил, что создание новых комитетов, штабов и рабочих групп по инвестиционным проектам не решает накопившихся проблем.

По мнению Темирханова, Казахстану необходимы отказ от чрезмерного административного вмешательства в экономику, реформирование институтов развития и переход к прозрачным и единым правилам для всех участников рынка.

Читайте по теме:

В Казахстане фиксируют спад деловой активности вопреки росту ВВП
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 03 Jun 2026 18:18:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/1FU1aUrG.webp"   type="image/webp"   length="37342"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Казахстану посоветовали перестать гнаться за инвестиционными рекордами]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstanu-posovetovali-perestat-gnatsya-za-investicionnymi-rekordami</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstanu-posovetovali-perestat-gnatsya-za-investicionnymi-rekordami</guid>
                <description>Эксперт призвал сначала определить цели и приоритеты развития экономики
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Попытки властей Казахстана ускорить экономический рост за счет привлечения новых иностранных инвестиций не принесут устойчивого результата без пересмотра самой модели развития страны. Такое мнение на Atameken Business Forum высказал эксперт Ануар Буранбаев, передает inbusiness.kz

По его словам, нынешняя экономическая система, основанная на сырьевом секторе и поддерживаемая бюджетными вливаниями, практически исчерпала возможности для дальнейшего роста.

Буранбаев отметил, что за последние десятилетия мировая экономическая политика заметно изменилась. Если в начале 1990-х годов на глобальном рынке доминировали идеи Вашингтонского консенсуса и минимального вмешательства государства, то сегодня развитые страны возвращаются к активной промышленной политике. Одним из символов этих изменений эксперт назвал Берлинскую декларацию, подписанную в мае 2024 года.

При этом Казахстан, по его мнению, продолжает использовать устаревшие подходы.


«По-хорошему, привлечь инвестиции — это значит правильно продать свою страну как местному, так и зарубежному инвестору. Но любой маркетолог второго курса вам скажет, что сначала создается продукт. Какой продукт сегодня продает Казахстан? Очень много говорят про валовые цифры, это все красиво звучит в отчетах чиновников, но более 70% нашего экспорта — это по-прежнему сырье и металлы. До сих пор в стране нет ответов на три базовых вопроса: какие инвестиции нам нужны, какую цену мы готовы за них заплатить и какова наша финальная цель?» — подчеркнул Ануар Буранбаев.


Экономист разделил потенциальные инвестиции на четыре категории. Первая — вложения в добычу полезных ископаемых. В качестве примера он привел компанию Chevron, для которой, по его словам, ключевыми остаются стабильность контрактов и доступ к ресурсам.

Вторая категория — капитал, ориентированный на использование дешевых ресурсов, включая рабочую силу. Однако, отметил эксперт, такое преимущество носит временный характер.

Третья группа — инвестиции, ориентированные на внутренний рынок. Ранее Казахстан был менее интересен для такого капитала из-за относительно небольшого населения, однако ситуация начала меняться после прихода крупных цифровых платформ.

Наибольшее значение Буранбаев отвел четвертому типу — инвестициям, ориентированным на эффективность и создание высокой добавленной стоимости внутри страны. Именно в этом направлении, по его оценке, Казахстан сталкивается с самыми серьезными трудностями.

Эксперт также предупредил о рисках бесконтрольного привлечения капитала.


«Можно пойти в недра и окончательно убить экологию. Можно, как сейчас модно говорить, построить огромный завод и перейти на монокультуру кукурузы, от которой потом невозможно будет отказаться, полностью истощив землю. Подобный прецедент мы уже видим на востоке страны: в Восточно-Казахстанской области ценнейшие земли с самым высоким баллом бонитета массово отдали под подсолнечник, нарушив все допустимые нормы севооборота. В советское время за такое нарушение технологических процессов просто посадили бы», — заявил экономист.


Буранбаев считает, что действующие государственные программы индустриализации во многом повторяют подходы прежней Стратегии индустриально-инновационного развития 2003-2015 годов, хотя многие современные чиновники уже не знакомы с ее принципами.

По его мнению, одна из главных проблем заключается в отсутствии эффективной связи между центральными и региональными органами власти.


«Как только правительство и холдинг &quot;Байтерек&quot; объявляют о поиске точек роста, в регионы сразу спускается жесткая разнарядка: &quot;Срочно дайте инвестиционные проекты!&quot;. В акиматах садятся и недоумевают: какие проекты, откуда им взяться? В итоге, чтобы закрыть отчетность, каждый аким бегает и пытается затащить к себе в регион строительство солнечных электростанций (СЭС), выдавая это за индустриальный прорыв», — рассказал спикер.


Эксперт также призвал власти признать, что высокие темпы роста экономики в прошлом году обеспечивались в основном за счет розничной торговли, строительства и инфраструктурных проектов, которые поддерживались масштабными бюджетными расходами.

По его словам, после ослабления этого бюджетного импульса и возникновения логистических сложностей с экспортом сырья деловая активность начала снижаться.


«Активная промышленная политика — это не про все хорошее против всего плохого. Это готовность жестко выбрать приоритеты, четко определить, ради чего мы готовы терпеть, а от каких неэффективных направлений нам нужно навсегда отказаться. Дьявол кроется в деталях, и, пока мы не начнем смотреть вглубь, мы будем топтаться на месте», — резюмировал Ануар Буранбаев.


Читайте по теме:

В Казахстане фиксируют спад деловой активности вопреки росту ВВП
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 03 Jun 2026 18:09:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/4xVYCjHQ.webp"   type="image/webp"   length="80142"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Финансист объяснил, почему рост ВВП не делает казахстанцев богаче]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/finansist-obyasnil-pochemu-rost-vvp-ne-delaet-kazahstancev-bogache</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/finansist-obyasnil-pochemu-rost-vvp-ne-delaet-kazahstancev-bogache</guid>
                <description>Регионы саботируют инвестпроекты, деньги уходят из страны, а чиновники продолжают дублировать функции друг друга, заявил эксперт
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Казахстан за последние десятилетия научился привлекать крупные иностранные инвестиции, однако экономический рост все чаще вызывает вопросы у населения. Несмотря на увеличение ВВП, многие граждане не ощущают улучшения собственного благосостояния. Об этом на Atameken Business FORUM заявил финансист Расул Рысмамбетов, передает inbusiness.kz.

По его словам, сегодня для страны гораздо важнее не объем привлеченных средств, а способность превращать инвестиции в новые производства, рабочие места и рост доходов населения.

Говоря о глобальной экономической ситуации, эксперт отметил рост цен на золото на фоне непредсказуемой политики президента США Дональда Трампа. Это, по его словам, привело к увеличению числа сделок в золотодобывающей отрасли Казахстана, часть которых проходит непрозрачно.

При этом традиционные методы привлечения инвесторов, по мнению финансиста, постепенно теряют эффективность.


«Льготы, субсидии и дотации сегодня бесполезны. Они не дают рынку конкурентных преимуществ, а лишь создают опасный коррупционный фон. На первый план выходят работа институтов и скорость принятия решений», — подчеркнул Расул Рысмамбетов.


Одной из главных проблем он назвал раздробленность государственной системы сопровождения инвесторов. По словам эксперта, в стране действует сразу несколько структур со схожими функциями, однако результат их работы остается спорным.

Рысмамбетов считает, что между центральными и местными органами власти отсутствует эффективная коммуникация, а часть поручений из Астаны на местах попросту не исполняется.

По его мнению, тот факт, что Национальная палата предпринимателей «Атамекен» и Kazakh Invest вынуждены выполнять роль посредников между бизнесом и государством, свидетельствует о неэффективности существующей системы. Более того, прокуратуре приходится вмешиваться для защиты инвесторов от действий местных исполнительных органов.

Отдельно эксперт остановился на сферах, которые сегодня вызывают наибольший интерес у инвесторов.

Так, высокий спрос наблюдается на проекты, связанные с редкоземельными металлами и вольфрамом. Однако Рысмамбетов предупредил, что Казахстан рискует повторить сырьевую модель развития, если ограничится экспортом сырья без создания глубокой переработки внутри страны.

Не менее критично он высказался и о планах строительства крупных центров обработки данных.


«Настоящая цифровая экономика — это микросервисы, а не гигантские коробки с компьютерами. ЦОДы обесцениваются с бешеной скоростью. Сегодня государственные дата-центры в Казахстане задрали такие ценники, что мне, как финансисту, гораздо дешевле и проще покупать облачное пространство напрямую в Калифорнии», — поделился спикер.


Серьезные проблемы, по мнению финансиста, сохраняются и в аграрной сфере. Несмотря на огромный потенциал сельского хозяйства, отрасль сталкивается с неравномерным распределением земельных ресурсов и существованием крупных теневых латифундий.

Особое внимание эксперт уделил вопросу водной безопасности. Он предупредил, что нехватка воды может стать одной из главных угроз для страны в долгосрочной перспективе.


«Свыше половины артезианских скважин, которые бурятся в наших аулах, находятся вне государственного баланса. И речь не о том, чтобы обложить всех налогом на воду. Мы просто обязаны в любой момент времени точно знать: сколько воды в стране производится и сколько потребляется. На самом деле мы этого не знаем, что бы ни пели официальные отчеты», — констатировал аналитик.


По словам Рысмамбетова, государству следует отказаться от попыток одновременно развивать все отрасли экономики и сосредоточиться на нескольких ключевых направлениях, передав вопросы переработки и создания добавленной стоимости частному сектору.

Он также подчеркнул, что иностранные инвесторы не способны самостоятельно обеспечить развитие страны.


«Зарубежный бизнес не создает рост — он лишь присоединяется к нему. Инвестор видит нашу внутреннюю готовую и понятную модель, видит выгоду, запрыгивает в этот поезд и едет вверх. Но если мы сами не верим в собственные планы развития, никто извне к нам не придет», — заявил эксперт.


В завершение выступления финансист отметил, что Казахстану необходимо создавать такие условия, при которых заработанные внутри страны деньги будут оставаться в национальной экономике.


«Все деньги мира зарабатываются в Анголе или на ТШО, но никто не хочет жить на месторождении или возле дымящей ТЭЦ. Топ-менеджеры, нефтяники и энергетики предпочитают жить в Астане, Алматы или за границей — там, где есть чистый воздух и чистая вода. Наша глобальная цель — сделать так, чтобы люди не только зарабатывали в Казахстане, а хотели  здесь оставаться и эти деньги тратить», — резюмировал Расул Рысмамбетов.


Atameken Business FORUM – экспертная площадка, организованная медиахолдингом ATAMEKEN BUSINESS для объединения представителей бизнеса, государственных органов и экспертов. Цель форума – обсуждение ключевых экономических и отраслевых вопросов, обмен опытом и выработка практических решений, способствующих улучшению делового климата в Казахстане.

Читайте по теме:

Экономист заявил о тупике роста экономики Казахстана
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 03 Jun 2026 17:12:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/thdJqHKp.webp"   type="image/webp"   length="48014"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Экономист заявил о тупике роста экономики Казахстана]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/ekonomist-zayavil-o-tupike-rosta-ekonomiki-kazahstana</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/ekonomist-zayavil-o-tupike-rosta-ekonomiki-kazahstana</guid>
                <description>Инвестиции больше не способны обеспечить прорыв без реформ в сфере права, конкуренции и прозрачности бизнеса
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Казахстан столкнулся с ограничениями модели экономического роста, которая долгие годы опиралась на привлечение инвестиций и развитие сырьевого сектора. Без глубоких институциональных реформ дальнейшее наращивание вложений не позволит стране выйти на новый уровень развития. Об этом на Atameken Business FORUM заявил руководитель независимого аналитического центра DESHT Куаныш Жаиков, передает inbusiness.kz.

По словам эксперта, в Казахстане по-прежнему распространен подход, при котором главным показателем успеха считается объем привлеченного капитала. Однако, как отметил аналитик, сами по себе инвестиции не способны стать источником устойчивого роста экономики.


«Бесполезно увеличивать ВВП методом подтягивания инвестиций, потому что сами инвестиции и есть часть этого ВВП. Мы пытаемся увеличить целое, просто механически раздувая одну из его частей. Проблема бедных обществ заключается не в дефиците ресурсов, а в неумении эффективно обогащаться за счет того, что уже имеется в руках. Нам нужно научиться выжимать максимум из существующих активов», — подчеркнул спикер.


Жаиков отметил, что в современном мире нехватка капитала, технологий или квалифицированных кадров редко становится главным препятствием для развития. По его мнению, при наличии понятных и стабильных правил игры деньги и компетенции приходят в страну самостоятельно.

Аналитики DESHT сравнили Казахстан с другими государствами по 12 ключевым институциональным показателям. Исследование показало, что республика остается одним из лидеров Центральной Азии, однако значительно уступает развитым странам Организации экономического сотрудничества и развития.

Наиболее серьезное отставание, по словам эксперта, связано не с налоговой нагрузкой или административными процедурами, а с качеством правовых институтов.


«Самый критический разрыв фиксируется в секторе верховенства права — это защита прав собственности, гарантии исполнения контрактов и подотчетность чиновников. Мировой опыт доказывает, что без верховенства права можно успешно дойти до середины пути, построив экономику средних доходов. Казахстан этот этап прошел. Но двигаться дальше, раскачивая экономику старыми методами из 2000-х годов, без реформирования этой «красной зоны» уже невозможно», — констатировал Жаиков.


По его оценке, несмотря на большое количество принимаемых законов, значительная часть бизнеса продолжает работать по неформальным правилам.


«На личных взаимоотношениях невозможно построить эффект масштаба. Пока любые транзакции и контракты завязаны на персональной репутации, знакомствах и знании подноготной партнера или чиновника, экономика не станет работать так, как в развитых странах. Мы останемся с тем ВВП, который имеем сейчас. Необходим жесткий аудит всех нормативных актов, чтобы полностью исключить из них таргетированные привилегии для отдельных компаний или лиц», — заявил эксперт.


В качестве примера структурных проблем экономики Жаиков привел анализ рейтинга крупнейших компаний Казахстана, составленного медиахолдингом ATAMEKEN BUSINESS. По его словам, если исключить из списка компании с государственным участием и иностранным капиталом, предприятия сырьевого сектора, инфраструктурные квазимонополии и закрытые ТОО, не раскрывающие отчетность, то из первой сотни останется лишь 24 компании.

При этом совокупная выручка такого «очищенного» списка сокращается в 5,5 раза. По словам эксперта, фактически реальный частный сектор представлен преимущественно банками, цифровыми платформами, а также сравнительно небольшим количеством предприятий пищевой промышленности и машиностроения.

Отдельной проблемой аналитик назвал низкий уровень прозрачности бизнеса. По его мнению, закрытость компаний ограничивает доступ к финансированию, снижает интерес инвесторов и ослабляет механизмы рыночной конкуренции.

В DESHT считают, что государственная политика должна стимулировать компании к выходу из тени и большей открытости. Эксперты предлагают поощрять переход бизнеса из закрытых ТОО в более прозрачные формы ведения деятельности.

По мнению Жаикова, именно прозрачность, предсказуемые правила и сильные институты, а не новые инвестиционные вливания способны стать основой следующего этапа экономического роста Казахстана.

Atameken Business FORUM – экспертная площадка, организованная медиахолдингом ATAMEKEN BUSINESS для объединения представителей бизнеса, государственных органов и экспертов. Цель форума – обсуждение ключевых экономических и отраслевых вопросов, обмен опытом и выработка практических решений.

Читайте по теме:

Atameken Business Forum: эксперты обсудят инвестклимат Казахстана
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 03 Jun 2026 17:05:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-6/dEJ6mAC0.webp"   type="image/webp"   length="45362"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[После громкого скандала правительство запускает реформу региональных нацкомпаний ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/posle-gromkogo-skandala-pravitelstvo-zapuskaet-reformu-regionalnyh-nackompanij</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/posle-gromkogo-skandala-pravitelstvo-zapuskaet-reformu-regionalnyh-nackompanij</guid>
                <description>Только за последние два года они успели потратить 331,6 млрд тенге 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[История социально-предпринимательских корпораций (СПК) началась в апреле-мае 2007 года. Созданные как АО со статусом нацкомпаний, они задумывались в качестве мощного инструмента для развития несырьевого сектора и привлечения инвестиций в регионы. Им предстояло объединить государственный и частный секторы в рамках укрупненных макрорегионов. Изначально одна СПК охватывала сразу несколько областей, но реорганизация в марте 2010 года раздробила их: каждый регион получил по собственной СПК, пишет inbusiness.kz.

Однако в последние годы эти институты все чаще оказываются под шквалом жесткой критики. Депутаты парламента и маслихатов открыто заявляют об их неэффективности и неоправданных ожиданиях. Новейшим и громким подтверждением системного кризиса стал резонансный скандал в Актобе, где из-за действий местной СПК жильцы пятиэтажки столкнулись с арестами счетов и имущества, миллионными претензиями и исками, оформленными даже на покойников.

Абсурд и халатность: коммунальный кошмар и долги с того света

По информации газеты «Диапазон», многострадальный дом № 15 по улице Сатпаева попадает в хроники СМИ не впервые. Пятиэтажку капитально отремонтировали в прошлом году по госпрограмме модернизации ЖКХ, но для людей этот опыт стал кошмаром. Едва строители ушли, как в доме начала забиваться канализация, стены покрылись трещинами, а кровля протекла при первых же дождях.

Возмущенные качеством работ собственники отказались платить и подали на СПК в суд. Пикантности ситуации добавил тот факт, что в смету умудрились включить ремонт лифта, которого в доме никогда не было. Подрядчик поспешил назвать это «просто ошибкой», уверяя, что деньги тратились целевым образом, а на несуществующие подъемники средства не выделялись.

Судебный процесс жильцы проиграли. После этого стороны пришли к компромиссу: АО «СПК «Актобе» утвердило график не принудительных, а добровольных ежемесячных платежей за ремонт в доме. Жители исправно платили 8 месяцев, пока в мае не получили шокирующие уведомления с требованием немедленно погасить всю сумму долга целиком. Счета людей сразу же оказались заблокированы судебными исполнителями. В поисках справедливости и резонанса доведенные до отчаяния горожане обратились к журналистам прямо в офисе СПК.

Председатель ПОК «Мечта» Зульфия Куатова едва сдерживает слезы. После прошлогоднего суда жители вынуждены были оплатить сотни тысяч тенге за услуги частного судисполнителя. Также заключили новые договоры и даже внесли аванс за 4 месяца вперед.


«Мы аккуратно платили за модернизацию 8 месяцев. И вдруг с 21 мая приходят требования выплатить все и сразу. Лично у меня трехкомнатная квартира, долг за ремонт – 1,3 млн тенге. С меня требуют эту сумму за раз, даже не вычитая то, что я уже погасила почти за год! Счета заблокированы, а судисполнители отправляют нас разбираться в СПК», – возмущается Куатова.


Но истинный пик абсурда крылся в юридической халатности сотрудников корпорации. Письма с требованиями и исполнительные листы пришли на имена давно умерших людей. В одном из случаев женщина скончалась 40 дней назад, но иск на нее все равно оформили. Другой пенсионерке прислали требование с ее реальным ИИН, но с фамилией той самой умершей соседки – теперь женщине придется доказывать, кто она есть. Еще в одной квартире хозяйка умерла 8 месяцев назад. Ее сын вовремя предоставил в СПК справку о смерти и заявление о том, что еще не вступил в наследство, однако 21 мая мертвому человеку выставили миллионный счет.


«Как можно так халатно работать? Прошу проверить сотрудников СПК на профпригодность и принять меры. Нам обещали решить все за два дня, но мы боремся уже неделю, и ситуация только ухудшается», – делится Зульфия Куатова.


Другая жительница дома, Дарига Ахметова, добавляет: «Уведомление, извещение, постановление и арест на имущество – все прилетело одновременно. С назначением частного судебного исполнителя! ЧСИ пояснил, что действует на основании письма от СПК на взыскание общего долга за модернизацию. У меня это 1,39 млн тенге, плюс еще 200 тысяч – оплата услуг самого судисполнителя».

Версия СПК: «Не виновата я, виноват системный сбой»

В СПК «Актобе» атаку на счета и имущества горожан, а также массовую рассылку уведомлений с требованием полностью рассчитаться за ремонтные работы объяснили системным сбоем и заверили, что работают над тем, чтобы в кратчайшие сроки решить эту проблему.


«Ситуация возникла из-за системного сбоя: юристы просто автоматически отправили исполнительное производство на абсолютно всех жильцов. Мы, конечно, сразу же разослали письма во все инстанции, чтобы отозвать принудительное взыскание. Но, поскольку жильцов много и судебные исполнители у всех разные, процедура требует времени: с каждым ЧСИ наши юристы отрабатывают отдельно. Вопрос стоит на контроле», – прокомментировала Венера Садыкова, зампредседателя правления СПК «Актобе»


По официальным данным корпорации, общая стоимость ремонта пятиэтажки составила 120 млн тенге, которые люди должны выплатить в течение 7 лет. Сейчас подрядная организация пытается устранить допущенный брак и обещает завершить работы до конца июня. Вот только уставшие от коммунального ада жильцы уже не верят обещаниям и всерьез опасаются, что после очередного вмешательства строителей проблем в их домах станет еще больше.

Финансовое пике и деградация соцфункций

Критическая ситуация вокруг СПК – это не просто цепочка локальных сбоев, а результат глобального отхода от первоначальной миссии, о чем прямо заявил в своем последнем послании глава государства Касым-Жомарт Токаев. Корпорации задумывались как «ключевые движущие механизмы, ускоряющим экономический рост регионов». Однако, отметил президент, на практике деятельность многих СПК ограничивается управлением коммунальным имуществом и проектами, имеющими низкое стратегическое значение. Это свидетельствует об их отклонении от своей первоначальной миссии. Эту позицию разделяет и депутатский корпус.


«Многие СПК ушли во второстепенные для них задачи вроде ремонта жилья и строительства дорог, напрочь забыв о своей главной цели. Их прямая обязанность – вовлекать в оборот неиспользуемые ресурсы регионов, привлекать крупные инвестиции и запускать доходные, общественно значимые проекты с доказанной экономической эффективностью. То есть они должны были стать драйверами региональной экономики, институтами, привлекающими инвестиции и эффективно управляющими госактивами. К сожалению, сегодня между громкими целями и реальными результатами образовалась пропасть», – подчеркивает мажилисмен Унзила Шапак.


Худшие опасения подтверждаются цифрами. Согласно отчету Высшей аудиторской палаты за 2025 год, в 8 из 13 проверенных с 2020 года корпораций убытки взлетели в 7 раз (!), достигнув астрономических 209,5 млрд тенге. Аудиторы также вскрыли финансовые нарушения и растраты на сумму 138 млрд тенге, а объемы неэффективного планирования составили 48,1 млрд тенге. Это свидетельствует о системном характере управленческих и финансовых рисков, указывает депутат.

Провалили СПК и задачу по стабилизации цен на социально значимые продукты. По словам Унзилы Шапак, вместо помощи рынку корпорации порой создают для него искусственные барьеры.


«Для участия в пуле поставок от бизнеса, магазинов требуют наличия торговых сетей, что в сельской местности практически невозможно. В итоге конкурентная среда сужается, каналы сбыта блокируются, а закупленные товары, овощи месяцами гниют на складах, теряя качество. Основная причина этого коллапса – отсутствие четкого стратегического направления и единой модели развития, а также неполная определенность правового статуса. Одной из основных проблем является дублирование функций», – говорит мажилисмен.


На СПК возложены такие задачи, как поддержка экспорта, развитие технопарков и стабилизация цен, однако данные функции уже закреплены за такими организациями, как АО QazIndustry, АО «НК «Продкорпорация» и Фонд развития промышленности. Это приводит к размыванию ответственности, неэффективному использованию ресурсов и необоснованным рискам. В связи с этим необходимо четкое разделение функций и устранение дублирования. Подобные пробелы уводят СПК в сомнительный непрофильный бизнес вроде микрокредитования или коммерческой аренды.

Большая перезагрузка: план правительства

Курирующий региональную политику заместитель премьер-министра РК – министр национальной экономики Серик Жумангарин пообещал в корне изменить ситуацию. По его данным, сейчас правительством в рамках законопроекта по вопросам госимущества проводится работа по трансформации СПК в полноценные региональные институты развития посредством законодательного регулирования их деятельности. Ключевые и перспективные направления реформы:


	смена вектора: трансформация СПК в региональные фонды, заточенные на активное привлечение инвестиций в развитие местной экономики;
	введение единых KPI: оценка работы только по жестким социально-экономическим результатам (новые рабочие места, объемы инвестиций, развитие МСБ и инфраструктуры, создание и развитие цепочек добавленной стоимости) с обязательной публичной отчетностью;
	интеграция в общую экосистему: синхронизация работы всех СПК с национальными институтами развития и запуск принципа одного окна для инвесторов;
	тотальная чистка активов: масштабная инвентаризация, оптимизация управления активами и избавление от всех непрофильных и балластных объектов.


Жесткий контроль и новые правила игры

Чтобы исключить хаос, планы развития СПК теперь будут проходить двойное сито согласования: с министерством нацэкономики (на соответствие стратегическим целям страны) и с министерством иностранных дел/инвестиционным органом (на соответствие приоритетам инвестполитики).


«Мы полностью перепишем KPI корпораций и усилим их корпоративное управление. В советы директоров придут независимые директора с серьезными инвестиционными компетенциями, появятся профильные инвесткомитеты при совете директоров. Главная цель – направить весь функционал СПК на максимальный рост валового регионального продукта и инвестиций», – пояснил Жумангарин.


В новом статусе СПК должны будут сопровождать инвесторов на всех этапах инвестиционной деятельности; совместно с инвесторами разрабатывать инвестпроекты, способствующие устойчивому развитию экономики конкретного региона; взаимодействовать с институтами развития в сфере привлечения инвестиций в целях обеспечения реализации принципа «одного окна» для инвесторов.

Уже в следующем году, после принятия законопроекта, акиматы обяжут провести полную инвентаризацию всех активов и дочерних организаций СПК с последующей реструктуризацией активов, закрыть или продать все непрофильные активы и неэффективные «дочки», переутвердить планы развития СПК в целях пересмотра показателей и полностью перевести документооборот корпораций в цифровой формат, ликвидировав бумажную бюрократию.

При этом позитивный опыт работы СПК в отдельных секторах планируют сохранить. Так, корпорации продолжат выступать агентами по льготному кредитованию крупных проектов в АПК по успешному опыту Северо-Казахстанской области. В рамках этой программы за 2023-2025 годы из республиканского бюджета уже было потрачено 331,6 млрд тенге, что позволило профинансировать 253 приоритетных проекта в сельском хозяйстве. Задача реформы – сделать так, чтобы подобные эффективные механизмы стали правилом, а не исключением.

Читайте по теме:

Миллиарды на счетах и ноль инвестиций: чем живут СПК регионов
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Жанат Ардак</dc:creator>
                <pubDate>Fri, 29 May 2026 15:56:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-5/DQxj9ZH7.png"   type="image/png"   length="2413767"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[ Товарооборот внутри ЕАЭС вырастет до рекордной отметки ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/tovarooborot-vnutri-eaes-vyrastet-do-rekordnoj-otmetki</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/tovarooborot-vnutri-eaes-vyrastet-do-rekordnoj-otmetki</guid>
                <description>В Астане ожидают, что взаимная торговля стран союза впервые превысит 100 млрд долларов
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев заявил, что в 2026 году товарооборот между странами Евразийского экономического союза может вырасти более чем на 6% и превысить отметку в 100 млрд долларов. Об этом он сообщил на заседании Высшего Евразийского экономического совета, передает inbusiness.kz.

По словам главы государства, несмотря на нестабильность мировых рынков, экономика стран ЕАЭС продолжает расти.


«В текущем году мы ожидаем увеличение объемов взаимной торговли на более чем 6%, что позволит преодолеть рубеж 100 млрд долларов. В то же время оценки международных организаций о состоянии глобального рынка неутешительные. Согласно докладу Международного валютного фонда, в текущем году прогноз роста мировой экономики скорректирован в сторону замедления до 3%. Очевидно, что общемировые структурные изменения не могут не оказать влияния и на экономическую динамику союза», – сказал Токаев.


Президент также отметил, что, по прогнозам, темпы прироста совокупного валового внутреннего продукта государств ЕАЭС в 2026-2027 годах составят около 2,5%.

По его словам, в нынешних условиях особое значение приобретают вопросы адаптации ЕАЭС к новым экономическим реалиям, укрепления внутренней устойчивости и повышения конкурентоспособности объединения.

Читайте по теме:

Заседание ВЕЭС позволит прийти к решениям, приемлемым для всех - Токаев
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Асхат Оразов</dc:creator>
                <pubDate>Fri, 29 May 2026 15:23:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-5/Ji5YJAmi.jpg"   type="image/jpeg"   length="74510"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Казахстану посоветовали не повторять рисковый путь Узбекистана]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/zoloto-kak-novaya-opora-centralnaya-aziya-menyaet-logiku-finansovoj-bezopasnosti</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/zoloto-kak-novaya-opora-centralnaya-aziya-menyaet-logiku-finansovoj-bezopasnosti</guid>
                <description>Слишком высокая ставка на золото может осложнить защиту тенге во время кризисов
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Страны Центральной Азии в последние годы не только наращивают международные резервы, но и заметно меняют их структуру в пользу золота. Рост цен на металл и активные закупки центральных банков усилили эту тенденцию, превращая золото из страхового актива в элемент макроэкономической стратегии, передает inbusiness.kz со ссылкой на HalykFinance.

После существенного увеличения в прошлом году международные резервы Казахстана продолжили расширяться в текущем году. При этом данный процесс также отмечен и в соседних странах. Так, в апреле объем резервов достиг 67,8 млрд долларов в Казахстане и 70,9 млрд долларов в Узбекистане. Ключевую роль в росте резервов сыграл рост цен на золото, а также его покупки центральными банками. 

Несмотря на доминирование валютных активов в международных резервах, золото продолжает усиливать роль стратегического актива центральных банков. Для Казахстана, Узбекистана и Кыргызстана данный фактор имеет дополнительное значение: золото для них является не только резервным инструментом, но и внутренним сырьевым ресурсом, связанным с добычей, экспортной выручкой и промышленной базой. Поэтому высокая доля золота в резервах в этих странах отражает не только защитную политику центрального банка, но и наличие собственной ресурсной базы.

Доля золота в международных резервах отдельных стран довольно существенно отличается. Максимальный показатель наблюдается у Узбекистана, где золото составляет 87% резервов. Далее следуют США и Германия – по 83%, Кыргызстан – 81%, Италия – 80%, Казахстан – 78%. Более умеренная доля золота представлена у Болгарии – 66%, Беларуси – 52%, Польши – 29%, тогда как минимальное значение среди рассматриваемых стран у Китая – 9%. Среднемировой показатель доли золота в резервах составляет примерно 20%. 

Доля золота в международных резервах, % 



В случае США, Германии и Италии высокая доля золота во многом отражает исторически накопленные запасы и роль этих стран в мировой финансовой системе. В случае Казахстана, Узбекистана и Кыргызстана ситуация иная: высокая доля золота дополнительно опирается на наличие добычи и крупных месторождений в регионе. К примеру, в Кыргызстане золото является ключевым элементом горнодобывающего сектора, обеспечивая существенный вклад в ВВП страны. 


&quot;Это означает, что для стран Центральной Азии золото является не только финансовым активом, но и естественным продолжением сырьевой специализации. При этом высокая концентрация в золоте имеет как преимущества, так и ограничения. С одной стороны, золото представляет собой значимый актив и лучше воспринимается в периоды геополитической неопределенности. С другой стороны, для валютных интервенций, обслуживания внешних обязательств и сглаживания краткосрочного давления на курс Центральному банку необходимы ликвидные валютные активы&quot;, – отмечают аналитики.


Если взглянуть на размер резервов к ВВП стран, то ситуация несколько меняется. Здесь лидером является Узбекистан – 48% к ВВП. Далее следуют Кыргызстан – 39%, Польша – 28%, Казахстан – 22%, Китай – 19%, Италия – 18%, Беларусь – 16%, Германия – 10%, Болгария – 7% и США – 5%.

Чем выше международные резервы к ВВП, тем больше потенциальная способность страны сглаживать внешние шоки: давление на валютный курс, ухудшение условий внешнего финансирования, рост стоимости импорта или отток капитала. При этом для развитых экономик низкий показатель резервов к ВВП не обязательно является признаком слабости, тогда как для малых и развивающихся экономик крупные резервы играют более важную стабилизационную роль.

Рис. 2. Международные резервы, % к ВВП 
 


С этой точки зрения Узбекистан и Кыргызстан выглядят наиболее защищенными в рамках данной выборки: у них одновременно высокая доля золота и значительный размер резервов к ВВП. Казахстан находится в промежуточной позиции. Доля золота в резервах высокая – 78%, однако общий объем резервов к ВВП составляет 22%, что заметно ниже показателей Узбекистана и Кыргызстана. Однако у Казахстана также имеются валютные активы, аккумулируемые в Национальном фонде, размер которых составляет $64,8 млрд. Их размер к ВВП составляет дополнительные 21%, что в сумме выводит резервные буферы республики к среднему показателю между Кыргызстаном и Узбекистаном. Для Казахстана это особенно важно с учетом высокой зависимости экономики, бюджета и платежного баланса от сырьевого цикла, прежде всего от нефти, а также чувствительности курса тенге к внешним условиям.

Для Казахстана, Узбекистана и Кыргызстана важен еще один фактор – ограниченность предложения золота. Как известно, производство золота в мире практически неэластично к росту цены: даже существенное удорожание металла не приводит к быстрому увеличению добычи, поскольку новые проекты требуют времени, капитала, развития инфраструктуры, лицензирования и геологоразведки. World Gold Council отмечает, что новое добытое золото покрывает значительную часть спроса, однако предложение растет в пределах 1% в год. 

На этом фоне постепенное наращивание золота в резервах может выглядеть оправданной стратегией, особенно для стран Центральной Азии, которые уже имеют собственную добычу. В отличие от импортируемого финансового актива, золото может пополняться за счет внутреннего сырьевого сектора, что снижает часть внешних ограничений. Однако чрезмерная доля золота снижает долю валютной ликвидности, которая необходима для оперативных действий центрального банка.

При этом Казахстану, по-видимому, нецелесообразно механически стремиться к уровню Узбекистана в 87% или выше. В отличие от Узбекистана и Кыргызстана, Казахстан имеет более выраженную зависимость от нефти, а значит – более высокую потребность в валютной ликвидности для сглаживания внешних шоков и волатильности тенге. Поэтому более сбалансированной выглядит модель, при которой золото занимает порядка 70-80% резервов, а 20-30% сохраняется в высоколиквидных валютных инструментах.

Таким образом, Узбекистан и Кыргызстан выглядят наиболее «золотоемкими» экономиками в глобальном масштабе: у них высокая доля золота в резервах сочетается с крупным объемом резервов к ВВП. Это усиливает их внешний буфер, но одновременно повышает чувствительность резервной позиции к динамике цен на золото. С учетом роли добычи золота в регионе такая структура выглядит логичной: золото является не только защитным активом, но и частью производственной и экспортной модели.

При этом резервы не являются бесплатным инструментом защиты. МВФ подчеркивает, что международные резервы снижают вероятность кризисов платежного баланса, помогают поддерживать финансовую стабильность и дают пространство для экономической политики, но одновременно несут альтернативную стоимость. Поэтому оценивать достаточность резервов нужно с учетом структуры экономики, внешних рисков, доступа к рынкам капитала и качества макроэкономической политики. 


&quot;Для Казахстана, на наш взгляд, оптимальной выглядит более сбалансированная стратегия. С одной стороны, наличие собственной добычи, ограниченная эластичность мирового предложения и волатильность нефтяных цен поддерживают аргумент в пользу умеренного наращивания золота в резервах. С другой стороны, зависимость от нефти и чувствительность тенге требуют сохранения достаточной валютной ликвидности&quot;, – считают эксперты.


Читайте по теме:

Золото рухнуло до минимума за два месяца
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Султан Биманов</dc:creator>
                <pubDate>Fri, 29 May 2026 10:20:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-5/8zoKMRQs.webp"   type="image/webp"   length="90120"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Госслужащих Казахстана обяжут сдавать еще одну декларацию ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/gossluzhashih-kazahstana-hotyat-obyazat-sdavat-eshe-odnu-deklaraciyu</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/gossluzhashih-kazahstana-hotyat-obyazat-sdavat-eshe-odnu-deklaraciyu</guid>
                <description>Власти раскроют связи госслужащих с родственниками и возможные конфликты интересов, но данные не станут публичными
</description>
                <content:encoded><![CDATA[В Казахстане для государственных служащих могут ввести новую форму отчетности — декларацию о личных интересах. Соответствующие поправки рассматриваются в рамках закона о противодействии коррупции, сообщает inbusiness.kz.

На пленарном заседании сената депутаты обсудили Закон «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам противодействия коррупции» и сопутствующие поправки. Одним из ключевых нововведений стала инициатива о введении декларации о личных интересах.

Сенатор Арман Утегулов напомнил, что сейчас госслужащие уже обязаны декларировать имущество, активы и доходы.


«Согласно действующему законодательству государственный служащий обязан сдавать декларацию о своих активах, имуществе и доходах. Этого достаточно для финансовой прозрачности и выявления конфликта интересов. Однако новым законом вносятся изменения в порядок декларирования. В первоначальном проекте содержание декларации было четко прописано, но в окончательной версии эта поправка была исключена, а утверждение формы передано правительству. Возникает вопрос: разработан ли проект декларации и какие сведения будут в нее включены? Не станет ли новая декларация дополнительной нагрузкой для госслужащих и не будет ли она дублировать существующую отчетность?» – заявил сенатор.


Заместитель председателя агентства по делам государственной службы Салауат Муксимов заверил, что дублирования данных не будет.


«Главное различие двух деклараций заключается в общем содержании предоставляемой информации и сроках подачи. Каждый служащий один раз при поступлении на государственную службу подает декларацию о своих обязательствах, долгах и имущественном положении. Затем ежегодно он отчитывается о доходах и имущественном состоянии за отчетный период. А предлагаемая сейчас декларация о конфликте интересов касается не финансового положения, а сведений о родственных связях и другой оплачиваемой деятельности. Она будет подаваться перед трудоустройством и затем при переходе в другое ведомство», – ответил представитель агентства.


По его словам, форма декларации о личных интересах будет утверждена постановлением правительства.


«Декларация о личных интересах также будет содержать сведения о связанных лицах. Если человек занимается другой оплачиваемой деятельностью, это тоже будет указываться. Документ будет утвержден постановлением правительства. Сейчас в этом направлении ведется работа. После принятия закона в течение двух месяцев будет принят соответствующий подзаконный акт», – сообщил Муксимов.


Читайте по теме:

Казахстанским налогоплательщикам открыли новую форму декларации
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Балжан Смаилова</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 28 May 2026 11:49:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-5/uN9NU8ZB.webp"   type="image/webp"   length="25570"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Казахстанский бизнес массово «прячет» зарплаты сотрудников]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstanskij-biznes-massovo-pryachet-zarplaty-sotrudnikov</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/kazahstanskij-biznes-massovo-pryachet-zarplaty-sotrudnikov</guid>
                <description>В миннацэкономики заявили, что 54% работодателей оформляют работников на «минималку» и лишают их нормальных пособий.

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[В Астане на площадке Международного выставочного центра EXPO в рамках республиканской выставки Ullttyq onim прошло выездное заседание проектного офиса по внедрению нового Налогового кодекса. Встречу провели в формате открытого консультационного офиса — без длинных докладов и формальных выступлений. Вместо этого чиновники и предприниматели разбирали реальные кейсы бизнеса и отвечали на практические вопросы, сообщает inbusiness.kz.

Модератором сессии выступил налоговый консультант, сооснователь и директор группы компаний KAZANTSEV GROUP Дмитрий Казанцев. Участниками площадки стали около 600 представителей малого и среднего бизнеса со всех регионов Казахстана.

Одной из главных тем обсуждения стали «серые» зарплаты. По данным министерства, средняя заработная плата в Казахстане по итогам прошлого года составила 435 тыс. тенге. Однако анализ налоговых деклараций показал серьезный разрыв между реальными доходами и официальной отчетностью: 54% предпринимателей указывают зарплату сотрудников на уровне минимальной — 85 тыс. тенге.

Именно с этой суммы рассчитываются пенсионные взносы, социальные отчисления и платежи ОСМС.


«Что происходит на практике? Человек фактически может зарабатывать те же 300 тыс. тенге, рассчитывая на декретные выплаты в 120 тыс. Но поскольку бизнесмен платит за него налоги с &quot;минималки&quot; в 85 тыс. тенге, соцфонд начисляет пособие в размере всего около 60 тыс. тенге. Выдавая зарплату в конвертах, бизнес лишает своих сотрудников базовой социальной защиты», — заявил первый вице-министр национальной экономики Казахстана Азамат Амрин.


В ведомстве напомнили, что государству приходится искать баланс между интересами примерно 300 тыс. индивидуальных предпринимателей и 9 млн наемных работников.


«Когда бизнес просит об облегчении отчетности или снижении нагрузки, мы должны принимать решения, от которых выиграют все. Нужно понимать, что налоги и отчисления платятся не государству в карман. Бизнес платит за своего сотрудника — за то, чтобы он мог получить медицинскую помощь, и за то, чтобы в случае увольнения он мог полгода получать адекватное пособие по безработице (исходя из 120 тысяч тенге, а не 50-60 тысяч) и содержать свою семью, пока ищет работу», — резюмировал вице-министр.


По словам Амрина, фискальная политика министерства направлена не только на пополнение бюджета, но и на защиту социальных прав граждан. Речь идет о выплатах из Государственного фонда социального страхования — пособиях по беременности и родам, уходу за ребенком до полутора лет, утрате трудоспособности и потере работы.

Вице-министр пояснил, что размер выплат напрямую зависит от официальных отчислений и регулярности их уплаты.


«Если наемный работник официально получает 300 тыс. тенге и за него честно платятся налоги все 12 месяцев, то женщина будет ежемесячно получать около 120 тыс. тенге пособия по уходу за ребенком. Но стоит работодателю пропустить один или несколько месяцев уплаты – коэффициент участия падает. В итоге вместо 120 тысяч молодая мама получает 80 тыс. или даже 30 тыс. тенге. Это крайне чувствительный вопрос», — подчеркнул представитель миннацэкономики.


Читайте по теме:

В Казахстане готовят новую налоговую реформу: что изменят на этот раз
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Sun, 24 May 2026 11:37:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-5/0ZZbDLUh.webp"   type="image/webp"   length="40392"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[В Казахстане готовят передел рынка электричества]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/v-kazahstane-gotovyat-peredel-rynka-elektrichestva</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/v-kazahstane-gotovyat-peredel-rynka-elektrichestva</guid>
                <description>Совет, который влияет на тарифы и ТЭЦ, могут радикально реформировать.

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[В Казахстане Совет рынка электроэнергии не играет той роли, что он занимает в саморегулировании отрасли в более продвинутых в этом отношении стран. О том, какие барьеры к реформированию этого важного института энергетики сейчас снимаются, в интервью inbusiness.kz рассказал эксперт Сергей Агафонов.

– Сергей, расскажите, пожалуйста, что означает Ваш недавний пост в соцсетях о том, что монополия объединения юрлиц «Казахстанская электроэнергетическая ассоциация» (КЭА) на Совет рынка была признана барьером? 

– На самом деле знаковое событие произошло. Я смотрел свои материалы, мы на протяжении 2,5 лет будировали этот вопрос и пытались провести реформу Совета рынка электроэнергетики, и пока, к сожалению, безуспешно, о причинах этого можно отдельно высказаться. И вот вчера совет по барьерам при агентстве по защите и развитию конкуренции (АЗРК) практически единогласно признал барьером монополию КЭА на Совет рынка электроэнергетики.



В прилагаемой таблице можно увидеть два основных момента, почему я считаю это барьером. У Совета рынка есть две функции очень важных, установленных законом. Во-первых, он рассматривает инвестиционные программы электростанций и дает заключение уполномоченному органу.

Во-вторых, он выдает те же самые заключения, на основании которых единый закупщик определяет приоритетность покупки электроэнергии у ТЭЦ. Вы, наверное, помните эту проблему, которая появилась с вводом единого закупщика электроэнергии в 2023 году, когда наши ТЭЦ получили приоритет в продаже электроэнергии – их очередность была определена второй сразу после ВИЭ. Здесь нужно пояснить, что ТЭЦ работают в отопительный сезон в теплофикационном режиме, а когда отопление отключают, могут вырабатывать электроэнергию в конденсационном режиме, не считая горячего водоснабжения.

Так вот, с вводом единого закупщика электроэнергии ТЭЦ, пользуясь приоритетным правом продажи, начали максимизировать выработку электричества и летом тоже. Соответственно, когда ты делаешь это по теплофикационному циклу – ты разносишь расходы на два вида продукции – тепло и электроэнергию. По конденсационному циклу ты, по сути, греешь естественный или искусственный водоем. Однако в таком режиме электроэнергия закупается у теплоэлектроцентралей не по, условно, конкурентной цене, а по предельному тарифу.

Сейчас за удельными расходами особо никто не следит, поэтому ТЭЦ все равно выгодно вырабатывать много электричества летом. И вот представьте, ТЭЦ вместо того, чтобы летом ремонтироваться, вырабатывая минимально на режиме горячего водоснабжения, по конденсационному циклу, они сбывали электроэнергию в адрес единого закупщика по предельным тарифам, максимизируя свои удельные расходы. Так не должно быть – это абсолютно нерационально и не прозрачно для рынка.

И вот этот вопрос встал – надо определить для них технологический минимум. Летом он один, зимой другой с точки зрения тепловой нагрузки. Конфликт интересов здесь в том, как видно из таблички, что Совет рынка как раз и определяет этот технологический минимум. А почему конфликт? В обоих случаях – с инвестпрограммой и с технологическим минимумом. А потому что Совет рынка состоит практически на 60%, точно больше половины, из представителей энергопроизводящих организаций либо из тех, кто с ними аффилирован. Вот эта проблема была серьезная и остается, к сожалению, до сих пор.

Поэтому буквально недавно совет по барьерам определил такое доминирование только одной из ассоциаций в Совете рынка барьером, и дальше это будет включено в республиканскую карту барьеров, и будут даны рекомендации минэнерго. Они будут в форме отдельных предложений, вплоть до того, как предлагают некоторые члены совета по барьерам, чтобы исключить из закона об электроэнергетике норму о наделении Совета рынка в качестве такой некоммерческой организации правом выдачи заключений уполномоченному органу. Но я все-таки не сторонник такой кардинальной меры, ведь все-таки Совет рынка – это не казахстанское ноу-хау, он существует в Европе и США. Это достаточно такой распространенный институт во всем мире, который собирают из субъектов рынка электроэнергии и формируют его политику, и там все это прекрасно работает.

Поэтому я буду предлагать такой подход. Во-первых, сейчас надо расширить представительность Совета рынка и включить туда не только КЭА, а большинство ассоциаций, обладающих необходимыми компетенциями. После этого надо вменить Совету рынка в обязанность разработать его новую архитектуру с обязательным дополнением функционала. Потому что сейчас там обсуждаются больше очень узкие вещи, связанные, как я полагаю, с лоббизмом, и все.

Если расширить функционал, то надо дать совету возможность заняться развитием рынка, конкуренцией на нем и так далее. Так что я бы проголосовал за то, чтобы не убирать эту норму из закона, а все-таки путем расширения представительских возможностей для разных групп позволить новому совету разработать новую модель его работы и интегрировать ее в законодательство. Тогда мы получим уже действительно полноценный Совет рынка электроэнергетики.

– Какое количество ТЭЦ и потребителей должно быть представлено в Совете рынка, на Ваш взгляд? 

– Я считаю, что распределение должно быть исходя из пропорции примерно в 20-25% для ТЭЦ, сетей, других участников рынка, потребителей. Сейчас права последних в Совете рынка никак не защищены – на мой взгляд, там должен быть представлен МСБ, чтобы давать свои предложения.

Понятно, что, как и любой энергетик, я понимаю определенный риск, связанный с тем, что может возникнуть ситуация блокировки, когда потребители будут выступать против любой инициативы рынка. Такой деструктив часто бывает, так что не нужно, конечно, переоценивать роль потребителей в формировании политики Совета рынка. Но и игнорировать их тоже нельзя, поскольку тарифы на электроэнергию будут и далее расти. Поэтому чем больше мы совет разбавим разными мнениями, тем лучше: условно, сети, генерация, потребители. Также у нас там еще должно экспертное сообщество какую-то долю обязательно занимать. Вот таким образом и нужно расширить состав Совета рынка.

– Администрирование работы совета должно оставаться также при КЭА? 

– Здесь нужно разделить функции исполнительного органа и законодательного. Исполнительный орган может остаться на площадке КЭА, почему нет – это секретариат и так далее. А вот законодательная функция должна быть усовершенствована.

Все-таки институт Совета рынка – это очень важный институт электроэнергетики. Поэтому, может быть, даже можно потратить какие-то бюджетные средства на то, чтобы его содержать. Потому что потенциальная польза, которую он может принести, реформируя рынок, несоизмеримо больше. Тем более, больших денег это точно не потребует. Как мне кажется, никому из состава Совета рынка денег платить не нужно – ни зарплат, ни бонусов или премий, вплоть до того, что можно привлекать экспертное сообщество на добровольно-общественном начале. Можно оплачивать работу секретариата, но это совсем небольшие деньги.

Во многих странах обычно такие институты работают на общественных началах, приходят субъекты, заинтересованные в развитии рынка, они не получают деньги за свою работу, в том числе эксперты, которые это часто делают без всякого вознаграждения. У нас достаточно активных людей, которые будут готовы работать без компенсации, а то, что они могут преследовать какие-то отраслевые интересы, в этом ничего плохого нет. Но их возможные «хотелки» необходимо балансировать через правильное представительство в Совете рынка.

– У нас слабо развит институт репутации, поэтому, мне кажется, экспертов из числа потребителей могут легко купить, если у них зарплата не будет достаточной. 

– С этим могу согласиться, это действительно так. С другой стороны, наша энергетическая отрасль не такая уже и масштабная. Могу сказать, что любой более-менее профессиональный чат отраслевой включает в себя не более тысячи человек. А вот действительно экспертов и специалистов не так много. Поэтому у нас это по-другому немного работает.

Если вдруг становится известно, что чья-то репутация подмочена, кто-то занимается лоббированием тех или других интересов, то он сам выпадает из этой истории – мне кажется, это тоже не нужно упускать. Если бы наша электроэнергетика была бы, например, как китайская размером, то тогда бы, конечно, вопрос стоял бы жестче. Поэтому, по моему собственному мнению, я сторонник того, что мы можем абсолютно без особых денег наладить работу Совета рынка совсем по-другому.

– А если права потребителей будут защищать те же энергетики – в маленькой отрасли, наверняка, есть круговая порука? А потребители из числа обычных граждан вдруг не смогут понять, в чем заключается технический минимум для ТЭЦ или это компетентно утверждать?  

– Это тоже верно. Но защита потребителей – физических лиц – это немного другая история, она отличается от того, что мы сейчас здесь обсуждаем. Речь идет скорее о МСБ и крупных потребителях, которые не связаны с вертикально интегрированными компаниями, у которых есть своя генерация и сети.

Повторюсь, что, как энергетик, я, конечно, опасаюсь рисков, связанных с не очень конструктивной позицией потребителей. Мы с этим действительно иногда сталкиваемся, поэтому важно все уравновесить. То есть нужно слышать эту позицию, но она не должна превалировать над другими. С другой стороны, не надо недооценивать наших потребителей. Бывает, с некоторыми начнешь разговаривать и обсуждать специфику отрасли и приятно удивляешься их компетенциям.

– Какие-то еще дополнительные функции, может быть, рекомендательные Совету рынка Вы предлагаете добавить? Кроме утверждения техминимума для ТЭЦ и инвестпрограмм, чтобы они могли до минэнерго доносить с точки зрения потребителей, хотя у минэнерго есть свой общественный совет, собственноручный, я бы сказал. 

– Надо разделять общественный совет при минэнерго и Совет рынка – это абсолютно разные вещи. Общественный совет – это независимый наблюдатель за деятельностью уполномоченного органа.

Совет рынка должен формировать, скажем так, идеальную модель рынка, поэтому, во-первых, уже имеющиеся функции – по инвестпрограммам и техминимуму для ТЭЦ – необходимо сохранить.

Во-вторых, сейчас работает единый закупщик электроэнергии – такая централизованная модель рынка. У нас сейчас многое замыкается на едином закупщике, его надо реформировать, конечно. Потому что мимо него проходит порядка трети объемов электроэнергии. Более того, эта доля растет, недавно льготный тариф в обход единого закупщика получило одно из металлургических предприятий Павлодарской области, который соответствует предельному тарифу Экибастузской ГРЭС-1. Это, по-моему, вообще вне всяких рамок. Поэтому Совет рынка должен плотно заняться единым закупщиком, а также балансирующим рынком, поскольку там тоже многое нужно совершенствовать.

Еще одна текущая функция у Совета рынка есть, о которой не упомянуто в моей таблице, – это составление ежегодного баланса электроэнергии. В свое время в агентстве по защите конкуренции пришли к выводу, что в Совете рынка, состоящем из электростанций, не заинтересованы в том, чтобы производство электричества росло с точки зрения рыночного позиционирования. Какой производитель заинтересован, чтобы больше было его товара? Никакой не заинтересован. Поэтому здесь видится еще один конфликт интересов в Совете рынка, где сидят большей частью электростанции. Возможно, в результате этого мы и проспали дефицит электроэнергии просто потому, что у нас не было качественного планирования.

Это надо понимать, потому что сейчас у нас декларируется ввод новых мощностей. Замечательно, отрасль растет, но нужно правильно все это закладывать в прогнозный баланс, чтобы понимать, в каком узле какая генерация необходима, я уже не говорю о генеральной схеме размещения объектов электроэнергетики. Такую функцию тоже можно было бы вменить Совету рынка.

Раз уж мы сегодня говорим о потребителях, то надо каким-то образом возвращать конкуренцию на рынок. У меня по поводу этого есть предложение, оно отдельного интервью заслуживает. Вкратце могу сказать, про платформы-агрегаторы, сектор которых мы сейчас пытаемся развивать, и это может стать той самой реанимирующей силой, которая заново запустит конкуренцию на рознице. Я скептически отношусь к возможности возврата энергоснабжающих организаций, хотя до сих пор считают ошибкой их ликвидацию. Вряд ли нам стоит ждать возвращение конкуренции в трейдинг электроэнергии.

Соответственно, оснащенные малой генерацией платформы, которые будут снабжать потребителей, используя их площадки и создавая на них виртуальные электростанции, – вот это может быть большим будущим для рынка. Именно это сможет обеспечить конкуренцию на рознице. Если эту модель интегрировать в наш существующий рынок, то она напрямую на МСБ хорошо отразится и монополистам не навредит. Потому что, например, есть предложение, чтобы все излишки электроэнергии маломасштабных ВИЭ не реализовывать сетям по среднеотпускному тарифу – что сейчас их обременяет, а интегрировать эти излишки в рынок через площадку единого закупщика.

Так что вариантов различных много, как можно смоделировать будущий рынок электроэнергии, и это направление очень важное. По ходу деятельности Совета рынка будет появляться различная рыночная проблематика, те же самые барьеры, которые можно будет устранять внутри самого Совета рынка, а не включать их в республиканскую карту по барьерам АЗРК. Рынок электроэнергии будет сам себя лечить!

Читайте по теме:

В Казахстане устранили угрозы на рынке электроэнергии
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Данияр Сериков</dc:creator>
                <pubDate>Thu, 21 May 2026 09:26:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-5/Uq0d3erN.jpeg"   type="image/jpeg"   length="127902"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[В Казахстане готовят новую налоговую реформу: что изменят на этот раз ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/v-kazahstane-gotovyat-novuyu-nalogovuyu-reformu-chto-izmenyat-na-etot-raz</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/v-kazahstane-gotovyat-novuyu-nalogovuyu-reformu-chto-izmenyat-na-etot-raz</guid>
                <description>Власти хотят объединить восемь платежей с зарплаты в один и уже выбрали два варианта реформы. 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Правительство Казахстана совместно с НПП «Атамекен» и профильными ведомствами готовит реформу, которая должна упростить фискальную нагрузку на фонд оплаты труда (ФОТ). Регуляторные изменения сейчас находятся на стадии расчетов и уже осенью могут поступить на рассмотрение парламента,  передает inbusiness.kz.

Впервые данная инициатива была озвучена отечественными экспертами на круглом столе Atameken Business FORUM в конце февраля текущего года. Более подробно ознакомиться с материалами можно на странице мероприятия.

На текущем этапе в Нацпалате провели серию встреч с представителями крупного, среднего и малого бизнеса. Сейчас совокупная фискальная нагрузка на ФОТ в Казахстане, по разным оценкам, составляет от 39 до 42 процентов. Это означает, что для выплаты сотруднику условных 500 тысяч тенге «на руки» работодателю приходится закладывать около 800 тысяч тенге.

При этом главной проблемой для бизнеса называли не только размер ставок, но и сложность самой системы. Бухгалтерам ежемесячно приходится администрировать до восьми различных платежей, а количество комбинаций при расчете выплат, как выяснилось в ходе анализа, может достигать 80-90 вариантов.

В НПП «Атамекен» заявили, что ситуация начала меняться после длительного обсуждения вопроса с государственными органами.


«Благодаря конструктивному диалогу с госорганами наконец удается запустить долгожданные реформы. Совместные усилия приносят свои плоды: сложнейшие административные барьеры могут уйти в прошлое, процессы начисления упрощаются, а фискальная нагрузка становится прозрачной и подъемной для бизнеса», — отметили в Нацпалате.


Как сообщил заместитель председателя правления НПП «Атамекен» Тимур Жаркенов, власти концептуально поддержали курс на упрощение процедур. По его словам, достигнута принципиальная договоренность: общую фискальную нагрузку повышать или снижать не планируют — речь идет исключительно об изменении механизма администрирования.

Сейчас обсуждаются два основных варианта реформы. Первый предполагает сохранение трех платежей: обязательного пенсионного взноса (10 процентов), индивидуального подоходного налога (10 процентов) и единого социального налога в размере 21 процента.

Второй вариант предусматривает введение единого социального налога, в который войдут все платежи. Предполагается, что бизнес будет перечислять деньги одной платежкой со списком сотрудников в единый уполномоченный орган — казначейство или госкорпорацию. После этого средства автоматически распределят между местными бюджетами и фондами, включая ЕНПФ, ГФСС и ФСМС.

Реформа может затронуть и малый бизнес. В «Атамекене» предлагают объединить все зарплатные отчисления для компаний на общеустановленном режиме по аналогии с действующей «упрощенкой».

Кроме того, представители Налогового альянса Казахстана и Нацпалаты выступили за пересмотр системы налоговых вычетов. Эксперты предлагают изменить или полностью отменить действующий порог в 100 миллионов тенге, который ограничивает право малого бизнеса относить расходы по ФОТ на вычеты при расчете КПН или ИПН для СНР на упрощенной декларации.

По мнению участников обсуждения, это создаст прямую экономическую мотивацию для предпринимателей показывать реальные доходы сотрудников, поскольку с этой суммы не придется платить налог. Заместитель премьер-министра РК – министр национальной экономики Серик Жумангарин уже поручил запустить пилотный проект по внедрению единого платежа на базе конкретных предприятий.

Во время обсуждений представители бизнеса указали и на риски. Глава Ассоциации застройщиков Казахстана Виктор Микрюков предупредил, что реформа может обернуться дополнительной бюрократией, если вместо нескольких платежек компаниям придется заполнять громоздкие приложения с большим количеством данных по каждому сотруднику.

Предприниматели также попросили правительство обеспечить максимально плавный запуск &quot;пилота&quot; и избежать операционных сбоев для финансовых потоков предприятий. В НПП «Атамекен» бизнес призвали активнее подключаться к обсуждению и до конца недели направить предложения по участию в пилотном проекте и снижению нагрузки на фонд оплаты труда.



Читайте по теме:

Семь налогов с одной зарплаты: депутат просит снизить нагрузку на работодателей
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Индира Кусаинова</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 20 May 2026 16:21:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-5/DypwdV38.png"   type="image/png"   length="2265410"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Экономика LRT: дотации, экспаты, штат и зарплаты ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/ekonomika-lrt-dotacii-ekspaty-shtat-i-zarplaty</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/ekonomika-lrt-dotacii-ekspaty-shtat-i-zarplaty</guid>
                <description>Пассажиропоток в первые месяцы покажет, сколько бюджетных субсидий потребуется столичному проекту. 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Запуск LRT в Астане, которого жители столицы ждали больше десяти лет, обернется крупными расходами для городского бюджета. Несмотря на фиксированный тариф в 200 тенге за поездку, значительную часть затрат на содержание системы будут покрывать власти города, передает inbusiness.kz.

О том, сколько будет стоить эксплуатация легкорельсового транспорта и кто будет обеспечивать его работу, рассказал председатель правления City Transportation Systems Асылбек Дюсебаев. По его словам, для работы LRT задействовано более 1000 человек. Средняя зарплата сотрудников составляет 500 тысяч тенге. При этом некоторые категории работников получают заметно больше. Так, диспетчеры зарабатывают около 700 тысяч тенге из-за высокого уровня ответственности.

Сам глава CTS сообщил, что его заработная плата составляет 1,1 млн тенге.

При этом штат пока сформирован не полностью. Сотрудников нанимали поэтапно: сначала обучали машинистов — первой группой стали 39 человек, затем начали набирать специалистов других направлений. Кассиров приняли на работу всего за неделю до запуска системы.

Отдельную часть персонала составляют иностранные специалисты. Сейчас в системе LRT работают около 300 граждан Китая. В компании объяснили это тем, что в Центральной Азии ранее не существовало подобных транспортных систем, поэтому собственного кадрового резерва инженеров у региона нет.

Контракт с китайскими специалистами рассчитан на 10 лет. Однако их число постепенно будут сокращать: уже в следующем году количество иностранных сотрудников уменьшится примерно до 280 человек, а к завершению десятилетнего периода их планируют полностью заменить казахстанскими инженерами.

По словам Дюсебаева, условия оплаты для иностранных и казахстанских сотрудников одинаковые, разница лишь в том, что зарплата иностранцам выплачивается в юанях. Главным вопросом для жителей города остается финансирование системы. Глава CTS прямо заявил, что полностью окупаться за счет пассажиров LRT не сможет.


«Одна часть – то, что будут платить люди по 200 тенге, разницу — из бюджета города», — сообщил Дюсебаев.


Модель финансирования строится на двух источниках — оплате проезда и субсидиях из бюджета Астаны. При этом полноценные магазины и кафе на станциях LRT размещать не планируют. В компании прогнозируют пассажиропоток на уровне 35-45 тысяч человек в сутки. Однако назвать точную сумму ежемесячных расходов на содержание системы — включая фонд оплаты труда, обслуживание поездов, электроэнергию и ремонт — в CTS пока не готовы.

Сложно на старте оценить и то, какую долю затрат покроет выручка от пассажиров, а какую — городской бюджет. По словам главы компании, более точные расчеты появятся только после первого месяца полноценной эксплуатации.

Также в CTS рассказали о правилах перевозки багажа. Доплачивать за чемоданы, коляски и сумки пассажирам не придется. Велосипеды разрешат провозить только в сложенном виде. Для жителей Астаны поездка на LRT будет стоить 200 тенге, однако фактическая себестоимость перевозки окажется значительно выше. Разницу между тарифом и реальными расходами городские власти намерены компенсировать за счет бюджета столицы, что на практике покажет себестоимость тарифа.

Читайте по теме:

Опубликована схема остановок LRT
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Бахытгуль Джакупова</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 20 May 2026 10:24:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-5/KZaERppE.webp"   type="image/webp"   length="47800"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Половину молодежи Казахстана &quot;лишили&quot; скидок и льгот]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/polovinu-molodezhi-kazahstana-lishili-skidok-i-lgot</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/polovinu-molodezhi-kazahstana-lishili-skidok-i-lgot</guid>
                <description>По закону молодыми считаются граждане до 35 лет, но авиа- и ж/д перевозчики, а также фонды обрывают &quot;молодость&quot; уже в 22-29 лет.
</description>
                <content:encoded><![CDATA[В Казахстане разгорелась дискуссия о том, кого в стране на самом деле считают молодежью. Поводом стал вирусный пост в соцсетях, автор которого обратил внимание на противоречие: по закону молодежью считаются граждане до 35 лет, однако большинство молодежных тарифов и льгот заканчиваются гораздо раньше, сообщает inbusiness.kz.


«В Казахстане по закону молодежью считаются граждане до 35 лет. Но на практике большинство “молодежных тарифов” у крупных компаний действуют только до 25 лет — например, Air Astana, КТЖ и другие компании. Получается противоречие: государство официально расширило молодежную категорию, но реальные льготы и скидки для молодежи 26-35 лет фактически отсутствуют», – написал пользователь соцсети.


Пост быстро набрал десятки комментариев и вновь поднял тему, обсуждаемую после реформы 2022 года. Тогда президент Казахстана подписал закон, увеличивший верхнюю возрастную границу молодежи с 29 до 35 лет включительно. В министерстве информации и общественного развития Казахстана объясняли, что это позволит молодым людям «широко использовать все действующие меры государственной поддержки». После изменений численность молодежи в стране формально выросла с 3,7 до 6 миллионов человек.

Однако на практике каждая компания и организация продолжила устанавливать собственные возрастные рамки.

Так, у Air Astana молодежный тариф со скидкой 10-20 процентов доступен пассажирам от 16 до 25 лет включительно. У Qazaq Air льготный тариф действует только до 22 лет, а у SCAT Airlines — до 25 лет и лишь на внутренних рейсах.

На железной дороге ситуация похожая. В феврале 2026 года &quot;Қазақстан темір жолы&quot; запустила дисконтную карту KETTIK33 со скидкой 33 процента на верхние места в купе и сидячих вагонах. При этом возрастной предел для электронной карты «Жастар» также ограничен 25 годами.

Свои ограничения действуют и в образовательных программах. У общественного фонда &quot;Қазақстан халқына&quot; благотворительные гранты на бакалавриат для социально уязвимых категорий доступны только соискателям до 29 лет. При этом программу обновляли и переутверждали несколько раз — в том числе в июне 2025 года, однако возрастной потолок не изменился.

В итоге в стране фактически существуют сразу несколько разных «молодостей». Юридическая — до 35 лет, дающая доступ к государственным молодежным программам и кадровым резервам. Транспортная — преимущественно до 22-25 лет. Грантовая — до 29 лет или до 35 в зависимости от конкретной программы.

При этом перевозчики и фонды формально не нарушают закон. Большинство молодежных тарифов считаются маркетинговыми продуктами, а не государственными льготами, поэтому компании самостоятельно определяют возрастные рамки для скидок. Аналогично действуют и благотворительные фонды, устанавливающие собственные критерии участия в программах.

Тем не менее обсуждение в соцсетях продолжает набирать обороты. Пользователи указывают, что после официального расширения молодежного возраста казахстанцы от 26 до 35 лет формально остались «молодежью», но без большинства реальных бонусов, скидок и льгот.

Читайте по теме:

Кто и как получит выплаты и социальную помощь в 2026 году в РК
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Бахытгуль Джакупова</dc:creator>
                <pubDate>Mon, 18 May 2026 09:20:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-5/S4yACam2.png"   type="image/png"   length="2209015"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[В Казахстане озвучили план повышения доходов ]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/v-kazahstane-ozvuchili-plan-povysheniya-dohodov</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/v-kazahstane-ozvuchili-plan-povysheniya-dohodov</guid>
                <description>Власти направят триллион тенге на создание крупных предприятий и занятость в селах. 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Власти Казахстана намерены повышать доходы населения за счет создания новых рабочих мест. Презентация программы повышения доходов казахстанцев запланирована на май, сообщил в кулуарах мажилиса заместитель премьер-министра РК – министр национальной экономики Серик Жумангарин, передает inbusiness.kz.

По словам министра, работа над программой практически завершена.


«Я думаю, в мае будем ее презентовать. Самая большая фишка, и это всегда будет так – это создание твердых, надежных рабочих мест. Другой фишки нет здесь. Все остальное, так или иначе, будет опираться на текущее самочувствие государства. Я имею в виду государственные выплаты, социальные выплаты, пенсионные выплаты и так далее. Они всегда будут зависеть от самочувствия государства. На экономику влияет много факторов, и внешних, и внутренних. Нужна твердая, хорошая, оплачиваемая работа. И чтобы ее сделать, нужно поднимать реальный сектор экономики», — пояснил Жумангарин.


Он уточнил, что из 2 триллионов тенге, которые государство рассчитывает получить благодаря налоговой реформе, 1 триллион направили в фонд «Байтерек».


«Для чего мы его отдали? Для того чтобы создать предприятия. Большие и крупные предприятия. Чтобы были твердые рабочие места. И оставшиеся деньги мы отдаем в село для того, чтобы там были рабочие места. Кстати, у нас заработная плата реальная в селе – в этом году одно из немногих направлений, где реально поднялась. Есть направления, где заработная плата упала в финансовом секторе, в строительстве упала, но в селе заработная плата поднялась», — заявил министр.


Жумангарин назвал рост зарплат в сельской местности «хорошим очень показателем».



Читайте по теме:

Летом в Казахстане запустят еще одну налоговую реформу для бизнеса
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Асхат Оразов</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 13 May 2026 12:22:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-5/Y29aLf5u.png"   type="image/png"   length="2605543"  />
                            </item>
                    <item>
                <title><![CDATA[Власти Казахстана задолжали бизнесу свыше 300 миллиардов тенге]]></title>
                                <link>https://inbusiness.kz/ru/news/vlasti-kazahstana-zadolzhali-biznesu-svyshe-300-milliardov-tenge</link>
                <guid isPermaLink="true">https://inbusiness.kz/ru/news/vlasti-kazahstana-zadolzhali-biznesu-svyshe-300-milliardov-tenge</guid>
                <description>В минфине признали задержки расчетов из-за трансфертов из Нацфонда и налоговых поступлений.

 
</description>
                <content:encoded><![CDATA[Государственные структуры Казахстана задолжали поставщикам товаров, работ и услуг более 300 миллиардов тенге. Об этом говорится в ответе комитета государственного казначейства министерства финансов РК на запрос корреспондента inbusiness.kz.

По данным ведомства, на 1 апреля 2026 года кредиторская задолженность администраторов республиканских бюджетных программ перед поставщиками и по капитальным вложениям составила около 107 миллиардов тенге. Еще 197,5 миллиарда тенге поставщикам задолжали местные бюджеты.


«Данная сумма включает в себя как обязательства с ненаступившим сроком оплаты, так и задолженность, выявленную по актам сверок, связанную с более поздним предоставлением подтверждающих документов, и иными объективными факторами», — отметили в комитете.


В министерстве финансов заявили, что кассовых разрывов по республиканскому бюджету в 2025-2026 годах не допускалось. Однако отдельные задержки расчетов все же возникали. Их объяснили несвоевременным поступлением трансфертов из Национального фонда, а также налогов и других обязательных платежей в бюджет.

При этом социальные выплаты и пособия, как подчеркнули в ведомстве, перечислялись своевременно и в полном объеме, поскольку относятся к первоочередным расходам бюджета.

Одновременно в стране продолжает расти задолженность самого бизнеса перед государством. По данным комитета госказначейства, недоимка субъектов малого и среднего бизнеса по налогам и другим обязательным платежам на 1 мая 2026 года достигла 735 миллиардов тенге.

Только с начала года показатель вырос на 178,3 миллиарда тенге, или сразу на 32 процента. Для сравнения: на начало 2025 года задолженность составляла 438 миллиардов тенге, а на начало 2024 года — 546 миллиардов тенге.

В ответ на вопрос о возможном ужесточении ответственности госорганов за несвоевременную оплату контрактов в комитете напомнили, что действующие меры уже предусмотрены статьей 41 Бюджетного кодекса Казахстана.

Читайте по теме: 

В Казахстане подсчитали стоимость &quot;антивредного&quot; питания для работников
]]></content:encoded>
                <dc:creator xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/">Мария Галушко</dc:creator>
                <pubDate>Wed, 13 May 2026 09:21:00 +0500</pubDate>
                                    <enclosure  url="https://inbusiness.kz/uploads/2026-5/6RB5QgBF.jpeg"   type="image/jpeg"   length="131949"  />
                            </item>
            </channel>
</rss>
