Вопрос качества школьного питания в Казахстане вновь перешел из плоскости плановых проверок в разряд экстренной повестки. Поводом послужила череда тревожных инцидентов: в Астане восемь учеников частной школы получили серьезное отравление, а ранее аналогичный случай произошел в одной из элитных гимназий Алматы, где детям потребовалась срочная медицинская помощь.
На фоне этих происшествий редакция inbusiness.kz направила официальный запрос в министерство просвещения. Мы выяснили, как функционирует система, кто контролирует поставщиков и почему при кратном росте финансирования количество претензий к качеству еды не снижается.
Бюджетный рывок: цифры и стандарты
Сегодня бесплатное горячее питание получают все учащиеся начальных классов, а также школьники 5-11-х классов из социально уязвимых категорий. Динамика государственного финансирования впечатляет: если в 2022 году на эти цели выделялось 30 млрд тенге, то к 2026 году объем средств вырос до 207 млрд тенге. Фактически за четыре года бюджет увеличился более чем в шесть раз.
Параллельно с финансовыми вливаниями государство пытается реформировать и саму культуру питания. С 1 сентября 2025 года во всех организациях образования внедрен новый единый Стандарт питания.
"Документ предусматривает многовариантное меню, разработанное с учетом сезонности, режима питания и норм суточного потребления нутриентов (белков, жиров и углеводов). Особое внимание уделено детям с индивидуальными диетическими потребностями", — пояснили в профильном ведомстве.
В минпросвещения подчеркивают: новый стандарт опирается на рекомендации ВОЗ и современные международные протоколы. Его главная цель — не просто накормить ребенка, а снизить риски развития ожирения, сахарного диабета и болезней сердечно-сосудистой системы у подрастающего поколения.
Контроль "на бумаге" и реальность пищеблоков
Однако красивое меню — это лишь фасад. Обратная сторона системы — состояние школьных пищеблоков. По данным министерства здравоохранения, санитарно-эпидемиологический надзор за столовыми ведется в рамках Предпринимательского кодекса, и результаты проверок за 2025 год выглядят удручающе.
Всего было проинспектировано 151 школьный пищеблок (33 плановых проверки и 118 внеплановых). В 128 объектах (84,7%) выявлены грубые нарушения санитарных норм. Топ-лист системных проблем:
- несоответствие помещений санитарным регламентам;
- неисправность вентиляционных систем и отсутствие горячего водоснабжения;
- нарушение технологии мытья посуды и обработки инвентаря;
- пренебрежение условиями хранения продуктов и сроками их годности;
- отсутствие документов, подтверждающих безопасность сырья;
- игнорирование графиков медицинских осмотров персоналом.
По результатам проверок в 2025 году выдано 112 предписаний об устранении выявленных нарушений, в отношении 109 лиц применены административные меры по части 1 статьи 425 Кодекса Республики Казахстан об административных правонарушениях на общую сумму 31 986 820 тенге. Кроме того, в отношении 38 школьных пищеблоков Туркестанской области за осуществление деятельности без соответствующих разрешительных документов составлены административные материалы по части 1 статьи 463 КоАП РК, направленные в суд. По решениям суда субъекты привлечены к административной ответственности на сумму 3 275 356 тенге.
Госорганы признают: корень проблем кроется в слабом производственном контроле со стороны поставщиков услуг, нарушениях логистики и технологических процессов приготовления пищи. Несмотря на заявления об "усилении мониторинга" и "принципе внезапности проверок", статистика говорит сама за себя: почти девять из десяти проверенных столовых работают с нарушениями.
Ценообразование: кто и как считает "стоимость тарелки"?
Вопрос о том, сколько стоит обед одного школьника, не имеет единого ответа для всей страны. В министерстве просвещения поясняют: тариф — это сложный конструктор. Он включает в себя не только стоимость продуктов, но и ФОТ работников, налоги, коммуналку, содержание оборудования и логистику.
Ключевой момент: единого республиканского тарифа не существует. Стоимость устанавливают местные исполнительные органы (акиматы), опираясь на среднерыночные цены в конкретном регионе и уровень инфляции. Поставщиков же определяют через сито государственных закупок, где решающее слово остается за конкурсными комиссиями.
"Местными исполнительными органами ежегодно проводится анализ стоимости школьного питания с учетом изменения цен на продовольственные товары. С учетом инфляционных процессов с 1 января 2026 года акиматами областей и городов республиканского значения пересмотрены тарифы на школьное питание на основании среднерыночных цен и статистических данных".
Большинство экспертов отрасли и независимых аналитиков сходятся в одном: качество школьного питания напрямую пропорционально уровню его финансирования. Невозможно требовать соблюдения высоких стандартов ВОЗ, использования парного мяса и свежих овощей, если заложенная стоимость обеда едва покрывает затраты на хлеб и логистику. В условиях рыночной экономики "социальная тарелка" не может стоить копейки, и кратный рост бюджетных вливаний, на первый взгляд, должен был решить эту проблему.
Логика государства понятна: больше денег — выше контроль — качественнее еда. Однако на практике эта формула дает сбой. Выясняется, что само по себе увеличение финансирования не гарантирует полноценного рациона, если механизмы распределения средств остаются непрозрачными, а расчеты — оторванными от реальности.
Куда уходят деньги?
Однако за фасадом министерских отчетов скрывается иная реальность, которую вскрыла в своем депутатском запросе мажилисвумен Екатерина Смолякова. По ее данным, система школьного питания пронизана "дырами", через которые бюджетные средства утекают, не доходя до столовых. Речь идет о системных ошибках в планировании, которые превращают миллиардные тенге в "воздух".
Яркий пример — расчет количества учебных дней. В ряде регионов потребность в средствах закладывается из расчета 170 дней, хотя фактически дети учатся не более 165. Для Астаны, где на питание 111 тысяч детей ежедневно уходит около 90 млн тенге, такая "погрешность" всего в пять дней оборачивается необоснованным раздуванием бюджета на 450 млн тенге.
Еще более масштабные искажения связаны с НДС. Из 2000 предпринимателей, работающих в этой сфере, лишь 10% являются плательщиками этого налога. Тем не менее региональные чиновники зачастую формируют заявки так, будто налог платят все 100%. Это искусственно завышает потребность в средствах на 16%, что в масштабах страны может составлять порядка 30 млрд тенге "лишних" денег. В той же столице из 22 поставщиков плательщиком НДС является лишь один, однако бюджет в 14,4 млрд тенге был рассчитан с учетом налога для всех. Цена вопроса — 2,1 млрд тенге, которые позже возвращаются в казну как "экономия", в то время как городские власти отказываются внедрять новый стандарт питания, ссылаясь на пресловутый дефицит средств.
К финансовой непрозрачности добавляются и прямые убытки бизнеса. Работа столовых привязана к жесткому графику: чтобы накрыть столы к 8 утра, повара выходят на смену в 5 часов, а продукты закупаются заранее. Внезапный переход школ на онлайн-формат или отмена занятий из-за погоды превращают приготовленную еду в прямые убытки предпринимателей. Только в текущем году в таком режиме прошло 12 учебных дней, что стоило бизнесу в одном только городе около 1 млрд тенге, которые государство не компенсирует.
Довершает картину хроническая болезнь системы — искаженная статистика, которая окончательно размывает ответственность госорганов. Расхождения между "бумажными" отчетами и реальными контрактами достигают абсурдных масштабов. Ярким примером стала Мангистауская область: согласно официальным сводкам министерства просвещения, стоимость школьного питания в регионе составляет 900 тенге на ребенка. Однако портал государственных закупок выдает совершенно иную цифру: 543,1 тенге. Такие расхождения лишают госорганы возможности принимать адекватные управленческие решения и создают ложную картину благополучия.
В связи с выявленными фактами партия Respublica выдвинула ряд требований к правительству. В их числе:
- Проведение ревизии бюджетных заявок регионов на соответствие фактической потребности.
- Внедрение единой методологии планирования, исключающей необоснованное включение НДС.
- Установление гарантированного минимума стоимости питания на республиканском уровне и введение обязательной ежегодной индексации.
- Разработка механизма компенсации расходов бизнеса при форс-мажорных переходах на онлайн-обучение.
- Создание единой системы отчетности, которая исключит манипуляции со статистическими данными.
Ситуация вокруг школьных столовых показывает: одних только финансовых вливаний недостаточно. Без прозрачного планирования и реальной ответственности за достоверность данных "золотые" школьные обеды так и останутся темой для депутатских запросов, а не залогом здоровья нации.
Читайте по теме:
Школьное питание в Казахстане полностью перевели в цифру
