История о том, как говядина стала в наших краях "запретным плодом", напоминает масштабное полотно, написанное в жанре абсурда. Каждое решение чиновников по отдельности казалось здравым штрихом, но, смешавшись на холсте реальности, они явили миру картину глубочайшего кризиса. Мы так долго искали баланс между экспортом и внутренним спокойствием, что очнулись в мире, где спасительный караван с мясом ожидается со стороны Кабула, пишет inbusiness.kz.
В этом жесте – и отчаяние, и невольное признание: старые пастбища опустели, а новые горизонты пролегают там, где их еще вчера никто не решился бы искать. Так что мясной ценник нынче живет по законам плохого сериала: логики все меньше, а градус драмы зашкаливает.
Стейк из Кабула и другие приключения здравого смысла
Началось все с Узбекистана, где с начала года заметно выросли цены на говядину. Местные блогеры, не доверяя официальной статистике, перешли на "индекс шашлыка": если год назад палочка мяса стоила демократичные 25 тысяч сумов (около 980 тенге), то в 2026-м средняя цена уже колеблется в диапазоне 30-45 тыс. сумов (порядка 1700 тенге). Настоящая инфляция сегодня измеряется не в процентах, а в аромате жареного мяса, которое становится все менее доступным.
"Оптовый рынок подтверждает тренд: цены на говядину у нас достигли 75-108 тысяч сумов. По сравнению с прошлой неделей минимальные цены выросли на 7,1%, а максимальные – на 2,9%. По сравнению с месяцем ранее максимальная цена на говядину увеличилась на 8%. Рост цен может быть связан с ситуацией в России – там у фермеров было изъято более 180 тыс. голов под предлогом распространения заболеваний. Еще в Казахстане запретили транзит и ввоз живого скота из РФ", – пишет блогер Фахрулло Хамидуллаев.
Он прямо указывает, что в стране банально не хватает мясной продукции. И это ключевая отправная точка. В последние годы Узбекистан системно компенсирует дефицит импортом, превращая внешние поставки из вспомогательного механизма в основу продовольственного баланса.
Но тут по законам взаимозависимости в игру вступает региональное эхо: узбекский аппетит спровоцировал дефицит у нас. Портал upl.uz отмечает, что именно спрос со стороны Узбекистана стал одним из факторов роста цен в РК. Казахстанские чиновники не скрывают, что активный вывоз продовольствия, значительная часть которого уходит в Узбекистан, напрямую повлиял на резкий скачок цен на мясную продукцию на внутреннем рынке.
Вице-министр сельского хозяйства Казахстана Ербол Тасжуреков формулирует позицию предельно откровенно: экспорт в соседние страны растет, особенно в Узбекистан, потому что казахстанская продукция востребована и конкурентоспособна. Звучит почти как комплимент – если не помнить, что за этим "успехом" стоит рост цен внутри страны. Для обывателя это звучит как издевательски вежливое оправдание дороговизны.
"Большой экспорт в близлежащие страны динамично идет, в частности в Узбекистан. Потому что наша мясная продукция пользуется большим спросом – это наше конкурентное преимущество", – сказал Тасжуреков.
Статистика импорта в Узбекистане лишь закрепляет эту картину. По сведениям нацкомстата, только за первый месяц 2026 года республика закупила мяса и субпродуктов на 70,7 млн долларов – на внушительные 46,6% больше, чем годом ранее. Итоги 2025 года выглядят еще масштабнее: объем импорта пробил планку в 868,8 млн долларов, превысив цифры 2024 года на колоссальные 70,6%. Это уже не временное явление, это новая реальность, где страна кормится извне.
Прощай, пастушья идиллия...
На фоне этих потоков денег рассказы о закате узбекского животноводства звучат особенно грустно. Аграрии реагируют на стимулы: переходят в более прибыльные сегменты вроде растениеводства и шелководства, где есть субсидии, льготные кредиты и многие другие механизмы господдержки, а также более предсказуемая экономика. Животноводство же остается отраслью с высокой нагрузкой и сравнительно меньшей поддержкой.
Фермер Мирзоев вспоминает былые времена как античную легенду: когда-то даже в окрестностях Ташкента стада были частью пейзажа.
"Большие, живые, шумные – их можно было увидеть повсюду. Даже в столице люди держали скот: свое молоко, свои сливки, все свое, привычное было. В селах почти в каждом дворе был скот. Утром его выпускали, а вечером сам возвращался, по памяти, без всякого присмотра. Теперь все иначе. Землю разобрали, поделили, закрепили. Пастбищ почти не осталось. Если скот случайно зайдет на чужое поле – сразу вызывают представителей органов внутренних дел, и заканчивается это большим штрафом. Люди не хотят рисковать. Да и смысла уже не видят", – рассказывает Бахтиер Мирзоев.
Лидия Каримова, шестидесятилетняя жительница кишлака в Навоийской области, слушает такие разговоры без удивления. Она сама всю жизнь прожила в селе и хорошо помнит, как было раньше. По ее словам, импортное мясо цены не снижает. Оно просто удерживает рынок от дефицита, но уже на более дорогом уровне.
"В Казахстане земли много, возможностей тоже, а по телевизору нам рассказывают о спаде в животноводстве в соседней стране, особенно по крупному рогатому скоту. Значит, говядина там будет только дорожать. А вместе с мясом к нам приходит и чужая инфляция. Нам бы свое развивать. Я всю жизнь живу в кишлаке. Когда-то утром и вечером дороги возле кишлаков были заполнены – люди гнали скот на пастбища, и проехать было невозможно. Все жили этим ритмом. Сейчас дороги пустые. Скот почти исчез, и проще стало зайти в магазин, чем держать свое хозяйство", – говорит она.
Пасти негде, земля сконцентрирована у крупных игроков, а корма дорогие. Итог предсказуем: домашнее животноводство практически исчезает. Вот и выходит, что Узбекистан вынужден закупать продукцию по всему миру – от Индии и Пакистана до Беларуси и Монголии.
Казахстан в свою очередь пытается отрегулировать ситуацию привычным способом – через административные ограничения. По данным минсельхоза РК, с 31 декабря 2025 года введены в действие правила распределения квот на вывоз мяса из Казахстана в третьи страны и страны ЕАЭС. Норма будет действовать по 30 июня 2026 года. Казахстанским фермерам разрешили отправить за границу не более 20 тысяч тонн говядины. Параллельно полностью закрыли экспорт КРС.
Баранина первым классом и коровы учатся летать
Узбекистан в этой ситуации действует иначе – не ограничивает, а ищет, где купить. Причем география поиска расширяется довольно быстро. Теперь в списке поставщиков – Афганистан. Делегация Андижанской области во главе с хокимом Шухратбеком Абдурахмановым съездила в Кабул и провела переговоры с представителями временного правительства Афганистана и местным бизнесом. В ходе встречи с министром сельского хозяйства, ирригации и животноводства Мавлави Атауллой Омари стороны договорились наладить импорт мясной продукции из Афганистана, для чего профильным ведомствам предстоит выстроить новые логистические цепочки. Взамен Узбекистан будет поставлять соседу продукты питания, бытовую технику, автомобили и хозяйственный инвентарь.
Действия Ташкента выглядят как последовательный поиск краткосрочных стабилизаторов. Рост цен на мясо подталкивает власти к расширению географии импорта, и в начале апреля было принято решение, которое еще несколько лет назад показалось бы экзотическим: государство вводит временные субсидии на авиаперевозки говядины, баранины и даже живого скота. Рынок, не справляющийся на земле, решено "поддержать с воздуха".
Согласно постановлению президента "О дополнительных мерах по поддержке обеспечения населения основными видами продовольствия", с 1 апреля по 1 августа 2026 года предпринимателям будет компенсироваться 50% расходов на воздушную перевозку говядины и баранины, но не более $0,8 за килограмм продукции.
Параллельно действует еще один инструмент: с апреля по декабрь бизнес может получить субсидию в размере 10% от стоимости импортируемого КРС. Распределением средств занимается специально созданное агентство платежей в аграрной сфере, пишет kun.uz.
"Сначала кажется, что на самолетах летает только элитная "мраморка" для дорогих ресторанов. Но реальность куда комичнее. Буквально в прошлом месяце из Лахора в Ташкент приземлился грузовой Boeing с 17 тоннами обычной пакистанской баранины. Монголия уже давно участвует в подобных схемах "мясных чартеров". Почему обычное мясо вдруг стало летать самолетами? Да потому что наша наземная логистика, отсутствие нормальных транзитных коридоров и бесконечные ветеринарные препоны превращают доставку фурами настолько сложной и дорогой, что импортерам авиация стала экономически оправданной", – сетует общественный деятель Бекзод Рустамбеков.
По его мнению, вместо субсидирования импорта – пусть даже ускоренного и "окрыленного" – стоило бы поддерживать местного производителя, который сталкивается с дорогими кормами, ограниченным доступом к пастбищам и высокой себестоимостью. Или, как минимум, заняться устранением инфраструктурных узких мест. Однако субсидии на чартеры выглядят куда более быстрым и управляемым инструментом, чем системная реформа, а значит, и более привлекательным с точки зрения административной логики.
Кукурузный оптимизм и генетические надежды
При этом нельзя сказать, что руководство страны не понимает глубину проблемы. На недавнем совещании президент Шавкат Мирзиеев сместил акцент с общих макроэкономических показателей на вполне конкретное содержание потребительской корзины рядового жителя республики. И прямо обозначил причинно-следственную связь: невозможно добиться снижения цен на мясо, продолжая зависеть от внешних поставок и не имея собственной надежной кормовой базы.
Узбекистан кардинально пересматривает подход к животноводству. В качестве позитивного примера был приведен проект в Мубарекском районе, где под выращивание кукурузы отвели 5 тысяч гектаров, что является шагом в правильном направлении, но явно недостаточным для системного перелома. Это лишь первая ласточка. На текущий год задачи намного амбициознее: дополнительно освоить 60 тыс. гектаров под корма, что должно обеспечить питание для 350 тыс. голов скота.
Кроме того, республика продолжит реализацию стратегического соглашения с Монголией, начатого еще в 2025 году, которое предполагает закупку 100 тысяч племенных овец и коз для улучшения генетического фонда и увеличения поголовья.
Тем временем цифры на рынках продолжают кусаться. По данным нацкомстата РУз, в марте говядина подорожала на 15% в годовом выражении, баранина – на 18%. Импортная активность сохраняется на высоком уровне. По информации gazeta.uz, в 2025 году в Узбекистан было ввезено 156,9 тыс. тонн говядины, что на 67,1% больше, чем годом ранее. Причины лежат не только в предложении, но и в спросе: быстрый рост населения (более 800 тыс. человек в год) и туристический бум, где Узбекистан стал региональным лидером с 11,7 млн иностранных посетителей и ростом почти на 47%.
Однако за ростом физических объемов следует и рост цен. Стоимость ввезенной говядины выросла с 366,3 млн долларов до 661,2 млн долларов, а средняя цена за килограмм поднялась на 8% – с 3,9 доллара до 4,21 доллара. Аналогичная динамика наблюдается и по баранине: импорт за прошлый год в натуральном выражении вырос почти в 2,5 раза – с 13,4 тыс. до 33 тыс. тонн. В денежном выражении объемы импорта увеличились с 26,3 млн до 72 млн долларов Средняя цена за 1 кг выросла с 1,95 до 2,18 доллара.
С одной стороны, государство активно наращивает импорт, субсидирует логистику и ищет новых партнеров, включая весьма нетривиальные направления. С другой – признает необходимость развивать собственную кормовую базу и животноводство. Между этими двумя стратегиями пока нет противоречия, но и синергии тоже не наблюдается. А значит, рынок продолжит балансировать между "пожарными" мерами и отложенными реформами, постепенно повышая цену этого баланса для потребителя.
Читайте по теме:
Мясо и колбасы в Казахстане: что подорожало на 6% и больше
