Казахстанская говядина, судя по статистике и ситуации на рынке, уверенно движется к рекордным показателям. Однако за впечатляющими цифрами обнаруживается не менее впечатляющий набор системных проблем. И одна из них находится в области, о которой обычно вспоминают лишь во время очередной вспышки болезни скота, – ветеринарии, пишет inbusiness.kz.
Якорь в степи
Премьер-министр Олжас Бектенов прямо заявил, что слабости ветеринарной системы фактически работают как якорь для всей отрасли животноводства. Формулировка довольно точная: при всех попытках ускорить аграрный сектор животноводство практически буксует.
"Отмечен ряд нерешенных проблем в АПК, которые влияют не только на показатели отрасли, но и на уровень жизни на селе. Имеются проблемы в ветеринарии. Если масштабные инвестиции и соблюдение агротехнологий позволили повысить продуктивность в растениеводстве, то животноводство в этом плане значительно отстает. Рост в данной отрасли не превышает 2-3%, что не решит вопросы самообеспеченности, развития переработки, наращивания объемов экспорта", – указал Бектенов.
Следовательно, в правительстве решили, что одним из ответов может стать отдельная программа развития ветеринарии. Министерству сельского хозяйства совместно с акиматами поручено обеспечить развитие ветеринарной инфраструктуры, а также усилить контроль на местах и на границе. МСХ будет обязано до 15 апреля внести в правительство проект комплексного плана развития ветеринарии.
Идея выглядит логичной: ветеринарная безопасность – это не только вопрос здоровья животных, но и ключевое условие доступа к экспортным рынкам. Глобальный рынок – клуб крайне брезгливый и консервативный. Им не нужны наши амбиции, им нужны справки об отсутствии болезни. А с этим проблемы. По оценкам парламентариев, до 20% потерь в животноводстве связано именно с болезнями животных. Для отрасли, которая и без того растет медленно, такие потери считаются критическими.
"Ветеринарная безопасность – это системный фактор устойчивости животноводства. Около 20% потерь в отрасли связано с заболеваниями сельхозживотных. Для страны, которая одновременно наращивает поголовье и стремится увеличить экспорт мяса, игнорировать этот фактор невозможно", – подчеркнул мажилисмен Жигули Дайрабаев.
По его словам, сегодня государство последовательно усиливает как нормативную, так и институциональную основу ветеринарного контроля. Речь идет не только о поправках в законодательство, но и о пересмотре самих стратегий борьбы с опасными инфекциями.
"В частности, мы рассматриваем возможность введения ежедневного контроля на торговых площадках, где реализуется продукция животноводства. При министерстве уже создана рабочая группа с участием международных экспертов Всемирной организации здравоохранения животных (ВОЗЖ), Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН и ВОЗ. Они помогают нам совершенствовать стратегию борьбы с такими заболеваниями, как бруцеллез, бешенство, туберкулез, сибирская язва, и другие. И по итогам этой работы соответствующие меры будут пересмотрены", – отметил депутат Дайрабаев.
Цена болезни и импортная игла
Однако есть и другой фронт – фармацевтический. Председатель Республиканской ассоциации ветеринарной и пищевой безопасности безопасности Марат Кумаров уверен: Казахстану необходимо развивать собственное производство ветеринарных биопрепаратов. Причем не любых, а созданных на основе штаммов, циркулирующих именно внутри страны. А пока страна сидит на "импортной игле". Мы закупаем препараты, созданные под чужие условия и чужие штаммы, тогда как инфекции имеют региональную специфику.
Локальная научно-производственная база позволила бы быстрее, оперативнее реагировать на вспышки болезней в разных регионах республики. Но с этой базой как раз и возникают сложности. Отечественная индустрия ветеринарных биопрепаратов все еще остается очень слабой. Из-за этого наблюдается масштабная зависимость от импортных препаратов.
Отрасль ветеринарной фармацевтики до сих пор не получила статуса самостоятельного сектора, и в результате производители остаются без долгосрочного и льготного финансирования. Производство таких препаратов требует значительных инвестиций, длительных исследований и дорогого оборудования. Сроки окупаемости длинные, риски высокие. В результате банки и инвесторы предпочитают обходить эту сферу стороной, отмечает эксперт.
При этом налоговая политика, мягко говоря, не способствует улучшению ситуации. Нулевой ставки НДС и льготного режима для ветеринарных препаратов нет, и они остаются в той же категории, что и обычные товары: готовая продукция, оборудование, сырье, услуги – все облагается по ставке 16%. Это увеличивает совокупные издержки отрасли и снижает ее конкурентоспособность.
Логично было бы приравнять их к медицинским препаратам для людей: так можно снизить себестоимость, поддержать отечественных производителей и одновременно можно соблюсти международные обязательства в рамках ВОЗЖ и ВТО.
Наряду с финансовыми и институциональными изменениями остается еще один ключевой момент – стимулирование спроса на отечественные разработки. Ввести квоты, преференции в госзакупках, сделать акцент на продукцию из местных штаммов – шаги, которые обеспечили бы гарантированный рынок сбыта и укрепили бы биологическую безопасность. Стратегическим акцентом должно стать законодательное закрепление приоритета использования биопрепаратов из местных штаммов. Это повысит эффективность препаратов в условиях специфических эпизоотических рисков Казахстана и сделает отрасль более привлекательной для инвестиций, пишет eldala.kz.
Антимонопольный абсурд
Но если с болезнями борются врачи, то с врачами неожиданно начал бороться... антимонопольный орган. Ситуация на грани абсурда. По этому поводу сразу 13 сенаторов обратились к главе правительства. Суть в том, что агентство по защите конкуренции решило внедрить рыночные отношения там, где им не место по определению – в сфере борьбы с особо опасными инфекциями. Чиновники требуют доказывать отсутствие частных фирм, прежде чем отдавать заказ госветстанциям. Доходит до смешного: наличие в городе частной клиники для кошек и собак трактуется как "конкурентная среда", хотя такая клиника не имеет ни прав, ни ресурсов бороться с сибирской язвой в масштабах региона.
В июне 2025 года приказом агентства по защите и развитию конкуренции были утверждены "Правила выдачи заключения антимонопольного органа об отсутствии субъектов частного предпринимательства, осуществляющих производство аналогичных товаров, работ, услуг, и об отсутствии иной возможности приобретения соответствующих товаров, работ, услуг на конкурентной основе".
Эти правила предназначены для определения наличия или отсутствия частных поставщиков на рынке, оценки уровня конкуренции в отрасли, а также для установления возможности закупок из одного источника и иных процедур, применяемых при осуществлении текущих закупок.
На практике же они создали юридическую коллизию: процедуры, которые по отраслевому законодательству запрещены для выполнения частными субъектами и являются исключительной функцией государства, внезапно начали рассматриваться как потенциально конкурентные услуги.
Особенно странно это выглядит в отношении борьбы с особо опасными заболеваниями животных. Такие мероприятия – вакцинация, диагностика, мониторинг и ликвидация очагов инфекции – по закону выполняются государственными ветстанциями. Причина очевидна: речь идет о болезнях, способных вызвать чрезвычайные ситуации. Среди них – сибирская язва, ящур, бруцеллез, туберкулез и бешенство.
Сенатор Галиаскар Сарыбаев заверяет, что эти предприятия полностью выполняют обязательный комплекс государственных мероприятий по профилактике заболеваний, диагностике, отбору и транспортировке биоматериала, идентификации животных, их отлову и уничтожению, ведению информсистем и реализации госпрограмм.
"Вместе с тем эпизоотические мероприятия представляют собой единую системную цепочку, включающую вакцинацию, диагностику, клинические осмотры, идентификацию животных, ликвидацию очагов инфекции и ведение государственных баз данных. Сибирская язва, ящур, бруцеллез, туберкулез, бешенство, эмкар, пастереллез и другие особо опасные заболевания являются зоонозными, высококонтагиозными и могут приводить к ЧС. Строгий контроль над ними на уровне международных организаций признается исключительно государственной функцией", – поясняет депутат.
Тем не менее новые правила антимонопольного органа требуют доказать отсутствие частных поставщиков на рынке. В результате система начинает буксовать. Введение правил на практике создало ситуацию, фактически вынуждающую передавать госфункции частным поставщикам. Это приводит к тому, что необходимость получения заключения антимонопольного органа об отсутствии частных субъектов ограничивает возможности государственных ветпредприятий и сдерживает выполнение государственных эпизоотических мероприятий.
"Кроме того, вследствие новых бюрократических барьеров теперь для участия в конкурсах госзакупок ветеринарные предприятия вынуждены получать заключение в соответствии с правилами, поскольку этого требуют технические документы процедур. При этом уполномоченные органы по-разному трактуют правила: 8 областей выдали свои заключения, тогда как 12 регионов их не выдают, несмотря на то, что нормы законов имеют приоритет над нормативно-правовыми актами агентства", – говорит сенатор.
А для отрасли, где скорость реагирования на вспышки заболеваний критична, даже временная приостановка процедур госзакупок и небольшая пауза в поставках могут иметь серьезные последствия, вплоть до возникновения очагов заболеваний, массового падежа животных, угрозы здоровью людей и введения экспортных ограничений. Также ожидание завершения конкурсных процедур приводит к задержке выплаты заработной платы сотрудникам государственных ветстанций на 3-4 месяца, уходу специалистов в другие сферы и дефициту кадров.
Поэтому сенаторы просили правительство, во-первых, обеспечить оперативное проведение госзакупок текущего года в соответствии со специальными законами, регулирующими санитарно-эпидемиологическую, ветеринарную, биологическую и продовольственную безопасность, приведя к единообразию правила выдачи заключений органами по защите конкуренции.
Во‑вторых, на законодательном уровне устранить сложившиеся правовые противоречия и вновь закрепить услуги по профилактике, диагностике и идентификации особо опасных болезней животных как исключительную функцию государства, без участия частных субъектов на конкурентной основе.
Правительство обещает исправить ситуацию
Премьер-министр поддержал сенаторов, но, как это часто теперь бывает, не смог назвать точные сроки исправления упущений. Он напомнил, что одним из обязательных условий госзакупок является наличие заключения антимонопольного органа – для обеспечения добросовестной конкуренции на рынке и прозрачности процедур.
"С учетом особого статуса вопросов ветбезопасности, в целях снижения административной нагрузки и обеспечения оперативности принятия решений прорабатывается вопрос о внесении изменений в требования в части исключения необходимости получения антимонопольного заключения при осуществлении закупок", – заявил Бектенов.
По словам премьера, в стране утвержден перечень из 68 особо опасных болезней животных с высоким риском распространения на территории страны. По указанным заболеваниям будут проводиться ветеринарно-профилактические мероприятия, в том числе закупка препаратов и их последующая передача местным исполнительным органам.
Учитывая, что данные меры проводятся ежегодно и реализуются в рамках установленных процедур, формирование отдельного перечня для отнесения этих заболеваний к сфере национальной безопасности глава правительства считает "нецелесообразным".
В целом же проведение ветеринарно-санитарных и противоэпизоотических мероприятий, включая диагностику, вакцинацию и санитарный убой, остается исключительной компетенцией государственных ветеринарных организаций и не предусматривает участие частных игроков на конкурентной основе, заверил Бектенов.
Инвестиции и инфраструктура
Надо признать, что государство все же инвестирует в ветеринарную систему. По данным правительства, реализация дорожной карты по увеличению валовой продукции сельского хозяйства в 2,5 раза уже принесла конкретные результаты: за последние два года был построен 401 ветобъект. Для государственных ветеринарных организаций закуплено 892 единицы специализированного автотранспорта, что позволило улучшить условия труда, повысить статус специалистов ветеринарии и увеличить оперативность проведения ветеринарных мероприятий.
В целях дальнейшего укрепления материально-технической базы ветслужбы на 2026-2027 годы из республиканского бюджета предусмотрено финансирование в размере 66,2 млрд тенге на строительство ветстанций, ветпунктов с устройствами фиксации животных, а также объектов для захоронения биологических отходов.
Специалистам ветеринарии, работающим с биологическими агентами первой и второй групп патогенности, выплачиваются стимулирующие надбавки соответственно в размере 35% и 50%, а также оздоровительное пособие в размере не менее 2 должностных окладов. В рамках законопроекта по вопросам ветеринарии, инициированного депутатами, заключением правительства одобрены меры по поэтапному повышению зарплаты, обеспечению специальной одеждой и повышению квалификации специалистов отрасли. На реализацию указанных мер на 2027-2029 годы предусмотрено финансирование в размере 23,9 млрд тенге ежегодно.
Казахстан поставил амбициозную цель: к 2031 году довести поголовье КРС до 12 миллионов. Но, чтобы эта цифра стала реальностью, стране нужно сначала вылечить саму систему ветеринарии. Ведь без крепкого здоровья отрасли никакие инвестиции не помогут ей встать на ноги.
Читайте по теме:
Казахстан планирует импорт кашемировых коз в соседнюю страну
