/img/tv1.svg
RU KZ
Камни правосудия

Камни правосудия

Семь ключевых проблем отечественной судебной системы нашел новый глава Верховного суда и окрестил их камнями.

14:29 26 Январь 2018 8342

Камни правосудия

Автор:

Ирина Севостьянова

Фото: liter.kz

В Верховном суде на расширенном совещании подвели итоги отправления правосудия в 2017 году. Впрочем, особое внимание было приковано не к статистике работы судов в прошлом году, а к председателю Верховного суда Жакыпу Асанову, назначенному буквально в конце 2017 года. Затеявший реформу в генеральной прокуратуре, он всегда привлекал внимание прессы благодаря своим живым выступлениям, наполненным оригинальными эпитетами. В новой должности г-н Асанов себе не изменил. 

«Что делает страну процветающей, а ее граждан счастливыми? – начал он свое выступление. – Мировая история дает готовый рецепт. Это бережное отношение государственной власти к человеку. Когда человек уверен в завтрашнем дне, за будущее детей и внуков, за жизнь, здоровье, образование. Когда не чувствует опасностей и тревог. Когда бизнес не боится за свои инвестиции в экономику. Первый пункт Конституции, самый первый пункт гласит: человек, его жизнь, права и свободы – это высшие ценности Казахстана. Все три ветви власти объединяет одно – защищать эти высшие ценности. У суда особая миссия. Именно в суде ищут справедливость. Для многих это последняя надежда. И, как мудрый аксакал, судья призван найти справедливое решение и исправить ошибки государственных и частных институтов общества. Справедливый суд – одна из фундаментальных основ благосостояния и устойчивого развития. Судебная власть, как и иные ветви власти, ответственна за общественное согласие, политическую стабильность, экономическое развитие и другие основополагающие конституционные принципы. Не подверженные политике судьи должны стоять на страже извечных ценностей человечества, оберегая от конъюнктуры и личных интересов». 

Напомнив судьям, для чего они пришли когда-то служить Фемиде, Жакып Асанов сообщил, что получил много предложений по совершенствованию судебной системы – от самих судей, адвокатов, многих других. На основе этих предложений, изучив ситуацию, глава Верховного суда вывел семь ключевых проблем судебной системы – «семь камней». 

«Первый камень – справедливость. Что видят люди? Разные решения по схожим делам. За одно и то же одному дали пять лет, другому два года условно, и тот из зала суда пошел домой. У многих логичный вопрос: почему одного посадили, а другого нет? Почему суд допускает такой произвол?» – сказал он. 

Глава Верховного суда уверен, что сегодня принцип справедливости в уголовном процессе не соблюдается. Потому что «следователь собирает материалы и сам же признает их доказательством, и, доказательство это или нет, решает сторона обвинения».

«У стороны защиты такого права нет. Это нарушает принцип равноправия. Поэтому эксперты взывают: признавать что-то доказательством должен только суд, а не полиция и прокуратура. Суд не должен быть связан с предварительной доказанностью и подвержен доводам обвинения», – подчеркнул он. 

При этом у судей «еще до процесса создается парадигма виновности обвиняемого». Причина тому – эффект прайминга. Он предложил обратить внимание на язык наших обвинительных актов.

«Они построены на категорических, на однозначных глаголах: «совершил», «украл» и так далее. Уже до суда все решили. В международных судах стиль абсолютно другой. Там сторона обвинения обстоятельства излагает другим языком. Как «предполагать», «заявлять», «утверждать» и так далее. Это называется эффектом прайнинга. Когда первоначальная установка влияет на подсознание и последующее поведение человека. В данном случае – судьи», – констатировал г-н Асанов. И резюмировал – систему надо менять. 

Второй камень – это ответственность и независимость судей. Несмотря на проделанную государством работу по независимости судей, достичь ее все равно не удается. По словам г-на Асанова, ему пишут сами судьи, жалуясь на зависимость от руководства. 

«Все в один голос твердят: судьи зависимы от председателей. Именно они решают, кому расти, кого наказывать, кого поощрять. В их власти проверять любого судью, отменять их акты и так далее. Мы все это хорошо знаем. И судьи, и те, кто даже бизнес-сообщество, об этом хорошо знают. Рычагом давления они называют характеристику от председателя, когда решается ответственность судьи или он идет на другую должность. Да, есть президиум, но не было ни одного случая, когда президиум вынес решение вопреки позиции председателя суда. Другая проблема, о которой пишут – нужное дело всегда попадает нужному судье. Или сложными делами заваливают неугодного судью, а потом выдвигают претензии. Это тоже рычаг», – сказал он. 

Ссылаясь на письмо известного юриста, глава Верховного суда отметил, что некоторые облсуды «закрывают глаза на незаконные приговоры».

«Причина – рейтинг, показатели. Потому что для председателя это главное. Неужели проблема независимости судей так глубоко сидит в нашей же системе? Глава государства обеспечил нам все условия для работы. Мы сами внутри себя создали эти проблемы. Нельзя правосудие приносить в жертву рейтингам», – подчеркнул г-н Асанов. 

Третий камень – эффективность. Как такового судебного процесса. Излишняя тяга к судебным разбирательствам, по мнению главы Верховного суда, снижает эту эффективность.

«Сегодня любой может вынести свой спор в суд. Это хорошо, это говорит о доступности нашего правосудия. Но с другой стороны, наши налогоплательщики несут большие расходы, чтобы все всё решали в суде. Лучше эти деньги отдадим образованию, здравоохранению, другим социальным сферам. Развитые страны знают: суд – это дорого и долго. Для семейных, трудовых, жилищных и других мелких споров. Там поощряют внесудебное их разрешение. Принцип простой: меньше споров в суде – значит, качество судебного акта будет гораздо выше», – заявил он. 

Четвертый камень – административная юстиция. Сегодня, констатировал глава ВС, человек не может себя защитить в судебном разбирательстве с госорганами. 

«Госорган со штатом юристов и мощным адмресурсом. Это особенно видно, когда дело касается неимущих, престарелых. Они не могут себя защитить, не говоря уже о споре с чиновниками. А что суд? Суд дает лишь оценку тому, что дали стороны. Судья не имеет права быть активным и выходить за рамки иска. Мы не можем докапываться до истины, мы только оцениваем то, что дали, не дали – все, мы не имеем дальше права с него спрашивать. Как можно сравнить шансы 70-летнего старика и госоргана, с чьим решением он вынужден тягаться?» – патетически воскликнул г-н Асанов. 

В качестве примера эффективности таких процессов он привел европейский опыт, где адмсуды используются для рассмотрения споров граждан с госорганами.

«Там, за рубежом, иные правила. Судья сам активно докапывается до истины и противостоит махине госоргана. Во-вторых, их такой суд ведет жесткий контроль над исполнением своих решений. За неисполнение он налагает санкции на чиновника и госорган. Третье – мировая практика показывает эффективность таких судов. Их у нас нет», – констатировал он. 

Пятый камень – это следственные судьи, которые сегодня «часто идут на поводу у следствия».

«Следствие-то, понятно, они себе облегчают работу. Им всегда хорошо, когда подозреваемый под рукой. Так легче получить признание», – заметил г-н Асанов. У судьи же такой подход недопустим. 

«Следственные суды обязаны обеспечить должный судебный контроль на досудебной стадии. Хотел бы сказать, что состязательность, равноправие сторон обвинения и защиты должны быть не только на этапе судебного разбирательства. Это должно начинаться с самого начала, досудебной стадии. Этого требуют наши процессуальные законы, – заявил он и потребовал: – Мы не должны стать, обращаю внимание следственных судей, не превращайтесь в нотариусов, следователей. Прекратите штамповать санкции!» 

Шестой камень – это компетентность судей. В судейских рядах не должно быть случайных людей. Говоря об отборе кандидатов, глава Верховного суда привел пример подбора кадров в частном бизнесе.

«Любая уважающая себя компания, фирма изучает кандидатов досконально. Причина понятна: слабые кадры очень дорого обходятся для компании», – сказал он, и пусть не продолжил вслух, но продолжение напрашивалось – для судов слабые кадры тоже обходятся дорого. 

«Надо ли говорить, чем чревато назначение судьей случайного человека? Представьте, что вашу судьбу или судьбу вашего близкого решает такой случайный судья. Я уверен, вы скажете: нет, пусть уж вакансия будет», – считает он. 

Седьмой камень – это цифровизация. Глава Верховного суда видит здесь три ключевые задачи: обеспечить беспрепятственный и удобный доступ к правосудию через IT-сервис, автоматизировать судопроизводство и сделать его экономным, начать работать с большими данными. 

«Надо использовать все возможности мировой судебной практики. Как сейчас говорят, искусственный интеллект. Это не дань модному слову. Представьте, компьютер за секунды обрабатывает всю судебную практику, законы и выдает каждому судье нужные рекомендации. Мы сегодня говорим: не то что в разных регионах разная практика – в одном суде в соседних кабинетах один судья дает один срок, схожие обстоятельства, примерно такое же дело, в соседнем судья дает другой. (...) Конечно, для нас это кажется фантастикой, но совсем скоро это станет реальностью. На эти два-три года ставим задачу создать виртуальные суды. Где не надо будет собирать всех участников процесса в зале суда. Как в Англии – по телефону. Вот мы сейчас судебный кабинет, мы должны туда зайти и пройтись, как обычный человек. Не как судья, не как профессионал, а как простой человек. Любой может, находясь в офисе, дома, за рубежом, участвовать на процессе. Мы оказываем судебные услуги, мы должны делать все по-человечески», – подытожил он.

«По-человечески» вообще стало лейтмотивом выступления главы Верховного суда. Участникам совещания он повторял это с завидной частотой. Но вот возьмут ли они «идею» на вооружение – пока вопрос открыт. 

Ирина Севостьянова