КМГ реализовал свои АЗС по справедливой цене, подтвержденной Deloitte – глава Qazaq Oil

3113

В компании прокомментировали критику в адрес компании, ее доле, а также текущим взаимоотношениям с КМГ. 

КМГ реализовал свои АЗС по справедливой цене, подтвержденной Deloitte – глава Qazaq Oil

О том, как устроен казахстанский рынок АЗС, о его подводных камнях, конкуренции и распределении ГСМ в эксклюзивном интервью телеканалу Atameken Business рассказал генеральный директор сети АЗС Qazaq Oil Тулемис Шотанов.

Рынок АЗС, с одной стороны, доступный. Мы каждый день заезжаем и заправляем автомобили, а с другой стороны, не знаем, как он устроен. Задам вопрос, начиная с азов. Сколько игроков в сфере АЗС? 

– Рынок автозаправочных станций довольно традиционный бизнес. Он имеет уже зрелую форму. Основная наша задача – это доставить и реализовать качественный продукт для наших потребителей. Если говорить о рынке Казахстана, то он довольно разнообразен, в нём много участников. Количество автозаправочных станций в стране достигает 4500-5000 станций.

Для Казахстана это много или мало?

– Есть разные коэффициенты. Например, количество автозаправочных станций на количество машин или на душу населения и тд. Если смотреть по этому показателю, то у нас рынок довольно насыщенный. Другое дело, что своего рода специфика: география, обширные территории. Бывает так, что где-то АЗС недостаточно, а где-то происходит насыщение.

Например, мы беседуем в столице, в городе Нур-Султане. В силу того, что этот город новый, активно развивается, так сложилось, что Есильский район недонасыщен автозаправочными станциями. Буквально можно посчитать на пальцах обеих рук количество АЗС, которые имеются на Левом берегу.

Более четырех тысяч АЗС. А владельцев сколько?

– Ну их очень много. Так как есть много несистемных игроков. Допустим, вы владеете одной АЗС, оформили в виде ИП. Я могу сказать за крупных игроков, как компания Petro Retail, которую я имею честь представлять. "Гелиос", SINOOIL, "Газпромнефть-Казахстан", Nomad Oil, на западе есть компания "НЕФТЭК", компания Satti Zhol на юге, Royal Petrol в Алматы и ВКО.

В таком случае сколько АЗС принадлежит Qazaq Oil?

– Давайте сделаем четкое разграничение. Qazaq Oil – это наш бренд. В данный момент под брендом Qazaq Oil работают порядка 185 АЗС. При этом есть заправки, которые работают под брендом "КазМунайГаз". Чтобы Вы понимали, Petro Retail – это компания-собственник автозаправочных станций "КазМунайГаз" и Qazaq Oil. "КазМунайГаз" уменьшается с каждым годом, Qazaq Oil увеличивается, потому что перед нами стоит задача до конца 2023 года все автозаправочные станции "КазМунайГаза" перевести под новый бренд. Ребрендинг.

Сейчас это не получается сделать сразу из-за отсутствия средств?

– На самом деле это очень затратное как в финансовом, так и во временном плане мероприятие. Мы ведь не только меняем вывеску, просто поменяли вывеску на Qazaq Oil. Если так упрощенно подходить, то мы бы за месяц справились бы. Но, во-первых, у нас больше 300 АЗС собственных, еще есть партнёрские. И того, наше количество АЗС под управлением составляет 380 АЗС. А мы меняем полностью весь бизнес-процесс. Мы меняем резервуары, где хранится топливо, топливораздаточные колонки, здания операторных, кассовая зона, торгово-холодильное оборудование и т.д. Это очень-очень трудоемкий и затратный процесс.

Коль зашла речь о ребрендинге, давайте начнём с 2019 года, когда произошла приватизация заправок КазМунайГаз?

– Давайте начнем с истоков. В Казахстане была запущена программа приватизации государственных активов. Был определенный перечень и в этот список попала компания "КазМунайГаз-Өнімдері". Я полагаю, что государство не должно конкурировать там, где в этим очень хорошо справляется частник. И рынок АЗС очень конкурентный. Какая логика присутствовать государству на высококонкурентном рынке с большим количеством частных акторов. Поэтому было принято решение о приватизации.

Есть такое мнение, что эту компанию продали в частные руки буквально за копейки. Расскажите подробно о сделке.

– На самом деле новый собственник уплатил довольно значительные деньги. В СМИ уже мелькала цифра, она достоверна. Свыше 60 млрд тенге уплачено за этот актив.

Это рыночная цена была?

– Как определилась цена? Во-первых, продавец национальная компания КазМунайГаз определили ту стоимость исходя из аудита, которую провела международная компания Deloitte. В компетенции Deloitte, наверное, никто не будет сомневаться. Они провели так называемый due diligence, полностью оценили компанию, все активы компании и определили эту цену. Исходя из этой цены были проведены торги. За эти деньги новый собственник и приобрёл актив. Это не была цифра взята с потолка, чьи-либо хотелки. Это была грамотная, всесторонняя, объективная оценка актива на тот момент.

Я так скажу, сегодня мы предпринимаем большие усилия по ребрендингу. Уже сегодня вложили дополнительно 39 млрд тенге. И планируем ещё вложить 25 млрд тенге. То есть 64 млрд тенге мы планируем потратить на ребрендинг. Это говорит о том, что актив, который приобрёл акционер, он был практически на ноль самортизирован. Потому что некоторые станции АЗС были построены более 10-15 лет назад, тот автомобильный парк, который мы приобрели, он практически весь был изношен, это есть в материалах оценки. Конечно, приобретали бизнес. Я считаю, то мнение якобы актив приобрели за копейки – ошибочное и не соответствует действительности.

Это связано с тем, кто приобрел этот актив и больше разговоров идут вокруг имени. Ну, это не секрет сегодня.

– Я считаю это некой спекуляцией, некий хайп, который очень хорошо заходит. Такое происходит в силу того, что недостаточно информации. Кто-то сказал, что купили по дешёвке. Я слышал, что продали в рассрочку. Это абсолютно не соответствует действительности. Я, как человек, который успел один год поработать в "КазМунайГаз-Өнімдері", считаю за актив заплатили цену не ниже рыночной. Как минимум, цена соответствовала рынку или даже выше.

– Главный показатель того, что ситуация улучшилась с переходом актива в частные руки это создание рабочих мест и налоговые выплаты. Как обстоят дела с выплатами в бюджет?

– Я глубоко убежден, что пример нашего предприятия является показательным в том плане, что приватизация — это есть хорошо. Так как в результате приватизации выигрывают все стороны. Вы задали хороший вопрос по налогам. В прошлом году мы уплатили налогов на сумму свыше 9-ти млрд тенге. Хотя в 2019 году эта цифра составляла чуть более 400 млн тенге.

То есть вы видите, какой сущ6ственный рост произошел. За последние три года зарплата сотрудников повысилась на 57-65%. Государство выручило очень хорошие деньги за актив. Мы понимаем, что государство не самый хороший менеджер, это аксиома

Существует такое понятие, если государственное – значит ничье. 

– КазМунайГаз свою лепту внес, в формирование рынка и нефтепродуктов в Казахстане, в формирование такого здорового розничного ретейла. Другое дело, это было частью большого механизма. Куча согласований, куча моментов, просто теряется инстинкт хищника. Это не вина "КазМунайГаз-Өнімдері", это беда всех квазинациональных компаний. Они не обладают той долей самостоятельности в принятии решений, которую может позволить себе частник. Даже в плане изменения цены, оперативного реагирования на внешние вызовы и т.д.

Давайте поймем, как вы закупаете бензин? У нас есть три НПЗ. Они принадлежат правительству, за исключением Шымкентского НПЗ. Там есть доля китайцев.

– Мы приобретаем нефтепродукты у давальцев на рыночных условиях. НПЗ перерабатывает продукт и получает определенную плату за свою деятельность. Компании, допустим КазМунайГаз, уж готовый продукт в виде бензина и дизельного топлива реализует на рынке. И нас, в первую очередь. Поскольку, это было обязательное требование договора по приобретению актива, чтобы мы реализовывали объёмы КазМунайГаз.

Завод определенное количество нефтепродуктов вырабатывает и выбрасывает. Соответственно, кто-то должен эти объемы закупать, абсорбировать, складировать, хранить, доставлять и т.д. После приватизации у нас были следующие обязательства: сохранить персонал, мы приобрели все активы, а также обеспечивать бесперебойную работу нацкомпании КазМунайГаз за счет своевременного выкупа переработанных нефтепродуктов. И мы это делаем.

Недавно видел рассылку в соцсетях, что нацкомапния КазМунайГаз продают нефть частной компании. Без экспертной оценки такие сообщения выглядят негативно. Но нельзя к вопросу подходить однобоко. На сегодняшний день на рынке государственных компаний вообще нет. В любом случае приобретала бы частная компания. Во-вторых, мы самые крупные. 25% наша доля на рынке. У нас 380 АЗС. У ближайшего конкурента Гелиос 270 АЗС. В-третьих, это отлаженный бизнес-процесс. В-четвёртых, когда возникает профицит благодаря тому, что мы своевременно выкупаем все объёмы КазМунайГаза, осуществлялась бесперебойная непрерывная работа НПЗ в Казахстане.

– Отпускная цена у других участников рынка одна и та же?

– Отпускную цену устанавливает издание Argus. Однако, нужно понимать, что компании, которые занимаются переработкой, товарищеские компании заинтересованы, чтобы давать крупным игрокам в первую очередь. Поэтому несистемные, мелкие, розничные реализаторы приобретают объемы не напрямую от давальцев, а через компании посредников.

Какая ваша маржа?

– В Казахстане сложилась такая ситуация, что маржинальность очень низкая. В Казахстане маржа на розничном рынке нефтепродуктов составляет 12%. Допустим, в Украине маржа с одного литра составляет 96 тенге. У нас - 25 тенге. Например, в России наблюдается профицит производственных мощностей. То есть там очень много НПЗ. Россия страна №1 по добыче нефти, свыше 500 млн тонн добывается точно. При этом 1 литр бензина стоит 480 тенге.

Казахстан входит в ТОП-10 стран с самым дешевым топливом. Ну и я бы этим фактом не гордился, если посмотреть на страны в этом списке: Сирия, Венесуэла, Ангола, Ливия и другие. Из-за того, что на рынке исторически сложилась низкая маржа, сфера АЗС бизнеса не развилась, к сожалению. 

Хочу отметить, что заправки Qazaq Oil сегодня выгодно отличаются от многих. Я слышала, что на некоторых АЗС есть душ.

– Спасибо за оценку! На самом деле, мы проводим широкомасштабную программу ребрендинга. Практически, все, что компания зарабатывает, мы инвестируем в бизнес.

Недавно услышала от эксперта в сфере нефтепродуктов, что сейчас выгодней купить квартиру и сдавать в аренду, нежели купить АЗС и торговать бензином.

– Честно сказать, его высказывание не так далеко от истины. Основной посыл в том, что маржинальность на рынке нефтепродуктов оставляет желать лучшего, и, к сожалению, не позволяет развиваться отрасли и это видно на примере рынка. За редким исключением, такие сети, как "Компас", "Энерджи", они отыскали, скорее, нишевые продукты. Они создали хороший прецедент. Не хочу хвастаться, но могу сказать, что мы проделали большую работу и независимые эксперты подтверждают, что мы находимся на правильном пути.

Подробно остановимся на маржинальности. Вы говорите, что вы выходите буквально в ноль. Как в таком случае выживают другие АЗС?

– Как говорил Лев Толстой: все счастливые семьи счастливы одинаково, а несчастные – по–своему.  Могу предположить, что происходит секвестр всех возможных затрат. Возможно, где-то экономят на зарплате, где-то экономят на технике безопасности. У нашей компании есть эффект масштаба.

Во сколько сегодня обходится построить АЗС?

– Зависит от места расположения, какой формат в него закладывать. В среднем, небольшую, аккуратную, комфортную АЗС за 300 млн тенге можно возвести.

– Где дороже построить: на трассе или в городе, в регионе или столице?

– Сюда входит стоимость участка, в Нур-Султане цена за участок стартует от $ 1 млн, если берете на вторичном рынке. В отделенном населенном пункте, но интересном в плане трафика, земля стоит дешевле. Несмотря на это мы будем двигаться в сторону рыночного регулирования ценообразования. Это позволит всем участникам рынка генерить адекватные доходы, поскольку мы заинтересованы в наличии сильной конкуренции. Это позволит заходить на рынок новым участникам, действующим  – становиться сильнее. Та маржа, которая сегодня есть на рынке, не позволяет в полной степени раскрыть потенциал работающих на рынке компаний.

– ГСМ можно назвать социально-значимым продуктом, которые влияют на ценообразование других продуктов. Может ли сегодня рынок АЗС развиваться в условиях регулирования цен?

– Ну, развивается же. Это равносильно тому, есть ли жизнь в Афганистане, конечно, есть. Но лучше, если б это было как в Америке. Лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным. Мое мнение, что мы должны прийти к рыночному ценообразованию. Без этого никак.

– В СМИ произошел определенный наезд на вашу компанию, говорится, что вы вытесняете с рынка других игроков. Это обусловлено только тем, что они действительно не могут купить бензин в "Казмунайгаз" или это надумано?

– Все, что я скажу, будет выглядеть субъективно, но, если смотреть правде в глаза, на сегодня наши мощности на 100% закрывают наше потребление. За исключением, когда заводы выпадают из производственного цикла, речь о плановом ремонте или перетоках.

Если бы жили в идеальных условиях, тогда бы не было проблем. На самом деле, сегодня нет реального дефицита на АЗС. Глобального дефицита не происходит. Мы покупает ровно столько, сколько можем продать. Конечно, хотелось бы работать по мировым стандартам, для этого нужны инвестиции.

Марина Попова