Объём золота в резервах Нацбанка достиг нового рекорда

Объём золота в резервах Нацбанка достиг нового рекорда

Регулятор с ударной скоростью скупает драгметалл у отечественных золотодобытчиков.

15 Январь 2019 07:03 3378

Объём золота в резервах Нацбанка достиг нового рекорда

Автор:

Султан Биманов

Золотовалютные резервы (ЗВР) Национального банка Казахстана по итогам декабря выросли на 2,5%, до более чем 30,9 млрд долларов. Основной рост произошёл во многом благодаря росту стоимости золота и в меньшей степени – приросту запасов металла в хранилищах регулятора. Об этом сообщает Национальный банк в понедельник, 14 января.

В частности, стоимость золота в резервах регулятора на конец 2018 года достигла 14,4 млрд долларов. Это на 15,15% больше показателя годичной давности; в 2017 году денежная стоимость золота в ЗВР выросла почти на 30%. В физическом объёме запасы золота достигли 11,11 млн тройских унций, или 315 тонн, следует из официальной отчётности на 1 декабря, хотя ещё в сентябре прошлого года глава Национального банка заявлял о наличии 335 тонн драгметалла.

Согласно официальной отчётности, на 1 ноября 2017 года объём золота в резервах составлял 9,39 млн тройских унций, или 266 тонн. Позже регулятор сообщал, что по запасам золота в резервах Казахстан входит в первую двадцатку стран мира с объёмом в 291 тонну.

На фоне ударных покупок золота его доля в ЗВР достигла нового абсолютного исторического рекорда в 46,6%. Год назад показатель составлял 39%. Данные о физических запасах металла за декабрь 2018 года будут доступны в конце января текущего года.

В целом ЗВР Нацбанка за 2018 год снизились на 0,38%, или 88 млн, до 30,9 млрд долларов. В их структуре валютные резервы снизились на 10,7%, или около 2 млрд, до 16,5 млрд долларов. Валовые международные резервы по итогам минувшего года сократились на 0,8%, или 700 млн, до 88,6 млрд долларов, хотя в декабре показали рост на 1%, или 854 млн долларов.

Поступления в Национальный фонд по итогам 2018 года составили 5,08 трлн тенге, из которых 3,2 трлн – налоги от предприятий нефтегазового сектора, а 1,84 трлн – инвестдоходы от управления активами фонда. Изъятия в бюджет в текущем году составили около 2,6 трлн тенге. Таким образом, нетто-поступления в Нацфонд впервые с 2015 года сложились с профицитом в объёме 2,46 трлн тенге. Ранее, в 2015 году, финансовые показатели фонда были следующим образом: поступления – 11,8 трлн тенге (из них 10,2 трлн – инвестдоход от управления фондом), изъятия – около 2,5 трлн тенге.

Султан Биманов

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Какие трудности стоят на пути инвесторов в Казахстане

Как вкладываться в наши недра?

25 Май 2020 09:47 1684

Какие трудности стоят на пути инвесторов в Казахстане

Тема, которую inbusiness.kz поднял в материале «Сколько золота осталось в Казахстане» о барьерах, возникающих на пути отечественных и иностранных компаний, желающих осваивать наши богатые недра, неожиданно получила свое продолжение. Партнер юридической фирмы Haller Lomax Тимур Одилов в эксклюзивном интервью нашему порталу рассказал более подробно о том, почему, практически «сидя на золоте», мы его не добываем.

Как известно, правительство в свое время провозгласило реформу недропользования, чтобы стимулировать приток новых иностранных инвестиций, так необходимых нашей экономике, в геологоразведку. С какими трудностями сталкиваются не только иностранные, но и отечественные геологоразведочные компании сегодня?

Трудности прежде всего связаны с государственной политикой в геологии и с состоянием геологической инфраструктуры, а если быть точнее, с системой предоставления геологической информации, координатных данных, с отсутствием кернохранилищ.

То, что Вы перечислили, очень специфично и малопонятно рядовому читателю. Давайте определимся пошагово.

Госполитика в геологии в настоящее время реализуется посредством проведения государственного геологического изучения недр. Это та же геологоразведка, только проводится она государством за счет бюджета. Геологоразведка делится на стадии. В странах с эффективной госполитикой в геологоразведке государство обычно отвечает за первую стадию – региональное геологическое изучение. Она самая непривлекательная и рисковая для частного капитала, поэтому затраты на нее берет на себя государство, выявляя перспективные площади для проведения частным бизнесом последующих самых капиталоемких стадий геологоразведки. По результатам последующих стадий из тысячи проектов, по статистике, успешным оказывается только один. Однако, проведя реформу недропользования по модели успешных стран, включая модель устройства геологической службы, государство традиционно продолжает тратить деньги на последующие стадии, отвлекая ресурсы от злободневных задач – развития геологической и научно-прикладной инфраструктуры. Во-первых, блокируются участки для частного инвестора; во-вторых, проводится слишком рискованная работа с точки зрения результативности расходов. Необходимо перестроить геологическую госполитику и устройство службы.

Второй момент. Государственное геологическое изучение проводится с привлечением подрядчиков через государственные закупки. Сама по себе процедура государственных закупок предполагает разделение этапов разработки проектно-сметной документации от проведения непосредственно работ, что неуместно в геологии. Поэтому это отрицательно сказывается на скорости выполнения подрядных работ, эффективности расходования бюджетных денег и качестве результатов. Геологи добиваются пересмотра для них закупочных правил, но пока безуспешно. Были даже попытки создать нацоператора в геологии, чтобы уйти от госзакупок, хотя всего-то необходимо поправить правила госзакупок.

Касательно геологической информации. На сегодняшний день часть геологической информации секретна по мифическим причинам стратегического характера. По той же причине на результаты гравиразведки также распространяется режим секретности, поэтому геологоразведочная компания не может ими распорядиться или вывезти. Я не слышал, чтобы, например, в Канаде или в Австралии органы власти секретили данные о редкоземельных металлах или результатах гравиразведки.

Почему?

Я думаю, что привычка «секретить» перешла к нам из Советского Союза. Мы все еще не можем избавиться от этих стереотипов.

На мой взгляд, необходимо снять режим секретности с данных о редкоземельном потенциале, лишь ограничив вывоз и оборот редкозема. Бессмысленно и нелогично секретить данные и надеяться на инвестиции. Это все равно, что не выставлять товар на прилавок и ждать покупателя.

Теперь о качестве самого товара – геологической информации. Известно, что ее начали оцифровывать несколько лет назад. Однако оказалось, что это всего лишь сканирование старых отчетов. Но даже такую информацию заинтересованные лица не могут получить простым нажатием клика – необходимо обращаться отдельно каждый раз в фонды. К сожалению, электронная база данных (Национальный банк данных минеральных ресурсов РК) делается третий год и пока не обещает быть в этом году. Обновление геологических карт в цифровом формате тоже предел мечтаний геологов.

Необходимость в электронных базах геологической информации в качестве стимула геологоразведки отмечена в 2012 году в Концепции развития геологической отрасли Республики Казахстан до 2030 года, утвержденной правительством РК. Прошло восемь лет…

Теперь поясните о координатных данных?

В комитете геологии все еще отсутствуют консолидированно координатные данные по всем территориям, ограниченным для геологоразведки: земли населенных пунктов, особо охраняемые природные территории, могильники и т. д. Соответственно, этих данных нет на интерактивной карте недропользования, по которой инвесторы ориентируются, выбирая территории для инвестиций и получения лицензий. Контуры участков и месторождений подземных пресных вод, ограничивающих проведение работ, также не нанесены на интерактивную карту. Недостаток в таких сведениях, во-первых, ведет к многочисленным отказам в выдаче лицензий и тормозит проведение аукционов; во-вторых, препятствует проведению работ, особенно когда лицензии получены по первой заявке. Например, в прошлом году были массовые наложения ранее предоставленных контрактных и лицензионных территорий на охранные зоны, заповедники и национальные парки. Такие проблемы влекут риски не только для недропользователей, но и для государства, поскольку могут повлечь инвестиционные разбирательства.

Теперь о том, что не так с кернохранилищами?

Необходимые кернохранилища (склады лабораторного типа, предназначенные для хранения кернового материала. – Прим. автора) в Казахстане просто отсутствуют. Вместе с тем керн – ценнейший носитель геологической информации, в сохранении которого должно быть заинтересовано более всего государство. Возведение кернохранилищ – это не только государственная задача, но и бизнес. Частные недропользователи могли бы пользоваться услугами государственных кернохранилищ и платить за это деньги. Неплохо было бы реализовать проект по принципу ГЧП по всех регионах с активной геологоразведкой.

Инфраструктурные недостатки сильно влияют на инициативы местного и иностранного инвестора рисковать в геологоразведке, а если рискуют, то эти проблемы замедляют ход работ. Затрачивается слишком много времени, что ведет к удорожанию проектов.

Много лет инфраструктурные проблемы игнорируются госбюджетом. Геологи приводили сравнение, что даже на озеленение Нур-Султана, дающее лишь эстетическое удовольствие, выделяется больше денег, чем на государственные задачи в геологии, от выполнения которых зависят прямые иностранные и местные инвестиции. Такой вот парадокс.

Теперь понятно, но, насколько известно, правительство обещало облегчить предоставление права недропользования для иностранных и отечественных инвесторов в геологоразведку… ведь это прямые инвестиции. Что реально вступило в силу и действует?

Обещание, кстати, закреплено в 75-м шаге Плана нации. Введен принцип первой заявки для получения частными лицами лицензий на недропользование по твердым и общераспространенным полезным ископаемым. Это устоявшийся в мире принцип, традиционно существующий практически во всех странах с развитой горно-геологической отраслью. По такому принципу уже выдано более 600 лицензий частным инвесторам, тогда как за все 30 лет, замечу, было заключено не более 500 контрактов на разведку твердых полезных ископаемых.

К сожалению, данный принцип действует ограниченно, то есть не на всей территории нашей страны. В этом смысле правительство обещание не выполнило, и его выполнение находится под угрозой срыва.

Почему?

По целому ряду причин. Во-первых, в силу проблем с координатными данными, а также из-за бюрократических и рабочих трудностей, возникших после перехода комитета геологии из министерства индустрии в структуру министерства экологии, геологии и природных ресурсов. Кодекс о недрах действует уже почти два года, но вся территория Казахстана для такого режима все еще не открыта.

Во-вторых, двухлетний переходный период получения лицензий в приоритетном порядке только национальными компаниями, «Казгеологией» и «Тау-Кен Самрук», с зимы прошлого года активно пытаются продлить на 5-10 лет. В сущности, это означает, что у нацкомпаний возникает прямая заинтересованность не распространять принцип первой заявки на всю территорию Казахстана – чем меньше пространства для принципа «первой заявки», тем больше пространства только для нацкомпаний.

Приоритетное право нацкомпаний противопоставляется конкурентному рынку инвесторов и политическому решению, закрепленному в 75-м шаге Плана нации.

В такой ситуации нелогично заявлять, что продление преимущественного положения нацкомпаний положительно сказывается на геологоразведке и инвестициях. Инвесторы вынуждены идти в партнерство с нацкомпаниями, так как интересующие их участки все еще не включены в территорию первой заявки.

Чем плох тандем частной компании с государственной?

Хотя бы тем, что квазигоссектор – это не про бизнес, ни с точки зрения корпоративного управления, ни с точки зрения эффективности. Ни один инвестор, ни местный, ни иностранный при прочих равных условиях не стремится работать с нацкомпаниями в недропользовании. Все совместные проекты нацкомпаний возникли искусственно в условиях недоступности территорий для инвесторов. Тандем не деловой. Будь территории открытыми и доступными, инвесторы обращались бы за лицензиями самостоятельно, что, собственно, доказывает практика по 600 лицензиям. Никто из инвесторов добровольно не предложил нацкомпаниям идти в проект вместе.

Из-за наличия приоритетного права у нацкомпаний бюджет недополучает миллионы и, возможно, миллиарды тенге. За участки, которые предоставляются нацкомпаниям, могли бы успешно побороться в аукционах частные инвесторы, уплатив повышенные подписные бонусы в результате торгов. Вместо этого за полученные лицензии нацкомпании уплачивают подписные бонусы по обычной ставке и продают проект полностью или частично инвестору. Деньги по сделке идут не в бюджет, как по подписным бонусам, а остаются в нацкомпании. В лучшем случае они могут поступить в бюджет через дивиденды, если аппарат их не проест.

Само по себе существование концепции приоритетного права или иного коммерческого преимущества, будь то в статусе оператора или ином, противоречит заявленной политике о сокращении присутствия государства в частном бизнесе. Государство, объявив о реформе недропользования и режиме первой заявки, презентует ее последние три-четыре года на всех инвестиционных площадках и форумах, как внутри страны, так и за рубежом, а в итоге ведет себя непоследовательно. Реформа плавно нивелируется. Все это подрывает доверие местных и иностранных инвесторов.

Возможно, власти руководствуются тем, что у нацкоманий больше финансовых возможностей?

Самое парадоксальное, что в тандеме с инвесторами нацкомпании в геологоразведку деньги не вкладывают. Так заведено, такова политика в самих нацкомпаниях. Они служат передаточным звеном, а в условиях недоступности интересующих инвесторов участков – дополнительным барьером с приоритетным правом. Процесс выстроен следующим образом: нацкомпания получает лицензию в приоритетном порядке, а затем передает 75% доли в проекте инвестору в обмен на обязанность инвестора финансировать весь геологоразведочный проект на 100%. По greenfield-проектам это абсолютно не заманчивое условие инвестировать в геологоразведку в Казахстане. Улучшение состояния геологоразведки через приоритетное право нацкомпании – это миф.

Кульпаш Конырова

Базовая ставка не изменилась – 9,25%

Нацбанк не исключил смягчения денежно-кредитных условий в будущем.

03 Февраль 2020 15:16 5242

Базовая ставка не изменилась – 9,25%

Фото: Максим Морозов

Национальный банк Республики Казахстан принял решение сохранить базовую ставку на уровне 9,25% годовых и процентный коридор +/- 1 п.п.

В сообщении регулятора говорится о том, что инфляция осталась в пределах целевого коридора 4-6%, в январе этого года составила 5,6% в годовом выражении. Рост цен на продовольственные товары составил 9,2%, непродовольственные товары – 5,2%, платные услуги – 1,4%. Инфляционные ожидания населения остаются умеренными. В декабре 2019 года они замедлились до 5,6% по сравнению с 5,8% в ноябре.

Нацбанк считает, что в краткосрочном горизонте будут наблюдаться проинфляционные риски – на фоне влияния повышения акцизов на реализацию бензина и подорожания регулируемых услуг. До конца этого года и в среднесрочной перспективе ожидается постепенное ослабление инфляционных процессов и замедление годовой инфляции до уровня середины целевого коридора 4-6% и ниже до конца 2020 года.

Годовая инфляция в России составила 3%, странах ЕС – 1,6%, что ограничивает рост цен на импортируемые товары.

По мнению регулятора, потребительский и инвестиционный спрос способствует повышению экономической активности. Рост реальных денежных доходов населения в январе – ноябре 2019 года составил 5,8% в годовом выражении, бюджетные расходы на социальную поддержку увеличились на 26,0% в 2019 году, потребительское кредитование выросло на 26,9% за 2019 год. Расширение инвестиций за 2019 год составило 8,5%. По итогам 2019 года краткосрочный экономический индикатор вырос на 5,0% в годовом выражении.

Незадолго до объявления решения по базовой ставке аналитики высказали в беседе с inbusiness.kz мнение, что сейчас оснований к ее изменению нет. Напомним, 9,25% – такой уровень регулятор установил в сентябре прошлого года, подняв тогда ставку с 9,00%, и сохранил в октябре и декабре.

«Думаю, ставку оставят без изменений. На международной арене сейчас напряженно из-за вспышки китайского коронавируса. Падают индексы, нефть, рубль и юань. Китай (фондовый рынок. – Ред.) открывается в понедельник, и падение начнется, скорее всего, и там. Поэтому для снижения базовой ставки в настоящее время особых оснований нет. Но и для ее повышения поводов пока тоже не наблюдается», – прокомментировал эксперт международной брокерской группы TICKMILL Арман Бейсембаев.

«Рыночных предпосылок для снижения базовой ставки в настоящее время нет. Инфляция «топчется» у верхней границы таргетированного коридора (коридор на конец 2019 года – 4-6%, в январе в годовом выражении инфляция составила 5,6%. – Ред.). Скорее всего, ставку оставят без изменения, учитывая то, что с инфляцией регулятор обещал справиться», – поделился мнением аналитик международной инвестиционной компании EXANTE в Казахстане Андрей Чеботарёв.

Ранее в беседе с журналистами руководитель управления макроэкономического анализа «ВТБ Капитал» Петр Гришин предположил, что в этом году Нацбанк снизит базовую ставку на 100 процентных пунктов – с 9,25% до 8,25% в течение года. По мнению российского аналитика, снижение может происходить поэтапно, в четыре захода, на каждом втором заседании комитета.

Отметим, что в этом году, так же, как и в прошлом, Нацбанк планирует объявлять решение по базовой ставке восемь раз. Очередное заседание Технического комитета по денежно-кредитной политике назначено на март (само решение объявят 16 марта), далее – на апрель, июнь, июль, сентябрь, октябрь, декабрь.

«Дальнейшие решения по базовой ставке будут приниматься с учетом соответствия сложившейся и прогнозной динамики инфляции ее целевым ориентирам, а также баланса внутренних и внешних рисков. При развитии ситуации в соответствии с ожиданиями Национального банка, а также при принятии мер правительством и местными исполнительными органами по повышению конкуренции на продовольственных рынках и проведению оптимальной тарифной политики возможно смягчение денежно-кредитных условий», – говорится в сообщении Нацбанка, распространенном в понедельник, 3 февраля.

Елена Тумашова

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: