WADA: Show must go on

3782

Допинговые скандалы, потрясающие мир спорта накануне Олимпийских игр в Рио, разбили спортсменов, болельщиков и экспертов на два больших лагеря.

WADA: Show must go on Фото: reuters.com

Это сторонники дисквалификации попавшихся на допинге звезд большого спорта и ее противники. При этом ни те, ни другие в полемической горячке не задаются главным вопросом – что будет с большим спортом, если с подачи Всемирного антидопингового агентства (WADA) и дальше будут дисквалифицироваться целые национальные сборные по отдельным видам спорта?

Между тем, этот вопрос является самым важным в этой ситуации, ибо он позволяет определить мотивацию антидопинговых служб, вдруг решающих перепроверить результаты олимпийских чемпионов спустя четыре года или даже спустя восемь лет. Или дисквалифицирующих целую сборную за грехи одного–двух атлетов, на что российская двукратная олимпийская чемпионка Елена Исинбаева весьма резонно и риторически заметила: "Если мой сосед – вор, значит, и я вор?!".

Общественник, полномочиям которого обзавидуется ОМОН

Всемирное антидопинговое агентство было образовано как независимая организация для координации борьбы с допингом в 1999 году и первоначально полностью финансировалось Международным Олимпийским Комитетом, но затем система финансирования изменилась: сейчас МОК наполняет казну WADA лишь наполовину, вторую половину формируют государства, участвующие через своих спортсменов в соревнованиях, которые контролирует Агентство. Статус независимой организации никого не должен вводить в заблуждение – за недолгие годы своего существования WADA превратилось в такого добровольного народного дружинника, правам которого позавидует любой наделенный государством чрезвычайными полномочиями силовик.

Представьте себе, что к вам среди ночи стучится полицейский патруль – и дико извиняясь за отсутствие санкции суда на обыск, тем не менее, настойчиво просит дать ему этот обыск в вашей квартире произвести. По какому адресу посоветует отправляться такому патрулю любой мало-мальски юридически подкованный гражданин? Правильно, в суд за санкцией. А вот спортсмен представителя WADA туда послать не может. Спортсмен должен по первому требованию такого представителя и днем, и ночью выжать из себя дозу крови или (уж извините за натурализм) мочи, причем даже если в течение нескольких лет он не выигрывал не то, что Олимпийских игр, но и первенства водокачки. То есть, даже если нет внятных причин подозревать его в поглощении анаболиков пачками и литрами. А откажешься предоставлять анализы – подпишешь себе дисквалификацию.

Был в истории молодого в 20-е годы прошлого столетия Союза Советских Социалистических Республик аналогичный орган, для которого понятия "презумпция невиновности" просто не существовало. Это – чрезвычайная комиссия, которая могла расстреливать направо и налево без суда и следствия любых лиц, заподозренных в контрреволюционной деятельности. Еще раньше в средневековой истории просвещенной Европы тоже был аналог, которому санкции суда на аутодафе – сожжение на костре заподозренных в сговоре с дьяволом - не требовалось: Святая инквизиция. Теперь наделенные правами инквизиторов и чекистов чиновники появились и в спорте. Но, может быть, в отличие от средневековых мракобесов и соратников Железного Феликса им удалось выстроить работающую как швейцарские часы и не дающую осечку систему, позволяющую действительно отделить зерна от плевел?

Все равны, но кто-то должен быть равнее!

Увы, нет: даже при весьма поверхностном ознакомлении с системой проверок WADA на память приходят слова одной песни Виктора Цоя, где в качестве мамы фигурировала анархия, в качестве папы – стакан портвейна. Вот некоторые наблюдения за этой системой известного российского спортивного обозревателя Евгения Слюсаренко, который в материале для сайта "Чемпионат.com" проанализировал отчет о деятельности Всемирного антидопингового агентства за 2014 год. Начинается все с того, что национальные антидопинговые агентства существуют только в 139 странах мира – а государств-участников тех же Олимпийских игр – более двухсот.

Что это означает? А это означает, что атлеты как минимум 70 с лишних государств не подвергаются столь же мощному антидопинговому прессу, как их соперники из стран, где национальные антидопинговые структуры имеются. Соответственно, шансов быть пойманными с поличным у них изначально меньше. "Уже подтверждённый шокирующий факт: в 2006-2012 годах в Кении, Эфиопии и Марокко ни один человек не сдавал кровь на допинг вне соревнований. А это те страны, которые регулярно "косят" медали в беге на средние и длинные дистанции!", - отмечает Евгений Слюсаренко.

Между тем, практика свидетельствует: большинство спортсменов попадается на допинге как раз во внесоревновательный период. Потому как медицина ушла далеко вперед и позволяет к соревновательному периоду, когда проверять на допинг точно будут, выводить из организма "порочащие" честь и деловую репутацию спортсмена вещества. И накрыть нарушителя с поличным чаще всего удается во время неожиданных и незапланированных проверок – но в страны, где нет национальных антидопинговых структур, с неожиданными проверками раз по десять-двадцать в год не налетаешься. Тупо бюджета не хватит.

То есть созданная WADA сеть изначально накрывает далеко не всех потенциальных подозреваемых. И даже наличие в той или иной стране национального антидопингового агентства – еще не гарантия того, что "шмонать" во внесоревновательный период будут по полной программе, как у соперников. Вот еще цифры из того же отчета WADA: из 139 существующих на свете национальных антидопинговых структур тестирование своих атлетов в 2014 году проводило менее половины – 65. Из этих 65 "львиная доля национальных агентств делало по 1-2 пробе в год, только 27 агентств делает более 15 проб в год".

Между тем, специалисты утверждают, что основной допинговый "улов" обеспечивает метод биопаспорта того или иного спортсмена, который может дать результат только при взятии от 5 до 9 проб одного и того же атлета с перерывом как минимум в три недели. Ну, и сколько "анабольщиков" можно вычислить, беря по одной–две или даже по 15 проб в год? "Для интереса смотрим таблицу (отчета WADA – прим. авт.), в которой указано, а сколько вообще национальных агентств тестировали в 2014 году своих спортсменов в лёгкой атлетике. Ба, и что же мы видим! В Италии и Германии за весь год местные агентства не протестировали ни одного легкоатлета! Да-да, в той самой Германии, президент федерации лёгкой атлетики которой недавно призвал не допускать в Рио-де-Жанейро российских коллег", - не удерживается от шпильки в своем материале Евгений Слюсаренко.

И имеет на эту шпильку полное право, ибо российское антидопинговое агентство РУСАДА ежегодно берет у российских атлетов от 12 до 15 тысяч (!) проб. То есть мировая антидопинговая система работает по принципу: одних под микроскопом рассматриваем чуть ли не в ежедневном режиме, до других у нас руки просто не доходят – и чего у них там в крови, одному Богу ведомо, а нам про то знать накладно и недосуг. "Возникает логичный вопрос: что же это за система контроля такая?! Может, стоит её того-с… разобрать? И до выяснения всех обстоятельств оставить спортсменов в покое?", - высказывает российский журналист крамольную мысль.

Та же WADA, только в профиль

Между тем, мысль эта при ближайшем рассмотрении отнюдь не крамольная, а вполне себе справедливая. Как сказали бы одесские налетчики, "шмонать" надо или всех одинаково, или без никому! И поддержать эту крамольную мысль, как ни парадоксально, необходимо даже тем, кто сейчас радостно потирает руки при известии об отсутствии в Рио российских легкоатлетов или возможном отсутствии казахстанца Ильи Ильина. Потому что есть Рио, где конкурентов устранили, а есть дальнейшая перспектива, где на месте россиян и Ильи Ильина вполне могут оказаться воспользовавшиеся их возможным отсутствием на Олимпиаде атлеты из других стран.

Дело в том, что спортивные администрации различных государств мира, руководствуясь благими побуждениями при создании WADA, влипли в реинкарнацию истории про доктора Франкенштейна, слепившего чудовище, от которого ему пришлось потом бегать всю оставшуюся жизнь. Предположим, сейчас Всемирное антидопинговое агентство отстранит от Олимпиады "этих русских варваров" – и что, после этого заявит, что мировой спорт окончательно очищен от допинговой скверны и ему, агентству, теперь можно пересмотреть свои принципы работы?

Ага, сейчас, разбежались! Люди привыкли к власти, люди привыкли к деньгам, люди привыкли к статусу, который дают эти деньги и власть – короче, люди после подковерной победы над русскими требуют нового врага. И соответствующий бюджет под борьбу с этим врагом. А если кто считает, что враг уже побежден перед Олимпиадой в Рио, тот явно недооценивает текущую революционную ситуацию и готов сам перебраться в стан врага. В общем, ваше слово, товарищ маузер, давайте-ка теперь выкачаем всю кровь из тех, кто громче всех кричал, что проверять по полной программе надо только русских, а теперь кричит, что проверять столь же тщательно больше уже никого не надо…

Это только нам кажется, что чиновники из международных организаций и агентств сильно отличаются от нашего госаппарата, обладающего поразительной живучестью и сохраняющего свою численность, права и возможности при любой оптимизации. На самом деле – та же WADA, только в профиль. Тут важен другой вопрос – а что, МОК и национальные олимпийские комитеты сами не видят, чего на их огороде под видом благородного лавра вымахало? Рискнем предположить, что видят. Рискнем предположить, что они могут рассказать о двойных стандартах и несовершенстве системы своего детища куда побольше Евгения Слюсаренко. Но молчат. Почему?

Все для шоу, все для интриги?

Мы далеки от конспирологической теории о том, что дырявой систему Всемирного антидопингового агентства сделали исключительно для травли России. Хотя бы потому, что решето она напоминала достаточно давно, еще когда отношения Кремля и Запада были настолько теплыми, что к президенту РФ в гости на огонек мог залететь Терминатор. Зато у нас имеется другая конспирологическая теория, основанная на том, что делали в последние полвека чиновники от спорта с моим любимым футболом. Когда-то элитарный Кубок Европейских Чемпионов, в котором играли исключительно действующие чемпионы своих стран, трансформировался в Лигу Чемпионов с неимоверным количеством участников, многие из которых чемпионами своих стран никогда вообще не становились. Чемпионат Европы с 1960 года, когда в его финальной стадии участвовало всего четыре сборных, расширяет число участников решающего турнира до 24 команд на нынешнем Евро во Франции. В общем, большой футбол идет по пути вовлечения в орбиту элитарных турниров все большего числа команд, которые раньше об участии в них и мечтать не могли – и долго бы еще туда не попадали, оставайся форматы этих турниров неизменными.

Но футбол – игра командная, где в отдельно взятом матче крепко сколоченная команда-середняк за счет характера и грамотно выстроенной игры может похоронить и саму "Барселону". И для привлечения большого количества болельщиков на трибуны своего стадиона этой команде-середняку не надо выигрывать саму Лигу Чемпионов – ей достаточно однажды обыграть "Барселону", чтобы на несколько лет вперед обеспечить людской поток на стадион: а вдруг снова повторят этот подвиг, обрастающий с годами все большим количеством легенд? В индивидуальных же видах спорта обеспечивать интригу (а значит – и внимание болельщиков, и деньги спонсоров) намного сложнее. Здесь недостаточно выиграть у Ильи Ильина только в толчке или только в рывке для привлечения зрителя – здесь для появления интриги у Ильи Ильина надо выигрывать суммарно. А этого на протяжении уже двух олимпийских циклов никто сделать не может – и вся интрига в весовой категории имени Ильи Ильина сводится к тому, кто будет вторым, а кто третьим.

Как вернуть полноценную интригу на помост? Да элементарно: как сказал бы Иосиф Виссарионович, "не будет человека в Рио – не будет и проблемы". И тут дырявая система проверок WADA оказалась просто бесценной находкой: про то, что повторные лондонские пробы Ильи Ильина четырехлетней давности проверили, знает уже вся планета. А кто-нибудь слышал про то, чтобы проверялись повторно лондонские пробы занявших на той Олимпиаде второе, третье и четвертое места атлетов, между которыми – теоретически – теперь может быть перераспределен комплект медалей той Олимпиады?  Зачем их перепроверять? А просто прецедент скандальный уже однажды был, правда, еще до появления монстра WADA на свет Божий: на Олимпиаде в Сеуле в 1988 году забег на сто метров выиграл выступавший под канадским флагом ямаец Бен Джонсон. Однако через три дня в его крови был обнаружен анаболик – и золотую медаль передали пришедшему в финальном забеге вторым легенде, герою Америки Карлу Льюису. Которого вообще  не должно было быть в Сеуле, так как на отборочном чемпионате страны три его пробы на наличие запрещенных веществ в крови оказались положительными.

Кто-то скажет – так вот во избежание таких ситуаций и было создано WADA. Безусловно, именно для этого оно и было создано, однако ж, как следует из его же отчета за 2014 год, всех мышей оно не ловит. Более того, из этого отчета следует, что оно большинство мышей поймать не имеет физической возможности – и, тем не менее, хозяина такая малоэффективная кошка вполне устраивает. Что наводит на мысль о том, что перед этой кошкой задачи ловить всех мышей подряд и не ставилось. Эта кошка работает точечно. Работает на то, чтобы show must go on – и желательно "гоу он" со скандалом.

Игорь Воротной