Программное интервью президента Касым-Жомарта Токаева задало тон на весь 2026 год. Глава государства не стал скрывать проблемы за рекордными цифрами ВВП, прямо заявив о "ловушке средних доходов" и необходимости жесткой бюджетной дисциплины. Насколько оправдан такой "холодный душ" и какие риски несет новая налоговая и тарифная политика? Своим мнением с inbusiness.kz поделился известный экономист, эксперт Национального аналитического центра (NAC NU) Расул Рысмамбетов.
– Расул, президент начал с рекордных цифр ВВП, но тут же перешел к проблемам, используя термин "ловушка средних доходов". Как вы оцениваете этот переход от презентации успехов к жесткому реализму?
– Это критически важный сдвиг. То, что президент не "застревает" в рекордной статистике, а сразу обозначает болевые точки – задает единственно верную рамку на этот год. ВВП в 300 миллиардов – это красивая витрина. Но качество роста должно определяться содержимым холодильника граждан и комфортностью их проживания.
Признание проблемы "ловушки средних доходов" – это верный диагноз. И это не абстрактная "пугалка" из учебников, а конкретный анамнез нашей экономики: слабая конкуренция, низкая сложность экспорта, дефицит "длинных" денег и перегрев в отдельных секторах, вроде строительства. Плюс инфляционные ожидания, способные "съесть" любой рост.
Однако сам по себе реализм – это еще не лекарство. Нам нужна последовательность инструментов: жесткая бюджетная дисциплина, внятный антиинфляционный план. Диагнозы озвучены верные, теперь критически важен темп и качество исполнения. С этим у нас исторически бывают проблемы. Надеюсь, в этот раз не промахнемся.
– Одна из самых горячих тем – поручение снизить планку нового НДС с предлагаемых 20% до 16%. Можно ли назвать это победой бизнеса?
– Я бы назвал это "управление шоком". Это не подарок бизнесу, а рациональный компромисс. Правительство мыслит категориями закрытия бюджетного разрыва – казне нужны деньги, но власть пытается удержать экономику от чрезмерного сжатия спроса. С финансовой точки зрения шаг верный – риск скачка цен при 16% меньше.
Но здесь важно не переоценивать магию цифр. Для предпринимателя важна не столько ставка, сколько режим. Скорость возврата НДС экспортерам, предсказуемость трактовок, снижение "ручного" давления налоговиков – вот что определяет климат. Если мы говорим о партнерстве, нужны понятные правила: не "кошмарить" всех подряд, а поощрять добросовестных. Без улучшения администрирования проблемы при 16% будут ровно те же, что и при 20%.
– Еще один болезненный вопрос – тарифы. Президент заявил о принципе "платишь по мере потребления" и неизбежности роста цен на услуги ЖКХ. Это тоже шоковая терапия?
– Это скорее необходимая "хирургия". С экономической точки зрения, тарифы – это вопрос физического выживания системы: труб, сетей, генерации. Годами низкие тарифы субсидировали не бедных, а крупных потребителей и посредников. Без окупаемости никто не будет вкладываться в снижение аварийности.
Но здесь главное – не лозунги, а дисциплина. Если мы повышаем тариф, мы должны видеть встречное движение: снижение потерь в сетях, соблюдение сроков ремонта, прозрачную отчетность монополистов. И, конечно, адресная помощь. Государство должно точечно компенсировать расходы нуждающимся, а не "размазывать" субсидии по всему рынку.
– В интервью прозвучала цифра – 1,3 триллиона тенге возвращенных активов. Насколько эффективен такой механизм перераспределения средств в социалку?
– В краткосрочном моменте это работает на восстановление справедливости. Но строить экономику на логике "поймать и отобрать" нельзя. Экономически – это конвертация ренты из закрытых контуров в общественный капитал (школы, больницы). Но сами по себе стены не лечат и не учат. Нам нужно менять эффективность управления этими объектами. Чтобы возврат активов не стал разовой акцией, нужен новый общественный договор. Государство говорит крупному капиталу: "Мы закрываем глаза на старое, но теперь вы инвестируете в страну". Это может оздоровить инвестклимат, только если правила будут прозрачными. Иначе выборочность породит новый виток недоверия.
– 2026 год объявлен Годом цифровизации и ИИ. Президент назвал это вопросом выживания. Не слишком ли драматично?
– Абсолютно справедливо. "Ловушку средних доходов" нельзя сломать нефтью, ее можно преодолеть только технологическим скачком. Президент очень верно увязал искусственный интеллект с энергетикой. Без надежной генерации по рыночным ценам не будет ни дата-центров, ни суперкомпьютеров – все останется на уровне красивых слайдов.
Главное – нам нужен "технологический суверенитет" не на бумаге. Это способность бизнеса и госаппарата превращать данные в решения – в логистике, промышленности, управлении. Компьютеры нужны не для презентаций в Акорде, а для создания продукта с высокой добавленной стоимостью.
– Вы сейчас работаете в Национальном аналитическом центре (NAC NU) над поведенческой госполитикой. Что это значит в контексте озвученных реформ?
– Это значит, что госаппарату пора менять мышление. Нельзя просто спустить сверху новый кодекс или реформу и ждать, что общество молча подстроится. Мы должны изучать, как люди и бизнес реагируют на решения власти. Процедуры управления должны стать более гибкими и, если хотите, эмпатичными. Без изменения качества самого госуправления любые, даже самые правильные экономические диагнозы президента рискуют так и остаться на бумаге.
Читайте по теме:
Президент назвал главные итоги 2025 года
