Как создать ферму на тарелке | Inbusiness
/img/tv.svg
RU KZ
RU KZ
DOW J 26 430,37 РТС 1 225,84 FTSE 100 7 446,87 Hang Seng 30 066,07 KASE 2 265,00 Пшеница 465,40
$ 379.36 € 424.47 ₽ 5.88
Погода:
+17Астана
+20Алматы
DOW J 26 430,37 РТС 1 225,84
FTSE 100 7 446,87 Hang Seng 30 066,07
KASE 2 265,00 Пшеница 465,40
Как создать ферму на тарелке

Как создать ферму на тарелке

В Астане недавно запустился первый в столице интернет-сервис по доставке фермерских продуктов "Ауылдан салем". 

Как создать ферму на тарелке , ферма,Интернет-сервис,Фермерский продукт,Ауылдан салем,Азамат Ергали,доставка,Качество товара,фермер

Фото: Мария Матвиенко

2811 08 Декабрь 2016 13:49 Автор: Ирина Севостьянова

Инициатор проекта, известный тележурналист Азамат Ергали в интервью abctv.kz рассказал, почему он вдруг решил заняться доставкой еды горожанами и как "привести" ферму в город.

- Азамат, у тебя была успешная карьера на телевидении, сейчас своя студия, и вдруг - доставка продуктов. Откуда вообще взялась идея, и почему ты решил этим заняться?

- Банально - кушать хотелось хорошо. Еда из супермаркетов начала надоедать, мы съездили в гости к папе в аул. Это был как раз весенне-летний период, пошла свежая зелень, редисочка, отец с любовью ждал клубнику. И детям моим там очень понравилось. Дети, выросшие в городе, не знавшие вкуса домашнего молока, какое-то время вынуждены были к нему привыкать. Но когда привыкли - их за уши не оттянешь. Проведя какое-то время в раздумьях, я пришел к выводу, что этот продукт, деревенский продукт такого качества приходит к нам даже не через третьи, а через пятые руки, и приходит он по хорошей такой цене. А главное - мы ведь покупаем кота в мешке. Потому что, даже если он вырос в супер экологически чистом районе, выращенный заботливой бабушкой, кто его проверяет? Кто ответит насколько этот продукт, то же молоко или яйцо, соответствует санитарным нормам? И появилась мысль о том, что было бы неплохо, чтобы этот продукт у меня на столе появлялся регулярно. Для своей семьи я обозначил такое меню, когда мы ограничили еду из супермаркета и стали отдавать предпочтение натуральным продуктам. Приходили родственники, гости, пробовали сметану, мясо, им все нравилось, и они, как бы между прочим, говорили: "А давайте мы будем у вас покупать". А поскольку я как журналист всегда был активен в социальных сетях, постепенно мои гастрономические предпочтения стали переноситься в социальные сети, в мой профиль в Фейсбук. И появилась такая идея, что можно создать интернет-площадку, где будет продаваться казахстанский фермерский продукт хорошего качества, а самое главное - проверенный, с прозрачной историей. Когда пользователь может зайти в профиль, выбрать интересующий его товар и узнать, кем этот товар произведен, до имени и фамилии фермера. При необходимости покупатель может навести все справки, может проверить, насколько этот товар соответствует санитарным нормам, увидеть соответствующие документы, и заказать доставку этого продукта на дом, не выходя из дома. Вот появился такой сервис. 

- Рассказываешь ты очень легко. Но неужели все фермеры прямо сразу же согласились с тобой работать? Ведь многие даже не представляют, как это - заказывать продукты через сайт, и тем более - продавать свой товар. 

- Конечно, поначалу было очень трудно, поскольку сами фермеры не понимали, зачем это нужно. Они привыкли продавать свой товар на базарах, и где-то им это, наверное, было выгоднее. Нам прямо это говорили: "Я везу в базарный день товар, и мне выгоднее продать 200 кур сразу, чем продавать вам 5 куриц в день". Но мы объясняли людям, что мы, во-первых, работаем на перспективу, а во-вторых, объясняли, что вывозя 200 голов куриц на рынок, он остается безликим поставщиком. А продавая по 5 куриц в день через наш сервис, он становится фермером с именем. Который гарантирует качество товара, который заботится о своих клиентах. По большому счёту, мы только начали, несколько месяцев работы - это не срок, но то, что уже сделано - вдохновляет. Допустим, была бабушка, которая поставляла молоко в райцентр на базар выходного дня. Мы съездили к ней в хозяйство, сфотографировали ее, рассказали о ней на нашем сайте. И сейчас у нее продажи выросли в разы, и не осталось товара, чтобы вывозить на базар. Хотя она поначалу с нами ругалась, говорила: "Вот, вы все забрали, мне ничего не оставляете, на базар нечего везти, я не буду с вами работать". А потом думала, считала, и перезванивала: "Вам сколько надо на этой неделе?". 

- Как много времени прошло - от идеи до первого клиента?

- Если говорить о площадке, времени прошло прилично. Вначале был товар, с помощью которого мы проверяли рынок. Так делают все, не только мы. Для нас таким товаром стал кумыс. Во-первых, был сезон, во-вторых, мы решили, что кумыс - это тот напиток, о котором все слышали, но мало кто знает о том, что в народе известно 14 разновидностей кумыса, у каждого вида есть свое название, каждый обладает своими определенными качествами. Мы решили немного эту культуру расширить. Мы писали посты в соцсетях - и продавали кумыс. Причем продавали кумыс от определенного поставщика, которого теперь знают. В конце концов, мы стали предлагать людям выбор - у нас было несколько поставщиков, мы объясняли, что этот кумыс отличается тем-то, а кумыс от такого-то поставщика обладает такими-то качествами. И люди выбирали. С кумыса все началось, а потом продолжилось уже созданием площадки. От самой идеи, а идея пришла где-то в мае, проект запустился уже в полную силу в конце августа. 

- И кто сегодня представлен на площадке?

-На сегодняшний день у нас 5 личных подсобных хозяйств, 3 больших фермерских хозяйства. И еще группа фермеров, которая уже сложилась в некий сельхозкооператив, который тоже с нами работает. И 326 человек постоянных клиентов, порядка 100 семей.

- Для нескольких месяцев результат очень неплохой. Но все ли шло гладко? На чем споткнулись? 

- Что касается именно сайта, это действительно легко и просто. Можно воспользоваться массой сервисов в том же интернете, которые помогут создать интернет-магазин. Это и бесплатные сервисы, и платные. 

Споткнулись мы, собственно, о практику. Когда все уперлось в доставку. Мы уже поехали на места, поговорили с фермерами, а когда началась доставка - люди завыли. Потому что иные хозяйства находятся очень далеко даже от районного центра, и чем дальше они находятся, тем больше вырастает цена - вот здесь мы очень сильно задумались, как быть. Потому что сначала мы убеждаем наших друзей проверить этот продукт, они проверяют, привозят нам соответствующие справки. После этого они доставляют это нам, и нам нужно доставить продукт в цех, расфасовать его, упаковать, оформить, и только потом развозить клиентам.

- Друзья - это в санэпиднадзоре?

- Нет (смеется), друзья - это наши фермеры. Они для нас друзья, иначе никак. Когда мы убедили своих друзей, что нам нужен проверенный продукт, чистый, честный, это возложило на них дополнительные расходы. В общем, это долгая цепочка, она очень долго нарабатывалась. Были свои моменты, когда мы просто в отчаянии опускали руки. Но потом появлялись партнеры, курьерские службы, которые вначале просто заходили с интересом, а теперь работают с нами постоянно. 

Еще один момент - мы стараемся и убеждаем наших партнеров в лице подсобных хозяйств завести себе юридический статус - организовать свое ИП, и уже работаем с ними как с индивидуальными предпринимателями, на основе договора о поставке продуктов. На основе этого договора проводятся все дальнейшие мероприятия по лабораторным исследованиям, по соответствию, по транспортировке этого груза. У нас самих свой собственный юридический статус, и мы в данном случае выступаем как некий сервис для горожан и для товаропроизводителей в деревне. С помощью нас они могут продавать свой продукт с отсечением посредников, по большому счету, с  минимальной наценкой, и организовывать более грамотно свой сервис. Потому что одно дел, когда вы покупаете бутылку молока непонятного происхождения, другое дело - когда эта бутылка соответствующим образом оформлена, продезинфицирована, и бережно транспортирована к вам. Условия транспортировки и передачи продукта из рук в руки мы подсмотрели в России и Украине, где подобные сервисы существуют уже не первый год, специально консультировались. И на сегодняшний день у нас есть термофургон, мы возим термосумки, холодильные аккумуляторы. И есть склад с профессиональными холодильниками.

- В нашей стране много лет говорят о плохих посредниках, которые скупают у фермеров товар за гроши, перепродают нам - горожанам - уже по безумным ценам. Ты как раз и есть тот самый посредник, и говоришь, что заинтересован в легализации фермеров, качестве товара, справедливой цене. 

- Так и есть. Наш сервис - это посредник. Но, когда передо мной встал вопрос "что я кушаю", мне захотелось понять, кто несет ответственность за этот продукт, кто несет ответственность за то яйцо, молоко, мясо, которое приходит ко мне на стол. Слоган нашей компании "ферма на тарелке". Он, я считаю, говорит о том, что человек имеет право кушать чистые проверенные продукты. И ферма в моем понимании это не просто две коровы и пара куриц, это некое высокопрофессиональное сообщество людей, которые умеют работать и землей и дорожат этим. Которые сами ценят свой труд и учат людей ценить то, что приходит к нам от земли. 

Что касается цены - да, я убежден, что она должна быть справедливой. И это - не цена рынка, которую люди видят на базаре. Это - цена тех усилий, которые фермер нес. Он работал, подводил воду, нанимал технику, выращивал, находил корма, с той целью, чтобы продукт имеет определенные стандарты качества. И он называет цену, и она выше, чем на рынке. По такой цене он не может продавать достаточно большое количество товара, будем откровенны, иногда он продает себе в убыток. Мы стараемся, чтобы цена была справедливой. 

Когда мы приходим к фермеру, первый вопрос, который мы задаем - по какой цене он хочет продавать. Потому что нам интересно, чтобы этот поставщик не экономил на качестве продукта, чтобы он был заинтересован в том, чтобы продукт имел самые высокие качества - вкусовые, качественные, количественные. Когда человек слышит такой вопрос, он удивляется, думает: "Ага, ребята либо реальный клиент - ресторан, гостиничный комплекс, либо ребята что то задумали". И мы потом объясняем, что мы задумали. Человек опять думает - а надо ли, чтобы меня показывали, где-то по телевизору, или фотографировали, и так далее. А мы говорим - ваше хозяйство находится, например, возле современной автотрассы, мы можем не только покупать у вас товар, в дальнейшем мы можем привозить агротуры, какие то семейные тур-трипы, которые будут покупать у вас товары, а вы можете показать и рассказать как вы этот продукт производите. И в большинстве своем люди задумываются. Кто-то отказывается, а кто-то говорит - а мне это интересно. 

- Вот ты сейчас просто "Робин Гуд" получаешься. Но сервис ведь зарабатывает именно на поставке продуктов, вы же добавляете свою наценку на товар. 

- Конечно. Но в первую очередь мы стараемся покупать у фермеров по справедливой цене. В дальнейшем уже формируется и наша наценка. Но мы тоже несем расходы - у нас есть склад, есть работники, которым мы платим зарплату, есть транспортные расходы, есть налоги. Да, мы закладываем эти расходы в цену товара. Но при этом мы гарантируем клиенту, что продукт, который пришел сегодня к нему с доставкой - этот продукт проверен. Мы приносим соответствующие документы, мы показываем их на сайте. И мы в любой момент можем взять этот товар обратно и вернуть клиенту деньги. Такого не делает никто. Если человеку, по каким-то причинам не понравился товар, он может в любой момент позвонить и сказать об этом. И он получит полную стоимость. Таким образом, мы воспитываем и фермеров, и мы лояльны к нашему клиенту. Когда клиент видит, что есть сервис, который гарантирует стандарты качества и несет ответственность перед потребителем, он задумывается очень хорошо. А фермер в свою очередь, понимая эту ситуацию, стремится этот продукт делать очень хорошо, чтобы его продукт не вызывал такой реакции.

- Тебе потребовалось не так много времени, чтобы запустить площадку. Почему же у нас это не развивается? Неужели никому в голову идея не приходила?

- Для меня все началось с личной заинтересованности. Сейчас я в супермаркет хожу только за тем, чтобы купить воду. Вся линейка продуктов у меня идет с сервиса "Ауылдан салем", так что для меня это личный интерес. Почему это у нас не развивается, мне трудно сказать. Во-первых, это высокая степень расходов, большой прибыли нет. Можно плюнуть на все, заниматься, например, журналистикой, и зарабатывать гораздо больше. А это - не высокомаржинальный бизнес, это бизнес, который с годами созревает. Как продукт на фермерском хозяйстве. Нельзя в течение трех месяцев работы срубить каких-то больших денег. Мы настроены на то, что у нас будет сервис многопрофильный. Одна часть - это доставка продуктов, другая - с агротурами, мы готовим такой проект на следующий год, третья часть может быть связана с общепитом. Мы хотим создать нашему фермерству цивилизованное лицо. 

По большому счету, у нас ведь сейчас ничего не построено. Много лет государство убеждало людей, мелкотоварные производства, личные подсобные хозяйства объединяться в сельхозкооперативы. Люди объединялись, но не было грамотного подхода. То есть людей никто не обучал, не было бизнес-плана, и люди, какое-то время поварившись в общем соку, расходились. Сейчас заметны подвижки того, что грамотный бизнес идет в село, есть люди с управленческим опытом, бизнес-ориентированные люди, которые приходят к фермерам и говорят: "Мы готовы вложить деньги в определенный сервис, чтобы вы могли получать продукт с надбавленной стоимостью". Кто на это соглашается, они организуются в какие-то объединения, сельхозкооперативы или что-то еще, и выдают продукт. Процесс только запустился. Результаты кое-где есть, но их очень мало. Поэтому я бы не стал говорить, что это не развивается, это есть. 

- Тем не менее, за много лет декларативных лозунгов о продвижении фермерства, все фермерские рынки в городах по-прежнему ограничиваются бабушкой.

- Вопрос не ко мне.

- Понятно, что не к тебе. Но ты зашел в эту сферу - и что увидел?

- Я зашел в эту сферу, и столкнулся с тем, что базар выходного дня много лет был для наших фермеров естественным продолжением их бизнеса. И отсюда вытекают все подходы, стандарты, к которым они привыкли. Очень сложно будет разубедить людей прийти к чему-то новому, тем более - понести какие то затраты ради этого. И мы сейчас работаем над этим, когда выезжаем к нашим возможным поставщикам, и люди говорят - "а оно мне надо?" У меня есть продукт, я привезу его на базар, я знаю, что получу столько-то. А работать с вами - я получу что-то, не получу, это еще неизвестно". В свое время налаженные связи между городом и деревней оказались оборваны, и сейчас налаживать эти связи, тем более - подавать им современные форматы очень и очень трудно. Для этого даже, наверное, нужен какой-то другой кооператив, на уровне государственной службы и бизнеса. Потому что, не создав условия для максимально комфортного движения этих сельхозкооперативов к будущему, не создав каких то преференций по налогам, по движению их в город, условий по нормативной базе, мы не добьемся того, что действительно маленькие ЛПХ объединятся в нечто крупное, и это принесет какой-то хороший результат. Нужно создавать условия. И когда будут четко эти условия расписаны, так, чтобы даже бабушка на селе это поняла, тогда будет движение. 

Сейчас, к сожалению, люди говорят - кооператив, слово вроде знакомое, а вот чем оно пахнет и что там есть внутри - он этого не знает. Я разговаривал с людьми, которые имеют земли по 1200 гектаров, и по много голов лошадей, и даже им не понятна сейчас ситуация. И у них, кроме некой обиды на государство и настороженного отношения к его инициативам, ничего нет. Они хотят работать! Но они говорят - вы мне дорогу постройте сюда, сделайте как в Астане дороги, и я буду и цену соответствующую формировать, и продукт хороший делать. А извините, если я за свой счет зимой этот продукт привожу на рынок, чтобы продать, я за него буду просить цену, потому что это мой труд. Почему мой труд должен низко оцениваться?

- Подожди, но фермеры получают субсидии, у них другой налоговый режим. 

- Не все. Мы говорим "фермер", но это усредненное понятие, я считаю. Есть фермер, который имеет 1200 голов лошадей, и есть фермер, у которого 10 голов коз. И он тоже хочет быть фермером. Он говорит: "Я ездил к своей свекрови в Киев, видел, как она хозяйство с козами поставила, она делает молоко, сыр, продает, я тоже хочу так". И он пытается это сделать. Но он пишет во все инстанции, а ему не дают банально участок для развития своего ЛПХ, говорят, что земли свободной нет. Он пытается получить деньги, чтобы закупить корма или племенной скот, ему говорят: "Вы не подходите", потому что ему в залог нечего поставить. Есть такие люди, и для них получается это сезонная работа. Тем и живут. У человека есть мечта, но у этой мечты крылья обрезаны.

- Может, просто не доросли еще до этого? Если посмотреть на зарубежный опыт, например, голландский. Нидерланды в числе мировых лидеров по экспорту переработанной сельхозпродукции, и там очень развита сельхозкооперация, там сельские кооперативы владеют заводами.

- Что такое Голландия и что такое мы? Нидерланды занимаются тем, что отвоевывают куски земли у моря и выживает в этой ситуации.

- И очень хорошо выживают ведь.

- Да, очень хорошо. У нас земли очень много. Но у нас эта земля чья-то. Давай посмотрим на кооперацию на примере пчеловодческого хозяйства. В районе, с которым я сейчас работаю, их очень много, практически в каждом дворе стоят ульи, у каждого своя пасека. Вот зимой пчелки уехали в Шымкент, весной они приедут сюда. Куда их отправят? На поля. И приходит этот пасечник к владельцу тысяч гектар земли, говорит: "Тут у тебя рапс растет, или донник, давай мои пчелки полетают. А в ответ: "Хорошо, но в конце сезона ты мне поставишь пять фляг меда". Вот и вся кооперация. Неинтересно владельцу поля дать этому пасечнику условия, чтобы он мог двигаться вперед, объединяться с кем-то, упаковку какую-то придумать или предложить вложения, совместно двигаться неинтересно. 

- Может странным вопрос покажется, но зачем пасечнику брать разрешение? Ну, так же летают дикие пчелы, осы, одной больше, одной меньше. Они же посевы не испортят, на урожай рапса того же не повлияют. 

- Да, но земля-то в частной собственности находится. И пасечник привозит с собой не один улей, а ульев 200, а это камаз и два прицепа. И когда камаз и два прицепа у тебя по полю месяца три шастают, естественно, ты начинаешь задаваться вопросом, что это за ребята. 

А пасечник платит налоги, несет расходы за то, что перегоняет камаз с поля на поле. И приезжая на поле, он в первую очередь идет с поклоном туда, в чьем ведении находится данное поле. 

- Хорошо, вот ты сейчас увидел своими глазами, что реально происходит, каков уровень. Что нужно, чтобы ситуация изменилась?

- Нужны бренды, нужна сельхозкооперация. Но не ради просто объединения, а товарная кооперация. У фермера должен быть товар с брендом. Для этого должны быть сервисные упаковочные центры, которые позволяли бы фермерам выдавать продукт конкурентоспособный. Чтобы он мог поставлять этот продукт не только на базар выходного дня или в адресную доставку, а чтобы он мог в торговый центр зайти, в сеть каких-то супермаркетов зайти. Нужны стандарты, лаборатории исследовательские, которые будут пищевую ценность продукта обосновывать. То есть, потребитель на упаковке будет читать определенное количество жиров, белков, углеводов. Мне звонили тоже с такими вопросами, просили подсчитать количество белков и жиров в козьем сыре. Так у нас в Казахстане лабораторий, кроме Казахской академии питания нет, а туда... Сложно попасть, в общем. 

Мне кажется, что сейчас для ускоренного развития сельхозкооперации выход - это создание неких сервисных точек, чтобы там был склад, упаковочный цех, чтобы это было все на современном оборудовании, чисто, чтобы у них появлялись свои торговые точки в городе. У нас такой опыт уже был с СПК "Сары Арка", когда занимался плодоовощной продукцией. У них были свои торговые точки, и они реализовывали эту продукцию. И этот опыт надо продолжить. 

- Кто должен этим заниматься?

- Нужно четкое понимание того, кому это нужно. Нужно фермерам, нужно клиентам. Надо, чтобы у нас была возможность зайти в акимат с кипой наших договоров о поставках или соглашениями, что мы, группа товарищей, объединились в сельхозкооперацию, хотим поставлять продукты в город, помогите нам. Чем помочь? Пунктами складского хранения, торговыми точками, достойной нормальной качественной проверкой наших продуктов - санконтроль, ветконтроль и так далее. И не душите нас сильно всеми этими разрешительными вещами, налогами и так далее, а создайте преференции. И вы увидите, что сельхозпродукция под брендом, например "Астана", будет набирать популярность у местного населения. Поэтому я считаю, что местные исполнительные органы - первые, кто должен быть заинтересован в сельхозкооперации, и чтобы эта кооперация давала результат. И если местные исполнительные органы скажут, что, да, мы готовы рассмотреть все ваши предложения на рабочей неделе в среду в 15.00 - да к ним очередь будет стоять. 

- Сейчас разве душат разрешениями? Наоборот, вроде бы активно сокращают количество всех этих разрешительных бумаг. 

- Нет, лично я много разрешений не собирал, когда запускал сервис. Но вопрос в том, что мне оно по большому счету лично надо было. Условия для этого есть. Государство создаёт условия. Но инициатива государства, что у нас инициируется в правительстве, не всегда приходит на места. И на местах то ли неправильно понимают, то ли где то недослышали...

Проблема не в разрешениях. Допустим, я сейчас бегаю, ищу себе помещение в столице, чтобы организовать цех в Астане. Чтобы в город привозить продукт, здесь он будет проверяться, оформляться и распространяться по торговым точкам. Я не хочу это делать так, как это делается сегодня. А знаешь, как это делается? И с местным и с импортным продуктом. Все это привозится на окраины Астаны, на производственные базы, где рядом стоят СТО, цеха какие-то. И это называется у нас склад временного хранения. Там, не пойми в каких условиях, это хранится, а затем поставляется везде - в супермаркеты, кафе и рестораны. Я не хочу так, чтобы продукты питания хранились рядом с СТО. Я хочу, чтобы если у меня есть магазин "Ауылдан салем", он объединял в себе и производственный цех, и склад, чтобы люди, которые приходят ко мне, были уверены, что у нас продукт чистый.  Чтобы я мог им гарантировать, что не только мой сервис, но и город заинтересован в том, чтобы они кушали хорошо. 

- И что, в Астане проблема найти подходящее помещение?

- Конечно, если есть неограниченное количество денег, проблем нет. Но мы и так несем высокие расходы, и у нас денег не очень много. Мы бы с удовольствием зашли на каких-то льготных условиях, но с льготами проблема. 

- А какие льготы должны быть в твоем понимании? Не бесплатно же?

- Бесплатную аренду это было бы неплохо (смеется). Нет, конечно. Существуют в моем понимании вещи, которые работают вне рынка, которые регулируют сами власти города. Когда речь идет о поддержке товаропроизводителей Казахстана, выделяются торговые площади - где-то на окраине города, куда клиент не заходит. Это - не поддержка. Допустим, наш основной клиент - это иностранцы и жители левого берега. 

Мне бы хотелось, чтобы было чёткое понимание, куда я могу пойти, привезти из партии 200-300 яиц 10 штук на проверку, в какую-то лабораторию, где меня будут ждать и честно скажут: "Азамат, вот это яйцо, ты бы его не выносил, потому что не очень". А пока я прихожу в лабораторию и что я вижу? У меня летом была шокирующая ситуация. Я приехал на "зеленый" базар, посмотреть чем там торгуют. Я увидел помятую зелень, гнилые овощи и фрукты, но это все получало разрешительные документы и выходило в торговлю. А мой продукт стоял в очереди, хотя продукт чистый, свежий, но он стоял, потому что специалист захотел его проверить. Я сказал "денег не дам, смотрите так". И стоял в очереди. Поэтому я надеюсь, что сегодня, когда есть политическая воля государства на то, чтобы сельхозкооперация встала на ноги, все прогрессивные силы общества, государственные службы, местные исполнительные органы, люди которые заинтересованные в продвижении этих услуг, бизнес ориентированные люди, увидели бы какой-то свой собственный смысл в реализации этой инициативы. Потому что времена могут меняться, кризисы приходят и уходят, но сельхозка останется навсегда. Это то, что было с нами и это наше будущее. Нефть когда-нибудь кончится. И надо к этому времени научиться грамотно выращивать этот продукт и делать его конкурентоспособным. 

Ирина Севостьянова 

Теги:

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости:

OK