Кто пытается сделать КТК объектом информационной войны – обзор мнений экспертов

1489

Вбрасываемые "страсти" вокруг трубопровода, высасываемые из пальца, носят явный пропагандистский характер, нацеленный на раскол между двумя странами.  

Кто пытается сделать КТК объектом информационной войны – обзор мнений экспертов

"Мы живем в мире вымышленного пространства, фейков, иногда не понимаем, что есть правда и ложь, объективная это реальность или сконструированная", – заявила в интервью inbusiness.kz профессор Казахстанско-Немецкого университета, сотрудник представительства Фонда им. Розы Люксембург в Центральной Азии Ирина Черных. С нею единодушны ее коллеги по цеху.

Эхо войны или "поиски черной кошки в черной комнате"?

Для начала напомним, что новости со скандальными, а точнее, даже очень провокационными заголовками появились в ряде российских СМИ сразу на следующий же день после выступления президента Казахстана на Петербургском международном экономическом форуме. Звучали они примерно так: "Россия приостанавливает отгрузку казахстанской нефти после заявлений Токаева на ПМЭФ".

Согласно официальному сообщению пресс-службы Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), причина временной приостановки отгрузки казахстанской нефти  разминирование порта от около 50 мин, сохранившихся в акватории Черного моря еще со времен Второй мировой войны. Заявления же Касым-Жомарта Токаева на форуме в северной столице касались позиции Казахстана относительно спецоперации России на территории Украины, а также статуса ДНР и ЛНР. Причем разница между двумя событиями говорит об активном присутствии третьей силы, намеренно подогревающей конфликт интересов там, где его нет.

Ранее inbusiness.kz уже по следам публикаций в российских СМИ восстановил хронологию событий, указав даты официального сообщения КТК о причинах приостановки причальных устройств и дату выступления казахстанского президента: никакой связи между двумя этими событиями не было и нет.

В понедельник глава минэнерго республики Болат Акчулаков, отвечая на вопросы журналистов в кулуарах мажилиса, также подтвердил сей факт: никакой взаимосвязи между двумя вышеназванными событиями нет и не было. 

Аналитик по нефтегазовыми проектам Каспийского региона Олег Червинский в своем материале "Бомбы под тенгизскую нефть" высказал предположение, что очередная остановка причалов в связи с разминированием дна моря – это не столько послание Казахстану, сколько американской компании "Шеврон", ключевому акционеру Тенгизского проекта.

"Возможно, если правительство Соединенных Штатов не будет усиливать санкционное давление на Россию, то работы по разминированию порта завершатся достаточно быстро", – предполагает г-н Червинский.

Официальный запрос inbusiness.kz с уточняющими вопросами по "внезапно возникшим бомбам" в пресс-службу консорциума принес ответ, что "что разминирование проводилось и ранее и является обязательным пунктом в деятельности порта на Черном море с момента его строительства". 

"В начале 2000-х годов, когда шло строительство объектов КТК в Краснодарском крае, при земельных работах было обнаружено и деактивировано свыше семи тысяч бомб, снарядов, мин и гранат,  говорится в сообщении консорциума.  Кроме этого, нам уточнили, что "дно акватории по естественным причинам" очень подвижно, отчего устранение остатков мин здесь процесс обязательный и проводится постоянно. Вопрос, "послание" это кому-либо или нет, каждый, наверное, понимает в силу своей компетентности", – отмечается в сообщении пресс- службы КТК. 

Трудно понять наверняка, действительно ли очередная остановка КТК имеет под собой какие-то политические мотивы, однако попытки связать очередную остановку работы КТК с заявлением казахстанского президента  не что иное, как "за уши притянутая враждебная пропаганда", которая ничего, кроме никому не нужного раздора между соседями, не принесет.

Нефть в обмен на продовольствие

Айдархан Кусаинов, экономист: 

"На мой взгляд, сегодня наступила суровая реальность. Модель казахстанской экономики простая: нефть в обмен на продовольствие. Доля "КазМунайГаза" в нефтедобыче всего 26%. Остальные запасы сырья качают иностранные компании. Их более 80 из 15 стран. Российские и китайские – дружественные, по крайней мере, сейчас. Но самые большие доходы нам, по сути, не принадлежат". 

Акимжан Арупов, директор Института мировой экономики и международных отношений: 

"Мы зависим от интересов других. Та же казахстанская нефть наша и не наша в соответствии с определенными соглашениями, поэтому иностранные компании заинтересованы в обеспечении ее должной транспортировки. Поэтому КТК, в чьих акционерах также сидят иностранцы, продолжит свою работу. 

Что касается диверсификации экспорта нефти, то потенциал альтернативных маршрутов ограничен. Министр энергетики Казахстана Болат Акчулаков ранее говорил, что в лучшем случае 16 млн тонн казахстанской нефти из 53 млн тонн в год, проходящих через терминал КТК, можно перенаправить по другим маршрутам. Как быть с оставшимися объемами?"

Сергей Домнин, экономический обозреватель:

"Да, есть необходимость в диверсификации экспортных поставок, но у нас не случайно 90% нефти уходит на Запад. Это премиальные рынки, в отличие от азиатских. Поэтому Казахстан и его партнеры всю инфраструктуру положили в западном направлении. Оказалось так, что большая часть нефтеэкспорта транспортируется через КТК – на одной трубе держится. Но альтернативы особо нет. Даже тот нефтепровод, который у нас в Китай ведет, его же не заполняли долго. Просто повезло, что у "Роснефти" был долгосрочный контракт с СNPC, поэтому они отгружают около 10 млн тонн в год, труба хотя бы на половину возможностей работает. Если предположить, что мы зачем-то решим диверсифицировать не туда, куда трубы проложены, а куда танкеры уходят, то непонятно, зачем нам идти, например, в Юго-Восточную Азию. Там рынок не премиальный, к тому же его заливает российская нефть с дисконтом в 30%. Получается, Казахстан должен дать дисконт 40%. Зачем? Как справедливо было указано, большая часть нефти не наша, не мы принимаем решение, куда ее поставлять.

Интерес Казахстана, государства и правительства, должен быть в том, чтобы обложить экспорт соответствующими налогами, чтобы они пошли в Национальный фонд, который сейчас находится на многолетнем минимуме. А дальше схема в РК такая: пустить дополнительные деньги на работающие госпрограммы, построить что-нибудь полезное для страны, продолжить диверсифицировать экономику. Например, произвести новые вагоны, потом отдать их в лизинг под 1% на 20 лет. Вот такая наша простая модель. И она не станет лучше от того, что происходит. Просто растет пространство неопределенности".

Ирина Черных, профессор Казахстанско-Немецкого университета, сотрудник представительства Фонда им. Розы Люксембург в Центральной Азии:

"Мы видим в 2022 году, как экономический прагматизм исчез. Проект газопровода "Северный поток  2" практически похоронен после введения против его оператора санкций. Для Западной Европы обрубили возможность иметь ресурсы по приличным ценам. Запад страдает от различных экономических проблем, в первую очередь связанных с тем, что санкции наложены на Россию, а проблемы с поставками из нее энергоносителей вызывают инфляцию. Но при этом наблюдается серьезная консолидированность стран Запада относительно ценностных установок. 

Сегодня идентификационный фактор, вопросы ценностной связанности выходят на первый план. Экономика еще остается значимой, но мир поляризируется по принципу "свои – чужие". 

Политизированные нападки

Шавкат Сабиров, руководитель ОЮЛ "Интернет-ассоциация Казахстана", директор Института по вопросам безопасности и сотрудничества в Центральной Азии:

"Действительно, некоторые арабские страны стали продавать нефть в Европу. Но такие объемы, которые продавала Россия, можно получить только по трубе, не на танкерах. И кто бы что ни говорил в Европе, там как покупали, так и будут покупать нефть и газ. Это же не только тепло в доме, но и производство. К сожалению, прагматизм на фоне политизированных информационных всплесков отступает на второй план".

Эдуард Полетаев, руководитель ОФ "Мир Евразии": 

"Характерной особенностью современного этапа развития мировой экономики становится ее политизация, и мировые рынки все в большей степени зависят от политических, чем экономических факторов. Политика все более активно вмешивается в экономику, заменяя собой рыночную конкуренцию. Отсюда высокий риск неопределенности. 

Казахстану так или иначе приходится участвовать в различных геополитических играх, и не всегда о них его уведомляют. Что касается КТК, то остановка причальных устройств в марте из-за шторма и сейчас в июне из-за разминирования привела к нагнетанию информационного конфликта в западных, российских и вслед за ними в некоторых казахстанских СМИ. Давайте посмотрим на ситуацию несколько под другим углом. Россия за транзит казахстанской нефти получает 640 млн долларов США ежегодно, и ей совершенно не выгодна остановка отгрузки. Не надо скидывать также со счетов неустойку за потери в транзите по своей вине, которую пришлось бы платить РФ. Кроме того, Россия сама использует КТК для поставок в Европу своей нефти с Каспийского моря. И потом, не надо забывать, что терминал на Черном море важен не только для России, но и для самой Европы". 

Замир Каражанов, политолог: 

"Если работа КТК будет подвергаться конъюнктурным и политизированным нападкам, как иначе Казахстан будет осуществлять экспорт? Ни железнодорожные, ни танкерные поставки не смогут удовлетворить в полном объеме казахстанские экспортные возможности. Без КТК у Казахстана возникнут серьезные проблемы.

Сегодня участились разговоры и предложения по поводу диверсификации поставок энергоресурсов из Казахстана и стран Центральной Азии. Причем это наблюдается на глобальном уровне, не только в нашем регионе. Недавно стало известно, что страны Персидского залива будут поставлять нефть на европейские рынки, частично пытаясь заместить аналогичный российский продукт. Россия начинает продавать нефть в Китай, который ее покупает по выгодной для себя цене. Однако строительство альтернативных экспортных маршрутов для нашей нефти  это слишком затяжной процесс, у которого свои риски, связанные с колебанием цен, долгосрочными контрактами, непростой логистикой. Для казахстанской нефти европейские страны остаются основным рынком сбыта".

Сергей Козлов, заместитель главного редактора газеты "Аргументы и факты – Казахстан":

"Возникает вполне резонный вопрос: "Есть ли у нас возможность диверсифицировать поставки энергоресурсов на внешний рынок?" Ответ прозвучит грубо, но если нам позволят диверсифицировать, то мы это сделаем. Не разрешат – не сможем.

Пример нашей зависимости от обстоятельств, над которыми Казахстан не властен,  авария на терминале КТК в Новороссийске и очередная остановка в связи с разминированием. Влияет это на экспорт казахстанской нефти? Еще как! Стали вовсю выдвигаться предложения по диверсификации маршрутов поставок казахстанской нефти за рубеж, вплоть до самых нереальных. К примеру, проложить Транскаспийский нефтепровод в Азербайджан". 

Кульпаш Конырова