/img/tv1.svg
RU KZ
Темный лес

Темный лес

Лесопромышленники ВКО просят внести изменения в действующее законодательство.

14:10 25 Август 2016 2827

Темный лес

Автор:

Ольга Ушакова

Лесному кодексу РК нужны комментарии, а «действующие нормы и правила, которые регулируют отношения между лесопромышленниками и государственными структурами, необходимо привести к единому знаменателю: они противоречат друг другу, создают основу для коррупции, излишне суровы, а отрасль потеряла инвестиционную привлекательность». И это несмотря на то, что стратегии «Казахстан-2050» лесная экономика обозначена в числе самых перспективных. Об этом abctv.kz заявил президент Региональной ассоциации предприятий лесной, деревообрабатывающей и мебельной промышленности Восточно-Казахстанской области Владимир Резанов.

Поводом к разговору послужил приговор в отношении директора коммунального государственного предприятия «Риддерское лесное хозяйство» (лесхоза) Николая Замятина. На днях Риддерский городской суд признал виновным г-на Замятина в совершении ряда коррупционных преступлений и назначил ему наказание в виде двух лет ограничения свободы с конфискацией имущества, пожизненным лишением права занимать руководящие должности в учреждениях лесного хозяйства, а также штрафом в 200 месячных расчетных показателей.

В «копилке» директора - злоупотребление должностными полномочиями, повлекшее причинение существенного вреда охраняемым законом интересам государства, служебный подлог, незаконное участие в предпринимательской деятельности, незаконная порубка, уничтожение или повреждение деревьев или кустарников. Как сказано в приговоре, Николай Замятин использовал служебное положение для того, чтобы обеспечить свои семейные коммерческие лесозаготовительные предприятия достаточным объемом работы. Он не раз направлял в республиканский Комитет лесного хозяйства и животного мира дополнительные заявки на лесосечный фонд, заставлял подчиненных оформлять фиктивные документы по отводу лесосек, вносить в официальные материалы лесоустройства ложные сведения. В результате семейные предприятия незаконно заготовили около 126 кубометров ценной древесины, причинив ущерб государству на 1 млн 200 тысяч тенге.

Коррупция мешает развитию
Владимир Резанов уверен: уголовная история с Замятиным – только верхушка айсберга. Неоднократно лесопромышленники и общественники обращались в Комитет лесного хозяйства и животного мира с предложениями, как вывести из теневой экономики мелких предпринимателей – приобретателей древесины, работающих под прикрытием лесхозов. По словам общественника, прикрываясь лесорубочными билетами, полученными в этих госучреждениях, они стали почти недосягаемыми для фискальных органов, создали устойчивый теневой бизнес, который отрицательно влияет на «легалов».

«Уходят от официальных налогов, торгуют древесиной без документов. Такие предприниматели покупают лес у пня в лесхозах, но не возмещают затраты на восстановление леса после рубок, не строят «лесные» дороги, не несут затрат на противопожарные мероприятия. Они являются основными нарушителями лесного законодательства, но привлечь их к ответственности очень трудно, потому что лесной билет – юридический документ лесхоза, и он за него отвечает. Добровольно себя никто не подставит, а проверить всех невозможно», - говорит Владимир Резанов.

По мнению общественника, решить вопрос несложно: необходимо внести в Лесной кодекс РК норму о продаже древесины на выруб с аукциона. Процедура проведения аукциона будет открыта, в цену войдет не только плата за лесные ресурсы в бюджет государства, но и затраты лесхозов на лесовосстановление, противопожарные мероприятия, а после проведения аукциона сведения о приобретателях древесины будут сообщать в налоговые органы. При таких процедурах сложно вести теневой бизнес. Однако, по словам г-на Резанова, вопрос о внесении дополнений в кодекс и подзаконные акты не решается много лет.

«У нас вывод – слишком много заинтересованных лиц в теневой лесной экономике, - говорит глава ассоциации, – В то же время Комитет лесного хозяйства и животного мира присвоил себе право ежегодно утверждать лесосечный фонд, хотя в материалах лесоустройства на 10 лет регламентированы все разрешенные объемы и виды рубок. На каждый год все там распланировано. Но по сложившейся практике комитет каждый год обязывает предпринимателей-долгосрочников, которые работают легально, брать у него разрешение на рубку. Его областной филиал - Территориальная инспекция лесного хозяйства и животного мира - по своему усмотрению перечеркивает заявки предпринимателей на ежегодную вырубку в определенном объеме, хотя они уже согласованы лесхозами. Это откровенно коррупционная схема, потому что предпринимателей вынуждают ехать в комитет каждый год и «договариваться», сколько они могут вырубить». 

Дамоклов меч для долгосрочника
«В целом, по оценкам специалистов из Российской Федерации, которых мы просили проанализировать наш Лесной кодекс – это хороший документ, - говорит г-н Резанов, - но к нему нет комментариев, а это дает возможность на практике каждому трактовать отдельные его положения по-своему. Помимо этого, предлагаем внести ряд дополнений в кодекс, которые повысят привлекательность для инвестиций в лесозаготовительную и деревоперерабатывающую промышленность, создадут условия для устойчивости процессов планирования и реализации проектов и развития отрасли. Например, статью 15 ЛК РК предлагаем дополнить четвертым пунктом, по которому в компетенцию местных исполнительных органов входило бы резервирование участков государственного лесного фонда для предоставления в долгосрочное лесопользование при подготовке инвестиционных проектов. Эта мера согласуется с Законом РК «Об инвестициях». Также мы просим внести уточнения в статью 40 ЛС РК «Основания прекращения права лесопользования на участках государственного лесного фонда». В действующей редакции статья позволяет лишить предпринимателя договора долгосрочного лесопользования за любые незначительные нарушения лесного законодательства, а значит, уничтожить бизнес и вложенные в него инвестиции».

По словам руководителя ассоциации, если предприниматель, работающий в лесу, два и больше раз нарушил правила лесопользования  или условия, предусмотренные договором, лесорубочным, лесным билетами, то договор с ним расторгается. В лесах ВКО, которые находятся в ведении местных исполнительных органов, работают 16 предприятий-долгосрочников, заключивших договор аренды сроком на 49 лет, и все они находятся под постоянной угрозой потерять бизнес:законодательство таково, что с ними могут расторгнуть договор аренды в любое время, даже за незначительную провинность. Общественники предлагают уточнить эту норму Лесного кодекса, что право лесопользования на участках государственного лесного фонда прекращается в случаях грубых систематических нарушений, три-пять раз в год, и нанесшим значительный, не меньше 5 тысяч МРП, вред лесному фонду, а также невыполнение инвестиционных обязательств по договору в течение трех лет.

По бизнесу - штрафами
Сейчас наказать предпринимателя могут за любую провинность. Владимир Резанов «прошелся» по подзаконным актам, инструкциям, которые регламентируют работы в лесу. Некоторые противоречия между ними создали условия для коррупции, считает общественник. К примеру, в Правилах рубок написано, что при заготовках древесины можно содрать поверхностный слой почвы на лесосеке (сделать минерализацию почвы) не более 15% с учетом волоков – транспортных полос, очищенных от деревьев, пней, порубочных остатков. После рубок предприниматель должен подготовить почву на лесосеке под будущую посадку деревьев или естественное возобновление леса. По этому поводу в другом документе - Правилах воспроизводства лесов, говорится, что ему нужно сделать минерализацию не меньше 33%.

«Если предприниматель при заготовках леса сделал минерализацию почвы больше прописанной в Правилах рубок, то ему грозит штраф, а после его уплаты он должен довести минерализацию до 33%, иначе ему тоже грозит штраф, - подытожил г-н Резанов. – В то же время ежегодно в лесах ВКО, подведомственных областному акимату, можно рубить до полутора млн. кубометров леса, сейчас предприниматели рубят не больше 150 кубометров, а остальной лес «вываливается» от старости, гибнет, но при этом их штрафуют, если они оставили на деляне несколько сухостойных деревьев или, срубив дерево, оставили пень высотой больше прописанного в правилах. Тем более, сейчас в Казахстане нет технологических правил, как необходимо вести себя в лесу при разработке лесосеки.»

Это – только малая часть нестыковок, пробелов в законодательстве, а если к ним, по словам г-на Резанова, приплюсовать, множество государственных органов, контролирующих лесопромышленников, станет ясно – заниматься таким бизнесом почти невозможно.

«Полтора года назад рабочая группа Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) в рамках проекта «Повышение региональной конкурентоспособности Казахстана» изучала состояние лесной промышленности ВКО и отметила, что при большом потенциале та не может развиваться, потому что, прежде всего, необходимы изменения в действующем законодательстве. Но пока республиканские чиновники инициативы ОЭСР игнорируют», - подытожил глава ассоциации.

Специфичная отрасль
Руководитель Управления леса и особо охраняемых природных территорий Комитета лесного хозяйства и животного мира Максат Елемесов отметил, что сейчас его ведомство инициировало поправки в Лесной кодекс, которые касаются проведения аукционов, чтобы вывести «малых» предпринимателей из теневого сектора.

«Плюс к этому поступило предложение региональной ассоциации из ВКО, Национальной палаты предпринимателей, - отметил он. - Сейчас эти вопросы будут проработаны в мажилисе парламента, когда депутаты выйдут после каникул. Это - в рамках разработанного законопроекта по внесению изменений в некоторые законодательные акты по вопросам растительного и животного мира. Документы в мажилисе находятся. Но что касается ежегодного утверждения объемов лесосек для лесопользователей и лесовладельцев, скажу, что лесное хозяйство – специфичная отрасль. Лес растет сто лет. Что можно за один год натворить, мы через 2 года лес обратно не «прилепим». Исходя из этого строится наша политика. Да, материалы лесоустройства есть. Но они расписаны по рубкам главного пользования. По ним проблем нет. По ним расчетная лесосека в ВКО для лиственных пород – порядка 800 тысяч кубометров, по хвойному хозяйству – 56 тысяч кубометров древесины. Это можно рубить без ущерба для природы. Но предприниматели не хотят рубить лиственный лес, потому что он находится в труднодоступных местах, эти породы необходимо перерабатывать, а у лесопользователей нет мощностей для переработки, нет техники. У них стоят старые пилорамы. Есть еще материалы лесоотвода и таксации лесосек. Но когда те лесосеки, на которые претендуют лесопользователи, наши территориальные подразделения едут проверять, там, кроме одного столбика, ничего нет. Мы отсеиваем эти материалы и не утверждаем. После этого г-н Резанов говорит, что мы чуть ли не выдавливаем с них деньги, обвиняют нас в коррупции, хотя это в корне не так. Чтобы не было кривотолков, мы эти материалы лесоотвода направляем в «Казлеспроект», в Алматы для проверок на соответствие материалам лесоустройства. С прошлого года мы стали практиковать проверки самих отводов лесосек в натуре. В том году выезжали наши сотрудники в лес, в этом году состав комиссии расширяем. Привлечем около 15-ти таксаторов привлечем. Они поедут и посмотрят материалы отвода. Если они соответствуют, то мы их утвердим. Когда говорят, что комитет не дает развиваться лесной отрасли, в корне неверно. Те объемы, которые комитет утверждает, фактически наши лесопользователи осваивают на 20%. Хотя институт долгосрочного лесопользования был введен в 2004 году, но за 12 лет лесопользователи не вложились в развитие своей базы. Технику не купили, а лес они продают. Мы призываем развивать глубокую переработку в Казахстане, потому что рынки сбыта здесь большие. Наши уважаемые ассоциация и Национальная палата предпринимателей должны в этом направлении работать. А не обвинять комитет, что мы не даем рубить. Леса у нас государственные, несут водоохранную и почвозащитную функцию. Это экологические леса. Их нельзя рассматривать как средство наживы и зарабатывания денег. Любые поправки, которые предлагают коллеги, оппоненты, нужно рассматривать с точки зрения экологии».

Ольга Ушакова, ВКО

Корень спора ушел в воду

Часть жителей Павлодара не поддерживают инициативу сокращения лесного массива ради гребного спорта.

13 Март 2018 14:51 2498

Тема вырубки более шести тысячи деревьев в пойме реки Усолка под строительство гребного канала получила продолжение.

Управление недропользования, окружающей среды и водных ресурсов Павлодарской области в ответ на обращение общественников сообщило, что «участок, отведенный под строительство объекта, находится на особо охраняемой природной территории государственного природного заказника. Согласно перечню, заказник находится в ведении Комитета лесного хозяйства и животного мира. Все действия на территории заказника должны быть согласованы с комитетом».

О возможно допущенных нарушениях местных властей и попытках противостоять массовому уничтожению лесного массива abctv.kz рассказала руководитель общественного объединения «ЭКОМ» Светлана Могилюк.

– Светлана Владимировна, как я знаю, Вы были не в курсе проведения общественных слушаний, участники которых проголосовали за проект по расширению гребного канала и, как следствие, уничтожение лесного массива?

– К сожалению, да. Впрочем, о слушаниях, как выяснилось, были не в курсе и Управление недропользования, и отдел жилищно-коммунального хозяйства, последнему как раз и придется заниматься этой работой – рубить, а потом высаживать деревья.

– Что планируете делать в этой ситуации?

– Прежде всего, Гражданский альянс направил обращение в акиматы области, города и к общественному совету. В нем говорится о нашей обеспокоенности по факту планируемой вырубки деревьев. Во-первых, это большое количество зеленых насаждений, во-вторых, это природоохранная территория.

– К сожалению, пилить у нас быстро начинают, не опоздать бы.

– Да, это так, поэтому мы не сидим и не ждем ответы от госструктур. Для начала встретились с представителями Управления государственного архитектурно-строительного контроля. Там рассказали, что ближайшие годы Усольский микрорайон будет развиваться как спортивная и туристическая часть города. Кроме гребного канала и других спортивных площадок, здесь планируется и этноаул, где будут проводить культурно-массовые мероприятия и народные гулянья. Там же сообщили, что проектированием строительства гребного канала занималось ТОО «Биосфера». Встречались с представителями данной организации, но информация от них мизерная. Контакта не получилось. Но сложилось впечатление, что люди, хотя и называются таким красивым словом, совершенно не заинтересованы в охране окружающей среды.

– Кто является заказчиком проекта? Называется СПК «Павлодар».

– Нет, корпорация лишь исполнитель. На основе собранной нами информации выяснили, что в отношении особо охраняемой территории, находящейся в ведении Комитета лесного хозяйства, решения почему-то принимаются акиматом города. Причем если в постановлении от 14 декабря прошлого года за подписью Ашимбетова (Нурлан Ашимбетов – аким города Павлодара. – Авт.) написано, что участок предоставлен СПК «Павлодар» на пять лет с обязательством «обеспечить сохранность существующих зеленых насаждений», то спустя два месяца выходит новое постановление, с поправкой «производить вырубку». И это притом, что, согласно статье 69 Закона РК «Об особо охраняемых природных территориях», запрещается «хозяйственная деятельность, создающая угрозу сохранению природных комплексов».

– Вы можете настаивать на аннулировании решения данных общественных слушаний?

– Однозначно, потому что были допущены нарушения правил проведения общественных слушаний.

– Ваши намерения не просто оспорить слушания, а не дать акту «вандализма» свершиться?

– Мы обсуждали с общественниками данный вопрос. Спрашивали у людей, которые там живут. Как оказалось, они не информированы о том, какие преобразования ожидают их микрорайон. Во-вторых, люди возмущены предстоящей работой, которая предполагается на водоеме в теплое время, то есть время отдыха. Там бы песок на пляже досыпать, навести порядок и чистоту. Я не против спорта, но получается, что из-за небольшого количества людей микрорайон, в котором проживают десятки тысяч человек, будет лишен места отдыха. В следующие годы эта территория может оказаться закрытой для массового отдыха, ведь на воде будут лодки, это определенная опасность для отдыхающих. Усолка может перестать быть местом массового отдыха. Потом мы забываем, что с каждым срубленным деревом мы наносим ущерб прежде всего себе. А тут целый массив.

– Предположим, решение о сносе деревьев все же будет принято. Где будет высажено то, что должно якобы компенсировать нанесенный ущерб?

– Надеюсь, этого не произойдет. Тем не менее, мы тоже задали такой вопрос. Сейчас нет такого понятия, как выплата компенсации. За каждое утраченное дерево надо посадить пять. Мы поинтересовались, где будут высажены эти деревья. В этом вопросе у чиновников много разночтений. Одни утверждают, что их высадят параллельно вырубленным. Но, как оказалось это не так, их якобы должны посадить в парках. Представьте, взамен вырубленных шести тысяч деревьев должно быть высажено 30 тысяч. При этом ни посадочного материала, ни собственно самой территории. Большинство парковых зон города превратились в площадки, вымощенные брусчаткой. Хотелось бы остановиться и на экономической стороне вопроса. ТОО «Биосфера» дало нам следующие данные.

Ими запланировано 70 миллионов тенге на снос деревьев и 400 миллионов тенге на восстановление. Почти полмиллиарда! Возникает вопрос: у нас других, более важных проблем нет?

– К сожалению, мы имеем опыт, когда в природоохранной зоне построено здание областной прокуратуры или офис филиала нефтетранспортной компании.

– Поэтому экологические организации решили посмотреть на данную проблему шире. Когда начали вникать, то поняли, что нет ни нормативных правил, ни «зеленой» комиссии, которая, к слову, была. А еще столкнулись с тем, что прокуратура отменила новые принятые правила озеленения и благоустройства для Павлодара, ссылаясь на типовые. Уверена, что нельзя применять одни нормативы для всех регионов Казахстана, они слишком общие, без детализации. Теперь нам придется на республиканском уровне доказывать это.

– Согласитесь, это нонсенс, если в год экологии, объявленный в области, будет вырублено более шести тысяч деревьев.

– Да, это так, поэтому мы будем активно действовать. Необходимо выяснить, проводилась ли государственная экологическая экспертиза. Ищем заказчика проекта. Для начала необходимо признать проведенные общественные слушания недействительными.

– С трибун много говорится о проводимой работе по озеленению города. Но, на мой взгляд, он все больше обнажается.

– Увы. Мы поинтересовались в ЖКХ, есть ли у них цифры инвентаризации по зеленым насаждениям. Нам их показали, но они ни в какие ворота не лезут. Мы обратились к общественному совету города с предложением от Гражданского альянса заняться этим вопросом. Предлагаем рассмотреть эффективность работ по озеленению города: сколько средств потрачено, где высажены и прочее. Необходимо проведение инвентаризации, как зеленых зон, так и самих деревьев. Это нужно для того, чтобы понимать, сколько у нас таких зон, сколько зеленых насаждений, в каком состоянии они находятся. Надо подсчитать, сколько больных, усыхающих деревьев, определить, что с ними делать. С подобным предложением обратились и в ЖКХ – давайте создадим рабочую группу с участием общественности по вопросам озеленения города. Когда решаются вопросы, сносить или нет деревья, привлекайте общественность. И то, что вы будете сажать, мы бы тоже хотели в этом участвовать. Посмотрим на реакцию.

– В ближайшие годы в Павлодаре будут строить новый микрорайон – Достык на территории бывшего дачного массива. Почему бы не спроектировать его так, чтобы сохранить большинство плодовых деревьев? Было бы здорово, если бы в микрорайоне росли яблони, груши.

– Да, строить дома выгоднее рядом с парком, а не вместо него. У нас сначала рубят. Сейчас просматривается тенденция, когда КСК, коммунальные структуры рассматривают деревья как врагов. Да что там говорить, многие горожане идут по этому пути: под моим окном дерево вымахало, мешает мне. И рубят. Я была в Женеве, так вот, там старое дерево большое растет, а дома вокруг него строятся, чтобы его не потревожить. В Европе просто так дерево не спилят, а у нас это происходит буквально ежедневно, и спросить не с кого. У них в градостроительной политике используются иные подходы: там понимают, что экономику в конкретном населенном пункте можно поднимать только тогда, когда город комфортен, туристически и инвестиционно привлекателен. Нам бы тоже такая стратегия не помешала. А у нас нет системности в посадке деревьев и кустарников, отсюда все проблемы. Пока этого не будет, даже в год экологии можно вырубать леса.

Марина Попова

Лес рубят, тенге не летят

Из-за стагнации лесной и деревообрабатывающей промышленности ВКО государственная казна ежегодно теряет более 40 млрд тенге. 

25 Июль 2016 10:33 6404

Ужесточение законодательства, запрет на экспорт лесоматериалов при незначительных внутренних рынках сбыта, нехватка предприятий по переработке древесины поставили в Восточном Казахстане предприятия лесной промышленности на грань выживания. Из-за жестких ограничений отрасль потеряла инвестиционную привлекательность, ежегодно снижаются объемы заготовки леса. У бизнесменов нет средств для покупки новой техники и технологий, стремительно снижается число рабочих мест.  Об этом общественники, представители предприятий лесной промышленности и переработки, местной исполнительной власти рассказали на встрече с мажилисменом, членом комитета по экономической реформе и региональному развитию Павлом Казанцевым, которая прошла 22 июля в Палате предпринимателей ВКО.

По информации президента ассоциации лесной, деревообрабатывающей и мебельной промышленности Владимира Резанова, около 57% всех лесов региона находятся в ведении местных исполнительных органов (акимат ВКО и областное управление природных ресурсов и регулирования природопользования). Эти леса предназначены для промышленного пользования. 43% лесного фонда региона - это национальные парки, заповедники, резерваты, которые контролирует республиканский Комитет лесного хозяйства и животного мира. Промышленные рубки в них запрещены.

Сегодня в лесах, которые находятся в ведомстве акимата ВКО, заготавливают древесину 16 предприятий-долгосрочников, получивших фонд в аренду на 49 лет, а также более 4 тысяч предпринимателей-лесопотребителей, которые занимаются приобретением и переработкой древесины от коммунальных учреждений лесного хозяйства (лесхозов) - подразделений управления природных ресурсов и регулирования природопользования.

Как отметил руководитель управления природных ресурсов и регулирования природопользования Мурат Кусаинов, в Восточном Казахстане сосредоточено 14% лесного фонда и 44% запасов всей древесины республики. Ежегодно разрешено рубить более 1 миллиона кубометров леса, но фактически по всем видам рубок (санитарных, промышленных и так далее) осваивается только пятая часть. Это – не больше 220 кубометров древесины.  В 2015 году общие объемы заготовки древесины снизились на 20%, в сравнении с 2014-ым, составив 150 тысяч кубометров. За первое полугодие 2016 года объемы заготовленной древесины составили около 28% от разрешенных к рубкам. Остальной лес стареет, страдает от фитоболезней и гниет. Предприниматели не осваивают выделенные под рубку лесные фонды по двум причинам. Что касается лиственных насаждений, то примерно 50-70% из всех таких заготовок составляют «дрова» - низкосортная древесина, которую можно использовать только для глубокой  переработки, потому что несколько лет назад в комитете лесного хозяйства и животного мира, по мнению г-на Резанова, неоправданно, без научных наблюдений и заключений волевым решением вдвое увеличили возраст деревьев, разрешенных к рубке.

«Через какое-то время в Комитете одумались и снизили возраст рубки для лиственных пород, но лес уже сгнил на корню, - говорит г-н Резанов. - Такая древесина годится на дрова или для отдельных видов глубокой переработки. По сути, рубить можно только те насаждения, которые уже сгнили, а не спелый лес. Но  деревообрабатывающих  предприятий в регионе всего два – ТОО «Фаворит» в Зыряновске и ТОО «Мелисса» в Усть-Каменогорске, и их мощности слишком ограничены».

Еще одна причина, почему бизнесмены, по их словам, не могут планировать свою деятельность, развиваться  – это действия комитета лесного хозяйства и животного мира. По словам предпринимателей, ежегодно, нарушая договоры долгосрочной аренды, он задерживает и снижает объемы выделения фондов на вырубку деревьев хвойных пород, а эта древесина дороже, чем у лиственных пород, - и одновременно размещает лесосечный фонд в арендных лесничествах для лесхозов. Вырубая лес преимущественно хвойных пород в арендных лесничествах, лесхозы уничтожают базу развития предприятий.

Владимир Резанов заявил, что такое отношение комитета к лесопромышленникам «имеет элементы коррупции».

«Сейчас лесхозы отводят предпринимателям  лес под вырубки на будущий год, - заметил он. – А осенью, когда надо утверждать объемы, чиновники комитета отказывают им без объяснения причин, снижая заявленные объёмы».

При стагнации лесной промышленности бедственное положение терпит и смежная с нею отрасль – лесное хозяйство. Зарплата у работников лесхозов не превышает 35 тысяч тенге, штатная численность работников – 1240 человек, что составляет 63% от нормативов. Лесхозы обеспечены техникой  на 47% от норматива. Примерно треть из той, что имеется, морально и физически изношена.   

«В Восточном Казахстане испокон веков традиционно велись рубки леса, - добавил Владимир Резанов. – В советское время здесь заготавливали около 1 млн кубометров древесины в год при разрешенном объеме 1,9 млн м3. Доля лесной промышленности в валовом региональном продукте составляла 4,7%, а сейчас – не больше 0,2%. В этой сфере работали около 10 тысяч человек, а сейчас – не больше 800. По нашим подсчетам, лесная и деревообрабатывающая промышленность ранее приносила 47 миллиарда тенге в бюджет ежегодно, но сейчас поступления составляют не больше 2-4 млрд. Помимо этого, мы теряем высококвалифицированных специалистов, а учебные заведения Казахстана вообще не готовят новые кадры для лесной промышленности».

Он добавил также, что полтора года назад потенциал лесной промышленности ВКО изучала рабочая группа Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) в рамках проекта «Повышение региональной конкурентоспособности Казахстана».

«В отчете специалисты ОЭСР записали, что ВКО имеет большой потенциал развития лесного сектора, что может быть важным для повышения валового регионального продукта области. Но для этого необходимо внести изменения в действующий Лесной кодекс РК – в частности, сформировать отраслевую политику, ввести коммерческий принцип хозяйствования, уточнить толкование права частного лесовладения. Также специалисты дали свои рекомендации относительно мер по оптимизации законодательной базы в лесной промышленности. Но ничего так и не было сделано. Чиновники комитета блокировали предложения ОЭСР. Акимат ВКО заинтересован в развитии этого сектора, ищет инвесторов, но ни один здравомыслящий инвестор не вложит деньги в лесную промышленность и переработку при таком законодательстве. Идет полное уничтожение отрасли, и у предпринимателей больше нет веры в лучшие изменения», - отметил г-н Резанов.

Общественники и предприниматели предлагают брать пример с соседней России, где приемлема сумма попенной платы – платежей для предпринимателей за пользование лесными ресурсами, существуют льготы для лесных грузов на железнодорожном транспорте. Там государство вкладывает средства в строительство лесных дорог, развитие лесных поселков.

«В Казахстане никаких льгот нет, мы сами строим дороги. А недавно некоторые представители науки предложили повысить попенную плату до 5 тысяч тенге за кубометр леса, что сразу же поставит крест на лесной промышленности, - отметил индивидуальный предприниматель-лесопотребитель из Риддера Андрей Цыкунов. – Для нас становится неподъемным сегодняшний размер попенной платы вместе с платежами лесхозу в 2,5 тысячи тенге за кубометр. Цена круглого леса на рынке - от 13 до 14 тысяч тенге за кубометр, а пиломатериалов – 22 тысячи тенге. Рынки сбыта сильно ограничены, вывоз лесной продукции за пределы Казахстана запрещен. Важно, что готовим лес в труднодоступной местности, соответственно, его себестоимость высокая, а он еще и перестойный». 

Предприниматель-долгосрочник из ТОО «Пихтовое» Риддера Анна Дерягина добавила, что «в Белоруссии лесозаготовители получают технику в лизинг по нулевой процентной ставке, а кредиты на покупку оборудования по переработке древесины им дают под низкий процент. В Казахстане вообще нет лесного лизинга, кредиты неподъемные. Для того чтобы завезти оборудование из КНР или РФ, надо заплатить в бюджет 12% НДС от его стоимости. А у нас такого и не купишь. Получается, работаем на металлоломе – технике, которой уже 20-30 лет. Над нами в России смеются, когда едем искать туда запасные части. Таких тракторов уже нет нигде».

«Давайте определимся – если наши леса неустойчивые, их нельзя рубить, то запретим все промышленные рубки. Но если мы их разрешаем рубить, для предпринимателей нужно создавать условия», - высказался предприниматель Алексей Бобошко из ТОО «Лениногорский леспромхоз».

Предприниматели говорят, что из древесины ВКО можно производить строительные материалы, щитовые домостроения, древесные плиты, целлюлозу. Но для этого нужна государственная воля. Иначе лес так и будет гнить, а бизнесмены свернут свою деятельность.

Ольга Ушакова, ВКО