DOW J 24 580,91 Hang Seng 24 266,06
FTSE 100 6 045,69 РТС 1 215,69
KASE 2 324,92 Brent 36,55
Иранская сталь беспокоит Европу: экспорт в ЕС в 2016 году составил 1,1 млн тонн

Иранская сталь беспокоит Европу: экспорт в ЕС в 2016 году составил 1,1 млн тонн

На агрессивность иранских металлургов уже отреагировали в европейской металлургической ассоциации EUROFER.

07 Март 2017 14:01 7579

Иранская сталь беспокоит Европу: экспорт в ЕС в 2016 году составил 1,1 млн тонн

Автор:

Олег И. Гусев

«Угроза со стороны Ирана является новым вызовом для ЕС», - заявил в феврале 2017 года директор ассоциации по внешней торговле Карл Тачлет.

Повод для беспокойства у Старого Света есть: экспорт иранской стали в Европу с 2013 года вырос почти в восемь раз и в 2016 году превысил 1,1 млн тонн в год, выйдя на третье место после Индии – 1,9 млн тонн, и Китая – 5,7 млн тонн. Справедливости ради надо отметить, что Европе «угрожает» не только Иран.

EUROFER еще в мае прошлого года заявлял, что ввоз горячекатаного плоского проката из Бразилии, Ирана, Сербии, Украины и России наносит вред черной металлургии Европейского Союза. 

Причем Карл Тачлет напрямую не обвиняет Иран в демпинге, а заявляет, что «иранские власти создают несправедливые преимущества для национальных производителей стали».

Очевидно, он опирался на заявление, сделанное агентству IRNA главой государственной налоговой администрации Ирана Камалем Такави Нежад: «Экспорт услуг, не нефтяных товаров и сельскохозяйственной продукции наряду с производством и горнодобывающей деятельностью негосударственных юридических лиц имеет право на освобождение от уплаты налогов на 100%. Кроме того, инвестиции в экономически слаборазвитые районы страны могут претендовать на освобождение от уплаты налогов на 10 лет», - сказал чиновник.

По данным World Steel Association, в 2016 календарном году в Иране было выплавлено 17,9 млн. т стали, что на 10,8% больше, чем годом ранее.

Глава иранской организации развития и реконструкции шахт и горнодобывающей промышленности IMIDRO Мехди Карбасиан отвергает все обвинения EUROFER и называет их необоснованными: «В прошлом году иранский экспорт достиг 4 млн тонн стали. Новый рекорд был установлен уже в нынешнем году. Поэтому сейчас некоторые

поднимают эти вопросы, потому что они теряют свою долю рынка в условиях глобального спада спроса. Я призываю EUROFER уделять должное внимание своим внутренним проблемам, вместо того чтобы выдвигать ложные претензии другим».

Мехди Карбасиан также заявил, что Иран нанял юристов, чтобы защитить страну от несправедливых обвинений.

«Кроме того, обвинители не имеют никаких доказательств в подтверждение своих голословных утверждений против Ирана», - сообщает агентство Mehr.

Являясь одним из крупнейших производителей стали в регионе, Иран, по словам главы IMIDRO, по-прежнему ориентирует своих металлургов на выплавку 55 млн тонн стали к 2025 году. Но если ранее предполагалось, что львиная доля – порядка 45 млн тонн – из них будет производиться для внутреннего потребления и только 10 млн тонн – на экспорт, то сейчас объем внешних продаж к 2025 году оценивается сейчас уже не менее чем в 20 млн тонн.

В декабре 2016 года на саммите глав государств ЕАЭС в Санкт-Петербурге президенты России, Казахстана, Кыргызстана и Армении одобрили организацию переговоров о создании зон свободной торговли (ЗСТ) с Ираном, Египтом, Индией и Сингапуром.

21 февраля 2017 года министр связи и информационно-коммуникационых технологий Ирана Махмуд Ваези на встрече с первым вице-премьером Игорем Шуваловым заявил, что переговоры Москвы и Тегерана по ЗСТ с ЕАЭС прошли успешно.

И если даже Европа обеспокоилась столь стремительной экспансией иранского металла на свой рынок, то не станет ли и для казахстанской металлургии губительным предстоящее вступление Ирана в зону свободной торговли с ЕАЭС?

По мнению главного эксперта Центра отраслевого анализа АО «Казахстанский институт развития индустрии» Турара Жолмагамбетова, ЗСТ с Ираном выгодна для Казахстана по двум причинам.

«Во-первых, это рост экспорта казахстанских черных металлов (ТНВЭД 72 – плоский прокат, полуфабрикаты и другие). Обнуление таможенных пошлин вкупе с активизацией экономики страны после снятия международных санкций с Ирана станет дополнительным фактором дальнейшего роста казахстанского экспорта.

Во-вторых, диверсификация поставщиков изделий из черных металлов на внутренний рынок РК (ТНВЭД 73 – фасонные изделия, металлоконструкция, сварные трубы). Как известно, казахстанское производство стальной продукции в основном сконцентрировано на выпуске черных металлов для дальнейшей обработки, а выпуск готовых изделий практически не развит и обеспечивается за счет импортных поставок, преимущественно российских. Вхождение иранских производителей готовых изделий на внутренний рынок РК позволит диверсифицировать импортные поставки, что благоприятно скажется для внутренних потребителей по доступу качественной и доступной по цене продукции».

Тем более что в 2016 году РК, по данным комитета госдоходов, сама экспортировала в Иран 1,025 млн тонн металлопроката, что почти на 70 тыс. больше, чем в 2015 году.

Кстати, доля «АрселорМиттал Темиртау» в общем объеме иранского импорта составляет порядка 22%.

Во время совместной пресс-конференции в октябре 2016 года с Чрезвычайным и Полномочным Послом Исламской Республики Иран в РК Моджтабой Дамирчилу директор по производству «АрселорМиттал Темиртау» Вадим Басин заявил о намерениях компании увеличить экспорт в Иран в полтора раза: «На следующий год уровень отгрузки в направлении ИРИ хотим вывести на уровень 1,560 тыс. тонн – всё это определяется требованиями рынка. Надеемся, что отгрузка будет расти и в 2017-2020 годах. А чтобы это сотрудничество было плодотворным, нам помогает правительство Казахстана: это и понижающие тарифы на перевозки, и организация банковских платежей между нашими странами».

Теперь планам АМТ поможет и само иранское правительство. Кабинет министров Ирана в начале февраля 2017 года в два раза снизил пошлины на импорт листового проката с нынешних 20-26% до 10%, а на импорт слябов тариф уменьшен с 15 до 5%. Ожидается, что решение вступит в силу в начале следующего года по иранскому календарю – 21 марта 2017 года.

Но, тем не менее, главный эксперт Центра отраслевого анализа АО «Казахстанский институт развития индустрии» Турар Жолмагамбетов предостерегает казахстанских металлургов от преждевременной эйфории:

«Однозначно нельзя исключать потенциальный риск со стороны Ирана в части конкуренции по продукции черного металла на рынке Ирана, а также по продукции готовых изделий на внутреннем рынке РК против набирающих силу новых внутренних производств. И первое, и второе зависят от качества и себестоимости продукции внутреннего производства и конкурентов, связанных с технологическим уровнем производства».

Олег И. Гусев, Темиртау

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Как реагирует нефтяной рынок на события в Иране

Своим мнением в интервью inbusiness.kz  поделился эксперт в нефтегазовой сфере Олжас Байдильдинов. 

08 Январь 2020 15:40 1164

Как реагирует нефтяной рынок на события в Иране

На фоне эскалации событий на Ближнем Востоке нефть марки Brent торгуется выше $69 за баррель, цена выросла почти на 1% в среду.

По мнению эксперта, это эмоциональная реакция рынка, не более. При этом на поставках и физических объемах она не отразится.

«Есть очень интересная тенденция: какая бы война ни была, взять тот же Ирак в начале 2000-х, события в Ливии или Венесуэлу, нефтяная инфраструктура никогда не страдает. Никто не бомбит нефтяные скважины, не разрушает нефтяные заводы, нефтепроводы. Бывает разово (…) но ни одна война не приводила к срыву поставок нефти», – говорит он.

«Цены и фьючерсы могут подрастать, но это тоже очень условный фактор, он не долгосрочный, это больше эмоциональная реакция. При этом динамика разнонаправленная –  цены на нефть растут, а акции  нефтедобывающих компаний, которые работают в Персидском заливе, падают. Поскольку есть обеспокоенность, что их объекты могут быть повреждены. По экономическим канонам акции  компаний должны расти вслед за нефтью, но такой динамики нет», – отмечает он.

 Акции мировых нефтяных гигантов, не связанных с Ближним Востоком, тоже «особо не растут».

По словам собеседника издания, на этой ситуации обогатиться могут те, кто занимается нефтью, но не относится к Персидскому заливу  напрямую. «Это США, потому что они добывают много нефти, однозначно Россия. Казахстан, к сожалению, добывает не так много, и мы не так зависимы от этих событий, поэтому я не думаю, что Казахстан может что-то извлечь. Прирост может и будет (цен на нефть), но на тенге это отразится с обратной стороны», – считает Олжас Байдильдинов.

Нестабильность в Иране в какой-то мере все же выгодна Казахстану, ведь Иран, будь там все прекрасно, может увеличить поставки черного золота на мировой рынок. Но, с другой стороны, в случае оттепели  можно надеяться на восстановление прежних своп-операций с этой страной.

«Мы занимались некоторое время своп-поставками, поставляли нефть на север Ирана, где  ее не добывают, а они отдавали нам свою нефть с учетом коэффициентов в Персидском заливе. Это было очень перспективное направление», – говорит он.

 При этом он не видит причин для развязывания Третьей мировой войны, поскольку в регионе присутствуют интересы крупных игроков – Турции, Китая, России.

Айгуль Тулекбаева

Тайны персидских мастеров станут доступны казахстанским ремесленникам

15 Март 2019 07:10 13595

Тайны персидских мастеров станут доступны казахстанским ремесленникам

Фото: Кульпаш Конырова

Посол Ирана в Астане Маджид Самадзаде Сабер рассматривает варианты обмена опытом:

«Иранская сторона предлагает организовать приезд в Казахстан известного в стране мастера, и он сможет начать обучение талантливых молодых людей. А можно, наоборот, отправить группу казахстанцев, желающих обучиться гончарному делу, либо ковроткачеству, либо росписи посуды у иранских мастеров. Вариантов много».

Еще с древних времен работы персидских мастеров поражали ценителей прекрасного из разных стран мира. Знаменитые персидские ковры, красивую посуду и ткани везли сначала по морю, затем по суше, по Великому Шелковому пути до самой Европы.

Для Казахстана, который сегодня намерен развивать туристический кластер, важно создавать качественную сувенирную продукцию ручной работы.

«Например, иранский город Киш расположен на отдельном острове с очень живописной природой. Здесь построены огромные торговые центры с товарами и изделиями со всех уголков Ирана. Попасть сюда нетрудно, надо лишь прилететь в Тегеран. С открытием прямого авиасообщения Алматы – Тегеран в летний период любой казахстанец может посетить нашу страну, тем более что у нас для граждан вашей страны введен облегченный визовый режим. Виза открывается прямо в аэропорту в момент прилета», – продолжает дипломат.

Организация шоп-туров с туркомпаниями также может развивать экономику двух стран. Посол Ирана в Казахстане готов рассмотреть любые предложения от казахстанских бизнесменов казахстанским товарам зайти на иранский рынок.

«Население нашей страны составляет 83 миллиона человек, что делает наш рынок весьма привлекательным. Казахстанские компании могут принять участие в постоянно проводимых ярмарках-выставках, где они смогут провести переговоры не только с иранскими бизнесменами, но и других стран», – добавил Маджид Самадзаде Сабер.

Что касается других сфер сотрудничества, то их несколько. Это сельское хозяйство, в частности помощь в выращивании сельхозкультур на юге Казахстана, поставки иранских фруктов, фисташек, фиников, строительство автомобильных дорог, нефтехимия, добыча медной руды и ее переработка.

Однако, по словам дипломата, есть ряд барьеров, которые затрудняют приход иранских инвестиций в экономику Казахстана. Это сложности с получением казахстанской визы для иранских бизнесменов. До сих пор есть ограничения по сумме при переводе денег в казахстанских банках.

Наш разговор зашел о проблемах, с которыми столкнулась одна из иранских компаний, принимавшая участие в прокладке автомобильной трассы Астана – Павлодар. Она вынуждена была прекратить свою работу в Казахстане.

«Главная причина – это девальвация национальной валюты – тенге, поскольку такие компании финансируют многие свои расходы в иностранной валюте. Еще одна причина – географические особенности и климатические трудности Казахстана, что также привело к тому, что стоимость реализации некоторых из этих проектов значительно превысила первоначальное соглашение, заключенное в тенге», – рассказал дипломат.

Все это привело к невозместимым потерям и убыткам. Тем не менее, по его словам, обе стороны – казахстанская и иранская – продолжают попытки найти решение данной проблемы.

Посол напомнил, что для обеих стран есть важные факторы для сохранения и расширения взаимовыгодного сотрудничества. Во-первых, это географическая близость Казахстана к Ирану. Во-вторых, наличие транзитных и транспортных возможностей для выхода через Казахстан в Китай и на Дальний Восток России и обратно. А для Казахстана Иран важен как транзитная точка для выхода со своими товарами, в частности с зерном, на многомиллионный рынок стран Персидского залива.

По словам Маджида Самадзаде Сабера, Иран в дополнение к уже действующему элеватору в морском порту Амирабад построил еще два элеватора в порту Анзали. Это станет подспорьем для выполнения трехстороннего соглашения о торговле пшеницей, которое было подписано в начале февраля текущего года между Ираном, Казахстаном и Россией.

«Учитывая важность для Казахстана и России импорта своего зерна, а также его транзита в другие страны Персидского залива, в феврале 2019 года были построены элеваторы общей мощностью в 45000 тонн перевалки зерна в порту Анзали на побережье Каспийского моря», – сообщил посол.

Он добавил, что росту товарооборота также помогает и запущенная в эксплуатацию железная дорога Казахстан – Туркменистан – Иран. По ней из Ирана везут в основном строительные материалы. Из Казахстана – зерно.

Кульпаш Конырова

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: