/img/tv1.svg
RU KZ
Адильхан Ержанов: «Я хотел создать крепкий сюжет»

Адильхан Ержанов: «Я хотел создать крепкий сюжет»

Казахстанский кинорежиссер о фильме «Черный, черный человек».

08:21 07 Февраль 2020 13816

Адильхан Ержанов: «Я хотел создать крепкий сюжет»

Авторы:

Динара Куатова

Мария Галушко

В массовый казахстанский прокат вышел фильм Адильхана Ержанова «Черный, черный человек». За свое творение казахстанский режиссер получил «азиатский Оскар» в номинации «Лучший режиссер». В интервью корреспонденту inbusiness.kz Адильхан Ержанов рассказал о том, что стало определяющим для сюжета, почему он не ждет больших сборов в прокате, и готовности казахстанского зрителя к авторскому кино.

– Адильхан, Вы являетесь сосценаристом этого фильма. Почему была выбрана именно эта история? Что вас вдохновило на ее создание?

– Наверное, как и любому кинематографисту, мне нравится Альфред Хичкок и его формула саспенса (Саспенс» (англ. suspense) – беспокойство, приостановка, а латинский глагол suspendere переводится как «подвешивать»). Я всегда мечтал сделать фильм, где саспенс будет определяющим для сюжета. Когда-то я прочитал рассказ американского автора, о человеке, которого собираются линчевать. Мне показались интересными взаимоотношения полицейского и местного жителя, которого пытается защитить шериф. Мне же захотелось немного другой истории, где весь фильм главный герой находится между дилеммой – убивать или нет. Я подумал, что если смогу показать метаморфозу героя, его эволюцию, то выполню свою задачу. А остальное было уже дело техники. При переносе подобного сюжета на наши реалии, естественно, появляется и социальный фон, и какая-то правда жизни. Но изначально у меня не было цели сделать социальную историю, я хотел создать крепкий сюжет.

– В чем уникальность этой кинокартины для Вас, как для режиссера?

– Конечно, подобных сюжетов было много, и я не думаю, что изобрел что-то новое в эстетике. Свою работу оценить сложно, но самое оригинальное, что есть в картине, на мой взгляд, это дуга характера главного героя, его развитие. Все концентрируется на нем. Неотрывно мы следим за тем, как в подробностях, детально меняется его характер. При этом главный герой явно нигде не показывает своих изменений. Все происходит внутри, в подтексте. Сюжет фильма классицистский, с некоторыми нарушениями, но единство места, времени и действия остается. Мы не переключаемся ни на что другое и идем вслед за персонажем.

– В «Ласковом безразличии мира» художественная реальность вкраплена в настоящую жизненную реальность. В детективной истории «Черный, черный человек» также уживаются два этих мира?

– Это более реалистичное по форме кино. Здесь нет той доли условности, которая присутствовала в «Ласковом безразличии мира». Но в самой эстетике фильма есть какой-то намек на то, что фильм является фильмом. В этом смысле есть некий постмодернизм. И, мне кажется, я уже ни в одной работе не смогу избавиться от этого налета условности. Я думаю, любой фильм должен обладать какой-то условностью. Кино без стиля – это не очень интересно.

– Каков бюджет фильма? Он снимался полностью на инвестиции Astana Film Fund или в нем также есть доля участия других финансовых источников?

– Бюджет фильма – $50 тыс., и это полностью инвестиции Astana Film Fund. Мне кажется, это один из самых маленьких бюджетов в нашем казахстанском производстве. Мы выиграли питчинг на Almaty Film Festival и благодаря этому сняли фильм.

– Сколько времени заняло создание фильма?

 Над сценарием я думал очень долго. Первая сценарная наработка была лет пять назад. Это была совсем другая история. Единственный фабульный стержень, который остался, это то что местного дурочка пытаются линчевать. Дальше все развилось в историю о следователе. Где-то за три месяца я доработал сценарий. Снимали фильм в течение месяца, из них 11 съемочных дней. Съемки шли через день. В промежутках готовились и репетировали.

– На какой охват аудитории вы рассчитываете?

– Мне кажется, для аудитории это непривычный жанр. Все-таки зритель, вообще, не очень любит мрачные фильмы, и не только в нашей стране. В той же Италии с американскими фильмами могут конкурировать только солнечные комедии. Если там такая проблема, то нашему зрителю это тем более простительно. «Черный, черный человек» со своими особенностями и может не понравиться большой аудитории, и не собрать бюджет, как настоящие коммерческое кино. Это мой пессимистичный прогноз. Но я надеюсь, что хоть какая-то часть аудитории посмотрит картину. Наш зритель достаточно образован, но, возможно, дело в том, что у нас еще не сформировалась культура просмотра авторского кино. Также база кинотеатров, где показывают такие фильмы.

– По Вашим ожиданиям, сколько картина соберет в прокате? Как Вы считаете, она окупится?

– «Ласковое безразличие мира» собрал смешные деньги, около 200 тысяч тенге. Я думаю, «Черный, черный человек» соберет немного больше. Но это мой пессимистичный прогноз. Я не очень верю, что снял картину, которая станет хитом. Зато верю в то, что те зрители, что посмотрят ее, найдут что-то интересное для себя. Оценить окупаемость фильма смогут только дистрибьютеры, но я думаю, даже бюджет в $50 тыс. будет сложно окупить.

– Кинокартина Сергея Дворцевого «Айка» не окупилась, но получила признание на Каннском кинофестивале и считается одним из шедевров мирового кино. Его можно назвать художником, который занимается творчеством. Сейчас режиссер оказался в сложной ситуации. Фильм не стал кассовым, и у него образовались долги. Вы, наверное, знаете об этой ситуации. Насколько важно, чтобы государство поддерживало подобные авторские фильмы?

– То, что делает Дворцевой, это область культурного кинематографа, произведение искусства, которое должно поддерживаться государством, как музеи, балет. Если такое искусство не будет финансироваться государством, то исчезнет. Во всех странах Европы авторские фильмы финансируются государством.

– В Казахстане создан Государственный фонд национального кино. Как вы считаете будет ли это способствовать развитию казахстанского кинематографа? Насколько он будет эффективен? Казахфильм, например, таким назвать нельзя. По данным счетного комитета, больше половины снятых там фильмов не выходят в прокат.

– По аналогии с европейскими фондами, конечно, это должно способствовать развитию. В таких фондах есть комиссия, отчего возникает какой-то плюрализм мнений. Есть рыночная конкуренция прозрачность, а это всегда хорошо. Фонд работает первый год, и результаты уже есть. Составлен определенный список фильмом. Мы точно знаем, кто финансируется и в каких жанрах. Среди них есть авторское и коммерческое кино. И эта первая ласточка меня радует.

Даже на голливудских студиях, примерно половина фильмов и может быть больше, не видит проката. Это нормальный процесс. Какие-то фильмы оказываются не прокатными, какие-то незавершенными и ждут дофинансирования.

– Поделитесь своими планами. Над чем вы сейчас работаете?

– Я готовлю два проекта. Один на частной студии, один на Казахфильме. Надеюсь, что в конце этого года и начале следующего мы их увидим. Они будут отличаться от того, что я делал раньше. Мне кажется нет смысла делать то, что ты уже сделал, надо пробовать новое.

Мария Галушко, Динара Куатова

Санжар Мади: Никому не нужных зарубежных актеров в Казахстане боготворят

21 Октябрь 2020 08:03 2483

Почему казахстанским актерам платят меньше, чем зарубежным.

Подобострастие перед приглашенными из-за рубежа актерами, пренебрежение в отношении к казахстанским, бесконечные попытки заработать на избитых темах и жанрах, и «испанский стыд» перед мировыми киногигантами, решившими снимать в Казахстане. В весьма эмоциональном интервью корреспонденту Inbusiness.kz актер Санжар Мади обозначил главные пробелы в отечественном кинематографе. Добавим, что Санжару, вот уже который год удерживающему статус секс-символа казахстанского кино, есть с чем сравнивать. В его фильмографии немало работ с зарубежными режиссерами. И вот там дела обстоят совсем иначе…

Санжар, киноиндустрия Казахстана в последние месяцы, пожалуй, чаще, чем какая-либо другая, посылает сигналы SOS. Это и финансовые потери владельцев кинотеатров, замороженные проекты режиссеров, уверена, не лучше дела все эти карантинные месяцы обстояли и у актерской братии. Как пережили ограничения, какая занятость у Вас сегодня?

Да, здесь нужно смотреть, скорее всего, по уровням, потому что в самом начале карантина было, как и у всех, наверное, жуткий дефицит работы, а точнее, полное ее отсутствие. Потом вторая волна, точнее, не волна, а вторая часть карантина – тогда уже потихонечку стали просыпаться, бизнес стал возвращаться в более или менее свое первоначальное русло, и вот сейчас третий этап – если честно, вообще нет свободного времени, как только открыли границы, я даже успел слетать в Венецию. Сейчас на подходе Москва и другие российские города. Я могу сказать, что у меня сейчас очень много работы. Слава Богу.

Расскажите, что это за проекты, в которых Вы сегодня заняты? Сколько их? В каких странах снимаетесь?

На данный момент у меня три проекта идут параллельно, четвертый на подходе. Готовится российский сериал, к сожалению, пока не могу сказать название, я должен полететь на днях в Москву, подписать документы. Скажу лишь, что это очень крупный и долгосрочный российский сериал. Все остальное пока тайна. Второй проект называется «Тамыр» – это казахстанский проект про войну с участием российских актеров – Алексей Бардуков там снимается, например, Дина Тасбулатова, я, еще, может быть, другие актеры, с кем мы еще не пересекались на площадке. Съемки планируются в Беларуси, сейчас также ждем, когда можно будет туда вылететь.

То есть дела у казахстанских актеров налаживаются. Или только у Вас?

У половины моих коллег возобновились съемки, и я очень рад за них. Не знаю, за всех, конечно, не могу сказать, но у большинства – точно. Единственное, сейчас большая проблема – это перелеты. Эти бесконечные сдачи ПЦР-тестов, не все рейсы открыты. И не все рейсы удобные: один раз в неделю, один раз в два дня – все это не очень хорошо.

Работа есть, и это радует. Теперь вот кинотеатры открываются, после долгих ожиданий, стрессов, которые пережили их владельцы, после долгих обсуждений на разных уровнях. Вы принимали участие в акции по поддержке кинотеатров, в подписании и продвижении петиции?

Да, я помогал, распространял эту петицию среди своих подписчиков. Я, конечно, до сих пор не могу понять причину, почему так долго не открывали кинотеатры. В самом эпицентре коронавируса – в Италии, когда она была закрытой для всех иностранцев и нас впустили только по специальному письму, мы смотрели фильм в кинотеатре. То есть если люди, которые отвечают за закрытие, они руководствуются какими-то мировыми стандартами, мировыми примерами, вот, пожалуйста, вам пример.

А в самой отрасли между тем пытаются решить давние вопросы. Одна из последних новостей: Государственный центр поддержки национального кино выступил инициатором создания Ассоциации кастинг-директоров, которая займется защитой интересов актеров. Как считаете, такая структура нужна?

Я не совсем понимаю, насколько Ассоциация кастинг-директоров относится к защите актеров, потому что изначально необходимо было создавать Гильдию актеров, которая должна была защищать сама себя. А вот с точки зрения кастинг-директоров… мне надо просто почитать регламент, понять, чем она займется конкретно. Конечно, звучит все это очень красиво, но как будет выглядеть на деле? Потому что спасение утопающих – дело рук самих утопающих, и, если брать во внимание актеров, их должны защищать те люди, которые заинтересованы защитить самих себя, как мне кажется. А с позиции кастинг-директоров – они только отбирают актеров, а как они будут их защищать – не знаю, пока сложно мне сказать.

Давайте я Вам обозначу несколько тезисов, а Вы согласитесь с ними либо опровергнете. Главное, о чем говорят казахстанские кастинг-директора, – то, что отечественных актеров нужно тарифицировать согласно уровню их медийности, опыта и образования и не давать в обиду режиссерам и продюсерам, которые нередко позволяют некорректное отношение к актерской профессии. Как считаете, это актуально для Вас?

Безусловно, конечно, это все очень правильные вещи. Добавлю. Есть еще такие подводные и не совсем разглашаемые вещи, как когда не все кастинг-директора, совсем небольшое их количество, но они берут какой-то процент с актеров за то, что они их как бы продвигают. Хотя на самом деле там все это под вопросом. Мне кажется, с этим тоже надо бороться. С точки зрения самих кастинг-директоров, я уверен, что новой ассоциации нужно будет провести чистку внутри, чтобы наделить эту структуру какими-то полномочиями, дабы не спровоцировать еще большую внутреннюю коррупцию. Я сам пытался с этим бороться, но опять-таки я один, а не все актеры имеют достаточную силу воли, чтобы сказать кастинг-директорам: нет, я вам платить не буду, я и так получаю копейки. Увы, актеры сегодня готовы проглотить эту горькую пилюлю. А в целом да, я согласен. Касательно некорректного отношения – это огромная проблема, когда к отечественным актерам даже наши отечественные режиссеры относятся не с таким уважением, как если бы они позвали зарубежных. Может быть, даже тех же российских, второстепенных актеров, которые там никому не нужны, а здесь к ним относятся как к богам, а нас просто ни во что не ставят, я бы с этим тоже начал бороться. Как всегда – разноплановость наших гонораров, когда говорят, вот, типа гость приехал, и хотя, повторюсь, там он уже давно никому не нужен, но ему всегда платят больше, чем казахстанцу.

А если более предметно по гонорарам, Санжар, на Вашем опыте, сколько составляет средний актерский гонорар в Казахстане и сколько он составляет в той же России, чтобы был понятен разрыв?

На данный момент я, к сожалению, в рамках моих контрактов с моими агентами не имею права разглашать какие-либо цифры. Но я могу сказать на примере 2013-2014 годов, когда я снимался в фильме «Охота за призраком», тогда у меня не было контрактов, могу разглашать. Там примерный гонорар был от $350 до $500 за съемочный день. Это в среднем прямо супермаксимум, притом что российские актеры получали $1500, а приглашенная звезда из Америки около $150-200 тысяч за весь фильм. Теперь понимаете разброс? Хотя мне плакали и клялись, что денег вообще нет и мы не можем тебе платить столько, сколько ты хочешь, при этом я играл главную роль.

Да, это неприятно. Согласитесь, такое отношение может основываться, в принципе, на положении дел в самом кинематографе Казахстана. Получается, не так сильно сегодня в почете казахстанское кино?

В первую очередь надо понимать, что рынок локальный и его нужно все-таки расширять. Не нужно подстраиваться под менталитет, ведь изначально кино снималось для того, чтобы расширять кругозор зрителя. Но, к сожалению, мы стали показывать то, что человек уже видел, к чему привык и за что он будет платить деньги. Нет никакой идеи показать что-то новое. Мне кажется, это самая большая проблема. Дальше. Кино – это в любом случае и бизнес, и творчество. То есть самое важное – найти золотую середину, если мы говорим о коммерческом кино. И в этом плане кинотеатры тоже должны идти навстречу, показывать прозрачность продажи билетов. Я слышал, что с этим тоже большие проблемы, мы еще не подключены к мировой системе, где любой желающий может зайти и посмотреть сколько билетов было продано. Поэтому очень тяжело работать в этом плане с международными проектам, нам говорят: пока у вас не появится эта прозрачность, мы уверены, что у вас идет огромная коррупция, мы не сможем отследить ничего. И третья проблема – это опять-таки проблема коммуникаций, проблема того, что очень много ребят из-за рубежа хотят приехать, Warner Bros и так далее, это было еще до пандемии, так они нам говорили: мы приезжаем, у вас нет никаких возможностей даже к Интернету подключиться, за городом нет ни одного нормального отеля и так далее. Это такие элементарные вещи, к которым мы привыкли, что их нет, а ребята из-за рубежа, инвесторы – для них это имеет большое значение. Поэтому надо поднимать общую культуру, туризм, и тогда кино будет не просто расти, оно будет развиваться огромными шагами.

Я знаю, что Вы также вносите свой вклад в развитие казахстанского кино. Вы запустили актерские курсы. В чем Ваша миссия, как автора этих курсов: предпринимательская, то есть заработать на этом, или все-таки Вы за то, чтобы передать опыт, воспитать новое актерское поколение и тем самым насытить индустрию хорошими кадрами?

Изначально, да и на данный момент, у меня был больше альтруизм, потому что я хотел, чтобы люди развивались, обучались и понимали, что такое профессия актера. И никогда не было, до сегодняшнего дня и сейчас нет такого супержелания заработать. Это не тот бизнес, где можно заработать баснословные деньги. Просто я дошел до такого состояния, до такой кондиции, когда я могу поделиться опытом, у меня есть желание, возможность, инструменты есть. И я могу сказать, что вчера мы делали первый спектакль, выпустили первый курс, пригласили кастинг-директоров, коллег наших. И сегодня уже приходит фитбэк, что кастинг-директора присмотрели пятерых актеров на свои проекты. Для меня это лучшая награда. Я хочу, чтобы мои студенты дальше развивались, и я хочу им помочь в этом максимально. Причем развивались в любом направлении. Почему-то многие считают, что, если ты записался на актерские курсы, курсы актерского мастерства, ты обязательно должен стать актером. Это не так. Есть несколько групп, где действительно ребята мечтают стать актерами, а есть те, кому это необходимо для собственного развития. То есть они работают в банках, работают на предприятиях каких-то, у них не получается красиво и правильно излагать свои мысли, при этом они смущаются, сковываются. Актерские курсы, ораторское мастерство очень сильно им в этом помогают.

Мадина Ерик


Подписывайтесь на Telegram-канал Atameken Business и первыми получайте актуальную информацию!

Бибигуль Суюншалина: «В 15 лет я зарабатывала больше, чем сейчас»

20 Октябрь 2020 08:17 3747

«Смешные пандемийные гонорары» – почему казахстанские актеры предпочитают сниматься за границей.

О защите актерской профессии заговорили в Казахстане. Киноцентр инициировал создание Ассоциации кастинг-директоров, которая займется решением проблем киноартистов: низкие гонорары, условия съемок, практически полная невостребованность в карантинный и посткарантинный периоды. Актриса Бибигуль Суюншалина, которая в последние годы успешно снимается и в Казахстане, и в России, в интервью корреспонденту Inbusiness.kz рассказала о главных бедах казахстанского актера и объяснила, почему ей хочется сниматься больше у российских режиссеров.

Бибигуль, давайте поговорим о Вашей занятости на сегодняшний день, как пандемия сказалась на актерской профессии в Казахстане, есть ли у Вас сейчас проекты?

Если говорить о периоде с начала пандемии, то у меня сорвалось где-то пять проектов. Из них три в Москве. Это полнометражный фильм и главная роль, сериал – одна из главных ролей, сорвалась передача, в Казахстане – полнометражный исторический фильм. И если первые три проекта сорвались из-за пандемии, где-то отложили съемки на год, в другом сократили количество персонажей, то полнометражный фильм «Кажымукан» для меня закончился по причине моей болезни, то есть я сама заболела коронавирусом и не смогла участвовать в съемках. И это тоже последствие пандемии для меня в моей карьере. Так что по-разному сказалось.

Насколько это критичное, непривычное положение дел для Вас? Профессия актера, она ведь, в принципе, не предполагает стабильность… Сравним востребованность в докарантинное время и после?

У меня никогда не было такого большого перерыва в работе. То есть у меня всегда или хотя бы раз в четыре месяца был хороший проект – или в России, или в Казахстане. Если здесь ничего интересного не было, я уезжала в Россию. А уж тем более в этот сезон – чаще всего снимают кино летом и в первую половину осени. То есть всегда работа была, а сейчас, конечно, намного меньше проектов, к сожалению. Но конкретно в данный момент у меня есть проекты, есть занятость.

У Ваших коллег такая же ситуация?

Я думаю, да, хотя, возможно, не у всех. Вот те, кто работает в казахскоязычных сериалах, у этих актеров, наверное, работа есть.

Бибигуль, а если без проекции на коронавирус давайте поговорим в целом о состоянии киноотрасли в Казахстане – какую оценку работы нашей индустрии кино Вы можете дать?

На мой взгляд, самая большая проблема – это кинопрокат. У нас очень много нечестных кинотеатральных сетей, которые дают неправильные цифры кинопрокатчикам. Я слышала о таких ситуациях от коллег не раз, о том, что они отправляют заниженную отчетность, якобы зал был пустой, при этом ставят по шесть сеансов этого фильма в день. Ну так же не бывает – фильм, на который зритель не идет, кинотеатры не будут крутить по шесть-семь раз ежедневно. А они отправляют нули, что в зале никого не было, полупустые, хотя заполняемость высокая. Это очень серьезная проблема. Второе – вопрос борьбы с пиратством, которой сегодня активно поднимает Государственный центр поддержки национального кино, насколько я знаю. И я думаю, если хотя бы эти две глобальные проблемы решить, казахстанскому кинематографу станет намного легче. Потому что у нас и так небольшой рынок. Для того чтобы фильмы больше собирали в прокате, нужно, конечно, чтобы честно кинотеатры отчитывались, и, повторюсь, если будет меньше пиратства, мы сможем зарабатывать на онлайн-платформах. И вообще, я считаю, что Казахстану нужно выходить хотя бы на рынок Средней Азии, тот же Узбекистан, Кыргызстан. Было бы здорово, если бы какие-то проекты появились в ближайшее время с нашими ближайшими соседями. Я не говорю про Россию, там очень закрытый рынок, насколько я знаю, для кинопроката. Но у нас есть соседи – узбеки, киргизы, да даже таджики, если хотя бы на эти страны Казахстан будет показывать фильмы, уже гораздо лучше будут обстоять дела в нашем кинематографе. Еще один вопрос, который бы хотелось поднять в разговоре о развитии киноиндустрии, – беспредел, который сегодня происходит относительно переработок актеров. Бывают такие продакшены, в которых люди работают по 15-16 и более часов в день, и продолжают это делать, не требуя при этом какую-то дополнительную оплату за переработку. Потому что цепляются за свою работу и не хотят потерять место. Мне кажется, это совершенно неправильно. Как-то нужно регламентировать максимальное количество часов работы в киноотрасли. Когда человек работает большую часть своей жизни и при этом не получает денежное поощрение – это плохо. И было бы здорово, если бы государство взяло этот вопрос под контроль.

Но пока кинотеатрам, как говорится, не до отчетности. Согласны ли Вы со мнением, что сегодня вокруг кинотеатров сложилась вопиюще несправедливая ситуация, когда уже работают рестораны, кафе и театры, а кинотеатрам все равно выставляют запрет на открытие?

Я не понимаю вообще, как это возможно и чем отличается кинотеатр по социальной дистанции от какого-нибудь бара, забитого под завязку, или того же театра, я не знаю. Может, это какой-то заговор. Честно, ни я, ни мои коллеги, никто не может понять, почему кинотеатры до сих пор не открывают.

Бибигуль, совсем недавно стали говорить о создании Ассоциации кастинг-директоров. Как обещает киноцентр, ассоциация будет решать главные проблемы казахстанских актеров. А в их числе некорректное отношение к актерам со стороны авторов картин, когда режиссеры позволяют резать актерские гонорары, например… Что думаете?

Да, но только это делают не режиссеры, а чаще продюсеры. Во-первых, я считаю, что, конечно, база кастинг-директоров и актерская база должна быть единой. То есть я, например, как продюсер, столкнулась с такой проблемой – снимала фильм короткометражный, мне нужны были актеры, я не нашла такого ресурса, где я бы могла просмотреть анкеты людей в Интернете и самостоятельно их вызвать. Мне пришлось обращаться к своим знакомым, друзьям, и я считаю, что это неправильно. Много красивых сайтов, но нужной информации нет. Хотя у меня самый простейший, элементарный запрос: мне нужна была в Казахстане женщина 25-30 лет, самый ходовой возраст, азиатской внешности, и я не нашла. Будет здорово, если такая база появится. И вообще, я считаю, что казахстанским киноактерам, так же как и всем в кинопрофессии, нужно объединяться в профсоюзы по примеру России и не позволять демпинговать по ценам, то есть должно быть так – определенная медийность, равно определенный гонорар. И никто не должен спускать ниже. Поэтому я поддерживаю инициативу киноцентра сделать тарификацию актеров. У нас у всех должны быть одни интересы, когда есть социальная защищенность, и, безусловно, все это повлияет только положительно на рынок. Непрофессионалы таким образом отсеются, останутся люди, которые действительно из профессии.

А как в целом Вы оцениваете уровень актерского гонорара в Казахстане?

Он достаточно низкий. Особенно эти пандемийные гонорары – они вообще смешные. Я когда начала работать в 15 лет, я тогда больше зарабатывала, чем сейчас.

Можно ли думать, что Вы поддерживаете идею штрафов и денежных наказаний продюсеров и режиссеров, если им захочется обидеть актера?

Нет, здесь нужно разбираться. Здесь должны не продюсеры страдать, продюсер распределяет тот бюджет, который есть. И, если у него на съемки сериала выделен копеечный бюджет, он не может при всем своем желании создать хорошие условия актеру. Это должно с более высоких кругов начинаться. С проблемы инвестирования, нужно активно подключать больше в кинематограф частный бизнес, или речь может идти опять-таки о государственной поддержке. Но деньги в отрасли должны быть, чтобы можно было нормально платить актерам. Другой момент – когда деньги распределяются неправильно, бюджет выделен был один, а до исполнителя доходит только 30% от этого, конечно, нужно искоренять, по крайней мере для государственных проектов точно. Если это частное инвестирование, то это уже дела их самих, я думаю. Очень много историй, когда денег зарабатывают много, продюсеры фильм отбивают, но кому-то не платят. А у наших людей нет привычки судиться. Вот буквально недавно слышала такую историю, не хотелось бы называть имена, но такое случается постоянно, к сожалению.

А Вам известно, как сейчас обстоят дела с частным инвестированием в казахстанское кино?

Честно говоря, нет. Для меня это новая сфера, я только начинаю работать как продюсер, и с этим пока не сталкивалась, и не хотела бы сталкиваться, пока определенного опыта не наберусь, потому что это, бесспорно, достаточно опасно и рискованно. Одно дело, когда это государственный проект, если он отбивается, то хорошо, если нет – в любом случае нет личной ответственности. А если это конкретный человек вкладывает свои деньги – тебе нужно будет перед ним отчитаться. И я к этому пока не готова.

Бибигуль, резюмируя все, о чем мы с Вами поговорили, интересно вот что – скажите откровенно, видите ли Вы в казахстанском кино свое будущее?

Честно говоря, я надеюсь, что в ближайшее время я буду больше работать за границей, с Россией по крайней мере. Потому что с тем, сколько платят в данный момент здесь, я не вижу больших перспектив для себя. Это какая-то определенная жизнь, я бы даже сказала, определенное существование. Может быть, эта ситуация изменится, я надеюсь.

А насколько российское кино открыто и лояльно к казахстанским актерам? Насколько нашим артистам реально попасть в российское кино?

Когда в России работаю, я не чувствую какого-то притеснения или каких-либо проблем. Там судят человека по его профессионализму, и нет никакой разницы, откуда он. В Москве не так легко, в принципе, найти кого-то из Москвы. Это город, состоящий из тех, кто туда приезжает со всех регионов СНГ, и удивить кого-то тем, что ты из Казахстана, или Кыргызстана, или из какого-то маленького провинциального российского городка, никто не обращает на это внимания. Имеет значение только то, как ты работаешь, и все.

Мадина Ерик


Подписывайтесь на Telegram-канал Atameken Business и первыми получайте актуальную информацию!