Елена Бахмутова: «Банки будут улучшать процессы после AQR, но сможет ли бизнес соответствовать ожиданиям?»

Елена Бахмутова: «Банки будут улучшать процессы после AQR, но сможет ли бизнес соответствовать ожиданиям?»

Надо сконцентрироваться на этом, иначе кредитовать будет некого.

04 Март 2020 08:00 4765

Елена Бахмутова: «Банки будут улучшать процессы после AQR, но сможет ли бизнес соответствовать ожиданиям?»

Автор:

Елена Тумашова

Фото: Sputnik Казахстан

Так ли страшен AQR? «С пылу с жару» эксперты обсудили оценку качества активов банковского сектора, результаты которой регулятор представил в пятницу, 28 февраля.

Напомним, процедуру ОКА прошли 14 банков, их совокупная доля – 87% по активам и 90% по ссудному портфелю. По итогам первого этапа, результаты которого представили 30 декабря прошлого года, потенциальные корректировки по дополнительному основному капиталу оценили в 450 млрд тенге. По итогам второго этапа цифру снизили на 21 млрд тенге, до 429 млрд тенге, при этом более 180 млрд тенге банки уже урегулировали самостоятельно за счет доформирования провизий, погашения задолженности заемщиков, принятия дополнительного залогового обеспечения по займам.

МСФО 9 требует зрелости рынка и банков

Жанат Бердалина, выступившая в роли модератора дискуссии на СFO SUMMIT 2020, предложила поговорить о том, зачем проводился AQR, как проходила эта процедура и что делать с результатами.

И задала первый вопрос Равшану Ирматову, партнеру KPMG в России, CFA (дипломированный финансовый аналитик): «Дайте аудитории представление о том, что такое AQR по методике и, если можно, поскольку Вы сейчас работаете в Москве и у Вас большой опыт по финансовым организациям СНГ, как это было принято в ближнем зарубежье – Украине, Белоруссии?».

Напомним: для проведения оценки качества активов был привлечен консультант – Oliver Wyman, аудиторы из «Большой четверки» и другие аудиторские компании.

«Проект действительно уникальный, потому что ставил целью охватить огромное количество аспектов деятельности банка», – начал Равшан Ирматов, отметив, что делится мнением как непосредственный участник, сделавший вместе с командой большой объем работы и увидевший процесс изнутри.

Три аспекта спикеру показались значимыми и интересными. Первый касается методологии AQR. Регулятор сознательно выбрал методологию Европейского центрального банка. Почему?

МСФО 9 вызывает споры, и они вытекают из самой его природы. Этот стандарт, сложный и неоднозначный, в нем прописаны общие принципы, но не действия в конкретных ситуациях. Предполагается, что и рынок, и организация, которая принимает этот стандарт, достаточно зрелы для его понимания и использования.

«Методика ЕЦБ уменьшает степени свободы, которые заложены в МСФО 9. И, кроме того, все аспекты, которые касаются оценки кредитного риска и рисков финансового института, проходят через регуляторный фокус – как регулятор осторожно и консервативно смотрит на эти вопросы. С этой точки зрения методика ЕЦБ была адаптирована под казахстанские реалии, дополнена, где-то углублена и хорошо отвечает на этот вопрос», – пояснил эксперт.

«Кровопролитно» и со скепсисом, но банки смогли

Второй аспект, привлекший внимание представителя KPMG, связан с тем, что проверки регулятора или аудитора – это то, что происходит между субъектом и объектом и скрыто от посторонних глаз.

«В случае с AQR процесс был выстроен в виде трех линий защиты: сначала банк проверяла банковская команда, потом банковскую команду проверял регулятор, потом был независимый консультант, который анализировал результат. В результате процесс оказался прозрачным просто в силу того, что в него было вовлечено огромное количество разных участников», – поясняет Равшан Ирматов.

Третий аспект, который он отмечает, – вопрос данных и их качества. Данные становятся важной частью бизнеса, основным активом для банков, процессы диджитализации идут, однако не всегда БВУ способны сходу, без подготовки, предоставить ту или иную информацию.

«Но выясняется, что если регулятор ставит задачу – собрать такие-то данные в такие-то сроки, то банки выполняют ее в должном объеме и качестве. Да, это было достаточно трудозатратно и даже «кровопролитно». И был скепсис, что это возможно, что банки предоставят все запрашиваемые данные. Но они это сделали, и это произвело на меня впечатление», – делится спикер.

С этой точки зрения, на его взгляд, AQR стал ценным упражнением для самих банков. Им нужно капитализировать этот процесс, развивать дата-сет, который они подготовили для регулятора, причем делать это чаще и продолжать работать над его качеством.

Почему именно сейчас?

«Почему весна 2019 года (1 апреля 2019 года избрано как отчетная дата. – Ред.)? Вроде бы уже произошла сделка БТА-ККБ. Мы уже поняли, что можно двум медведям в одной берлоге жить, главное, чтобы берлога была большая. Создали Фонд проблемных кредитов, вывели часть проблемных кредитов за банковскую систему. Какую ситуацию вы хотели определить или какой статус-кво подтвердить по ситуации в банках?» – обратилась модератор к первому заместителю председателя Агентства РК по регулированию и развитию финансового рынка (АРРФР) Олегу Смолякову.

Он согласился: к моменту проведения AQR в 2019 году регулятор вместе с финансовой системой уже прошли определенный этап, было оздоровление крупных институтов, и в целом масштаб проблемы уменьшился. В 2018 году в казахстанскую практику был внедрен стандарт МСФО 9, а вся методология AQR базировалась на нем. Банки впервые подготовили отчетность по этому стандарту (за 2018 год), и процесс ее валидации был закончен как раз к 1 апреля 2019 года.

«Нам было важно, чтобы мы на начальном этапе внедрения МСФО 9 определили для себя и показали финансовым институтам те области, на которых следует сконцентрироваться. Для нас как для регулятора задача – не допустить возникновения ситуаций, когда из года в год, а, может быть, и десятилетиями на какие-то вопросы не обращается внимания, а потом это требует радикальных решений», – пояснил представитель регулятора.

И добавил, что банки достаточно успешны в применении 9-го международного стандарта финансовой отчетности, многие политики и процедуры уже внедрены в банковской системе.

Нужны перезагрузка и изменение подходов

Присутствовавшим в зале участникам форума предложили ответить на вопрос: «Начнет ли AQR эру прозрачности в банковском секторе?».

Проголосовало 124 человека, из них 6% выбрали ответ «Что такое AQR?», 23% – «Да, слишком много привлечено ресурсов и внимания, чтобы это ни к чему не привело». 13% ответили: «Нет, всех устраивает текущее положение, AQR просто формальность» и 58% – «Нет, проблемы банковского сектора на самом деле глубже и сложнее».

«58% проголосовавших, а здесь сидят люди из финансового сектора, придерживаются позиции, что все плохо. Но AQR как раз и призван оценить проблемы, сделать срез. И, тем не менее, мы все равно ему не верим. Если же мы не верим его результатам, тогда чему мы готовы поверить? Недоверие сидит внутри нас. Наверно, трансформироваться нужно не только банковской системе и экономике Казахстана, но и каждому человеку», – прокомментировала результаты опроса председатель совета Ассоциации финансистов Казахстана Елена Бахмутова.

Она поясняет: безусловно, сам AQR автоматически ничего не изменит. «По щелчку не бывает революций. Тем более в экономике и финансах. А что нужно делать? В отчете есть вывод: требуется системная трансформация деятельности и банков, и регулятора. Это и есть стартовая точка, – считает она. – Теперь вопрос: в какой мере выявленные проблемы действительно будут искореняться? Как быстро и как глубоко это будет происходить, каких ресурсов потребует?».

«Возрожденное» агентство, подчеркивает спикер, теперь отвечает не только за устойчивость финансового сектора, но и за его развитие, которое невозможно без развития экономики. «То есть и Нацбанк, и АРРФР, если не прямо, то косвенно должны содействовать экономическому росту. Это означает, что требуется не только перезарузка и системная трансформация собственно банков, их деятельности, процессов, политик, систем управления рисками и т.д., но и изменение подходов самого регулятора», – говорит спикер.

Проблемы, которые «глубже и сложнее»

Елена Бахмутова указывает на то, что выявлены узкие места в банковском секторе – те самые проблемы «глубже и сложнее».

«Больших изменений по третьей группе активов (те, которые имеют признаки обесценения) практически не произошло. Это говорит о том, что в совокупности банки в своей практике были осмотрительными и оценивали этот риск с большой долей вероятности. Другой вопрос – сильно изменился уровень ожидаемых кредитных убытков», – предлагает финансист посмотреть на то, где скрыты эти риски.

Увеличение ожидаемых кредитных убытков произошло из-за переоценки стоимости недвижимости, жилой и коммерческой, сельскохозяйственных и прочих земель. «Это тот самый МСФО 9 в действии, и это говорит о том, что завтра нужно будет делать еще более корректную оценку. Более того, можно сделать вывод, что оценочная деятельность в Казахстане тоже нуждается в системном совершенствовании, поскольку не в полной мере отвечает международным стандартам. Это тоже вызов», – говорит спикер.

Вызовами, на ее взгляд, также является то, что триггеры для обесценения недостаточно формализованы, недолжным образом учитывается проведенная реструктуризация, возникает вопрос доверия к финансовой отчетности.

«Все выявленные в банковском секторе проблемы, кроме процессов и политик, лежат на стороне реального сектора экономики. Все госпрограммы нацелены только на удешевление или предоставление льготного фондирования. В последнюю очередь в них говорится о том, что нужно поощрять бизнес эффективно вести свою деятельность, оптимизировать бизнес-процессы, обеспечивать хотя бы какую-то рентабельность. Никто не говорит об уровне корпоративного управления и прозрачности самого бизнеса. Если мы хотим, чтобы трансформированный банковский сектор в будущем мог предоставлять кредиты, то на другой стороне этого процесса должен быть такой же трансформированный бизнес-сектор, который понимает, какие разумные требования к нему предъявляются, чтобы он мог получить фондирование. Надо, чтобы реальный сектор сделал свои выводы из отчета AQR», – уверена Елена Бахмутова.

Сможет ли бизнес соответствовать ожиданиям?

Продолжая эту тему, председатель совета АФК приводит такие результаты оценки качества активов.

«Потребительское кредитование. Ожидаемые кредитные убытки: до AQR среднеарифметическое было 9, после стало 11. Это уровень риска. Да, динамика требует осмотрительности и мониторинга. Но в сегодняшней ситуации это не представляет угрозы для банков. Для определенных групп населения – возможно, но надо мониторить», – говорит эксперт.

Что же представляет риски для банков? «Мы всегда считали, что самая большая проблема – это кредитование связанных сторон. И, наверняка, большинство продолжает так думать. Но AQR показал: среди 14 банков у многих, за некоторым исключением, такие сделки вообще находятся на нуле. То есть это не системная проблема», – указывает финансист на положительный момент.

Отрицательные моменты, на ее взгляд, нужно искать в кредитовании бизнеса. «Двигатель экономики – малый бизнес, уровень кредитных убытков там до AQR оценивался в 20,6%, после – в 28,6%. Это много. По среднему бизнесу: 14% до проведения оценки, 26,1% – после. По крупному корпоративному бизнесу – 14,8% до и 25% после ОКА. Это зона для улучшения. Банки будут следовать МСФО 9 и улучшать свои процессы, оценки и модели. Только вопрос – сможет ли бизнес соответствовать этим ожиданиям. Надо сконцентрироваться на этом, иначе нам некого будет кредитовать», – уверена Елена Бахмутова.

Елена Тумашова

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Испытание кризисом: какие банки успешно преодолеют «идеальный шторм»?

Когда пандемия и цена на нефть отразятся на рынке.

29 Май 2020 13:11 875

Испытание кризисом: какие банки успешно преодолеют «идеальный шторм»?

Банковскому сектору Казахстана потребовалось больше 10 лет на то, чтобы справиться с последствиями мирового финансового кризиса 2008-2009 гг. Для подтверждения стабильности рынка была проведена оценка качества активов, и регулятор отрапортовал, что существенных проблем у банков нет. Судя по данным, которые на днях опубликовал Национальный банк, несмотря на карантин и ЧП, банковскому сектору удалось заработать прибыль, а уровень проблемных кредитов по сектору не пробил отметку в 10%, которую требует придерживаться регулятор.

Но наступивший «идеальный шторм» может стать очередным испытанием для рынка. Судя по мнению экспертов, основной удар от пандемии, падения цены на нефть и курса тенге в Казахстане банки испытают чуть позже. Рейтинговые агентства уже спрогнозировали трехкратное падение прибыли банковского сектора, ухудшение качества активов и снижение объема кредитования. Выясняем, есть ли признаки кризиса в банковском секторе и какие игроки находятся в более выигрышном положении накануне новой экономической турбулентности.

«Строго говоря, банковская система Казахстана уже много лет находится в затяжном кризисе – об этом свидетельствуют и высокий уровень проблемных кредитов, и банкротства небольших и средних банков, и существенные размеры госпомощи, которую банки Казахстана получают довольно регулярно. С другой стороны, силу «удара» от пандемии Covid-19 и снижения цен на нефть для банковского сектора РК, вероятно, мы увидим только к концу этого года», – рассказала директор направления «Финансовые институты» S&P Global Ratings Ирина Велиева. Основное негативное влияние, по ее словам, будет заключаться в ухудшении платежеспособности заемщиков и необходимости создания дополнительных резервов. Прибыльность банковского сектора в этом году существенно снизится по сравнению с прошлым годом, а многие банки будут оперировать на грани безубыточности. Однако в целом, подчеркнула она, банковская система подошла к новому витку кризиса с существенным запасом капитала и ликвидности – это должно смягчить негативное влияние кризиса и позволить большинству банков пережить сложные времена.

Последствия от пандемии и режима ЧП в Казахстане банки испытают во II и III кварталах, считает генеральный директор DAMU Capital Management Мурат Кастаев. Но уже сейчас проявляются негативные последствия. «Так, если по итогам марта активы банковского сектора росли на 6,9%, то по итогам апреля рост снизился до 4,9%. То же самое и по собственному капиталу банков – если по итогам марта рост был на 2,4%, то по итогам апреля рост практически остановился и составил 0,3%. Прибыль сектора еще остается сильной – за апрель совокупная прибыль выросла с 249 млрд до 263 млрд тенге. Отдельно следует наблюдать за кредитами с просрочкой выше 90 дней (неработающие кредиты), они за апрель выросли с 8,94% до 9,41%», – отметил глава DAMU Capital Management.

Эксперт инвестиционного дома «Астана-Инвест» Серик Козыбаев поясняет, что кризис, в котором оказался Казахстан, так же как и другие страны, разумеется, затронул банковский сектор. «Затронул в части повышения риска неплатежеспособности заемщиков, так как часть населения осталась без работы, бизнес остался без выручки, и в части отсутствия, пусть даже временного, спроса на банковские продукты. В кризис как физические лица, так и юридические, то есть бизнес, кредитов берут, как правило, меньше. Поэтому снижение прибыли банковского сектора, в I и во втором II кварталах ожидаемо», – подчеркнул он. Но в целом, по его мнению, ситуация в банковском секторе стабильная. Режим ЧП на два месяца – не повод беспокоиться, отмечает он. И сейчас экономика страны «приходит в себя». Также необходимым условием для улучшения ситуации в экономике и в банковском секторе является цена на нефть, которая, в принципе, растет, но еще далека от того уровня, который был до объявления пандемии.

«На сегодняшний день говорить о полномасштабном банковском кризисе на рынке я бы не стал, но вместе с тем мы, несомненно, ожидаем определенные сложности у некоторых игроков», – отмечает вице-президент – старший аналитик агентства Moody’s Семен Исаков. По его мнению, банковский сектор Казахстана в целом имеет хорошую ликвидность и достаточно хорошо капитализирован. В то же время меры, предпринятые для поддержки (отсрочка для клиентов физических и юридических лиц, кредиты для МСБ по сниженным ставкам), дадут банкам время для «передышки» и несколько смягчат удар, но полностью не оградят их от необходимости признавать обесценение активов.

Ирина Велиева считает, что, несмотря на предпринимаемые меры поддержки, 2020 год все равно будет для банков достаточно тяжелым. Самое важное для долгосрочного восстановления банковского сектора – это возврат Казахстана на траекторию экономического роста. Также крайне важны шаги по дальнейшему совершенствованию банковского регулирования и надзора, предпринимаемые Нацбанком и регулятором.

Какие банки находятся в выгодном положении

«Успешно кризис смогут преодолеть банки, имеющие хорошие показатели достаточности капитала, прибыльную бизнес-модель, хорошее качество ссудного портфеля и сильных акционеров, имеющих возможность при необходимости привлечь дополнительный капитал», – уверен Мурат Кастаев.

Семен Исаков предполагает, что банкам с высокими показателями достаточности капитала, высоким уровнем ликвидности, низкими объемами кредитов в секторе МСБ и необеспеченного кредитования физических лиц будет проще преодолеть сложности.

«Мы считаем, что в более выигрышном положении находятся банки, которые обладают достаточным запасом капитала по отношению к регуляторному минимуму, поскольку в этом году размер доформирования резервов может быть существенным, запас основного капитала может сыграть ключевую роль в поддержании финансовой устойчивости банка. Кроме того, в выигрыше окажутся те банки, которые в прошлые годы не наращивали кредитную активность и не принимали на себя высоких кредитных рисков. У них кредитные портфели достаточно «зрелые», и негативное влияние на качество портфеля может быть ниже. Те банки, которые активно росли в 2018-2019 гг., сейчас могут столкнуться с необходимостью масштабного дорезервирования и стать убыточными по итогам 2020 г.», – подчеркнула Ирина Велиева.

В целом банковский сектор Казахстана не впервые сталкивается с экономическими вызовами, но в этот раз, по словам экспертов, они более подготовленные, чем к кризисам 2008 и 2014 годов.

Ольга Фоминских

Банковский сектор почувствовал первый удар от коронавируса

Кредитный портфель банков и его качество начали ухудшаться, а прибыль в апреле обвалилась на 86% к мартовскому показателю.

28 Май 2020 14:26 2285

Банковский сектор почувствовал первый удар от коронавируса

Чистая прибыль банков второго уровня Казахстана в апреле составила 14 млрд тенге, что на 86% меньше, чем в марте, и на 84% хуже, чем в апреле прошлого года. Всего с января по апрель прибыль банков составила 262,7 млрд тенге. Соответствующий вывод содержится в апрельском обзоре банковского сектора от аналитиков Halyk Finance.

Наибольшие доходы в апреле среди банков продемонстрировали Halyk Bank и Kaspi Bank – 16,2 млрд и 16,7 млрд тенге соответственно. С начала года эти два банка заработали 100,4 млрд (38,2% всей прибыли БВУ) и 74 млрд (28,2% секторальной прибыли) тенге. С убытками закрыли месяц Jysan Bank, Евразийский банк, Нурбанк, Capital Bank, Al-Hilal и AsiaCredit Bank.

Кредитный портфель казахстанских банков в апреле сократился на 2,5%, или 377,6 млрд, до 14,9 трлн тенге. Занимая 52,9% в активах банков, снижение ссудного портфеля повлияло на стагнацию активов БВУ на 1,9%, до 28,1 трлн тенге.

Снижение прибыли, вероятнее всего, связано с ухудшением качества кредитного портфеля и ростом резервов под потенциальные убытки. Существенное сокращение портфеля займов в апреле наблюдалось в Jysan bank и Kaspi bank – на 17,4% (или на 182 млрд тенге) и 5,8% (минус 84,2 млрд тенге).

Падает качество кредитного портфеля. Доля неработающих займов с просрочкой свыше 90 дней в апреле выросла с 8,9% до 9,4%. Наихудшие показатели наблюдаются у Jysan bank (48,5%), Capital bank (37,8%) и AsiaCredit bank (48,2%). При этом общая просрочка по портфелю займов банков сократилась с 15,9% в марте до 15,3% в апреле. Наибольшее покрытие провизиями неработающих кредитов среди относительно крупных игроков наблюдается у Halyk bank (129,6%), Jysan bank (124,5%) и Банка Китая (116,4%).

Депозитная база банков в апреле сократилась на 0,6%, составив 19,1 трлн тенге; депозиты населения снизились на 0,3%, или 32,8 млрд, до 9,9 трлн тенге. Наибольшая доля розничных вкладов сконцентрирована в Halyk bank (35% всех розничных вкладов), Kaspi bank (16,4%), Сбербанке (8,1%) и Жилстройсбербанке (9%). В корпоративном сегменте наибольшие объемы средств хранятся в Halyk bank (36,1%), Сбербанке (9,3%), Forte bank (8,4%), Ситибанке (8,1%) и АТФ (5,9%).

Доля ликвидных активов в общей структуре активов банковского сектора выросла в апреле до 45,7%, или 12,8 трлн тенге. Собственный капитал банков в целом сжался на 2% к предыдущему месяцу.

Султан Биманов

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: