DOW J 24 580,91 Hang Seng 24 266,06
FTSE 100 6 045,69 РТС 1 215,69
KASE 2 324,92 Brent 36,55
Интернет обогнал «голос» в мобильных сетях

Интернет обогнал «голос» в мобильных сетях

Второй раз за всю историю телекоммуникационного сектора страны, доходы от доступа в интернет превысили доходы от мобильной связи.

13 Февраль 2017 16:31 10381

Интернет обогнал «голос» в мобильных сетях

Автор:

Александр Галиев

По итогам января 2017 года, доходы от доступа в Интернет составили 18,68 млрд тенге, а доходы от мобильной связи – 18,3 млрд тенге, сообщает агентство по статистике Республики Казахстан. Первый раз подобное было зафиксировано по итогам февраля 2016-го. Тогда доходы от «Голоса» составили 16,27 млрд тенге, а доходы от Интернета – 16,69 млрд тенге.

В целом доходы от мобильной связи в январе текущего года к январю 2016-го выросли на 5,1%, а доходы от доступа в Интернет за этот же период – на 11,1%.

Весь телеком, к которому принято относить, кроме вышеперечисленных сегментов, услуги по передаче данных, услуги по распространению программ и услуги стационарной телефонии (в том числе междугородную и международную связь), составил по итогам января более 48 млрд тенге. В январе 2016-го – 45,3 млрд тенге, то есть рост оказался порядка 6%. Кстати, это лишь на 2 млрд тенге меньше, чем в благополучном январе 2015-го.

Основным драйвером трансформации на современном этапе являются разнообразные мессенджеры, которые отнимают традиционные доходы операторов от голосовых услуг в обход их традиционного биллинга.

Александр Галиев

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Магазины от Цукерберга. Что, если они появятся в Казахстане?

Основатель Facebook, американский миллиардер Марк Цукерберг анонсировал открытие бесплатных онлайн-магазинов для малого и среднего бизнеса.

21 Май 2020 09:36 4047

Магазины от Цукерберга. Что, если они появятся в Казахстане?

Фото: rbc.ru

«Основная идея заключается в том, что любой малый бизнес легко может открыть магазин, чтобы продавать вещи прямо через наши приложения (Facebook и Instagram)», – написал он на своей странице.

По его словам, это стало своего рода ответом на экономические последствия от Covid-19, когда наибольший финансовый удар от пандемии получил МСБ.

Продажи можно будет делать в режиме реального времени, используя для общения с клиентами такие мессенджеры, как Messenger и WhatsApp.

Известно, что в США Facebook Shops уже заработали. Instagram Shop запустят этим летом.

Что, если такие магазины откроются и в нашей стране, как это отразится на рынке, корреспондент inbusiness.kz поинтересовался у экспертов.

По мнению главы Ассоциации казахстанского интернет-бизнеса и мобильной коммерции Константина Горожанкина, как быстро это дойдет до Казахстана – это вопрос, потому что многие новшества задерживаются в Америке и к нам не приходят.

«Я думаю, мы узнаем об этом в ближайшие дни. То, что делает Цукерберг, однозначно повлияет на рынок, потому что большое число людей, которые не в состоянии сделать себе интернет-магазины, торгуют в Instagram. И выглядит это так: они выставляют товары, покупатели им звонят и договариваются о покупке. Цукерберг теперь решил это все монетизировать и сделать удобный интернет-магазин внутри Facebook и Instagram. Как это может отразиться на торговле? Число мелких интернет-торговцев резко увеличится, потому что на карантине люди понимают, что надо как-то зарабатывать деньги, раз государство не дает выходить на улицу, то, значит, они будут зарабатывать через Интернет», – говорит он.

По его словам, это было бы хорошим подспорьем для малого бизнеса.

«Наши большие маркетплейсы типа Flip.kz, Lamoda, Kaspi не принимают их товары, потому что они очень маленькие (по объему продаж) для них и не могут обеспечить должного качества. Эти люди торгуют на Olx.kz, Satu.kz, market.kz, и думаю, что магазины от Цукерберга могут стать их главными конкурентами. Это на каком-то этапе может привести к уходу этих маркетплейсов с рынка, потому что появится сильный игрок. Конечно, тут все зависит от того, как он выстроит этот магазин, насколько он будет удобен пользователям. Но подозреваю, что он все сделает правильно и будет уделять ему должное внимание», – говорит он.

Позитивный тренд в создании магазинов в приложениях крупных соцсетей видит директор департамента E-commerce АО «Центр развития торговой политики QazTrade» Мира Жанабергенова

«Новшество компании станет толчком к развитию онлайн-торговли, что особенно актуально в период пандемии коронавируса, когда многим предприятиям пришлось переориентировать свой бизнес и перейти на онлайн-площадки», – считает она.

По ее данным, сегодня в Казахстане действуют более 2 тыс. интернет-магазинов. Объем рынка электронной торговли Казахстана только за 2019 год увеличился в 1,8 раза и превысил 700 млрд тенге. В 2019 году количество активных покупателей выросло на 72% и составило 3,2 млн человек. В 2018 году – 2,3 млн человек.

«Это говорит о существенном потенциале роста. Тем самым инструмент, вводимый Facebook, позволил бы нашим МСБ быстрее адаптироваться к новым реалиям и придать дополнительный импульс развитию электронной торговли в Казахстане», – говорит Мира Жанабергенова.

Президент Интернет-ассоциации Казахстана Шавкат Сабиров считает Facebook политизированным в Казахстане, а потому непривлекательным для покупок. А вот в Instagram торговля давно уже идет, и неплохо.

«С другой стороны, такая площадка позволит легализовать торговые точки для владельцев магазинов, кто еще торгует «в черную», без налогов», – говорит он.

Он отмечает, что Instagram является зарубежной площадкой и там очень много регистрируется случаев мошенничества. Поэтому доверия больше местным игрокам.

«На рынке онлайн-торговли появление еще одного направления отразится только в незначительной части увеличения объемов продаж. Владельцы онлайн-магазинов больше расходуют средств в социальных сетях на рекламу, чем получают доход. Не следует забывать, что Казахстан слишком маленькая страна по численности населения, чтобы вызывать большой интерес для мировых игроков онлайн-торговли. Но в то же время наша страна привлекает большой платежеспособностью населения как местных участников, так и зарубежных. Т. е. наша страна – это «палка о двух концах», когда, с одной стороны, нас очень мало, а с другой, мы хорошо оплачиваем свои покупки», – говорит он.

Сколько Facebook получает за продвижение товаров/услуг от казахстанцев? Ведь магазины, скорее всего, будут платить ей ту же рекламу. Такими данными эксперты не располагают.

«К сожалению, в публичной сфере таких данных нет. Только если сама компания не сообщит об этом. Все остальные данные относятся к категории предположений и оценочных мнений», – говорит Шавкат Сабиров.

По словам Константина Горожанкина, правительству следует быть в курсе такой отчетности от Google и Facebook.

«Разные правительства по-разному решают этот вопрос. Некоторые требуют, чтобы они открывали представительства в этих странах и платили налог, некоторые – просто регистрацию и уплату налогов, как это сделано в Узбекистане. Пока Казахстан не примется за это дело основательно, мы будем в неведении этой статистики», – говорит он.

Айгуль Тулекбаева

Что значить быть девушкой-программистом в Кремниевой долине

Казахстанка – о том, как попасть в Google, есть ли дискриминация по отношению к женщинам-программистам и о будущем AR/VR-технологий.

13 Май 2020 15:52 1479

Что значить быть девушкой-программистом в Кремниевой долине

Аида Жумабекова – инженер-программист в компании X, the Moonshot Company. Ранее работала четыре года в Google Daydream над AR/VR-технологиями. В Алматы Аида провела виртуальную встречу на площадке Go Viral, где рассказала о технологиях AR/VR и их применениях.

– Как попали в Google?

– Будучи на четвертом курсе, в июне 2015 года подала на вакансию инженера-программиста в Google. В сентябре позвонил рекрутер, чтобы назначить интервью, но я попросила перенести на конец ноября. У меня не было достаточного опыта в интервью, поэтому решила вначале пройти в других компаниях. К тому же тогда я была занята организацией хакатона в университете.

Интервью в Google проходят в четыре этапа: звонок с рекрутером, phone-screening интервью, четыре собеседования на местах и еще одно интервью по телефону. Из-за коронавируса все интервью проходят по телефону. Ответ получила в течение двух недель, и в начале декабря на руках было приглашение на работу. В мае окончила университет и уже в июле приступила к работе.

Среди знакомых и друзей-казахстанцев многие пришли в Google после завершения программы магистратуры в США, Казахстане и странах Европы. Чтобы попасть в Google сразу после бакалавриата, необходимо проходить разные стажировки во время учебы. Практику можно пройти и в самом Google, после успешного завершения многие получали предложения о работе.

– На бакалавра учились в Штатах? В каком университете?

– Первый год училась в Назарбаев Университете, и одна из первых, кто поступил на дайрект – без Foundation. Программа только открывалась, поэтому были неясности и недочеты. Через год решила продолжить учебу в Штатах и подавала в скромные университеты, так как не планировала учиться в MIT или других дорогих университетах. Поступила в колледж Маунт Холиоки, штат Массачусетс, который на первом месте по стипендиям для студентов. Он один из самых старых женских университетов в США, известный как один из «Семи сестер».

Это первый из «Семи сестер» университетов, которые по уровню качества приравнивались семи университетам «Лиги плюща», когда те еще были только для мужчин. Впоследствии два университета из «Семи сестер» слились с партнерскими из «Лиги плюща». Оставшиеся пять, в том числе Маунт Холиоки, решили не сливаться с другими университетами, так как считают, равноправие для женщин не достигнуто в полной мере и есть нужда в женском образовании.

Спустя 150 лет с основания «Семи сестер» вопрос остается актуальным. Будучи студенткой, проходила курсы по программированию в университетах Массачусетса и Амросте, и давление со стороны было очевидным. У себя в университете я чувствовала себя свободной, в классах сидело по тридцать человек, и все друг друга знали. В Университете Массачусетса, где брала предметы, из 120 студентов в классе только четыре были девушками. Помню случай, как одна девушка задала вопрос на уроке, и парни сзади смеялись. Когда же парень задавал очевидный вопрос, никто не смеялся.

Мне повезло учиться в женском университете, и другим девушкам-программистам также рекомендую. Сфера IT позволяет беспрерывно самостоятельно учиться онлайн, и это главное, так как имя университета отпадает на второй план. Знания в программировании могут быстро устаревать, поэтому надо все время учиться и развиваться.

– Что важно для того, чтобы попасть в Google?

– Самостоятельный характер, как говорится на английском, быть self-driven. У многих знакомых, даже если не было диплома программиста, были свои проекты. Не важно, был ли проект мультимиллионным стартапом или получал финансирование, главное, чтобы это было свое – игры, веб-сайты или приложения. Важно набраться практики и иметь драйв.

На третьем и четвертом курсах университета, помимо того, что часто работала над независимыми исследованиями и участвовала на хакатонах, я работала над VR-игрой. Мне очень нравилось играть во всякие хорроры, и с самого начала была заинтересована в технологии VR. Когда вышел Oculus dev kit 2, я уговорила Computer Science департамент университета взять один, чтобы студенты могли экспериментировать с новыми технологиями. Это был первый раз, когда я попробовала VR.

– На каких проектах работали?

– Сначала я была в команде Streetview VR – виртуальное изображение окружения на картах Google. Потом работала над Lullaby – это коллекция библиотек C++ для помощи в создании виртуальной и дополненной реальности. Позже присоединилась к команде Google Lens. Приложение позволяет с помощью камеры искать и видеть то, что происходит вокруг. Я работала над возможностями для шопинга, оживления ресторанного меню, и последний проект был – рекомендации по стилю. Пользователь наводит камеру на одежду, которая понравилась, и получает рекомендации, с чем эта одежда будет сочетаться.

Больше месяца работаю в «Иксе»/ X company, я не могу сказать, над каким именно проектом работаю, могу лишь сказать, в какой сфере. Это робототехника. Работа здесь – самое технически сложное, что мне приходилось делать в университете или на работе в Google. Многие заблуждаются, считая Х дочерней компанией Google, тогда как они как брат и сестра, а не дочерняя и родительская компании. Если Google старается запускать продукты в течение года или двух лет, то практически все проекты в X долгосрочные – от пяти до пятнадцати лет. У обеих компаний разные миссии, которые влияют и на то, какие люди работают над проектами.

– Как выглядит Ваш рабочий день?

– В Х я пробыла на работе два дня, после чего нас отправили по домам из-за коронавируса. В Google же рабочий день начинается тогда, когда это удобно каждому сотруднику. Кто-то приезжал на работу в восемь утра, кто-то – в 10 утра. Я приезжала на работу до 10:00, чтобы успеть на бесплатный завтрак, который был вкусным. Первые полтора часа посвящала прочтению е-майлов, что накапливались за ночь. На обеденный перерыв выделялся промежуток с 11:30 до 14:00 и длился час. До четырех часов у нас были кофе-брейки, старалась в день пить не больше одной чашки кофе. С работы уходила в 19:00-19:30. Офис открыт в любое время, неоднократно приходила в выходные дни или ночью, когда необходимо было что-то закончить.

– Согласны с тем, что коронавирус подстегнул интерес к технологии VR?

– Да, если рассматривать позитивное изменение из-за коронавируса, то возобновленный интерес к технологиям дополненной и виртуальной реальности, несомненно, один из плюсов. До этого AR/VR-технологии рассматривались как нечто дополнительное и в индустрии развлечений, как гейминг. Теперь же все больше людей видят актуальность использования виртуальных технологий в тех же онлайн-встречах или на уроках. Если бы уроки для детей младших классов проходили бы в виртуальном классе, где можно было бы с предметами или геометрическими фигурами взаимодействовать, то было бы легче удержать внимание к уроку. Мы видим возрастающий интерес к AR/VR-технологиям для использования в социальных приложениях, образовании, телемедицине и подготовке медицинского персонала.  

– Что будет следующей технологией будущего после AR/VR?

– Мы все ждем очков. Очки, оптические или солнцезащитные, являются частью нашей повседневной жизни. Расширенные возможности, такие как приближать объект или видеть дополнительную информацию по нему, – вопрос времени. Многие коллеги считают, что придет день, когда появится настолько легкая аппаратная технология (hardware на английском языке), что можно будет поместить AR-технологию в простую оправу. Пока что вопросы, куда поместить батарею или как проектировать изображение на поверхности линз, остаются открытыми.

Некоторые многообещающие стартапы подходят к этому вопросу с другой стороны и рассматривают возможность изменения работы человеческих глаз. Наибольшая сложность в использовании подобных технологий будет состоять в том, чтобы убедить людей в их безопасности. Будущее AR-технологии – за интеграцией в повседневную жизнь человека. 

– Как пандемия COVID-19 повлияла на Кремниевую долину?

– Многие потеряли деньги из-за падения цен на акции. Однако, если сравнивать с другими секторами экономики страны, Кремниевая долина пострадала меньше всех. Многие продолжают работать удаленно, имеют возможность поддерживать семьи, зарплаты выплачиваются, чего не скажешь о других штатах.

– Будут ли изменения в IT-секторе после пандемии?

– Возрастает вера в технологии, и произойдет бум разработок. Если раньше были те, кто принципиально отказывался пользоваться приложениями, социальными сетями и другими технологиями, то сегодня многие убедились, что технологии делают нашу жизнь легче. Поэтому после коронавируса увеличится количество рискованных стартапов, инвестиций и идей.

– Чувствуется ли давление по отношению к женщинам-программистам?

– В социальной жизни чувствуется, куда бы ты ни пошла, везде в основном мужчины. Мужчинам больше верят во время разговоров, когда они приходят в новую команду или озвучивают какую-нибудь идею. Женщинам же продвигать бизнес-идею сложнее. В крупных компаниях, как Google, Microsoft или Facebook, равные отношения к женщинам-коллегам и корпоративная культура стремится поддерживать многообразие. В маленьких стартапах ситуация более обостренная в этом вопросе.

– Рекомендации для тех, кто хотел бы работать в Google?

– Делать больше независимых проектов, которые будут демонстрировать ваши интересы и специализацию. Если это игры, то продолжайте разрабатывать игры. Не думайте, что если Google – это поисковая система, то, написав схожую программу, вы заинтересуете их. Если вам нравится писать моды в «Майнкрафте», делать веб-сайты, решать задачи на литкоде, то продолжайте совершенствовать навыки и расширять портфолио. Google – большая компания, где есть команды, разрабатывающие игры, приложения, машинное обучение, аппаратную технологию, а также есть команды, которым нужны специалисты по звуку, если вы диджей. Попасть в Google легче, чем в стартап, где требуются только определенные программисты с конкретными навыками.

Во время интервью не важно, решил ли кандидат задачу или нет, главное – продемонстрировать навыки мышления. Кандидат должен показать, как быстро справляется и решает неизвестную проблему, так как в этом и будет заключаться работа. 

Айнур Искакова, менеджер по коммуникациям Go Viral

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: