/img/tv1.svg
RU KZ
KASE 2 209,51 FTSE 100 5 415,50
РТС 1 049,88 DOW J 21 056,82
Hang Seng 23 500,33 Пшеница 555,40
Почему казахстанские абитуриенты не хотят учиться в Казахстане

Почему казахстанские абитуриенты не хотят учиться в Казахстане

Одной из причин эксперты называют падение престижа отечественного образования.

24 Март 2020 08:42 7436

Почему казахстанские абитуриенты не хотят учиться в Казахстане

Автор:

Майра Медеубаева

Даулет Аргандыков знает о проблемах образования не понаслышке.

В прошлом он возглавлял Центр развития трудовых ресурсов при минтруда, в настоящее время руководит собственной компанией, которая входит в международный консорциум, занимающийся вопросами подготовки специалистов ТиПО. Консорциум объединяет университеты Германии, Польши, Швеции и Казахстана. Это объединение экспертов с многолетним опытом работы, которые реализуют международные проекты в европейских странах и выстраивают системы подготовки кадров. В интервью inbusiness.kz Даулет рассказал, почему казахстанское образование не ценится казахстанскими абитуриентами и студентами и что необходимо сделать для повышения качества подготовки технических специалистов.

– Вы занимаетесь анализом казахстанского рынка труда. Какие основные тренды можно обозначить?

– Если посмотреть с точки зрения казахстанской экономики, то в нескольких отраслях трудится практически 40% всех занятых. Это сельское хозяйство, госуправление, образование, которым характерна низкая производительность труда. В то же время есть отрасли, в которых занято мало людей, но при этом они показывают высокую производительность, например финансы, нефтегаз, горнорудка. Соответственно, наблюдается дисбаланс по доходам по отраслям. В целом структура экономики не способствует созданию продуктивных рабочих мест, что напрямую влияет на доходы населения. В настоящее время рабочая сила в стране составляет порядка восьми миллионов человек. По прогнозам, к 2025 году эта цифра возрастет до 9,8 миллиона человек.

В целом какие необходимо предъявлять требования к трудовым ресурсам? Они должны обладать соответствующими навыками и компетенциями. Сегодня у нас в стране стоит задача по созданию инновационной экономики, и в первую очередь мы столкнемся с проблемой, что эти кадры будут неспособны выпускать конкурентоспособную продукцию в связи с отсутствием соответствующих навыков. Второе – это социальные проблемы, связанные с давлением на рынок труда, то есть мы будем острее ощущать несоответствие рабочей силы предъявляемым требованиям. В частности, это касается работников старшего поколения и молодежи. Также есть такие тренды, как цифровизация, технологическая модернизация, вступает в силу ГИК-экономика, соответственно, перетоки между отраслями будут усиливаться и в дальнейшем. Мы видим это на примере сельского хозяйства, сегодня в отрасли занято порядка 1,1 млн человек, а буквально пять-шесть лет назад эта цифра составляла 1,6 млн человек. Количество занятых в отрасли значительно уменьшается. Это, конечно, связано с вопросами миграции. Но тенденция налицо.

– Что необходимо сделать государству в текущей ситуации?

– В таких реалиях мы должны обеспечить взаимосвязь. Самая главная задача системы образования заключается в том, что она должна генерировать кадры в необходимом количестве и качестве, а рынок – формировать заказ, и эта связь должна работать. Мы должны решить три задачи: повысить производительность труда, обеспечить экономику кадрами и обеспечить занятость, тем самым способствовать увеличению доходов населения. Сегодня выделяются ресурсы на различные программы, «Жас Маман», «Енбек». Зачастую эти программы не всегда  неэффективны. На это есть объективные причины: без эффективной системы образования мы не способны решить эти задачи, то есть обеспечить перетоки. О них можно сколько угодно говорить, но перетоки не произойдут, люди не перетекут из одной отрасли в другую, потому что нужна инфраструктура из отраслевых центров подготовки кадров и центров занятости населения. Я говорю не только о государственных образовательных центрах, это и частные организации. Для внедрения в жизнь принципа life long learning – образование в течение всей жизни – в Казахстане стоит приложить большие усилия. Должна работать эффективная инфраструктура центров занятости, которые бы смягчали эти процессы, осуществляли перетоки. Трудовые ресурсы – это, по сути, такой же ресурс для экономики, как электричество или вода, которые надо формировать правильного качества и направлять куда надо с точки зрения экономики.

Размывание ресурсов

 Какие Вы видите проблемы в подготовке специалистов колледжей?

– Во всем мире стараются финансовые ресурсы «не размазывать». Все стараются консолидировать денежные и материальные ресурсы, в том числе когда закупают обучающее и тренировочное оборудование, лаборатории для учебных заведений. Если в городе имеется несколько учебных центров для подготовки специалистов по одному направлению, то никто не ставит полный комплект оборудования в каждое заведение. Стараются внедрять сетевую форму обучения, то есть дорогое оборудование высокого класса устанавливают в одном центре.

Например, Нидерланды – лидер в аграрной отрасли. Там есть один учебный центр, в котором установлено передовое оборудование, тренажеры, симуляторы. Туда приезжают не только студенты этого учебного заведения, но и из соседних учебных центров, взрослое население, безработные, наемные сотрудники, студенты университетов, кто-то приезжает сдавать экзамены. Это единая образовательная экосистема в одной отрасли. Во всем мире работают так называемые модульные программы, и образовательный процесс обеспечивает людям конкретные  компетенции. И человек с этими навыками уже может работать. Дальше, если понадобится, он может «прокачать» дополнительно навыки. Например, повар может готовить только салаты или кондитерские изделия. Захотел, пошел, научился готовить мясные блюда или японскую кухню. В итоге это дает эффект: при минимальных ресурсах обеспечивается более высокое качество. Если раньше в Нидерландах было более одной тысячи колледжей в системе образования, то сегодня осталось только 66. Они укрупнились и стали так называемыми excellence-центрами. В итоге 66 колледжей готовят 430 тысяч специалистов в год, что на 30% больше, чем раньше, когда подготовкой технических кадров занималась одна тысяча заведений.  

Или возьмем Финляндию, в городе Тампере есть колледж Трюдо, в который вошли 26 учебных заведений, каждый со своей специализацией по определенному направлению. Что же происходит у нас? В Казахстане есть города с численностью населения 100-150 тысяч человек, в которых насчитывается по четыре технических колледжа. Я проанализировал один регион, все четыре колледжа производят автомехаников по направлению «обслуживание и ремонт автомобилей», три из них выпускают специалистов по направлению «строительство и эксплуатация зданий». То есть повсеместно происходит дублирование учебных программ и специальностей. При этом эти колледжи не загружены по мощности даже наполовину. В другом регионе одновременно подготовку специалистов ведут семь аграрных коллежей. Таким образом, происходит размывание ресурсов, учебные заведения не обеспечены материально-технической базой, учебно-методической, острая проблема с нехваткой преподавательского состава. Устаревшее в них оборудование также является одной из главных причин низкой подготовки кадров и отсутствия компетенций у специалистов, что, в свою очередь, ведет к низкой производительности труда и, соответственно, уровню зарплат.

«Должна быть связь между экономикой и системой образования»

– Как Вы оцениваете имеющиеся госпрограммы по развитию компетенций?

– В Казахстане реализуется программа «Жас Маман», которая ставит цель поставить 180 отраслевых центров. Для нашей страны в том понимании, которые они есть во всем мире, не нужно такое количество центров. Если поменять табличку с обычного колледжа на  название «отраслевой центр» – это одно дело. В идеале такой колледж должен покрывать всю отрасль, конечно с применением сетевой формы обучения. По нашей оценке, для Казахстана будет достаточно порядка 30-40 отраслевых центров. При этом сначала необходимо провести глубокий анализ, посмотреть на существующую подготовку, демографию и сверить с планами развития регионов, страны в целом, каких специалистов надо производить и так далее. Это первое. Второе – сегодня в учебных заведениях в основном отсутствует квалифицированная подготовка кадров.

По сути, образование решает две задачи – это социальная адаптация, то есть дает человеку необходимый набор навыков, чтобы выжить в обществе. Вторая задача – привитие профессиональных навыков. У нас больший акцент делается на первую задачу. В итоге мы получаем адаптированных людей без профессиональных навыков, которые, выходя на рынок труда, ничего не могут делать. И в то же время парадокс: работодатели спрашивают, где специалисты с достаточно простыми навыками, официанты, повара, автослесари, а не то, чтобы высокотехнологичные кадры для «умных фабрик». Где специалисты, которых очень просто выпускать? У нас множество колледжей выпускают поваров, но при этом рестораны постоянно жалуется на нехватку хороших поваров. Тогда стоит вопрос в качестве получаемых навыков. Поэтому главная задача – обеспечить связь между системой образования и экономикой, чтобы она генерировала в нужном количестве и качестве кадры, которые сегодня нужны рынку. В целом в Казахстане насчитывается порядка 800 организаций ТиПО, из них большая половина является государственными.

– Что касается отраслевых центров?

– Здесь мы бежим немного впереди паровоза. Сегодня по 180 колледжам уже начат закуп оборудования. Есть риск, что оно завтра будет простаивать. В мировой практике оборудование закупается в последнюю очередь. Сначала мы должны определить, какие компетенции нужны работодателю. Под эти вещи должны составляться модульные учебные программы, должна вестись подготовка не только молодежи. Мы должны рассматривать и подготовку взрослого населения, наемных сотрудников, которые хотят повысить какие-то компетенции по автоматизации. Также у нас есть безработные, самозанятые, они могут в этих центрах получать современные навыки. Далее должны быть разработаны учебники, а потом уже формироваться требования, какое оборудование нам нужно. При этом должна быть не просто инструкция, как к телевизору,  включить и выключить его, а под него должны быть разработаны лабораторные и тестовые задания. Так работает система. Только потом мы закупаем оборудование и говорим, что оно обеспечит те компетенции под работодателей и обеспечим опережающую подготовку. Сначала содержательные вещи, потом оборудование. Третье – оценка квалификации, база тестовых заданий, там тоже надо выстраивать правила игры, какие комиссии, как это будет работать. Сегодня дипломы или сертификаты – это бумажки, свидетельство того, что человек прослушал какой-то курс. На самом деле человек должен уметь подтвердить свою квалификацию, если он автослесарь, получил ли он теоретические и практические знания и может ли применять с точки зрения знаний, умений и навыков, для этого нужна оценка квалификаций.

Во всем мире работает несколько направлений. В первую очередь система квалификации, нужны понятные правила игры – кто за что отвечает. Государство должно обеспечить методологию процесса, сопровождение и так далее, бизнес участвует с точки зрения формирования заказа, минобразования под существующие профстандарты с участием бизнеса должно обеспечить разработку учебных программ. Надо переходить на модульные учебные программы. Человек может не учиться на новую специализацию два-три года, достаточно меньшее количество времени. Например, если специалист работает по ремонту автомобилей, он может пройти модуль по электрике, завтра – по двигателям, электромеханике, где компетенции заложены в модульных учебных программах. Здесь должна быть прямая связь системы квалификации с образованием. Первая – профстандарты, второе – учебные стандарты, третье – оценка квалификации, необходимо стараться делать ее независимой. Поэтому важно принять закон о квалификации, который бы урегулировал правила, кто за что отвечает.

– По Вашему мнению, почему молодежь уезжает из страны?

– Основные причины – низкое качество среднего специального и высшего образования и в целом падение престижа казахстанского образования. Все понимают, что их навыки и диплом нигде не будут котироваться. Недавно мы смотрели данные, в одном региональном вузе за несколько лет численность учащихся упала на 30%. Понятно, это связано с внутренней миграцией в том числе, но во многом это связано с тем, что молодые люди выбирают зарубежное образование. Ни для кого не секрет, если есть возможность, они стараются уехать учиться за рубеж.

Важно понимать, что каждый трудоспособный человек с точки зрения экономики – это вклад в ВВП. Меньше работающих людей – меньше ВВП, а это благосостояние страны, доходы населения. Человеческий трудовой капитал – это экономическая составляющая нашей страны, которую надо развивать. Образование – это основа основ, нам не просто надо бить тревогу, учитывая очень низкие показатели Казахстана в различных рейтингах. Без грамотных специалистов никакие вопросы не будут решаться, во всем мире ведется борьба за трудовые ресурсы, за таланты. У нас же колоссальный отток молодого населения. Это не просто проблема, а трагедия, потому что многие из них не вернутся.

Майра Медеубаева

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Алмагуль Мухамедханова: «Кадры – не проблема»

Первые выпускники «нового формата» появятся в Казахстане уже к концу 2018 года.

01 Июнь 2018 20:10 11954

Алмагуль Мухамедханова: «Кадры – не проблема»

К чему приведет Казахстан «обновленное» образование и какова польза от этого отечественному бизнесу, abctv.kz рассказала директор центра трансляции обновленного содержания образования Национальной академии образования имени Алтынсарина Алмагуль Мухамедханова.

– Изучив лучшие мировые образовательные практики, используя опыт Назарбаев интеллектуальных школ, адаптированный под нашу страну, мы начали с этого года переход к новому формату образования. Документ на уровне государства на самом деле был принят еще в 2011 году, но мы вот только подошли вплотную к этому вопросу, включив все необходимые компоненты в учебные программы и усовершенствовав учебники.

– Что понимается под обновленным содержанием образования?

– Если раньше мы были ориентированы только на теоретические знания в средних школах, теперь мы говорим о том, что необходимо развивать навыки и функциональную грамотность с первого класса. То есть мы применяем такой комплексный подход, когда теория подкрепляется еще и навыками широкого спектра, то есть умением исследовать, анализировать, обобщать. Это и есть функциональная грамотность. Все международные исследования показали, что этих навыков у наших детей недостаточно. Поэтому мы сегодня работаем над тем, чтобы наш выпускник мог не просто показать, что он может повторить и зазубрить, но и использовать знания, полученные в школе, для реализации себя в разных направлениях или различных ситуациях, чтобы он был адаптированным к жизни в современном мире и смог стать востребованным профессионалом.

– Алмагуль Кенесхановна, когда мы сможем говорить о каких-то конкретных результатах?

– В этом году мы уже заканчиваем апробацию на выпускниках четвертых классов, и со следующего учебного года заводим уже основную среднюю школу, то есть пятые, шестые, седьмые, восьмые классы, а затем и старшеклассников. То есть мы совершаем безболезненный поэтапный переход к обновленному содержанию.

Нас все время спрашивают, почему мы так торопимся. Потому что важно, чтобы учитель работал уже сейчас в новом формате, а не через 10 лет, когда мы поймем, что нам это нужно. Без изменения педагогических кадров невозможно изменить формат и подход к обучению, нельзя изменить систему образования. Вот мы всегда задаемся вопросом, почему в некоторых странах дети хотят учиться и бегают за преподавателем, а у нас, наоборот, учителя бегают за учениками и заставляют их учиться. И мы сегодня делаем все возможное, чтобы наши ученики понимали, что обучение – это творческий процесс, в котором главную роль играют они сами. Мы же со своей стороны создаем условия – комфортную и дружелюбную среду.

– То есть Вы хотите сказать, что кадры не главное?

– Мы всегда говорили и думали, что наша основная проблема – это кадры. Но, как говорят наши международные эксперты, нужно заниматься в первую очередь получающим знания. То есть мы говорим о том, что нужно менять людей, и вместе с их профессиональными знаниями прививать человеческие нравственные качества, обогащать внутренний мир. Ведь можно получить три высших диплома с отличием, звания, регалии и должности, но при этом не быть тем, кто сегодня может быть примером, человеком с большой буквы. В этом плане нам повезло, что у нас есть программа «Рухани жангыру». Конечно, мы не за один год увидим результаты, для этого нужно длительное время, и над этим нужно постоянно работать, но я уверена – это принесет свои плоды.

– И все-таки насколько наши кадры сегодня готовы в профессиональном плане?

– Уверенно говорю, что готовы. Сегодня для подготовки педагогов максимально выделены средства из бюджета, оказана поддержка двумя сильными ресурсами – «Орлеу» и Назарбаев интеллектуальными школами. Это беспрецедентно, когда столько внимания уделяется переподготовке кадров, и не просто десятков тысяч, а 300 тысяч учителей. Я считаю, это большая работа, и она продолжается. Большую часть учителей начальной школы уже обучили, и видим результаты, они не боятся работать по обновленному содержанию. Сейчас началась подготовка учителей старшей школы.

Помимо этого, есть еще государственная поддержка по обучению учителей иностранному языку. Если раньше мы учили язык за свой счет, теперь государство дает возможность выучить его бесплатно. Проблемы и трудности, конечно, всегда есть и будут, особенно когда начинаешь что-то новое. Самая основная из них – это недостаточное или вообще отсутствие информации, что может исказить всё, что происходит хорошего в сфере образования. Но мы не просто должны убеждать, что все сделано хорошо, мы должны показывать, что все реформы действительно делаются в интересах ребёнка, и что он во всех этих изменениях – центральная фигура.

– Многие родители считают, что переход на трехъязычие, внедрение компьютерной и финансовой грамотности в начальных классах – это колоссальная нагрузка на ребенка…

– Да, и я с этим согласна. Запомнить 15 страниц текста по истории Казахстана за один урок – это еще и неэффективно. Об этом говорится уже давно. Поэтому мы сегодня ориентируемся на максимальную передачу базовой информации, которая даст возможность наращивать новые знания. То есть мы будем говорить о том, что уменьшаем нагрузку, но при этом даем ребенку всё, что ему необходимо для дальнейшего саморазвития. Таким образом, мы решаем еще одну важную задачу образования – обеспечиваем непрерывность образования.

– О чем идет речь?

– Помните пословицу «Век живи – век учись»? Несмотря на то, что ей уже тысячи лет, смысл остается актуальным всегда. Непрерывность – это когда человек, как личность, не желает останавливаться на достигнутом и продолжает работать над собой всю жизнь. При этом он не просто постоянно учится, но и не боится менять специальность. Если наше поколение удовлетворяла стабильность, когда получил знания, устроился на работу и сидишь там до пенсии, нынешняя молодежь не ограничивается тем, что дает им государство, школа или вуз, она самосовершенствуется. Если раньше мы удивлялись, когда шестидесятилетний или восьмидесятилетний человек поступал в университет, сейчас это уже в порядке вещей. В этом и заключается смысл непрерывности. У нас много на самом деле таких людей, которые стремятся к лучшей жизни, им неинтересно останавливаться на чём-то одном и уже достигнутом. И мы считаем, что это стремление нужно поддерживать.

– Каким образом?

– У нас сегодня, к примеру, предлагается бесплатная переквалификация, открываются различные курсы и направления при вузах и государственных структурах. Помимо этого, открываются частные курсы и учебные центры.

– А не планируется сделать что-то наподобие открытых лекций для всех желающих, как это практикуется за рубежом?

– Я думаю, со временем мы и к этому придем. Но уже сейчас у нас есть множество курсов и обучающих программ, которые заполонили Казахстан, от самоутверждения до лидерства. Есть среди них и любительские, есть и хорошие профессиональные программы. Национальная палата предпринимателей «Атамекен», различные неформальные организации и профессиональные ассоциации предлагают вполне конструктивные вещи. То есть поле уже сформировано. Другое дело, что нужна системность, нужны качественные интернет-ресурсы, нужно расширять информационное поле, чтобы люди знали, куда обращаться и где получить качественную информацию о том, как можно изменить свою жизнь.

– Если я правильно понимаю, непрерывное образование напрямую связано с цифровизацией, которая пока в Казахстане оставляет желать лучшего: не везде есть Интернет, не говоря уже о компьютерах. Можно ли говорить в этом случае о развитии всей страны в этом направлении?

– На самом деле в Казахстане положение гораздо лучше, чем в других странах постсоветского пространства. В этом плане мы можем уверенно говорить, что уже дружим с цифровыми ресурсами, которые зашли сегодня практически в каждый дом, вуз, школу. Мы приняли целую программу на уровне государства, вкладываем ресурсы, ставим задачи перед местными исполнительными органами. Но, конечно, вопросы ресурсной поддержки еще остаются. Есть организации и регионы, которым нужно помочь, поддержать на уровне, может быть, частного бизнеса, где-то достроить, оснастить. Должно не только Министерство образования этим заниматься, но также Министерство информации и коммуникаций, Министерство экономики. То есть должен быть такой межведомственный подход. Только в этом случае мы можем получить быстрый результат.

Вместе с вопросом о доступе к информационным ресурсам мы говорим об их качестве и системности информации. То есть одно дело, когда ты заходишь и пытаешься найти что-то нужное среди огромного количества информации, сильно устаешь и при этом ничего не находишь. Другое дело, когда есть какая-то систематизация, когда ты заходишь по определенной ссылке и попадаешь прямиком на нужный сайт. Но радует, что сейчас уже появляются такие организации и стартаперы, которые приводят это в порядок.

– Можете привести в качестве примера один такой ресурс?

– Ну, например, учителю некогда заниматься сбором информации, красивых и ярких фильмов, он может просто зайти в bilimbox – поддержанный и рекомендованный министерством ресурс. Подобные ресурсы нужно наращивать, систематизировать, сделать доступными и качественными. В Казахстане эту идею уже подхватили и начали коммерциализировать.

– Вы хотите сказать, что перед отечественным бизнесом открывается новая ниша?

– Однозначно. Образование – это та сфера, где родители не жалеют денег. Все понимают, что сегодня вкладывают в свое будущее. Поэтому бизнес заинтересован участвовать в поддержке системе образования.

Более того, это социальная ответственность, о которой у нас сегодня так много говорят. Они могут поддержать значимые для государства и населения направления, вкладывая свои средства. Несмотря на то, что школ у нас строится огромное количество, мы всё же говорим бизнесу: давайте открывать частные школы, как это было сделано по дошкольным учреждениям при помощи государственно-частного партнерства.

Если мы хотим быть той страной, которая войдет 50 лучших стран, надо работать и совершенствоваться в этом направлении.

Алина Альбекова

Америка привела себя в пример Казахстану

По данным ЮНЕСКО, более 4,5 миллиона человек путешествуют по миру в поисках образования, и эта цифра ежегодно растет.

22 Май 2018 07:00 6801

Америка привела себя в пример Казахстану

Казахстан назвали одним из главных экспортеров знаний в Центральной Азии. Однако Центрально-Азиатским хабом его пока назвать сложно. Согласно статистическим данным, на сегодняшний день в Казахстане обучаются около 14 тысяч иностранных студентов, в числе которых 3683 – из Узбекистана, 1320 – из Туркменистана, 1026 – из Кыргызстана, 1290 – из Китая, 3290 – из Индии. К 2020 году их число планируется увеличить до 50 тысяч человек.

Какие специальности привлекают иностранных студентов в США и какие страны сегодня являются флагманами в сфере образовательного туризма, рассказала специалист-лектор Института международного образования и Американского совета Клэр Оверман.

«У нас был проект о студенческой мобильности. Это глобальные данные, куда ездят студенты для получения образования по всему миру. Собирать эту информацию нам помогают различные образовательные организации. В Казахстане у нас пока нет такого партнера, но мы бы хотели им обзавестись», – отметила она.

По данным исследования, тройка лидеров по приему иностранных студентов остается неизменной: США, Великобритания и Китай. Стабильный рост наблюдается также в Австралии, Франции и Германии.

Количество иностранных студентов, обучающихся в США в 2016/17 академическом году, превысило 1,7 млн человек, что показывает рост на 3,4% по сравнению с предыдущим годом. Однако, по предварительным данным, в этом году может произойти снижение на 3%.

Около 16% из общего числа студентов, по словам Клэр Оверман, остались в США на практику и оплачиваемую стажировку с дальнейшим трудоустройством. Студенческая виза, как оказалось, предоставляет такую возможность.

«Мне бы хотелось узнать, как обстоят дела в Казахстане. Мне кажется, большинство студентов сейчас хотят получать практический опыт, а не просто степень или диплом. Получив бакалавра, но не получив практики, вы не сможете работать. Стажировка – это то, что в вашем резюме будет говорить о наличии опыта, когда вы проходите интервью на соискание должности», – отметила эксперт.

Студенты в США приезжают со всего мира. Последние пять лет студенческая активность наблюдается из Китая, Индии, Саудовской Аравии и Южной Кореи. И если из первых двух стран в основном едут выпускники высших учебных заведений, то из Кореи и Саудии – выпускники школ. По словам Клэр Оверман, в Саудовской Аравии это связано с большим количеством программ, финансирующих и предоставляющих стипендию выпускникам для обучения, тогда как из Южной Кореи едут обучаться на платной основе.

«Среди американцев существует такое мнение, что зарубежных студентов очень много, и все они занимают места, предназначенные для американцев. Это неправда. Международные студенты составляют всего пять процентов от всех студентов, которые учатся в вузах США», – заметила она.

Больше всего студентов, по статистике, обучается в Калифорнии, Нью-Йорке, Техасе, Массачусетсе. Это самые топовые направления. Правда, за последний академический год в Калифорнии отмечен спад на 3%, Техасе – на 12%, Нью-Йорке – на 1%, в Массачусетсе – на 8%.

«Это одна из тенденций, которую мы наблюдаем в наше достаточно хрупкое время. Люди думают, надо ли им ехать учиться за рубеж, какую школу выбирать. В основном они выбирают институты высокого качества, потому что хотят наибольшую ценность получить от обучения. Тогда как для самих американцев один из лучших способов войти в высшую систему образования по небольшой цене – это муниципальные колледжи», – констатировала Клэр Оверман.

В основном, по ее словам, зарубежных студентов привлекает бизнес, менеджмент, математика (15%), компьютерные технологии и инженерные специальности (20%). Большой процент международных студентов приезжает для получения степени STEM (11%). Что касается социальных дисциплин (8%), искусство и прикладное искусство (5,7%).

Главным преимуществом интернационализации, по словам эксперта, является экономическая выгода. К примеру, вклад международных студентов в экономику США в 2016 году составил почти 40 млрд долларов. Здесь учитывается не только плата за обучение и проживание в общежитиях, но и шопинг, который совершают иностранные студенты, их участие в различных мероприятиях.

«Это помогает американской экономике. И, когда мы говорим с политиками об этом, сходимся в мысли, что это один из серьезных аргументов для привлечения международных студентов», – уточнила она.

Что касается американцев, которые обучаются за рубежом, анализ показывает: чаще всего за рубеж уезжают учиться выпускники школ. Статистика на 2015-2016 академический год показывает: более 325 тысяч студентов из Америки сегодня обучаются за рубежом.

«Это должно быть интересно Казахстану, так как показывает тенденцию того, к чему стремятся американские студенты, куда они хотят идти. У нас есть проблема мотивирования и содействия американским студентам для обучения за рубежом, в отличие от Казахстана. И в США нет такой культуры, как обучение за рубежом: для них это сложно и страшно», – заметила эксперт.

Самым привлекательным направлением для американских студентов пока является Европа. Но есть также студенты, которые едут учиться в Нидерланды, Данию, Кубу, Японию, Новую Зеландию, Южную Африку, Чехию. По словам эксперта, это обусловлено совместными программами по обмену и образовательными политиками этих государств, а также низкими ценами на образование. Все меньше американских студентов выбирают Францию, Индию, Китай и Бразилию.

В основном американцев привлекает область STEM, бизнес и менеджмент. А вот языковые программы стали менее популярными. По мнению Клэр Оверман, чтобы стать популярным направлением для зарубежных студентов, надо диверсифицировать систему образования не только в плане рас и этносов, но и возможности включения студентов с инвалидностью, а также в плане обучения и его сроков. Особенно привлекают иностранных студентов возможности практики и стажировок.

Алина Альбекова

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: