/img/tv1.svg
RU KZ
РТС 1 079,39 Hang Seng 23 739,48
KASE 2 222,90 FTSE 100 5 568,61
DOW J 22 046,20 Пшеница 558,20
Почему киностудии выгодны Казахстану?

Почему киностудии выгодны Казахстану?

Продюсер Александр Шапиро: «В Казахстане могут легко сосуществовать как минимум три киностудии».

26 Июль 2019 11:13 12145

Почему киностудии выгодны Казахстану?

Автор:

Галия Байжанова

Новости

Все новости

В рамках кинофестиваля «Евразия» Inbusiness.kz побывал на мастер-классе голливудского продюсера Александра Шапиро, 14 лет проработавшего в Warner Bros, а затем спродюсировавшего «Ярость» с Брэдом Питтом, «Саботаж» с Арнольдом Шварценеггером и комедию «Дедушка легкого поведения» с Де Ниро. Мы выбрали самое интересное из его выступления.

Сейчас Александр Шапиро является управляющим директором венчурного фонда, который специализируется на инвестициях в медийных и развлекательном секторах, а также работает исполнительным директором продюсерской компании, запускающей фильмы с топовыми голливудскими актерами.

– Александр, Вы сказали, что долгое время занимались строительством киностудий в разных странах, насколько это большой бизнес и во сколько нам обойдется современная киностудия в Нур-Султане, о которой все говорят?

– Надо понимать, что есть стоимость земли, а есть стоимость строительства самой киностудии, цена ее зависит от требований к проекту, количества павильонов и уровня фильмов, которые там планируют снимать. Если нужны такие павильоны, чтобы там можно было бы проводить съемки супердорогих проектов вроде «Терминатора» или «Мстителей», то это одна стоимость, если нужны павильоны, рассчитанные на небольшие локальные проекты, то стоимость будет другой. Там много факторов, которые влияют на стоимость, учитывается все, от высоты павильонов и материалов, используемых при строительстве, до оборудования, которое устанавливается внутри. Но все это, конечно, недешевый бизнес. Для того чтобы вы понимали, я скажу, что киностудия в Альбукерке, в крупнейшем городе штата Нью-Мексико, в которой восемь павильонов, обошлась государству в $70 млн.

– У киноманов Альбукерке ассоциируется с гениальным сериалом «Во все тяжкие...»

– Там вообще снималось много знаменитых проектов: первый «Мститель», четвертый «Терминатор» и прочие. Студию открыли в 2007 году, и за 11 лет ее существования до продажи платформе Netflix в прошлом году там было сделано проектов на 5$ млрд и создано 25 тысяч рабочих мест. А благодаря сериалу «Во все тяжкие» этот городок в забытом Богом штате, где население всего штата, кажется, не больше 2 млн человек, стал центром туристической индустрии и местом паломничества кинофанатов.

– Говорят, там регулярно случаются из-за этого казусы…

– Да, был даже такой случай – в одном из эпизодов сериала какой-то из героев якобы закапывает неподалеку клад. Как-то так получилось, что его координаты попали в кадр. Через несколько дней после выхода этой серии ребята из секьюрити киностудии обнаружили у своих ворот странного мужчину с лопатой, который решил этот самый «клад» откопать. Поскольку это было за территорией студии, формально они ему предъявить ничего не могли и молча за ним наблюдали, пока руководитель службы не догадался у того спросить – долго ли он добирался до Альбукерке? Мужчина ответил, что три дня. Пришлось охладить пыл кладоискателя и сказать, что все самое ценное выкопали уже в следующей серии, которая вышла на экран, пока он был в пути.

И все-таки Альбукерке – это США, ехать далеко не нужно, а киностудии, которые находятся за пределами Америки, насколько они успешны?

– Это зависит от умения управлять студией, от уровня привлекаемых проектов и преференций, которые созданы для производителей кино. Я знаю про болгарский опыт – в их столице, Софии, была киностудия «Бояна», которая долгое время не приносила никакого дохода государству, и власти решили продать ее американской киностудии «Миллениум» за символическую сумму – $1. После того как туда пришли американцы и проинвестировали крупные суммы в новые павильоны и декорации, все изменилось, сейчас «Бояна» загружена по максимуму – 12 проектов в год, и студия находится не в Америке, а в Европе.

– В мире уже, наверняка, достаточное количество киностудий, а новые, которые бы могли иметь международный потенциал, строятся?

– Да, и не одна. Почему я это говорю с уверенностью? Потому что одна из компаний, которая находится в нашем инвестфонде, как раз-таки занимается строительством и управлением киностудиями. Этот бизнес мне хорошо знаком. Так вот, только в прошлом году мы выиграли тендер на строительство киностудии в Лондоне. Это первая и единственная киностудия, которая там строится за последние 25 лет, проект большой – там будет 19 павильонов. Это притом что на сегодняшний момент в Англии уже 24 киностудии, и только в Лондоне их семь.

– То есть если еще и в Нур-Султане построят, то все нормально, а то ведь уже у нас есть киностудия – «Казахфильм»?

– Потенциал для развития есть, поэтому почему бы не иметь несколько киноцентров? Вместо того чтобы собирать все в одном месте. Более того, я скажу, что если построите в своей стране и третью киностудию, то и она будет уместна. А новые киностудии появляются сейчас везде – мы строим не только в Лондоне, о котором я уже говорил, у нас есть два проекта, но поменьше, в Америке, мы их сейчас обсуждаем. Сейчас строительство киностудий и привлечение кинематографистов в свою страну обсуждают и Кипр, и Иордания, и Тунис, и Мальта, везде вводятся рибейты. Начинают строить или покупать киностудии даже такие платформы как Netflix, которые сейчас активно развивают свой контент.

– Где сейчас самые лучшие студии в мире, помимо Америки?

– Это, безусловно, в Китае, в Шанхае. Там сейчас построили такую грандиозную студию с роскошными декорациями: если улица, то там не просто кусочек улицы, а чуть ли не квартал с очень серьезными зданиями, если джунгли, так джунгли, и так далее. Вы тоже должны учитывать, что и ваши павильоны должны быть многоплановыми, чтобы, не выходя за стены киностудии, можно было бы снять все: одним нужна в кадре разруха, другим – улицы Нью-Йорка, и все это у вас должно быть.

– У Вас есть опыт работы с Китаем. Это очень интересный, но очень закрытый рынок, расскажите о нем подробнее – что нужно для того, чтобы иностранный кинопроект попал в китайский прокат?

– Рынок действительно грандиозный – там 60 тысяч экранов, и вы правы – достаточно закрытый, ведь, чтобы выйти там в прокат, нужно пройти через комитет по цензуре, а все это очень долго. Я неплохо знаю рынок Поднебесной и все его тонкости, ведь, работая на Warner Bros. в 2004 году, я открывал там киностудию, а в 2015-м мы там прокатывали «Ярость» с Брэдом Питтом. Но, к сожалению, мы не получили от китайского проката тех денег, на которые рассчитывали, ведь Брэда Питта там не очень жалуют, он ведь снимался в картине «7 лет в Тибете», которая не понравилась китайским властям. Как я понимаю, чтобы зарабатывать деньги в Китае на прокате, ваш фильм должен быть показан на большом экране. А чтобы фильм попал на большой экран, нужно иметь копродукцию с китайцами или уметь войти в квоту, которую выделяют для иностранных фильмов. Какие фильмы туда могут входить и почему – не секрет, это публичная информация, но работать там крайне сложно.

– А в чем сложность?

– Да во всем, взять хотя бы бюрократические проволочки. Вот, к примеру, российская спортивная драма «Движение вверх» стала самым прибыльным иностранным проектом в Китае и собрала большую кассу. Но на китайском рынке все иностранные картины могут находиться только по квоте, квота выдается только на четыре недели, а если вы по каким-то причинам не успели ее сделать на следующие четыре недели, то фильм уходит с проката, несмотря на популярность и востребованность. Одним словом, очень специфические правила.

– А еще есть какие-то подводные камни?

– В Китае, конечно, можно заработать колоссальные деньги, но вывести их из Китая, думаю, будет очень сложно, там все так устроено, что, для того чтобы эти деньги получить, нужно будет опять их инвестировать в китайский рынок. Я думаю, что, для того чтобы работать в Китае, там нужно иметь правильного бизнес-партнера из местных. Сейчас мы пробуем работать на их рынке с российской анимационной компанией, которая сделала мультфильм «Снежная Королева» – он оказался довольно успешным и собрал там около 10-12 млн долларов, посмотрим, что будет дальше.

– Вернемся к казахстанским проектам. Что им нужно для того, чтобы выходить в международный прокат? Участие в фестивалях, большие звезды или, может, успешные кассовые сборы, в первую очередь в своей стране?

– Все вышеперечисленное вместе. Когда народ поймет, что у вас здесь есть индустрия, есть хорошие режиссеры, операторы, когда за ними начнут охотиться, тогда все заработает. Конечно, объем рынка у вас мал, и нужно, чтобы фильмы выходили на международное поле, но здесь без помощи государства вам не обойтись. И как раз такие организации, как Государственный центр развития национального кино, который у вас только что создали, должны дать хороший толчок для развития. Вот что нужно, для того чтобы показать фильм на американских экранах? В первую очередь, реклама в кинотеатре. В среднем рекламная кампания на один экран в США стоит около $10 тысяч, если крутите ее на 10 экранах, получится, соответственно, $100 тысяч. Так вас начнут узнавать, возможно, заинтересуется какая-то из платформ, есть вероятность, что заметят на рынках. Надо пробовать, вы – богатая страна, так поддержите своих кинематографистов.

– А имеет ли смысл платить за рекламную кампанию такие деньги, если у нас бюджет картины, как правило, около $200 тысяч?

– Ну а «Ведьма из Блэр», которая до сих пор является одним из примеров грандиозного кассового успеха? Она вообще за $6 тысяч была снята. Поймите, в Америке без рекламы никак. Тут просто нужно найти правильного партнера, который сможет правильно представить фильм и обеспечить ему правильный пиар. Ваша же задача – заинтересовать ваше государство помочь своим кинематографистам. Во всяком случае, правовая база в виде закона о кино создана.

– А что Вы думаете о средне- и низкобюджетных фильмах, снятых в Казахстане, есть ли у них возможность стать такими же популярными, как это получилось, например, у знаменитого индонезийского боевика «Рейд»?

– Да, к таким проектам Казахстану и стоит присмотреться, ведь там не нужны какие-то большие актеры или супервложения. Нужны только хорошие истории и высокопрофессиональная команда. Развивайте свой профессионализм, предлагайте таких профессионалов рынку, за которыми к вам приедут, и все должно получиться.

– Куда проще попасть казахстанскому фильму – в американский прокат или на Netflix?

– В американский прокат попасть несложно, нужны только деньги на рекламную кампанию, и из 35 тысяч экранов 50 вы точно получите. Конечно, нужно знать, какие брать экраны, в каких местах, в какое время ставить фильм, но это все доступно. Что касается Netflix , то туда попасть сложнее, но это мощная сейчас платформа, куда все стремятся попасть, ведь, по данным прошлого года, ее капитализация поднялась до $153 млрд, обогнав даже такого мощного производителя кино, как Disney. Но Netflix заинтересован в интересном контенте, и, судя по тому, как они развиваются, они будут заинтересованы в локальных проектах, ведь что такое подписчики Netflix? Из 140 млн только 60 млн – американцы. У них поэтому много контента на других языках: на французском, испанском, корейском, китайском. Одним словом, локальное кино востребовано.

– Несмотря на всю осторожность и грандиозную предварительную работу, голливудские картины проваливаются. Что потом происходит с командой, с ними больше не работают, как с убыточными?

– Давайте поймем, что значит «проваливаются»? Недобирают сумму, на которую рассчитывали? Или не возвращают потраченные средства? Или что? Поймите, то, что вы читаете в прессе о провалах, как правило, не имеет под собой оснований. К примеру, картина может заявлять бюджет в $50 млн, но все ли знают, что продюсеры вернули 25 процентов через рибейты? А значит, бюджет уже не 50, а меньше – 40. Или, например, если фильм не собрал кассу в кинотеатрах, у него масса дополнительных возможностей: продажа на телевидении, в онлайн-кинотеатры, DVD и прочее. Так бюджеты потихоньку и отбиваются. К примеру, нашей картине «Девятый район» уже девять лет, а она до сих пор приносит доход. Это работает по принципу библиотеки – ты берешь что-то.

– То есть все равно большая часть картины так или иначе окупится?

– Бывают картины, которые собрали в прокате настолько маленькую кассу, что будут окупаться как минимум 20-30 лет, но и у них есть шанс. И потом, все понимают, что киноиндустрия – это рискованный бизнес, и инвесторы, которые приходят в кино, должны понимать, что из 10 произведенных фильмов половина провалится, но остальная половина с высокой вероятностью вернет деньги и свои, и тех проектов, что провалились. Поэтому в кинобизнесе принято диверсифицировать риски – делать копродукцию, например.

– Какой Вы в будущем видите индустрию кино? Может, есть виды бизнеса, на которые стоит обратить внимание? К примеру, виртуальная реальность или какие-то интерактивные развлечения?

– Кино, несмотря на все прогнозы, все равно останется на больших экранах, но также будет создавать контент для просмотра на мобильных телефонах – это короткое видео по две-три минуты, появятся новые жанры. Одно из этих направлений успешно осваивает ваш бывший соотечественник Тимур Бекмамбетов. Если вы видели его последние продюсерские проекты, такие как фильм Searching («Поиск)», где все действие разворачивается практически на экране вашего компьютера или телефона. Такие фильмы не требуют большого бюджета, и это определенно новый киноязык, который будет развиваться.

– А интерактив будет в кинотеатрах будущего, как думаете?

– Мало в это верю, с этими виртуальными очками уже сейчас проблема – люди не хотят надевать очки, и непонятно, что с этим делать. Думаю, должно пройти время, чтобы это перестало быть интересной игрушкой на один раз, и люди бы привыкли к такому виду развлечений. И знаете, я все равно верю в создание национального кино. Его будет становиться больше – нашим детям важно понимать откуда их корни. Лично мы решили инвестировать не просто в развлекательный контент, но и в тот, что может дать им какую-то информацию для размышления. Так что дерзайте, только давайте это все не прозеваем.

– Ну и мучающий сегодня всех вопрос о чернокожей русалочке – насколько важно сегодня в Голливуде брать на главные роли тех, кто был раньше в тени?

– Я не думаю, что это делается специально – нет такого правила, и американцам действительно неважно, какого цвета будет русалочка, какая разница? С другой стороны, люди, делая это, понимают, что они делают и зачем. Во-первых, пиар – все об этом только и говорили, во-вторых, если это увеличивает потенциал картины и ее охват, то почему бы и нет? Мир меняется, и это надо понимать.

Галия Байжанова

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Потери казахстанского кинобизнеса составят 5 млрд тенге

Причиной является временный запрет из-за коронавируса.

13 Март 2020 12:42 2489

Потери казахстанского кинобизнеса составят 5 млрд тенге

Потери казахстанского кинобизнеса из-за временного запрета работы кинотеатров в торгово-развлекательных центрах могут составить 5 млрд тенге. Об этом inbusiness.kz сообщил PR-директор Kinopark & Kinoplexx Theatres Ерлан Бухарбаев.

Напомним, вчера, 12 марта, вице-премьер Ералы Тугжанов сообщил, что кинотеатры в торговых развлекательных центрах временно закроют из-за угрозы распространения коронавируса.

«Этот вопрос непростой был, мы его долго обсуждали. Фактически фильмы у нас идут более часа, поэтому в одном помещении нахождение столько времени будет вызывать определенные вопросы, поэтому мы приняли такое решение», – отметил вице-премьер.

В этот же день кинопрокатчики Казахстана обратились с открытым письмом к премьер-министру страны Аскару Мамину, в котором просят не закрывать кинотеатры. В письме, подписанном десятью представителями сетей и кинотеатров, говорится о том, к чему может привести данное распоряжение. В их числе угроза потери рабочих мест и заработной платы сотрудников кинотеатров более чем для 5000 сотрудников на обозначенный срок; финансовые потери всех организаций, занимающихся прокатом, дистрибуцией, подготовкой премьер новых фильмов, в том числе и казахстанского производства, запланированных на обозначенный указом период, что напрямую скажется на объеме налоговых отчислений в бюджет страны.

«Учитывая, что кинотеатры уже испытывают значительное снижение посещаемости по причине переноса ожидаемых мировых и казахстанских премьер, у кинотеатров возникают проблемы по кредитным обязательствам перед банками, в том числе и в иностранной валюте. Закрытие кинотеатров только усугубляет ситуацию», – говорится в письме.

В целом в Казахстане в 2018 году, по данным комитета по статистике минэкономики, работало более 96 кинотеатров с общим количеством залов в 320 единиц. Так, наибольшее количество кинозалов находится в Алматы – 113, в Нур-Султане – 54, в Карагандинской области – 17, в Шымкенте – 16. Общее число мест в кинозалах по всей стране составляет порядка 47 тысяч. Доход всех кинотеатров от оказанных услуг в 2018 году составил 18,4 млрд тенге. Число проведенных киносеансов около 740 тысяч, из них национальные фильмы – 120 тысяч, зарубежные фильмы – 626 тысяч показов, число проведенных киносеансов для детей – 164 тысячи. Общее число посещений киносеансов составило 17,8 млн человек.

Коммерческий директор сети кинотеатров Chaplin Дмитрий Кириенко также говорит о потенциальных убытках, которые понесет бизнес. По его словам, о постановлении участники рынка узнали из новостей.

«На сегодняшний день у нас на руках нет распоряжения от местных властей о запрете работы кинотеатрах. Поэтому в настоящее время мы ждем официальные документы. Для того чтобы посчитать наши убытки, необходимо понимать юридический статус этого вопроса. Если данная история будет носить характер форс-мажора, возможно, какие-то обязательства мы сможем перенести на неопределенный срок. Если же мы будем продолжать нести все затраты, но при этом не будем работать, это ударит по бизнесу. Так как большая часть кинотеатров несет обязательства перед кредиторами, банками, сотрудниками, арендаторами, поставщиками и дистрибьюторами фильмов. То есть достаточно много постоянных обязательств. К примеру, наша сеть оборачивает порядка трех с половиной миллионов зрителей в год, если учитывать, что март – это один из лучших месяцев в году, на который приходится порядка 14-16% всей годовой выручки, что практически в два раза больше, чем в любом другом месяце, безусловно, потеря прибыли сильно ударит по нам и нашей способности отвечать по своим обязательствам», – подчеркнул Дмитрий Кириенко.

Майра Медеубаева

Адильхан Ержанов: «Я хотел создать крепкий сюжет»

Казахстанский кинорежиссер о фильме «Черный, черный человек».

07 Февраль 2020 08:21 5332

Адильхан Ержанов: «Я хотел создать крепкий сюжет»

В массовый казахстанский прокат вышел фильм Адильхана Ержанова «Черный, черный человек». За свое творение казахстанский режиссер получил «азиатский Оскар» в номинации «Лучший режиссер». В интервью корреспонденту inbusiness.kz Адильхан Ержанов рассказал о том, что стало определяющим для сюжета, почему он не ждет больших сборов в прокате, и готовности казахстанского зрителя к авторскому кино.

– Адильхан, Вы являетесь сосценаристом этого фильма. Почему была выбрана именно эта история? Что вас вдохновило на ее создание?

– Наверное, как и любому кинематографисту, мне нравится Альфред Хичкок и его формула саспенса (Саспенс» (англ. suspense) – беспокойство, приостановка, а латинский глагол suspendere переводится как «подвешивать»). Я всегда мечтал сделать фильм, где саспенс будет определяющим для сюжета. Когда-то я прочитал рассказ американского автора, о человеке, которого собираются линчевать. Мне показались интересными взаимоотношения полицейского и местного жителя, которого пытается защитить шериф. Мне же захотелось немного другой истории, где весь фильм главный герой находится между дилеммой – убивать или нет. Я подумал, что если смогу показать метаморфозу героя, его эволюцию, то выполню свою задачу. А остальное было уже дело техники. При переносе подобного сюжета на наши реалии, естественно, появляется и социальный фон, и какая-то правда жизни. Но изначально у меня не было цели сделать социальную историю, я хотел создать крепкий сюжет.

– В чем уникальность этой кинокартины для Вас, как для режиссера?

– Конечно, подобных сюжетов было много, и я не думаю, что изобрел что-то новое в эстетике. Свою работу оценить сложно, но самое оригинальное, что есть в картине, на мой взгляд, это дуга характера главного героя, его развитие. Все концентрируется на нем. Неотрывно мы следим за тем, как в подробностях, детально меняется его характер. При этом главный герой явно нигде не показывает своих изменений. Все происходит внутри, в подтексте. Сюжет фильма классицистский, с некоторыми нарушениями, но единство места, времени и действия остается. Мы не переключаемся ни на что другое и идем вслед за персонажем.

– В «Ласковом безразличии мира» художественная реальность вкраплена в настоящую жизненную реальность. В детективной истории «Черный, черный человек» также уживаются два этих мира?

– Это более реалистичное по форме кино. Здесь нет той доли условности, которая присутствовала в «Ласковом безразличии мира». Но в самой эстетике фильма есть какой-то намек на то, что фильм является фильмом. В этом смысле есть некий постмодернизм. И, мне кажется, я уже ни в одной работе не смогу избавиться от этого налета условности. Я думаю, любой фильм должен обладать какой-то условностью. Кино без стиля – это не очень интересно.

– Каков бюджет фильма? Он снимался полностью на инвестиции Astana Film Fund или в нем также есть доля участия других финансовых источников?

– Бюджет фильма – $50 тыс., и это полностью инвестиции Astana Film Fund. Мне кажется, это один из самых маленьких бюджетов в нашем казахстанском производстве. Мы выиграли питчинг на Almaty Film Festival и благодаря этому сняли фильм.

– Сколько времени заняло создание фильма?

 Над сценарием я думал очень долго. Первая сценарная наработка была лет пять назад. Это была совсем другая история. Единственный фабульный стержень, который остался, это то что местного дурочка пытаются линчевать. Дальше все развилось в историю о следователе. Где-то за три месяца я доработал сценарий. Снимали фильм в течение месяца, из них 11 съемочных дней. Съемки шли через день. В промежутках готовились и репетировали.

– На какой охват аудитории вы рассчитываете?

– Мне кажется, для аудитории это непривычный жанр. Все-таки зритель, вообще, не очень любит мрачные фильмы, и не только в нашей стране. В той же Италии с американскими фильмами могут конкурировать только солнечные комедии. Если там такая проблема, то нашему зрителю это тем более простительно. «Черный, черный человек» со своими особенностями и может не понравиться большой аудитории, и не собрать бюджет, как настоящие коммерческое кино. Это мой пессимистичный прогноз. Но я надеюсь, что хоть какая-то часть аудитории посмотрит картину. Наш зритель достаточно образован, но, возможно, дело в том, что у нас еще не сформировалась культура просмотра авторского кино. Также база кинотеатров, где показывают такие фильмы.

– По Вашим ожиданиям, сколько картина соберет в прокате? Как Вы считаете, она окупится?

– «Ласковое безразличие мира» собрал смешные деньги, около 200 тысяч тенге. Я думаю, «Черный, черный человек» соберет немного больше. Но это мой пессимистичный прогноз. Я не очень верю, что снял картину, которая станет хитом. Зато верю в то, что те зрители, что посмотрят ее, найдут что-то интересное для себя. Оценить окупаемость фильма смогут только дистрибьютеры, но я думаю, даже бюджет в $50 тыс. будет сложно окупить.

– Кинокартина Сергея Дворцевого «Айка» не окупилась, но получила признание на Каннском кинофестивале и считается одним из шедевров мирового кино. Его можно назвать художником, который занимается творчеством. Сейчас режиссер оказался в сложной ситуации. Фильм не стал кассовым, и у него образовались долги. Вы, наверное, знаете об этой ситуации. Насколько важно, чтобы государство поддерживало подобные авторские фильмы?

– То, что делает Дворцевой, это область культурного кинематографа, произведение искусства, которое должно поддерживаться государством, как музеи, балет. Если такое искусство не будет финансироваться государством, то исчезнет. Во всех странах Европы авторские фильмы финансируются государством.

– В Казахстане создан Государственный фонд национального кино. Как вы считаете будет ли это способствовать развитию казахстанского кинематографа? Насколько он будет эффективен? Казахфильм, например, таким назвать нельзя. По данным счетного комитета, больше половины снятых там фильмов не выходят в прокат.

– По аналогии с европейскими фондами, конечно, это должно способствовать развитию. В таких фондах есть комиссия, отчего возникает какой-то плюрализм мнений. Есть рыночная конкуренция прозрачность, а это всегда хорошо. Фонд работает первый год, и результаты уже есть. Составлен определенный список фильмом. Мы точно знаем, кто финансируется и в каких жанрах. Среди них есть авторское и коммерческое кино. И эта первая ласточка меня радует.

Даже на голливудских студиях, примерно половина фильмов и может быть больше, не видит проката. Это нормальный процесс. Какие-то фильмы оказываются не прокатными, какие-то незавершенными и ждут дофинансирования.

– Поделитесь своими планами. Над чем вы сейчас работаете?

– Я готовлю два проекта. Один на частной студии, один на Казахфильме. Надеюсь, что в конце этого года и начале следующего мы их увидим. Они будут отличаться от того, что я делал раньше. Мне кажется нет смысла делать то, что ты уже сделал, надо пробовать новое.

Мария Галушко, Динара Куатова

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: