В филармонии Джамбыла состоялся концерт фортепианной музыки "Посвящение Баху"

4752

Практически все, вошедшие в программу пьесы – шедевры, которым присущи мистицизм и таинственность.

В филармонии Джамбыла состоялся концерт фортепианной музыки "Посвящение Баху"

20 мая в Казгосфилармонии им. Жамбыла состоялся концерт фортепианной музыки "Посвящение Баху". Разгадать загадку влияния Иоганна Баха на музыку ХХ века попыталась исполнитель, дипломант и призер международных конкурсов и фестивалей Жанар Сулейманова. Известная пианистка дала эксклюзивное интервью inbusiness.kz.

– Жанар, что вошло в программу концерта и почему?

– Это произведения великого немецкого композитора, а также композиторов ХХ века, восхищавшихся Иоганном Себастьяном Бахом как человеческим и нравственным ориентиром, а также музыкальным идеалом. В программе: Бах, Английская сюита номер 3 соль минор, BWV 808;  Бах-Бузони, Чакона ре минор, BWV 1004; Альфредо Казелла, Два ричеркара на имя B-A-C-H, Op.52; Артюр Онеггер, Прелюдия, Ариозо и Фугетта на тему ВАСН; Альберт Руссель, Прелюдия и Фуга (Посвящение Баху), соч. 46; Франсис Пуленк. Вальс-импровизация на тему ВАСН. Программа сложнейшая и чрезвычайно редко исполняемая. Может, за исключением, Чаконы, да и её не играют каждый день, она трудная.

Думаю, эта программа является дерзким вызовом и мне самой, и публике. Она не для тех, кто ищет развлечений. Она для тех, кто хочет мыслить, а значит, жить. Это усилие, интеллектуальная работа. Вспомнить только то, что ноты этих редко играемых композиторов с немалым усилием привезены из Парижа и Милана, и здесь, у нас, и в интернете их не достать. Некоторые произведения пройдены на мастер-классах в Мюнхене, Милане и Париже. Это концерт для тех, кто не ищет лёгких путей. Я знаю, таких немного.

– В чем влияние наследия Баха на культуру?

– "Музыка - моральный закон", - утверждал древнегреческий философ Платон. Музыка Баха действительно является моральным, нравственным законом. Величие этой музыки в том, как она очищает душу, возносит сердца ввысь, заставляет думать и размышлять о Вечном.

Великие композиторы умели превратить бытовой танец в возвышенное произведение. Это можно сказать и об Английской сюите соль минор И.С.Баха, где старинные танцы обретают иной, совсем не бально-танцевальный смысл и духовную силу.
Знаменитая "Чакона" ре минор Баха - Бузони превращает скрипичную Чакону Баха в произведение органного масштаба и звукового великолепия. Но Ферруччо Бузони, захвативший конец ХХ века и ушедший из жизни в 1924 году, ещё не отошёл в этом произведении от романтического многословия, красочности и фресковости.

Совсем иной мир представляют пьесы четырёх композиторов ХХ: Альфреда Казеллы, Артюра Онеггера, Альбера Русселя и Франсиса Пуленка. Их произведения напоминают о том, что прошлый век по своему трагическому мироощущению близок к эпохе барокко. И их лаконичность, ценность каждой ноты близки духу музыки Баха. Интересно, что всех этих композиторов (впрочем, и других тоже) привлек таинственный шифр B-A-C-H, то есть, Си-бемоль-Ля-До-Си.

Удивительно, что мистичность, таинственность свойственна и всей этой музыке прошлого века, написанной на этот шифр. Странным образом он вдруг становится тайным "кодом гениальности", поскольку практически все эти пьесы- шедевры!

– Что Вас так привлекает в этой музыке?

– Для меня остаётся загадкой, каким образом можно было, используя эти четыре ноты как основную линию, написать совершенно разные, не похожие друг на друга произведения. Композитор в таких произведениях становится уже не интуитивным певцом, пишущим прекрасные мелодии, нет, он конструктор-изобретатель: у композитора всего лишь четыре ноты, и из них должно вырасти произведение!

И меня потрясло то, что это получилось у этих композиторов. Вот где роль так называемой техники, роль интеллекта, конструкторское, архитектурное, инженерное, математическое, изобретательское начало.  И всё же ценность этих произведений в том, что в них есть ещё что-то свыше, таинственное, "искра Божья".

Если Казелла, Руссель и Онеггер пишут в "высоком штиле", серьёзно, глубоко, порой даже в жанрах барокко: прелюдия, фуга, фугетта, ариозо, то Пуленк написал вальс, ироничный, роскошный, элегантный. Это очень остроумно, насмешливо, и всё же как-то приподнято над обыденностью. Может в этом опять "виновно" зашифрованное имя Баха.

Ольга Власенко