«Экология как новая политика» – 2

«Экология как новая политика» – 2

07:34 13 Октябрь 2020 2796

«Экология как новая политика» – 2

Автор:

Кульпаш Конырова

Фото: express-k.kz

Эксперты прогнозируют, что в Казахстане не будет резкого подъема «зеленой» энергетики. Так, по мнению экономического обозревателя Сергея Домнина, возможно, что и к 2050 году мы не достигнем запланированных 50% доли ВИЭ в генерации, но на 20-30% выйти вполне реалистично. 

Г-н Домнин, вопрос создания «зеленой» экономики давно уже на повестке дня во многих странах мира, озабоченных изменением климата и связанным с ним природными катастрофами. Давайте поговорим о том, какие тренды существуют сейчас в мире и как на это повлиял коронакризис?

Когда говорят о «зеленой» экономике, обычно подразумевают два больших блока. Во-первых, низкоуглеродное развитие, сокращение выбросов. Во-вторых, ресурсосбережение. Кстати, хочу напомнить, что докторская диссертация первого президента Казахстана Нурсултана Назарбаева как раз о ресурсосбережении.

В результате коронакризиса мы видим два тренда – один связан с необходимостью восстановления экономики, а другой – со стремлением сделать ее более «зеленой». Как ни странно, очень жаркое лето 2019 года в Европе подтолкнуло дискуссии в европейских обществах на эту тему. И стимулировало разного рода регуляторы предпринимать такие дружественные по отношению к «зеленой» энергетике решения. 

Так, Европейский центробанк разработал программу по выкупу ценных бумаг на 750 млрд евро, чтобы поддержать экономику во время пандемии коронавируса. 250 млрд евро из них предлагается пустить в поддержку «зеленого» развития. Это важный момент. Дешевое финансирование хорошо стимулирует различные технологии, что показывает мировая практика.

В последние годы к возобновляемым источникам энергии обращаются даже крупные углеводородные предприятия, компании, консорциумы. Например, в 2018 году ВИЭ примерно на 500 МВт совокупной мощности купила ExxonMobil. Это не так много, например, сопоставимо с объемом, который дает один блок Экибастузской ГРЭС-1, но тем не менее. В нынешнем году примерно такой же объем мощности ВИЭ приобретает Chevron. 

Давайте поговорим о Казахстане, который взял обязательства увеличивать год от года долю ВИЭ в своей энергетической корзине. Как конкретно обстоят «зеленые» проекты у нас в стране?

В Казахстане в проекты «зеленой» энергетики часто входят электроэнергетические компании, которые в основном связаны с угольной генерацией. Например, недавно премьер-министр Аскар Мамин был в ветропарке «Астана Expo 2017», который построен компанией, акционеры которой также контролируют ЦАЭК.  Есть в периметре проектов и казахстанские коммунальные системы с «зеленой» генерацией, которых немало. 

В Казахстане некоторые проекты довольно конкурентны даже без тех условий поддержки, которые им предоставляет правительство. В частности, в ноябре прошлого года на аукционе победил проект ВЭС в Туркестанской области, в поселке Шаульдер. Объект получил тариф 12,5 тенге за 1 кВт. Угольная энергия Экибастузской ГРЭС сейчас стоит 5,6 тенге за 1 кВт. 

В конечном итоге в основе перспективных проектов всегда лежит финансирование. Однако льготное финансирование в казахстанских условиях не предоставляется банками второго уровня. Деньги, как правило, выделяют институты развития. Несколько проектов ВИЭ есть у Банка развития Казахстана, достаточно активен Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР). 

Теперь о перспективах. В Казахстане есть такая организация, как Международный финансовый центр «Астана» (МФЦА). Центр много критикуют за неэффективность, но, с другой стороны, одно из направлений его деятельности – «зеленое» развитие. В нынешнем году МФЦА договорился с ЕБРР о совместных проектах. Вполне возможно, что, двигаясь на этой «зеленой» волне, деньги пойдут в Казахстан по льготным ставкам. 

Почему Вы используете слово «возможно», что несет долю сомнения в успешной реализации «зеленого» развития при льготном финансировании от того же ЕБРР совместно с МФЦА?

Так как есть и сдерживающие моменты. Допустим, страны вроде Дании легко решаются отказаться от углеродных источников и переходят на строительство «зеленых» электростанций. У них процесс идет быстро. Или Германия, которая решила сократить до предела угольную генерацию и отказаться от атомной энергетики. 

В Казахстане же экономика такая, что большую часть генерации, если не ошибаюсь, около 40%, потребляют 30-35 крупных энергоемких предприятий. 

Соответственно, перейти на «зеленые» источники энергии одномоментно не получится, это длинный путь, на котором не нужно спешить. 

Представить, что через 10 лет Казахстан будет весь «зеленым», страшно: это означает коллапс современной казахстанской экономической модели, основанной на тяжелой промышленности. 

Поэтому прогноз такой: в стране не будет резкого подъема «зеленой» энергетики. Возможно, что и к 2050 году мы не достигнем запланированных 50% доли ВИЭ в генерации, но на 20-30% выйти вполне реалистично. 

С учетом наших особенностей, богатства углем и другими полезными ископаемыми, потенциала развития атомной энергии со временем увеличится разнообразие источников электроэнергии. Одни доступны, другие дешевы, третьи экологичны. И в каждом конкретном случае необходимо выбирать ключевое преимущество того или иного топлива с учетом местных особенностей. 

Что Вы имеете в виду под местными особенностями?

Например, недавно крупнейший государственный многопрофильный энергетический холдинг Казахстана «Самрук-Энерго» выбрал вариант модернизации алматинских ТЭЦ-2 и ТЭЦ-3 путем перехода с угля на газ, чтобы решить проблему смога. Судя по всему, тариф для потребителей станет значительно дороже, чем если бы теплоэнергия производилась на угле, но с применением современных технологий очистки. Однако компания видит решение в смене вида топлива, это для нее приоритет. 

Вы часто говорите на тему сотрудничества в рамках ЕАЭС. Как обстоят дела в сфере «зеленой» энергетики в рамках этого объединения?

Ответить на Ваш вопрос о том, какие могут быть области сотрудничества если не в рамках ЕАЭС, то хотя бы в двусторонних отношениях Казахстана и России по «зеленой» энергетике, непросто. Если перебирать цепочку добавленной стоимости, видно, что «зеленые» технологии производятся точно не у нас. 

Как правило, это технологии датские, немецкие, оборудование может быть китайское. «Зеленые» для наших стран – это больше инструменты финансирования. На перспективу как совместные для стран ЕАЭС можно рассматривать проекты кооперации, когда будут локализовываться предприятия по производству двигателей, лопастей ветродвигателей, фотоэлектрического оборудования, солнечных панелей. 

Тут перспективы видны больше в плане «зеленого» финансирования и производства «зеленой» энергии, а не выпуска основных средств для «зеленой» энергетики. И потом тут возникнет интересный и важный вопрос с торговлей выработанной электроэнергией. В ЕАЭС он пока тяжело решается даже в условиях модели традиционной энергетики. 

Кульпаш Конырова


Подписывайтесь на Telegram-канал Atameken Business и первыми получайте актуальную информацию!

26571

Материалы по теме:

holodnye-otnosheniya-s-teploschetchikom

tarify-na-elektroenergiyu-podnyalis-za-god-na-7

seriya-itf-ajnitdinova-i-kulambaeva-vyigrali-finalnoe-derbi-v-egipte

kakoj-effekt-ozhidaetsya-ot-sozdaniya-situacionnogo-centra-i-centra-elektronnogo-deklarirovaniya

bankam-razreshat-byt-bolshe-brokerami

загрузка

×