/img/tv1.svg
RU KZ
Инвесторы ищут правду в Астане

Инвесторы ищут правду в Астане

Инвестиционные споры с госорганами они предпочитают решать не в экономических судах в регионах, а в столице.

19:01 07 Февраль 2017 6527

Инвесторы ищут правду в Астане

Автор:

Дина Ермаганбетова

С 1 января 2016 года для разрешения инвестиционных и иных споров, связанных с инвестдеятельностью, работает отдельное судопроизводства. Созданы специализированные коллегии в Верховном суде и суде Астаны, каждая их которых рассматривает разные категории дел в зависимости от статуса инвестора.

Верховный суд (ВС) рассматривает и разрешает по правилам суда первой инстанции гражданские дела по инвестиционным спорам, стороной которых является крупный инвестор.

Суд Астаны рассматривает и разрешает гражданские дела по инвестспорам, стороной в которых являются инвесторы с суммой инвестиций менее двухмиллионнократного размера месячного расчетного показателя (1 МРП в 2017 году составляет 2269 тенге), а также иные споры между инвесторами и госорганами, связанные с инвестиционной деятельностью инвестора.

Все остальные дела, вытекающие из правоотношений с участием инвестора и не связанные с инвестиционной деятельностью, оставили экономическим судам, которые есть в каждом регионе. Они же рассматривают споры с участием инвестора, подлежащие рассмотрению в упрощенном производстве.

Первый год работы инвестсудов показал, что на практике самим судам порой сложно разграничить дела по инвестспорам между тремя инстанциями. Поступающие в инвестсуды заявления от инвесторов по подсудности переправляются в экономические суды в регионах. Инвесторы же зачастую не согласны с определением подсудности их дел и обжалуют это, что в свою очередь создает судебную волокиту. Инвесторы дали понять, что предпочитают, чтобы их споры с госорганами (вне зависимости от предмета спора) рассматривались не экономическими судами в том регионе, где они работают, а в центре - специализированными коллегиями в Верховном суде и суде Астаны. Все эти вопросы были подняты на заседании «круглого стола», который прошел в столице.

Итоги года
За 2016 год в специализированную коллегию ВС поступило 22 заявления по инвестспорам с участием крупных инвесторов. В разрезе регионов 50% заявлений подали инвесторы из Западно-Казахстанской области, 22,7% – из Атырауской, 13,6% – из Мангистауской, 10% – из Алматинской и 4,5% – из Актюбинской.

«По 17 заявлениям крупный инвестор являлся истцом-заявителем, по пяти делам – ответчиком. 14% заявлений были поданы отечественными инвесторами и 86% – юридическими лицами с участием иностранных инвестиций. Это такие компаний как «Жайыкмунай», Karachaganak Petroleum Operating B.V., «Каражанбасмунай», «Тенгизшевройл», Ural Oil & Gas, «СНПС-Актобемунайгаз», Maersk Oil Kazakhstan GmbH. Анализ показывает, что заявления крупных инвесторов в Верховный суд связаны с оспариванием решений, действий и бездействия органов госвласти в основном в сферах: налоговой – по 11 заявлениям, экологической – восемь, естественных монополий и защите конкуренции – два, индустриального развития и промышленной безопасности – один», – сказала в своем докладе судья специализированной судебной коллегии ВС Жанна Ермагамбетова.

По ее словам, по двум заявлениям решения вынесены в пользу крупных инвесторов, по одному отказано в принятии, пять возвращены, 13 отправлены по подсудности, одно оставлено без рассмотрения.

«Основная часть дел была возвращена по подсудности. Это говорит о том, что проблемы в основном связаны с определением подсудности этих категорий дел», – говорит судья.

Поскольку Верховный суд остается инстанцией, куда инвесторы могут подать апелляцию и кассацию на решения нижестоящих судов, то за 2016 год в ВС для рассмотрения в апелляционном порядке поступило 26 гражданских дел, обжаловано 13 решений и 10 определений суда Астаны.

В суд Астаны за 2016 год поступило 73 заявления от инвесторов, среди которых переправленные по подсудности из судов в регионах и поступившие напрямую в суд Астаны. Из них 22 дела возвращены. 44 дела окончены производством, из них по 29 вынесено решение, 11 дел направлены по подсудности, три заявления оставлены без рассмотрения, производство по одному делу прекращено. В основном иски предъявляются хозяйствующими субъектами к уполномоченным госорганам, отмечает судья суда Астаны Айман Майкибаева.

По данным комитета госдоходов Минфина, двумя специализированными коллегиями при ВС и суде Астаны за 2016 год рассмотрено 18 дел, касающихся обжалования инвесторами результатов налоговых и таможенных проверок. Решения по 15 делам вынесены в пользу органов госдоходов. Оспариваемая сумма по доначисленным налогам и пошлинам составила порядка 41 млрд тенге. В ходе разбирательств установлено, что более 90% этой суммы начислена правомерно, сообщила глава юридического управления комитета госдоходов Алия Джетыбаева.

Статистика рассмотрения дел экономическими судами в регионах на круглом столе не приводилась.

Меры по улучшению
Судья Жанна Ермагамбетова отмечает, что сложности при определении подсудности дел между судом Астаны и ВС вытекают по двум причинам. Это отсутствие четких определений «инвестиция», «инвестиционная деятельность», «инвестор» и четких критериев разграничения двух категорий дел (инвестиционные споры и иные споры, связанные с инвестдеятельностью инвестора).

Судья предлагает определить единое понятие «инвестиционного спора», инвесторов не делить на крупных и некрупных, а при разграничении подсудности дел исходить из иных критериев.

«Это может быть разделение по сумме иска. То есть по имущественным спорам для физических лиц при сумме иска более 2000 МРП, для юридических лиц – при сумме иска более 30000 МРП для рассмотрения в Верховном суде. Либо предусмотреть подсудность по выбору самого инвестора с учетом того, что при рассмотрении дел по правилам суда первой инстанции в Верховном суде для него исключается апелляционная инстанция. Один лишь факт того, что инвестор является крупным не сможет свидетельствовать о сложности спора. Также суммы иска крупного инвестора могут быть незначительными, соответственно, не требующие рассмотрения в Верховном суде», – отметила судья.

Ввиду многообразия и сложности инвестспоров, по ее словам, для их всестороннего рассмотрения дел суду зачастую недостаточно определенного законодательством срока.

«Качественное правовое обоснование требует определенного времени. Практика показывает, что для инвесторов важны не столько сроки рассмотрения, сколько качественное, тщательное и всестороннее изучение обстоятельств дела. Установленный в Гражданско-процессуальном кодексе месячный срок рассмотрения этих дел по первой инстанции, а также месячный срок рассмотрения в апелляционном порядке не соответствует этим целям. Предлагается увеличить сроки подготовки дел к судебному разбирательству от 10 дней до одного месяца и предусмотреть норму о рассмотрении инвестспоров как в первой, так и апелляционной инстанции в разумные сроки, то есть на усмотрение суда в зависимости от сложности дела», – сказала Жанна Ермагамбетова.

Слово инвестора
Представители инвесторов вопрос разграничения подсудности инвестспоров волновал с позиции того, что доверия к работе инвестколлегий у них больше, нежели к экономическим судам в регионах.

Жалобы на местные суды озвучил Куртис Мастерс – директор филиала компании Baker&McKenzie – CIS, Limited, секретарь правления ассоциации «Казахстанский Совет иностранных инвесторов», член Международного совета при ВС.

«В том случае, если в нижестоящий суд попадает на рассмотрение дело, которое однозначно подпадает под юрисдикцию инвестиционных коллегий (при ВС или суде Астаны – прим. ред.), нижестоящие суды крайне неохотно принимают решения о передаче данных споров на рассмотрение в инвестиционные коллегии. К примеру, в сентябре 2016 года один из районных судов Караганды отказал в передаче на рассмотрение в инвестколлегию Верховного суда спора между госорганом и одним из крупнейших инвесторов в Казахстане. Одним из аргументов для такого отказа явилось то, что якобы у районного суда нет полномочий по передаче дел в Верховный суд в соответствии с правилами подсудности. Такая позиция со стороны нижестоящих судов противоречит как сути, так и букве законодательства и подрывает положительную тенденцию в защите прав инвесторов, которая возникла в результате создания инвестколлегий в соответствии с намерениями президента РК. Зачастую нижестоящие суды трактуют законодательство крайне консервативно, что приводит к ущемлению прав инвесторов на рассмотрение споров в инвестиционных коллегиях», – сказал г-н Куртис.

Он положительно оценил работу специализированной коллегии ВС, которая в 2017 году удовлетворила заявление крупной нефтяной компании о признании недействительными результатов налоговой проверки, по которой были доначислены суммы корпоративного подоходного налога и взыскан штраф в размере, эквивалентном примерно 4,1 млн долларов.

В продолжение темы юрист Baker&McKenzie – CIS, Limited Александр Коробейников отметил, что при определении подсудности дел по инвестспорам нужно учитывать интересы инвестора: «Если инвесторы хотят, чтобы их споры рассматривались в инвестиционных коллегиях, значит, они действительно рассчитывают на то, что там они получат более объективное и справедливое рассмотрение их споров».

По его словам, инвесторы предпочитают нести расходы по оплате командировочных расходов своему представителю при рассмотрении дела в Астане, чем нести затраты, которые могут быть связаны «с необъективным и несправедливым рассмотрением» их дела в местных судах.

Г-н Коробейников, а также глава Казахстанской ассоциации юристов нефтегазового сектора Жумагельды Елюбаев (он же управляющий правовой советник Евразийского подразделения корпорации «Шеврон») поддержали предложение Верховного суда об увеличении сроков рассмотрения дел по инвестспорам.

Инвесторы взывают к судам, суды отсылают к закону
Приводя конкретные примеры судебных дел между госорганами и природопользователями, г-н Елюбаев отмечает, что суд не всегда следует принципу независимости и беспристрастности при вынесении решений и порой не использует возможность всесторонней и независимой оценки действий инвесторов. По его мнению, при более тщательном изучении всех обстоятельств дела вина инвестора, обвиняемого в превышении нормативов эмиссий в окружающую среду, могла бы быть не доказана, соответственно, он бы не понес затраты в виде начисленных штрафов.

Он отмечает, что природопользователь порой допускает превышение лимита выбросов в окружающую среду в условиях крайней необходимости, дабы исключить катастрофические последствия. И суд, по его мнению, должен учитывать и изучать такие факторы.

«Поэтому просьба к судьям – смотрите на эти вещи. Все это проверяется, это не головная боль суда. Пусть уполномоченные контролирующие органы проверяют – привлекают независимых экспертов, изучают эти вопросы: человеческий фактор, головотяпство инвестора или же это крайняя необходимость. Не нужно торопиться. Успеется все это взыскать», – говорит Жумагельды Елюбаев.

Судам, по его мнению, при рассмотрении инвестспоров следует давать объективную оценку действиям уполномоченных органов: не привело ли неисполнение ими своих полномочий к вредным последствиям для инвестора. То, что деятельность природопользователей нанесла ущерб окружающей среде и повлекла наступившие последствия, должно быть изучено и доказано, говорит юрист.

Споры между инвесторами, особенно крупными иностранными, и госорганами он предлагает максимально стараться решать путем переговоров и не доводить до суда. И отмечает, что доверие к судебной системе способны повысить только сами судьи своим профессионализмом.

В ответ на предложения и претензии инвесторов председатель специализированной судебной коллегии ВС Айгуль Кыдырбаева отметила, что судьи при вынесении решений опираются на собственные знания, опыт и законодательство. И порой преследуют цель наказать природопользователя, дабы последний впоследствии не допускал нарушений в своей деятельности.

«Хотела бы обратить внимание инвесторов: в последнее время очень много критики в СМИ – огульной и необоснованной. И она воспринимается как давление на суд, на очередную инстанцию, чтобы они приняли то решение, которое необходимо», – отметила председатель коллегии.

По ее мнению, урегулирование предмета споров природопользователей и госорганов нужно путем внесения необходимых изменений в законодательство.

Дина Ермаганбетова

Иноземные деньги. Откуда, куда и зачем текут инвестиции

Пришло ли время, когда Казахстан может сам выбирать приоритетное направление для привлечения инвестиций?

26 Сентябрь 2020 08:59 1358

Прямые иностранные инвестиции (ПИИ) эксперты называют хлебом любой экономики страны. Поэтому борьба за них всегда актуальна. В Казахстане за их приток отвечает АО «НК «KAZAKH INVEST». За эти годы поток иностранных инвестиций в страну был разным: от бурного до небольшого ручейка. Для Казахстана они являются не только источником капитализации, но и возможностью завести в страну новые технологии. О том, как идет этот процесс, inbusiness.kz поговорил с управляющим директором национальной компании Айбеком Турсынгалиевым.

Айбек Алибекович, какие отрасли больше всего привлекают инвестиций? Есть ли изменения в приоритетности отраслей в последние годы?

Традиционно – это горно-металлургический комплекс. Если посмотреть статистику прошлого года, то валовый приток ПИИ в Казахстан составил $24,1 млрд, наибольший объем валового притока в разрезе отраслей приходится на горнодобывающую промышленность – $13,6 млрд (56,3%), обрабатывающую промышленность – $3,5 млрд (14,3%) и торговлю – $3,0 млрд (12,3%). Также, крупные инвестиции поступают в сферу транспорта, финансовую и страховую деятельность, строительство и т.д.

Если рассмотреть отдельно структуру обрабатывающей промышленности, то наибольшие объемы инвестиции наблюдаются в металлургической отрасли – $2,8 млрд, или 11,6% от общего объема инвестиций; в производстве резиновых и пластмассовых изделий – $204,9 млн, или 0,8%, и в производстве пищевых продуктов и напитков – $135,7 млн, или 0,6%. В последнее время отмечается тенденция прихода ПИИ в АПК и энергетику.

Что, кроме сырья, привлекает инвесторов?

Казахстан привлекателен для иностранных инвесторов ввиду двух важных факторов. Первый – относительно недорогая и квалифицированная рабочая сила. Второй – доступность и дешевизна таких ресурсов, как газ, электроэнергия, вода и прочее. Да, в последние годы Казахстан демонстрирует высокий инвестиционный потенциал. Но нет ничего постоянного. Так что за инвестиции надо бороться. У нас есть ряд преимуществ, в том числе, стратегическое положение страны как основного коридора, связывающего Китай с Россией и Европой посредством новых железнодорожных и автодорожных сетей. Это дает нам возможность быть основным «звеном» в новой китайской инициативе «Один пояс – один путь».

Согласно данным Национального банка РК, на протяжении всех лет независимости объемы прямых инвестиций в большей степени растут. С чем это можно связать: с интересом к Казахстану как к политически устойчивому государству, с растущим спросом на сырье или еще с чем-то?

Да, рост есть. Зачастую это уже реинвест в действующие проекты, идет диверсификация бизнеса. Я считаю, что мы для удержания лидирующей позиции в странах Центральной Азии должны максимально использовать все имеющиеся возможности и принимать волевые решения. Наши соседи активно вступают в деловые контакты с инвесторами, и, как мы видим, в последнее время они завершаются реальными результатами. В качестве примера могу отметить Узбекистан, который набирает обороты. Уверен, что в скором будущем мы увидим Узбекистан в заголовках крупнейших информационных изданий, посвященных инвестициям. Есть сферы, в которых мы абсолютные лидеры, но также есть сферы, в которых развивается конкуренция.

Согласно статданным, Нидерланды лидируют по объему инвестиций в Казахстан. Чем обусловлен такой интерес?

Из этой страны пришло немало инвестиций в нефтедобывающую отрасль Казахстана. Одна только компания Shell инвестировала более $15 млрд и является для нас одним из крупнейших инвесторов. Этот тренд показывает высокую долю нефтяного сектора в экономике Казахстана.

За период с 2015 по 2019 год из $106,1 млрд наибольший объем валового притока ПИИ в разрезе стран приходится на Нидерланды – $34,3 млрд (32,3%), США – $20,8 млрд (19,6%) и Швейцарию – $12,4 млрд (11,7%). Совокупная доля этих стран превышает 60% от общего объема валового притока ПИИ. Также крупными инвесторами являются: Китай – $6,0 млрд (5,7%), РФ – $5,5 млрд (5,2%), Франция – $4,9 млрд (4,6%), Бельгия – $4,4 млрд (4,1%) и т.д.

Насколько важны иностранные инвестиции для страны?

Крайне важны. Думаю, уже в начале следующего года, когда деятельность всей страны будет сфокусирована на восстановлении экономики после пандемии, очевидным станет тот факт, что в бюджете средств недостаточно для этого. И здесь встанет вопрос вливания денег в экономику страны извне. Нынешняя ситуация отразится на малом и среднем бизнесе, который дает значительные отчисления в бюджет. Концентрация денег внутри страны уменьшилась и теперь казну необходимо пополнять. В связи с пандемией коронавируса, импорт товаров из-за рубежа в Казахстан увеличился. Все это говорит о том, что происходят крупные оттоки денежной массы из экономики. Иностранные инвестиции обеспечивают профицит платежного баланса, а также экономическую стабильность страны.

Пришло ли время, когда мы сами можем выбирать приоритетное направление для привлечения инвестиций?

Есть тенденция мирового рынка и вот куда она пойдет, туда мы и будем развиваться. Мы не из тех стран, которые задают ритм, к сожалению, пока. Можно, конечно, внутри страны развивать определенные направления для замещения импорта. Но если они не интересны мировому рынку, то инвестиции в неприоритетный сектор не придут. Деньги интересуются только сегодняшним трендом.

В выборе приоритетного направления по привлечению иностранных инвестиций Казахстан ограничен в силу совместных сухопутных границ с Китаем и Россией. По данным государственного статистического управления КНР, Китай занимает первое место в мире по объему производства более 100 видов товаров легкой промышленности, в том числе мебели, фурнитуры, аккумуляторов, часов, аппаратов для обработки пластика и многого другого. Россия, согласно данным агентства Bloomberg, по итогам августа 2020 года вышла на первое место по экспорту пшеницы в Европе, более того Россия является одним из главных участников мирового рынка нефти и газа. В таких условиях Казахстан не может выбирать приоритетное направление для инвестиций.

Тем не менее, в локальном масштабе мы можем выбирать сектора экономики, в которых хотелось быть менее зависимыми от импорта. Отличным примером является программа «Экономика простых вещей», нацеленная на развитие местного производства.

Интересно ли иностранным компаниям инвестировать, например, в науку, образование?

Существует даже некий класс инвесторов, которые инвестируют исключительно в науку и образование. В основном их интересуют научные исследования в сферах информационных технологий, фармацевтики и пищевой промышленности. У нас эти направления пока слабо развиты.

В Казахстане сферы медицины, науки, образования привлекательны за счет механизмов государственно-частного партнерства. По итогам 2019 года турецкий инвестор YDA Holding инвестирует в строительство двух многопрофильных медицинских центров – в СКО и Туркестанской области. Общий объем привлекаемых инвестиций в строительство и оснащение двух медицинских объектов составит порядка 110 млрд тенге.

Какие отрасли вообще не интересны иностранцам? Если так можно сказать.

Современный глобальный рынок настолько сложен и разнообразен, что мы можем встретить любой вид деловой активности. Поэтому, я не могу сказать, что какие-либо отрасли совсем не интересны иностранцам.

Вместо этого отмечу те отрасли, в которых я бы хотел видеть больше иностранных инвестиций. Это инфраструктурные и социальные проекты, а также проекты в сфере логистики. Эти отрасли нуждаются в дальнейшем развитии, и приток иностранного капитала значительно поможет дальнейшему развитию Казахстана.

Есть разные категории инвестиций: в фондовый рынок, фонды прямых инвестиций и непосредственно деньги самих иностранных компаний. Чего у нас больше?

Преобладает приток финансов непосредственно самих иностранных компаний. Так, по итогам 2019 года он составил $24,1 млрд. Фондовый рынок и фонды прямых инвестиций довольно молодые и находятся лишь в самом начале пути своего развития. Такой финансовый институт, как Банк развития Казахстана, финансирует проекты, направленные на развитие несырьевого сектора экономики, по итогам 2019 года объем финансирования составил всего 481 млрд тенге, профинансировано 28 проектов. Безусловно, при развитии таких институтов, как МФЦА и KASE, мы сможем наблюдать увеличение притока инвестиций, но пока львиная доля инвестиций приходит непосредственно от иностранных компаний. Более того, как уже было отмечено ранее, необходимость непосредственного участия иностранных компаний обусловлена не только финансовой составляющей, но и притоком технологий и высококвалифицированных кадров.

Марина Попова

Подпишитесь на наш канал Telegram!

Капитальные инвестиции в сфере операций с недвижимым имуществом превысили 1 трлн тенге

Три четверти портфеля обеспечены собственными средствами.

15 Сентябрь 2020 09:11 2029

Объем инвестиций в сфере операций с недвижимым имуществом за январь-июль 2020 года составил более 1 трлн тг, рост за год – на 22,4% (ИФО – 121,8%), сообщает портал finprom.kz.

Это составляет 16,8% от общего объема инвестиций в основной капитал по РК.

Более половины инвестпортфеля в секторе приходится на три региона: Нур-Султан (288,4 млрд тг), Алматы (198,4 млрд тг) и Алматинскую область (82,6 млрд тг).

Увеличение объема инвестиций было отмечено в 14 из 17 регионов РК. Наибольший рост зафиксирован в Восточно-Казахстанской (в 2,1 раза), Северо-Казахстанской (+74,8%) и Жамбылской (+62,8%) областях.

Почти три четверти от общего объема инвестиций обеспечены собственными средствами: 767,9 млрд тг – на 8,4% больше по сравнению с январем-июлем 2019 года.

На местный бюджет приходится 14% от портфеля капвложений в секторе, или 144,4 млрд тг, – в 2,3 раза больше, чем в прошлом году; на республиканский бюджет – 57,5 млрд тг. Кредиты банков составили 21,8 млрд тг, другие заемные средства – 40,4 млрд тг, из них 163,3 млн тг – средства нерезидентов.


Подпишитесь на наш канал Telegram!