/img/1920х100.png
/img/tv1.svg
RU KZ
DOW J 24 580,91 Hang Seng 24 266,06
FTSE 100 6 045,69 РТС 1 215,69
KASE 2 400,36 Brent 36,55
Как рынок люксовых и премиальных товаров готовится к постпандемийному кризису?

Как рынок люксовых и премиальных товаров готовится к постпандемийному кризису?

Айгуль Амиржанова, глава VILED Group, крупнейшего игрока на рынке люксовых и премиальных товаров, рассказала об особенностях этого бизнеса в Казахстане, а также о том, почему она не советует новичкам идти в этот сегмент и каким антикризисным планом сегодня вооружились в лакшери-торговле.  

14:09 01 Июнь 2020 4121

Как рынок люксовых и премиальных товаров готовится к постпандемийному кризису?

Автор:

Мадина Ерик

Айгуль, прежде чем мы с Вами начнем разбирать положение дел в лакшери-сегменте, хотелось бы получить свежую информацию о современном состоянии бизнеса, которым Вы руководите. Известно, к примеру, что стартовые 600 квадратов на четыре магазина сегодня выросли до 17 с лишним тысяч квадратов. Расскажите, пожалуйста, что сегодня представляет из себя компания VILED – в цифрах, тенденциях?

Во-первых, спасибо за то, что владеете столь точной информацией о размере нашего бизнеса. Сегодня наша группа компаний действительно является одним из лидеров розничного рынка Казахстана.

Уточню лишь: мы предлагаем широкий ассортимент качественных товаров, как в премиальном, так и доступном ценовых диапазонах.

40 наших офлайн-магазинов работают в четырех городах Казахстана: Нур-Султане, Алматы, Актобе и Атырау. А благодаря онлайн-площадке viled.kz мы готовы работать с нашими клиентами вне зависимости от их географического местонахождения.

Сейчас VILED сосредоточена на пяти направлениях: ювелирно-часовое, с которого начинался бизнес нашей группы, фешен, парфюмерия/косметика, entertainment и цифровые технологии.

В каждом из этих сегментов мы стремимся работать с глобальными и сильными партнерами, которые позволяют усиливать наши позиции. Так, в ювелирно-часовом направлении это Cartier, Van Cleef & Arpels, Graff, Chopard, Tiffany & Co, в фешен – Gucci, Valentino, Saint Laurent, Dolce&Gabbana, Loro Piana, Brunello Cucinelli, в парфюмерии и косметике – Dior, Chanel, Jo Malone, Bobbi Brown, Kiehl’s. Большинство из более чем 400 брендов представлены у нас эксклюзивно.

И еще о цифрах: с 2003 года CAGR (совокупный среднегодовой темп роста) VILED с учетом девальвационных процессов в стране в тенге составляет 20%, в долларах – 4-5%.

Вы практически всегда делаете акцент на кадровом вопросе, говоря в целом об успехах в бизнесе. Это по-прежнему важно в вашем деле, учитывая повальную автоматизацию, цифровизацию в большинстве бизнес-процессов?

Помимо нашей большой ставки на онлайн и цифровые технологии, мы активно вкладываем в человеческий капитал. Из свежих примеров – тренинговый проект «VILED академия». Тренерами в нем становятся не привлеченные специалисты, а сотрудники наших магазинов. Они будут собирать свои команды и «прокачивать» их в вопросах сервиса, продаж, знания брендов, коллекций. Команды будут соревноваться между собой, у них будет своя «Лига чемпионов». Поэтому, когда мы услышали об инициативе президента о том, что пора ввести лиги в системе казахстанских вузов для поднятия духа конкуренции, то поняли, что движемся в нужном направлении.

Сколько человек сейчас работает в VILED?

Более 600. Не секрет, что последние месяцы были для всех нас непростыми. Однако для компании было принципиально важно, чтобы в карантинный период, когда не работал ни один из магазинов, трудовой коллектив сохранился, а люди продолжили получать заработную плату.

Как в целом оцениваете уровень развития лакшери-сегмента в нашей стране? Насколько полноценно он представлен?

Люксовый сегмент розничного рынка представлен в Казахстане достаточно полноценно. Однако порядка его 90% сосредоточено в двух больших городах – Нур-Султане и Алматы. Практически все основные мировые бренды представлены в стране либо отдельными магазинами, либо достаточно хорошими коллекциями в мультибрендовых бутиках.

Остались буквально один-два бренда, которые еще не имеют официальных точек продаж в Казахстане, но я уверена, в ближайшие два-три года и они зайдут на наш рынок.

Вы пришли в компанию в 2003 году. В каком состоянии была Viled тогда и как компания развивалась последние 17 лет? Какими достижениями вы гордитесь особенно?

В 2003 году VILED представляла собой совершенно небольшую компанию, состоящую из четырех магазинов. Тогда у нас работало всего 30 человек. Но мы вместе с владельцами компании и командой менеджеров сразу же приступили к разработке и активному воплощению планов по развитию. Как результат – даже в кризисные годы мы не прекращали искать возможности для развития, выхода в новые сегменты рынка.

Так, мы были первыми, кто еще в 2005 году начал открывать ювелирно-часовые мономагазины. В 2012 году наша компания открыла магазин Saks Fifth Avenue. Таким образом, Алматы стал вторым городом в Восточной Европе и СНГ, где появился премиальный департмент-стор.

В 2019 мы выступили лидером проекта по открытию лайф-стайл-пространства Talan Gallery, которое поставило Нур-Султан в ряд мировых городов с развитой инфраструктурой розничного рынка.

В период пандемии особую популярность приобрел формат онлайн-продаж. Вы уже сказали, что активно работаете в этом направлении, но, наверняка, в последние месяцы онлайн стал своего рода вакциной от кризиса в торговле?

В эту сторону мы смотрели давно. Однако особенности контрактных обязательств с брендами не позволяли нам реализовывать их продукцию онлайн. В этом году нам удалось убедить партнеров в необходимости торговли через Интернет. Так, весной заработал упомянутый мной ранее онлайн-магазин viled.kz, где представлен практически весь ассортимент наших офлайновых торговых точек. Наша цель – чтобы этот канал продаж приносил до 10-15% выручки компании.

И если еще больше углубиться в ваш вопрос об онлайне, то могу с гордостью сказать, что одно из наших подразделений готовит к выходу на рынок продукт, который позволит не просто совершать покупки в несколько кликов, но он объединит множество цифровых сервисов в одном.

Это первое отечественное суперприложение, которое станет незаменимым инструментом каждого казахстанца для решения всех повседневных нужд, вне зависимости от доходов. С его помощью можно будет не только совершать платежи, покупать билеты или заказывать еду, но и записаться к врачу, вызвать специалиста или сделать покупки в маркетплейсе, работающем по всему Казахстану.

Если вернуться к тенденциям в офлайн-продажах, что Вы можете сказать о том, как поменялся казахстанский покупатель в премиальном сегменте?

Самой важной особенностью покупателя люксовых товаров является то, что он не ограничен географически одной локацией при принятии решения о покупке. Обычно покупатель сейчас сравнивает цены в различных городах мира, ориентируясь на свои планируемые поездки (так было до недавнего времени) и на предложения, доступные онлайн.

Хотела бы отметить, что в последние два года очень явна тенденция, когда при выборе товара клиенты смотрят в смартфон и сравнивают цену в нашем магазине с ценой на интернет-ресурсах. Исследования показывают, что не менее 50% клиентов непосредственно перед принятием решения о покупке ищут подобные изделия в Сети.  

Как Вы оцениваете конкуренцию в лакшери-сегменте, есть ли у вас конкуренты в Казахстане?

К счастью, есть. И они помогают всегда находиться в хорошей форме и тонусе. В общем розничном товарообороте непродовольственных товаров в Казахстане премиальный и люксовый сегменты занимают всего 1-1.5 %. И можете себе представить, какая в этой доле серьезная конкуренция.

Можете ли Вы дать оценку аналогичным рынкам в странах ближнего зарубежья?

В Азербайджане уже сформирован сегмент люксовых и премиальных брендов, но их концентрация с очень высокой конкуренцией наблюдается только в одном городе – Баку.

В Узбекистане и Кыргызстане мы видим потенциал к развитию. По прогнозам, на узбекском рынке ожидается скачок, что вызывает интерес у розничных игроков, в том числе и у нас.

Говоря о рынке России, можно отметить, что по привычкам и поведению потребителей он очень схож с нашим, правда, примерно в 10 раз больше. Кстати, благодаря онлайн-платформам нам удалось получить клиентов и там, но ввиду законодательных ограничений этот процент пока еще очень мал.

Возможно, у наших соседей есть бизнес-модели, к которым можно стремиться или перенимать опыт?

Компании, подобные VILED, существуют по всему миру, однако до сих пор нам удавалось идти по своему пути. За годы работы мы вкладывали усилия в укрепление позиции собственного бренда на международном уровне. На глобальном рынке наша группа компаний известна практически среди всех мировых брендов.

С высоты Вашего опыта что Вы можете посоветовать начинающим предпринимателям, которым также интересен данный сегмент?

Откровенно могу сказать, что в лакшери-бизнесе новичку будет тяжело. В нашем сегменте для начинающего предпринимателя высокий барьер входа и жесткая конкуренция.

Я бы посоветовала обратить внимание на множество других сфер, в первую очередь на производство. Казахстан сейчас, по сути, представляет собой greenfield – широкое поле для деятельности с нуля. Можно пробовать себя в разном.

Не могу не спросить Вас о посткарантинном кризисе во всех сегментах экономики. Как пандемия сказалась на вашем рынке? Есть ли у вас антикризисный план на ближайшие месяцы или годы?

Сейчас для нас наступил очень необычный период, мы впервые за все время нашей работы мыслим не долгосрочными, а более краткосрочными целями. В резко поменявшихся условиях мы разработали стресс-сценарии до конца 2020 года.

При этом уже сейчас мы планируем нашу активность на 2021 год, в частности, через три недели начнем размещать заказы на фешен-товары, которые будем продавать летом 2021 года. Так работает индустрия. Но впервые за долгое время выехать в шоурумы не получится, все заказы будут происходить онлайн.

После карантина планируем отработать полноценных два-три месяца, чтобы увидеть тенденции и понять изменяющиеся или сохраняющиеся привычки наших клиентов. Мы понимаем, что началось непростое время для всего мира. Повсеместно наблюдается снижение выручки, а как следствие – и производства, придется сокращать расходы.

Главное для нас в этом невероятном кризисе – сохранить наши коллективы и торговые точки. Победит тот, у кого хватит запаса прочности и знаний, с кем будет рядом верная и профессиональная команда. После кризиса всегда бывает рост, и надо быть готовым к этому росту.

Какой Вы видите компанию в ближайшие 5-10 лет?

Вижу, что мы лидеры на нашем рынке, при этом мы не локальный, а региональный игрок. Вижу, что мы успешны не только в сегменте люкс и премиум. Вижу себя в окружении людей, которые горды и счастливы работать бок о бок. Чтобы они могли быть уверенными в завтрашнем дне. И все мы жили на качественно новом уровне.

Спасибо большое за беседу, успехов Вам!

Мадина Ерик​

«Предприниматели нуждаются в новой отсрочке и новых налоговых льготах»

Хорошие налоговые льготы для бизнеса дадут мультипликативный эффект в масштабах экономики.

14 Июль 2020 08:26 390

«Предприниматели нуждаются в новой отсрочке и новых налоговых льготах»

Предприниматели нуждаются в новой отсрочке и новых налоговых льготах, считает заместитель руководителя аппарата бизнес-омбудсмена Шынгыс Темир. Об этом он написал на своей странице Facebook.

«Давайте не забывать о том, что налоговые отсрочки действовали до 1 июня, а на дворе уже середина июля. Бизнес, выйдя без денег из карантина, не всегда имеет возможность погасить налоговые обязательства в срок. Информационные системы комитета госдоходов уже начинают бездушно штамповать аресты и подавать на взыскания. Предприниматели нуждаются в новой отсрочке и новых налоговых льготах, надеюсь, минфин и КГД пойдут нам навстречу», – пишет Шынгыс Темир.

Он отметил, что в период чрезвычайного положения были приняты действенные и эффективные меры поддержки бизнеса. В первую очередь Шынгыс Темир подчеркнул трехлетние налоговые каникулы для малого бизнеса, инициированные главой государства в конце прошлого года.

«А в марте и апреле, в самый разгар #ЧП, было принято три постановления правительства: № 126, 141 и 224. В результате на 2020 год от налога на имущество были освобождены сферы туризма, общепита, гостиничного бизнеса, а также крупные торговые объекты, торгово-развлекательные центры, кинозалы, театры, спорткомплексы и другие», – отметил он.

Также все ИП на общеустановленном режиме до конца года освобождены от уплаты ИПН.

До 1 июня была предусмотрена отсрочка уплаты налогов, продлены сроки исполнения уведомлений налоговых органов, приостановлены проверки, а также приостановлены аресты счетов и имущества налогоплательщиков.

Хитом преференций заместитель руководителя аппарата бизнес-омбудсмена назвал освобождение от налогов и обязательных платежей с фонда оплаты труда на полгода для МСБ и на три месяца – для крупного бизнеса.

Чтобы наглядно показать, как такие послабления сказались на реальном бизнесе, он привел в качестве примера ситуацию в торгово-развлекательном центре (субъект среднего предпринимательства), состоящем из нескольких зданий в одном из областных центров Казахстана. Общая торговая площадь данного ТРЦ составляет несколько десятков тысяч кв. м, а налог на имущество – 20 млн тенге в год. Доход от сдачи помещений в аренду ежемесячно приносит предприятию 80 млн тенге.

«Субъект среднего предпринимательства, ТРЦ, от налога на имущество освобождается на 2020 год, то есть это 20 млн тенге послаблений, тогда как недополученный доход от сдачи помещений в аренду за два месяца составит 160 млн тенге. Наш ТРЦ благородно освободил малых арендаторов от оплаты аренды и получил лишь 12,5% компенсации при двухмесячном простое. Согласитесь, не сказать, что послабления существенные», – рассчитал Шынгыс Темир.

Иначе с освобождением от налогов и других платежей с фонда оплаты труда. В месяц ФОТ для такого ТРЦ составляет 20 млн тенге. Все эти налоги и обязательные платежи с зарплаты складываются в 32%, или 6,4 млн тенге в месяц. Для среднего бизнеса такое освобождение будет действовать полгода, то есть экономия составит 38,4 млн тенге.

«Но даже такой грубый расчет показывает, что 58,4 млн тенге экономии на платежах в бюджет не идут в сравнение со 160 млн тенге потерь за два месяца (или 240 млн тенге за три месяца – плюсуем стартовавший в июле локдаун). К тому же вряд ли арендодатель сможет взимать со своих арендаторов первое время такую же сумму, что и раньше. Арендатору надо встать на ноги, чтобы вернуться к прежним оборотам, поэтому эти расчеты только в общих чертах показывают масштаб налоговых компенсаций», – отметил спикер.

Он пояснил, что для примера взят реальный ТРЦ одного из областных центров нашей страны, который в трудные для людей времена пошел им навстречу, не взимал арендную плату.

«В этот локдаун резервы таких ТРЦ фактически исчерпаны, а значит, они не смогут помочь арендаторам. У тех семьи, работники, свои денежные обязательства. Вот так по цепочке и будет причинен ущерб экономике», – констатировал заместитель руководителя аппарата бизнес-омбудсмена.

Карина Алимова 


Подпишитесь на наш канал Telegram!

ЧП официально признано форс-мажором

Однако действующие ограничительные меры фактически также являются обстоятельствами непреодолимой силы. Справки о наступлении форс-мажора выдаются и сегодня. 

08 Июль 2020 10:40 7207

ЧП официально признано форс-мажором

Чрезвычайное положение в Казахстане официально признано форс-мажором. Соответствующий закон РК подписал глава государства. Однако в текущих условиях, когда в стране не действует ЧП, но приняты ограничительные меры для бизнеса, необходимость в справках о подтверждении обстоятельств непреодолимой силы у предпринимателей имеется. В этой связи документ при локдауне также выдается и сегодня. Об этом на своей странице в сети «Фейсбук» сообщил уполномоченный по защите прав предпринимателей РК Рустам Журсунов.

Он уточнил, что Законом РК «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам ипотечных займов в иностранной валюте, совершенствования регулирования субъектов рынка платежных услуг, всеобщего декларирования и восстановления экономического роста» пункт первый статьи 359 Гражданского кодекса РК дополнен словами «чрезвычайное положение».

Теперь норма выглядит следующим образом: «Лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет имущественную ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельствах (стихийные явления, военные действия, #чрезвычайноеположение и тому подобное). К таким обстоятельствам не относится, в частности, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, работ или услуг».

«Конечно, ЧП отнесено к форс-мажору несвоевременно. Режим ЧП прекращен почти два месяца назад, а закон только подписан. То, что ЧП является обстоятельством непреодолимой силы, бесспорно, факт общеизвестный. Однако для результативных переговоров с контрагентами, банком или заказчиком госзакупок необходимо официальное подтверждение наступления форс-мажорных обстоятельств», – написал Рустам Журсунов.

По его мнению, важно акцентировать внимание на том, что наступление обстоятельств непреодолимой силы не освобождает стороны от исполнения обязательств (поставки товара, оказания услуги, оплаты аренды и так далее). Стороны могут рассчитывать лишь на разумную отсрочку его исполнения и на освобождение от штрафных санкций за несвоевременное исполнение.

«В принятом законе, на мой взгляд, есть одна важная деталь. К форс-мажору отнесено только ЧП, а вместе с тем многие виды предпринимательской деятельности по-прежнему под запретом либо работают с существенными ограничениями. Введенный в стране минимум на два недели локдаун – это, по сути, тот же режим ЧП. Да, более либеральный режим, без блокпостов, но сути это не меняет. Кинотеатры не работают, той-бизнес под запретом, образовательные центры вновь закрылись и так далее. Поэтому мы, как и раньше, будем выдавать справки о наступлении форс-мажорных обстоятельств в упрощенном режиме», – подчеркнул уполномоченный по защите прав предпринимателей РК.

С введения режима ЧП Внешнеторговая палата Казахстана (дочерняя организация НПП «Атамекен»), осуществляющая свидетельствование обстоятельств непреодолимой силы, перешла на усиленный режим работы.

«Мы сократили срок экспертизы заявок предпринимателей с 15 до пяти дней, перешли на удаленный формат – всю документацию рассматривали в электронном виде и проделали большую работу. С 16 марта по сегодняшний день нами выдано более 4800 справок о наступлении форс-мажорных обстоятельств», – сообщил Рустам Журсунов.

Если говорить о структуре обращений, то 31% всех заявок касался вопросов аренды недвижимости, 16% – нарушений обязательств по различным гражданско-правовым сделкам, 12% – поставка товара, 8% – договоры госзакупок (и других регулируемых закупок), 7% заявок поступило от организаций сферы туризма, 6% – кредиты в банках второго уровня, 5% – заявки по внешнеэкономическим контрактам, 3% – образовательные услуги, 2% – кредиты в финансовых институтах системы «КазАгро», 2% – различные вопросы сферы общественного питания и другие.

«Структура заявок отражает общий кризисный тренд в экономике, и мы видим, что обращения предпринимателей о свидетельствовании наступления форс-мажора продолжают поступать. И, хотя в целом динамика спала, бизнес по-прежнему испытывает стресс, обращения идут. Объявленный в стране локдаун при всей своей необходимости усугубляет ситуацию», – заключил бизнес-омбудсмен.

Карина Алимова


Подпишитесь на наш канал Telegram!