DOW J 24 580,91 Hang Seng 24 266,06
FTSE 100 6 045,69 РТС 1 215,69
KASE 2 286,33 Brent 36,55
Как в Казахстане будут бороться с терроризмом

Как в Казахстане будут бороться с терроризмом

КНБ обнародовал проект госпрограммы  по противодействию религиозному экстремизму и терроризму в Республике Казахстан на 2017-2020 годы.

08 Февраль 2017 19:03 10437

Как в Казахстане будут бороться с терроризмом

Автор:

Ирина Севостьянова

Фото: knb.kz

С чем будут бороться?
Реальность угрозы "радикализации граждан, ведущей к насильственному экстремизму и терроризму" в КНБ признают. Отмечая, что "распространение радикальных взглядов, в том числе мотивированных псевдорелигиозной риторикой, приобрело масштабный характер во всем мире".

"Указанному способствует целенаправленная пропаганда со стороны международных террористических организаций и отдельных лиц, которые формируют в сознании казахстанского общества идеи, чреватые разжиганием межконфессиональной вражды и розни, способные инициировать экстремистские проявления насильственного характера", – констатируют в КНБ. 

Несмотря на принимаемые меры (в виде госпрограмм по укреплению национальной идентичности, повышения качества образования, трудоустройства, повышения благосостояния населения), "с каждым годом проблема радикализации отдельных категорий населения не теряет своей актуальности".  

"Субъекты экстремистской и террористической деятельности, испытывающие критическую потребность в пополнении своих рядов новыми рекрутами, налаживании дополнительных каналов финансирования и пособнической инфраструктуры, наращивают интенсивность пропаганды идей радикализма и терроризма", – отмечается в проекте программы.

Так, в КНБ отмечают "повышение качества технической, художественной и психологической составляющих информационно-пропагандистских материалов отдельных террористических организаций". И "под воздействием нарастающей пропаганды деструктивных идей из Интернета и социальных сетей сообщества приверженцев радикальной идеологии пополняются нашими согражданами". При этом отмечается, что использование социальных сетей позволяет эмиссарам международных террористических организаций "значительно расширить свою аудиторию, перевести проводимую агитацию на системную основу". 

"Внедрение радикальных идей и экстремистских взглядов в сознание отдельных категорий сограждан обусловило проявление крайних форм агрессии, а также создало предпосылки к утрате ими чувства патриотизма и национальной идентичности, культурно-нравственных и семейных ценностей. Бесконтрольное развитие этих процессов чревато эскалацией насилия в обществе, увеличением количества лиц, разделяющих радикальные идеи", – отмечают в КНБ.

Именно международные террористические организации, "насаждая радикальные идеи, провоцируют антиобщественные настроения, раскол казахстанского общества по конфессиональному признаку, размывание национальной и религиозной идентичности". В качестве подтверждения этого тезиса КНБ приводит теракты, произошедшие в 2016 году в Актобе и Алматы. 

О реальности и об усилении террористической угрозы говорит и приведенная статистика. Так, с 2013 года на ранней стадии приготовления предотвращены и сорваны 27 насильственных экстремистских акций террористического характера (из них в 2013 году – 8, в 2014 году – 3, в 2015 году - 4, в 2016 году –12).

Прямую угрозу национальной безопасности представляет участие граждан нашей страны в террористической деятельности за рубежом. По данным КНБ, за последние четыре года не допущен выезд в зоны террористической активности 546 рекрутов-казахстанцев (2013 год – 168, 2014 год – 136, 2015 год – 151, 2016 год – 91). Кроме того, из лагерей международных террористических организаций возвращены 79 граждан Казахстана, из них 34 привлечены к уголовной ответственности за участие в террористической деятельности.

Впрочем, помимо внешнего воздействия, в КНБ отмечают: есть и внутренние факторы, способствующие проявлению радикальных настроений. В их числе "имеющиеся социально-экономические проблемы; низкий уровень религиозной грамотности населения, упущения в морально-нравственном и патриотическом воспитании подрастающего поколения; межэтнические, межконфессиональные и иные социальные противоречия; неуправляемость миграционных процессов, сопровождающаяся формированием маргинальной прослойки, усиливающей конфликтный потенциал". Также в списке причин возникновения деструктивного настроя и недоверия к власти названы "коррупционные проявления и бюрократизм со стороны отдельных государственных чиновников на местах". При этом отмечается, что такой "деструктивный настрой" проявляется преимущественно среди неустроенной молодежи. 

Что с этим делать?
В проекте госпрограммы отмечается, что "при сложившихся обстоятельствах существенно актуализировались вопросы обеспечения безопасности объектов, уязвимых в террористическом отношении, а также надлежащего контроля над оборотом оружия, боеприпасов, взрывных устройств и их компонентов".

По оценке КНБ, в стране реализуется "эффективная государственная политика, направленная на обеспечение внутриполитической стабильности, в том числе в сфере предупреждения насильственному экстремизму и противодействия терроризму". Государством "принимаются беспрецедентные меры социально-экономического характера, направленные на повышение благосостояния всех слоев населения". Усилиями "государства и общества повсеместно ведется борьба с коррупцией, создающей условия, благоприятные для распространения правового нигилизма и антипатриотизма". В обществе при этом "сохраняется религиозная толерантность, межконфессиональное и межэтническое согласие". 

В числе слабых сторон противодействия терроризму и экстремизму названа "сохраняющаяся тенденция увеличения количества приверженцев радикальной идеологии, в том числе склонных к совершению насильственных акций внутри страны". Кроме того, отмечены "недостаточная эффективность информационно-разъяснительной работы и недостаточное качество контрпропагандистской продукции". Несовершенной названа система противодействия распространению материалов экстремистского и террористического содержания, в том числе в Интернете. 

Наряду с этим институты гражданского общества в недостаточной степени вовлечены в работу по предупреждению насильственного экстремизма и противодействию терроризму. А деятельность государственных и местных органов власти в этой сфере имеет "недостаточное научно-методическое сопровождение". 

Также требуется "дальнейшее повышение профессионального уровня работников государственных органов, вовлеченных в профилактику религиозного экстремизма, и предотвращение угроз терроризма", и решение вопроса по "недостаточному оснащению специальных государственных и правоохранительных органов современной техникой, вооружением и другими новейшими разработками в сфере противодействия терроризму". 

Как будут решать проблемы
В проекте программы предусмотрен комплекс мер. Предполагается усовершенствовать профилактику религиозного экстремизма и терроризма, сосредоточившись "на лицах, разделяющих идеи, направленные на разжигание религиозной вражды или розни". Также планируется повысить эффективность "системы просвещения граждан о потенциальной опасности радикальной идеологии и терроризма" и улучшить "привлекательность контрпропагандистской продукции". 

Предусматривается разработка "эффективных мер ограждения казахстанских граждан в период их нахождения за рубежом от пропагандистской деятельности приверженцев радикальных взглядов". Будет организован постоянный мониторинг интернет-ресурсов и соцсетей для выявления материалов, пропагандирующих экстремизм. Предполагается использовать для этого специальные "современные программы по выявлению противоправного контента".

Также планируется законодательно запрещать "распространение на территории Республики Казахстан продукции средств массовой информации и иных информационных материалов, в содержании которых выявлены признаки экстремизма или терроризма". 

Эффективность предупреждения экстремизма и терроризма планируется повысить через расширение участия в этой работе институтов гражданского общества, а также "путем совершенствования системы обеспечения деятельности специальных государственных и правоохранительных органов". Для этого предлагается принимать меры "по признанию и запрещению в установленном законодательством порядке деятельности экстремистских и/или террористических организаций, деятельность которых установлена на территории Республики Казахстан"; усилить кадровый потенциал, а также повысить уровень "профессиональной квалификации кадрового состава, субъектов противодействия экстремистским проявлениям насильственного характера и терроризму". Будут внедряться "современные технологии и другие достижения "научно-технического развития в деятельность правоохранительных и специальных государственных органов по выявлению и пресечению экстремистской и террористической деятельности". 

Планируется усиливать пограничный и миграционный контроль "по недопущению проникновения на территорию страны экстремистов и террористов, а также по принудительному выдворению иностранцев, совершивших уголовное правонарушение". Также будет усилен контроль "над оборотом оружия, боеприпасов, взрывных устройств и взрывчатых веществ, в том числе за субъектами предпринимательства, занятыми в сфере оборота гражданского, служебного оружия и боеприпасов". 

Разумеется, предусматривается улучшение "материально-технического обеспечения, оснащения  вооружением, специальной техникой и оборудованием, а также развитие инфраструктуры  подразделений специальных государственных и правоохранительных органов в целях повышения уровня оперативного реагирования на угрозы террористического характера", а также  "развитие инфраструктуры и материально-технической базы выделенных ведомственных учебных центров для подготовки подразделений специального назначения государственных органов". Будет повышен "уровень реагирования на террористические проявления в пределах континентального шельфа Каспийского моря". Активизируют и кинологическую службу для подготовки инспекторов-кинологов и служебно-розыскных собак по обнаружению взрывчатых веществ и оружия. 

Какой результат ждут от предложенных мер
В проекте программы определены целевые индикаторы ее результативности. Так, ожидается, что эффективность деятельности специальных и правоохранительных органов по недопущению экстремистских проявлений насильственного характера и актов терроризма на территории Казахстана к концу 2020 года составит 95%. Аналогичного показателя планируется достичь по уровню готовности к реагированию на акты терроризма, а также минимизации и (или) ликвидации последствий терроризма на территории республики.

Также к концу 2020 года планируется снизить на 20% (по сравнению с 2016 годом) количество людей, разделяющих экстремистские идеи, направленные на разжигание религиозной вражды или розни.

Ирина Севостьянова

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Наказание за экстремизм в странах Центральной Азии

Эксперты представили обзор антиэкстремистской политики в четырех странах.

05 Март 2020 14:58 3496

Наказание за экстремизм в странах Центральной Азии

Так, по мнению аналитиков, для стран Центральной Азии модельным антиэкстремистским законодательством было и остается российское. Несмотря на то, что за последние годы оно неоднократно подвергалось критике на международном уровне. Во всех четырех исследованных странах – России, Казахстане, Таджикистане и Кыргызстане – отсутствует жесткая привязка определения экстремистской деятельности к насилию.

«Характерным сходством определений является и то, что в них включены через запятую высказывания, которые можно определить как язык вражды, и действия и высказывания, угрожающие государственной безопасности. Таким образом, на понятийном уровне ксенофобные проявления, даже ненасильственные, приравниваются к антигосударственной деятельности. Вместе с тем есть в определениях и различия», – рассказала исследователь из России Мария Кравченко.

По ее словам, определения экстремизма в Кыргызстане и Таджикистане очень похожи и почти полностью повторяют российское определение в первоначальном, 2002 года, варианте. Так, к экстремизму в этих странах относятся «захват и присвоение властных полномочий», чрезвычайно туманно определенные «подрыв безопасности» государства, «унижение национального достоинства», а также создание незаконных вооруженных формирований. Из действующего российского определения эти пункты были изъяты. При этом в Казахстане, Кыргызской Республике и Таджикистане формально не относятся к экстремизму насильственные преступления против личности по мотиву ненависти. В то же время в определении экстремизма указано, что запрещенное «возбуждение розни» должно быть связано с насилием (в КР и РТ) или может быть с ним связано (в Казахстане).

В России сейчас ситуация обратная: такого уточнения о запрещаемом «возбуждении розни» в определении экстремизма нет, но зато к таковому относятся все насильственные преступления на почве ненависти. Казахстан стоит особняком, обладая уникальным определением, делящим экстремизм на политический (включающий социальную и сословную рознь), национальный и религиозный. Фактически Казахстан – единственное государство, в котором на формально-теоретическом уровне была предпринята попытка избежать смешения преследуемых посягательств на государственную безопасность и на этнорелигиозное равноправие граждан. В то же время в уголовно-правовой норме о «возбуждении розни» это разграничение не проведено. Кроме того, в казахстанском определении экстремизма, в отличие от киргизского и таджикистанского, указано, что «разжигание розни» необязательно связано с насилием. А вот нормы УК и КоАП не содержат указания на обязательность такой связи ни в одной из четырех стран.

В Казахстане, Кыргызстане и Таджикистане к возбуждению ненависти приравнивается и такое деяние, как оскорбление «национальной чести и достоинства» или «унижение национального достоинства» (абстрактной категории, с трудом поддающейся юридическому толкованию), а в Казахстане – еще и «оскорбление религиозных чувств» граждан (такое понятие существует и в российском праве, но формально оно выведено за рамки законодательства о противодействии экстремизму). Во всех странах, кроме Кыргызской Республики, криминализовано возбуждение ненависти по признаку принадлежности к «социальной группе», а этот термин не имеет узкого определения. Подобные особенности законодательств вкупе с формальным подходом правоохранительных органов к правоприменению угрожают реализации прав граждан на выражение мнения.

Призывы к сепаратизму выделены в отдельные статьи УК только в России и Казахстане, в обеих странах масштаб преследований по ним невелик, однако привлекают к ответственности и за сепаратистские призывы, не связанные с насилием, что ограничивает мирную политическую дискуссию. В Таджикистане призывы к нарушению территориальной целостности включены в норму о призывах к изменению конституционного строя – но только призывы к насильственным действиям такого рода. Россия – единственная страна с масштабными административными преследованиями по «экстремистским» статьям о демонстрировании запрещенной символики и о распространении экстремистских материалов – однако только ранее запрещенных и включенных в опубликованный список.

В Кыргызской Республике преследуется в уголовном порядке даже само по себе хранение экстремистских материалов, при этом на практике речь может идти не только о материалах, признанных судом экстремистскими, но и о любых материалах запрещенных организаций. В Таджикистане предусмотрен механизм запрета экстремистских материалов, но нам неизвестно о существовании списка таковых, как и о применении специальных санкций за распространение таких материалов. Зато факт демонстрирования символики запрещенных организаций там может быть расценен как уголовно наказуемое деяние – например, оправдание экстремизма. Наконец, только в России существенную долю антиэкстремистского правоприменения составляют преследования распространителей этноксенофобной пропаганды, а также участников ксенофобных нападений и членов ультранационалистических группировок (многие такие группировки признаны экстремистскими). Хотя в Казахстане, Кыргызстане и Таджикистане противодействие этнической ксенофобии имеет региональную специфику (и в них, в частности, криминализовано возбуждение «родовой», «местнической» либо «межрегиональной» вражды), в целом оно занимает небольшую долю массива антиэкстремистского правоприменения. Преимущественно там речь идет о борьбе с теми или иными религиозными течениями, а также о преследовании политической оппозиции, деятельность которой понимается как направленная на нарушение общественного порядка и свержение власти. Именно религиозные и оппозиционные структуры в основном внесены в списки запрещенных организаций в этих странах наряду с ближневосточными и центральноазиатскими вооруженными исламистскими движениями и группировками.

При этом как в Казахстане, так и в Кыргызстане и Таджикистане часто смешиваются понятия экстремизма и терроризма. В последних двух республиках даже есть целый ряд организаций, которые признаны одновременно экстремистскими и террористическими. В России, обладающей развитым специальным антитеррористическим законодательством, в правовом поле понятия «экстремизм» и «терроризм» разграничены куда четче. Основания запрета организаций не всегда ясны.

Страны региона активно ограничивают свободу выражения мнения в Интернете под предлогом борьбы с экстремизмом. В России и Казахстане распространены, помимо блокировок по суду, внесудебные блокировки. Пределы усмотрения, которыми обладают органы прокуратуры в осуществлении этих блокировок, чрезвычайно широки. И, если в России хотя бы четко прописан порядок взаимодействия государства с хостером и владельцем сайта, в Казахстане расплывчатые формулировки способствуют произвольному правоприменению. Только в России подробно разработаны в законодательстве и широко применяются на практике дополнительные антиэкстремистские механизмы, такие как ограничения и наказания для СМИ (хотя формально они существуют не только в России), ограничения избирательного права и прочие, более мелкие. Очевидно, в Центрально-Азиатском регионе государство не нуждается в этих механизмах в силу большей роли внеправовых механизмов давления на инакомыслящих.

Подготовила Майра Медеубаева на основе обзора центра «Сова»

В Шымкенте ликвидировали ОПГ из религиозных радикалов, занимавшуюся вымогательством у бизнесменов

У задержанных был изъят арсенал оружия.

05 Апрель 2019 12:53 1866

В Шымкенте ликвидировали ОПГ из религиозных радикалов, занимавшуюся вымогательством у бизнесменов

Фото: nur.kz

В Шымкенте были задержаны шесть членов организованной преступной группы (ОПГ), регулярно вымогавших крупные денежные средства у местных бизнесменов, сообщила в пятницу пресс-служба Комитета национальной безопасности (КНБ) РК.

Операция по задержанию проведена сотрудниками городского департамента КНБ с привлечением спецподразделения Национальной гвардии.

По данным пресс-службы, члены преступного сообщества подозреваются в совершении ряда насильственных преступлений, в том числе с применением огнестрельного оружия.

«Основной костяк ОПГ составляли приверженцы деструктивного религиозного течения, ранее неоднократно судимые за совершение тяжких преступлений», – отмечается в сообщении.

«Задержание членов банды осуществлено в момент совершения ими вымогательства у очередного предпринимателя 10000 долларов путем применения насилия и угрозы его жизни», – рассказали в пресс-службе.

При проведении обысков обнаружен тайник с арсеналом вооружения членов ОПГ, изъято пять единиц огнестрельного оружия и боеприпасы к ним.

В настоящее время проверяются факты возможного совершения ими уголовных правонарушений по религиозным мотивам, отмечается в сообщении.

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: