/img/tv1.svg
RU KZ
Наказание за экстремизм в странах Центральной Азии

Наказание за экстремизм в странах Центральной Азии

Эксперты представили обзор антиэкстремистской политики в четырех странах.

14:58 05 Март 2020 4909

Наказание за экстремизм в странах Центральной Азии

Автор:

Майра Медеубаева

Так, по мнению аналитиков, для стран Центральной Азии модельным антиэкстремистским законодательством было и остается российское. Несмотря на то, что за последние годы оно неоднократно подвергалось критике на международном уровне. Во всех четырех исследованных странах – России, Казахстане, Таджикистане и Кыргызстане – отсутствует жесткая привязка определения экстремистской деятельности к насилию.

«Характерным сходством определений является и то, что в них включены через запятую высказывания, которые можно определить как язык вражды, и действия и высказывания, угрожающие государственной безопасности. Таким образом, на понятийном уровне ксенофобные проявления, даже ненасильственные, приравниваются к антигосударственной деятельности. Вместе с тем есть в определениях и различия», – рассказала исследователь из России Мария Кравченко.

По ее словам, определения экстремизма в Кыргызстане и Таджикистане очень похожи и почти полностью повторяют российское определение в первоначальном, 2002 года, варианте. Так, к экстремизму в этих странах относятся «захват и присвоение властных полномочий», чрезвычайно туманно определенные «подрыв безопасности» государства, «унижение национального достоинства», а также создание незаконных вооруженных формирований. Из действующего российского определения эти пункты были изъяты. При этом в Казахстане, Кыргызской Республике и Таджикистане формально не относятся к экстремизму насильственные преступления против личности по мотиву ненависти. В то же время в определении экстремизма указано, что запрещенное «возбуждение розни» должно быть связано с насилием (в КР и РТ) или может быть с ним связано (в Казахстане).

В России сейчас ситуация обратная: такого уточнения о запрещаемом «возбуждении розни» в определении экстремизма нет, но зато к таковому относятся все насильственные преступления на почве ненависти. Казахстан стоит особняком, обладая уникальным определением, делящим экстремизм на политический (включающий социальную и сословную рознь), национальный и религиозный. Фактически Казахстан – единственное государство, в котором на формально-теоретическом уровне была предпринята попытка избежать смешения преследуемых посягательств на государственную безопасность и на этнорелигиозное равноправие граждан. В то же время в уголовно-правовой норме о «возбуждении розни» это разграничение не проведено. Кроме того, в казахстанском определении экстремизма, в отличие от киргизского и таджикистанского, указано, что «разжигание розни» необязательно связано с насилием. А вот нормы УК и КоАП не содержат указания на обязательность такой связи ни в одной из четырех стран.

В Казахстане, Кыргызстане и Таджикистане к возбуждению ненависти приравнивается и такое деяние, как оскорбление «национальной чести и достоинства» или «унижение национального достоинства» (абстрактной категории, с трудом поддающейся юридическому толкованию), а в Казахстане – еще и «оскорбление религиозных чувств» граждан (такое понятие существует и в российском праве, но формально оно выведено за рамки законодательства о противодействии экстремизму). Во всех странах, кроме Кыргызской Республики, криминализовано возбуждение ненависти по признаку принадлежности к «социальной группе», а этот термин не имеет узкого определения. Подобные особенности законодательств вкупе с формальным подходом правоохранительных органов к правоприменению угрожают реализации прав граждан на выражение мнения.

Призывы к сепаратизму выделены в отдельные статьи УК только в России и Казахстане, в обеих странах масштаб преследований по ним невелик, однако привлекают к ответственности и за сепаратистские призывы, не связанные с насилием, что ограничивает мирную политическую дискуссию. В Таджикистане призывы к нарушению территориальной целостности включены в норму о призывах к изменению конституционного строя – но только призывы к насильственным действиям такого рода. Россия – единственная страна с масштабными административными преследованиями по «экстремистским» статьям о демонстрировании запрещенной символики и о распространении экстремистских материалов – однако только ранее запрещенных и включенных в опубликованный список.

В Кыргызской Республике преследуется в уголовном порядке даже само по себе хранение экстремистских материалов, при этом на практике речь может идти не только о материалах, признанных судом экстремистскими, но и о любых материалах запрещенных организаций. В Таджикистане предусмотрен механизм запрета экстремистских материалов, но нам неизвестно о существовании списка таковых, как и о применении специальных санкций за распространение таких материалов. Зато факт демонстрирования символики запрещенных организаций там может быть расценен как уголовно наказуемое деяние – например, оправдание экстремизма. Наконец, только в России существенную долю антиэкстремистского правоприменения составляют преследования распространителей этноксенофобной пропаганды, а также участников ксенофобных нападений и членов ультранационалистических группировок (многие такие группировки признаны экстремистскими). Хотя в Казахстане, Кыргызстане и Таджикистане противодействие этнической ксенофобии имеет региональную специфику (и в них, в частности, криминализовано возбуждение «родовой», «местнической» либо «межрегиональной» вражды), в целом оно занимает небольшую долю массива антиэкстремистского правоприменения. Преимущественно там речь идет о борьбе с теми или иными религиозными течениями, а также о преследовании политической оппозиции, деятельность которой понимается как направленная на нарушение общественного порядка и свержение власти. Именно религиозные и оппозиционные структуры в основном внесены в списки запрещенных организаций в этих странах наряду с ближневосточными и центральноазиатскими вооруженными исламистскими движениями и группировками.

При этом как в Казахстане, так и в Кыргызстане и Таджикистане часто смешиваются понятия экстремизма и терроризма. В последних двух республиках даже есть целый ряд организаций, которые признаны одновременно экстремистскими и террористическими. В России, обладающей развитым специальным антитеррористическим законодательством, в правовом поле понятия «экстремизм» и «терроризм» разграничены куда четче. Основания запрета организаций не всегда ясны.

Страны региона активно ограничивают свободу выражения мнения в Интернете под предлогом борьбы с экстремизмом. В России и Казахстане распространены, помимо блокировок по суду, внесудебные блокировки. Пределы усмотрения, которыми обладают органы прокуратуры в осуществлении этих блокировок, чрезвычайно широки. И, если в России хотя бы четко прописан порядок взаимодействия государства с хостером и владельцем сайта, в Казахстане расплывчатые формулировки способствуют произвольному правоприменению. Только в России подробно разработаны в законодательстве и широко применяются на практике дополнительные антиэкстремистские механизмы, такие как ограничения и наказания для СМИ (хотя формально они существуют не только в России), ограничения избирательного права и прочие, более мелкие. Очевидно, в Центрально-Азиатском регионе государство не нуждается в этих механизмах в силу большей роли внеправовых механизмов давления на инакомыслящих.

Подготовила Майра Медеубаева на основе обзора центра «Сова»

Сертификат преткновения

Костанайские чиновники массово подают иски на поставщиков за непредоставление сертификатов о происхождении товаров, хотя в других регионах число таких исков стремится к нулю.

18 Сентябрь 2020 10:59 1272

Верховный суд изучил состояние дел по итогам восьми месяцев работы в 2020 году. Результаты показали, что именно в Костанайской области почти в два раза выросло количество исков по признанию участников госзакупок недобросовестными поставщиками за непредоставление сертификатов о происхождения товаров. В то время как во всех регионах Казахстана наблюдается снижение числа подобных дел.

По данным, озвученным судьями Костанайской области, уже отклонено более 300 исков из этой категории. Объясняют такую практику тем, что сама тенденция роста числа исков из-за отсутствия сертификатов – неблагоприятное явление, которое ведет к загруженности судебной системы. К тому же такой поток неоправданных, по мнению судей, исков влечет нерациональное использование ресурсов, времени и потенциала госорганов. В качестве обоснования своей позиции судьи приводят несколько аргументов.

Во-первых, согласно ст. 56 Кодекса по таможенному регулированию «Подтверждение происхождения товаров и документы о происхождении товаров», документами о происхождении товара являются декларация либо сертификат о происхождении. По мнению судей, декларация приравнивается к сертификату, и обязательная сертификация даже по казахстанскому законодательству не предусмотрена.

Во-вторых, Казахстан находится в карантине, вызванном пандемией. Как отмечают судьи, с юридической точки зрения введение режима чрезвычайного положения является форс-мажором.

«В соответствии со своими конституционными полномочиями Верховный суд принял разъяснение по отдельным вопросам судебной практики в связи с введением ЧП. Оно утверждено решением пленарного заседания Верховного суда республики от 6 мая 2020 года. В чем кардинальное изменение судебной практики, которая ранее имела место? В документе сказано, что есть запрет на предъявление иска о признании поставщика недобросовестным участником госзакупок и взыскание штрафных санкций распространяется и на договоры, заключенные в соответствии с законодательством о госзакупках, по которым неисполнение либо ненадлежащее исполнение поставщиком договорных обязательств было вызвано введением ЧП. Не на период ЧП, а вызвано его введением. То есть это те карантинные меры, которые до настоящего времени имеют место. Поэтому общая установка судебной практики будет направлена на то, чтобы такие иски не принимались в производство судов», – озвучил позицию судей и. о. председателя судебной коллегии по гражданским делам Костанайского областного суда Сергей Нуров.

То есть если единственный недостаток товара в том, что поставщик не смог предоставить сертификат о происхождении, но сам товар поставлен своевременно, претензий по качеству и количеству нет, то суд будет отказывать в рассмотрении иска.

Поведение представителей заказчиков в судах говорит о том, что они прекрасно понимают: иски им не выиграть. По словам судей, сложилась практика, когда представители заказчиков просят рассмотреть дело без их участия. В итоге приходится оправдываться поставщикам, а это нередко ИП и мелкие ТОО. Последние говорят, что стоимость сертификата несоразмерна той цене, которая установлена договором.

Например, Затобольская ТЭК предъявила иск к ТОО «Канццентр». Предметом договора была закупка стержней для ручек на 487,2 тенге. Отсутствие сертификата о происхождении товара стало причиной иска с требованием признать поставщика недобросовестным участником госзакупок. Аналогичный случай произошел с ИП Юркова, у которого поликлиника № 2 Костаная приобрела канцелярские ручки на 1320 тенге. Стоимость оформления сертификатов о происхождении товаров по этим договорам в разы превысила бы сумму договора госзакупок. Практика сложилась так, что оформление сертификатов происхождения выгодно крупным оптовикам с суммами договоров, исчисляющихся миллионами тенге.

При этом товар заказчики принимают, подписывают все документы, их устраивает качество и количество товара. Иски подают исключительно из-за отсутствия сертификата о происхождении товара. Цель – обезопасить себя на случай будущих проверок.

Более того, отказы судов в рассмотрении подобных исков родили новую тенденцию. Как рассказали в специализированном межрайонном экономическом суде (СМЭС) Костанайской области, заказчики стали отказывать в приемке товаров без сертификации и одновременно подавать иски о расторжении договора и признании поставщика недобросовестным. При такой постановке вопроса суд будет вынужден удовлетворять иски госорганов. Однако у этой медали, по словам судей, есть и другая сторона: множество мелких компаний попадут в списки недобросовестных участников госзакупок. Это значит лишь то, что на рынок области зайдут поставщики из других регионов страны. Как результат местный бизнес потеряет доход, а бюджет – налоги.

«С внесением изменений в Закон «О госзакупках» с 1 января 2020 года заказчики могут не подавать иски на поставщиков в случае добросовестного исполнения, добровольной выплаты неустойки и т. д. Однако у нас данная норма, к сожалению, игнорируется. В судах участвуют сами госучреждения, школы, больницы, и они говорят: «Да, норма введена, но мы боимся контролирующих органов, потому что норма шаткая и может быть использована против нас. Лучше пусть суд вынесет окончательное решение», – озвучила позицию госорганов судья СМЭС Костанайской области Айнур Касымханова.

В ответ на претензии судей в управлении госзакупок Костанайской области отметили, что норма, которая обязывает заказчиков требовать с поставщиков сертификат о происхождении товара на товары иностранного происхождения, имеется в типовом договоре в пункте 5.1. правил осуществления госзакупок, которые датированы 11.12.2015 года № 648. То есть предметом договора является поставка товара, и к этому обязательству должны быть приложены соответствующие документы, в том числе сертификат о происхождении товара. При этом в 2005 году было издано постановление правительства Казахстана, которое утверждало перечень товаров, подлежащих обязательной сертификации. В этом постановлении было два приложения: перечень товаров, подлежащих обязательной сертификации, и перечень товаров, для которых могут быть предусмотрены декларации о соответствии товара. 11 июня 2020 года это постановление утратило силу. То есть сегодня в Казахстане нет нормативно-правового акта, который регулирует сферу обязательной сертификации. Однако в рамках типовых договоров, заключаемых по результатам госзакупок, такое требование по-прежнему имеется.

«Я категорически не согласна с тем, чтобы идти с иском каждый раз. Но нужно, чтобы контролирующие органы признали нецелесообразность применения этой нормы, хотя она и имеет юридическую силу. К административной ответственности в области финансов и бюджета привлекают по истечении двух месяцев со дня обнаружения нарушения. То есть контролирующий орган выходит на проверку раз в два или три года и у него будет право на составление протокола по ст. 207 Адмкодекса», – пояснила позицию всех заказчиков области руководитель управления госзакупок Оксана Кочкурова.

Речь о штрафе в размере 50 МРП, или 138 тыс тенге.

В ревизионной комиссии Костанайской области подтвердили наличие таких рисков и подчеркнули, что «раз норма предусмотрена в законодательстве, мы просто обязаны эту норму контролировать». Именно эта формулировка и позиция контролирующих органов гонит заказчиков в суды.

В качестве альтернативного решения в Палате предпринимателей Костанайской области предложили требовать сертификаты происхождения, в случае если сумма договора госзакупок превышает 500 МРП. Однако это требует внесения изменений в НПА.

В минфине, по словам руководителя управления госзакупок Костанайской области Оксаны Кочкуровой, этот вопрос поднимают уже не первый год. И акимат региона направлял соответствующие предложения, озвучивал их совместно с Палатой предпринимателей на различных диалоговых площадках. Сегодня многие специалисты действительно считают применение нормы об обязательном предоставлении сертификатов происхождения нецелесообразной. Однако из типового договора этот пункт так и не убрали. Обнадеживает то, что сегодня минфин готовит пакет документов, по результатам рассмотрения и утверждения которых вопрос с предоставлениением сертификатов должны решить.

Татьяна Шестакова


Подпишитесь на наш канал Telegram!

Привлечь к ответу сотрудников комитета казначейства минфина потребовали участники процесса по «Востоквзрывпрому»

Сотрудники ведомства вышли за рамки своей компетенции, уверяют адвокаты.

09 Сентябрь 2020 08:15 2070

В апелляционной судебной инстанции Восточно-Казахстанской области продолжили рассмотрение дела о признании недобросовестным участником госзакупок ТОО «Востоквзрывпром», которое бизнесмены назвали фаворитом властей.

8 сентября состоялось третье по счету заседание коллегии по гражданским делам Восточно-Казахстанского областного суда по иску РГУ «Восточно-Казахстанский межрегиональный департамент геологии комитета геологии министерства экологии, геологии и природных ресурсов «Востказнедра» к ТОО «Востоквзрывпром» о признании его недобросовестным участником государственных закупок. Напомним, что ранее несколько известных в Усть-Каменогорске предпринимателей назвали ТОО «Востоквзрывпром» избранником местных властей и прозрачно намекали, что через него якобы уходят бюджетные деньги в карманы чиновников. Судебный процесс также проходит через приложение ZOOM, за ним с интересом наблюдают республиканские и местные журналисты.

Казначеи полезли не в свой огород

В этом деле есть еще один интересный нюанс, связанный с двояким трактованием статьи 11 Закона РК «О госзакупках». На предыдущем судебном заседании 24 августа представитель ТОО «Востоквзрывпром» Ирина Дубровская заявляла, что на ее адвокатский запрос пришел ответ из минфина, где ей разъяснили, что означает эта норма. В статье закона указывается, в каком случае следует считать поставщика либо потенциального поставщика недобросовестным участником государственных закупок.

Позже ответ из министерства финансов РК, а точнее, из комитета казначейства этого ведомства, стал доступен журналистам и третьей стороне по делу. Судя по тексту, который предоставили из казначейства, в реестр недобросовестных участников госзакупок включаются только те поставщики (потенциальные поставщики), которые предоставили недостоверную информацию, влияющую на конкурсное ценовое предложение, и (или) документы, опять же влияющие на конкурсное ценовое предложение. Сторона же «Востоквзрывпрома» пытается доказать, что даже если их информация о трудовых ресурсах и была недостоверной, то она на конкурсное ценовое предложение не повлияла. Следовательно, предприятие не является недобросовестным участником госзакупок. Но представитель ТОО «Востоквзрывпром» адвокат Ирина Дубровская также утверждает, что с трудовыми ресурсами у них было все «чисто».

Однако ответ из казначейства сразу вызвал сомнения как у истца, РГУ «Востказнедра», так и у третьей стороны. Как сообщила inbusiness.kz представитель ТОО «ГРК «Топаз» авдокат Розита Багадаева, комитет казначейства не курирует госзакупки, соответственно, его сотрудники, по ее мнению, не имели права давать такой ответ. Это функция органов государственного внутреннего аудита. В качестве своих доводов она предоставила скриншот с официального сайта минфина РК о функциональных обязанностях каждого из двух комитетов.

«Полагаю, что по причине установления комитетом внутреннего государственного аудита нарушений со стороны ТОО «Востоквзрывпром» запрос в минфине был передан другому ведомству. Предполагаю, что не за так», – написала она в возражении на дополнение к апелляционной жалобе ТОО «Востоквзрывпром».

Розита Багадаева объяснила inbusiness.kz, что казначейство «полезло» не в свою сферу, потому что его сотрудники курируют не госзакупки, а только бюджет. Более того, в приложенном документе, который предоставила г-жа Дубровская, не имеется ни подписи, ни исполнителя.

«И даже непонятно, к какому именно документу относится это неизвестно кем написанное приложение. Однако ответчик использует его, следовательно, имеет основания для его использования. Если выяснится, что имел место подлог со стороны ответчика, тогда необходимо привлечь его к ответственности за фальсификацию доказательств по гражданскому делу, согласно требованиям ч. 1 ст. 416 УК РК», – убеждена адвокат.

Розита Багадаева в своих письменных возражениях попросила судей направить по поводу такого ответа сообщение в прокуратуру области и в Генеральную прокуратуру РК о выходе за пределы полномочий сотрудников комитета казначейства министерства финансов РК в силу требований ч. 3 ст. 270 ГПК РК: «3. Если при рассмотрении дела суд обнаружит в действиях стороны, других участников процесса, должностного или иного лица признаки уголовного правонарушения, он сообщает об этом прокурору».

«Полагаю, что пора положить конец таким действиям государственных органов, тем более на государственном уровне», – убеждена она.

ТОО «Востоквзрывпром» перепутал воду с металлом?

Тем временем 8 сентября в качестве свидетеля на заседании судебной коллегии областного суда допросили пенсионерку, инженера-гидрогеолога.

Напомним, что это дело поступило в суд второй инстанции по апелляционной жалобе ответчика на решение специализированного межрайонного экономического суда СМЭС по ВКО от 25 июня 2020 года. На прошлом заседании слушание дела было отложено, поскольку истец должен был предоставить еще несколько документов по проводимым госзакупкам, а также оставался открытым вопрос по допросу свидетелей – специалистов, работавших с ТОО «Востоквзрывпром», когда те выигрывали конкурсы по госзакупкам. Также документы с возражениями на дополнения к апелляционной жалобе ТОО «Востоквзрывпром» подала третья сторона процесса – ТОО «ГРК «Топаз».

В качестве свидетеля выступила 70-летняя пенсионерка, инженер-гидрогеолог Валентина Владимирцева. Она сообщила, что сотрудничала с ТОО «Востоквзрывпром» с августа 2017 года по июнь 2019 года. Выполняла работы в качестве ведущего гидрогеолога по трем заказам. Здесь стоит напомнить, что поводом для подачи иска в суд со стороны РГУ «Востказнедра» стало то обстоятельство, что на проводимый 11 февраля 2020 года конкурс по госзакупкам «Востоквзрывпром» указал в сведениях о своих трудовых ресурсах своими работниками пенсионеров, инженера-геофизика Алескея Федорова и инженера-гидрогеолога Валентину Владимирцеву. Но представители РГУ «Востказнедра», как заказчика госзакупок, перепроверили эту информацию и выяснили, что те не состоят с ТОО «Востоквзрывпром» в трудовых отношениях. 1 апреля 2020 года заявку этого предприятия отклонила от участия в конкурсе конкурсная комиссия – из-за несоответствия квалификационным требованиям в части обладания материальными, трудовыми ресурсами и предоставления недостоверной информации. Областной департамент государственного внутреннего аудита подтвердил обоснованность действий конкурсной комиссии заказчика. Так, РГУ «Востказнедра» обратилось в суд о признании «Востоквзрывпома» недобросовестным участником госзакупок, и СМЭС по ВКО их иск удовлетворил.

Валентина Владимирцева подтвердила суду, что в 2020 году она уже не работала с «Востоквзрывпромом». Зарплату там не получала и вообще никаких отношений с предприятием не имела, договоров не подписывала. Более того, она заявила, что не могла бы выполнять работы по конкурсам «Востказнедра» от 11 февраля 2020 года, потому что они касались поисков металлов, геосъемки, а это лежит вне пределов ее компетенции.

Напомним, адвокат Ирина Дубровская на прошлом судебном заседании уверяла, что договор со специалистами-пенсионерами от 2017 года был пролонгирован в 2020 году. Но Валентина Владимирцева при допросе стояла на своем: она никаких договоров в 2020 году с предприятием не подписывала, а если и выполняла работы по выигранным им госзакупкам, то они касались обеспечения населенных пунктов питьевой водой. Поэтому г-жа Дубровская попыталась возразить свидетелю, психологически надавить на нее, что у той либо с памятью плохо, либо она лукавит. Мол, в последний раз она получала деньги от предприятия в октябре, а не июне 2019 года, на расходных кассовых ордерах стоит подпись Валентины Владимирцевой. Также Ирина Дубровская заявила, что свидетель ее вынуждает заявить ходатайство о проведении почерковедческой экспертизы, но она не станет этого делать, чтобы не затягивать процесс. Она четыре раза задавала один и тот же вопрос Владимирцевой по ее отношениям с ТОО «Востоквзрывпром», после чего председательствующая судья сняла его.

Однако представитель третьей стороны адвокат Розита Багадаева заметила, что вопросы г-жи Дубровской не имеют отношения к делу.

«Вы поймите, о поиске металлов идет речь (на февральском конкурсе «Востказнедра». – Прим. авт.)! Как Владимирцева туда вообще могла быть привлечена в качестве специалиста, скажите? То есть это настолько безграмотно, что даже слов нет», – заявила г-жа Багадаева.

И все же Ирина Дубровская попросила судей критически отнестись к показаниям свидетеля Валентины Владимирцевой. Но пока суд не дал надлежащей оценки по этому поводу, из-за того что свидетель была допрошена онлайн, а на время проведения судебного заседания у нее не была взята подписка о том, что ее предупредили об уголовной ответственности за дачу ложных показаний. В этой связи слушание дела отложено на 24 сентября.

Ольга Ушакова


Подпишитесь на наш канал Telegram!