DOW J 24 580,91 Hang Seng 24 266,06
FTSE 100 6 045,69 РТС 1 215,69
KASE 2 279,31 Brent 36,55
Конституцию Кыргызстана переписали под Атамбаева

Конституцию Кыргызстана переписали под Атамбаева

Новому президенту придется работать почти весь срок со ставленниками Атамбаева. 

14 Декабрь 2016 16:27 11666

Конституцию Кыргызстана переписали под Атамбаева

Автор:

Аскар Муминов

Прошедший в Кыргызстане (КР) референдум по изменению Конституции республики вызывает горячие споры в экспертной среде. Так или иначе, большинство аналитиков сходится в том, что главной причиной изменения основного закона КР является желание действующего президента Алмазбека Атамбаева, срок полномочий которого истекает в 2017 году, обезопасить себя после ухода от власти. Так как по новой Конституции вся команда, которую сформировал под себя г-н Атамбаев, должна будет работать с новым президентом, который придет к власти в следующем году. Эксперты считают, что поправки в основной закон гарантируют иммунитет для действующего кыргызского лидера от возможного уголовного преследования.

Между тем итоги референдума оказались для президента КР не столь обнадеживающими, так как фактически большинство населения его проигнорировало. По данным Центризбиркома в референдуме приняли участие 40,25% населения, то есть основная масса граждан, имеющих право голоса - почти 60%  на участки не пришла. Необходимый порог в 30% явки был преодолен только к 17.00 по местному времени. Такой низкой явки в Кыргызстане не было зафиксировано ни разу за все годы независимости. Эксперты считают, что таким образом население выразило свой протест против действий властей. Однако, в целом из числа принявших участие 955 тысяч 440 граждан (79,59%) проголосовали за принятие внесений изменений в Конституцию. 184 816 человек (15,4%) проголосовали против. Недействительных бюллетеней оказалось 60 182 (5%).

Вся власть премьерам
Основные поправки связаны с перераспределением полномочий между ветвями власти в Кыргызстане. Гораздо больше полномочий получает премьер-министр, и, хотя формально в КР строится парламентская республика, но при действовавшей до референдума Конституции у Алмазбека Атамбаева были достаточно широкие полномочия. Теперь значительная часть из них перейдет к премьер-министру, в частности, он получает возможность самостоятельно, без консультации с президентом назначать глав администраций и членов кабинета министров. К главе правительства также переходит контроль над соблюдением следствия, включая коррупционные преступления. Представитель движения «Жаны муун» («Новое поколение») Адиль Турдукулов не исключает, что сам Алмазбек Атамбаев метит на должность премьер-министра после ухода с президентского поста, так как Конституция не позволяет ему больше выдвигать свою кандидатуру, а протаскивать столь радикальное изменение, как возможность ему переизбираться, еще раз он бы не рискнул.

Среди других, обративших на себя внимание поправок в основной закон КР, - теперь для того, чтобы снять с должности Генпрокурора потребуются голоса половины парламента, а не одной трети, как было раньше.

Самая любопытная поправка в Конституцию, из-за которой эксперты считают, что она главным образом и писалась под г-на Атамбаева, звучит следующим образом:

«Спикер парламента, его заместители, другие должностные лица, избранные или назначенные Жогорку Кенешем, а также члены правительства, Генеральный прокурор, председатель Счетной палаты, назначенные президентом, председатель и заместители председателя Центральной комиссии по выборам и проведению референдумов, сохраняют свои полномочия до истечения сроков, на которые они были избраны или назначены».

Таким образом, новый президент вынужден будет по факту работать с командой Атамбаева, присягнувшей ему на верность.

Согласно новой Конституции, кыргызстанцы могут быть лишены своего гражданства по различным основаниям, прежние нормы предписывали, что ничто не может служить причиной лишения кыргызстанца гражданства.

Также была уточнена норма о браке. Если в прежней Конституции оговаривалось, что в брак могут вступать лица достигшие совершеннолетия, и не конкретизировался их пол, то по новой редакции семью смогут создать только мужчина и женщина. Сам Алмазбек Атамбаев, объясняя необходимость прийти и проголосовать за Новую Конституцию, особо подчеркивал, что это нужно сделать в том числе, чтобы в стране не появились однополые браки. Хотя, формально, старая Конституция этого не запрещала, но за время ее действия в КР не было зарегистрировано ни одного однополого брака, что вызвало недоумение по поводу этого аргумента президента.

В спешке и без анализа
Стоит отметить, что референдум состоялся, несмотря на действующее до 2020 года вето по внесению изменений в Конституцию, одним из инициаторов которого во время переходного постреволюционного периода был сам г-н Атамбаев.

Экс-министр сельского и водного хозяйства Кыргызстана, заслуженный экономист КР Жумакадыр Акенеев в разговоре с abctv.kz отметил, что референдум был проведен в спешке, без широкого публичного обсуждения. Он, по сути, не решает основных недостатков старой Конституции, которая тоже была принята в спешке, в июне 2010 года после  апрельской революции и межэтнических  столкновений  на юге республики. Тогда основной целью принятия новой Конституции было стремление побыстрее легитимизировать временные структуры власти. Тогда же было принято решение не вносить изменения в принятую Конституцию до 2020 года, заметил он.

«С этой принятой Конституцией  Кыргызстан провел выборы 5 и 6 созывов депутатов Жогорку Кенеша,  избрал президента Алмазбека  Атамбаева и продолжал худо-бедно двигаться вперед в экономике и развитии демократических институтов власти. Если бы президент выполнил решение референдума 2010 года, в стране ничего бы не случилось. Он бы остался в истории  Кыргызстана первым лидером, который не пошел на референдум по изменению действующей Конституции. Решение Атамбаева о внесении  изменений в Конституцию принято его близким окружением, которое боится потерять работу и свое влияние на политическую ситуацию, после его ухода в октябре 2017 года», - сказал г-н Акенеев. 

Он отметил, что все поправки, внесенные в Конституцию, были предложены Аппаратом президента и проведены как инициатива депутатов Жогорку Кенеша в течение 3 месяцев. При этом были нарушены все процедуры по внесению изменений в действующую Конституцию, существующие в законодательстве Кыргызстана.  Поэтому народ Кыргызстана де-юре принял изменения, а де-факто сказал  «Нет» проведенному референдуму, считает он.

Серьезный откат назад
Председатель Комитета содействия экспорту и логистике ТПП КР Кубат Рахимов заметил, что референдум проходил одновременно с выборами в местные Кенеши (орган местного самоуправления), и, если бы не этот фактор, то явка была бы еще ниже. Так как в некоторых городах выборы в муниципальные города прошли раньше, например, в Оше, Караколе, то были расхождения по прогнозам явки избирателей. Он заметил, что сложно судить о релевантности голосования по 40 процентам избирателей. С одной стороны Кыргызстан голосовал на уровне развитых обществ, с другой стороны наступила определенная усталость от избыточной политичности процессов в стране. К тому же 90% граждан плохо знакомы с Конституцией. Обсуждение поправок эксперт назвал скомканным, не было заключений юристов, а также представителей международных организаций. Конституцию 2010 года готовили представители всего спектра гражданского общества, а по новой рано делать выводы, так как к ее разработке представители общественности не привлекались.

«Надо заметить, что сейчас консультирую некоторых наших высокопоставленных чиновников, и могу сказать, что эффективность их работы очень низкая, так как они вынуждены целыми днями находиться в парламенте и отчитываться перед комитетами, фракциями. Это парализует работу правительства, министры вынуждены часто отвечать на бессмысленные запросы депутатов, чей уровень весьма низок. Это издержки парламентской системы. Каждое правительство находится под риском отставки, связанным с неустойчивостью коалиционных механизмов и договоренностей, которые достигаются в узком политическом кругу. В Конституции есть позитив, который мы увидим только в 2018 году. В чем плюсы. Премьер наделяется большими полномочиями, чем сейчас, особенно в части кадровой политики и у него вотум доверия со стороны действующего парламента. Управляемость страны должна повыситься, исполняемость   стратегий, дорожных карт - тоже», - подчеркнул он.   

Кубат Рахимов считает, что оппозиция в значительной степени провластная, так как перед лидером «Ата-Мекена», Омурбеком Бабановым, маячит перспектива стать президентом, и он идет на все компромиссы, которые предлагают социал-демократы, управляемые непосредственно Алмазбеком Атамбаевым. 

Профессор Университета национальной обороны в Вашингтоне Эрика Марат отметила, что прошедший референдум де-факто уничтожил все демократические завоевания Кыргызстана за последние годы.

«После 2010 года с принятием новой Конституции, какой бы она не была замечательной или с какими-либо недостатками, был заметен хоть какой-то политический процесс, хоть какие-то дебаты, где выборы в парламент были конкурентными и непредсказуемыми. Кыргызстан более или менее становился похож на страну действительно с демократическими началами. Атамбаев за полгода-год инициативой данного референдума, который был насажден, несмотря на оппозицию, на противостояние гражданского общества, юристов, перечеркнул все демократическое начинания за последние пять лет, и Кыргызстан опять вернулся на такое место, где не ясно будущее, неизвестно, какой дальше будет политический процесс, как пройдут выборы. К сожалению, этот референдум войдет в историю таким же референдумом как при Акаеве и Бакиеве, когда бывшие президенты пытались усилить свою власть и власть своей партии», - считает она.

Аскар Муминов 

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

«Кыргызстан ждут очень большие проблемы»

Экономика КР умрет явно быстрее, чем страна успеет подготовиться.

12 Апрель 2020 11:31 9658

«Кыргызстан ждут очень большие проблемы»

Об этом в эксклюзивном интервью inbusiness.kz рассказал политолог из Бишкека, директор ОФ «Трансграничная исследовательская сеть Центральной Евразии» Денис Бердаков.

В Кыргызстане на сегодня 298 подтвержденных фактов коронавируса, пять человек скончались. На территории Бишкека, Оша и Джалал-Абада, Ноокатского и Кара-Суйского районов Ошской области, Сузакского района Джалал-Абадской области введено чрезвычайное положение и комендантский час. Работа общественного транспорта и такси остановлена, разрешается передвигаться только на личном авто. Причем днем передвижения граждан по населенным пунктам ограничены, с 20:00 до 07:00 – полностью запрещены.

– Денис, какова обстановка в Кыргызстане на данный момент?

– Ситуация, как и во многих странах мира, действительно сложная. Коронавирус, кроме всего прочего, приводит к огромным социально-экономическим и политическим последствиям, и этот феномен оказал очень сильное влияние на жизнь всей республики. Ситуация новая и сложная, такой не было никогда. Элиты давно не встречались с таким системным вызовом. И, даже несмотря на то, что вирус не настолько страшен, как его малюют, ситуация с ним поставила некоторые государства на грань социальной и экономической катастрофы.

– А как оперативно ваши власти отреагировали на эпидемию?

– У нас было много времени [для принятия решений], мы уже видели пример Китая, Италии, Ирана. Полностью закрыть авиасообщение надо было недели за три-четыре, а не в третьей декаде марта. На мой взгляд, если бы мы закрылись 2-5 марта, то имели бы только единичные случаи заболевания. Но очень тяжело решиться на такие шаги: в тех регионах, где введено чрезвычайное положение, экономика почти полностью встала.

В Кыргызстане введен серьезнейший карантинный режим, ночью введен комендантский час, но уже понятно, что вирус вырвется (зараженные есть помимо тех, кто находится в обсервации), и все предпринимаемые меры – это просто отсрочка.

Но мы не понимаем, как долго это все будет продолжаться: сколько экономику и людей нужно будет держать на карантине? По разным оценкам, от полугода до полутора лет. То есть пока все не переболеют или не появится вакцина.

– Насколько сильно «оборонительные бои» с COVID-19 ослабят экономику страны?

– Бои действительно идут очень серьезные. Я не помню такого серьезного падения доходной части бюджета. При плане на 2020 год в 2,2-2,3 млрд долларов (в зависимости от курса), по оценкам президента, мы потеряем 400-450 млн долларов.

– Пятую часть, серьезно.

– Наш президент достаточно быстро смог найти ресурсы у крупных международных организаций и финансовых институтов:

  • МВФ выделил $120 млн;
  • Германия (GIZ) – $550 тыс.;
  • Исламский банк развития – $11 млн;
  • Всемирный банк – более $21 млн;
  • ЕБРР рассматривает выделение $100-150 млн;
  • Азиатский банк развития утвердил выделение $200 тысяч на приобретение оборудования и медикаментов, также АБР выделит дополнительные гранты и кредиты для укрепления системы здравоохранения.

Россия, США, Китай и Турция помогают тестами, масками, аппаратами ИВЛ.

– А Казахстан чем помог?

– Тем, что разрешил нам за деньги покупать свою муку. Но таковы нынешние реалии, и за это спасибо.

– Экономика страны – это в первую очередь ее бюджет. В мае прошлого года Вы говорили, что в 2018 году от киргизских трудовых мигрантов поступило 2,6 млрд долларов, а госбюджет КР составил около 2,1 млрд долларов. Кроме этих переводов, какие сектора пострадают в наибольшей степени?

– В Кыргызстане роль бюджета крайне низка по сравнению, например, с Россией, Казахстаном или Белоруссией. Наш бюджет – это не бюджет развития, это содержание чиновников, зарплаты государственных служащих: врачей, учителей, полиции, военных и немного строительство дорог… У нас слабо финансируемые слабые государственные институты: зарплата в министерствах от 100 до 200 долларов.

Бюджетникам мы зарплату и пенсии выплатим. Но гораздо серьезнее ситуация в самой экономике, она была экспортно ориентированной и завязана на внешний мир. Последние годы она состояла из четырех потоков, и по этим системным потокам нанесен очень серьезный удар.

Первый. Довольно мощный кластер швейного производства, в котором занято 200-300 тыс. человек. Из Турции и Китая поступали ткань и фурнитура, в Бишкеке все отшивалось и продавалось в Россию, Казахстан и даже некоторые страны Восточной Европы.

Хоть и с проблемами, но он развивался и давал огромную низовую занятость: люди платили простейший патент по 4-5 тыс. сомов на каждую швею и шили столько, сколько могли продать. В этом секторе проблемы начались раньше введения режима ЧП, еще с февраля: Россия и некоторые другие страны прекратили заказывать продукцию. А еще раньше – с января – Китай закрыл границу и начался дефицит тканей. Сейчас вся отрасль уже больше месяца стоит. В России, например, спрос на одежду и обувь упал на 90%. Так что после окончания карантина нам понадобятся месяцы, чтобы загрузить швейную отрасль.

Второе, на чем жил Кыргызстан, – это переводы трудовых мигрантов. У нас, кроме России, были трудовые мигранты в Турции, Южной Корее и немного в США. По итогам февраля мы видим падение переводов на 20-30%, а в апреле они упадут на 40-45%.

А каждый мигрант содержит здесь двух-трех человек. Это огромная ударная волна, которая начинает идти оттуда. Более того, у нашего государства нет денег, чтобы эвакуировать их из стран пребывания, а у самих людей уже не будет денег на подорожавшие билеты. Это настолько сложный системный вызов, что не понятно, что с ним делать.

Третий. Реэкспорт товаров из Китая, который шел почти на все СНГ. Теперь это все рухнуло. Мы не получаем НДС, наши предприниматели не работают на крупнейших рынках «Дордой» и «Карасу» – они закрыты.

На одном «Дордое» работали десятки тысяч людей, тысяча водителей фур, тысячи грузчиков и тачечников, которые жили от получки до получки, зачастую ежедневной. Это третий мощнейший удар по экономике, причем как по официальному, так и неофициальному денежному потоку, который шел в страну.

– Давайте «не отходя от кассы» поговорим о закрытой границе между Казахстаном и Кыргызстаном. Как сейчас с легальной торговлей и не меньшим объемом контрабанды?

– Да, граница закрыта. Контрабанда же шла с ведома и киргизской, и казахской погранслужб, которые так или иначе в этом участвовали. По крайней мере, знали или догадывались об этом. Сейчас даже было бы хорошо, чтобы хоть какая-то контрабанда шла, потому что в Кыргызстане по многим позициям очень нужны продукты, но их нет. Все просто боятся появления дополнительных очагов вируса на своей территории. Торговля встала и с Казахстаном, и с Узбекистаном, и с Таджикистаном, и с Китаем. Как и большинство стран мира, мы оказались в полной изоляции, и непонятно, когда это все закончится: будут возникать новые вспышки заболевания, районы будут закрывать и т. д. Хорошо, что есть железная дорога и открытые ж/д перевозки до Бишкека из Казахстана, и спрос на эти перевозки растет.

Четвертый поток. Таксисты, водители маршруток, мелкий и средний бизнес: магазины, кафе и рестораны очень сильно пострадали.

– Бишкек славился самым большим количеством кафе на душу населения.

– Это огромная по занятости сфера, которая потребляла массу продуктов питания и организовывала много рабочих мест, в первую очередь для студентов.

В одном только Бишкеке зарегистрировано 16 тыс. таксистов, в основном это люди многодетные и небогатые, арендующие машины и бусики. Им тяжело будет протянуть без заработка даже две-три недели, и без работы они встанут на грань голода. Серьезнейший удар по экономике и низовой занятости.

– Вы как-то говорили, что Кыргызстан – это, по сути, торговая республика венецианского типа, где слабые государственные институты, но в целом люди жили на уровне «нам хватало». А теперь не хватает очень широкому слою населения?

– Сейчас с этим очень сложно, и что делать с экономикой – вопрос тоже сложный. Если бы мы победили коронавирус простым введением ЧС до 15 апреля, было бы хорошо. Но количество зараженных растет, и всем понятно, что нужно продлевать еще на месяц, а то и на два. Как говорят в ВОЗ, все эти карантины только для того, чтобы смазать волну и дать время государствам подготовиться: закупить оборудование, аппараты ИВО, подготовить медиков…

– А может быть, просто не видеть невидимый вирус?

– В этом плане интересен опыт Таджикистана, который банально на все закрыл глаза с пониманием, что у него молодое, сильное население, и оно перенесет коронавирус. То есть, на их взгляд, отсутствие ограничений и режима ЧС спасет больше жизней, чем попытки играть в самоизоляцию и сильную страну с успешным здравоохранением. У нас сейчас побочных явлений от введения ЧС очень много: больные онкологией не могут из регионов попасть в больницу в Бишкеке, беременные не могут попасть на прием и т. д.

Но для нас уже понятно, что экономика умрет явно быстрее, чем мы успеем подготовиться необходимым образом. И нас ждут если не голодные бунты, то большие проблемы: уже сейчас, по подсчетам правительства, 210-230 тысяч семей нуждаются в регулярной помощи государства. Это те люди, которым надо раз в неделю выдавать большой продуктовый набор. Сейчас кабинет оказывает помощь 35 тысячам. При продолжении нынешней ситуации еще на три-четыре недели таких семей уже будет 500-600 тысяч.

– А страна обладает такими государственными материальными резервами?

– Нет. Бюджет, который с помощью доноров будет еле-еле сведен, придется тратить на питание своих граждан. Отчаяния нет, но и нет таких запасов, как в России и у Казахстана, у которого, на мой взгляд, были очень хорошие меры по поддержке малого бизнеса (освобождение от налогов) и адресная помощь в 42 500 тенге. У нас таких мер, к сожалению, нет. Если ситуация продлится еще полтора-два месяца, то мелкий бизнес просто вымрет.

Олег И. Гусев

Мажилис одобрил предлагаемые новшества для пунктов пропуска на границе с Кыргызстаном

Нововведения позволят разгрузить пункты пропуска на казахстанско-киргизской границе, сообщает inbusiness.kz.

16 Октябрь 2019 12:21 2364

Мажилис одобрил предлагаемые новшества для пунктов пропуска на границе с Кыргызстаном

Фото: Azattyq.org

По словам министра индустрии и инфраструктурного развития Бейбута Атамкулова, в настоящее время между двумя государствами есть 11 автомобильных пунктов пропуска, из них пять многосторонних и шесть двусторонних. 

«Из-за низкой интенсивности транспортных средств и людей, проходящих по четырем из двусторонних пунктов, они были закрыты в 2010 году. В настоящее время из семи действующих пунктов в год проходит порядка 11 млн человек и 466 тысяч транспортных средств», – отметил он.

Вместе с тем в 2018 году объем перевозок грузов автотранспортом между Казахстаном и Кыргызстаном увеличился на 43%, продолжил министр. И составил 1,7 млн тонн. 

«Законопроектом предусмотрен перевод статуса автомобильных пунктов пропуска «Сартобе» и «Аухаты» с двустороннего на многосторонний международный. И изменение названия пункта пропуска. Данная мера позволит разгрузить пункты «Карасу» и «Кордай», тем самым улучшит дальнейшее развитие торгово экономических отношений», – считает Атамкулов.

Изменение статуса на «многосторонний международный» коснется также пунктов пропуска «Токмок – автодорожный», расположенного в Чуйском районе Чуйской области Кыргызстана, «Сартобе – автодорожный», расположенного в Кордайском районе Жамбылской области Казахстана, «Кен-Булун – автодорожный» в Ысык-Атинском районе Чуйской области Кыргызстана, «Аухатты – автодорожный» в Кордайском районе Жамбылской области Казахстана.

Депутаты поддержали ратификацию протокола о внесении изменений в соглашение между Правительством Республики Казахстан и Правительством Кыргызской Республики о пунктах пропуска через государственную границу от 25 декабря 2003 года.

Дана Карина

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: