RU KZ
Время спасать инвесторов: «Придут, арестуют, и никто их интересы защищать не будет»

Время спасать инвесторов: «Придут, арестуют, и никто их интересы защищать не будет»

11:55 11 Ноябрь 2020 7608

Время спасать инвесторов: «Придут, арестуют, и никто их интересы защищать не будет»

Автор:

Олег И. Гусев

Чем отличается казахстанский инвестиционный климат от киргизского.

Об этом, а также о том, как наши соседи вскладчину будут выплачивать государственный долг, равный двум бюджетам республики, в эксклюзивном интервью Inbusiness.kz рассказал из Бишкека политолог, консультант по региональной торговле Денис Бердаков.

Денис, из новостей, а также из Вашей недавней публикации в соцсети я сделал вывод, что инвесторов в Кыргызстане не сильно привечают и не молятся на них, как в Казахстане. А вот у нас для них есть специализированный орган Kazakh Invest; работает система одного окна; в каждой области страны есть замакима, отвечающий как за инвестиции, так и за то, чтобы инвесторам облегчить прохождение нашего административного ада и разруливание разных вопросов.

У нас такой фантастической системы нет и близко: инвестор зачастую бывает кинут, избит и ограблен. Хотя с 2017 года и у нас есть соответствующая структура – агентство по продвижению и защите инвестиций Кыргызской Республики, но ему еще с момента основания не хватало полномочий. С точки зрения привлечения инвестиций работа шла бойко: было проведено несколько турне с презентациями по Ближнему Востоку, СНГ, Венгрии, что повысило осведомленность о Кыргызстане в бизнес-кругах этих стран. Но как-то системно защищать инвестиции у агентства не получается.

И почему?

Это связано с нашими внутриполитическими вещами: своеобразная вертикаль власти – политическая многоглавость, неустойчивые институты и сильнейшая коррупция.

Ну, первенство в коррупционном соревновании мы вам никак не отдадим.

Зато Кыргызстан отличился в другом: у нас не два, а больше двух политических центров, принимающих решения. Как видно за последние 15 лет, даже президент во многих случаях не может защитить инвесторов.

Например, как это было в скандале с ураном [на месторождении Кызыл-Омпол] в прошлом году. С золотодобытчиком на Кумторе пересматривали соглашение раза четыре.

И. о. президента Садыр Жапаров уже в октябре 2020 года заявил «о намерении пересмотреть соглашения о разработке золоторудных месторождений Джеруй и Кумтор для пополнения бюджета страны». Данный тезис вошел в топ-10 его приоритетов в работе. А в Казахстане в угоду иностранным инвесторам даже тенге девальвируют.

Защита инвестора в Кыргызстане во многом номинальна, а правила – налоговые ставки, стоимость лицензий и т. д. – меняются очень серьезно в среднем раз в четыре-пять лет.

В Казахстане инвестконтракты заключаются сроком на 25 лет, и на протяжении всего срока действия условия – налоги и платежи в бюджет – не меняются.

Такой практики у нас нет. Контракты со многими компаниями заключались еще в начале 1990-х годов, но каждая новая «революция» меняла правила. С одной стороны, это были попытки как-то выровнять бюджет, который после каждой «революции» уходил «клювиком вниз». Ведь где еще взять денег, как не у крупных компаний, уже инвестировавших в Кыргызстан порядочные суммы? А с другой стороны, многие инвестиционные соглашения заключались не ради народной выгоды: ряд очень крупных проектов был спорен и с точки зрения экологии, и с точки зрения выплат в бюджет. То есть была видна коррупционная составляющая.

Но в итоге мы попали на самую опасную мину – мину недоверия. Теперь любой бизнесмен просто гуглит «как работают инвесторы в Кыргызстане» и видит бесконечные попытки отжима активов, попытки смены правил.

И. о. президента Садыр Жапаров

4 ноября Садыр Жапаров заявил, что в горнодобывающей промышленности будут введены ограничения:

«В настоящее время специалисты работают над введением ограничений по вывозу продукции горнодобывающей промышленности в виде концентрата. Однако к готовой продукции данные ограничения не будут применяться, поступления от их реализации будут направлены в бюджет. При этом стоит отметить, что в дальнейшем выдача лицензий будет прекращена. Однако компании, которые уже получили разрешение на разработку, продолжат работу в штатном режиме. Прошу не мешать их деятельности».

Это все нестабильно, и иностранному инвестору непонятно, как предстоит работать в ближайшей перспективе. Восемь горнодобывающих предприятий Кыргызстана простаивают уже месяц. По предварительным подсчетам, месяц простоя восьми предприятий ударит и по бюджету страны: выпадения из бюджета составят около 100 млн сомов. И после каждой «революции» появляются различные схемы, схематозы, компании, аффилированные лица и т. д.

Есть еще одна проблема – постоянные сложности с местным населением.

У нас если только выяснится, что кто-то на местном уровне пытается ставить инвестору палки в колеса, то этому «мешальщику» сразу и руки, и ноги, и еще что-нибудь оторвут.

Есть ряд проектов, где население за инвесторов горой – тот же «Кумтор»: там хорошие зарплаты, плюс владельцы компании вкладываются в поддержку региона. С другой стороны, население, не работающее на этих предприятиях, тоже хочет получать от него выгоду. «Это ж наша земля», – заявляют. Наверное, должны быть такие пункты в контракте, где прописано: «Три процента от прибыли – в фонд рекультивации, два процента – в фонд развития района и один процент – в фонд развития области». Это и стабильность правил, и социальная ответственность.

А пока после каждого переворота возрастает риск смены правил. У нас же проблема в том, что заключают инвестконтракты иногда на коррупционных сложных моментах, а затем местное население во главе с каким-нибудь чиновником или местной компанией начинает прессовать предприятие.

Месторождение Кумтор,2013 год

Нам в Казахстане даже сложно представить, чтобы несколько тысяч местных жителей зашли на территорию, например, «АрселорМиттал Темиртау» и стали требовать от руководства компании $3 млн или обесточили предприятие, как на Кумторе.

В итоге инвестиционный климат… он, откровенно говоря, ужасный. Инвесторы понимают, что [к ним] придут, арестуют, и никто их интересы по-серьезному защищать не будет. У вас в Казахстане приоритет подписанных соглашений выше, чем в Кыргызстане, соответственно, крупным и серьезным инвесторам у нас неинтересно. А вот мутным аффилированность с властью привлекательна в части экономии на коррупционных схемах, но при смене [режима] их могут либо национализировать, либо их инвестиции просто сожгут.

Источник: Госстат Республики Кыргызстан

Денис, давайте обсудим еще одну тему – государственный долг Кыргызстана, который на 1 августа составлял 4,8 млрд долларов. То есть по 731 доллару на каждого жителя Кыргызстана, с ежемесячным ростом для них на $7-8.

Какой у нас реальный ВВП – понятия никто не имеет, потому что от 30 до 70 процентов экономики в тени. Поэтому долг проще оценивать по отношению к бюджету, который составляет около двух миллиардов. То есть наш госдолг – это два с лишним годовых бюджета. Половина – это долги МВФ и другим международным институтам, которые всегда можно реструктурировать. А вот другая половина задолженности – это долг Китаю.

Сегодня китайские товарищи пролетарскую солидарность не проявят и «не забудут, не простят».

До 2010 года, еще до товарища Си, Поднебесная, например, в Африке, долги прощала. Кыргызстан довольно много успел набрать китайских кредитов под инфраструктурные проекты, часть из которых была весьма спорной. А за долги Китай в той же Африке забирает порты, получает доступ к месторождениям, преференции, то есть действует крайне прагматично. Так что такое столкновение с «социализмом с бухгалтерским лицом» ожидает не только нас, но и Казахстан, и Таджикистан… Долгов все успели набрать. А теперь их нужно отдавать или отрабатывать.

И каким же образом отрабатывать?

Китай предлагает схемы по передаче ему на 25-40 лет месторождений цветных и редкоземельных металлов, что вызывает большую напряженность в киргизском обществе, потому что сразу встанет вопрос о китайских рабочих городках, вопросах экологии и прочем. Два предыдущих президента хотели вернуть эти деньги, но тревога, что произойдет социальный взрыв, это дело тормозит: денег-то нет [придется сокращать социальные расходы]. Хотя отдать долг можно, он не смертельный. Новое правительство сталкивается с постоянным бюджетным дефицитом, но его никто [из доноров] не хочет закрывать. А закрыть его можно под новые гранты и кредиты, но на более жестких условиях.

Куда ни кинь – всюду клин.

Это очень неприятная для нового правительства ситуация, и мы не ожидаем ее облегчения в первой половине следующего года. В бюджете будет заложена только минимальная оплата бюджетникам, нет денег для развития или даже, например, просто ремонта школ. Это бюджет доживания. А население республики растет, и поэтому детские сады, школы, дороги – все надо.

Поэтому ваш и. о. президента и решил открыть спецсчет для выплаты долга Китаю за счет взносов населения?

Логика в этом есть. Население много не соберет, но миллиард сомов будет (примерно $12 млн. – Авт.). Но понятно, что фонд будет пополняться и за счет бизнесменов «в счет прошлых преференций и неуплаты налогов», как бы в обмен на амнистию. Так что инструмент для страны, не претендующей на звание «великой экономики», в принципе, рабочий. Но лучше бы отдавали те, кто эти кредиты брал.

Олег И. Гусев


Подписывайтесь на Telegram-канал Atameken Business и первыми получайте актуальную информацию!