/img/tv.svg
RU KZ
DOW J 26 430,37 РТС 1 225,84 FTSE 100 7 446,87 Hang Seng 30 066,07 KASE 2 324,80 Пшеница 465,40
Погода:
-10Нур-Султан
0Алматы
DOW J 26 430,37 РТС 1 225,84
FTSE 100 7 446,87 Hang Seng 30 066,07
KASE 2 324,80 Пшеница 465,40
Министерство торговли и интеграции как индикатор смены курса

Министерство торговли и интеграции как индикатор смены курса

Казахстанский экономист Айдархан Кусаинов считает, что мы не левеем, а просто переходим к новой экономической политике.

23 Июль 2019 12:21 5963

Министерство торговли и интеграции как индикатор смены курса

Чуть больше месяца назад, 17 июня 2019 года, указом главы государства создано Министерство торговли и интеграции Республики Казахстан, а 10 июля в нем назначены вице-министры. Их назначение говорит о смене экономической политики страны гораздо больше, чем имя нового министра Бахыта Султанова.

Судите сами: один вице-министр – Жанель Кушукова – профессионал в вопросах таможни и тарифов, последние девять лет занимала должность директора Департамента развития внешнеторговой политики Министерства национальной экономики РК.

Второй – Азамат Аскарулы – специалист в области логистики, бывший директор департамента международных отношений ТОО «Самрук-Казына Инвест», возглавлял KTZ Express Hong Kong Ltd, с 2017 года занимал должность советника заместителя Премьер-министра РК.

Через день после объявления о создании нового министерства казахстанский экономист, аналитик и независимый эксперт Айдархан Кусаинов опубликовал на своей странице в соцсети короткий пост.

Поскольку результатов работы от новой структуры ожидать еще рано, inbusiness.kz предложил Айдархану Кусаинову поделиться своим видением того, для чего же создано Министерство торговли и интеграции. Тем более что о необходимости создания такого госоргана он говорил ранее в своей книге «Экономика Казахстана. Мифы и реальность. Новая экономическая политика Информационное пространство. Национальная идея».

Простое человеческое счастье

– Айдархан, соглашусь с Вами на сто процентов, что казахстанский экспорт – это прежде всего экспорт в ЕАЭС. Нефть и прочие природные ресурсы транснациональные корпорации давно и по налаженной схеме вывозят мимо нас за рубеж, и, скажем так, они не считаются.

– В первую очередь я хочу сказать, что я счастлив: в своей книге я об этом писал. Я говорил, что нужно создавать Министерство инфраструктуры, Министерство торговли, Министерство природных ресурсов.

Когда я выдвигал новую экономическую политику, я говорил о том, что под это нужны новые организационные структуры. За три года мы плавно к тому, о чем я написал в книге, подходим. Косвенно я могу предполагать, что мое видение разделяют, раз структура Правительства двигается в ту же сторону.

– Вы это просчитали как экономист, а наше Правительство пришло  к необходимости создания такого министерства эмпирическим путем, набив некоторые шишки, причем не себе, а стране.

– Это я реверанс в сторону себя сделал (смеется). Экономическая политика не может быть обособлена сама по себе, она многогранна, включает в себя все сферы жизни общества. В книге я это все вместе и свел. Я хвастаюсь книжкой не потому, что «А я вам говорил!». Когда я ее писал, у меня было цельное видение, с разных сторон. Эти мои восторги (и почему я так сильно оппонирую оппозиции), потому что я вижу, что и в части гражданского общества, и в части экономической политики, и в части структуры Правительства, и в части «Рухани жангыру», и в части поиска национальной идеи я вижу, что это часть общего направления [движения вперед].

Это не сиюминутные рывки «а, тарифы понизим, а, Минторговли создадим». Это не ситуативные рывки, чтобы заглушить недовольство или чьи-то фонтанные инициативы «здесь и сейчас». Я вижу, что это усилия в одном направлении, и это совпадает с тем, что я описал в своей книге. Поэтому я и оппонирую оппозиции.

Идет странное освещение [в СМИ], что нас власти обманывают, что это все потому, что идет протест. У нас сложилось извращенное понимание реальности. Они не правы, сегодня я вижу, что политика реализуется с разных сторон. Я был бы счастлив, если бы это произошло за одну секунду. Но, чтобы понять, что мысль правильная, приходится дозревать.

Прорвемся?

– В конце прошлого года Нурсултан Назарбаев сказал: «Мы не Китай, мы не Россия, мы не Америка. Какие у нас глобальные дела?» Сейчас виден разворот от игры в большую внешнюю политику к решению наших внутренних проблем.

– И это правильно. Один из ключевых моментов нашей философии, который я критиковал, – это идея прорывных проектов, идея прорыва, которая нас посетила в 2005 году: бах, и весь мир ахнет от наших достижений. Увлечение этими вещами нас несколько деформировало. Мы, конечно, еще пытаемся строить некоторые мегапроекты, но, в принципе, уже отказались от этой идеи.

– То есть вернулись к ежедневной рутинной работе?

– Да, Министерство торговли и интеграции и должно этим ежедневно заниматься. Если мы хотим поддерживать бизнес, то любая поддержка бизнеса – это «дайте продажи, помогите продать, дайте мне рынок». Если я вижу спрос, если у меня есть продажи, я буду сам расширяться, кредитоваться, нанимать и обучать людей. А у нас почему-то раньше все зациклились на том, что поддержка бизнеса – это дать денег. Если бизнес видит рынок и спрос, он найдет деньги сам.

А вот эта подмена и привела к тому, к чему привела. Всякие министерства инноваций, инвестиций, индустрии, новых технологий, технологического развития. Мы всякими путями пытались развить нашу экономику, никак не концентрируясь на главном – на продажах и рынках. Поэтому у нас и такие проблемы с государственными инвестициями, с государственными корпорациями.

– В комедии-фарсе «Ширли-мырли», когда наконец украденный Кроликовым алмаз был найден, президент заявил, что «все россияне переезжают на три года на Канарские острова». Мы же, в принципе, такого от этих проектов и ожидали: прорыв – и отдыхать.

– Да, сейчас мы заинвестируем, кадры подготовим, технологически прорвемся, и все будет хорошо. За последние 10 лет мы впервые совершили реальный возврат к нормальной рыночной экономике. Министерство торговли забылось ровно в тот момент, когда возникло ручное управление экономикой. И тогда мы забыли, что нужно давать рынки, а сконцентрировались на всяких кредитах, инвестициях, технологиях, людях – на всем, что угодно, кроме главного. И сегодня оздоровление и понимание пришло.

– Возвращаясь к Вашему посту, выходит, что большая часть этой работы новое министерство должно проводить в рамках Евразийского экономического союза, усиливая в нем наши позиции? Само его название говорит «интеграция». Но мы же не в ЕС будем интегрироваться, и не в Китай.

– Я надеюсь, что не большая часть времени будет этому уделена, и не будем зацикливаться только на этом. Но, безусловно, главный фокус [средоточие] для нашей продукции будет в Евразийском союзе по простым причинам: начиная от языка и заканчивая общими регламентами.

И, кстати, самые большие войны у нас проходят в ЕАЭС, и это нормально.

Высокие отношения

– Ну да, в ВТО мы так не повоюем…

– Я всегда говорил, что ЕАЭС – это не слияние в оргазме, это просто переговорная площадка, на которой очень жестко нужно отстаивать свои интересы. Повторюсь: Казахстан проигрывает в ЕАЭС не потому, что союз плохой, а потому, что мы не используем этот инструмент, эту площадку, на которой нужно жестко торговаться.

Мы этого не делаем, а Лукашенко достаточно «кроваво» отстаивает интересы Беларуси. Киргизы тоже очень много выторговали в качестве платы за вхождение в Евразийский союз. ЕАЭС –  это очень хорошая площадка для жесткого отстаивания, жесткого продавливания своих интересов.

«Прежде чем объединяться и для того чтобы объединиться, мы должны сначала решительно и определенно размежеваться», – говорил Ленин.

То есть нужно четко понять свои интересы и четко их отстаивать. И чем лучше мы будем отстаивать свои интересы, тем более выгодная для нас будет интеграция.

С точки зрения функций Министерства торговли и интеграции они совершенно понятные и четкие. Я надеюсь, что оно займется условиями торговли, условиями рынка, как это функционирует. Понятно, что в поисках внешних рынков мы должны в том числе и торговаться. Мы можем, с одной стороны, запрещать какие-то действия внутри страны, затрудняя импорт пошлинами, лицензиями, другими требованиями, защищая отечественного производителя. С другой стороны, мы можем торговаться этими вещами с другими странами, лоббируя продвижение своих товаров на их рынки. Министерство торговли и должно быть сфокусировано на рынках сбыта.

Копать отсюда и до обеда

– 10 лет мы занимались прорывными проектами, накачивали финансовый, а не промышленный капитал. Но ведь в это новое министерство придут «старые» люди, которые занимались тем, чем они занимались последние 10 лет. Нам нужны новые мозги, новые лица, новый взгляд.

– Я согласен. Это обязательно нужно, но я бы здесь очень осторожно высказывался. Я на самом деле очень высокого мнения о многих наших государственных служащих, просто перед ними ставят неправильные задачи. В чем подвох или проблема?

Я знаю много ребят, таких как Абай Саркулов, [с 2017 по 2019 годы] председатель фонда DAMU. Я очень яростный противник фонда DAMU, но при этом я уважаю Абая, по ощущениям они очень эффективные ребята. Им выдали фронт работ – «вот эта траншея должна быть глубокой и большой». Они делают быстро, эффективно, качественно. Только, блин, траншея не туда.

В этом нет их вины, кто виноват, что им, как в армии, поставили такую задачу? Как, например, дипломатам ставить задачу о продвижении экспорта? Они, может быть, и готовы ее выполнять, но они этого не умеют, это не их профессиональные качества.

– На региональном уровне тоже ставили задачу, чтобы и в ОЖКХ или в управлениях транспорта, медицины и образования умели работать с инвесторами.

– Тоже глупость. А ребята-то умные, раньше им ставили глупую задачу «как всучить деньги бизнесу», и они ее выполняли по максимуму и креативно. Сейчас же, когда у нас политика поменялась и перед Министерством торговли и интеграции ставят задачи улучшить торговые позиции страны, то есть при правильной постановке задачи ребята также отлично и креативно ее выполнят.

Очень важно, что на топовом уровне пришло нормальное понимание, в какую сторону двигаться. Если мы хотим рыночной экономики и развития страны, то креативить надо не в области «какой плюшкой заманить инвестора», а в области как защитить, как улучшить торговую позицию страны.

И когда инвестор будет видеть, что у Казахстана такие преференции и такие преимущества в торговой позиции ЕАЭС, тогда он придет в Казахстан. Он придет и вложит свои деньги тогда, когда увидит, что казахстанский товар продвигать и продавать легче. А если он видит, что казахстанский товар продвигать и продавать тяжело, то ему хоть бесплатно завод давай, он скажет, что это неподъемно.

Это очень важный момент: перенаправление усилий в правильном направлении сильно мобилизует. И ребята при правильно поставленной опять же задаче все сделают правильно.

– Нам с Вами надо застолбить разговор по истечении ста дней работы Министерства торговли и интеграции, чтобы понять, куда же копают новую траншею.

– С удовольствием. Помните, мы говорили с Вами о социальной политике, о том, что доходы граждан в приоритете? И через какое-то время это понимание все равно пришло.

Кто там шагает правой?

– Мы начинаем немножко леветь и понимать, что нельзя полагаться на инвесторов-капиталистов, а надо заниматься повышением благосостояния собственных граждан?

– Это принципиальный момент. Я опять сошлюсь на книгу, это мое видение, а не ситуативный момент: новая экономическая и социальная политика сначала будет воспринята как популистская и левая [социалистическая]. Это здесь и сейчас нам кажется, что мы левеем. В моем видении (я не знаю, как Правительство думает на самом деле) это просто переход к новой экономической политике, к новым подходам. И это во всем мире так или иначе происходит на самом деле.

Но в сиюминутной казахстанской реальности это видится как левение, как изменение либеральной экономической политики. Хотя у нас она была не либеральная, а извращенная. Либеральная политика – это политика рынков, а не инвестиций, которые есть результат рынка.

Мы нормализуемся, и в этой нормализации мы находим это полевение. Но это просто переход в другую парадигму, где возникнут другие отношения.

Олег И. Гусев

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: