/img/1920х100.png
/img/tv1.svg
RU KZ
DOW J 24 580,91 Hang Seng 24 266,06
FTSE 100 6 045,69 РТС 1 215,69
KASE 2 384,89 Brent 36,55
Низкие доходы не позволяют казахстанцам играть на фондовой бирже

Низкие доходы не позволяют казахстанцам играть на фондовой бирже

Всего 1% населения покупает акции и облигации.

15:23 20 Май 2019 6412

Низкие доходы не позволяют казахстанцам играть на фондовой бирже

Автор:

Майра Медеубаева

Фото: sputniknews.kz

По данным Казахстанской фондовой биржи, в стране открыто 119 тысяч счетов, за последние пять лет активные счета выросли с 5,5 тысячи до 16,9 тысячи счетов. Из них среднюю активность показывают пять-шесть тысяч счетов: их владельцы хотя бы один раз в год проводят сделки с акциями или облигациями на вторичном рынке. Как показывает практика, розничных инвесторов привлекают акции, входящие в индекс KASE, например компании Kaztransoil, Народный банк, Kazminerals, имеющие высокую ликвидность и относящиеся к «голубым фишкам». По словам председателя правления KASE Алины Алдамберген, для увеличения количества розничных инвесторов необходимо применение более продвинутых технологий как на уровне фондовой биржи, так и брокерских организаций, повышение финансовой грамотности населения, а также введение института консультаций. Об этом глава биржи рассказала в ходе сессии, посвященной теме розничных инвесторов в Казахстане, на прошедшем XII Астанинском экономическом форуме.

Так, по данным KASE, общий объем инвестиций в Казахстане составляет 12,7 трлн тенге, из них средства на банковских депозитах составляют 69%, наличные деньги – 16%, акции и облигации – 15%.

По словам директора Центра стратегических инициатив Олжаса Худайбергенова, потенциал розничных инвесторов намного ниже юридических лиц.

«В этом году, если ВВП страны достигнет 60 триллионов тенге, то фонд оплаты труда составит около 30% – примерно 18 триллионов тенге. Но официально из этой суммы демонстрируется около восьми триллионов тенге, остальное – теневой ФОТ. Это влияет на то, как розничные инвесторы участвуют в инвестировании. Если доход получен теневым способом, естественно, его трудно легализовать. Здесь возникает вопрос к налоговым органам: как сделать так, чтобы вся эта масса вышла из тени и население получило бы возможность более активно участвовать в инвестировании через официальные схемы», – отметил О. Худайбергенов.

По его мнению, при правильном распределении ВВП в пользу населения увеличится активность населения на фондовом рынке. К примеру, в США ФОТ составляет 60-65% от ВВП.

«Из тех восьми триллионов тенге, которые официально заявлены в Казахстане, доля населения, которая получает зарплату свыше 500 тысяч тенге, составляет всего 3%. Если провести такую же аналогию с теневой частью, то из 10 триллионов зарплату больше 500 тысяч тенге также получают 3%. В целом из 11 миллионов экономически активного населения постоянную работу имеют семь миллионов человек, остальные частично заняты. Если посчитать из семи миллионов 3%, получится примерно 200 тысяч человек плюс 120 тысяч активных индивидуальных предпринимателей. В целом около 300 тысяч человек. По грубым оценкам, потенциально инвестировать из них может половина – где-то 150 тысяч человек. Я имею в виду ту часть населения, которые имеют больше 10 тысяч долларов», – рассказал глава центра исследований.

По его мнению, в США период активного инвестирования начался в начале XIX века, хотя инструменты были ранее.

«Готовность к инвестированию начинается после определенного уровня дохода. В США в конце XIX века был пройден порог, когда население смогло откладывать средства и инвестировать. У нас, к сожалению, с этим проблема: большая часть населения не имеет нужного уровня дохода. Второй момент – это справедливая судебная система. До тех пор, пока у населения не будет доверия к судам, оно будет скрывать доходы», – резюмировал спикер.

Как рассказал глава Единого накопительного пенсионного фонда Жанат Курманов, как правило, если физлица идут на фондовый рынок, они осуществляют инвестиции менее профессионально, чем брокеры.

«В этом отношении розничный инвестор предпочитает инвестировать во взаимные фонды, паевые инвестиционные фонды. Такие инвестиции менее затратны и более предсказуемы. В развитых странах институциональные инвесторы ограничены инвестированием в небольшие компании, а розничные инвесторы, наоборот, могут приобрести небольшую долю в быстрорастущих компаниях, как правило такие инвестиции и обеспечивают высокий доход. У нас в Казахстане, к сожалению, такого рода эмитентов практически нет, и с этой точки зрения, если говорить о развитии розничного инвестирования, на мой взгляд, необходимо развивать коллективные формы инвестирования, которые являются более защищенными для розничных инвесторов», – рассказал Ж. Курманов.

По его мнению, не все задачи должны быть переложены на регулятор, в некоторых странах регулятором выступает сама биржа и саморегулирование.

Как рассказал глава Freedom Holding Corp. Тимур Турлов, если смотреть на весь рынок, в Казахстане не много счетов, которые можно отнести к ядерной группе клиентов. К «ядру» относятся 15% игроков, у остальных – средний чек составляет ниже одного миллиона тенге. По его словам, тумблером, который регулирует количество денег, достающихся частному сектору и государственным компаниям в Казахстане, как и многим ресурсным странам, является курс национальной валюты – чем он слабее, тем большее количество ресурсов находится в распоряжении госсектора и меньше у физлиц. Девальвации негативно ударили по расслоению населения и среднему инвестиционному чеку.

«Если мы хотим сохранить финансовую независимость, нужна нормально работающая банковская система, необходимо перестать играть в игру в поисках того, кто станет следующим на выход на рынке. Для того чтобы инвесторы более активно приходили на рынок, нужно дать определенные инструменты, чтобы они могли нам доверять, а с другой стороны, предложить доход и выгоду. Если не будет привлекательных инструментов, возможности зарабатывать, то бессмысленно строить инфраструктуру. У нас проблема курицы и яйца – нет интересных эмитентов, потому что нет инвесторской базы, а ее нет, потому что нет интересных эмитентов», – подчеркнул Тимур Турлов. 

Он отметил, что с начала приватизации с 1997 года не много компаний стали публичными. 

«Во многом это объясняется тем, что менеджмент компаний сопротивляется публичности. Менеджменту гораздо комфортнее иметь одного акционера без независимого совета директоров, чем иметь большое количество миноритарных акционеров и независимый совет. Любому менеджменту легче управлять частной компанией или государственной компанией. Поэтому они 20 лет сопротивляются публичности, для них – это хорошо, для нас плохо. Мы выиграем в том случае, если компании, планирующие выходить на IPO, не будут идти по пути наименьшего сопротивления, то есть пытаться продать меньше, позже, максимально узкому кругу, минимально проблемным инвесторам или одному пенсионному фонду. В итоге страна не получает развитого внутреннего рынка капитала», – резюмировал Тимур Турлов.

Майра Медеубаева

Как банки развития и инвестбанки помогают национальной экономике?

В структуре общестранового объема производства на долю малого и среднего бизнеса приходится 29,5%, при этом в данной сфере занято около 3,4 млн человек.

02 Июль 2020 09:16 1409

Как банки развития и инвестбанки помогают национальной экономике?

В условиях кризиса, вызванного пандемией коронавируса, правительству важно не допустить проседания данного сектора и минимизировать последствия ограничительных мер для субъектов МСБ, говорится в обзоре FinReview. Однако, очевидно, бизнес уже испытывает затруднения из-за нехватки финансовых средств. Помочь предприятиям увеличить собственный капитал могут банки развития и инвестиционные банки, которые уже функционируют на территории Казахстана, а с открытием МФЦА казахстанский рынок может привлечь новых игроков.

Казахстан целенаправленно идет к увеличению роли частного сектора в экономике страны. К примеру, еще десять лет назад доля МСБ в структуре ВВП составляла 21%, а уже по итогам 2019 года показатель вырос до 29,5%.

Развитие МСБ находится в приоритете правительства, так как сектор формирует средний класс, обеспечивает работой 37% экономически активной части населения, создает «здоровую» конкурентную среду, что в итоге благоприятно сказывается на уровне жизни граждан. Для стимулирования населения заниматься бизнесом в стране действует государственная программа «Дорожная карта бизнеса – 2020», запущенная еще в 2010 году. За годы ее реализации на поддержку МСБ было выделено 457,1 млрд тенге.

Но, очевидно, этих средств недостаточно. По-прежнему в структуре МСБ более 60% субъектов представлены в форме индивидуальных предпринимателей, которые фактически не формируют рыночные механизмы. Ежегодно они выпускают около 8% продукции от общего объема сектора. Основной же объем выпуска, а именно 87%, обеспечивают юридические лица малого и среднего предпринимательства. Именно эти предприятия, составляющие пятую часть от численности МСБ, формируют более 60% прибыли сектора.

Усилить вклад МСБ в экономический рост могут помочь частные инвестиции, в частности те, которые можно привлечь через банки развития и инвестиционные банки. Такие финансовые институты инвестируют не только в новые проекты, но и помогают действующим компаниям выходить на рынки капитала, чтобы привлечь средства для своего развития.

Чем они отличаются от обычных банков и в чем их значимость для экономики?

В традиционном понимании людей банк – это структура, работающая со вкладами, переводами средств, кредитованием и другими финансовыми услугами. Но на этом деятельность банков не ограничивается. В государствах с высоким экономическим уровнем имеются так называемые банки развития. В основном они специализируются на льготном финансировании инвестиционных проектов. Их главной задачей является создание условий для экономического роста и стимулирования инвестиций.

Для этого банки развития оказывают поддержку в национальных проектах, выстраивают экономическую коммуникацию с другими странами, и «зарабатывают деньги» для государства. Делятся такие банки на два типа: национальные и многосторонние.

Национальные банки создаются внутри страны самими правительствами для достижения определенных целей. В нашей стране таким банком является Банк развития Казахстана.

К многосторонним банкам развития относятся фининституты, создаваемые несколькими акционерами для функционирования в интересах всех стран-участников. В мире действуют более 13 таких банков. Самыми крупными из них являются Евразийский банк развития, Европейский банк реконструкции и развития, Государственный банк развития Китая, Азиатский банк развития, Международный банк реконструкции и развития.

Другим институтом привлечения инвестиций в экономику страны выступают инвестиционные банки. Эти финансовые структуры являются мостом между крупными предприятиями и их потенциальными инвесторами. Они организуют привлечение капитала на мировых финансовых рынках, а также оказывают консультационные и брокерские услуги, выступая посредником в операциях с ценными бумагами, сырьевыми активами, денежными валютами. Самые известные примеры – J.P.Morgan, Goldman Sachs, Credit Suisse.

Деятельность банков развития и инвестиционных банков в Казахстане

Банк развития Казахстана существует в стране с начала 2000-х годов. За годы функционирования банком одобрено финансирование 144 проектов на сумму 9,8 трлн тенге. В основном это проекты обрабатывающего сектора промышленности. Их запуск позволил создать в стране 28,2 тыс. новых рабочих мест.

Что касается многосторонних банков развития, то в Казахстане работают сразу несколько. Например, Евразийский банк развития, учрежденный Казахстаном и Россией в 2006 году. Он финансирует прежде всего в предприятия промышленного сектора и с момента создания уже инвестировал 3,4 млрд долл. США в 79 казахстанских проектов.

Азиатский банк развития, членом которого Казахстан стал еще в 1994 году, профинансировал 128 проектов на сумму 5,2 млрд долл. США. Около 90% этих средств направлено в транспортную инфраструктуру, государственное управление и финансовый сектор.

В еще большем числе проектов участвует Европейский банк реконструкции и развития – 273 проекта на сумму более 9 млрд долл. США. В основном это проекты в сферах агробизнеса, инфраструктуры, энергетики, финансов и ЖКХ.

Инвестиционных банков в стране представлено также несколько. В их число входят, например, «Казкоммерц Секьюритиз», Halyk Finance, BCC Invest.

«Казкоммерц Секьюритиз», входящий в состав Halyk Group, признан лучшим инвестбанком на пограничных рынках в 2019 году по результатам исследования международного издания Global Finance. Среди последних его сделок можно выделить выпуск 9,5-летних облигаций АО «Аграрная кредитная корпорация» на 32,9 млрд тенге или проведение пяти выпусков облигаций АО «Банк развития Казахстана» на общую сумму 212,5 млрд тенге.

Другой инвестбанк Halyk Finance выступил одним из организаторов вторичного размещения акций Halyk Bank и атомной компании Kazatamprom на бирже Международного финансового центра «Астана» – Astana International Exchange (AIX). Также с помощью Halyk Finance в 2020 году Банк развития Казахстана выпустил пятилетиние еврооблигации на сумму 62,5 млрд тенге.

Тем не менее бизнесу этих средств недостаточно

О необходимости привлекать в МСБ частные инвестиции говорят ежегодно, однако упростить этот процесс достаточно сложно. Всё, что остаётся МСБ – венчурные фонды, облигации и частные капиталовложения. Но найти фонд или инвестора, который захотел бы вложиться в малое предприятие, сложно – от соискателей обычно требуют высокого финансового результата и чрезмерные для молодой компании гарантии.

Поэтому бизнес традиционно привлекает средства через банки посредством займов. По состоянию на 1 июня 2020 года совокупный объем таких займов достиг почти 14 трлн тенге. Эти средства, как правило, предприятия направляют на пополнение оборотных средств, то есть на текущую деятельность компании, а не на развитие производства.

В свою очередь инвестиции в основной капитал, которые предприятия вкладывают для увеличения производственных мощностей, на 80% формируются из их собственных средств. При этом кредиты банков составляют лишь 2%.

Очевидно, что низкая популярность банковских займов среди предприятий вызвана их невыгодными условиями. Поэтому пока бизнес пользуется программами субсидирования процентных ставок от государства. К примеру, с начала апреля 2020 года банки начали кредитовать МСБ под 8% годовых. На реализацию такого льготного кредитования Нацбанком выделено 600 млрд тенге. По состоянию на 1 июня льготные кредиты уже получили 116 субъектов МСБ на сумму порядка 160 млрд тенге.

Тем не менее государству необходимо снижать долю участия в экономике. В этом вопросе стране как раз могут помочь банки развития и инвестиционные банки.

Тем более для них открылась новая возможность по привлечению на рынок новых игроков

Речь идет об открытом в 2018 году Международном финансовом центре «Астана». Финцентр предоставляет сразу несколько возможностей для банков развития и инвестиционных банков.

Во-первых, это юрисдикция, основанная на принципах английского права, которое знакомо и удобно для инвесторов.

Во-вторых, – современная фондовая биржа AIX для привлечения капитала, на которой уже листингованы 62 ценные бумаги, а объем торгов за два года функционирования превысил 84 млн долл. США.

В-третьих, независимый суд и международный арбитражный центр для разрешения споров. Главными преимуществами судебной системы МФЦА являются независимость от существующей в стране судебной и политической системы и обязательное исполнение решений суда и арбитражного центра как на территории Казахстана, так и в других странах, с которыми у нашей страны имеются договоренности. В их числе, например, страны СНГ.

Уже инвестиционные банки открываются в Казахстане через МФЦА, в их числе европейский WOOD&Co и китайский China International Capital Corporation. Они являются торговыми членами AIX, что открывает дополнительный доступ международным инвесторам к ценным бумагам биржи. А это означает, что казахстанские компании могут привлечь большие объемы инвестиций через ценные бумаги.

Также в МФЦА зарегистрированы международные банки развития, как например, крупнейший в мире – China Development Bank. Он работает в Казахстане с 2005 года, но впервые открыл свое представительство в 2018 году с созданием МФЦА.

Возможности и финансовые инструменты, которые предлагает МФЦА могут стать импульсом для прихода в страну новых банков развития и инвестиционных банков. Экономический эффект от их деятельности заключается в развитии реального сектора экономики и увеличении роли частного сектора в экономическом росте страны.

Однако важно отметить, что результаты от привлеченных инвестиций наблюдается только через несколько лет. Так, вклад инвестиционных потоков в экономику страны заключается в том, что рост инвестиций на 1 п. п. через год может привести к увеличению ВВП на 0,07 п. п., а через два года накопленный эффект может достичь 0,1 п. п.


Подпишитесь на наш канал Telegram!

Бизнес-ангелов не выбирают

COVID-19 качнул венчурный рынок в сторону инвесторов.

30 Июнь 2020 11:05 1790

Бизнес-ангелов не выбирают

Условия на рынке венчурных инвестиций при COVID-19 диктуют инвесторы, а не фаундеры, как это было до кризиса. О том, как изменилась индустрия во время пандемии, ее участники рассказали на панельной сессии «Оценка экосистемы венчурного капитала в регионе СНГ» Astana finance day.

Если ранее на крупнейших мировых рынках венчурных капиталов инвесторы боролись за стартапы, то с наступлением коронакризиса ситуация изменилась в противоположную сторону.

«Рынок качнулся в сторону инвесторов очень серьезно. Мы видим, как оценки компаний проседают. Либо у стартапов появился сильный попутный ветер. Таких ниш несколько: онлайн-образование, телемедицина, автоматизации работы команд из дома, например, Zoom прибавил количество пользователей с 10 млн человек до 430 млн человек. Либо, наоборот, компании в «тревеле», например, в Airbnb (онлайн-аренда жилья), сократили 30% сотрудников. Они выкарабкались из кризиса, взяв два кредита по $1 млрд», – отметил генеральный партнер венчурного фонда FortRoss Ventures Виктор Орловский.

На рынке, по его словам, по разным причинам было отозвано 50% term sheets (соглашение об условиях договора), только 40% из них вернулись, но уже с условиями, которые защищают инвесторов. По мнению Виктора Орловского, венчурные капиталисты заняли выжидательную позицию. Профессиональные инвесторы предпочитают заключать сделки с фаундерами офлайн.

Локдауны вынудили стартап-компании принимать непопулярные решения. Большей части из них пришлось сократить штаты сотрудников. Что позволило им сократить расходы и аккумулировать запас капитала для поддержания жизни компании. Если ранее для стартапа нормальным считался резерв на 12 месяцев, то сейчас компании должны иметь кеш на 18 месяцев

«Сегодня очень хорошие возможности для входа. И это будет сохраняться. Рынок станет рано или поздно снова стартаперским. Но это зависит от волн Covid-19. Существует неопределенность, мы не можем сказать, закроются ли страны на карантин», – сказал генеральный партнер венчурного фонда FortRoss Ventures

Сильные стартап-проекты стали доступнее. Войти в них в период экономической лихорадки можно с чеком $500 тысяч, отметил казахстанский венчурный инвестор Мурат Абдрахманов.

«По американским меркам это совсем небольшой чек. Тем не менее они стали доступными. Появился опыт работы в удаленном режиме. Я впервые в жизни удаленно две сделки уже закрыл полностью. Людей живьем не видел вообще. При этом я совершено спокоен, потому что я заходил с ведущими инвесторами, фондами, я общался с ребятами, разговаривал. Еще два-три проекта у меня на выходе. Такой эффективности у меня никогда прежде не было. Раньше, чтобы такие проекты отработать, нужно было слетать, съездить, два-три месяца потратить, кучу приложить усилий. Сейчас это все делается гораздо быстрее и эффективнее», – рассказал Мурат Абдрахманов.

Инвестор продолжает работать на казахстанском рынке, где его интересуют проекты, ориентированные на внешние рынки.

Больших изменений в инвестиционной политике или стратегии не произошло в венчурном фонде Quest Ventures.

«Мы инвестировали, продолжаем инвестировать. У нас в работе находится ряд сделок. Не так давно на рынке Юго-Восточной Азии мы закрыли ряд сделок. В том числе в период карантина мы их закрывали. Также мы сохраняем и активно настраиваемся на работу в Казахстане», – сказал директор по инвестициям Quest Ventures Ануар Сейфуллин.

Фонд запустил акселерационную программу в Казахстане, которая ориентирована на стартапы в Казахстане и в Центральной Азии. Проекты, которые находятся на ранней стадии, могут получить по ней до $50 тысяч. Также компания планирует работать с более зрелыми проектами, которые в перспективе могут выйти на зарубежные рынки.

Карина Алимова


Подпишитесь на наш канал Telegram!