/img/tv.svg
RU KZ
Hang Seng 28 327,89 РТС 1 612,87
KASE 2 342,61 FTSE 100 7 571,92
DOW J 29 192,22 Brent 62,66
«Меня, как производственника, это задело»

«Меня, как производственника, это задело»

Abctv.kz выяснял планы после модернизации в разговоре с генеральным директором ТОО «ПНХЗ» Оспанбеком Алсеитовым.

11 Апрель 2018 12:45 3221

«Меня, как производственника, это задело»

Новости

Все новости

Нынешний год для ТОО «Павлодарский нефтехимический завод» (ПНХЗ) особенный: 40 лет со дня запуска, завершена модернизация производства и планируется увеличение переработки нефти.

– Сегодня наша продукция, речь о бензине, соответствует классу К-4. Это экологический класс. Содержание серы в продукте в 10 раз меньше, чем в классе К-2. Для предотвращения накопления комовой серы на предприятии действует установка по гранулированию серы. Гранулированная сера исключает загрязнение окружающей среды, она безопасна и удобна при транспортировке. В 2017 году переработано 23687 тонн серы. Мощность нашей установки – 60 тыс. тонн. Делаем с нее гранулированную серу, которую в мешках отгружаем потребителю. Очередь за ней стоит.

– Много говорилось о том, что после прохождения модернизации у завода отпадет необходимость в ежегодном капремонте.

– Действительно, прежде раз в год мы останавливались на месячный капремонт. График утверждался министерством (Министерство энергетики. – Авт.). В этом году у нас будет профилактическая остановка на 15 дней, того требуют правила, мы обязаны делать ревизию оборудования по инструкции. Человек ведь тоже раз в год должен пройти медкомиссию.

– Когда планируется?

– В августе.

– Почему-то всегда такие мероприятия приходятся на горячий период – начало уборки, и сразу же возникает дефицит топлива.

– График нам утверждает Министерство энергетики. При этом хочу заметить, что мы увеличили объемы производства бензина до 5 тыс. тонн, а дизельного топлива – до 6 тыс. тонн в сутки. Перед остановкой производства мы заполняем все резервуары ГСМ, в момент остановки предприятия мы не прекращаем отгрузку топлива. В этом году мы планируем переработать 5,25 млн тонн нефти, такого не было с советских времен.

– Недавно павлодарская делегация была в Тюмени, в том числе на местном Антипинском НПЗ. Завод произвел впечатление на павлодарских чиновников. Чем они лучше вас?

– Я очень уважаю российские компании, но могу сказать, что наш завод не хуже. Мы можем гордиться своей глубиной переработки нефти и суммой выхода светлых нефтепродуктов, последнее зависит от качества нефти. По проекту глубина переработки нефти на нашем заводе должна составлять 85%, у нас сейчас порядка 77%.

– Кстати, руководство тюменского завода настроено поставлять свою продукцию в Казахстан, и в том числе в Павлодар. Для вас это конкуренция?

– Да, несомненно. Когда я узнал, что они хотят поставлять нам бензин, признаюсь, меня, как производственника, это задело. Сейчас Атырауский завод запустился, они, насколько я знаю, увеличили производство бензина. Если суммировать наши три завода, думаю, бензина достаточно.

– Какие планы по производству авиакеросина?

– Авиатопливо, как и битум, всегда было нашей фишкой. Раньше мы выпускали авиационное топливо марки ТС-1. Теперь перейдем на реактивное топливо – это до 2019 года, затем переходим на международный стандарт Jet A-1. Объем зависит от заявки министерства. Но хочу заметить, что объем производства авиатоплива напрямую влияет на объем производства дизельного топлива: увеличивая первое, снижаем второе. Так что баланс надо сохранять.

– А что по битуму? У вас есть портфель заказов дорожников?

– У них не с нами договоры, а с давальцами. Мы работаем, выполняя услугу. Недавно этот вопрос в министерстве обсуждали. У нас суточная выработка должна составлять не менее 1,5 тысячи тонн, в месяц делаем порядка 40 тысяч тонн. Пока мы производим меньше, не берут, значит, необходимо часть производства остановить, значит, будет сорван план. И это происходит не по вине завода. Для нас важно, чтобы наши заказчики нас не подводили. Мы готовы его производить при наличии заявки. Ведь это тот продукт, который не будешь хранить на складе. Произвел – отгрузил. Мы можем производить до 400 тысяч тонн в год. Но хочу заметить, что все же наша главная задача – выпуск бензина.

– Не раз поднимался вопрос о горящих факелах на заводе. Они не просто сжигают газ, но и являются источником выбросов. Как с этим обстоят дела?

– Когда подъезжаешь к городу, видишь горящий факел, завод работает, и дома близко. Сейчас мы решили изменить ситуацию по сбросу газа. Была проведена реконструкция узла кратковременного хранения факельного газа, что позволило снизить выбросы в атмосферу диоксида серы на 600 тонн за счет сокращения сжигаемого мазутного топлива в отношении к газовому топливу на 14 процентов. Снизили потребление мазута, стали использовать газ, что влияет на экологию (положительно. – Авт.). И это снижение по использованию мазута должно привести нас к тому, что будем максимально использовать топливный газ.

– Несколько лет назад было установлено заводское правило, чтобы по территории передвигаться только на велосипедах. Эта традиция сохранилась?

– Мы не просто ее сохранили, а в нынешнем году планируем закупить еще 30 велосипедов. Всего у нас около 200 велосипедов.

– Люди как к этому относятся?

– С удовольствием. Я сам лично езжу по территории завода на велосипеде. Утром я на работу приезжаю, машину останавливаю, а при необходимости, если надо посетить какую-нибудь установку, сажусь на велосипед. Естественно, у нас там не простые дешевые велосипеды, а солидные – те, которые могут выдерживать не только молодежь, люди разного веса на них садятся. В последнее время мы на предприятии очень жестко следим за расходом бензина, чтобы сотрудники не превышали определенную норму. Мы на заводе минимизировали затраты на транспорт. Это не только экологическая политика и экономия средств, для работников ПНХЗ это и психологическая разгрузка.

Марина Попова

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Нефть течет туда, где предлагают хорошую цену – 2

В позиции Минска по поставкам казахстанской нефти больше политики, чем экономики, считают эксперты.

22 Январь 2020 14:06 1169

Нефть течет туда, где предлагают хорошую цену – 2

Фото: rbc.ru

Была ли «нефтяная блокада»?

Беларуси невыгодно покупать казахстанскую нефть и нефтепродукты, а Казахстану невыгодно продавать их дешевле, чем это можно было бы сделать, считает российский эксперт по нефтегазовым проектам Каспийского региона Игорь Ивахненко, комментируя корреспонденту inbusiness.kz ситуацию, возникшую между тремя партнерами по Евразийскому экономическому союзу (ЕАЭС): Казахстаном, Беларусью и Россией.

Напомним, что в минувший понедельник, Минэнерго Казахстана распространило очередное сообщение, касающееся поставок нефти в Беларусь. Ключевая фраза, которая прозвучала в сообщении ведомства: «необходима коммерческая заинтересованность компаний по поставкам казахстанской нефти и нефтепродуктов в Беларусь».

Однако на следующий же день белорусские СМИ процитировали слова президента республики Александра Лукашенко, где он прямо заявляет, что Россия отказалась дать транзит казахстанской нефти по своей территории.

«Казахстан сможет поставить нам нефть, если Россия согласится с этим. Странно: наш союзник не дает согласия на поставку нефти от нашего другого союзника», – сказал Лукашенко на совещании в Минске во вторник.

По мнению российского эксперта, такие заявления о том, что Россия препятствует транзиту нефти, не что иное, как спекуляция.

«Россия не может помешать поставкам нефти в Беларусь из Азербайджана. И что, разве они осуществляются? Нет. Известно также, что Норвегия решила продать Беларуси 80 тысяч тонн нефти. Но это ничтожно малые объемы для белорусских НПЗ. Могут быть поставки из США со специальной скидкой. Но даже они не будут большими», – пояснил г-н Ивахненко.

Таким образом, у Беларуси множество путей для получения нефти из разных стран, но республика ими почти не пользуется. По мнению российского эксперта, «в любом случае Москва не стала бы воевать с Нур-Султаном из-за Минска».

«Лукашенко просто выгодно все сваливать на политику. Но все дело в цене. Никто не станет продавать ему нефть задешево и со скидкой. Исключение – контрабандные поставки из Сирии, Ирака, Ливии. Но и они не будут большими. А платить среднемировую цену за нефть Минск не хочет»,– резюмировал г-н Ивахненко.

«Третьим будешь»?

Причина возникшей ситуации в том, что Беларусь перестала устраивать новая цена за нефть, которую все предыдущие года она благополучно получала из России. Что же произошло между соседями, коль Минск решил привлечь в этот спор третьего партнера по ЕАЭС – Казахстан?

Российская сторона в прошлом году приняла решение с 2020 года продавать свою нефть и ГСМ без льгот. Речь идет о новом налоговом маневре. С 2020 по 2024 год экспортная пошлина на сырую нефть в России постепенно будет понижена до нуля, а налог на добычу, наоборот, повышен.

Раньше пошлина «сидела» в экспортной цене российской нефти, но Беларусь покупала российскую нефть без пошлины. А теперь пошлины нет, но вырос налог на добычу. Соответственно, российская нефть подорожала и будет дорожать дальше, а Беларусь хочет покупать российское сырье по старым ценам.

Кроме того, у российских компаний есть обязательства по поставкам на внутренний рынок на свои российские НПЗ и обязательства по производству бензина. Если они при этом терпят убыток по сравнению с тем, если бы экспортировали нефть, то из бюджета им идет компенсация – демпфер.

Но белорусские НПЗ – это не российские компании, чтобы получать тот самый демпфер. Как независимой стране, ей теперь придется покупать российскую нефть, как все, по новой цене.

Но Минск отказывается платить дороже, уповая на партнерство в ЕАЭС. В связи с этим с 1 января 2020 года были приостановлены поставки российской нефти в Беларусь.

«В полном объеме альтернативы нет поставкам российской нефти. Но, как мы договаривались, диверсифицироваться нам надо. Надо идти к тому, что 30-40% мы будем покупать нефти в Российской Федерации», – заявлял ранее Александр Лукашенко.

Чтобы добрать оставшиеся 70 процентов для загрузки своих НПЗ, Минск решил диверсифицировать поставки сырья. Предложение были сделаны Азербайджану, Казахстану и другим.

Из этого списка нефтедобывающих стран Казахстан оказался более привлекательным. Он – партнер по ЕАЭС и отношения проверены временем. Однако есть одно но. Путь в Беларусь для казахстанской нефти пролегает через территорию России. И без ее согласия плюс расходов за транспортировку этот вопрос не решить.

К тому же Россия нигде официально не заявляла о своем отказе в транзите казахстанской нефти до Беларуси.

«Все дело в деталях»

Теперь рассмотрим ситуацию с точки зрения казахстанской стороны. Насколько выгодна эта сделка Казахстану? Но обо всем по порядку.

В октябре прошлого года белорусский лидер Александр Лукашенко приехал в Нур-Султан с визитом, в ходе которого объявил о планах покупать казахстанскую нефть. Он также отметил, что наше сырье и нефтепродукты могут поставляться транзитом через территорию России и пообещал, что Минск проведет «соответствующие консультации с российской стороной в ближайшее время».

Позже стало известно, что белорусская сторона заявила о готовности импортировать около 3,2-3,5 миллиона тонн нефти и темных нефтепродуктов в год. Но готов ли Казахстан их экспортировать?

Корреспондент inbusiness.kz обратился к руководителю одного из трех казахстанских НПЗ с соответствующим вопросом.

«Казахстан сегодня заинтересован в загрузке своих собственных НПЗ, мощность которых значительно выросла после модернизации, а уже потом думать о поставках сырья для белорусских заводов», – сказал собеседник на условиях анонимности.

Казахстанский нефтепереработчик считает, что обещанные Минску 3,5 миллиона тонн нашей нефти (где, к тому же, часть объема – это ГСМ – прим. автора), не спасут ситуацию Минска.

«Нефть была и остается ходовым товаром. И при ее нынешней мировой цене продавать ее дешевле, чем продавать свои нефтяные товары с какой-то специальной скидкой, пусть и партнеру по ЕАЭС, невыгодно. А казахстанские ГСМ по цене объективно не дешевле российских», – добавил казахстанский нефтепереработчик.

Помимо цены на сырье вторым проблемным вопросом может стать вопрос транзита казахстанской нефти до Минска, даже если предположить, что Россия даст добро. Как известно, основным маршрутом доставки казахстанской нефти от западных месторождений республики до черноморского порта в Новороссийске является трубопровод «Каспийский трубопроводный консорциум» (КТК). И он пролегает через территорию России.

Напомним, что в сообщении Минэнерго Казахстана, которое было распространено в прошедший понедельник по итогам встречи нового министра Нурлана Ногаева и вице-президента Белорусского государственного концерна по нефти и химии Андреея Бунакова, было сказано, что «наиболее оптимальным вариантом являются поставки трубопроводным транспортом.

«Но в случае, если экономика мультимодальных поставок будет «проходимая», то такие поставки тоже возможны. Необходима коммерческая заинтересованность компаний по поставкам казахстанской нефти и нефтепродуктов в Беларусь», – дипломатично отметили в казахстанском ведомстве.

Информированный источник в КТК в интервью inbusiness.kz отметил, что все объемы казахстанской нефти имеют своих «хозяев», которые покупают нефть на выходе – в порту Новороссийска по общим правилам и общим ценам.

«Таким образом, Казахстан не хочет продавать белорусам нефть со скидкой и без обязательств не перепродавать белорусский бензин из казахского сырья. А Минск хочет именно так. Поэтому Минск и Нур-Султан застряли на стадии технических переговоров. Хотя еще в прошлом году Канат Бозумбаев, будучи министром энергетики, говорил, что «все дело в деталях», то есть в цене и запрете на реэкспорт. Просто казахстанская сторона не акцентирует свои коммерческие разногласия, а дипломатично отмалчивается от спора России и Беларуси», – сказал г-н Ивахненко.

Ранее один из уважаемых нефтяников Казахстана, Кайргельды Кабылдин, будучи президентом национальной компании «КазМунайГаз», отвечая на вопросы журналистов о целесообразности строительства новых трубопроводов (например, в Китай или о расширении КТК – прим. автора) часто повторял такую фразу: «Нефть течет туда, где за нее дают выгодную цену. Это аксиома».

Кульпаш Конырова

Есть ли в конфликте Ирана и США риски для казахстанской нефти

И как эта ситуация может отразиться на нефтяных ценах.

15 Январь 2020 15:35 2522

Есть ли в конфликте Ирана и США риски для казахстанской нефти

Фото: rbc.ru

Военное противостояние США и Ирана – двух крупнейших нефтяных держав – несет риски для мирового рынка нефти. «Нам удалось заблокировать 80% экспорта нефти из Ирана, и мы твердо намерены разобраться и с остающимися 20%», – сказал госсекретарь США Майк Помпео.

Иран же теоретически способен перекрыть Ормузский пролив, северный берег которого находится в его владении, а это стратегический для мирового рынка нефти объект, через который Персидский залив соединяется с Мировым океаном.

Как мировой рынок нефти ощущает ситуацию между США и Ираном, и может ли это каким-либо образом коснуться Казахстана? Inbusiness.kz поговорил об этом с советником генерального директора Казахского института нефти и газа Акбаром Тукаевым.

– Акбар Куанышбаевич, как ситуация между Ираном и США повлияет на мировой рынок нефти в долгосрочной перспективе? Пытаются ли США с помощью этого конфликта продвинуть на рынок свою сланцевую нефть?

– Иран и США – это страны из ТОП-10 мира по уровню запасов и добычи нефти. При этом Соединенные Штаты за счет сланцевого сектора являются основным генератором прироста нефтяного предложения на мировом рынке, а Иран играет существенную роль в функционировании ключевой нефтетранспортной артерии мира и на теневом рынке черного золота.

Противостояние этих стран – один из существенных факторов рынка уже 40 лет, с тех пор как крупнейшие транснациональные корпорации США лишились более 5 млн баррелей в сутки добычи нефти в Иране.

В текущих условиях любой намек на новый виток напряжения либо потепление отношений между этими странами способен изменить нефтяные цены, как минимум, на 2-3 доллара за баррель.

Кроме того, не исключено, что, оказывая давление на Тегеран, нынешнее руководство США пытается несколько переконфигурировать мировой рынок, усиливая ориентацию на легкие по плотности сорта нефти и готовя, таким образом, возможности для экспорта сланцевой нефти. В текущем своем виде нефтеперерабатывающие мощности планеты более чем на две трети ориентированы на средние и тяжелые по плотности сорта.

– Сколько нефти Иран сейчас поставляет миру? Какие страны для него являются потребителями, кому будет невыгодно терять Иран как поставщика?

– По имеющимся данным ОПЕК, сейчас Иран добывает около 2,1 млн баррелей в сутки. Текущие объемы нефтепереработки страны составляют около 1,7 млн баррелей в сутки. Таким образом, на внешние рынки Тегеран поставляет окольными путями и теневыми маршрутами порядка 400 тыс. баррелей в сутки, при этом уровень экспорта сократился примерно в пять раз по сравнению с 2017 годом.

Вместе с тем следует учитывать, что возросшие в последние годы мощности НПЗ Ирана позволяют перерабатывать всю добываемую в стране нефть. Полное отсутствие экспорта сырой нефти будет болезненно, но не смертельно для Тегерана.

От санкционных мер против Ирана больше всех пострадали Индия, Южная Корея, Турция и Япония, которые еще в начале 2019 года потребляли в совокупности почти 1 млн баррелей в сутки иранской нефти.

Сейчас в большинстве этих стран в результате вынужденного отказа возникли проблемы недозагрузки НПЗ. Так, к примеру, в Индии, третьем государстве мира по объемам потребления нефти, в 2018 году годовой прирост объемов нефтепереработки составлял 3%, а по итогам 2019 года ожидается минимальный рост показателя с недозагрузкой мощностей более чем на 6%.

Практически единственным крупным потребителем иранской нефти остался Китай. Но и там вследствие санкционного прессинга официальный объем закупаемой иранской нефти сократился за последний год в четыре раза и по последним данным составляет менее 150 тыс. баррелей в сутки. В отличие от Индии, в КНР произошло оперативное замещение иранского импорта поставками из России и Саудовской Аравии.

– Какова вероятность того, что Иран перекроет Ормузский пролив, и, если это произойдет, к чему может привести? Кто сейчас основные пользователи Ормузского пролива в обоих направлениях, какой объем нефти через него проходит в настоящее время?

– На мой взгляд, жесткое блокирование Ормузского пролива произойдет только в случае массированного военного удара по Ирану.

Это самый главный нефтяной пролив в мире, через который проходит порядка 70% нефтяного экспорта ОПЕК и около пятой части потребляемых в сутки объемов сырой нефти и конденсата в мире. В сутки через пролив транспортируется примерно 17 млн баррелей нефти и конденсата, из них около 40% приходится на поставки из Саудовской Аравии, около 15% – из Ирака, по 11% – из Кувейта и ОАЭ. В разрезе стран, куда идет нефть через Ормузский пролив: поставки осуществляются в КНР, Индию, Японию, Южную Корею, США, Сингапур и другие государства.

Таким образом, в случае перекрытия пролива нефтяные цены могут взлететь до 90-100 долларов за баррель.

– Какие риски несет конфликт между Ираном и США для Казахстана как нефтяного экспортера?

– На первый взгляд, противостояние Ирана и США не несет прямой угрозы казахстанской нефтяной отрасли. Порядка 80% экспорта нашей страны идет через систему КТК. Оставшаяся часть тоже далека от рассматриваемого региона напряженности.

Вместе с тем такой конфликт не нужен в целом глобальному рынку. Благодаря соглашению ОПЕК+ в настоящее время баланс спроса-предложения на нефть пришел к более или менее равновесному состоянию. Очень важно, что благодаря текущему уровню цен существенно замедлился рост производства нефти в сланцевом секторе США и глубоководной добыче в Бразилии.

В то же время резкое увеличение цены вследствие геополитических факторов приведет к стремительным всплескам добычи и в Северной Америке, и в Бразилии, и в ряде стран-участников ОПЕК+.

Елена Тумашова

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: