Акан Сатаев: «Бесплатно скачивая фильмы с торрентов, казахстанцы занимаются воровством» | Inbusiness
/img/tv.svg
RU KZ
RU KZ
DOW J 26 430,37 РТС 1 225,84 FTSE 100 7 446,87 Hang Seng 30 066,07 KASE 2 283,45 Пшеница 465,40
$ 378.01 € 420.88 ₽ 5.84
Погода:
+13Астана
+18Алматы
DOW J 26 430,37 РТС 1 225,84
FTSE 100 7 446,87 Hang Seng 30 066,07
KASE 2 283,45 Пшеница 465,40
Акан Сатаев: «Бесплатно скачивая фильмы с торрентов, казахстанцы практически занимаются воровством»

Акан Сатаев: «Бесплатно скачивая фильмы с торрентов, казахстанцы практически занимаются воровством»

Успешный прокат фильмов «Дорога к матери» и «Районы» наглядно продемонстрировал большой интерес зрителей к отечественному кино.

Акан Сатаев: «Бесплатно скачивая фильмы с торрентов, казахстанцы практически занимаются воровством», Акан Сатаев,Культура,Фильм,Кино,Зритель,Astana Film Fund,Kazakhstan Computer Graphics,Дорога к матери,Казахское ханство

11166 01 Февраль 2017 09:51 Автор: Светлана Умыргалеева

По итогам проката 2016 года фильм одного из самых востребованных и плодотворных режиссеров Казахстана Акана Сатаева «Районы» собрал более 200 млн. тенге и стал самым кассовым среди отечественных фильмов.

Любовь к искусству у режиссера – в генах. Он унаследовал ее от родителей – талантливых актеров Карагандинского драматического театра имени Сакена Сейфуллина – народных артистов Казахской ССР Каргамбая Сатаева и Асии Аблаевой. Акан продолжил творческую династию, окончил Академию искусств имени Жургенова, получив диплом режиссера кино. Еще во время учебы успел сыграть в двух фильмах – «Аллажар» Калдыбая Абенова и «Жизнеописания юного аккордеониста» Сатыбалды Нарымбетова. После учебы был долгий период работы в рекламном бизнесе – производство рекламных роликов, а затем случился настоящий творческий штурм с такими резонансными хитами, как «Рэкетир», «Братья», «Заблудившийся», «Ликвидатор», «Жаужурек мын бала», «Бауржан Момышулы».

Имя, авторитет, статус – стремительная карьера в кратчайшие сроки, а главное – неиссякаемая страсть к профессии, предопределившие успех и невероятную производительность. «Дорога к матери», «Районы», «Хакер» – премьеры следуют одна за другой, «киноконвейер» компании Satai Film не останавливается ни на минуту. На нескончаемый поток вопросов Акан Сатаев отвечает со скромной улыбкой, в которой нет и тени звездности.

О том, чем живет сегодня казахстанский кинематограф, о проблемах и перспективах индустрии, а также о творческих планах режиссер поведал нашей редакции.

«Моана» опережает «Районы» на 300 миллионов тенге!

- Акан Каргамбаевич, что можете сказать о своей профессии?

- Я в общем-то с детства мечтал о кино. Кажется, Конфуций говорил: «Выбери себе работу по душе, и тебе не придется работать ни одного дня в жизни». Я считаю, мне с этим очень повезло. Моя работа доставляет мне удовольствие, а ее отсутствие – дискомфорт.

Сейчас мы хотим поставить эту творческую профессию на правильные, качественные бизнес-рельсы. Мы хотим, чтобы пришло понимание, что киноиндустрия – это прежде всего отрасль экономики. Кино должно себя окупать, а в идеале – приносить доход.

- А насколько сейчас кино можно считать доходным?

- Пока у нас доходность оставляет желать лучшего. Особенно это сказывается после всех финансовых кризисов. Могу проиллюстрировать на примере нашего фильма «Районы». В прошлом году в целях производства коммерческих фильмов мы создали фонд Astana Film Fund совместно с «Банком Астана» и компанией Kazakhstan Computer Graphics (KCG) – давним моим партнером, который занимается постпродакшном и компьютерной графикой. Мы объединились, проанализировали рынок и посчитали, что фильмы с производственным бюджетом более 100 миллионов тенге снимать у нас на рынке очень рискованно. На производство фильма «Районы» мы потратили около 130 млн тенге, на данный момент собрали в прокате около 200 млн. тенге, вышли в лидеры по кассовым сборам среди отечественных фильмов прошлого года. Но, тем не менее, мы до сих пор не оправдали затраты. Ведь более половины сборов с проката мы отдаем кинотеатрам и прокатной компании.

Наша основная проблема – маленький объем отечественного кинорынка: всего 270 экранов на всю страну. За год кинотеатры посещает около 10 млн. человек. Эти цифры несравнимы с показателями России, США и Китая, где конечно, огромное население и колоссальное количество кинотеатров. К примеру, в Нидерландах, на население, как и в Казахстане, в 17 миллионов человек приходится 900 экранов, в год эти кинотеатры посещает 33 миллиона человек, то есть в три раза больше, чем у нас. Поэтому можно говорить, что потенциал для доходов у нас есть.

- Но интерес к отечественному кино у казахстанцев все же растет…

- Да, конечно. И это не может не радовать. Отечественные кинопроизводители должны дорожить тем доверием зрителей, которое мы имеем сейчас к нашему продукту. Но расслабляться нельзя, конкуренция колоссальная! Много качественного, иностранного кино. Сейчас наша доля рынка – всего 10%, поэтому мы просто обязаны снимать только хорошее кино. Нам есть куда расти и к чему стремиться. Например, в наших кинотеатрах американский мультфильм «Моана» собрал 500 миллионов тенге, а «Районы» – 200.

На заседании правительства я и мои коллеги просили государство поддержать киноиндустрию сейчас, в период, когда она только формируется, делает первые шаги. Безусловно, все эти годы 25 лет государство итак поддерживало и поддерживает нашу отрасль, за что я очень благодарен государству и президенту. Понимаете, в такие высокобюджетные фильмы, как «Жаужурек  мын бала», «Дорога к матери», «Казахское ханство», ни одна частная компания, ни один инвестор не стал бы вкладывать свои деньги, зная, что с проката вернуть их будет крайне тяжело, а то и вовсе невозможно. Но при этом идеологическая составляющая в этих фильмах, на мой взгляд, бесценна. Когда иностранный фильм показывается на наших экранах, помимо того, что он делает кассу, он параллельно несет и идеологию своей страны, своего народа, которую мы поневоле впитываем. И это нормально, ведь они преследуют прежде всего интересы своей страны. Согласитесь, вклад Голливуда в формирование имиджа США трудно недооценить. Именно поэтому мы должны снимать свои идеологические фильмы.

Более того, нам надо снимать качественные фильмы с потенциалом международного проката. Например, такие исторические личности, как Томирис или Султан Бейбарс будут интересны любому зрителю в любой стране, так как эти предки влияли на ход мировой истории. Уверен, при качественной реализации этих идей, сделав смотрибельное кино, можно выйти на международные кинорынки, отбивать финансовые затраты и экспортировать свою культуру и историю. И это надо делать сейчас, так как большая часть нашего кино не может все время сидеть на шее у государства. Если подобные прорывные проекты будут расширять географию проката наших фильмов, то и частное кино пойдет по этому пути. То есть мы начнем расширять рынок сбыта. Вот тогда киноотрасль станет серьезно двигаться в сторону бизнеса.

- Несмотря на то, что деньги трудно отбить, у казахстанского кино есть спонсоры и инвесторы?

- Конечно. Я рад, что есть такие люди, которые, зарабатывая деньги, помогают нашей отрасли. Есть предприниматели, которые инвестируют в отечественное кино, и те, кто это делает на безвозмездной основе в виде финансовой помощи.

«Некоммерчески» коммерческий успех!

- Насколько выросла с момента создания ваша кинокомпания Satai Film? Выгодно ли вообще сегодня создавать частные кинокомпании?

- Satai film становится больше и опытнее с каждым новым фильмом, мы не стоим на месте. Частных кинокомпаний в стране становится больше, это видно и по количеству новых отечественных фильмов. Но все мы ограничены в производственных бюджетах, что напрямую влияет на качество реализации идей и, к большому сожалению, ограничивает нас в самих идеях и темах для наших фильмов. Как я говорил выше, мы совместно с председателем совета директоров «Банка Астана» Олжасом Тохтаровым и учредителем крупнейшей в Казахстане студии компьютерной графики KCG Ернаром Курмашевым организовали в прошлом году Astana Film Fund. В рамках фонда мы планируем в этом году сделать несколько проектов, в некоторых я буду выступать в качестве продюсера и курировать творческую часть. Одна из социальных составляющих работы нашего фонда – открывать новые имена в нашем кино. Сегодня много талантливых молодых ребят, которые отучились на режиссеров и сейчас снимают очень интересные короткометражные фильмы. Так вот, мы планируем привлекать их и делать с ними большие полнометражные фильмы.

- Вы очень удачно балансируете между коммерческим и некоммерческим кино… В прокат вышли два ваших фильма: один –коммерческий, а другой – идеологический.

- Спасибо! Да, радует, что наш исторический фильм «Дорога к матери», который был инициирован Алией Нурсултановной, поддержан министерством культуры и спорта и целых два месяца шел в прокате. Зрители приводили в кино своих родителей, мам и бабушек. По тем отзывам, которые мы получаем по сей день, понимаем, что наш фильм нашел отклик в сердцах зрителей. Радует и то, что эта история тронула и была принята за пределами страны. Летом мы показали фильм в Москве в рамках Московского кинофестиваля, залы были полными, люди также переживали за героев и плакали. Не скрою, я переживал за реакцию московских зрителей, поскольку мы рассказывали о непростых событиях, с которыми столкнулся наш народ в ХХ веке: о коллективизации, голодоморе, войне, репрессиях. Но это все было фоном для истории наших главных героев. Мы ни в коем случае не развешивали ярлыки и не старались давать оценку событиям, мы старались быть правдивыми и честными к нашей истории. Наверное, поэтому помню, как после просмотра один из зрителей поблагодарил: «Спасибо за аккуратное прикосновение к непростой истории наших народов».

Мы очень рады, что и фильм «Районы» тоже полюбился нашим зрителям. И мы гордимся тем, что стали самой кассовой отечественной картиной прошлого года!

- Фильмы «Дорога к матери» и «Районы» вышли в прокат практически одновременно. Когда вы успеваете снимать?

- Эта осень была у нас очень насыщенной: в прокат вышли не только эти два фильма, еще был «Хакер». Многие просто не знают, что фильм «Дорога к матери» был готов еще весной, но продюсеры решили его прокатывать осенью. С «Районами» все было быстрее: зимой родилась идея, летом отсняли, осенью выпустили. А «Хакер» еще два года назад был готов. Но сложилось так, что все они вышли в прокат почти одновременно. И создалось впечатление, что я снял их один за другим, но так не бывает.

- Как встретил американский зритель картину «Хакер» в сравнении с казахстанским? Удалось ли собрать кассу?

- Я очень горжусь этой работой. Нам с моим сопродюсером Санжаром Султан удалось снять полноценный американский фильм. Для меня это был огромный опыт и большая школа. Два года назад фильм был готов, потом были поиски агента, затем поиски дистрибьютора для мирового проката. В итоге осенью мы заключили контракт на дистрибуцию по Северной Америке и Великобритании с компанией Sony Pictures. Для нас это большой результат, большая радость, и мы гордимся этим.

Состоялся кинотеатральный прокат во всех больших городах США, но он был ограниченным, в соответствии со стратегией дистрибьютера этот прокат был организован для более удачных продаж фильма в Интернете. Мы рады, что по самым пессимистическим прогнозам наших агентов и дистрибьютера мы должны окупить картину. И, возможно, даже что-то заработаем. Прокат фильма состоялся также в Украине и Белоруссии. Фильм предварительно купили около 20 стран. В России проката, к сожалению, не было. Мы немного переоценили свои силы, заявив, что это будет наша территория, и мы сами на ней все организуем.

Комедия против криминала!

- Когда-то вы стартовали с жанра криминальной драмы, понимая, что в этом залог коммерческого успеха. Сегодня этот коммерческий фактор для вас также определяющий в выборе материала?

- Да, безусловно. Но исследования показывают, что самый привлекательный жанр с точки зрения бизнеса – это комедия, но ее нужно уметь снимать, говорят, очень сложно. В моей практике пока не было комедии. Поэтому я очень ценю усилия моих коллег, которые работают на этой территории: Нуртаса Адамбая, Аскара Бисембина, Баян Максаткызы, Аскара Узабаева, Нурлана Коянбаева. Они большие молодцы! Делают удачные проекты, и некоторые из них окупаются. Конечно, я тоже хочу как-нибудь поработать в этом жанре.

- Акан Каргамбаевич, какой проект у вас сейчас в работе?

- Мы закончили съемки психологического триллера «Она» с Айсулу Азимбаевой в главной роли. Очень талантливая и одаренная актриса, сыгравшая в спектакле «Любовница». Она является также соавтором идеи, и сценарий мы писали уже под нее. Фильм рассказывает о девушке, страдающей депрессией на грани шизофрении.

Психологический триллер – один из моих любимых жанров, в котором я уже работал. Это был фильм «Заблудившийся» с Андреем Мерзликиным в главной роли. В прокат «Она» мы планируем выпустить весной этого года. И еще мы думаем, что у фильма есть фестивальный потенциал, поэтому хотим предложить его нескольким фестивалям. Сейчас проект на стадии монтажа.

- Вы нечасто принимаете участие в фестивалях. Видимо, больше заинтересованы в коммерческом успехе проектов?

- Да, так получается. Но в то же время удачная фестивальная судьба напрямую влияет и на коммерцию. В качестве примера приведу фильм Андрея Звягинцева «Возвращение», который получил на Венецианском фестивале два «Золотых льва», и, уже выходя после награждения, его фильм продавался как горячие пирожки. Было, кажется, сразу заключено около 70 контрактов на покупку прав, а это очень приличная цифра. Если в среднем по 20-30 тысяч долларов на один контракт, то для авторского кино – это очень солидные доходы. Поэтому на фестивалях надо участвовать. Даже артхаус можно монетизировать.

У меня были в практике фестивали – «Заблудившийся» получил награды на нескольких международных фестивалях. Даже наш первый «Рэкетир» участвовал на фестивалях в США. Хотя задачи снять фестивальное кино мы перед собой не ставили. А вот теперь целенаправленно попробуем пойти на эти международные площадки с нашим «Она». Кстати, название фильма пока является рабочим.

- Все кинематографисты стремятся к Оскару, как вершине карьеры. Неужели вы равнодушны к этой престижной кинопремии?

- Конечно, думаю, каждый деятель кино мечтает и стремится к этой очень престижной награде. Хочу с гордостью заметить, что мои фильмы «Заблудившийся» и «Жаужурек мын бала» также выдвигались в свои года от Казахстана на эту премию, но, к сожалению, дальше лонг-листа не проходили. Ежегодно каждая страна отправляет на рассмотрение американской киноакадемии свой лучший фильм, произведенный и вышедший в прокат того же года. Эти фильмы рассматриваются в номинации «Лучший фильм на иностранном языке». Почти в каждой стране есть так называемый «Оскаровский комитет», который определяет одного кандидата от своей страны. У нас тоже есть и состоит он из авторитетных кинодеятелей. Это очень серьезная и ответственная миссия – отправлять, действительно, объективно лучшие работы. Так как, помимо своих личных амбиций, на кону стоит имидж страны и всей казахстанской киноотрасли.

В 25 лет кино только начинается!

- Казахстанской киноиндустрии, как и нашей стране, исполнилось 25 лет. Как вы считаете, выросло ли кинопроизводство за эти годы?

- Конечно. Кино развивается, может, медленно, но зато верно. Мы двигаемся вперед. Этот небольшой успех нужно закрепить и развить. Фильмов, как и режиссеров, и кинотеатров становится больше. Частные кинокомпании активизировались. Конечно, глобальные экономические факторы влияют на всех, и на кино тоже. В России был период настоящего бума, когда Тимур Бекмамбетов с «Дневным дозором» собирал у себя под 40 миллионов долларов. А сегодня таких сборов нет, потому что, по собственному признанию, они потеряли доверие зрителей, выпустив ряд не совсем удачных картин. Но, тем не менее, российский кинематограф очень активно развивается.

На днях посмотрел фильм Федора Бондарчука «Притяжение» – очень достойное кино, которое без сомнения соберет свою кассу в России. Например, их «Викинг» собрал примерно 25 миллионов долларов. Для нас это колоссальные цифры, к которым мы должны стремиться, расширяя географию проката, экспортируя свою продукцию. Для этого надо создавать качественные фильмы, которые будут интересны мировому зрителю: в России, Европе, США, Азии. Надо защищать свой рынок, и создать благоприятные условия отечественным производителям. Посмотрите, как в Китае государство поддерживает отечественную индустрию. Введено квотирование – всего 35 американских картин в год. Мощнейшая цензура, после которой фильм про Джеймса Бонда становится короче на полчаса. И американцы вынуждены на это идти, потому что это колоссальный рынок. В Китае 41 тысяча экранов, в 2015 году кинотеатры там посетило 1,3 миллиарда зрителей. В США – 46 тысяч экранов и также 1,3 миллиарда зрителей. В США население 350 миллионов – гораздо меньше, чем в Китае, стоимость билетов от 10 до 15 долларов. Пиратство практически отсутствует. Высокая культура хождения в кинотеатры. И мы должны донести до зрителей: бесплатно скачивая фильмы с торрентов, они практически занимаются воровством.

Еще один важный, на мой взгляд, момент. Сегодня практически вся кинотеатральная сеть в нашей стране работает вне системы электронных билетов, в силу чего мы не имеем точных цифр по кассовым сборам, не можем проконтролировать, сколько сеансов идет, сколько человек посетило премьеру, к примеру, в Кызылорде или других регионах. В России такая система уже работает и приносит свои плоды. В силу этого страна очень привлекательна для инвесторов с точки зрения производства и проката кино, потому что это прозрачный бизнес. И нам необходимо вводить такую систему, государство должно быть в первую очередь в этом заинтересовано, потому что это и вопрос поступления в казну.

- Кстати, зрители жалуются, что невозможно найти в прокате казахстанские фильмы, которые давно прошли в прокате…

- В какой-то степени это меня радует. Кино – это длинные деньги, поэтому следующий этап после кинотеатров – это продажи в Интернете, затем на телевидении, на кабельных каналах, в отелях, в самолетах разных авиакомпаний и так далее. Пример: американская компания Netflix продает контент в Интернете, сейчас эта компания стала гигантом в мировой отрасли и уже сама начала производить высококлассные фильмы и сериалы. Этот ресурс в этом году пришел и в Россию, где, в принципе, уже эффективно борются с пиратством в Интернете. Если мы создадим для них эти же условия, думаю, такие ресурсы, как Netflix, будут работать и у нас. Мы будем свой контент продавать цивилизованно и грамотно на весь мир. У Интернета колоссальные возможности, и чем грамотнее и раньше мы будем их использовать, тем конкурентоспособнее будем в будущем.

- 35 кинопроизводственных организаций в Казахстане выпускают в год более 250 картин, но на экран выходят единицы. Почему?

- Вы, наверное, посчитали все фильмы – и игровые, и неигровые. В 2016 году было сделано около 30 полнометражных игровых фильмов, из них около 10 – это госзаказ, и около 20 фильмов были произведены частными кинокомпаниями. К сожалению, не все они дошли до зрителя, поскольку на этом этапе включаются правила рынка, когда прокатчик смотрит и оценивает прокатный потенциал картины, а потом принимает решение.

«Помоги мне помочь тебе…»

- Насколько, по вашему мнению, обсуждаемый сегодня Закон «О кино» может изменить нынешнюю ситуацию в казахстанском кинематографе?

- Безусловно, закон может многое изменить в лучшую сторону. Но все меры должны быть разумны и взвешены. Например, в свое время, в Украине ввели закон о стопроцентном дублировании всех фильмов на украинский язык, и это просто уничтожило прокат в кинотеатрах. У нас, согласно Закону «О языке», также делают перевод на государственный язык, но все это делается очень мягко, и это радует. Я недавно на открытом заседании правительства, где обсуждался вопрос о приоритетных направлениях в развитии нашего кино, предложил 10 пунктов, которые отразили не только мое, но и консолидированное мнение моих коллег по цеху. Было бы замечательно, если хоть какие-то предложения из них вошли в закон, который сейчас на стадии обсуждения.

Кстати, два пункта вызвали большой резонанс в сетях. Многие высказались против повышения цен на билеты иностранных фильмов и запрет пиратских сайтов. Конечно, я понимаю такую реакцию: нам всем хочется подешевле, а то и вообще бесплатно. Но это из раздела «Помоги мне помочь тебе». За счет незначительного повышения цены на билет мы могли бы формировать национальный фонд кино, на деньги которого могли бы снимать больше фильмов и в том числе авторское кино. Мы в какой-то степени сняли бы нагрузку с государства и стали бы более самостоятельными. Причем я не придумывал велосипед, такая система работает во многих странах, и она приносит огромную пользу их кинематографу. Плюс к этому при выборе фильмов у кассы кинотеатров отечественное кино продавалась бы по более привлекательной цене – это тоже было бы нашим преимущество. Я понимаю, многих может не устраивать качество наших фильмов, но тогда тем более мы не должны продаваться по одной цене. Я вынужден защищать свою отрасль, чтобы у нас была хоть какая-та возможность развиваться и качественно расти.

Если вопрос о повышении цен на билеты вызвал резонанс, то к пункту о квотировании, преференциях для производителей и прокатчиков люди отнеслись спокойно. В настоящее время казахстанские фильмы занимают примерно 10 процентов рынка, а хотелось бы выйти хотя бы на обязательные 20. Лет десять назад китайский кинематограф лежал на боку. И если бы не квотирование, то там была бы американская киноиндустрия № 2. Кинематограф – важнейший инструмент формирования общественного мнения в умах. Я бы сказал, это стратегическая отрасль. Если его не будет в стране, это будет глобальная катастрофа в плане идеологии. Наши соседи – Россия и Китай – очень четко это понимают. Их кино развивается прежде всего в своих государственных интересах, развлекая воспитывает и формирует то общество, которое принесет пользу своей стране и народу. И нам пора начать снимать качественные, смотрибельные фильмы, которые, поднимая общечеловеческие ценности, несли бы пользу нашему обществу, стране.

Иногда в погоне за статуэтками и фестивальными наградами некоторые мои коллеги, к сожалению, забывают эту сверхзадачу. Награды нужны, причем награды самых престижных фестивалей, таких как Канны, Берлинский, Венецианский. Но интересы своей страны должны быть в самом приоритете. Нам еще многое надо сделать, чтобы стать серьезной кинодержавой. Мы должны четко понимать: за нас это никто не сделает. Потенциал у нас есть, и пути очевидны. И я, и мои талантливые коллеги понимаем, куда мы должны двигаться, чтобы развивать нашу отрасль, надеюсь, у нас все получится.

- Поделитесь ближайшими творческими планами.

- Их много. В рамках Astana Film Fund мы хотим запустить несколько коммерческих проектов, ориентированных и на российский рынок. Есть несколько больших проектов, которые мы хотим делать с министерством культуры и спорта, которые также ориентированы на международный прокат. Есть несколько интересных телевизионных проектов. Даст Бог, все реализуем.

Светлана Умыргалеева

Теги:

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости:

OK