/img/1920х100.png
/img/tv1.svg
RU KZ
DOW J 24 580,91 Hang Seng 24 266,06
FTSE 100 6 045,69 РТС 1 215,69
KASE 2 400,65 Brent 36,55
Аромат C'est La Vie

Аромат C'est La Vie

На киноэкраны вышел призер «Золотой пальмовой ветви» Каннского фестиваля этого года, фильм корейского режиссера Пон Чжун Хо «Паразиты».

11:19 18 Июль 2019 10611

Аромат C'est La Vie

Автор:

Ольга Власенко

Корейское кино все больше усиливает свое присутствие в мировом кинопрокате. В чем феномен успеха корейских фильмов? Прежде всего в качественности и ориентированности на массового зрителя. Сейчас их уже можно встретить на русскоязычных киносайтах и торрентах вместе с американскими, европейскими и российскими картинами, в примерно равном процентном соотношении. При этом пока ни одна корейская лента не попала в мировые обзоры и топы киноискусства вроде десятилетнего списка ста величайших фильмов всех времен или топа из шести лучших азиатских фильмов начала этого века, составляемых на основе опросов кинокритиков и режиссеров авторитетным британским журналом о кино Sight & Sound. Государственная политика в области продвижения корейских картин на мировом рынке такова, что с конца девяностых они стали завсегдатаями мировых кинофестивалей, а с начала двухтысячных начали на них побеждать. Крупнейший Каннский кинофестиваль уже не обходится без корейских фильмов, и многие из них фестивальное жюри отмечает призами.   

Мое знакомство с корейским кино началось со скандально известного «Олдбоя», получившего Гран-при Каннского кинофестиваля в 2004 году, и надо заметить, оно было не из приятных. Фильм, снятый по японской манге, показался тогда ремесленной поделкой, далекой от киноискусства. Примерно тогда же не очень эстетически понятным, а поэтому до поры до времени любопытным выглядело кинотворчество другого корейского режиссера – Ким-Ки-Дука («Пустой дом», «Весна, лето, осень, зима и снова весна»). Затем критические нарекания вызвала его «Натянутая тетива», показавшаяся слишком топорным высказыванием. А прошлой осенью на I Almaty Film Festival окончательно разочаровала скандальная премьера «Человек, место, время и снова человек», заставившая подвести под творчеством режиссера символическую черту. Все, так сказать, окончательно встало на свои места, когда автор после показа вышел к публике поделиться соображениями (статью о Первом алматинском кинофестивале и последнем фильме Ким Ки Дука читайте здесь).

Пожалуй, можно сказать, что брешь в стене предубеждения пробили два фильма – полный иронии постмодернистский треш про зомби-апокалипсис «Поезд в Пусан» Ёна Сан-хо и антияпонская садо-мазо эротическая сатира «Служанки» Пака Чхан-ука. Обе картины были показаны на кинофестивале «Евразия».

«Поезд в Пусан» заставил задуматься о жанровой принадлежности: комедия это или фильм ужасов? А может быть, драма? Но правильнее было определить его жанр как крутой корейский треш, в котором проглядывает загадочная азиатская душа. Вспомнился и снятый десять лет назад Oldboy, принесший артхаусную славу своей исхищренно надуманной жестокостью еще мало известному Паку Чхан Уку. Уже тогда я нервно похихикивала во время просмотра. Через 12 лет на фильме Ен Сан-хо смеялся уже весь зал – периодически и слегка истерично. Надо уметь держать зрителя в напряжении, пользуясь набором самых отпетых штампов. Ён Сан-хо делает это виртуозно смешно, смастерив трешевый замес на моральной проблематике, теме коллективной этики и индивидуализма.

Примечательно, что героем «Поезда в Пусан» стал смазливый банковский менеджер-кровопивец, нравственно прозревший по ходу сюжета. Даже экзистенциальная тема в толстовском духе «вся жизнь пронеслась перед глазами» обрела в корейской подаче свою неповторимую оригинальность. Антагонистом героя-менеджера был назначен злобный корейский бюрократ, чем-то похожий на родных отечественных чинуш.

Тема апокалипсиса прозвучала с учетом корейской специфики. Кстати, христианизация Кореи началась в конце XVIII века. Сейчас в стране находится самая крупная в мире харизматическая церковь. Другое дело – Япония, где христианизация фактически провалилась, зато свои плоды дала послевоенная американская вестернизация. Там сформировалась не одна плеяда талантливых кинематографистов. Чего стоит один только Акира Куросава, перенесший на японскую почву русскую классику! Картина «Красная борода» – вполне аутентичное выросшему на русской литературе европейскому экзистенциализму высказывание. Дело, конечно, и в самом феномене японской классической литературы. В случае с корейским кинематографом мы имеем уже не элитарное киноискусство, основанное на литературной классике, а постмодернистское кино, снятое по голливудским шаблонам.

Теперь о казахстанской премьере «Паразитов», которых тоже можно было бы назвать ладно скроенным фильмом, но этого определенно будет недостаточно. Перед этим успела посмотреть еще две картины Пон Чжун Хо: три в одном – триллер, боевик и фантастический треш – «Сквозь снег» (2013) и антиутопию «Окча» (2017), в которой главной героиней, перетянувшей на себя одеяло зрительских симпатий, стала огромная компьютерная 3D-свинья. Обе картины – продукт американо-корейского сотрудничества и тянут скорее на зрелищное коммерческое кино, чем на глубокомысленный эстетический артхаус.

Если номинант на каннскую «Золотую ветвь» прошлого года «Окча» – вполне ясное высказывание об обществе потребления, рыночной монополии, экологии и вегетарианстве, то получивших каннскую награду «Паразитов» можно назвать более сложным и накрученным кинотекстом.

Сюжет вращается вокруг двух корейских семей, бедности и богатства и поначалу разворачивается как социальная артхаусная драма. Но, как довольно быстро выясняется, фильм под нее мимикрирует. А тема бедности звучит далеко не в ключе западного гуманизма. Это вам не «Бедные люди» Достоевского или «Отверженные» Гюго. В фильме вообще нет персонажей, вызывающих любовь, сострадание или, напротив, осуждение. Даже развязка с молодым героем, берущим на себя ответственность и дающим слово вырваться из нищеты, становится просто еще одним сюжетным ходом. В картине отчетливо слышится традиционная для восточной культуры тема семейного коллективизма, но она перевернута с ног на голову, видимо, чтобы звучать совсем по-современному. 

Зато режиссер смог втиснуть в двухчасовую картину самые разные жанры и сюжетные приемы. Отдельно хочется отметить работу оператора и звукорежиссера, которые не могли бы выглядеть столь эффектно без гармоничной включенности в сюжетный контекст. Можно было бы назвать «Паразитов» социальной сатирой, или памфлетом, но это не совсем так. Просто социальная сатира – один из жанров, наряду с мелодрамой, триллером, трешем, хоррором и много еще чем, намеком и фрагментарно используемым, в этом кино. В какой-то момент накал чувств в этой закрученной карусели достигает, даже показалось, какого-то экзистенциального пика. Но это переживание быстро гибнет, так и не успев толком зародиться.

К концу картины понимаешь, что это кино не о людях, их мотивах, ценностях и морали, а кино о кино – о том, как оно снимается по кодам и шаблонам и как их можно друг с другом неожиданно странно комбинировать и компоновать, для того чтобы поразить публику. Это кино – не послание о чем-то большем, оно не ставит сложных вопросов жизненного выбора ценностей и смыслов. Поступки персонажей и их мотивы кажутся местами странными и непоследовательными, а иногда, напротив, банальными. Хотя временами философские тезисы и вылетают из их уст. Но это не главный, придающий произведению целостность лейтмотив, а опять один из множества приемов. Когда нет целостности, нет иерархии – нет и долга, то есть представления о том, как должно быть. Как говорит один из героев, план как бы есть, но его как бы и нет. Жизнь течет своим чередом или не течет. Она хаотична или другая – сказать уже сложно, потому что хаосу просто больше нечего противопоставить.

Но все же за этими мастерски собранными структурами проглядывает что-то еще, стоящее за ними. То, что делает игру возможной, – ментальность. Классическую русскую литературу сейчас модно критиковать за искания, душевные копания, излишние сомнения и муки совести. В корейском кино вы не встретите такой поднадоевшей современному потребителю достоевщины. Герои просто хватают ножи и бросаются друг на друга, не сильно утруждая себя и других объяснениями. Просто все дело в странном запахе. И ведь все персонажи не так плохи, хоть и паразиты. Каково кино – такова жизнь. Ментальность формирует витальность. Теперь люблю корейские фильмы за постмодернизм и иронию. В общем, смотрите корейское кино и думайте… сколько в нас корейского, а сколько чего-то другого.

В статье использованы кадры из фильмов «Паразиты», «Олдбой», «Человек, место, время и снова человек», «Поезд в Пусан» и «Окча».

Ольга Власенко

https://inbusiness.kz/ru/images/original/25/images/5uK8DISU.jpg https://inbusiness.kz/ru/images/original/25/images/r5o1nfik.jpg https://inbusiness.kz/ru/images/original/25/images/8jHi9UVq.jpg https://inbusiness.kz/ru/images/original/25/images/YRMSZvII.jpg https://inbusiness.kz/ru/images/original/25/images/WyKRGepn.jpg

Потери казахстанского кинобизнеса составят 5 млрд тенге

Причиной является временный запрет из-за коронавируса.

13 Март 2020 12:42 3337

Потери казахстанского кинобизнеса составят 5 млрд тенге

Потери казахстанского кинобизнеса из-за временного запрета работы кинотеатров в торгово-развлекательных центрах могут составить 5 млрд тенге. Об этом inbusiness.kz сообщил PR-директор Kinopark & Kinoplexx Theatres Ерлан Бухарбаев.

Напомним, вчера, 12 марта, вице-премьер Ералы Тугжанов сообщил, что кинотеатры в торговых развлекательных центрах временно закроют из-за угрозы распространения коронавируса.

«Этот вопрос непростой был, мы его долго обсуждали. Фактически фильмы у нас идут более часа, поэтому в одном помещении нахождение столько времени будет вызывать определенные вопросы, поэтому мы приняли такое решение», – отметил вице-премьер.

В этот же день кинопрокатчики Казахстана обратились с открытым письмом к премьер-министру страны Аскару Мамину, в котором просят не закрывать кинотеатры. В письме, подписанном десятью представителями сетей и кинотеатров, говорится о том, к чему может привести данное распоряжение. В их числе угроза потери рабочих мест и заработной платы сотрудников кинотеатров более чем для 5000 сотрудников на обозначенный срок; финансовые потери всех организаций, занимающихся прокатом, дистрибуцией, подготовкой премьер новых фильмов, в том числе и казахстанского производства, запланированных на обозначенный указом период, что напрямую скажется на объеме налоговых отчислений в бюджет страны.

«Учитывая, что кинотеатры уже испытывают значительное снижение посещаемости по причине переноса ожидаемых мировых и казахстанских премьер, у кинотеатров возникают проблемы по кредитным обязательствам перед банками, в том числе и в иностранной валюте. Закрытие кинотеатров только усугубляет ситуацию», – говорится в письме.

В целом в Казахстане в 2018 году, по данным комитета по статистике минэкономики, работало более 96 кинотеатров с общим количеством залов в 320 единиц. Так, наибольшее количество кинозалов находится в Алматы – 113, в Нур-Султане – 54, в Карагандинской области – 17, в Шымкенте – 16. Общее число мест в кинозалах по всей стране составляет порядка 47 тысяч. Доход всех кинотеатров от оказанных услуг в 2018 году составил 18,4 млрд тенге. Число проведенных киносеансов около 740 тысяч, из них национальные фильмы – 120 тысяч, зарубежные фильмы – 626 тысяч показов, число проведенных киносеансов для детей – 164 тысячи. Общее число посещений киносеансов составило 17,8 млн человек.

Коммерческий директор сети кинотеатров Chaplin Дмитрий Кириенко также говорит о потенциальных убытках, которые понесет бизнес. По его словам, о постановлении участники рынка узнали из новостей.

«На сегодняшний день у нас на руках нет распоряжения от местных властей о запрете работы кинотеатрах. Поэтому в настоящее время мы ждем официальные документы. Для того чтобы посчитать наши убытки, необходимо понимать юридический статус этого вопроса. Если данная история будет носить характер форс-мажора, возможно, какие-то обязательства мы сможем перенести на неопределенный срок. Если же мы будем продолжать нести все затраты, но при этом не будем работать, это ударит по бизнесу. Так как большая часть кинотеатров несет обязательства перед кредиторами, банками, сотрудниками, арендаторами, поставщиками и дистрибьюторами фильмов. То есть достаточно много постоянных обязательств. К примеру, наша сеть оборачивает порядка трех с половиной миллионов зрителей в год, если учитывать, что март – это один из лучших месяцев в году, на который приходится порядка 14-16% всей годовой выручки, что практически в два раза больше, чем в любом другом месяце, безусловно, потеря прибыли сильно ударит по нам и нашей способности отвечать по своим обязательствам», – подчеркнул Дмитрий Кириенко.

Майра Медеубаева

Адильхан Ержанов: «Я хотел создать крепкий сюжет»

Казахстанский кинорежиссер о фильме «Черный, черный человек».

07 Февраль 2020 08:21 10611

Адильхан Ержанов: «Я хотел создать крепкий сюжет»

В массовый казахстанский прокат вышел фильм Адильхана Ержанова «Черный, черный человек». За свое творение казахстанский режиссер получил «азиатский Оскар» в номинации «Лучший режиссер». В интервью корреспонденту inbusiness.kz Адильхан Ержанов рассказал о том, что стало определяющим для сюжета, почему он не ждет больших сборов в прокате, и готовности казахстанского зрителя к авторскому кино.

– Адильхан, Вы являетесь сосценаристом этого фильма. Почему была выбрана именно эта история? Что вас вдохновило на ее создание?

– Наверное, как и любому кинематографисту, мне нравится Альфред Хичкок и его формула саспенса (Саспенс» (англ. suspense) – беспокойство, приостановка, а латинский глагол suspendere переводится как «подвешивать»). Я всегда мечтал сделать фильм, где саспенс будет определяющим для сюжета. Когда-то я прочитал рассказ американского автора, о человеке, которого собираются линчевать. Мне показались интересными взаимоотношения полицейского и местного жителя, которого пытается защитить шериф. Мне же захотелось немного другой истории, где весь фильм главный герой находится между дилеммой – убивать или нет. Я подумал, что если смогу показать метаморфозу героя, его эволюцию, то выполню свою задачу. А остальное было уже дело техники. При переносе подобного сюжета на наши реалии, естественно, появляется и социальный фон, и какая-то правда жизни. Но изначально у меня не было цели сделать социальную историю, я хотел создать крепкий сюжет.

– В чем уникальность этой кинокартины для Вас, как для режиссера?

– Конечно, подобных сюжетов было много, и я не думаю, что изобрел что-то новое в эстетике. Свою работу оценить сложно, но самое оригинальное, что есть в картине, на мой взгляд, это дуга характера главного героя, его развитие. Все концентрируется на нем. Неотрывно мы следим за тем, как в подробностях, детально меняется его характер. При этом главный герой явно нигде не показывает своих изменений. Все происходит внутри, в подтексте. Сюжет фильма классицистский, с некоторыми нарушениями, но единство места, времени и действия остается. Мы не переключаемся ни на что другое и идем вслед за персонажем.

– В «Ласковом безразличии мира» художественная реальность вкраплена в настоящую жизненную реальность. В детективной истории «Черный, черный человек» также уживаются два этих мира?

– Это более реалистичное по форме кино. Здесь нет той доли условности, которая присутствовала в «Ласковом безразличии мира». Но в самой эстетике фильма есть какой-то намек на то, что фильм является фильмом. В этом смысле есть некий постмодернизм. И, мне кажется, я уже ни в одной работе не смогу избавиться от этого налета условности. Я думаю, любой фильм должен обладать какой-то условностью. Кино без стиля – это не очень интересно.

– Каков бюджет фильма? Он снимался полностью на инвестиции Astana Film Fund или в нем также есть доля участия других финансовых источников?

– Бюджет фильма – $50 тыс., и это полностью инвестиции Astana Film Fund. Мне кажется, это один из самых маленьких бюджетов в нашем казахстанском производстве. Мы выиграли питчинг на Almaty Film Festival и благодаря этому сняли фильм.

– Сколько времени заняло создание фильма?

 Над сценарием я думал очень долго. Первая сценарная наработка была лет пять назад. Это была совсем другая история. Единственный фабульный стержень, который остался, это то что местного дурочка пытаются линчевать. Дальше все развилось в историю о следователе. Где-то за три месяца я доработал сценарий. Снимали фильм в течение месяца, из них 11 съемочных дней. Съемки шли через день. В промежутках готовились и репетировали.

– На какой охват аудитории вы рассчитываете?

– Мне кажется, для аудитории это непривычный жанр. Все-таки зритель, вообще, не очень любит мрачные фильмы, и не только в нашей стране. В той же Италии с американскими фильмами могут конкурировать только солнечные комедии. Если там такая проблема, то нашему зрителю это тем более простительно. «Черный, черный человек» со своими особенностями и может не понравиться большой аудитории, и не собрать бюджет, как настоящие коммерческое кино. Это мой пессимистичный прогноз. Но я надеюсь, что хоть какая-то часть аудитории посмотрит картину. Наш зритель достаточно образован, но, возможно, дело в том, что у нас еще не сформировалась культура просмотра авторского кино. Также база кинотеатров, где показывают такие фильмы.

– По Вашим ожиданиям, сколько картина соберет в прокате? Как Вы считаете, она окупится?

– «Ласковое безразличие мира» собрал смешные деньги, около 200 тысяч тенге. Я думаю, «Черный, черный человек» соберет немного больше. Но это мой пессимистичный прогноз. Я не очень верю, что снял картину, которая станет хитом. Зато верю в то, что те зрители, что посмотрят ее, найдут что-то интересное для себя. Оценить окупаемость фильма смогут только дистрибьютеры, но я думаю, даже бюджет в $50 тыс. будет сложно окупить.

– Кинокартина Сергея Дворцевого «Айка» не окупилась, но получила признание на Каннском кинофестивале и считается одним из шедевров мирового кино. Его можно назвать художником, который занимается творчеством. Сейчас режиссер оказался в сложной ситуации. Фильм не стал кассовым, и у него образовались долги. Вы, наверное, знаете об этой ситуации. Насколько важно, чтобы государство поддерживало подобные авторские фильмы?

– То, что делает Дворцевой, это область культурного кинематографа, произведение искусства, которое должно поддерживаться государством, как музеи, балет. Если такое искусство не будет финансироваться государством, то исчезнет. Во всех странах Европы авторские фильмы финансируются государством.

– В Казахстане создан Государственный фонд национального кино. Как вы считаете будет ли это способствовать развитию казахстанского кинематографа? Насколько он будет эффективен? Казахфильм, например, таким назвать нельзя. По данным счетного комитета, больше половины снятых там фильмов не выходят в прокат.

– По аналогии с европейскими фондами, конечно, это должно способствовать развитию. В таких фондах есть комиссия, отчего возникает какой-то плюрализм мнений. Есть рыночная конкуренция прозрачность, а это всегда хорошо. Фонд работает первый год, и результаты уже есть. Составлен определенный список фильмом. Мы точно знаем, кто финансируется и в каких жанрах. Среди них есть авторское и коммерческое кино. И эта первая ласточка меня радует.

Даже на голливудских студиях, примерно половина фильмов и может быть больше, не видит проката. Это нормальный процесс. Какие-то фильмы оказываются не прокатными, какие-то незавершенными и ждут дофинансирования.

– Поделитесь своими планами. Над чем вы сейчас работаете?

– Я готовлю два проекта. Один на частной студии, один на Казахфильме. Надеюсь, что в конце этого года и начале следующего мы их увидим. Они будут отличаться от того, что я делал раньше. Мне кажется нет смысла делать то, что ты уже сделал, надо пробовать новое.

Мария Галушко, Динара Куатова