/img/1920х100.png
/img/tv1.svg
RU KZ
DOW J 24 580,91 Hang Seng 24 266,06
FTSE 100 6 045,69 РТС 1 215,69
KASE 2 403,42 Brent 36,55
Бизнес-омбудсмены Казахстана и Узбекистана подписали соглашение о сотрудничестве

Бизнес-омбудсмены Казахстана и Узбекистана подписали соглашение о сотрудничестве

Документ предусматривает сотрудничество двух стран в вопросах защиты прав предпринимателей и обмена информацией. 

16:37 20 Июнь 2018 4497

Бизнес-омбудсмены Казахстана и Узбекистана подписали соглашение о сотрудничестве

Автор:

Артур Мискарян

Фото: atameken.kz

В рамках форума Национальной палаты предпринимателей РК «Атамекен» «Верховенство закона – гарантия устойчивого развития экономики Казахстана» состоялось подписание соглашения между уполномоченным по защите прав предпринимателей РК Болатом Палымбетовым и уполномоченным при президенте РУ Дилмуродом Касимовым.

Документ предусматривает сотрудничество двух стран в вопросах защиты прав предпринимателей и обмена информацией. Стороны настроены на работу по улучшению делового климата, на защиту прав и законных интересов субъектов предпринимательства, работа будет построена на принципах конструктивности, прозрачности и эффективности их деятельности.

Предусмотрена и консультативно-правовая помощь в правильном применении национального законодательства государств, участие в научно-практических конференциях, семинарах и иных мероприятиях.

«Мы надеемся на дальнейшее эффективное и плодотворное сотрудничество в работе по защите прав предпринимателей.

Для нас одной из основных задач является, чтобы наши предприниматели не оставались со своими проблемами один на один в другой стране», – подчеркнул Болат Палымбетов.

В свою очередь Дилмурод Касимов отметил уже имеющийся хороший трамплин в работе сторон.

«Мы с нашими казахстанскими коллегами задолго до сегодняшней встречи уже осуществляем сотрудничество в области защиты прав бизнес-структур. А сегодня хотим укрепить наше сотрудничество соответствующим соглашением. Международная практика показала, что институт бизнес-омбудсмена является своеобразным мостом между государством и предпринимателями», – считает уполномоченный при президенте Республики Узбекистан.

Напомним, что в прошлом году было подписано соглашение о взаимопомощи и сотрудничестве бизнес-омбудсменов Казахстана и России. Совместными усилиями двух стран уже защищены права нескольких субъектов предпринимательства, как казахстанских, так и российских.

Артур Мискарян

Зимфира Воробьёва: «В карантине из-за стресса алматинцы активно раскупают наши десерты»

Зимфира Воробьёва, владелица десертной мастерской «СладкоЕШЬкин», пожалуй, одна из тех редких счастливиц в среде предпринимателей, у которой бизнес по-прежнему в плюсе. 

15 Июль 2020 08:11 143

Зимфира Воробьёва: «В карантине из-за стресса алматинцы активно раскупают наши десерты»

Удивительно, но, находясь в домашней изоляции, казахстанцы совсем не прочь побаловать себя сладким. И слава Богу. Иначе бы не выстояли, рассказала Зимфира в интервью корреспонденту Inbusiness.kz. Слишком молодой бизнес, слишком рискованная отрасль, слишком качественный продукт. Зимфира практически уникальна сегодня как бизнесвумен не только тем, что в кризисное время сумела сохранить свое дело таким, каким его планировала и начинала, но прежде всего тем, что сумела сохранить оптимизм и веру в свое светлое бизнес-будущее. Чего, увы, сегодня нет уже у большинства представителей МСБ.    

Зимфира, если погуглить в поиске «торты», «кондитерские изделия», от обилия предложений в Алматы просто разбегаются глаза. У Вас очень непростой бизнес и в плане его ведения, и по части конкуренции. Какие преимущества придавали Вам сил, чтобы не бояться и начать?

Начинала я бизнес тогда, когда кондитерский бизнес не был еще так распространен и популярен. Начинала как домашний кондитер, и было это 6,5 года назад. Тогда такой конкуренции не было, как сейчас, и домашние кондитерские только-только начинали зарождаться как вид деятельности. Сегодня – да, это очень развито, можно сказать, даже на пике популярности, повторюсь, конкуренция очень высокая. Но именно благодаря этому – большому спросу и, как следствие, развитию этого бизнеса развиваются и попутные бизнесы, которые помогают нам расти. Это компании, которые привозят очень качественные ингредиенты из Европы, со всего мира. То, что раньше было очень сложно достать, сегодня можно купить чуть ли не в каждом супермаркете. Очень много вариантов упаковок, опять же. Если раньше различные полиграфические комбинаты продавали упаковки большими партиями для больших кондитерских цехов, то сейчас можно штучно купить коробки, никаких проблем и с упаковкой, и с ингредиентами. Да с той же доставкой – «Яндекс.Такси», который создал курьерскую доставку, прекрасно справляется. Конкуренция есть, но есть и возможность работать, расти и развиваться.

Зачастую сегодня кондитерским бизнесом занимаются женщины, которые этому специально не обучались, у них, как правило, совсем стороннее образование, опыт работы в офисах, к примеру. Но однажды они начинают печь и зарабатывать на этом деньги. Какая история у Вас?

У меня история такая: я по образованию журналист, работала на телевидении, потом ушла в декретный отпуск, и, наверное, вот так начинается большинство историй женщин, которые начали заниматься в жизни чем-то своим. Я ушла в декретный отпуск, причем в два отпуска подряд, и во втором мне стало очень скучно. Вы меня поймете, работа журналиста – это всегда активность, я работала в новостях, каждый день новые события, люди, знакомства, истории и так далее. Этот бешеный ритм не давал расслабляться. Мне этого не хватало, приходилось сидеть дома, с детьми, но нужно было чем-то заниматься. И как-то я пришла к этому делу, продала свой первый торт, получила хорошие отзывы, и закрутилось-завертелось. Заработало сарафанное радио, и, в итоге я пришла к тому, к чему пришла. Я самоучка изначально. Благо, сейчас есть Интернет, огромное количество рецептов, я располагала временем, чтобы их отработать, так скажем. Конечно, были ошибки и брак, но все равно я понимала, что это мое. Я находила в этом часть творчества, мне нравилось этим заниматься. В какой-то момент, через года три-четыре, поняла, что мой дом просто завален кондитерским инвентарем. Все шкафы, балконы – все в посуде, миксерах, формах для выпечки, венчиках, коробках для тортов и прочем. Постепенно мой дом стал превращаться в склад, и я поняла, что нужно уже что-то с этим делать. Либо бросать, либо переходить на другой уровень.  

Давайте поймем, насколько сегодня затратно открыть свой кондитерских цех, какой у Вас был стартовый капитал, на что нужно потратиться в первую очередь? «Отбили» ли Вы уже эти средства?

На вопрос, насколько затратно открыть кондитерский цех, мне ответить очень сложно. Это не было так, что я однажды проснулась, решила открыть кондитерский цех, пошла и все закупила. Все это копилось у меня три-четыре года, я постепенно вкладывала в дело, постепенно закупала инвентарь. Первые затраты у меня были на форму для выпечки, венчик и кондитерский шпатель. Постепенно их становилось все больше. Потом был первый планетарный миксер, который стоил, как сейчас помню, 280 тысяч тенге. И для меня, для домашнего кондитера, на тот момент это было серьезным вложением. То есть, когда я уже открывалась и переезжала, у меня фактически все было из необходимых для работы средств. Инвентарь и мелкие траты я отбила уже давно. Если же говорить о покупке недвижимости, то это да, самое крупное вложение. Моя недвижимость под бизнес еще не окупилась и будет еще долго окупаться, но, тем не менее, это собственность, которая, надеюсь, будет расти в цене. Что касается того, на что нужно потратиться в первую очередь, здесь прежде всего нужно понять, есть ли у вас возможность купить свое помещение или это будет аренда. Также очень много средств уходит на технику, оборудование.

Общепит считается одной из самых рискованных сфер для бизнеса. В чем сложности здесь у кондитеров? Можно ли в этом плане ограничиться свежими продуктами и производством выпечки «день в день»? Кстати, остаются ли у Вас непроданные торты и пирожные, что в этом случае делаете с так называемыми отходами производства?

Когда я занималась этим дома, я делала выпечку только на заказ. То есть у меня не было витрины. Мне заказали торт или определенное количество пирожных, я их сделала, отдала, получила за это деньги. У меня не было каких-то остатков. Когда появилась витрина, все стало намного сложнее. Мы, наверное, около года искали свой ассортимент. Витрина – это совсем другое, нужно понимать, что будет ходовым, на что люди обращают внимание прежде всего, заходя в магазин, что очень плохо хранится на витрине и что нужно убрать, чего, наоборот, не хватает в ассортименте. Это такой процесс, который мы познавали методом проб и ошибок, очень долго не могли понять, какой должна быть наша витрина, чтобы у нас раскупали большую часть и чтобы меньше уходило в мусорное ведро, списывалось. Нужно сказать, что торты мы до сих пор делаем только на заказ. Потому что у нас не дешевые десерты, мы не экономим на качестве продуктов, мы работаем на очень качественных ингредиентах. Манго, маракуйю, к примеру, мы заказываем из Франции. К нам фрукты приходят в контейнерах, в составе замороженного пюре. Это стопроцентное пюре, там даже сахара нет в качестве консерванта. И понятно, что такие вещи не стоят дешево. Миндальная мука из Испании, шоколад белый и черный, молочный из Бельгии. Замечательно, что сейчас есть компании, которые все это возят, поставляют. Естественно, себестоимость продуктов очень высокая, соответственно, мы не можем себе позволить не продать такой дорогой торт. Тогда мы будем очень сильно уходить в минус. Именно поэтому торты делаем только на заказ, на витрине у нас не бывает готовых тортов. На витрине – порционные десерты, и здесь тоже все очень здорово, потому что сейчас есть такой чудесный вид десерта, как европейские муссовые десерты. Что это значит? Это десерты, которые готовятся по типу мороженного, жидкими они собираются в форму, замораживаются, а уже потом мы их при необходимости достаем из формы, покрываем глазурью или шоколадным велюром. Это европейские десерты, которые благодаря технологии приготовления позволяют хранить их какое-то время в морозилке. Так что непроданных тортов у нас нет, есть непроданные пирожные с витрины, но их очень мало. Благодаря тому, что мы очень долго пытались понять, что же нужно людям на витрине, мы пришли к тому, что у нас сейчас самый спросовый ассортимент. Какие-то десерты печем день в день, когда требуется максимальная свежесть, другим, напротив, нужно пропитаться, мы делаем их за день. Наши постоянные клиенты наизусть знают нашу выпечку. У каждого десерта есть свои фанаты. У нас очень низкий процент непроданных десертов, ну, а то, что остается, мы забираем себе, я раздаю своим девочкам.   

Зимфира, поделитесь опытом, как нарабатывали свою базу клиентов? Сколько их сегодня? Что важно Вашим заказчикам?

По поводу базы клиентов, хочу сказать, что у нас сейчас примерно 70% витрины, а то и 80% продается через Интернет, в частности, основным каналом наших продаж остается «Инстаграм». Он был, есть и будет, наверное. Когда я создавала аккаунт и нужно было его продвигать, а это было давным-давно, тогда «Инстаграм» только набирал популярность, и я действовала таким методом: просто подписывалась на всех подряд в надежде, что кто-то зайдет ко мне на страницу, посмотрит, ему понравятся мои работы и он останется. Это действительно работало тогда, в то время. И какую-то первую базу не клиентов, а подписчиков, я нарабатывала именно таким способом. «Инстаграм» остается основной площадкой продаж и сейчас. Хотя был негативный опыт участия в гивах так называемых, которые одно время были очень популярны и позволяли раскрутить аккаунты, заработать подписчиков. Я участвовала в нем в первый и, надеюсь, в последний раз. Это не очень хорошо сказывается на бизнесе. На момент проведения гива приходит огромное количество подписчиков, которые вынуждены на тебя подписаться. Когда гив заканчивается, все призы розданы, огромное число подписчиков от тебя уходит, статистика падает, в «Инстаграме» тебя никто не видит, даже твои постоянные подписчики. Соответственно, падает количество заказов. Это что касается Интернета, инстаграм-продаж. А вообще, клиентская база наработана, есть постоянные клиенты, костяк, и самой лучшей рекламой на сегодняшний день остается сарафанное радио. Люди пробуют, людям нравится, они рекомендуют своим друзьям, родным, угощают других людей, и это работает лучше всего, когда идут рекомендации наших клиентов, такой рекламе люди верят и это здорово.

Зимфира, насколько Вы успешный бизнесмен-кондитер? Поговорим о доходности Вашего бизнеса?

Здесь, наверное, смотря с кем себя сравнивать. Честно говоря, я, наверное, больше кондитер, чем бизнесмен. Потому что начинала я это делать не ради прибыли, мне просто нравилось этим заниматься, я находила в этом силы и вдохновение. Когда я, скажем, вышла за рамки дома и превратила это в бизнес, то творчество на этом закончилось. Я уже не могла себе позволить устать, взять паузу, сказать, что у меня творческий кризис и так далее. Это уже машина, которая запущена и которую не остановить. У нас достаточно молодой бизнес, мы открылись всего полтора года назад, даже меньше. Первый год всегда самый сложный, потому что идет становление. Практически все средства, что я зарабатываю сегодня, я вкладываю в бизнес, потому что сейчас важно встать на ноги. Но я считаю, что мы неплохо за этот год себя зарекомендовали, к первой нашей годовщине мы открыли цех. Почему это случилось? Потому что, когда я открывала студию, я планировала, что у нас будут проходить там мастер-классы, что у нас будет зона витрины с парой столиков и кухня, где мы будем проводить мастер-классы. Но в итоге кухня превратилась просто в цех, где мы постоянно производим продукцию, потому что невозможно остановить этот процесс. У нас есть заказы, есть витрина, которую нужно наполнять каждый день, и, соответственно, для мастер-классов не оставалось ни времени, ни места. Потом я поняла, что нужно отделить производство, сделать его отдельным и освободить кухню для проведения мастер-классов. Мы действительно потратили немало денег на ремонт, заказали дизайн, хотели, чтобы все это было красиво, и делали именно для того, чтобы проводить мастер-классы на этой кухне. Так вот, когда мы отделили цех и, казалось бы, теперь можно начать заниматься мастер-классами, как началась пандемия.

Вот эту тему мы с Вами не можем не затронуть. Коронавирус внес настоящий хаос в жизни казахстанцев и всего мира. Бизнес с трудом держит удар. Как чувствует себя Ваш бизнес? Как пережили весеннее ЧП и как работаете сегодня? Какие последствия, если учесть, что казахстанцам сегодня далеко не до выпечки?

Первые последствия, как я уже сказала, это то, что из-за разгара коронавируса остановились мастер-классы, не успев начаться. Буквально удалось провести один-два мастер-класса, и все на этом. Но я хочу сказать, что во время пандемии закрыта была студия, а наш цех продолжал работать. Мы не пострадали. Видимо, все-таки не зря говорят, что сладкое – это эндорфины. Люди сидели дома, находились в состоянии стресса, им нужно было как-то поднимать себе настроение. Поэтому с заказами у нас все было хорошо, именно в период карантина весеннего, когда не было жары. Мы хорошо отработали, жаловаться не буду, нас пандемия не коснулась. Естественно, мы соблюдали все меры безопасности, и в цех не было допуска ни у кого, кроме моих сотрудниц. А как сейчас дела обстоят – трудно оценивать. Началась вторая волна карантина, к тому же жара, пока не могу сказать, что люди много заказывают сладкого. Посмотрим.

Как оцениваете меры по поддержке бизнеса, предпринятые государством? Насколько они действенны в отношении Вашего цеха?

Я даже не знаю, как ответить на этот вопрос. Честно говоря, я никакой помощи, никаких мер не получила, не ощутила. Единственное, что должны быть какие-то послабления по части налогов, обещают вообще отменить на три года, но пока рано об этом говорить. Нужно подождать и посмотреть – будут ли действительно эти послабления.

И, тем не менее, хочу спросить о Вашем настроении. Насколько Вы оптимистичны? Наверняка, читаете аналитику экспертов, которые утверждают, что для восстановления бизнеса теперь может понадобиться много лет. Готовы ли Вы бороться за свое дело? Есть ли у Вас антикризисный план?  

В целом я настроена оптимистично. Сфера пищевого производства – это одна из тех сфер, которые не сильно пострадают в период пандемии. Я сейчас не говорю о ресторанах, которые вынуждены закрываться и работать только на доставку. Нас кризис пока сильно не коснулся, не ударил по нам. И вообще, ведь очень много отраслей, которые, напротив, развиваются в такие периоды. Я не знаю, как будет дальше, сколько это продлится, но я очень надеюсь, что мы выживем и что все у нас будет хорошо.

Спасибо за беседу, Зимфира. Успехов Вам!

Мадина Ерик 


Подпишитесь на наш канал Telegram!

Переживет ли бизнес «второй карантин»?

Телемарафон «Бизнес & государство» в прямом эфире ATAMEKEN BUSINESS.

10 Июль 2020 08:05 2879

Переживет ли бизнес «второй карантин»?

Фото: Максим Морозов

С 5 июля в Казахстане начали действовать очередные ограничительные меры, которые должны препятствовать распространению Covid-19.

Ограничения ввели пока на 14 дней. Как пояснил министр здравоохранения Алексей Цой, эффект будет виден ближе ко второй неделе или сразу после, и тогда станет понятно, сохранят ограничения в нынешнем виде или ужесточат. В таких условиях какой-то бизнес получил возможность работать, какой-то оказался закрытым. Переживет ли МСБ «второй карантин»?

Карантин – очередной, вопросы – прежние

«С 5 июля введен запрет на деятельность ТРЦ, торговых домов, развлекательных заведений. Сильно «подрезана» сфера услуг – SPA, фитнес-центры, бассейны. Это все МСБ. С какими вопросами к вам обращаются предприниматели?» – ведущий Данил Москаленко предложил управляющему директору – директору департамента правовой защиты предпринимателей НПП «Атамекен» Шынгысу Темиру начать дискуссию.

«Вопросы, по сути, все те же. Самый главный – сколько продлится нынешний карантин. Люди надеются, что через неделю смогут возобновить работу, но готовятся к худшему – к продлению запрета. Бизнес волнует вопрос компенсаций за время простоя, прежде всего – кредитных. Причем нужна не только отсрочка платежей по банковским займам, но и, может быть, пролонгация договора для снижения ежемесячной нагрузки», – говорит спикер.

По его словам, все таким же актуальным остается вопрос арендной платы за коммерческую недвижимость. И если по госимуществу есть возможность волевым решением государства освободить бизнес из пострадавших отраслей от уплаты, то в отношении В2В ситуация намного сложнее.

«Нацпалата на своих площадках в регионах собирает арендодателей и арендаторов и пытается найти решение. Но если в период ЧП у арендодателей еще был запас прочности и они шли арендаторам навстречу, то сейчас такой возможности не осталось, потому что нужно погашать кредиты, оплачивать коммунальные услуги, платить зарплаты своим работникам», – рассказывает Шынгыс Темир.

Компенсация, по его словам, нужна и работникам – за потерю дохода. «В период ЧП – надо отдать должное государству – оно приняло непростое решение и выплачивало соцпособие. Были шероховатости, безусловно. Но пострадавшим отраслям нужна компенсация. Председатель правления «Атамекена» Аблай Мырзахметов и бизнес-омбудсмен Рустам Журсунов ранее говорили об этом. Это логично: не даешь работать – выплачивай компенсацию. Кроме того, мы также говорим о том, что сумму 42500 тенге необходимо индексировать и вложить в нее расходы, в том числе на средства индивидуальной защиты», – говорит представитель Нацпалаты.

Бизнес становится нерентабельным

«Локдаун вас затронул?» – обратился ведущий к предпринимателю из Актобе Николаю Чабаненко.

«Очень сильно. Один из наших бизнесов – гостиничный, и в настоящее время он полностью парализован: нет клиентов. Мы были вынуждены законсервировать объект, потому что поддерживать его и платить коммуналку нереально, мы просто разоримся», – рассказал участник телемарафона.

Второй актив в портфеле – торговый комплекс. «Он построен на кредитные средства. На период ЧП банки предоставили нам отсрочку. Но почему-то очень странная картина: мы бизнес и терпим убытки, банк – тоже бизнес, но он убытки не терпит. Это не правильно. Если предоставляется отсрочка, то и проценты не должны начисляться», – уверен предприниматель.

Он рассказывает, что в ресторанном бизнесе пришлось сократить примерно 60% сотрудников. «Существующие карантинные нормы – 30 посадочных мест – не позволяют покрыть затраты. Речь идет только о летнике. Но нужно платить коммуналку и зарплаты, и к тому же цены на продукты питания подскочили. Бизнес становится нерентабельным. Сейчас работает только одно подразделение на доставку, но и то, только для того, чтобы сохранить костяк коллектива.

«Мне не понятно, как мы будем платить проценты. У нас нет госзаказов. Мы работаем в сегментах В2В и В2С. Сейчас бизнес в Актобе практически полностью парализован, все нефтяные компании стоят, ничего не происходит, все работают удаленно. Наша гостиница полностью заморожена. Работает один человек и сантехник с электриком, мы несем дополнительные расходы на службу безопасности. Находимся в режиме выживания. То же самое – по торговому центру», – описывает положение дел Николай Чабаненко.

Поддержка, которую предприниматель ждет от государства, это, во-первых, минимальный пакет «42500» на содержание сотрудников, отправленных в отпуска без содержания (хотя эта сумма «не соответствует рыночной ситуации, и если в семье кто-то, не дай бог, заболеет, то этих денег не хватит даже на закупку лекарств»).

Во-вторых, нужна не просто отсрочка по платежам, а чтобы банки не начисляли за этот период проценты. Это, как считает собеседник, особенно чувствительно при больших суммах платежей (например, его выплаты по кредиту по торговому центру составляют 26 млн тенге в месяц, и взять такие деньги сейчас ему негде).

Различия в постановлениях тормозят бизнес

«Много предпринимателей в такой ситуации?» – обратился Данил Москаленко к директору Палаты предпринимателей Актюбинской области Анар Даржановой.

Прежде всего, она заметила, что торговый дом, которым руководит Николай Николаевич, одним из первых в регионе предоставил скидку арендаторам, и достаточно большую – 70%. И то, о чем говорил предприниматель, – это по ее словам «средний градус» по региону.

Бизнес региона, говорит Анар Даржанова, столкнулся с такой проблемой: постановления главного государственного санврача Актюбинской области и главного государственного санврача республики «по основным позициям в корне отличаются».

Например, если на уровне республики разрешено работать непродовольственным магазинам площадью до 500 кв. м, то в регионе не работают все магазины. Если главный санитарный врач республики разрешает объектам общепита размещать 30 посадочных мест внутри помещения и снаружи количество посадочных мест не регламентируется, то в случае Актюбинской области количество мест и внутри помещения, и под открытым небом не должно превышать 30.

«В этом нет логики. Наш главный санврач ссылается на ситуацию в регионе. Но в таком случае пусть оговаривают, что у нас ситуация хуже, чем по республике, пусть доводы приводят», – рассказывает участница эфира. По ее словам, уже неделю после введение в действие этого постановления сотрудники региональной палаты сидят на телефоне и отвечают на звонки предпринимателей, в том числе тех, у кого объекты питания и непродовольственные магазины (их в регионе более 2 тыс.).

«Это все (расхождения в ограничительных мерах. – Ред.) становится серьезным сдерживающим фактором для бизнеса. Это подрывает доверие. Правила должны быть понятными. Мы просим, чтобы внесли изменения в постановление и привели его в соответствие с республиканским», – говорит Анар Даржанова.

Налоговые проверки идут вместе с карантином

Перечисляя меры, которые помогли бы бизнесу пережить карантинные ограничения, Николай Чабаненко указывал на прекращение всех налоговых проверок. «Одно из наших предприятий простаивает, но по параметрам оно было отнесено к среднему бизнесу. Мы получили предписание и готовимся к налоговой проверке. Нам объяснили это так: малый и микробизнес не проверяем, вы – средний, и это плановая проверка. В настоящий время она приостановлена только из-за того, что руководитель находится на больничном. Но она не отменена и не перенесена по срокам», – говорит предприниматель.

Президент Ассоциации предпринимателей и бухгалтеров Казахстана Дмитрий Казанцев поясняет, что, действительно, тех, кто попал в список налоговых проверок, будут проверять, несмотря на сложную ситуацию в стране.

«У нас действует мораторий на проверки микро- и малого бизнеса, который ввели на три года, и буквально неделю назад министр нацэкономики Руслан Даленов сказал, что, вне зависимости от всех видов деятельности, до конца года прекратить все проверки, за исключением тех, которые начались. Видимо, проверка у Николая Чабаненко началась и поэтому ее не отменяют. Но это абсурдно. Получается, какой-то бизнес посчитали пострадавшим, и его не проверяют, а какой-то – если уж начали проверять, значит, будут проверять. Нет никакой логики в таких действиях», – комментирует эксперт.

На предложение ведущего эфира дать рекомендации в этой ситуации предпринимателям, он говорит, что конкретных рекомендаций нет и рецепт только один: «Выживать самим и ни на кого не надеяться».

О скорости принятия решений

Дмитрий Казанцев заметил, что, на его взгляд, сейчас такое время, когда решения должны приниматься моментально, а не затягиваться на месяцы.

«Вы знаете, как работает система. Это страшнейшая бюрократия. На заключительном заседании Госкомиссии по ЧП 11 мая президент сказал, что чрезвычайное положение нужно признать форс-мажором. Закон подписан только на прошлой неделе. То есть прошло два месяца. Система так работает», – комментирует Шынгыс Темир.

По его словам, Нацпалата дает свои предложения в правительство, проводит опросы предпринимателей. «Срез по бизнесу мы видим, но решить каждый вопрос моментально невозможно. В этой ситуации ни у кого нет готовых рецептов, правительство само растерялось», – добавляет он.

Представитель НПП предложил Дмитрию Казанцеву «заняться этим вопросом вместе». «Вы же объезжаете регионы, предпринимателям на пальцах разъясняете эти вопросы, очень большую работу проводите. Давайте кооперироваться. Если у вас есть предложения, вы можете площадку Нацпалаты использовать, чтобы продвигать их», – обратился он к эксперту.

Дмитрий Казанцев согласился с тем, что вопрос скорости принятия решений нужно адресовать прежде всего министрам. «В том же выступлении 11 мая президент конкретно дал понять, что старые схемы, по которым мы работали раньше, бюрократия, какие-то заседания, миллион рабочих групп, которые ничего не делают, – все это должно прекратиться. Два месяца утверждать озвученное решение – это, получается, невозможность наших госорганов в момент стресса принимать адекватные и быстрые решения», – говорит он.

Спикер считает, что необходимо сначала прорабатывать правила, распределять роли и ответственность между госорганами, а потом вводить такие меры, как карантин или локдаун.

На его взгляд, ужесточать меры можно, вводить штрафы за несоблюдение масочного режима, но при этом дать всем работать. «Как люди могут без работы выживать? А у нас так: штрафовать – будем, но также – не работайте. Бизнес, я считаю, должен работать, но со строгим соблюдением санитарных требований. По сути, все, что сегодня нужно, – это повсеместное использование масок, соблюдение социальной дистанции и санитайзеры для того, чтобы обрабатывать руки. Вот три вещи нужны, за несоблюдение надо штрафовать и всем работать», – уверен Дмитрий Казанцев.

Камеры против нарушений

«С пятницы мы проводим ВКС-совещания с минздравом и представителями различных отраслей, обсуждаем возможности исполнения бизнесом требований – что реально, что нет. Если у бизнеса есть вопрос, например, к тем же бактерицидым лампам, зачем они нужны, то минздрав объясняет их эффективность, и мы предлагаем не предъявлять требование по их применению к малому бизнесу, потому что расходы большие, и оставить его только для среднего и крупного. Минздрав адекватно реагирует на все предложения, эти вопросы мы рассматриваем», – рассказывает Шынгыс Темир.

По поводу штрафов он говорит, что в период ЧП применялась другая статья Кодекса РК об административных правонарушениях – 476 («Нарушение режима чрезвычайного положения». – Ред.). «Были случаи, когда предпринимателей арестовывали за то, что работники снимали маски во время работы, покупатели заходили в магазин без маски. Это беспредел, на наш взгляд. Сейчас применяется статья 425 КоАП («Нарушение требований законодательства в области санитарно-эпидемиологического благополучия населения, а также гигиенических нормативов. – Ред.). Палата была против, для малого бизнеса штрафы выросли до 230 МРП, для физлиц – до 30 МРП. Это очень большие суммы», – говорит Шынгыс Темир.

Он рассказывает, что палата сейчас рассматривает возможность цифрового мониторинга соблюдения санитарных требований. «Может быть, будут применяться камеры для подсчета количества людей, находящихся в помещении, и проверки, надели ли они маски. Если максимальное количество людей превышено, то предпринимателю дается сигнал, и пока люди не выйдут, новые посетители зайти не смогут. И тогда проверяющим группам не нужно будет ходить по объектам, и мы очень сильно сэкономим ресурсы», – делится планами спикер.

Первый этап выдержали, второй – болезненный

Еще одним участником эфира стал генеральный директор ТОО «ПСП Серик» Серик Мергалиев. Уральский предприниматель, владеющий торговыми центрами, ресторанным и гостиничным бизнесом, был гостем телемарафона в середине апреля и рассказывал тогда о том, что его бизнес понес «более чем серьезные убытки». Его позиция такова: арендодатель должен бережно относиться к арендаторам, потому что не сможет без них выжить, и государство точно так же должно относиться к бизнесу. Сам предприниматель на период действия карантина освободил своих арендаторов от платы за торговые помещения. «На месяц-полтора-два мы можем это сделать, но дальше будет труднее: у нас есть коммунальные расходы, мы платим подрядным компаниям за работу – за клининг, охрану и т.д. Почти ничего не получаем, и пока обходимся старыми накоплениями», – рассказывал он тогда.

«Первый этап карантина мы выдержали, но второй этап будет для нас очень болезненным. Все, о чем сейчас говорили, коснулось и нас. Мы работаем в том секторе экономики, который очень сильно пострадал. У нас поступлений практически нет. И сейчас наметилась тенденция: многие арендаторы, которые долгое время ждали, чтобы разместиться в нашем торговом центре, просто массово съезжают. Им нужно платить нам минимальные ставки, в пределах 10-15% (от суммы арендной платы. – Ред.), потому что мы тоже имеем расходы – содержим торговые центры, обеспечиваем персонал средствами защиты. Затраты увеличились, а доходов нет», – поясняет предприниматель.

Он так же, как и в прошлый раз, говорит о необходимости снижения налоговой нагрузки. Прежде всего – по налогу на недвижимость и не на месяц-два, а на длительный период, на который бизнесу можно рассчитывать.

«Мы еще не знаем, сколько продлится этот карантин. На предыдущем телемарафоне мы оптимистично заявляли, что выдержим, что с арендаторов брать ничего не будем. Но на этот раз нам самим нужно выживать. К тому же у нас есть несколько инвестиционных проектов, которые необходимо закончить, это наши обязательства перед партнерами и они сейчас встают под угрозу. Вряд ли мы сможем вовремя закончить проекты», – делится Серик Мергалиев.

Налоги с ФОТ: нужно освободить всех

«Многие бизнес-ассоциации выдвигают государству предложения по поддержке бизнеса, одно из них – освобождение от налогов с ФОТ для всего бизнеса, а не для выделенных категорий (29 видов деятельности), и не на шесть месяцев, а до конца года. Эта мера действует до 1 октября и, значит, сентябрьские налоги уже надо будет уплачивать. Время летит очень быстро, поэтому надо этим вопросом озадачиться сейчас», – считает Дмитрий Казанцев.

Разные ассоциации, по его словам, предлагают освобождение от КПН и НДС. «У нас те, кто работает на упрощенном режиме, освобождены от налогов на три года, это было решено еще до нового года. Во время ЧП принято решение, что ИП, работающие на общеустановленном режиме, тоже освобождаются от налога в 10% от чистого дохода. Но ТОО, работающие на общеустановленном режиме, почему-то от налогов не освободили. Многие ассоциации предлагают ТОО также дать такое послабление до конца года», – говорит спикер.

И добавляет: «У меня все меньше веры в то, что в сентябре-октябре все это закончится. Меры поддержки необходимо вводить до конца года».

Для кого-то «режим ЧП» все еще длится

«Действительно, по ФОТ было очень странное разделение, было много вопросов по определению пострадавших отраслей, и не все отрасли вошли в список. Плюс разбивка идет по ОКЭДам, но есть смежные ОКЭДы, где бизнес тоже пострадал, но они лишились возможности воспользоваться этой мерой. Такие обращения к нам поступают, мы их отрабатываем», – продолжил тему Шынгыс Темир.

Кроме того, по словам представителя Нацпалаты, для малого бизнеса освобождение по фонду оплаты труда было на шесть месяцев, для крупного – только на три.

«Поддерживаем предложение охватить этой мерой весь бизнес и продлить ее действие, возможно, на целый год. То же – по налогу на имущество. От его уплаты освободили определенные категории, но это капля в море», – говорит спикер.

Он рассказывает, что НПП работает над общим пакетом предложений и периодически направляет его в минфин и миннацэкономики. «Наше руководство совместно с правительством принимает участие в Госкомиссии. Нам говорят: вы же понимаете, что всех освободить от налогов нельзя. Мы предлагаем: давайте сделаем это правильно, проведем корректный анализ, кто пострадал, и расширим меры поддержки», – говорит спикер.

Он считает, что необходимо расширить список оснований для признания обстоятельств форс-мажором. «Режим ЧП закончился. Но сейчас ситуация для отдельных отраслей, по сути, мало чем отличается от ЧП. Некоторые бизнесы как 16 марта прекратили работу, так до сих пор и не работают. Например кинотеатры, банкетные залы. Первый вице-премьер поддержал позицию, что карантин, локдаун, ограничительные меры надо отнести к форс-мажору, а не только ЧП. Но пока включили только ЧП», – говорит Шынгыс Темир.

И в заключение делает ремарку: признание обстоятельств форс-мажором не означает освобождение от исполнения обязательств, только – от штрафных санкций. Допускается отсрочка исполнения обязательств и контрагент может расторгнуть договор, чтобы найти другого партнера.

«Бизнес & государство» – совместный проект телеканала ATAMEKEN BUSINESS и НПП «Атамекен». К обсуждению актуальных проблем приглашаются представители различных отраслей бизнеса, Нацпалаты, госорганов. Проект выходит в эфир с апреля.

Елена Тумашова


Подпишитесь на наш канал Telegram!