Быть публичной личностью – это ответственность и, честно говоря, ноша – Асель Кожакова

7888

Руководитель коммуникационного агентства и PR-специалист в интервью inbusiness.kz рассказала о тонкостях ведения частного бизнеса.

Быть публичной личностью – это ответственность и, честно говоря, ноша – Асель Кожакова

Асель, сколько лет Вы проработали приглашенным специалистом и сколько в собственном бизнесе? В чем коренные отличия, ведь и в том, и в другом случае Вы работали на руководящих позициях и несли ответственность?

– Я 17 лет проработала в корпоративном секторе как наемный менеджер, занималась маркетингом и PR. На протяжении последних четырех лет веду собственный бизнес. Когда вы работаете наемным сотрудником, перед вами стоят задачи, связанные только с должностными инструкциями. Как только вы переходите в плоскость своего бизнеса, в ваши обязанности входит все, что делает генеральный директор, включая юридическую ответственность перед всеми стейкхолдерами: сотрудниками – в части выплаты зарплат и организации продаж, налоговыми органами – в части оплаты налогов, клиентами, с которыми связывают юридически договорные обязательства и непосредственно ведение бизнеса.

Когда я ушла в свой бизнес, думала так: я знаю маркетинг и PR и буду этим заниматься. Оказалось, что быть наемным менеджером и собственником бизнеса – это две принципиально разные вещи. Помимо знаний в своей индустрии, необходимо разбираться в смежных отраслях. До этого я не занималась бухгалтерией и не знала, сколько налогов платит работодатель. Мне казалось, достаточно нанять бухгалтера, и он сделает всю работу. Сейчас я понимаю, что ты вынужден знать бухгалтерию, финансы, всю логистику – административную часть, как юрист, понимать, когда подписываешь договор, какие будешь нести юридические риски в случае возникновения проблем. Не обязательно делать все самому, но необходимо понимать процессы.  

Какие цели ставили, открывая свое агентство?

– Я хотела работать фрилансером. Мне казалось, это классно: тебя приглашают, а ты хочешь – работаешь, хочешь – нет. Оказалось, это не работает. Я поняла, если хочу работать с серьезными клиентами, необходимо растить команду, потому что мой бизнес – это в первую очередь люди. Насколько они квалифицированные специалисты – настолько успешен бизнес. Цель была доказать себе, что я могу вести бизнес. Работая в корпорациях, я думала, как могу учить людей, не построив ни одной компании? Я решила: если у меня не получится в бизнесе, всегда смогу вернуться в корпоративный мир, но попробовать можно. Сначала был сильный стресс, в первый год работы своей компании я похудела на 10 кг. Но потом перестала включать эмоции, поняла, что иначе меня надолго не хватит.

Как меняются запросы клиентов?

– Запросы клиентов меняются в зависимости от роста компаний. Условно в первые три года стоят задачи получить прибыль и вернуть вложения. После этого периода – возраст 5-10 лет – у компаний начинаются вопросы роста: я заработал, что дальше? Встают вопросы масштабирования бизнеса, поиска смыслов, развития сотрудников, мотивации, пользы обществу. Казахстан – молодая страна, у нас самому зрелому бизнесу – 25 лет. В настоящее время они выросли, стали матерыми, и сейчас у них поиск смыслов, которые заключаются в открытии корпоративных университетов, повышении квалификации сотрудников. Мы видим, что компании обратились внутрь. Если раньше компании позиционировали себя наружу: у нас отличный продукт или услуги, то сейчас они ищут смысл внутри компании: как развивать дальше бизнес и мотивировать сотрудников расти.

Насколько прибылен ваш бизнес?

– В нашей команде работает 10 человек. Проекты, которые мы делаем, не самые последние в стране, мы получили множество профессиональных наград. Мы покрываем свои затраты и немного зарабатываем. Если бы мы не были прибыльны, мы бы закрылись.

Вы участвуете в госзаказах?

– Да, мы участвуем в тендерах. Не всегда выигрываем. Но я больше люблю работать с бизнесом, они в чем-то тоже нас учат, у них выстроены процессы, в которые интересно погружаться.  

Насколько конкурентно ваше поле деятельности?

– В столице пять-шесть ярких компаний, которых я считаю конкурентами. Мы друг друга знаем, поскольку у нас маленький рынок, в некоторых проектах мы даже можем объединяться.

Как Вы говорите, у нас маленький рынок, в том случае если услуги оказываются на одинаково высоком уровне, значит, клиенты идут на личность, возглавляющую компанию?

– Поскольку это коммуникационные услуги, безусловно, бизнес или частные организации идут на личность. Для участия в государственном тендере, если чего-то не хватает в портфолио, его не выиграешь, независимо от того, кто возглавляет компанию. Мы часто участвуем в тендерах международных компаний, там не просто подаешь коммерческое предложение, а пишешь стратегию. Сейчас мы участвуем в международном тендере и четвертый месяц готовим презентации. Например, когда участвовали в тендере на EXPO 2017 со странами-участницами, мы выиграли коммуникационное сопровождение французского павильона. Французы проводили тендер за год до проведения выставки, в числе требований значилось приложить договор аренды помещения, в котором располагается наш офис, с указанием, сколько квадратных метров приходится на каждого сотрудника, чтобы они себя комфортно чувствовали.

Как Вы относитесь к публичности?

– Это дело каждого. У меня закрытый профиль в "Инстаграме", я не люблю публичности, потому что я пиарщик, а не блогер, это принципиально разные вещи. Я не афиширую свою личную жизнь, не выкладываю фото детей в открытом доступе. Что касается профессиональных связей, я активно участвую в различных форумах, моя задача – чтобы меня знали с профессиональной стороны, и я думаю, что знают. Я против так называемого построения личного бренда в социальных сетях. Это мое личное мнение.

Если вы популярны, то должны понимать, что несете ответственность, необходимо высказываться по поводу важных событий в стране, должна быть гражданская позиция. Если заявили эту линию, необходимо вести ее дальше. Вы не можете быть республиканцем и демократом одновременно, надо быть готовым к критике, к открытой личной жизни, негативу в социальных сетях. Это не просто красивые фото в "Инстаграме" – это ответственность и, честно говоря, ноша.

В медийном поле мы четко различаем понятия "блогер", "общественный деятель", "лидер мнений", "журналист". Это разные роли. Не бывает блогера, журналиста и пиарщика в одном лице. Это совершенно разные профессии. Я всегда говорю: я не блогер. Блогер пишет на популярные темы, он не всегда журналист, он может быть общественником, но не может быть пиарщиком, потому что не может постоянно рассказывать о своих проектах, тогда он становится блогером. Пиарщик не рассказывает о том, что он ведет этот проект, его не видно. За него говорят его дела – резонанс, общественное мнение, он его формирует, но не выставляет себя. Это принципиальное отличие.

Если бы Вам предложили зарплату, аналогичную доходам компании, Вы бы вернулись в корпоративный сектор?

– Не вернулась. Вопрос уже не в деньгах. Сейчас я сама себе хозяйка в том плане, что я хочу что-либо сделать и делаю. Бизнес – это огромные возможности. Мне никто не говорит, что делать, я сама определяю свой круг. У меня есть крутые партнеры, единомышленники. Когда ты попробовал вести бизнес и он успешен, тяжело и незачем возвращаться. Намного интереснее строить что-то свое.

Мы с друзьями-предпринимателями понимаем, что бизнесу надо объединяться. Когда я сижу одна в офисе, мне становится страшно: продажи не идут, бывало, в январе-феврале мы ничего не зарабатывали. У нас сезонный бизнес, мы должны сейчас заработать, чтобы содержать офис с января по март. А когда ты общаешься с другими предпринимателями, ты понимаешь, что те или иные проблемы, связанные с сезонностью, продажами, есть во всех компаниях. Мы общаемся, ищем смысл в бизнесе, придумываем решения. Работа с единомышленниками – это круто. Поэтому в октябре мы проводим выездное мероприятие – Travel Business Week в Стамбуле, собираем собственников бизнеса, чтобы обсудить текущие тренды, какие необходимо предпринять усилия, чтобы выйти на новый уровень. Регистрация на мероприятие открыта, мы приглашаем казахстанский бизнес принять в нем активное участие. 

Вы поддерживаете мнение, что, для того чтобы начать бизнес, нужны деньги?  

– Не поддерживаю. У людей, которые приходят в бизнес, есть три проблемы – финансы, знания в своей индустрии и навыки ведения бизнеса. В бизнес приходят люди, которые не боятся, у них есть навыки и целый пласт знаний не только своего продукта. Бизнесмен – это человек, который находится на стыке индустрий, поэтому, если у человека есть навык предпринимательства, то ему и деньги не нужны, он найдет, где взять кредит, как договориться с инвесторами, он сможет раскачать этот маховик. Ведь бизнес – это не панацея, в бизнес идут те, у кого есть навыки и страшное желание изменить что-то, но не ради денег.

По Вашему мнению, какие ниши в Казахстане свободны?

– Услуги. Любые сферы услуг, доставка, то, что требует человеческого труда – количество людей, масштабирование и так далее. Производство у нас еще дорогое и требует высоких инвестиций. Если говорить о том, что можно начать с нуля, – это сфера услуг. Я думаю, не надо выдумывать суперинновационный продукт, нужно оглянуться и посмотреть, чего не хватает в обычной жизни. Например, работающим родителям сложно отвезти и забрать ребенка со школы, можно заняться развозкой детей по адресам. Я считаю, что уникальный продукт можно создать, однако лучше сделать продукт, который уже есть на рынке, но сделать его лучше. Сейчас очень модно IT-направление, но надо понимать, что это продукт, который требует вовлечения большого количества пользователей, а у нас оно ограниченное, поэтому надо смотреть на смежные рынки. Сейчас идет борьба за пространство на телефонах, у вас есть несколько гигабайт памяти, и вы думаете установить игрушку или приложение банка, в котором оплачиваете кредит. По статистике, порядка 90% приложений удаляется, после того как пользователь открыл его один раз.  

Несмотря на то, что у нас есть сложности с курсом тенге, с кадрами, пообщавшись с женщинами из разных стран, я поняла, что у нас очень крутые меры государственной поддержки бизнеса. Другой вопрос – не все ее получают, не все о ней знают. Если сравнить налоговую нагрузку, то в США она составляет порядка 40%. Нельзя сравнивать Казахстан с развитыми странами, в которых бизнес развивается столетиями. Надо сравнивать сравнимые вещи – не велосипед и машину, а новую модель велосипеда с предыдущей, тогда прогресс налицо.

Майра Медеубаева