/img/tv1.svg
RU KZ
DOW J 29 166,03 KASE 2 288,20
Hang Seng 27 949,64 РТС 1 600,34
FTSE 100 7 616,83 Золото 1 560,00
Чудодейственные мадонны Эдуарда Казаряна

Чудодейственные мадонны Эдуарда Казаряна

Работы алматинского скульптора Эдуарда Казаряна мистическим образом помогают семьям, мечтающим о ребенке.

06 Июнь 2017 15:20 4979

Чудодейственные мадонны Эдуарда Казаряна

Автор: Влада Гук Фото: Ксения Татаринова

Новости

Все новости

В столичной галерее искусств «Хас Санат» открылась персональная выставка Эдуарда Казаряна «Планы на вечер». Скульптор известен как монументалист, работает с металлом, керамикой и гобеленом, порой обращается к графике и живописи. Его новая выставка «Планы на вечер» состоит из 54 работ. В основном это бронзовая интерьерная скульптура.

Искусствовед Ардак Юсупова считает, что выставка «Планы на вечер» – некая новая отправная точка в творчестве скульптора.

«Вообще, тем в скульптуре немного, и прежде всего это тело – человека или животного. Но даже в таком небольшом разбросе Эдуард Казарян умудряется найти множество вариантов для воплощения идей, обращаясь к разным сюжетам. Это отсылы к библейским сюжетам, темы рождения, семьи. Они выражены узнаваемым языком. Но новые работы, выполненные в 2016-2017 годах, несут совершенно другой заряд. Они более лаконичны, очень избирательны в деталях и демонстрируют умение художника самыми малыми средствами выразить самые сложные идеи. Современные художники учатся этому на примере архаических периодов, когда люди обладали очень простыми возможностями и, тем не менее, могли говорить о вселенских смыслах», – уточнила она.

Мадонна с младенцем – один из центральных образов в творчестве Казаряна, к которому он возвращается снова и снова. На этой выставке также представлено множество мадонн и женщин, таящих в своем чреве новую жизнь.

«Это уже третья персональная выставка Эдуарда Казаряна в нашей галерее. На прошлой его выставке тоже были женские образы, в том числе образ женщины, ожидающей ребенка. Не знаю, в чем тут секрет: мистика, магия, эффект плацебо, но, когда женщины, которые хотели родить мальчика или девочку, приобретали эти скульптуры, у них рождались дети именно такого пола, как они мечтали. Я даже прямо стала говорить: «Хотите – купите, и все получится!» – поделилась директор галереи «Хас Санат» Жанна Есенбаева.

Сам автор знает, что его скульптуры используются в качестве талисманов и помогают рожать детей.

«Жанна рассказала про Астану, но и в Алматы об этом существует достаточно устойчивая легенда...  Бывает, что мои работы дарят людям, которые хотят прибавления в семействе. Может, это звучит смешно. Но когда у кого-то в семье получается так один, второй, третий раз, то люди уже начинают относиться к этой легенде очень серьезно, намного серьезнее, чем я сам. Но я верю, что искусство – это сильная энергия. Когда вещь, созданная с таким посылом, находится рядом с вами, это оказывает определенное влияние», – прокомментировал он abctv.kz.

Нам удалось задать Эдуарду Казаряну вопросы, чем мы и воспользовались.

– Эдуард, а Вы чувствуете эту энергию, когда работаете?

– Человек всегда стремился изобрести вечный двигатель, но, честно говоря, я считаю, что такой двигатель уже давно существует, это искусство. С годами произведение искусства только набирает энергию: от общения с людьми, от взаимодействия со временем.

– А Вам самому работа дает энергию или отбирает?

– Сам процесс, конечно, забирает много сил. Но когда ты видишь результат, когда вещь у тебя получается – это возвращает силы многократно и дает резерв для новых работ.

– Ваша новая выставка довольно камерная. Вам все еще хочется заниматься ленд-артом, делать монументальные проекты?

– У меня был период, когда, продолжая делать интерьерные вещи, я сделал ряд произведений большого формата – 18, 30 метров. Это тоже важно для художника – видеть, как его вещи держат пространство города. Многие из небольших скульптур, которые вы видите сегодня в галерее, я планирую в ближайшее время сделать экстерьерными, в большом размере. Например, пять или шесть работ из серии «Весна», выставленных здесь. Я хочу добавить к ним кинетические элементы, которые будут двигаться либо от ветра, либо от прикосновения, либо от электричества.

– Монументальную скульптуру, наверное, возможно делать только по заказу? Ведь нужно огромное количество материала, а у Вас это бронза.

– То, что задумал, я сделаю в любом случае. Если удастся привлечь внешнее финансирование, это мне, безусловно, поможет. Но многие вещи я делаю на свои деньги. Конечно, не тридцатиметровые скульптуры, но метров по пять-семь.

– А потом они уходят к коллекционерам?

– Всякое бывает. Некоторые вещи до сих пор мне принадлежат, некоторые – в коллекциях. Некоторые до сих пор мои, но выставлены где-то... Как работа находит своего коллекционера – это отдельная тема. Этого может не произойти за всю твою жизнь, а потом в один момент работа «выстрелит».

– На этом этапе творчества Вы чувствуете себя свободным? Делаете то, что хотите, или в какой-то мере зависите от заказчиков, от покупателей?

– Мне в этом смысле, слава богу, практически всегда везет: я нахожу людей, которые мне доверяют. Даже когда я делаю большие вещи, в которых участвует заказчик, то, как правило, мою линию никто не сдвигает. Может быть, я умею дипломатично отстаивать свои идеи или мне везет на людей. Но я очень редко берусь или даже никогда не берусь делать вещи, которые не стоило бы делать.

– А с государством работаете?

– Да, работаю и с государством. Например, тот же Astana Art Fest, который открывается на днях, это практически государственный проект.

– С чем Вы участвуете в Astana Art Fest 2017?

– Я представляю две масштабные работы: экологическую скульптуру в стиле контэмпорэри «Восход» и пространственную кинетическую композицию «Степные пришельцы». Кроме того, моя дочь Гаяне Казарян заканчивает в этом году колледж Жургенева, как мультипликатор-аниматор. Возможно, она даже самый младший участник фестиваля, ей только исполнилось 18. На фестивале будет ее проект «Nomadic Киномеханик» – это тоже кинетическая скульптура, очень сложная, я помогал в ее воплощении.

– А что такое «экологическая» скульптура?

– Экология для меня больная тема. Я очень переживаю и за Алматы, и за весь наш мир. В частности, эти две мои работы посвящены переработке отходов – стеклотары и пластика. Но я считаю, что любая скульптура, даже если художник через нее выражает какую-то проблему, должна прежде всего быть красивой: так ее идея быстрее до сердца и до мозга дойдет.

– То есть это для Вас необычный, нехарактерный опыт? Вам не близка мысль делать скульптуры из отходов, из чего попало?

– Все может быть. Если это прекрасно, если это нужно, то можно и из чего попало. Но делать из этого фишку, на мой взгляд, неправильно.

Отметим, выставка «Планы на вечер» в галерее «Хас Санат» продлится до 24 июня. Вход свободный.

Ксения Татаринова

https://inbusiness.kz/ru/images/original/1/images/EwCzsVNX.jpg https://inbusiness.kz/ru/images/original/1/images/eP4J9Eic.jpg https://inbusiness.kz/ru/images/original/1/images/f5d4dtSe.jpg https://inbusiness.kz/ru/images/original/1/images/L1apaPmN.jpg https://inbusiness.kz/ru/images/original/1/images/NxJJ3T4P.jpg

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

В Алматы состоялась премьера спектакля «Иранская конференция» по пьесе Ивана Вырыпаева

Как поясняет режиссер Вероника Насальская, персонажи пьесы – это сложные, требующие эволюции образы.

05 Декабрь 2019 08:00 6074

В Алматы состоялась премьера спектакля «Иранская конференция» по пьесе Ивана Вырыпаева

Фото: Елена Петрова

Это прекрасный и сложный материал, который смогли донести до нашей публики актеры Кубанычбек Адылов, Дмитрий Хольцманн, Вячеслав Евстафьев и Вероника Насальская. Спектакль идет 2,5 часа, без антракта и, можно сказать, на одном дыхании. Минималистические декорации призваны подчеркнуть главное – то, что происходит в головах зрителей. Если, по мысли Фридриха Ницше, трагедия рождается из музыки, то в «Иранской конференции» действие рождается из мысли.

На сцене мы видим разных людей и разные точки зрения, некоторые из них кажутся диаметрально противоположными. Но все имеют право на существование и заставляют не только задуматься, но встать на позицию другого. В них есть самое важное, чего не хватает современному человеку, несущемуся сквозь поток меняющейся информации: возможность остановиться, чтобы думать и чувствовать. Право человека на информацию оборачивается утратой знания и манипулятивным бесправием.

Придуманные Вырыпаевым герои – европейцы, люди Запада, размышляющие о Востоке, очень широком понятии, выросшем из западного противопоставляющего взгляда. Европоцентризм и ориентализм живы до сих пор и не ушли со сцены. Мюнхгаузену по-прежнему сложно вытащить себя за волосы. Но в конце действия появляется просветленная иранская поэтесса, звучат стихи и музыка. Этот образ обращен к нашему эмоциональному интеллекту. Ведь всегда есть что-то большее – мечта, идеал, идея. К чему мы можем и должны быть устремлены, и то, что нас неизменно объединяет. Когнитивный диссонанс – беспокойное, но ценное состояние души, обозначающее ситуацию выбора. И очень важно понимать то, как мы из него выходим и какие задачи перед собой ставим.

Остается поздравить театр БАТА с премьерой на новой сцене. И поблагодарить за предоставленную возможность пережить интеллектуальные эмоции.

Вероника Насальская ответила на вопросы inbusiness.kz.

– Пьеса Вырыпаева увидела свет два года назад. Как пришла идея ее поставить и в чем ее актуальность сегодня?

– Она стала даже актуальнее. Вероятность падения бомбы на Иран возросла за это время. У нас как-то мало принято интересоваться новостями из жизни дальнего зарубежья. Я до столкновения с этим материалом глубоко не вникала в тему ближневосточного конфликта. Когда начали репетировать, ситуация сделалась более острой и резонансной. Иран и США находятся на грани войны.

Но выбор пьесы не продиктован политическим контекстом. Он обусловлен творческим поиском театра БАТА – вопросами не столько социально-политического, сколько духовного, мировоззренческого характера. Был большой риск – это текст, который звучит без перерыва два с половиной часа. Мы решили, что в нем не будет никакого визуального сопровождения, фонограммы, световых эффектов и декораций. Хотя все это имело место в предыдущих постановках этой пьесы – в постановке самого Вырыпаева на английском языке в Польше, или Рыжакова в Театре наций, или в спектакле Театра Евгения Миронова. Во всех постановках, которые я знаю, в основном имитируется конференция с микрофонами и кафедрами. Чаще всего с LED-экранами с большой проекцией лиц выступающих. Мы рискнули обойтись без всего этого и использовали условный прием, когда десять персонажей пьесы играют всего четыре артиста. Актеры перевоплощаются в разных персонажей – прямо на глазах зрителей один человек меняется и становится другим. Это больше всего я люблю в нашем театре. Хотелось обозначить зону артиста между ролями. С премьеры работа над спектаклем только начинается. Я благодарю Ивана Вырыпаева за эту возможность. Я сегодня очередной раз влюбилась в этот текст.

– В чем еще заключается Ваша редакция пьесы? Насколько она согласована с автором и находитесь ли Вы с ним в диалоге?

– Постановка стала возможностью познакомиться с ним лично. У нас есть общие профессиональные бэкграунды. Один из его учителей, Александр Семенович Кокорин, сотрудничал с театром «ARTиШОК». Его я могу причислить к числу и моих учителей. Я всегда наблюдала за творчеством Ивана, и когда мы в Сети увидели фрагменты пьесы, то решили, что это то, что нам нужно. Мы связались с автором. На сегодняшний момент это первая постановка пьесы в Центральной Азии. Иван сказал такие слова: «Я надеюсь, что эта пьеса поможет изменить нам что-то в самих себе». Делая этот спектакль, ты сам сильно меняешься внутри. Трансформация – то, что сейчас происходит с нами. Мы надеемся пересечься на ближайшем фестивале с Вырыпаевым, чтобы он посмотрел нашу работу.

– Что именно поменялось в вас?

– У всех по-разному. Хотя для некоторых из нас вначале она выглядела далеким мировоззрением, но в процессе репетиции произошли изменения во взглядах и трактовках. Одно дело просто соглашаться, но находиться на берегу реки. Другое – войти в реку. Нам пришлось поменяться личностно и дорасти до интеллектуального уровня героев. До их духовного, культурного опыта. В данной пьесе невозможно просто сыграть, нужно дотянуться личностно самому. Мы усваивали большое количество информации, разные взгляды разных людей. Чтобы сделать все это максимально своим, нам пришлось очень гибко подойти к исследованию того, что же за взгляды, ценности у наших героев.

– Насколько герои, их взгляды и ситуации выдуманы автором, а насколько они документальны?

– Насколько я могу судить, автор собрал и выносил образы своих персонажей. Вектор некоторых из них уже был задан в других его произведениях. Например, персонаж, похожий на жену премьер-министра Эмму Шмид, появлялся у него в пьесе «Сахар». Какие-то из них вырастают из его личной жизни. Так, одну из пьес он посвятил своему другу, покончившему жизнь самоубийством. В спектакле есть аллюзия на него. Один из героев очень сильно похож на самого Вырыпаева, поэтому мы сделали его похожим и внешне. Какие-то образы автобиографичны, а какие-то вымышлены. В пьесе сочетаются элементы документальности, личного опыта и художественного воспроизведения. Это одна из самых зрелых пьес Ивана Вырыпаева.

Ольга Власенко

Читать модно

На книжном рынке Казахстана по-прежнему превалируют российские издательства.

29 Ноябрь 2019 12:25 4211

Читать модно

Согласно данным государственной программы «Читающий Казахстан», доля продукции издательств России на рынке составляет 65-90%, в то время как казахстанским издательствам достается только 10-35%. И это притом, что в Казахстане, по результатам Агентства ISBN, зарегистрировано 1813 издательств и издающих организаций.

Ни для кого не секрет, что издательский бизнес в нашей стране все еще находится в зачаточном состоянии. О чем свидетельствуют данные, представленные Национальной государственной книжной палатой. За 2018 год в Казахстане было зарегистрировано 2933 наименования книг, из которых только 16,7 % составляет художественная литература, остальное – учебники для средней образовательной школы и вузов.

Увы, но большинство книг казахстанских авторов не доходит до читателя, распространяясь малым тиражом среди друзей и родственников. Повлиять на эту картину пока не представляется возможным, а вот возродить интерес к отечественному продукту вполне по силам. Так, в этом году в рамках реализации проекта Bookcrossing Казахстан, организованного ОФ Social Development Center по грантовому финансированию НАО «Центр поддержки гражданских инициатив» при содействии Министерства информации и общественного развития РК, в стране появилось 57 новых буккроссинг-зон. Эти шкафы носят имена известных отечественных и зарубежных писателей и открыты для всех желающих.

«Ранее в Казахстане проводились аналогичные разовые акции, организованные книжными клубами и библиотеками, – отвечает на вопросы inbusiness.kz исполнительный директор ОФ Social Development Center Биржан Казтурганов. – Как правило, такой буккроссинг посещало мало людей. Мы же стараемся, чтобы культура книгообмена не оставалась в узком кругу, а приобретала массовый характер. Цель наших мероприятий – привлечь внимание людей к чтению книг, в частности к творчеству отечественных авторов».

Так, в ходе буккроссинг-акций было обменено более 10 000 книг, при этом изначально на полки шкафов было поставлено около 100-120 книг разных жанров и от разных авторов. Также, помимо книгообмена, организаторы проекта провели десять встреч с отечественными писателями и два литературных вечера.

За 2018 год Национальной государственной книжной палатой было зарегистрировано 687 наименований книг художественной литературы. Все это произведения наших соотечественников, которые, будем надеяться, несмотря на все сложности, все же найдут свой путь к читателю. И кто знает, может быть, скоро они появятся не только на книжных прилавках страны, но и будут доступными в рамках проектов, направленных на популяризацию как мировой и отечественной классики, так и произведений начинающих казахстанских авторов.

Маргарита Эрванд

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: