RU KZ
Чудодейственные мадонны Эдуарда Казаряна

Чудодейственные мадонны Эдуарда Казаряна

15:20 06 Июнь 2017 6590

Чудодейственные мадонны Эдуарда Казаряна

Автор:

Влада Гук

Фото: Ксения Татаринова

Работы алматинского скульптора Эдуарда Казаряна мистическим образом помогают семьям, мечтающим о ребенке.

В столичной галерее искусств «Хас Санат» открылась персональная выставка Эдуарда Казаряна «Планы на вечер». Скульптор известен как монументалист, работает с металлом, керамикой и гобеленом, порой обращается к графике и живописи. Его новая выставка «Планы на вечер» состоит из 54 работ. В основном это бронзовая интерьерная скульптура.

Искусствовед Ардак Юсупова считает, что выставка «Планы на вечер» – некая новая отправная точка в творчестве скульптора.

«Вообще, тем в скульптуре немного, и прежде всего это тело – человека или животного. Но даже в таком небольшом разбросе Эдуард Казарян умудряется найти множество вариантов для воплощения идей, обращаясь к разным сюжетам. Это отсылы к библейским сюжетам, темы рождения, семьи. Они выражены узнаваемым языком. Но новые работы, выполненные в 2016-2017 годах, несут совершенно другой заряд. Они более лаконичны, очень избирательны в деталях и демонстрируют умение художника самыми малыми средствами выразить самые сложные идеи. Современные художники учатся этому на примере архаических периодов, когда люди обладали очень простыми возможностями и, тем не менее, могли говорить о вселенских смыслах», – уточнила она.

Мадонна с младенцем – один из центральных образов в творчестве Казаряна, к которому он возвращается снова и снова. На этой выставке также представлено множество мадонн и женщин, таящих в своем чреве новую жизнь.

«Это уже третья персональная выставка Эдуарда Казаряна в нашей галерее. На прошлой его выставке тоже были женские образы, в том числе образ женщины, ожидающей ребенка. Не знаю, в чем тут секрет: мистика, магия, эффект плацебо, но, когда женщины, которые хотели родить мальчика или девочку, приобретали эти скульптуры, у них рождались дети именно такого пола, как они мечтали. Я даже прямо стала говорить: «Хотите – купите, и все получится!» – поделилась директор галереи «Хас Санат» Жанна Есенбаева.

Сам автор знает, что его скульптуры используются в качестве талисманов и помогают рожать детей.

«Жанна рассказала про Астану, но и в Алматы об этом существует достаточно устойчивая легенда...  Бывает, что мои работы дарят людям, которые хотят прибавления в семействе. Может, это звучит смешно. Но когда у кого-то в семье получается так один, второй, третий раз, то люди уже начинают относиться к этой легенде очень серьезно, намного серьезнее, чем я сам. Но я верю, что искусство – это сильная энергия. Когда вещь, созданная с таким посылом, находится рядом с вами, это оказывает определенное влияние», – прокомментировал он abctv.kz.

Нам удалось задать Эдуарду Казаряну вопросы, чем мы и воспользовались.

– Эдуард, а Вы чувствуете эту энергию, когда работаете?

– Человек всегда стремился изобрести вечный двигатель, но, честно говоря, я считаю, что такой двигатель уже давно существует, это искусство. С годами произведение искусства только набирает энергию: от общения с людьми, от взаимодействия со временем.

– А Вам самому работа дает энергию или отбирает?

– Сам процесс, конечно, забирает много сил. Но когда ты видишь результат, когда вещь у тебя получается – это возвращает силы многократно и дает резерв для новых работ.

– Ваша новая выставка довольно камерная. Вам все еще хочется заниматься ленд-артом, делать монументальные проекты?

– У меня был период, когда, продолжая делать интерьерные вещи, я сделал ряд произведений большого формата – 18, 30 метров. Это тоже важно для художника – видеть, как его вещи держат пространство города. Многие из небольших скульптур, которые вы видите сегодня в галерее, я планирую в ближайшее время сделать экстерьерными, в большом размере. Например, пять или шесть работ из серии «Весна», выставленных здесь. Я хочу добавить к ним кинетические элементы, которые будут двигаться либо от ветра, либо от прикосновения, либо от электричества.

– Монументальную скульптуру, наверное, возможно делать только по заказу? Ведь нужно огромное количество материала, а у Вас это бронза.

– То, что задумал, я сделаю в любом случае. Если удастся привлечь внешнее финансирование, это мне, безусловно, поможет. Но многие вещи я делаю на свои деньги. Конечно, не тридцатиметровые скульптуры, но метров по пять-семь.

– А потом они уходят к коллекционерам?

– Всякое бывает. Некоторые вещи до сих пор мне принадлежат, некоторые – в коллекциях. Некоторые до сих пор мои, но выставлены где-то... Как работа находит своего коллекционера – это отдельная тема. Этого может не произойти за всю твою жизнь, а потом в один момент работа «выстрелит».

– На этом этапе творчества Вы чувствуете себя свободным? Делаете то, что хотите, или в какой-то мере зависите от заказчиков, от покупателей?

– Мне в этом смысле, слава богу, практически всегда везет: я нахожу людей, которые мне доверяют. Даже когда я делаю большие вещи, в которых участвует заказчик, то, как правило, мою линию никто не сдвигает. Может быть, я умею дипломатично отстаивать свои идеи или мне везет на людей. Но я очень редко берусь или даже никогда не берусь делать вещи, которые не стоило бы делать.

– А с государством работаете?

– Да, работаю и с государством. Например, тот же Astana Art Fest, который открывается на днях, это практически государственный проект.

– С чем Вы участвуете в Astana Art Fest 2017?

– Я представляю две масштабные работы: экологическую скульптуру в стиле контэмпорэри «Восход» и пространственную кинетическую композицию «Степные пришельцы». Кроме того, моя дочь Гаяне Казарян заканчивает в этом году колледж Жургенева, как мультипликатор-аниматор. Возможно, она даже самый младший участник фестиваля, ей только исполнилось 18. На фестивале будет ее проект «Nomadic Киномеханик» – это тоже кинетическая скульптура, очень сложная, я помогал в ее воплощении.

– А что такое «экологическая» скульптура?

– Экология для меня больная тема. Я очень переживаю и за Алматы, и за весь наш мир. В частности, эти две мои работы посвящены переработке отходов – стеклотары и пластика. Но я считаю, что любая скульптура, даже если художник через нее выражает какую-то проблему, должна прежде всего быть красивой: так ее идея быстрее до сердца и до мозга дойдет.

– То есть это для Вас необычный, нехарактерный опыт? Вам не близка мысль делать скульптуры из отходов, из чего попало?

– Все может быть. Если это прекрасно, если это нужно, то можно и из чего попало. Но делать из этого фишку, на мой взгляд, неправильно.

Отметим, выставка «Планы на вечер» в галерее «Хас Санат» продлится до 24 июня. Вход свободный.

Ксения Татаринова