/img/tv1.svg
RU KZ
«Если банк не хочет кредитовать бизнес, регулятор не заставит его это делать»

«Если банк не хочет кредитовать бизнес, регулятор не заставит его это делать»

Почему госпрограммы «сильно усложняют жизнь Нацбанку», как привлечь иностранных инвесторов в госдолг, и что позволит сделать курс рубля и тенге адекватным.

14:03 28 Январь 2020 2558

«Если банк не хочет кредитовать бизнес, регулятор не заставит его это делать»

Автор:

Елена Тумашова

На расширенном заседании правительства в пятницу, 24 января, президент Касым-Жомарт Токаев сказал: «Теперь главная задача – обеспечение финансовой стабильности. Предстоит разработать подходы по оздоровлению банковской системы. Сделать это надо срочно, не откладывая дело в долгий ящик. В противном случае последствия могут быть серьезными. Вопрос поддержки банковского сектора следует рассматривать на рыночных условиях, без использования бюджетных средств».

«Оздоровление банковского сектора будет продолжено посредством создания адекватного запаса провизий и капитала на рыночных условиях без использования бюджетных средств», – ответила на поручение председатель Агентства РК по регулированию и развитию финансового рынка Мадина Абылкасымова. Соответствующие подходы, сказала она на заседании правительства во вторник, 28 января, будут разработаны до конца первого квартала этого года.

О поддержке банковского сектора и госпрограммах говорил на встрече с журналистами в Алматы руководитель управления макроэкономического анализа «ВТБ Капитал» Петр Гришин.

«Из всех стран региона в Казахстане банковская расчистка оказалась самой большой и долгой, у вас ведь история с недвижимостью началась еще до Lehman Brothers (американский инвестбанк обанкротился в 2008 году. – Ред.)», – обозначил одну из особенностей сектора российский аналитик.

Другая, по его словам, заключается в большом количестве госпрограмм. «Если бы была статистика, то мы бы увидели, что доля дохода банков, связанного с посредничеством от обслуживания госпрограмм, в Казахстане самая высокая в регионе, даже по сравнению с Узбекистаном (где все советское нереформированное)», – отметил спикер.

«Фишка в том, что решения нет»

Вместе с тем, по его словам, говоря обо всем этом, нельзя не отметить, что политики – и уровня президента, и уровня премьер-министра – не обязаны быть техническими специалистами в большом количестве мелких вопросов, они смотрят на картинку целиком.

«А картинка целиком очень часто выглядит так: бизнес начинает жаловаться, что ставки высокие, неценовые условия кредитования плохие, банки в свою очередь говорят о невозможности кредитования, потому что лимиты на заемщика или группу заемщиков закончились, требования по резервированию усилились и пр. У политика складывается впечатление, что есть легкое решение (это и правильно, политик должен искать простые, сравнительно легкие решения). Но фишка в том, что решения нет. Это общая проблема и в Европе, и в Азии, и в Америке. Действия государственной системы в адрес банков не обязательно напрямую к чему-то ведут», – считает Петр Гришин.

По его словам, у регулятора, правительства, минфина и других структур есть определенные инструменты для того, чтобы убирать препятствия на пути к «живому» кредитованию, каждый из этих инструментов является необходимым, но недостаточным.

«Например, провели AQR. Это огромная работа, но проблема только одна: это напрямую ни одну задачу не решает. Банковская система не хочет кредитовать, почему-то ей не комфортно это делать. Почему? Потому что есть большое количество вещей, которые сильно ограничивают потенциал кредитования. Например, заемщики достаточно сильно закредитованы или занимаются бизнесом «где-то на грани», или, например, сегодня ты кредитуешь фермеров, которые выращивают коров, а завтра этим фермерам запрещают экспортировать скот. Все усилия Центробанков по регулированию маржи, капитала и т. д. не могут напрямую изменить эту ситуацию, и неправильно ожидать этого от подобных мер», – поясняет эксперт.

Он считает, что, если банк захочет кредитовать ту или иную компанию, он найдет варианты, как это сделать, но если не захочет это делать по каким-то причинам, то регулятор никакими способами не сможет стимулировать его. «Банковская система откликается на рост, если этот рост возникает где-то сам по себе. В постсоветском пространстве это должны быть вещи или демографические (узбекская история), или ресурсные (казахстанская история), или «надо тратить больше из бюджета напрямую» (это в очень существенной степени казахстанская история)», – поясняет спикер.

Базовая ставка не влияет на крупных

На субсидии уходит очень много денег из бюджета, однако это «сильно усложняет жизнь Нацбанку». «Нацбанк свою ставку (базовую ставку. – Ред.) двигает, но большим компаниям, честно говоря, почти фиолетово. Они могут записаться в ту или эту госпрограмму, валюту взять за рубежом, причем дешевле, чем на внутреннем рынке. Получается, что поле, на которое Нацбанк влияет своей денежно-кредитной политикой, из-за большой доли госпрограмм сужается», – говорит спикер.

Кроме того, отмечает он, в Казахстане у субсидированных государством кредитов ставки в основном фиксированные: банк выдал заем на длительный срок и дешево, добавив к нему свою маржу, – и забыл.

«В таком случае весь этот кредит выпадает из поля влияния того, что делает Нацбанк. И это обидно. Потому что задача Нацбанка – держать инфляцию. Сейчас считается, что валютный курс фиксированным быть не может, надо управлять процентными ставками, чтобы инфляция держалась в коридоре 4-6%. И количество каналов, через которые Нацбанк практически может на это воздействовать, очень маленькое», – отмечает спикер.

Причина: среднего бизнеса в Казахстане, как и в России, не так много – много маленьких компаний и какое-то количество крупных, но крупные живут за счет валютного кредитования, которое приходит из-за границы, победить которое естественным образом не получается и это в принципе экономически бессмысленно.

«Если бы не было госпрограмм, тогда для контроля инфляции Центробанку пришлось бы меньше ограничивать потребительское кредитование, и тогда физические лица чувствовали бы, что ставки ниже. Поэтому количество госпрограмм лучше сокращать», – поясняет Петр Гришин.

Спикер говорит, что в России, например, ставка по ипотеке составляет 7%, и она такой сложилась сама по себе, а не за счет субсидий, как в Казахстане по программе «7-20-25».

«Фишка простая: для того чтобы ставки в экономике были низкие, надо прекратить тратить то, что не надо тратить. Необходимо прекратить субсидировать, нужно аккуратно подойти к постепенному сокращению фискального стимула», – отмечает эксперт.

По его словам, по мере того как решаются насущные проблемы (например, завершили модернизацию НПЗ – качество бензина повысилось), государства в экономике должно становиться меньше. И тогда влияния на инфляцию, в том числе через государственные расходы, будет становиться меньше, госпрограмм будет меньше – ставки сами пойдут вниз.

«Наш прогноз до конца года: Нацбанк снизит базовую ставку примерно на 100 базисных пунктов, сейчас она 9,25%, будет 8,25% (предположим, что снижение будет происходить на каждом втором из восьми заседаний, запланированных на год). Курс на конец года составит 387 тенге за рубль, при этом в нашем прогнозе рубль заложен на уровне 63 рублей за доллар, нефть – 55 долларов за баррель», – делится мнением аналитиков компании Петр Гришин.

Валютные рынки не видят нефть

Переходя к теме курса валюты, эксперт перечислил несколько структурных особенностей валютного рынка Казахстана.

Первая заключается в том, что он «в очень маленькой степени связан с нефтью»: крупнейшие нефтяные компании платят налоги в валюте в Нацфонд.

Вторая особенность: рынок узкий, потому что существенное влияние на него оказывает присутствие Нацбанка, который выступает и как агент для правительства по продаже валюты из Нацфонда, и как агент для ЕНПФ по покупке валюты.

Третья особенность проявляется в том, что в Казахстане достаточно большая долларизация сбережений и в корпоративном секторе, и у физических лиц.

Четвертая и, на взгляд представителя российского инвестбанка, самая важная: Казахстан – единственная большая экономика в регионе, где отсутствуют внешние инвесторы на внутреннем рынке госдолга в тенге.

В России структурные особенности таковы, что тоже нет зависимости от нефти (бюджетное правило «сглаживает» две трети зависимости от нефти), но валютный рынок глубокий, потому что все платят налоги только в рублях (соответственно, налогоплательщики, получающие выручку в валюте, вынуждены сначала продавать ее на рынке, чтобы получить рубли). Кроме того, в России долларизация сбережений примерно вдвое меньше, чем в Казахстане, и очень много иностранных инвесторов.

Чего не хватает инвесторам

«Это важно, потому что в современном мире валютные курсы определяются не торговым балансом, а финансовыми потоками – продолжает собеседник. – Наши (российская и казахстанская. – Ред.) экономики «копеечного» размера по сравнению с большими финансовыми рынками. На этих рынках количество сбережений огромно, а количество инвестиций постоянно убывает. Даже Китай сейчас стал чистым «поставщиком» сбережений, кредитором, хотя раньше потреблял инвестиции».

Он поясняет, что инвесторам из мировых центров капитала – Лондона или Нью-Йорка, например, – необходимо куда-то вкладывать триллионы долларов. «Куда? На развитые рынки, но там или очень низкие процентные ставки по облигациям, или рынок акции на абсолютных максимумах (страшновато вкладывать, особенно когда все говорят об очередной рецессии). Поэтому последние лет 10 – это годы, когда инвестирование в рынки госдолга развивающихся стран стало очень горячей темой. Подчеркну, что мы сейчас говорим о госдолге в национальных валютах», – отмечает собеседник.

Такие инвесторы настолько большие, что когда идут на какой-то рынок, где госдолг в национальной валюте (и они, чтобы купить ее, продают доллары), то своей массой сильно укрепляют курс. Поэтому для них плюс-минус два процента текущего счета – вещь незаметная.

«В последних пресс-релизах Нацбанка была такая формулировка: инфляционные курсовые ожидания ухудшились из-за того, что опять вырос дефицит текущего счета платежного баланса. Я с этой формулировкой не согласен, это неправильное наблюдение», – делится мнением спикер.

Он объясняет, что иностранцам, чтобы комфортно вкладывать в локальный рынок, надо, чтобы страна была подключена или к Euroclear, или к Clearstream (международные депозитарно-клиринговые системы). Кроме того, для инвесторов важно участие государства-эмитента в индексе GBI (Government Bond Index, главный бенчмарк для локальных рынков долга), попав в который страна почти автоматом обеспечит себе спрос, при правильных ставках на внутренний долг.

Рублю и тенге нужны одинаковые драйверы

Если это получится, тогда, считает Петр Гришин, в Казахстане возникнет вещь, которая в России есть и драйвит курс.

«Почему рубль сильный, притом что нефть одинаковая для всех, и ни мы, ни вы от нее не зависим на самом деле? Люди думаю, что санкции против России что-то значат. Но несмотря на санкции, более 50% госдолга в средней и дальней срочности (конец кривой у нас – 20 лет) принадлежит иностранцам, количество их денег во внутреннем рынке – примерно 40 млрд долларов. Интерес к госдолгу Казахстана очень большой, потому что реальные процентные ставки у вас большие (базовая ставка минус инфляция, получается около 4%, это довольно жирная процентная ставка, во многих развивающихся странах она отрицательная). Когда появятся иностранные инвесторы, вы увидите укрепление тенге», – поясняет спикер.

Кросс-курс с рублем: чехарда для Нацбанка

По кросс-курсу «тенге-рубль»: всегда есть сильное лобби, которое уверяет, что кросс-курс не должен быть очень большим, поскольку Россия и Казахстан по каким-то производимым товарам являются прямыми конкурентами.

«Такое лобби – идея поддерживать конкурентоспособность экспорта слабой валютой – есть во всех странах. Пытаться привязывать тенге и к доллару, и к рублю – это две противоположные задачи. Потому что может возникнуть такая ситуация, когда у вас появились слухи, что доллар будет стоить 500 тенге, а у нас пришли иностранцы и рубль укрепился. Кросс-курс уезжает, возникает чехарда. Что делать Нацбанку?» – говорит спикер.

По его мнению, поскольку таможенных барьеров между Казахстаном и Россией мало, то кросс-курс может быть стабильным, только если и тенге, и рубль драйвятся примерно одинаковыми факторами.

«Поэтому очень важно, чтобы на рынок госдолга пришли иностранцы. Они позволят минфину дешевле занимать, и у вас представление о процентных ставках резко изменится после того, как они появятся», – заключает собеседник.

Елена Тумашова

Как работают аналитики БРК

Выдаче займов АО «Банк развития Казахстана» (БРК, дочерняя структура холдинга «Байтерек») предшествует кропотливая аналитическая работа.

14 Август 2020 11:00 1485

Как работают аналитики БРК

Это связано с довольно высокой сложностью проектов, финансируемых БРК. Специализированные подразделения института развития изучают техническую часть, маркетинг, строят финансовые прогнозы по проекту, проводят стресс-тестирование. О том, как проходит данный процесс и какие новшества ожидают клиентов и финансовый сектор, в интервью рассказала директор департамента кредитного анализа и структурирования сделок БРК Жанат Ансаганова, имеющая 17-летний опыт работы в аналитическом блоке Банка развития Казахстана.

Каким образом проводится аналитическая работа одного из основных отечественных институтов развития – Банка развития Казахстана? Какие наиболее важные открытия, исследования и предложения БРК изменили бизнес-процессы как внутри банка, так и в целом в финансовой сфере страны?

Я полагаю, что существенное влияние на бизнес-процессы банка оказали не исследования. Такими «открытиями» для банка, если их можно так назвать, повлиявшими на его бизнес-процессы, нормативные акты, становилась реальная экономическая ситуация в мире и в Казахстане, как части мировой экономики.

За почти уже 20 лет своей деятельности Банк развития вместе со всей страной прошел через ряд экономических кризисов. Это кризис 2009 и 2015 годов и текущий кризис, вызванный нарушением производственно-сбытовых цепочек и сокращением спроса из-за пандемии коронавируса и ряда других факторов. Этот трудный опыт сейчас позволяет БРК быстро реагировать на вызовы со стороны внешней среды. И с учетом сложившейся экономической ситуации поддерживать своих заемщиков, создавая приемлемые для обеих сторон кредитные условия, а также транслируя проблематику проектов и необходимые меры административного и финансового стимулирования на уровень правительства страны.

Можете ли Вы рассказать об интересных сделках при анализе проектов?

Для меня все сделки по-своему интересны. Иногда чем сложнее структурировать сделку, тем интереснее. Мне нравится, что в последнее время в портфеле банка появились проекты строительства объектов возобновляемых источников энергии с так называемыми «зелеными» технологиями. В этих проектах применяется инструмент БРК «проектное финансирование», где источником покрытия кредитного риска являются только будущие денежные потоки. Также мы сейчас планируем внедрить новый финансовый инструмент, который пока назвали Bank & Bank 2 Client. Это когда наш Банк развития совместно с банками второго уровня (БВУ) финансирует проект или же выдает БВУ гарантию по проекту. Тем самым БРК стимулирует развитие долгосрочного финансирования инвестиционных проектов со стороны БВУ, минимизируя для них риск до момента завершения строительства и выхода на плановые производственные показатели.

С какими трудностями можно столкнуться при анализе проекта, ведь проекты Банка развития сложные и капиталоемкие и нужно учитывать многие параметры проекта: от постройки завода и найма квалифицированных работников до сбыта продукции?

Действительно, специфика банка такова, что сложность проектов, финансируемых с его участием, может быть довольно высокой. Анализ инвестиционных проектов сам по себе комплексный процесс, состоящий из анализа, менеджмента проекта, технической части, маркетинга, опыта предыдущей деятельности клиента и финансового прогноза по проекту. Поэтому Банк развития структурировал данную работу, создав три специализированных подразделения, тесно взаимодействующих между собой. Это специалисты по техническому анализу и закупкам по проектам, специалисты по отраслевому анализу и кредитные аналитики. Последние объединяют всю информационную картину по проекту, моделируют денежные потоки по проекту, осуществляют стресс-тестирование и, как результат, формируют условия финансирования и другие условия по сделке.

При этом количество аналитиков БРК очень ограниченное, а видов деятельности по проектам – большое разнообразие. Аналитики не могут быть профессионалами во всех них. Поэтому на финальном этапе рассмотрения проекта клиент должен принести два очень важных документа для анализа: оценку независимых экспертов по технической и маркетинговой проработанности проекта. Задача независимых экспертов, специализирующихся в отрасли, дать объективную оценку всех тех данных, которые клиент приводит в обоснование эффективности своего проекта, что позволит банку сделать окончательные выводы.

Какие казахстанские и зарубежные ресурсы Вы используете в своей каждодневной работе? Что бы Вы порекомендовали начинающим аналитикам?

Когда я пришла в Банк развития в 2003 году, прошло только два года с момента создания банка, и мы находились на этапе формирования методологии. В те годы я очень активно пользовалась сайтом американского профессора Асвата Дамодарана, который вел и ведет большую базу полезных данных для финансовых аналитиков, позволяющих сделать определенные расчеты, публикует обучающие материалы, инструменты анализа. Вот этот ресурс я бы рекомендовала начинающим аналитикам.

Уровень развития методологии кредитного анализа и внутренних нормативных актов на сегодня в банке очень высокий, и при этом он постоянно совершенствуется, и аналитику достаточно руководствоваться только внутренними актами, чтобы выполнить очень качественную экспертизу. Также у нас в Банке развития есть доступ к информационной системе Bloomberg, которая позволяет обеспечить данными по текущим и историческим ценам практически на всех мировых биржах и многих внебиржевых рынках, новостным лентам, экономическим данным по листингуемым компаниям на мировом уровне, системам электронной торговли облигациями и другими ценными бумагами.

При этом, если аналитику иногда за короткие сроки нужно понять ранее не изученную специфику деятельности клиента или его будущего проекта, здесь могут пригодиться различные достоверные специализированные отраслевые источники. Это, например, информационные платформы от Fitch Solutions Group Limited, ARGUS, metalexpert, chem-courier и другие.

С какими сложностями Вы сталкиваетесь при проведении анализа проектов?

Я наблюдаю уже много лет, что глубоким комплексным анализам, который требуется для рассмотрения проектов банка, могут заниматься только те люди, которые склонны к изучению и структурированию больших объемов информации и которые, как правило, или любят данный вид деятельности, или как минимум предпочитают его всем остальным. Поэтому, даже если по проекту предоставлен объемный материал, это не будет сложностью для аналитика БРК.

Сложности возникают, когда по проекту имеется ограниченное количество информации или когда информация содержит в себе противоречивые сведения. В условиях ограниченности информации аналитик будет делать консервативные допущения по проекту, и в результате инициатору проекта могут быть предложены менее выгодные условия по структуре сделки.

Поэтому хочу проинформировать инициаторов проектов, которые планируют обратиться в Банк развития, что тщательная проработка проекта, открытость клиента к сотрудничеству и взаимодействию с банком, а также готовность оперативно отработать вопросы БРК по проекту являются залогом получения положительного решения о финансировании, с максимально оптимальными условиями для реализации проекта.

Радует то, что БРК идет в ногу со временем и стандартами международных компаний. Как вы стимулируете профессиональный и личностный рост своих коллег? В каких мероприятиях чаще всего принимаете участие и с какими организациями сотрудничаете более тесно?

Считаю, что в первую очередь сам человек должен быть заинтересован в профессиональном и личностном росте. Если такое стремление есть, то в банке огромное поле для развития таких специалистов. Много раз доказано, что лучшие навыки формируются вследствие постоянного практического применения полученных знаний. Мы подбираем в свою команду мотивированных на профессиональный и личностный рост ребят с хорошими фундаментальными знаниями в области экономики и финансов, финансового моделирования. У нас в команде много выпускников программы «Болашак», есть специалисты кадрового резерва президента Казахстана. На опыте рассмотрения проектов Банка развития они получают уникальный опыт, который в будущем может быть сильно востребован. Надо отметить то, что наши специалисты пользуются хорошим спросом на рынке труда. Также для развития сотрудников у нас организуются программы внутреннего обучения для передачи знаний. И, безусловно, банк, как ответственный и прогрессивный работодатель, вкладывает в профессиональное развитие своих кадров, организуя корпоративное обучение по нашим запросам.

Касательно внешних мероприятий, то аналитики БРК, как правило, по возможности принимают участие в специализированных отраслевых конференциях, а также мероприятиях институтов развития и деловых форумах.

Каким Вы видите развитие БРК в ближайшее годы? Какие новые услуги банк будет развивать? К примеру, международные банки развития оказывают платные консультационные услуги, продолжая при этом свою основную деятельность по финансированию проектов. Может ли БРК оказывать дополнительные консалтинговые услуги, как институт развития?

В качестве иных услуг банка возможны консалтинговые и образовательные услуги. У Банка развития за долгие годы финансирования долгосрочных проектов накоплен значительный опыт как на успешных проектах, так и на проектах с реализовавшимися рисками, который можно передавать инициаторам проектов. Внесены предложения по расширению видов деятельности банка, которые позволят точечно осуществлять указанные виды деятельности.

В разработке нашего аналитического блока находится концепция под названием «стартовый консультант», которая направлена на предпроектную подготовку и усиление документации, поступающей в БРК на рассмотрение. Есть определенные ресурсные и другие ограничения, которые нужно проработать для реализации данной концепции.

В то же время полагаю, что рынок консалтинговых услуг уже достаточно развит на сегодня в Казахстане, сформировавшись в том числе за счет спроса, инициированного нашим банком. Я уже упоминала о необходимости предоставления оценок независимых экспертов, специализирующихся в технических и маркетинговых исследованиях, при рассмотрении проектов. Мы хотели бы и далее продолжать получать мнения таких независимых специализированных экспертов. И наша концепция «Стартовый консультант» предполагает дальнейшее взаимодействие со специализированными консалтинговыми компаниями.

В целом я вижу Банк развития финансовым институтом, специализирующимся на долгосрочных проектах, с открытым для бизнес-сообщества опытом структурирования таких проектов. И в планах у нас в рамках общего мероприятия для действующих и потенциальных клиентов банка провести мастер-класс, разъясняющий подходы к анализу проектов и влиянию уровня проработанности проекта на конечные условия финансирования и другое.

Как, по Вашему мнению, сегодня меняется индустрия консалтинга и анализа рынков? Есть ли у отечественной консалтинговой индустрии шанс выйти на зарубежные рынки и конкурировать с международными компаниями? К примеру, у нас в стране работают такие организации, как McKinsey, BCG, большая четверка, международные организации, а также казахстанские частные консалтинговые компании. Есть ли у страны перспективы экспорта аналитических услуг?

Индустрия консалтинга и анализа рынков в Казахстане за последние годы очень окрепла. Если ранее доминировало оказание консалтинговых услуг компаниями большой четверки и представительствами международных компаний, то сейчас растет спрос и на услуги отечественных консалтинговых компаний с методологией, базирующейся на лучших мировых стандартах, с проверенным качеством независимой экспертизы. Однако говорить, что отечественные компании на равных конкурируют с международными, на мой взгляд, рано. По ценовой политике, безусловно, преимущество на стороне отечественных компаний. Однако даже при этом выбор может быть не в их пользу из-за отсутствия международного авторитета, возможности переноса международного опыта на предмет оказания консалтинговых услуг. Тем не менее считаю, что единичный экспорт консалтинговых услуг отечественных компаний уже сейчас возможен, но для узкоспециализированных инжиниринговых услуг. В кредитном портфеле нашего банка есть компания, которая успешно осуществляет экспорт такого рода услуг, так как обладает компетенциями в проектировании и строительстве предприятий горно-обогатительного комплекса в подсчете запасов по стандартам JORK и так далее.

В настоящее время на рынке очень много консалтинговых компаний. Многие организации не имеют структурных подразделений, которые занимаются аналитикой. В БРК всегда были подразделения, которые анализировали рынок, мониторили проекты и прогнозировали тренды. Насколько важно иметь своих экспертов в сфере консалтинга и исследований?

В БРК наличие специальных аналитических подразделений – неизбежная необходимость в силу специфики его основной деятельности – финансировании проектов. При принятии решения о финансировании проекта важно понимать долгосрочные тренды и тенденции в развитии отрасли реализации данного конкретного проекта, а возможно, и смежных отраслей. Для этого, как я упоминала, мы используем доступные или специализированные источники информации, а также экспертные мнения независимых специализированных консалтинговых компаний по проектам, поступающим на рассмотрение в банк. На основе них, используя свои аналитические компетенции, сотрудники банка формируют суждения и выводы, которые ложатся в основу принятия решений банком, в основу условий структуры сделок. То есть, осуществляя всесторонний анализ проектов и предлагая свои условия реализации проекта, в которых присутствуют способы снижения проектных рисков, мы, по сути, проводим исследовательскую работу, а также в какой-то степени консалтинговую, для наших клиентов. Поэтому нам, безусловно, важно иметь в команде аналитиков, которые умеют работать с большими объемами данных и формировать видение в периметре исследований. И мы хотели бы и нацелены на то, чтобы свои компетенции, опыт анализа и структурирования проектов транслировать всему деловому сообществу, заинтересованному в развитии отрасли, путем реализации инвестиционных проектов.


Подпишитесь на наш канал Telegram!

Нацбанк РК выпустил в обращение коллекционные монеты ABAI. 175 JYL

Выпуск приурочен к 175-летию со дня рождения поэта и просветителя Абая Кунанбаева.

10 Август 2020 11:31 984

Нацбанк РК выпустил в обращение коллекционные монеты ABAI. 175 JYL

Национальный банк Казахстана 10 августа 2020 года выпускает в обращение коллекционные монеты ABAI. 175 JYL из серии «Выдающиеся события и люди» из серебра номиналом 500 тенге, из сплава мельхиор номиналом 100 тенге и из сплава нейзильбер номиналом 100 тенге, сообщили в пресс-службе регулятора. Выпуск монет приурочен к 175-летию со дня рождения поэта и просветителя Абая Кунанбаева.

В связи с продлением в Республике Казахстан режима карантина сроки реализации монет будут сообщены позднее. Информация будет размещена на официальном сайте Национального банка Казахстана.

Описание монет ABAI. 175 JYL:

На лицевой стороне (аверсе) монет в центральной части изображен Государственный герб Республики Казахстан. Слева и справа от герба расположены надписи QAZAQSTAN RESPÝBLIKASY REPUBLIC OF KAZAKHSTAN. По окружности – элементы национального орнамента. В нижней части – надпись TEŃGE и число «500» на монете из серебра и число «100» на монетах из мельхиора и нейзильбера, обозначающие номинал монеты.

На оборотной стороне (реверсе) монет размещены изображение скульптурного портрета Абая Кунанбаева, стилизованное изображение чернильницы и пера, выполненное на монетах из серебра и мельхиора с применением технологии интерференционного радужного изображения. Справа от портрета – орнаментальная лента в виде декора казахской юрты (баскур), под которой расположена надпись «1845-2020», обозначающая год рождения, дату празднования 175-летия Абая Кунанбаева и одновременно год чеканки. Справа – надпись «31,1 g» обозначающая массу металла. В верхней части монеты надписи «175» и JYL. В левой части – элемент национального орнамента, на монете из серебра – надпись «Ag 925», обозначающая металл, из которого изготовлена монета, и его пробу. В нижней части монеты надпись на латинской графике – ABAI.

Технические параметры

Монеты качеством proof изготовлены из серебра 925/1000 пробы, массой 31,1 грамма, диаметром 38,61 мм, номиналом 500 тенге, тиражом 1500 штук.

Монеты качеством brilliant uncirculated изготовлены из сплава мельхиор МН 25, массой 15 грамм, диаметром 33 мм, номиналом 100 тенге, тиражом 8000 штук.

Монеты качеством brilliant uncirculated изготовлены из сплава нейзильбер МНЦ 15-20, массой 11,17 грамма, диаметром 31 мм, номиналом 100 тенге, тиражом 75 000 штук.

Монеты предназначены для продажи по коллекционной стоимости.

Коллекционные монеты номиналом 500 тенге и 100 тенге обязательны к приему по их нарицательной стоимости на всей территории Республики Казахстан по всем видам платежей, а также для зачисления на банковские счета и для перевода, без ограничения размениваются и обмениваются во всех банках Республики Казахстан.

Монеты из серебра выпускаются в сувенирной упаковке и снабжены номерным сертификатом качества Национального банка Казахстана на государственном, русском и английском языках.

Монеты из сплава мельхиор выпускаются в специальной полиграфической упаковке.

Коллекционные монеты изготовлены на Казахстанском монетном дворе.


Подпишитесь на наш канал Telegram!