DOW J 24 580,91 Hang Seng 24 266,06
FTSE 100 6 045,69 РТС 1 215,69
KASE 2 304,04 Brent 36,55
Halyk Finance озвучил прогнозы для Казахстана на 2020 год

Halyk Finance озвучил прогнозы для Казахстана на 2020 год

Что ждет экономику, банки и тенге, рассказали эксперты Инвестбанка.

06 Февраль 2020 14:07 5229

Halyk Finance озвучил прогнозы для Казахстана на 2020 год

Автор:

Жанторе Касым

Инвестиционный банк Halyk Finance озвучил прогнозы на 2020 год для экономики Казахстана. Эксперты банка также рассказали, какие тренды будут наблюдаться в банковском секторе и что ждет тенге.

Негативный внешний фон сохранится и в 2020 году

В компании ожидают, что в текущем году внешняя конъюнктура для Казахстана в целом будет негативной вследствие сильной зависимости экономики РК от нефти, продажа которой является основной статьей доходов Казахстана – на нее приходится примерно 70% в совокупном экспорте. Текущая ситуация на мировом рынке нефти характеризуется превышением предложения над спросом. По ожиданиям Международного энергетического агентства, рост объемов предложения нефти со стороны стран, не входящих в ОПЕК, составит 2,1 млн баррелей в день, тогда как мировой спрос на черное золото вырастет только на 1,1 млн б./д. В результате избыток нефти продолжит оказывать давление на рынок.

«Вследствие этого давления мы видели лишь кратковременные всплески цен на углеводороды в ответ на рост напряженности на Ближнем Востоке, вызванный атаками на нефтяную инфраструктуру Саудовской Аравии и устранением США видного военного деятеля Ирана. По нашим оценкам, стоимость нефти марки Brent в среднем в 2020 году составит $62 за баррель, что на 3,4% ниже, чем в 2019 году», – отмечается в отчете Halyk Finance.

Дополнительное давление на мировую экономику может оказать вспышка коронавируса в Китае, которая негативно повлияла на деловую активность в данной стране и в связанных с ней странах-партнерах. В итоге это может снизить спрос на сырьевые товары (нефть, металлы) со стороны одного из основных потребителей, а также оказать негативное влияние на инвестиционную, транспортно-логистическую, туристическую и прочие отрасли в мировых масштабах.

Внутренние факторы продолжат оказывать поддержку росту РК

Внутренний спрос в 2020 году, как и в 2019-м, будет зависеть от бюджетных расходов, которые предусматривают продолжение повышения заработных плат бюджетников, на что в 2019-2021 годах в целом заложено порядка 1 трлн тенге. Помимо этого, до 2025 года продлена программа «Нурлы жол», продолжается финансирование программ жилищного строительства. Рост цен на рынке жилья и развитие ипотечного рынка должны стимулировать дополнительный приток частных инвестиций.

Установившиеся низкие ставки на рынке международного капитала в условиях высоких доходностей по казахстанским финансовым инструментам на фоне положительной динамики макроэкономических показателей должны способствовать привлечению инвестиций на местный рынок. Продолжение роста доходов населения благодаря увеличению госрасходов также должно оказать положительное влияние на обороты розничной торговли и, как следствие, на рост всей экономики.

«Реальные зарплаты могут вырасти в наступившем году на 3% преимущественно за счет госсектора. Ситуация с ростом цен будет определяться интервенциями со стороны госорганов, и мы ожидаем, что инфляция по итогам года будет на уровне 5,5%. При этом мы допускаем, что Нацбанк может пойти на небольшое смягчение денежной политики по мере того, как эффект от бюджетного стимула пойдет на убывание. В рамках текущего экономического цикла с учетом сильных показателей прошлого года мы прогнозируем сохранение роста ВВП Казахстана на уровне 4,5% в 2020 году, не исключая возможности более высоких темпов роста экономики», – считают в компании.

Тенге будет под давлением внешних и внутренних факторов

По сравнению с предыдущим годом в 2019 году тенге продемонстрировал более высокую стабильность. С января по август прошлого года курс национальной валюты формировался в коридоре узких значений 384,2-384,6 тенге за доллар. Позднее в результате снижения цен на нефть с августа по октябрь курс национальной валюты ослаб до 390,1 тенге за доллар. В декабре 2019 г. рост котировок нефти до 68,4 доллара за баррель совпал с налоговой неделей, что повлияло на существенное укрепление пары тенге-доллар – до 378,6.

В результате за год курс национальной валюты укрепился на 0,8%, с 384,2 до 381,2 тенге за доллар. При этом среднее значение курса тенге за 2019 г. составило 382,75 тенге за доллар, показав ослабление на 11% по сравнению с 2018 г.

«С учетом негативных ожиданий по внешнеэкономическим факторам мы прогнозируем, что курс национальной валюты в 2020 г. будет испытывать на себе давление дефицита в рамках текущего счета, и не исключаем его ослабления на 3-4% к концу года», – полагают эксперты.

Тренды развития банковского сектора в 2020 году останутся прежними

В компании считают, что основные тенденции развития банковского сектора, наблюдавшиеся в последние годы, сохранятся и в 2020 году. Это в первую очередь продолжение опережающего роста розничного кредитования по сравнению с корпоративным и снижение роли банковского сектора в экономике.

Среди дополнительных факторов, способных оказать значительное влияние на рынок, стоит выделить результаты AQR (оценка качества активов) и связанные с ними будущие решения регулятора, а также отделение от Нацбанка агентства по регулированию и развитию финансового рынка.

«По нашему мнению, влияние банковского сектора на рост экономики будет и дальше снижаться ввиду ожидаемого ужесточения требований к потребительскому кредитованию, а также за счет возможного списания проблемных долгов по результатам AQR в ряде банков. Также мы не ожидаем существенных изменений в базовой ставке и, соответственно, в стоимости кредита, в особенности для бизнеса, в условиях значительного инфляционного давления и сохраняющейся избыточной ликвидности на рынке», – отметили в компании.

При этом розничное кредитование будет продолжать выступать ведущим фактором роста совокупного портфеля, поскольку ограниченность рынка корпоративного кредитования сохранится в отсутствие изменений в развитии МСБ и вследствие низкой эффективности мер по решению структурных проблем. Следовательно, как и в прошлом году, основная роль в обеспечении роста банковского сектора, скорее всего, сохранится за потребительским кредитованием, хотя не исключено его замедление в ответ на более строгое регулирование и насыщение рынка, а кредиты и активы банков в целом будут расти медленнее экономики страны в номинальном выражении.

В Halyk Finance не ожидают существенных изменений в темпах роста депозитов физических лиц в связи со стабилизацией роста доходов населения. Совокупный прирост депозитов корпоративного сектора также останется значительно ниже номинального роста ВВП. На рост депозитов влияние будут оказывать восстановление доверия к банковской системе и ожидаемое сохранение темпов роста экономики на уровне выше 4%.

Проблемные займы, капитал, консолидация

На конец 2019 г. доля проблемных займов составила 8,13%, показав незначительный рост по сравнению с 2018 г. Покрытие провизиями NPL90+ по сектору было на уровне 163,8%, и в большинстве банков данный показатель был выше 100%. С другой стороны, согласно финансовой отчетности по МСФО 9, публикуемой банками, доля стрессовых займов (займы, входящие в стадию-2 и стадию-3) значительно превышает размеры NPL, отраженные в статистике, предоставляемой банками в НБРК. Также у некоторых банков существует значительный разрыв между начисленными и реально собранными процентными доходами.

«В связи с этим мы полагаем, что уровень проблемных долгов вероятно занижен и в действительности их доля может быть значительно выше», – предположили в компании.

Согласно предварительным результатам AQR, хотя пруденциальные нормативы достаточности капитала k1 и k2 выполняются банками в целом по всему банковскому сектору, регулятор признает необходимость докапитализации банков на сумму 450 млрд тенге. Следовательно, вопрос достаточности капитала в отдельных банках остается открытым. Данная ситуация обостряется низкой готовностью акционеров банков осуществлять дополнительные вливания в капитал в условиях нерешаемых структурных проблем экономики и ограниченных возможностей для роста.

«В 2020 г. мы ожидаем дальнейшего сокращения количества банков путем слияния или ликвидации, однако многое будет зависеть от результатов AQR и связанных с ними решениями регулятора», – подытожили в компании.

Жанторе Касым

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Яков Миркин: «Мы нуждаемся в финансовом форсаже, пусть и очень осторожном»

Известный экономист – об унылой идеологии, жестком регулировании и валютном режиме.

04 Май 2020 15:40 2398

Яков Миркин: «Мы нуждаемся в финансовом форсаже, пусть и очень осторожном»

Сегодня звучит огромное число экспертных оценок и взглядов на ситуацию в мировой экономике. В хоре этих мнений большой интерес вызывает позиция Якова Миркина, доктора экономических наук, проф., зав. отделом международных рынков капитала ИМЭМО РАН.

«Экономика должна стать человечнее после удара-2020, прошедшего по нашим душам», – пишет он.

В своей колонке для «Российской газеты» экономист подчеркнул, что после пандемии «экономикам, как и любому после травмы, долго еще придется учиться ходить заново, чтобы восстановить ту сложность и сцепку, которой они обладали еще полгода назад. И еще сегодня это экономики, залитые льготами и деньгами от центральных банков».

О кризисе, финансовом форсаже и валютном регулировании мы поговорили с Яковом Миркиным.

Пандемия полностью исказила картину происходящего

С 2008 г. национальные хозяйства развитых стран и ряда азиатских экономик жили де-факто на «аппаратах искусственного дыхания» – низком проценте, денежных вливаниях со стороны центральных банков. Они привыкли так жить. И центральные банки, проводящие такую политику, способствовали экономическому подъему середины 2010-х годов во всем мире. Несколько лет страны снижали темпы роста. Да, мы все видели, что в 2020 г. риски кризиса будут значительно выше, чем в 2018-2019 гг. Хорошо был виден финансовый пузырь в США, избыточные государственные долги в Европе и ряде других стран. Все понимали, что низкие или отрицательные процентные ставки – это всегда пузыри. Сначала подогреваешь экономику – потом финансовый пузырь лопается, уходишь в кризис. Короче говоря, мир в 2020 г. казался прокризисным. Шансы на жесткий кризис с учетом «черного лебедя» оценивались в 2020 г. как 30-35%.

Но все-таки была надежда, что «аппараты искусственного дыхания», включенные центральными банками в 2008-2009 гг. (но не в зоне постсоветских экономик), позволят провести «мягкую посадку» мировой экономики. Что глобальные финансы не ждут великие потрясения. И, наконец, что сложилась просто иная модель банков и финансового сектора, чем в 1980-х – начале 2000-х годов, иной способ финансового искусства. Грубо говоря, вместо трезвости и умеренности – способность гнать финансовые машины на высоких скоростях при должном управлении финансовыми рисками и не разбиться. «На мягкую посадку» мировой экономики и финансов, на более легкое течение болезни в 2020 г. я давал 45-50%. Можете меня проверить.

Мы уже не узнаем сейчас, была бы мягкая посадка или нет. Пандемия полностью исказила картину происходящего, вызвав землетрясения на финансовых рынках. Что останется, когда пыль рассеется, увидим.

В любом случае низкий процент, денежные вливания вошли с 2008-2009 гг. в плоть и кровь центральных банков (кроме постсоветских экономик). Именно они сейчас удерживают мировую экономику и глобальные финансы от краха. Выйти из этой денежной мании очень тяжело. Она будет продолжаться. И она же будет способствовать тому, чтобы за разрушениями 2020 г. вновь последовал экономический подъем.

Только через 15-20 лет мы увидим, что это было. Повторюсь – новая модель банков и финансового сектора, или же денежная мания, род наркомании для экономик, которая в будущем вызовет тяжелейшую ломку. Однозначного ответа нет.

Полезно ли сейчас запускать печатные станки?

Смотря что вы понимаете под «печатным станком». Есть банковская классика – кредитные деньги, эмиссия денег в меру потребностей роста производства. Это печатный станок. В определенных границах оживление и легкий доступ к кредиту при низком проценте вызывает оживление в экономике. Всем это известно, с неконтролируемой инфляцией не связано.

Другой пример – «финансовый форсаж», который сейчас осуществляется в Китае. Насыщенность деньгами, кредитами – больше 200% ВВП. И что? Да ничего – в долларовом выражении финансовая масса Китая давно превосходит США, позволила создать очень крупную финансовую машину, стимулировала до пандемии сверхбыстрый рост. Особенности полуадминистративной экономики Китая позволяют это делать.

Если же под «печатным станком» имеется в виду неконтролируемое покрытие дефицита бюджета денежной массой или же автоматическое кредитование, без реальных экономических требований, крупнейших компаний, затыкание их финансовых дыр и т. п. – да, не есть хорошо. И если это происходит сверх всяких экономических границ, то да – неизбежно вызовет всплеск инфляции, падение курса национальной валюты и прочие «прелести» расстройства экономики страны.

Деньги, кредит, процент, валютный курс – могут убить экономику или, наоборот

Какова роль главного банка страны и должен ли он отвечать за экономический рост и безработицу?

Деньги, кредит, процент, валютный курс – могут убить экономику или, наоборот, оживлять ее, подстегивать. Да, стимулирующая функция центрального банка (экономический рост, безработица) должна быть. Не может не быть. Мы видим, как повсеместно и в кризис, и в обычные времена центральные банки в полной мере стремятся стимулировать экономику, наравне с удержанием ценовой и финансовой стабильности. Это – широко распространенная мировая практика.

Рыночный или регулируемый курс?

Сказал бы так – от перемены мест слагаемых мало что изменится. Почему? Казахстан – малая, открытая сырьевая экономика, очень зависит от спроса и цен на сырье, прежде всего на нефть, природный газ и металлы, от курса доллара к евро, от иностранных инвестиций (портфельных и прямых). Все это – сверхволатильные переменные. Как ни регулируй, какой ни устанавливай валютный режим – не закроешься. Валютные режимы, механизм денежно-кредитного регулирования экономики, моды на них – меняются. Важно другое – единственный способ обретения валютной устойчивости, это – перестать быть преимущественно сырьевой экономикой. Все больше двигаться – к универсальной, работающей в разных продуктовых нишах экономики, с гораздо большей долей продукции высоких переделов, прежде всего, в экспорте.

Бессмысленное копирование всей жесткости финансового регулирования развитых стран

В этом году в Казахстане было создано Агентство по регулированию и развитию финансового рынка. Какую политику регулирования сегодня должен выбирать регулятор?

Очень взвешенную. Понимать, что каждый финансовый бизнес – это ценность. Люди, технологии, обязательства, опыт – все это нужно очень ценить в каждом финансовом институте. Сейчас на постсоветском пространстве в деятельности центральных банков преобладает обвинительный уклон. Мне однажды одна моя юная магистрантка, работающая в центральном банке, не имевшая раньше никакого опыта в бизнесе, сказала так: «Все они негодяи». Она как раз занималась надзором за инвестиционными институтами.

«Мы всегда правы». «Есть мнение». Безжалостность. Бессмысленное копирование всей жесткости финансового регулирования развитых стран, хотя для таких экономик, как Казахстан или Россия, оно должно быть значительно мягче, давать возможности принимать на себя больше финансовых рисков. Очень важно, что в центральных банках часто работают люди, никогда не бывшие в бизнесе, знающие только контроль и надзор, исполнение правил. Избыточно высоки регулятивные издержки.

По каждой из этих позиций могла бы быть иная, «обратная политика». Не только кнут, но и обязательно быстрый, легкий пряник. Не только для крупнейших, но и для финансовых институтов всех размеров. Не бить преувеличенно наотмашь. Не заниматься кампанейщиной. Создавать легкую, живительную почву для роста финансового бизнеса.

Мы нуждаемся в финансовом форсаже

Мы издали две технические монографии – как делалось «экономическое чудо» в азиатских экономиках и послевоенной Европе и какую роль в этом играли центральные банки, министерства финансов и т.п. как институты развития. Финансовый инженер найдет десятки финансовых инструментов, как осторожно, сбалансированно подстегнуть рост, модернизацию, спрос.

Дело – в головах. Иной взгляд центральных банков и министерств финансов на жизнь. Они – институты только счетные, резервирующие, контролирующие? Скучные? Или же стимулирующие? Развития? Помощи росту?

Пока полностью преобладает первый взгляд – скучная, унылая идеология, копирующая устаревшие образцы 1990-х годов, с добавками того сверхжесткого финансового регулирования, которое возникло в мире после 2008 – 2009 гг.

Как это переломить – не знаю. Но очень нужно. Мы нуждаемся – каждая из стран ЕАЭС – в финансовом развитии и, может быть (скажу страшную вещь) – в финансовом форсаже, пусть и очень осторожном. В том, что называется талантливая финансовая инженерия.

Ольга Фоминских

Уровень долларизации вкладов вырос до 46,7%

В марте портфель депозитов в иностранной валюте увеличился на 1,7 трлн тенге.

24 Апрель 2020 15:59 3115

Уровень долларизации вкладов вырос до 46,7%

Фото: rbc.ru

По итогам марта уровень долларизации вкладов в Казахстане вырос на 4,9% и составил 46,7%. Объем тенговых депозитов при этом сократился до 53,3%. В марте физические и юридические лица охотнее откладывали сбережения в иностранной валюте, нежели в национальной, после того как 9 марта произошло резкое обесценение тенге.

Согласно данным Национального банка, совокупный депозитный портфель в депозитных организациях в прошлом месяце превысил 20,3 трлн тенге – это на 9% больше, чем в феврале. Наибольший рост отмечался в портфеле вкладов в иностранной валюте – за март население и компании увеличили свои депозиты в инвалюте сразу на 1,7 трлн тенге (+21,8%). Объем «долларовых» вкладов юридических лиц вырос почти на 1,1 трлн тенге, физических лиц – на 626 млрд тенге.

Рост тенговых вкладов был несущественным – на 2,3 млрд тенге (+0,02%).

Как ранее писал inbusiness.kz, валютная лихорадка приведет к росту долларизации экономики. Эксперты ожидают, что этот уровень не превысит 50%. Для сравнения, в январе 2016 года доля валютных депозитов достигала пикового значения – почти 70% совокупных депозитов.

На сегодняшний день в Казахстане ограничена покупка наличной иностранной валюты в связи с карантином – почти месяц в некоторых городах страны не работают обменные пункты. Также Национальный банк страны ограничил объем покупки иностранной валюты для юридических лиц и установил им лимиты для снятия наличных в тенге.

Ольга Фоминских

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: