RU KZ
Казахстанцев призывают к посмертному донорству

Казахстанцев призывают к посмертному донорству

17:37 30 Июнь 2017 4048

Казахстанцев призывают к посмертному донорству

Автор:

Динара Куатова

Помечать согласие на изъятие органов после смерти на удостоверениях личности намерен Минздрав.

Казахстанские медики бьют тревогу. Пациенты, нуждающиеся в пересадке органов, обречены, если трансплантология в стране остановится. Динамика по количеству пересадок неутешительная. По сравнению с прошлым годом число трансплантаций снизилось на 30%. При этом очередь на пересадку органов в Казахстане растет. В листе ожидания сегодня состоят более 3,5 тысячи человек.

Проблема кроется в недостатке доноров. Люди стали чаще отказывать в изъятии органов умерших. В 70% случаев родственники запрещают пересаживать органы погибшего, а без трупного донорства развитие трансплантологии невозможно, заявляют в здравоохранении.

«Развитие трансплантации в Казахстане началось с момента первой пересадки человеческого сердца в 2012 году. В этом же году был проведен один мультиорганный забор, то есть один трупный донор. Далее количество посмертного донорства начало увеличиваться. В 2013 году было сделано четыре пересадки органов умерших, в 2014 году – 10, в 2015 году – 22. Но, к сожалению, в 2016 году начался спад, то есть было всего 16 трупных доноров. И за неполные полгода 2017 года трупных доноров у нас 11», – привел статистику заместитель директора Республиканского координационного центра трансплантологии» Серик Жариков.

Директор департамента организации медицинской помощи МЗ РК Ажар Тулегалиева призвала казахстанцев изменить отношение к трупному донорству.

«В Казахстане более 3,5 тысячи пациентов, которым нужна пересадка органов, большая часть из них – 2700 человек – это люди, которым требуется трансплантация почки. Около 500 пациентам требуется трансплантация печени, более 150 казахстанцам требуется трансплантация сердца и единичные случаи – четыре человека, которым требуется трансплантация легких. В связи с этим хотелось бы обратиться ко всем гражданам Казахстана поддержать и всячески способствовать развитию донорства в стране, для того чтобы подарить надежду на жизнь людям», – обратилась Ажар Тулегалиева.

Молчание – знак согласия
Причин снижения посмертного донорства, соответственно, и операций по пересадке, по словам медиков, несколько.

Развитию трупной трансплантации препятствует недостаточное внедрение механизмов реализации прижизненного добровольного волеизъявления гражданина на посмертное донорство.

В Казахстане законодательно закреплена «презумпция согласия», которая подразумевает автоматическое согласие гражданина на посмертное донорство. То есть если он при жизни не написал заявление об отказе, то он по умолчанию становится потенциальным донором после жизни.

Реализовать право несогласия казахстанцы, как утверждают в минздраве, могут в поликлиниках.

«Только в системе здравоохранения есть регистр прикрепленного населения. Каждый из 17,8 млн населения прикреплен по амбулаторно-поликлиническим организациям. На сегодняшний день вы можете в поликлинике изъявить свое желание. Там в регистре прикрепленного населения, где вы прикреплены, отмечается ваше желание. Сегодня это только в системе здравоохранения. Мы думаем его сделать, как во всех развитых цивилизованных странах, через водительские удостоверения или при получении удостоверений личности, чтобы каждый гражданин свое желание изъявил. Это в плане работы будет с другими госорганами», – сообщила abctv.kz директор департамента организации медицинской помощи МЗ РК Ажар Тулегалиева.

Отдельного реестра отказников от трупного донорства в Казахстане нет. В планы минздрава только входит его составление.

Факт того, что о «презумпции согласия» в стране большинство населения не знает, несмотря на то, что этот принцип работает 12 лет, председатель правления АО «Национальный научный центр хирургии им. А. М. Сызганова» Болат Баймаханов считает нормальным.     

«Это возовские критерии. Еще в 1960-е годы, когда началось бурное развитие трансплантации, уже начали понимать, что просто так люди не дадут согласия. Поэтому придумали такое понятие, как «предполагаемое согласие». Если человек при жизни не возражал нотариально, письменно, значит, он автоматически согласен. Это юридическая терминология. Но эта хитрость не направлена на врача. Это направлено на благое действие. Есть понятие «святая ложь», есть понятие «святые действия». В данном случае люди с благими намерениями ввели понятие «презумпция согласия», чтобы развивалась трансплантология. От этого никто не пострадал. От этого спасаются миллионы людей. Понимаете, 70% мира занимаются трансплантологией по принципу презумпции согласия», – сказал abctv.kz  Болат Баймаханов.

В свою очередь, заместитель директора Республиканского координационного центра трансплантологии Серик Жариков посетовал на ограниченность бюджета для пропаганды в обществе посмертного донорства.

«В плане пропаганды проводится определенная работа, выделяются средства для общественных организаций. Но сумма, которая выделяется министерством, ограниченна. Всего лишь восемь миллионов тенге на два года, а нам надо финансировать качественные ролики, делать какие-то выступления, арендовать рекламные площадки, чтобы увеличить аудиторию охвата. За восемь миллионов тенге этого сделать невозможно. МЗ ограничено в средствах», – сказал Серик Жариков.

В министерстве здравоохранения подчеркивают, что не обязаны спрашивать у родственников согласие на изъятие органов умершего, если он при жизни не оформлял отказ. Но, так как общество не готово к этому, в здравоохранении идут навстречу и не изымают без письменного согласия близких людей.

Почему общество против трупного донорства
Родственники умерших отказываются от изъятия органов в силу религиозных убеждений, отсутствия единого мнения для принятия решения или страха взять на себя ответственность.

Отрицательное отношение к трупному донорству возникает и из-за отсутствия мер по дополнительной социальной поддержке родственников доноров, давших согласие на изъятие органов, а также из-за боязни юридической ответственности руководителей донорских стационаров, дающих разрешение на забор органов и тканей.

Негативно повлияли и публикации в СМИ о черном рынке органов, заявляют в минздраве. Подпольного рынка донорства в республике не существует, уверяют медики.

«Когда врачи-реабилитологи видят, что состояние пациента ухудшается, его лечение бесперспективно, есть травмы, не совместимые с жизнью, или заболевания, лечение бесполезно, то они говорят родственникам о том, что состояние больного критическое, что он в течение определенного времени погибнет. Если наступает смерть мозга, уже другая группа врачей констатирует. То есть две группы врачей: одна лечит, другая констатирует. Есть критерии, стандарты, которые во всем мире определены, чтобы не было таких отношений.

То есть живого человека каким-то образом довести до такого состояния нереально. Потому что в реанимации в лечении больного участвуют около 40-50 медработников, которые каждые сутки меняются. Как в таких условиях живого человека можно определить умершим, определить смерть его мозга и изъять орган? Это невозможно», –  заверил председатель правления АО «Национальный научный центр хирургии им. А. М. Сызганова» Болат Баймаханов.

Он пояснил, что после смерти мозга организм не может функционировать самостоятельно. Это состояние приравнивается к смерти человека, что является общемировой практикой.

«Жизнедеятельность может поддерживаться искусственно, сердце может биться медикаментами, но это не значит, что человек жив», – прокомментировал Болат Баймаханов опасения граждан по поводу ошибочного установления смерти.

Динара Куатова