С какими вызовами сталкиваются гиганты рынка фармацевтики сегодня

С какими вызовами сталкиваются гиганты рынка фармацевтики сегодня

12:23 04 Май 2021 6689

С какими вызовами сталкиваются гиганты рынка фармацевтики сегодня

Автор:

Почему производители не могут продавать лекарства из «антиковидного списка» по сниженным ценам и как продвигаются успехи с производством вакцины от COVID-19, в интервью inbusiness.kz рассказал Виталий Быстрюков, руководитель бизнес-подразделения «Общая медицина» по странам Центральной Азии и Беларуси, председатель правления «Санофи Казахстан».

Для справки:

Sanofi – фармгигант, за которым стоит годовой оборот почти в €36 млрд. Компания, штаб-квартира которой находится в Париже, занимается производством лекарств, а также разработкой вакцин. По данным из открытых источников, Sanofi в 2020 году смогла увеличить свою чистую прибыль на 338%, до €12 млрд. История Sanofi, как пишет «Википедия», началась в 1973 году, когда у государственной нефтяной компании Elf Aquitaine было образовано подразделение фармацевтики, косметики и кормов для животных.


Нет претензий, есть вопросы

– 2020 год, который журнал Time назвал худшим в истории, как-то изменил фармрынок?

– Пандемия коронавируса значительно повлияла на рынок, потребовав от игроков оперативной реакции на вызовы, нестандартных решений и быстрой адаптации внутренних процессов к новым реалиям.

Темпы роста фармацевтического рынка Казахстана в 2020 году увеличились как в натуральном, так и в денежном выражении. Рост во многом обусловлен увеличением бюджетного сегмента, то есть государство стало выделять больше средств на закуп лекарственных препаратов, в том числе дорогостоящих препаратов, применяемых в онкологии.

В целом из-за пандемии произошло смещение среди классов препаратов, возник огромный спрос на антибактериальные, противовирусные средства и антикоагулянты. Не только пациенты, страдающие от COVID-19, но и здоровые люди, поддавшиеся панике, закупали лекарства, которые теоретически могли бы им пригодиться в случае заболевания, создавая таким образом большие запасы в домашних аптечках. Это спровоцировало дефицит и огромные очереди в аптеках.

– Понятно, что ажиотаж повысил продажи, но интересно насколько? Можно назвать цифру не в количестве упаковок, а в деньгах.

– Стоит обратить внимание, что объем продаж в натуральном выражении важен, поскольку он отражает более правильную картину потребления. Рост в деньгах может означать перераспределение в пользу более дорогостоящих препаратов.

В 2020 году, по данным компании IQVIA, рынок лекарственных средств вырос на 21% в денежном выражении и 13% в натуральном. Отдельные группы препаратов, используемые в лечении коронавируса, – антибиотики, противовирусные препараты, антикоагулянты, госпитальные растворы – выросли в 1,5-2 раза.

– Из-за пандемии фармацевтическая отрасль получила намного больше, чем потеряла.

– Но не фармкомпании стали причиной такой динамики. Задача фармкомпаний была во что бы то ни стало обеспечить возросшее потребление – доставить препараты, когда они нужны пациентам. На фармацевтическую отрасль сегодня возложена огромная ответственность по поддержанию производства лекарственных средств, их доставки и обеспечения пациентов, в особенности с хроническими заболеваниями, во всем мире.

Я бы хотел избежать формулировки, что пандемия позволила фармкомпаниям обогатиться. Пандемия поставила компании в жесткие условия, когда нужно выполнять обязательства перед пациентами, перед правительствами, а условия для выполнения этих обязательств резко ухудшились.

– В каком смысле ухудшились?

– Закрылись границы, притом что резко вырос спрос. Производство противовирусных, противовоспалительных препаратов не было запланировано в таком большом объеме, который потребовался. Мы приняли меры безопасности, чтобы сохранить здоровье сотрудников для поддержания производственных процессов, запустили дополнительные линии и смены на заводах для обеспечения бесперебойной логистики для доставки лекарственных средств. Чтобы не допустить ситуации, когда пациенты вынуждены различными способами искать лекарство, потому что могут умереть без этого препарата.

– Насколько сильно закрытые границы помешали логистике?

– Проблемы были достаточно серьезными. Наш логистический хаб находится в Венгрии, там препараты загружают в фуру и отправляют к месту назначения, как правило, пересекая границы нескольких стран. Каждая страна вводит свои карантинные меры, которые относятся не только к грузу, но и к водителям. Санитарные требования могут быть самыми разными – начиная от двухнедельного карантина до требования сменить водителя. Когда одна страна закрывалась на карантин, нам приходилось искать новый логистический путь. Это увеличивало время доставки и повышало расходы. Вот с такими сложностями мы справлялись, чтобы выполнить обязательства по контрактам, больным ведь каждый день нужны лекарства.

Параллельно решался вопрос с поставками. Как я уже говорил, у нас не было в наличии лекарств в объеме, который понадобился пациентам в тот момент. Приходилось искать препараты в других странах, то есть препараты, которые были в незарегистрированных для Казахстана упаковках. В Казахстане получали разрешение на ввоз 300 000 препаратов в незарегистрированных упаковках, после чего наши сотрудники вручную прикрепляли к упаковкам инструкции на казахском языке и клеили стикеры на казахском и русском языках согласно законодательству и, таким образом, выходили из положения.

– Как быстро минздрав соглашался на ввоз незарегистрированных препаратов? Кстати, одно такое разрешение минздрава привело к скандалу, когда люди решили, что аптеки торгуют гуманитарной помощью.

– На самом деле в партнерском диалоге мы находили решения очень быстро. Все необходимые разрешительные документы получали максимум за сутки или двое. Не было никаких проблем во взаимодействии ни с комитетом контроля качества и безопасности министерства здравоохранения, ни с региональными акиматами, где мы, собственно, и получали разрешение на ввоз.

– То есть казахстанский минздрав показал себя с лучшей стороны?

– Казахстан выглядит очень достойно в сравнении со многими странами. Могу сказать, что в Казахстан среди всех стран Центральной Азии мы поставили самый большой объем препаратов, входящих в стандарты лечения COVID-19. Но у нас, как у индустрии, к минздраву есть предложения по улучшению регулирования некоторых процессов.

– Интересно какие?

– Сейчас мы пытаемся решить вопрос доступности лекарственных средств для пациентов Казахстана. И второе направление – это ценовое регулирование в розничном сегменте.

– Минздрав сопротивляется повышению цен?

– Вопрос не в повышении. Любое государство заинтересовано в том, чтобы регулировать цены. Это нормально. Мы понимаем и процесс этот поддерживаем – препараты должны быть доступны для пациентов. Но мы бы хотели, чтобы этот процесс регулирования происходил в диалоге между регулятором и фармсообществом. Решения, которые принимаются в одностороннем порядке, зачастую приводят к негативным последствиям.

– Объясните на примере.

– По правилам регистрации цен два раза в год есть возможность зарегистрировать цены на новый лекарственный препарат. Только после того, как цена будет зарегистрирована, Минздрав выпускает приказ, и лекарство попадает на рынок. Так устроен процесс… но на бумаге. На практике ситуация немного другая. Приказ, который должен был выйти еще 1 января 2021 года, ждем до сих пор. Инновационный препарат, зарегистрированный еще в июле 2020 года, до сих пор не может выйти на розничный рынок, от чего в итоге страдает казахстанский пациент. Хотя в других странах лекарство уже зарегистрировали.

– По Вашему мнению, почему минздрав тянет?

– Я не могу ответить на этот вопрос. Очевидно, что сам процесс регистрации цен в розничном сегменте требует оптимизации. В других странах препарат получает доступ в розничном сегменте рынка сразу после получения регистрационного удостоверения.

– Только в этом претензии к министерству здравоохранения?

– У нас нет претензий, но есть желание, чтобы в Казахстане пациенты имели равный доступ к препаратам, которыми уже лечатся пациенты в других странах.

Про «антиковидный список»

– Хорошо, не претензии, а пожелания. Какие еще есть пожелания к министерству?

– Еще есть вопрос, связанный с «антиковидным списком». В конце 2020 года минздрав опубликовал приказ об изменении методики и правил регистрации цен на лекарства, предназначенные для лечения коронавируса. Предполагалось, что на ряд препаратов, входящих в «антиковидный список», будут снижены цены в розничном сегменте. По решению межведомственной комиссии цены на препараты должны быть снижены примерно на 30-35%. Но в приказе не был учтен переходный период, то есть после его публикации цена должна быть немедленно снижена на всех участках товаропроводящей цепочки, что невозможно сделать без ущерба для игроков рынка.

– Мотивы минздрава понятны. Из-за пандемии расходы бюджета растут, доходы падают.

– Казахстан не первая страна, где подобное происходит, но в большинстве стран есть переходный период, когда регулятор дает возможность продать старые запасы, приобретенные по более высокой заявленной ранее цене. Минздрав Казахстана не дал даже недели на переходный период, и компании вынуждены продавать себе в убыток.

То есть компании приняли решение не продавать лекарства дешево?

– Компании-производители, дистрибьютеры, аптеки, вся товарно-производящая цепочка находятся в ожидании, что решение будет пересмотрено.

Если рассмотреть законодательство, к примеру налоговое, то любая коммерческая организация будет вынуждена декларировать снижение налогооблагаемой прибыли, что приведет к уменьшению суммы налога на прибыль. Если позиция министерства здравоохранения не изменится и не будет разработан комплексный подход к ценовому регулированию, то компании фармрынка будут вынуждены декларировать налоговый убыток. Данный факт приведет к росту дефицита государственного бюджета за счет снижения налоговых поступлений.

Про вакцины

– За гонкой вакцин от коронавируса следил весь мир, по объемам заказов еще осенью Sanofi была в числе лидеров наравне с американо-немецкими разработчиками Pfizer-BioNTech. Что помешало оказаться в тройке лидеров?

– Наблюдать за гонкой вакцин с точки зрения обывателя интересно, но мы не наблюдатели – мы участники процесса. Мы разрабатываем собственную вакцину – разрабатываем в первую очередь с позиции безопасности и эффективности. Сейчас ждем до конца 2021 года, когда у нас закончится третья фаза испытаний, после этого будем вакцину регистрировать.

Кроме того, мы предоставили производственные мощности своих заводов во Франции для производства вакцины, разработанной BioNTech совместно с Pfizer, и одобренной вакцины, разработанной компанией Johnson & Johnson. И мы гордимся, что у нас есть возможность сделать свой значимый вклад как с позиции создания вакцины, так и с позиции увеличения объемов тех вакцин, которые уже зарегистрированы.

Когда ваша вакцина выйдет на рынок?

– В данный момент «Санофи» работает над двумя вакцинами-кандидатами:

  • Первая из них основана на рекомбинантном белке (с адъювантной платформой от компании GSK). В этой вакцине-кандидате используется технология, которая зарекомендовала себя в профилактике гриппа. В феврале 2021 года началось исследование II фазы с оптимизированной формулой. Цель исследования – получить одобрение от органов здравоохранения в IV квартале 2021 года и после этого начать поставки вакцины по всему миру.
  • Вторая вакцина-кандидат основана на матричной молекуле РНК (в сотрудничестве с компанией Translate Bio). Согласно первичным полученным данным, две инъекции вакцины способствовали образованию нейтрализующих антител в высоких концентрациях, сопоставимых с теми, что отмечаются у переболевших коронавирусной инфекцией. Как сообщалось ранее, компания начала исследование I/II фазы в I квартале 2021 года и планирует начать исследование III фазы во второй половине 2021 года.

– А это не будет поздно? Основные конкуренты могут уже захватить рынок.

– Чем больше будет вакцин на рынке, тем лучше. Вакцина – это сложный производственный процесс. Все видят, что спрос на вакцину намного превышает тот объем, который могут сейчас предложить компании.

– Все производители заявляют, что увеличивают производственные мощности.

– На самом деле это хорошие новости. Чем больше будет вакцин, тем быстрее сможем победить пандемию. Пока же вакцинация от коронавируса идет слишком медленно, и главная причина – нехватка вакцин.

– А Вы вакцинировались?

– Да, я вакцинировался тем, что мне предложили в поликлинике.

– Когда вакцина Sanofi будет готова, какую долю мирового рынка вакцин от COVID, который оценивается в $80 млрд, планируете занять?

Мы не оценивали, какую долю рынка можем занять. У нас есть обязательства по обеспечению вакцинами некоторых государств, и наша задача – выполнить все обязательства, которые мы на себя взяли.

– Какие обязательства взяли на себя?

– Это не секретные данные. Они доступны в открытых источниках. Правительство США закупит 100 млн доз, а Европа – 300 млн доз вакцины-кандидата от «Санофи» и GSK.

– Расскажите об инициативах вашей компании в области ИИ.

– Мы продвигаем новые биопрепараты для развития точной медицины и используем искусственный интеллект для ускорения наших открытий и разработок. Интеграция реальных данных позволяет нам разрабатывать инновационные децентрализованные клинические испытания и выявлять новые группы пациентов, которым могут помочь наши лекарства. «Санофи» инвестирует в искусственный интеллект, который позволит нам выбирать препараты-кандидаты из огромного списка и улучшить наш портфель. Мы ставим перед собой 3 задачи: лучше понимать пациентов и особенности болезней, повышать эффективность работы и улучшать качество сервиса для пациентов и клиентов.


Подписывайтесь на Telegram-канал Atameken Business и первыми получайте актуальную информацию!

30667

Материалы по теме:

eksperty-predrekayut-vakcinnuyu-vojnu-v-mire

etnofestival-s-ugosheniyami-proshel-v-kostanae

skolko-teryayut-pensionery-ot-vnedreniya-novoj-metodiki-rascheta-pensij

bublik-v-madride-srazitsya-s-14-j-raketkoj-mira

effektivnyj-podhod-k-organizacii-udalennoj-raboty-vzglyad-dell-technologies

загрузка

×