/img/tv1.svg
RU KZ
Всемирный банк предупредил о новом кризисе. Зацепит ли он Казахстан?

Всемирный банк предупредил о новом кризисе. Зацепит ли он Казахстан?

О новой рецессии в 2020 году экономисты говорят довольно давно и даже прозвали ее «суперкризисом».

14:30 02 Январь 2020 8180

Всемирный банк предупредил о новом кризисе. Зацепит ли он Казахстан?

Автор:

Ольга Фоминских

Эксперты Всемирного банка предрекли миру очередной кризис, который станет масштабнее и тяжелее, чем предыдущие.

В банке проанализировали самые крупные мировые кризисы за последние полвека и пришли к выводу, что новый глобальный кризис зародится в Китае, пишет РИА Новости.

Главную проблему Всемирный банк видит в стремительном росте долговой нагрузки во всем мире, как в частном, так и государственном секторе. Объем мирового долга уже достиг 246 трлн долларов. Это абсолютный рекорд, более чем в три раза превышающий глобальный ВВП. Особые опасения вызывают непогашенные обязательства развивающихся стран.

«Всемирный банк подчеркивает, что в последние десять лет главным генератором нового долга был Китай», – пишут РИА Новости.

Вопрос о том, что мировой кризис разразится в 2020-м, обсуждается давно. В сентябре 2018 года инвестбанк JPMorgan Chase назвал кризис 2020-го суперкризисом, который приведет к массовым беспорядкам и перебоям с продовольствием.

Есть ли опасения для Казахстана попасть в волну финансового кризиса в предстоящем году, рассказали эксперты.

По словам генерального директора DAMU Capital Management Мурата Кастаева, предпосылки для наступления глобальной экономической рецессии всерьез обсуждались инвесторами в начале осени. Однако политика ФРС и других мировых центробанков по снижению ставок и достижение первой фазы торговой сделки между США и КНР оказало поддержку финансовым рынкам. Риски замедления мировой экономики снизились.

«В этом году ожидается продолжение центробанками мягкой монетарной политики, а в преддверии выборов президента США Трамп заинтересован в новых успехах в торговой войне с Китаем, поэтому вполне вероятно, что мы увидим очередные договоренности. Пока взгляды инвесторов на 2020 год сдержанно оптимистичны. С другой стороны, рынки растут уже десятилетие без серьезных спадов, поэтому коррекция давно назрела. Пока ожидания инвесторов таковы, что глобальное замедление роста или даже рецессия отодвинулась на 2021 год», – пояснил эксперт.

Одновременно, напомнил он, казахстанская экономика является частью (и совсем небольшой) мировой экономики, поэтому на ней будут сказываться глобальные тренды.

«Замедление роста основных экономик скажется на снижении цен на нефть – главном индикаторе самочувствия казахстанской экономики. Напротив, стабильные цены на нефть обеспечат и стабильность экономического роста», – подчеркнул он.

Начальник отдела инвестиционного анализа «Астана-Инвест» Серик Козыбаев считает, что предпосылок для глобального финансового кризиса пока нет.

Он также отметил, что на острие внимания находятся торговые диспуты между двумя сверхдержавами.

«В случае если стороны не договорятся и конфликт будет обостряться, это может негативно отразиться на глобальной экономике. И финансовый сектор может пострадать, например, темп роста мирового ВВП может снизиться, но называть это финансовым кризисом, как, например, кризис в 2008 году, я бы не стал. Вполне возможно, что фондовый рынок и цена на нефть вполне могут скорректироваться, но не думаю, что стоит ожидать резкого сильного обвала цен», – отмечает Серик Козыбаев.

Разумеется, отметил он, падение цен на энергоносители негативно может сказаться на бюджете Казахстана, но как заявляли официальные лица страны, 50-60 долларов за баррель – приемлемый уровень для Казахстана. «Тем более что в стабильных ценах на нефть заинтересовано уж очень много стран. Я имею в виду ОПЕК, ОПЕК+, Россию, в частности, договоренность которых о сокращении добычи, может дать твердую поддержку цене на нефть», – полагает аналитик.

В «Финам» считают, что в 2020 году, несмотря на попытки ведущих мировых центробанков залить рынки деньгами, им вряд ли удастся добиться значительного повышения роста глобальной экономики и данные меры всего лишь отсрочат ее рецессию.

«В свою очередь не стоит забывать о том, что в 2020 году в Соединенных Штатах пройдут президентские выборы и фактор предвыборной гонки, в рамках которой демократы усилят давление на Трампа, будет причиной повышенной волатильности на мировых финансовых и сырьевых рынках», – отметили в инвесткомпании.

Тем временем эксперты Всемирного банка считают, что в 2019 году благодаря стабильному внутреннему спросу ВВП Казахстана, скорее всего, увеличится, приблизительно на 4%, аналогично показателю роста ВВП прошлого года. Но на фоне нарастания рисков внешней среды и уязвимости перед экономическими шоками ожидается некоторое замедление роста в 2020 году – до 3,7%.

Ольга Фоминских

Казахстан ждет план реформ

07 Июль 2020 07:36 26569

В прежней модели развития нет закладки на кризисы.

Что показал последний год? Насколько первый президент участвует в активной общественно-политической жизни Казахстана сейчас? На эти вопросы inbusiness.kz ответили политологи.

Политолог Данияр Ашимбаев:

«Произошла определенная эволюция взаимоотношений. Все-таки в Казахстане такая модель – наличие двух президентов – не применялась, и какие-то вопросы, даже с учетом опыта и дипломатичности двух президентов, отрабатывались на ходу.

Если сначала Елбасы отошел в сторону, то потом, начиная с лета прошлого года, активизировался и обозначил свое присутствие, при этом демонстративно не продавливая свои полномочия.

Это продолжалось до проведенного недавно заседания совета по управлению фондом «Самрук-Казына» (прошло 3 июня под председательством первого президента. – Ред.). Фонд не выполнил поручений Касым-Жомарта Токаева об увеличении перечислений в бюджет, зато подробно отчитался в своих планах, реорганизации и финансовых перемещениях перед первым президентом. Вроде бы двоевластия нет, но возникло ощущение, что политическое доминирование первого президента становится все более очевидным.

Елбасы, помимо Ассамблеи народа Казахстана и других структур, контролирует силовые структуры. То есть силовые структуры и квазигоссектор в виде «Самрук-Казына» остались под контролем первого президента.

Сейчас элита ориентируется на обоих президентов. Акимы подчиняются как акимы второму президенту, как руководители областных филиалов партии Nur Otan – первому.

Мы видим, насколько усилилась позиция премьер-министра Аскара Мамина, назначенного Нурсултаном Назарбаевым еще до смены власти. Он взял на себя значительную часть работы в исполнительной власти. Характерным было то, как премьер провел отчет об исполнении бюджета прошлого года, – жестко. До этого Наталья Годунова (председатель счетного комитета по контролю за исполнением республиканского бюджета. – Ред.) ставила определенные вопросы, но итоговое слушание прошло кратко и сжато.

Формируется практически третий центр власти. Но проблема в том, что, несмотря на общую работу кабинета министров, у нас есть серьезная проблема с социальным блоком, с министерствами социального блока. И выбранный курс и их работа себя не оправдывают.

Возникает чехарда вокруг второго карантина, появляются провалы в работе минздрава, МОН. Мы видим, что никаких уроков из первого карантина не извлекается. А учитывая, что это касается огромного числа людей и власть уже сказала, что пособие 42 500 выплачиваться не будет, то ситуация становится все более угрожающей. Власть наступила на грабли и продолжает на них наступать.

И в окружении Касым-Жомарта Токаева нет людей, способных предложить грамотную стратегию экономических реформ, реформы государственного управления, варианты решения проблем здравоохранения. Видно, что второй президент столкнулся с серьезным кризисом в целом управляемости и управляемости меняемой.

Нужна стратегия реформ, не просто политических, но реформ госуправления и экономики. Но эту программу предложить, по сути, некому. Правительство вполне решает оперативные проблемы, предложенные меры ориентированы на среднесрочный эффект. Из Акорды каких-то идей, проектов, планов не поступает, Библиотека сейчас занята несколько другим.

Если возникнет какая-то концепция реформ, если она вменяемо и грамотно выстроена, что мешает лидеру нации и главе государства обсудить эти вопросы? Надо помнить, что Нурсултан Назарбаев не консерватор, он инициировал массу реформ, он не боялся выдвигать молодежь, легко шел на антикризисные меры. У него достаточно глубокое понимание основ экономики Казахстана и ее социальной проблематики. Если представить вменяемый план реформ, Елбасы спокойно может его принять при грамотной аргументации. Проблема в том, что этого плана реформ ни у кого нет.

Прежняя модель в условиях внешнеэкономической конъюнктуры, очередного падения цен на нефть и карантина просто не работает. В этой системе нет закладки на кризисы, а кризисы сейчас достаточно серьезные, и мы видим, что эта модель с ней не справляется.

Мы, надо это признать, подходим к определенному кризису власти и кризису идей. Надеюсь, после юбилейных мероприятий все-таки будет какая-то определенность внесена в эти вопросы.

Библиотека ориентирована на охрану двух базовых принципов политики Назарбаева – стабильность и согласие. Она аккуратно ставила вопросы о том, что реформы – это хорошо, но определенную преемственность курса в тех вопросах, которые первый президент продвигал 30 лет, нужно сохранять.

На какие бы радикальные экономические реформы ни шли, с какими бы кризисами ни сталкивались, для первого президента сохранность стабильности и согласия были базой и приоритетом. Сейчас он, передав пост президента Касым-Жомарту Токаеву, видимо, ждет от него определенных посылов в этом направлении.

Токаев отчасти оправдывает эти ожидания: он выезжает в проблемные места – Арысь, Кордай. Во время первого карантина чуть ли не самостоятельно предлагал пакеты по решению обострившихся социальных и экономических проблем. Но, думаю, Библиотека ждет развернутого видения. Как и все мы, в принципе».

Политолог Талгат Калиев:

«За последний год участие первого президента в политической жизни страны планомерно и целенаправленно снижалось и это, судя по всему, был осознанный подход самого Нурсултана Назарбаева, который, условно, тестировал способность системы работать без его участия.

В каждом своем выступлении он призывает поддерживать действующего президента, выражает одобрение проводимой им политики.

Мы наблюдаем становление института Елбасы: первый президент не участвует в оперативной политической жизни страны, находясь больше в ценностном, гуманитарном и, можно сказать, философском поле. Думаю, его движение в этом направлении вполне осознанное и будет продолжаться. Институт Елбасы должен обрести качественное содержание.

За последний год свои инициативы Нурсултан Назарбаев транслировал через Фонд первого президента. Преимущественно они были либо образовательными и подразумевали поиск и поддержку молодых талантов, одаренных детей. Либо гуманитарными, мобилизующими народ на преодоление сложностей.

Это в том числе акция BizBirgemiz – сбор средств на противодействие коронавирусу. Традиционный для казахов асар, хотя и находится в плоскости практической, тем не менее все-таки относится к мероприятиям ценностного, морально-нравственного характера.

В политической, особенно оперативной, жизни Нурсултан Назарбаев, повторюсь, осознанно старается не принимать участие и не мешать своему преемнику реализовывать собственную повестку».

Елена Тумашова


Подпишитесь на наш канал Telegram!

Казахстан после Covid-19: что поможет выйти из кризиса

30 Июнь 2020 07:01 7867

Рецептами поделились участники панельной дискуссии на Astana Finance Days.

«Что будет после коронавируса-2019 – кризис или восстановление?» – так обозначил направление дискуссии директор по стратегическим вопросам, председатель Академического совета и председатель отдела Corporate Governance & Stewardship в Международном финансовом центре «Астана» профессор Александр Ван де Путт.

Он представил три сценария развития событий. Первый – сценарий управляемого кризиса. Это когда все международное сообщество будет сотрудничать, чтобы минимизировать последствия кризиса, и в этом случае восстановление пройдет в форме V, количество смертей в глобальном масштабе уменьшится.

Второй сценарий предполагает экономическое восстановление в виде W. Такой вариант возможен, если мировое сотрудничество в борьбе с последствиями пандемии КВИ будет налажено, но не везде. В этом случае восстановление продлится до 2021-го и даже, возможно, до 2022 года.

«Но тут нужно понять, что кризис коронавируса может привести к кризису экономическому», – комментирует спикер.

Третий сценарий – пессимистический, предполагает восстановление в форме L. Этот вариант может воплотиться в жизнь, если различные государства не будут участвовать в международной борьбе с коронавирусом, что приведет к продолжительной депрессии, экономическому спаду вплоть до 2023 года.

«Мы не должны особо полагаться на вакцину, может быть, она и не появится. С этим можно спорить, но не нужно думать, что она появится совершенно точно сама по себе», – добавляет к описанию вариантов спикер.

Природные ресурсы: пересмотреть перспективы

На взгляд Александра Ван де Путта, то, над чем можно работать в Казахстане и что будет содействовать устойчивому экономическому развитию, – это экономика непрерывного цикла. Она послужит «мостом в будущее».

«Например, в Казахстане много нефтегазовых ресурсов, но, к сожалению, большое количество попутного нефтяного газа. Он выделяется, это загрязнет экологию. И кроме того мы не используем ценный ресурс. Может быть, этот ресурс можно использовать для производства водорода, например, для металлургии, что сделает эту отрасль намного более экологичной. И, кроме того, можно обеспечить общественный транспорт – и городской, и междугородний – экологически чистым топливом», – приводит пример спикер.

«Это достаточно перспективное направление, я вижу много возможностей. Но нужно учитывать существующую рыночную архитектуру и издержки», – говорит директор по контенту Bloomberg New Energy Finance Натаниэль Буллард.

Кроме того, добавляет он, нужно понимать, что, если говорить о транспорте, то усилится конкуренция (например, с электромобилями, с транспортом, работающим на других источниках энергии).

«Поэтому сначала надо задаться вопросом: где такие технологии будут иметь особую ценность, где они могут существенно помочь», – считает участник дискуссии.

Региональный ведущий экономист ЕБРР по странам Центральной Азии Эрик Ливны также согласен с тем, что, прежде чем использовать какой-либо вид топлива, например, «синий» водород, нужно точно знать, каков его потенциал.

«Мы можем сравнить стоимость новых источников с традиционными, чтобы посмотреть, какие перспективы есть у водородного топлива, – говорит он. – Для этого необходимо изменить законодательство, проводить НИОКР. Это не просто как какой-то сайт запустить. В секторе ВИЭ нужны новые технологии. Сейчас только 2,3% энергии в Казахстане вырабатывается из возобновляемых источников, эту цифру нужно поднимать до 5-10%, может быть, 15%, тогда появится возможность снижать ее стоимость».

Регионализация и умные города

Дальше участники дискуссии говорили о том, насколько коронакризис отличается от финансово-экономического кризиса 2008-2009 годов.

Александр Ван де Путт отметил, что под влиянием этих двух кризисов разные сектора экономики пострадали по-разному. Сейчас на некоторых отраслях кризис сказался больше, на некоторых – меньше. В 2008 году при росте информационных потоков сократились глобальные финансовые потоки, сейчас количество информации также продолжает расти, но снижается традиционная, физическая, торговля.

«Каковы преимущества Казахстана, которые смогут претворить в жизнь новый шелковый путь? Я говорю именно о цифровом пути», – обозначил спикер направление беседы.

«Последствия двух кризисов совершенно разные, картина оказалась диаметрально противоположной. Я говорю, прежде всего, о тех изменениях, которые повлияли на ведущие, крупнейшие компании мира, на 10 или 20 компаний. Существующий кризис приводит к активному росту цифровых компаний, чья деятельность происходит в основном в онлайн. В то же время объемы физическо торговли сократились. Цифровая экономика начинает активно развиваться именно с наступлением коронавируса», – говорит генеральный директор AIFC Business Connect Джеймс Мартин.

Но, по его словам, есть еще один аспект: сейчас мир переходит от глобализации к регионализации.

«Объемы физической торговли сокращаются, в том числе на глобальном уровне, некоторые страны начинают производить товары на своей территории. Сейчас мы фокусируемся прежде всего на цифровой инфраструктуре, однако должны учитывать, что физическая инфраструктура никуда не делась. Мое мнение: надо объединить физическую и цифровую инфраструктуру. Это позволит и дальше укреплять экономику», – уверен эксперт.

Что касается Казахстана, то, на его взгляд, стране необходимо продолжать работать с международными организациями, которые обеспечивают устойчивое развитие. И нужны инновации.

«Необходимо сосредоточиться на инновационных продуктах, которые позволят улучшить логистику. Необходимо обеспечить целостность цепочек поставок. Это один из приоритетов. Умные города, где будут развиваться инновации, искусственный интеллект, различные новейшие технологии, – вот над чем нужно поработать. Международные финансовые институты также должны развиваться в Казахстане в рамках умных городов. Это позволит объединить традиционный физический мир и мир виртуальный», – делится своим рецептом Джеймс Мартин.

Уникальное положение в Центральной Азии

Управляющий директор и управляющий портфельными инвестициями, EnTrust Global Джулиан Проктор видит эффективность и большие возможности технологии блокчейн в сфере логистики, она позволит сократить затраты и оптимизировать документооборот.

«На территории Казахстана это можно применять, например, в железнодорожном транспорте. Думаю, это можно назвать серьезным драйвером развития транспортной индустрии Казахстана, потому что можно связать несколько конечных точек – потребителей, производителей товаров. Можно сделать шаг вперед, и Казахстану стоит об этом задуматься», – говорит он.

Вообще, по мнению эксперта, у Казахстана уникальное и очень выгодное положение в Центральной Азии с точки зрения доступа и к России, и к Китаю, и к Европе.

«Думаю, эти возможности нужно сейчас использовать, если правильным образом применять технологии. Это может стать катализатором развития не только определенных направлений экономики, но и прямых инвестиций, может быть, даже новых проектов с IPO. Это очень интересные возможности, потенциал для финансовых сервисов и услуг Казахстана, особенно для МФЦА», – говорит Джулиан Проктор.

Образование онлайн как возможность

Эрик Ливны также указывает на то, что у Казахстана сейчас есть все предпосылки для развития собственной транспортной инфраструктуры и сферы услуг.

«Казахстан – часть Евразийского союза, это замечательный коридор для традиционной торговли. Например, в Грузии есть серьезные проблемы, начиная с географических, связанных с Каспийским морем, и заканчивая политическими. В Казахстане нет этих проблем. Это феноменальная возможность для Казахстана развиваться в этом проекте», – считает спикер.

На его взгляд, Казахстан также может выиграть от цифровизации, начиная с финтеха и электронной торговли.

«Нужно особенно подчеркнуть онлайн-образование, это новый переходный момент, новая возможность, которая была запущена пандемией. Учителя, преподаватели из больших городов могут работать в онлайне в разных городах. Также можно больше сделать в цифровизации и в развитии навыков и знаний молодого поколения», – рекомендует региональный ведущий экономист ЕБРР по странам Центральной Азии.

Отметим, что Казахстан опробовал дистанционное обучение в условиях карантина. По словам министра образования Асхата Аймагамбетова, за это лето педагогам предстоит плотно поработать над вопросами технического и методического характера. Министр выразил надежду, что учеба в начале следующего года все-таки начнется в стенах школ, однако вместе с этим необходимо подготовиться и к другому варианту.

Елена Тумашова


Подпишитесь на наш канал Telegram!