/img/tv1.svg
RU KZ
ЕАЭС – что будет после пандемии? – III

ЕАЭС – что будет после пандемии? – III

Каким будет образование в условиях пандемии и после?

08:15 12 Август 2020 4040

ЕАЭС – что будет после пандемии? – III

Автор:

Кульпаш Конырова

Редакция сайта inbusiness.kz продолжает тему Евразийской интеграции в условиях пандемии, с какими вызовами из-за коронавируса пришлось столкнуться Евразийскому экономическому союзу, который предполагал наличие четырех свобод: свободы движения товаров, капитала, услуг и рабочей силы.

Сегодня в фокусе – образование. Предлагаем подборку мнений экспертов.

Эдуард Полетаев, руководитель ОФ «Мир Евразии»:

«В сфере образования наиболее пострадавшими от пандемии COVID-19 с экономической точки зрения оказались университеты и обучающиеся в них студенты. Если основная масса школ и колледжей преимущественно финансируются государством, то значительная часть вузов стран ЕАЭС немалые деньги получают за счет иностранцев, которые учатся на платной основе.

В России студенты из стран ЕАЭС составляют около 35% от всех обучающихся иностранцев, и в этой доле очень много казахстанцев. Как с этим быть в дальнейшем – вопрос, который только решается. В условиях, если пандемия продолжится, как конкурентоспособность вузов изменится? В какую сторону? Ведь при онлайн-обучении можно выбрать вуз престижнее. Многие региональные университеты с низкими рейтингами могут потерять своих иностранных студентов».

Лайла Ахметова, директор Центра ЮНЕСКО КазНУ им. Аль-Фараби:

«Ограничение мобильности в рамках ЕАЭС повлияло и на мир образования. Болонская система и академическая мобильность не работают. У некоторых наших преподавателей нагрузка значительно увеличилась.

Ученики 1 сентября не смогут снова сесть за парты. Недавно частные школы просили разрешение начать новый учебный год так, как раньше. Иначе им придется сократить на 40% людей. Несмотря на то, что я с Интернетом знакома очень хорошо, у меня постоянно в последнее время был стресс на занятиях. Часть студентов не приходили в онлайн, потому что не было Интернета. Живут они в Алматинской области, у них нет связи. У многих только смартфоны, нет компьютера, и они не могут полноценно выполнить домашнее задание. Стресс мой заключался в том, что надо прочитать лекцию, провести лабораторное занятие, а затем записать и сделать много разных дел. Вылетает Интернет, нет записи, что-то не видно. Приходится занятия проводить дважды. При этом признаться, что я провела занятие, но вылетел Интернет, невозможно, это признак невыполненной работы. Экзаменационная сессия длилась пять недель вместо трех. Хотя плюсы тоже есть. Собранность появилась. Умение работать в новых форматах, освоение новых технологий. Например, мне пришлось изучить семь платформ, чтобы выбрать, в какой будет более комфортно работать и мне, и студентам.

Один из студентов не явился на экзамен, потому что побоялся плохого Интернета, что не будет записи. Я сказала, что в записи будем находиться до упора, если не будет Интернета или сорвется запись, то надо записывать по возможности. То есть может быть и пять раз, тогда надо будет, соответственно, пять раз брать новый экзаменационный билет. Другой студент приезжает в город из области, приходит в университет и за день сдает четыре экзамена. Все-таки это неправильно, но в условиях форс-мажора понятно. К тому же в онлайн-обучении забывается о роли архивов и библиотек, где много бумажных документов и книг. Не все знания есть в Интернете. Сейчас у нас отпуск, и, может быть, я была бы оптимистом, к тому же какие-то мелкие дела ко мне не доходят. Но читаю в групповом мессенджере, чем занимаются преподаватели среднего возраста и молодые. Они заняты набором студентов. Сегодня пишут все заявление на грант, огромное количество вопросов у абитуриентов, а преподаватели дают ответы. Стресс у многих.

Вышестоящее начальство – неважно, министерство это или ректорат – проводит большое количество семинаров, вебинаров. Начинаю читать, и у меня голова кругом. С другой стороны, надо знать документы, как в условиях удаленного обучения работать. Но невозможно это все сразу одолеть и понять. Множество людей в условиях стресса становятся больными. Должна быть психологическая поддержка, разгрузка. Практически все документы в области образования надо подвести под удаленку, а это буквально каждый шаг в обучении. Попробуй такое сделать за один семестр! Новые документы и разъяснительная работа к нам идут ежедневно. Это отнимает большое количество времени, с другой стороны, нельзя не читать и не изучать эти документы, иначе отстанешь от жизни. Однако я оптимист, считаю, что жизнь упорядочивается».

Ирина Черных, профессор Казахстанско-Немецкого университета, сотрудник представительства Фонда им. Розы Люксембург в Центральной Азии:

«Являясь внештатным преподавателем, я не испытала стресса дистанционного преподавания. Дело в том, что мы видим новые тренды в процессах коммуникации академического сообщества, образовательных структур и институтов. Есть позитивные факторы от пандемии. Академическое сообщество стало ближе друг к другу. Появилось больше возможностей общаться с коллегами из зарубежных стран и обсуждать важные вопросы в рамках онлайн-конференций, круглых столов, семинаров. Мы стали более информированными о том, что происходит у коллег в разных странах. Дистанционный формат интегрирования действительно сближает и объединяет, в том числе и с коллегами из стран ЕАЭС.Но вопрос в том, какие же стоят проблемы и новые вызовы перед образованием в рамках ЕАЭС? Например, цифровое неравенство, которое сегодня фиксируется не только в Казахстане, но и по всему миру. Пандемия COVID-19 стала тем фактором, который подтвердил, что мы однозначно провалили программу E-learning, по итогам реализации которой практически все школы в Казахстане должны были быть обеспечены компьютерами и высокоскоростным Интернетом. Где все это? По статистике, порядка 300 тысяч семей, не имеют компьютера, нормального доступа в Интернет. Международные организации сейчас занимаются перераспределением старой компьютерной техники и ее поставок в малообеспеченные семьи, чтобы ребенок мог начать учиться, имея доступ в Интернет. Университеты также столкнулись с похожими проблемами при переходе на дистанционный формат обучения. Сегодня среди экспертов есть точка зрения, что онлайн-обучение является способом получения знаний для бедных. Отчасти с этим можно согласиться, так как при дистанционном обучении теряется личностный контакт обучающего и обучающегося.

При непосредственном контакте можно передавать личностные знания и опыт, наработки, совместно участвовать в проектах со студентами. Это теряется при дистанционном обучении. Дистанционно в той или иной степени можно отстроить эти процессы. Но проблема сама по себе существует. Среди экспертов в сфере миграционных процессов есть некая эйфория, что в 2020 году мы получим большее количество студентов, которые будут поступать в казахстанские университеты. Понятно, что последние годы фиксируется рост образовательной миграции из Казахстана, шел отток молодежи, которая уезжала поступать в зарубежные университеты. Основным направлением для обучения является до сих пор Россия. В 2018/19 учебный год обучалось 59 тысяч казахстанских студентов в России. И это на 14 тысяч больше, чем в предыдущий год.

Вполне вероятно, что в этом году в связи с карантинными мерами и закрытыми границами больше молодых казахстанцев будут поступать в наши вузы.

При этом, несмотря на пандемию, Россия активно занимается рекрутингом молодежи, что является вызовом для Казахстана. Российские вузы точно так же, как и наши, перестраиваются. Скоро, после окончания процессов поступления, мы увидим, какой процент казахстанских абитуриентов поступил в отечественные высшие учебные заведения и какой – в российские. Здесь вопрос будет стоять о стоимости обучения. Когда мы заканчивали семестр, студенты спрашивали о том, почему не снижена стоимость обучения в вузах, ведь преподавание дистанционное. Была бурная дискуссия. Этот вопрос пока остался открытым. Сейчас возникает несколько других вопросов, будут ли в финансовом плане наши вузы конкурентоспособны при дистанционном обучении, насколько снизят стоимость обучения российские вузы, насколько эффективно университеты смогут организовать обучение в онлайн-режиме? Конечно, в нынешних условиях многие родители предпочтут сэкономить. Скоро час Х наступит, и мы увидим, сколько казахстанских студентов поступит к нам и сколько в российские вузы».

Александр Губерт, старший преподаватель кафедры «Государственная и общественная политика и право», Алматы менеджмент университет (AlmaU):

«Уже было сказано, что онлайн-образование – образование для нищих, как бы это грубовато ни звучало. Цифровое неравенство может быть быстро преодолено при необходимости. Но теперь очное образование, действительно, станет доступно не каждому. Отработка системы дистанционного образования таким массированным способом происходит впервые. Мы и раньше внедряли онлайн-образование, но так, чтобы всех сразу окунуть, – это был стресс для всех. По своему опыту скажу, что качество будет страдать. Тот, кто раньше обучался дистанционно, понимает, что это требует гораздо больше самодисциплины, времени, усилий и т. д., чем очное образование.

Нужно искать возможности и способы, несмотря на карантин, чтобы оставлять хотя бы частично очное образование. Потому что идет разделение общества. И в Казахстане, и в других странах. А это возможность манипулирования. Как социальные сети манипулируют людьми, так и в онлайн-образовании будут отрабатываться и использоваться соответствующие механизмы.

И без того сегодняшняя система среднего и высшего образования вызывает много вопросов, имеются проблемы именно с точки зрения подготовки студентов, его качества, реального значения дипломов. Система онлайн пока не способствует тому, чтобы качество образования улучшалось».

Галия Мовкебаева, профессор кафедры международных отношений и мировой экономики факультета международных отношений КазНУ им. Аль-Фараби, директор Центра евразийских исследований:

«Пандемия коронавируса и ее последствия представляют собой вызов на неопределенный период как в мировом, так и в национальном масштабе. Это относится ко всем сферам жизни – к экономике, политике, здравоохранению, безопасности, также и к повседневному бытию людей. Но в особой степени это относится к сфере образования, и здесь, прежде всего, к студентам, учащимся, к их родителям, к преподавателям, к образовательной политике, управлению, инновационным и технологическим формам обеспечения образовательного процесса. В свою очередь, пандемия коронавируса ускорила развитие дистанционных форм преподавания, обучения, коммуникаций.

Образование является важной сферой взаимодействия стран ЕАЭС, повышения конкурентоспособности стран союза в этой сфере. Следует отметить, что в число 250 лучших мировых университетов вошли пять университетов стран ЕАЭС: четыре российских – Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова (74-е место), Санкт-Петербургский государственный университет (225-е), Новосибирский национальный исследовательский государственный университет (228-е), Национальный исследовательский Томский государственный университет (250-е место). Казахский национальный университет им. Аль-Фараби занял 165-е место в мировом рейтинге вузов QS, продвинувшись за год на 30 позиций. Сегодня необходимо говорить в первую очередь об интернационализации образования, как процессе взаимодействия и взаимовлияния национальных систем высшего образования на основе общих целей и принципов, отвечающего тенденциям глобализации и регионализации, что создает достаточно хорошие условия для сотрудничества и здоровой конкуренции. Для повышения конкурентоспособности вузов необходима разработка совместных международных образовательных программ и усиление научной составляющей в них. Наша страна давно и активно участвует в академической мобильности, одной из первых присоединилась к Болонскому процессу. В 2002 году в Казахстане уже была введена кредитная технология обучения, трехуровневая система подготовки специалистов. Студенты, магистранты, докторанты, исследователи, преподаватели, имея возможность выбрать индивидуальную образовательную траекторию, получая доступ к качественным образовательным и исследовательским программам академической мобильности, возвращаются с уже накопленным багажом в свои страны для того, чтобы применять полученные знания на практике. Пандемия диктует формы реализации академической мобильности. Сегодня уже существует так называемая виртуальная (онлайн) академическая мобильность. Реальная (физическая) академическая мобильность будет сокращаться. Многие европейские вузы уже отказываются от непосредственной академической мобильности в ее первозданном виде, открывают онлайн-курсы. Мои коллеги и студенты прошли онлайн-курсы ведущих университетов ближнего и дальнего зарубежья, получили сертификаты. В КазНУ им. Аль-Фараби уже с 2014 года существуют массовые открытые онлайн-курсы на платформе open.kaznu.kz, которые прошли более 15 тысяч человек. Создана платформа открытого образования Казахстана, где 24 казахстанских вуза являются партнерами, сюда входит Альянс вузов Шелкового пути, в котором более 130 университетов ЕАЭС и СНГ. По большей части это бесплатные и доступные курсы. Здесь выступают с лекциями видные представители бизнеса и науки. Дистанционное образование открывает новые возможности, когда мы можем услышать лекции ведущих ученых с мировым именем.

Также согласна с мнением о том, что большинство наших абитуриентов будут выбирать казахстанские вузы».

Аскар Нурша, декан Высшей школы государственной политики и права Алматы менеджмент университета (AlmaU):

«Образовательные траектории стран, входящих в ЕАЭС, идут различным путем. Для Казахстана, да и не только, важно будет, что местные университеты продолжат двигаться в направлении международных аккредитаций. Которые, в свою очередь, позволят смягчить давление по линии собственных министерств. Речь будет идти об интеграции в мировое сообщество. Но на двустороннем уровне отношения наших вузов с российскими будут укрепляться, сформируются сетевые альянсы. Качество российского образования все же высокое. В ряде сфер наши вузы будут тянуться к лучшему, появятся трудовые мигранты от образования, и даже онлайн-экспаты. Надо посмотреть, куда нас заведет борьба с коронавирусом, насколько долго она продлится. В сфере образования Казахстана уже наблюдается тенденция к сокращению преподавательских кадров. Вузы начинают экономить, переводить педагогов общеобразовательных дисциплин за штат. Возможно, будут закупать преподавание у других поставщиков образовательных услуг, если внутри страны это обойдется дорого. То есть это приведет к тому, что на рынке образования начнут вымываться преподавательские кадры за счет экономии со стороны вузов. Российские и зарубежные могут предложить Казахстану собственные онлайн-продукты. Если они окажутся выгодными, то сотрудничество может расшириться, станет долгосрочным. Конечно, это касается не всех вузов, а лучших. Возникнет некая конкуренция различных сетевых вузовских альянсов. Но говорить о какой-то интеграции политик в области образования нельзя».

Марат Шибутов, член общественного совета Алматы:

«Нынешнее сокращение выезда студентов на обучение за рубежом – только для этого года и соответствующих условий. В дальнейшем выезд пойдет на увеличение. Образование связано с рынком труда, а он, в свою очередь, с социальными условиями. Пандемия COVID-19 показала многим постсоветским странам, где жить лучше и безопаснее. В этом соревновании они проиграли. Мы недавно проводили совещание с представителями казахстанских вузов. С проректорами по учебно-методической части отправляли предложения в министерство образования и науки РК. Вузы хотят перевести иностранных студентов на дистанционное обучение, чтобы в целом увеличить количество получаемых денег. Такая дальнейшая перспектива, которая в реальности будет зависеть от каждого учебного заведения в отдельности. Можно сказать, что онлайн-образование хуже по одной простой причине – наши студенты не привыкли работать самостоятельно, объем работы у них маленький. Если их нормально загружать заданиями, они и онлайн начнут учиться лучше. Просто необходимо будет перевести определенные часы занятий с одного на другое. Мы пока смотрим на процессы в образовании исходя из ближайшей перспективы. Необходимо временную планку отодвинуть подальше.

Шавкат Сабиров, директор Института по вопросам безопасности и сотрудничества в Центральной Азии, член общественного совета при МИД РК:

«Что касается онлайн-образования, я ориентируюсь на опыт своей дочери, которая учится в США. Американская и европейская высшие школы направлены на самообразование, доля самостоятельного обучения студентов довольно высока. Учащиеся готовы со старших классов школы заниматься самостоятельно, выбирать предметы. Для них онлайн-образование пришлось в самую точку.

Наши же студенты пока не научены самодисциплине. Поэтому думаю, что для начальной и средней школы внедрение онлайн-образования даст много плюсов. Школьники научатся ответственности, к тому же родители рядом, все видят и слышат. Даже летом, когда занятий нет, многие дети продолжают самообразование. Политолог Эдуард Полетаев ранее в интервью нашему порталу заметил, что из этих четырех свобод в ЕАЭС пандемия больше всего повлияла на единый рынок услуг и общий рынок труда.

Кульпаш Конырова


Подпишитесь на наш канал Telegram!

Опубликован список вузов, не получивших поддержку государства

В каких именно вузах теперь нельзя обучаться по государственному гранту?

17 Сентябрь 2020 13:58 37213

Об этом поделился заместитель председателя НПП «Атамекен» Олжас Ордабаев на своей страничке в «Фейсбуке».

«В этом году министерством образования и науки РК был сделан большой шаг – 36 вузов не допустили к грантам. Вузы отсекались на основании низкого трудоустройства и слабых позиций рейтинга НПП «Атамекен» (в основе нашей методики лежит трудоустройство и актуальность образовательных программ).

Эти вузы на самом деле вызывают много вопросов, вот только несколько интересных фактов:

  • В Казахстанском университете инновационных и телекоммуникационных систем обучаются на очном отделении – 1528 человек.

При этом на первом курсе – трое, на втором – шестеро, на третьем – пятеро, на четвертом курсе – 1513!

Как такое могло случиться?

  • Этот же вуз дает дипломы 13% (699 человек) всех выпускников-юристов страны. Для сравнения, в КАЗГЮУ в 2018 году выпуск по специальности «юриспруденция» составил 185 выпускников.
  • В Центрально-Азиатском университете меньше 30% выпускников-экономистов находят работу! Актуальность образовательных программ ниже 10%!
  • В Международном гуманитарно-техническом университете только 29% выпускников специальности «информатика» находят работу. Еще по четырем специальностям трудоустройство не доходит до 50%!» – отмечает О. Ордабаев.

И таких примеров еще много, сообщает представитель Нацпалаты, считая решение МОН РК обоснованным.

Список вузов, где государство не разместило гранты:

  1. Университет «Астана».
  2. Казахстанский морcкой университет (ныне Актауский гуманитарно-технический университет).
  3. Университете дружбы народов имени академика А. Куатбекова.
  4. Институт Мардана Сапарбаева.
  5. Международный университет Silk way.
  6. Университет «Сырдария».
  7. Кокшетауский университет им. Абая Мырзахметова.
  8. Атырауский инженерно-гуманитарный институт.
  9. Евразийский технологический университет.
  10. Каспийский общественный университет.
  11. Академия «Кайнар».
  12. Инновационный Евразийский университет.
  13. Евразийский гуманитарный институт.
  14. Казахская академия труда и социальных отношений.
  15. Казахская автомобильно-дорожная академия им. Гончарова.
  16. Центрально-Азиатский университет.
  17. Центрально-Казахстанская академия.
  18. Казахский университет технологий и бизнеса.
  19. Академия Bolashaq.
  20. Казахстанская инновационная академия.
  21. Международный гуманитарно-технический университет.
  22. Экибастузский инженерно-технический институт им. академика К. И. Сатпаева.
  23. Евразийская юридическая академия имени Д. А. Кунаева.
  24. Кызылординский университет «Болашак».
  25. Баишев университет.
  26. Университет иностранных языков и деловой карьеры.
  27. Казахстанский университет инновационных и телекоммуникационных систем.
  28. Гуманитарно-техническая академия.
  29. Алматинская академия экономики и статистики.
  30. Западно-Казахстанский инновационно-технологический университет.
  31. Казахский университет экономики, финансов и международной торговли.
  32. Университет Алматы.
  33. Казахстанский медицинский университет непрерывного образования.
  34. Казахско-Русский международный университет
  35. Таразский инновационно-гуманитарный университет.
  36. Костанайский социально-технический университет имени академика Зулхарнай Алдамжара.

Подпишитесь на наш канал Telegram!

Плюсы и минусы дистанционного образования

Кто умеет зарабатывать и получать максимальные результаты.

14 Сентябрь 2020 11:42 6177

Казахстанские эксперты – об особенностях и перспективах образования в условиях пандемии. С началом нового учебного года тема дистанционного обучения стала одной из самых актуальных в казахстанском обществе. В «заложниках» оказались дети, родители и учителя. И, пока в Казахстане идут бурные споры о том, узаконить дистанционное обучение или нет, во многих странах мира еще задолго до пандемии и связанного с ним карантина начали практиковать «дистанционку». Корреспондент inbusiness.kz выяснила, что думают эксперты о школе онлайн.

Но для начала приведу примеры из собственной жизни. Четыре года назад в рамках пресс-тура для казахстанских журналистов по Швейцарии нас привели в один из местных университетов. И во время встречи с руководством вуза нам рассказали, что практикуют дистанционное обучение. Нам объяснили, что не все студенты, в частности, из стран Африки и Азии, могут позволить себе прилететь в Швейцарию и получить образование. И тем более платить за жилье и питание. И не все страны, как Казахстан, могут отправить молодых учиться за счет государства. В строго определенное время преподаватели этого вуза выходили в режиме онлайн, читали лекции для своих «далеких» студентов. Но вот для защиты диплома студенты все же должны были прилететь лично в университет. Но и это уже не такие большие расходы, как жить в течение учебных семестров в самой дорогой стране мира. Такой метод обучения стал для швейцарского университета еще одной возможностью получения заработка. Вот еще один пример. Пока некоторые родители жалуются, что все трудности обучения собственных детей легли на их плечи в условиях «дистанционки», сын одной моей соседки уже третий год успешно получает дистанционное образование по российской школьной программе. Как объяснила женщина, это гарантированный аттестат о среднем образовании и больше шансов поступить в российский вуз. И, как выяснилось позже, это не единичный случай, причем не только в нашей стране, но и в соседних Узбекистане, Кыргызстане и Таджикистане, где для молодежи для получения работы в России важно знание русского языка.

Эдуард Полетаев, руководитель ОФ «Мир Евразии», считает, что образование не только выгодный бизнес, но и стратегически верный шаг для любого государства, желающего «говорить» с соседями на одном языке:

«Хочу привести свой пример. В России в 2019 году был запущен национальный проект «Образование», рассчитанный на пять лет. Одна из его целей – обеспечение глобальной конкурентоспособности российского образования и вхождение страны в число 10 ведущих стран мира по качеству общего образования. В рамках этого нацпроекта есть федеральные проекты. Один из них – экспорт образования. На проект выделяется более 107 млрд рублей. Задача проекта – увеличение в два раза числа иностранных граждан, обучающихся в вузах и научных организациях, а также реализация комплекса мер по их трудоустройству. К 2024 году планируется увеличение числа иностранных граждан, которые обучаются в российских вузах, до 435 тысяч человек. Это не просто так: ежегодно экономики принимающих стран получают от студентов-иностранцев миллиарды долларов. Это прагматика.

Узбекистан не случайно недавно открыл несколько представительств российских вузов для обучения тех специалистов, которые нужны его экономике. Соответственно, образование рассматривается на евразийском пространстве в том числе и как бизнес, что при реализации совместных образовательных программ может положительно повлиять на экономики стран ЕАЭС».

Акимжан Арупов, директор Института мировой экономики и международных отношений:

«Да, идет огромный рост всемирного рынка образования. Уже после Второй мировой войны образование начало превращаться в бизнес международного масштаба. Сейчас международный рынок образовательных услуг фактически полностью сформировался, такие услуги стали объектами внешней торговли. Предметами, успешно продаваемыми на новом рынке, стали курсы по изучению иностранных языков, обучение иностранцев в школах, различные средства для повышения квалификации, в последнее время шире организуется дистанционное обучение.

Другими предметами экспорта служат такие продукты, как программы, методические пособия, книги и т .п. Но самыми массовыми являются услуги по получению высшего образования иностранцами. На их долю приходится основная часть расходов, определяющих емкость мирового рынка образования.

Так что я согласен с Эдуардом Полетаевым, что образование – это еще одна возможность, кроме нефти, для экономики страны, принимающей иностранных студентов, получать серьезную прибыль.

Выпускникам школ из северных регионов Казахстана образование в России просто экономически выгоднее. Абитуриенту из Петропавловска проще и дешевле поехать учиться в близлежащий Омск, чем прилетать в Алматы. Поэтому и вопросы гуманитарной составляющей, куда входит образование, для двустороннего приграничного сотрудничества между той же Россией и Казахстаном мы не должны сбрасывать со счетов».

Ирина Черных, профессор Казахстанско-Немецкого университета, сотрудник представительства Фонда им. Розы Люксембург в Центральной Азии, выступает за интеграцию образовательных платформ в рамках ЕАЭС:

«А я хотела бы сказать о возможности получения высшего образования в рамках ЕАЭС, куда, как известно, входят Казахстан, Россия, Беларусь. Российское образование для определенной категории молодежи рассматривается как некая возможность выехать на территорию России, получить диплом и остаться там на ПМЖ (постоянное место жительства). Я, например, мало знаю о программах евразийской студенческой мобильности. Эти программы в большей степени реализуются с немецкими, французскими, американскими университетами.

Мобильность образования на постсоветском пространстве тоже есть, но это всего лишь несколько платформ, например университет ШОС. Но насколько эффективно они работают сейчас? Возможность жить и передвигаться в той стране, где идет обучение, сейчас затруднена из-за закрытия границ.

Мобильность, которая предполагала бы возвращение студентов обратно после прохождения курсов обучения в университете-партнере, достаточно слабо развита в рамках евразийского образовательного пространства. Может, имеет смысл говорить о создании университета ЕАЭС?

При этом в Санкт-Петербурге существует университет при Межпарламентской ассамблее ЕврАзЭС, но о нем мало что известно. То есть мы видим, что сегодня есть вопросы с развитием открытых университетов, связанных с интернет-платформами. Это один из приемлемых вариантов, который мог бы развиваться и связывать на уровне местных локальных сообществ население стран – членов ЕАЭС».

Мадина Нургалиева, советник директора Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК, поддерживает идею Ирины Черных:

«С 1 сентября в Казахстане ввели дистанционный формат обучения. Мне кажется, странам, входящим в тот же ЕАЭС, можно выработать совместные подходы и общие образовательные платформы.

Что касается синхронизации образовательных систем на евразийском пространстве, я предвижу, что будет много споров по таким предметам, как история, география. Здесь пока еще остается много вопросов внутреннего порядка. Их пока стоит отложить в сторону, чтобы не появилось яблоко раздора. Но можно и нужно продвигать такие предметы, как математика, геометрия, физика, химия. Высокие знания в этих сферах помогут обеспечить технологический прорыв без каких-либо идеологических и политических оттенков. Подобный подход можно применить в дошкольном и высшем образовании».

Александр Губерт, старший преподаватель кафедры «Государственная и общественная политика и право», Алматы Менеджмент Университет (AlmaU):

«Я также поддерживаю унифицикацию образовательных стандартов (хотя бы по таким предметам, как математика, геометрия, физика, химия), так как это фактор конкурентоспособности отечественного образования. Приведу пример, найденный мною в ленте новостей. Ребенок, гражданин Казахстана, окончил в Байконуре российскую школу, а его не приняли в колледж в Кызылорде. Проблема единичная, но она существует. И таких моментов набирается много.

Поэтому поддержка государством образования является важным условием экономической интеграции. Ведь вопросы бизнеса и экономики связаны с гуманитарной составляющей (образованием, здравоохранением, туризмом и т. д). Если об этом не думать сейчас, то это станет большой проблемой в будущем».

Ерлан Смайлов, руководитель аналитической группы «Кипр»:

«Сегодня представители казахстанских вузов откровенно говорят, что их российские коллеги бороздят школы, ищут отличников, медалистов, независимо от национальности приглашают учиться к себе.

Когда страна небольшая с точки зрения экономики и населения, а Казахстан в этом смысле небольшая страна, у нее возникает риск в случае более глубокой интеграции в гуманитарной сфере, сфере образования, рынка труда, получить вымывание человеческого капитала.

В качестве примера приведу статистику по миграционному сальдо за январь-июнь 2020 года. Из Казахстана за этот период уехало 10 977 человек. Из них около 9,5 тысячи – в Россию. В свою очередь, из них 7921 человек старше 15 лет и младше пенсионного возраста. Еще 2,5 тысячи – младше 15 лет. Старше пенсионного возраста уехало 459 человек. Из тех, кто покинул страну, 3395 человек имеют высшее образование, 2828 человек – среднее техническое. Из тех, кто уехал, 40% имеют высшее образование, среднее специальное имеют 33%.

За тот же период в Казахстан приехало 5118 человек. Из них с высшим образованием – 1010 человек. То есть высшее образование имеют всего 17% приехавших. Среднее специальное у 27% прибывших.

Понятно, что интеграция открывает больший мир. Это не повод строить обвинения в адрес России, более конкурентной на рынке труда, это шанс задуматься о нас самих, о местном образовании, условиях труда, социальной поддержке. Тем не менее имеется серьезная зафиксированная проблема, состоящая в том, что квалифицированные специалисты уезжают, об этом нельзя забывать и надо принимать стимулирующие меры, чтобы оставлять их здесь».

Шавкат Сабиров, директор Института по вопросам безопасности и сотрудничества в Центральной Азии, член общественного совета при МИД РК:

«К сожалению, бывает, что интеграция, в той же сфере образования в рамках ЕАЭС остается только на словах. Как только дело доходит до реальных проектов в бизнесе, возникают надуманные препятствия. Так, актуальные сегодня проекты, связанные с онлайн-образованием, такие простые, как «Яндекс».

Учебники, которые можно было бы реализовать спокойно в Казахстане, сталкиваются с тем, что сразу появляются ходоки (а за каждым из них стоит большой человек), которые начинают навязывать свои онлайн-платформы. Я знаю это, потому что в школе, где учатся мои дети, мы долго отбивались от этих доморощенных платформ, чтобы остаться на Microsoft Teams.

Проекты, которые я сегодня веду, больше делаю для того, чтобы они были реализованы на пользу Казахстана. Но математические модели в медиаизмерениях использую российские, это удобно, к тому же предоставили их бесплатно. Однако возникают претензии, что это российская математика.

Что плохого? При этом телефоны у нас китайские или корейские, операционная система Windows – американская, и с этим не возникает проблем. Но, как только начинается реализация какого-то проекта, с нашей стороны возникают препятствия на пустом месте. Молодежи, которая столкнулась с проблемами, проще переехать либо в Россию, либо даже в Бишкек и реализовывать проекты в сфере цифровизации. Я разговаривал с нашими ребятами, которые успешно работают в Омске, Москве, при этом их не принял отечественный рынок.

В Крыму работает казахстанский стартап, предложивший удобную систему электронного документооборота. Эта компания могла бы работать у нас в стране. У нее 150 человек трудоустроено. Мы мало того что отдали мозги, но и рабочие места. Надо внутри страны менять подходы, мышление, в хорошем смысле «переобуться». Иначе все будет упираться в вечный бюрократизм и непрофессионализм, в непонятные аргументы «против», которые не дадут развиваться».

Кульпаш Конырова


Подпишитесь на наш канал Telegram!