«Ёлки» – всё?

«Ёлки» – всё?

Тимур Бекмамбетов – про «Ёлки», измеряемый мерчендайзинг,  казахстанский рынок и кино как авантюру.

24 Декабрь 2018 10:30 5338

«Ёлки» – всё?

Автор:

Дмитрий Богомолов

Тимур Бекмамбетов ставит точку в киноэпопее «Ёлки» – самом кассовом активе в портфеле Bazelevs. Однако это ещё не похороны. Знаменитый режиссёр открывает следующую главу в развитии компании – «Ёлки» сериал. Об этом он рассказал в интервью с abctv.kz.

 Время подвести черту. В чём ценность бренда «Ёлки»?

– Мы не зря прожили эти 10 лет. Мы создали мир, в котором выросло целое поколение людей. На первых «Ёлках» они знакомились, на вторых женились, на третьих стали родителями... Это целая эпоха и своего рода ритуал. Люди по привычке идут с родителями и детьми в кино и приглашают друзей. Мы смотрели статистику по Москве – у нас за две недели до выхода в прокат было почти 65% узнаваемости. То есть большинство людей знали о новом фильме до рекламы.  

Справка: самой коммерчески успешной частью кинофраншизы пока остаётся фильм 2013 года. При бюджете в 5 млн долларов, в прокате «Ёлки 3» собрали почти 40 млн долларов (1,2 млрд рублей).

 Вы «свернули» ключевой проект по значимости, как это отразится на компании?

– «Ёлки» останутся жить в телевизоре и в Интернете. Мы выкладываем их на разных интернет-сервисах и знаем, что каждую серию ежегодно смотрят минимум по миллиону зрителей. Все мы постоянно смотрим «Ёлки» – это традиция. Но, как хорошо бы не были сняты очередные «Ёлки» – это перестало быть событием.

– И Вы решили их закончить, чтобы сделать их событием?

– Проект будет жить! И каждый год 1 января его показывают на всех каналах. Вместе с «Иронией судьбы» и «Иваном Васильевичем»... И я верю, что мы останемся в этой прекрасной компании надолго.  

– Я слышал, открывается телеканал «Ёлки ТВ»?

– Да, и каждый день зрители смогут отмечать новый год, где будут показывать «Ёлки» и другие новогодние фильмы круглый год. Шампанское, мандарины, праздничные лица. Сериал «Ёлки» будет смешной, в нём будет Светлаков (Сергей Светлаков, российский актер. – Авт.) и новые персонажи. Философия и главный принцип «Ёлок» останется.

 А в чём философия «Ёлок»?

– А философия очень простая: «на деда Мороза надейся, но сам не плошай». Это означает, что каждый человек сам должен добиться своего счастья, и если он сделает всё, что от него зависит, то ему повезёт в новогоднюю ночь, но нужно для этого постараться.

 Вы перестраиваете направления компании в связи со стримингом и мировым расцветом сериальной продукции? 

– Да, чтобы сохранить бренд и развивать его. Просто сил-то не бездонное количество… Мне показалось, что уйти в диджитал и в телевидение сейчас важно. Это не даст быстрого эффекта, мы не заработаем в следующем году больше, чем зарабатывали раньше. Но стратегически мы сможем там освоиться. Как говорится, перебраться через реку, закрепиться, и дальше можно расширять присутствие. Пока мы бренд в хорошем состоянии, это сделать легче. Если будем падать, тогда уже точно не сможем переформатироваться. Кому нужен сериал по фильму, который уже больше никого не интересует? Сейчас мы являемся законодателями новогодней моды и поэтому можем сказать: «Ладно, до свидания, мы пошли».  

 Куда вы пошли?

– Было интересно и круто, и теперь мы пошли в Интернет!

 Вот так попрощаетесь с новогодним сегментом?

– Нет, просто теперь он будет в Интернете и на телевидении.

 А как же потери?

– Потерь не будет, потому что телевизионный продукт делается по заказу телеканала. Мы не инвестируем своих средств, мы просто будем делать фильм для ТВ. К тому же бренд «Ёлки» никогда не использовался в мерчендайзинге, а это могут быть книжки, одежда, лисьи шапки, всё что угодно, и этим надо заниматься.

 Для мерчендайзинга кинопоказ не так интересен, как телепоказ?

– Постоянное присутствие на телевидении, блогеры и Интернет дадут больше фанатской приверженности к бренду, чем кинотеатры. У нас нет бизнес-плана, но есть ощущение, что если выпустить все наши фильмы по ТВ и выложить в Интернет, то это даст больше фанатской приверженности, чем кинотеатры.

 Но разве кинорелиз не доходнее?

– В России на маркетинг кинорелиза тратятся огромные деньги. В России это сотни миллионов рублей. Это безумие. Это лотерея. А телевидение – это то, что мы можем спланировать. Риски есть, но мы знаем, что если люди выросли на героях «Ёлок» и знают наши истории, то можно выпускать молоко, конфеты, всё что угодно, потому что люди верят, что «Ёлки» – это семейный добрый продукт, на котором выросло целое поколение.

 Как сейчас дела у компании Bazelevs?

– У нас есть офис в Китае, есть офис на Кипре, в Лос-Анджелесе, в Москве. В течение года мы снимаем три-четыре американских фильма, два-три российских. В Казахстане ничего не снимаем пока.

 Кстати, интересно, почему?

– Пока не складывается. Есть желание, но не получается.

 Бюджеты не те?

– У нас в компании принцип, мы не зарабатываем на бюджетах, мы зарабатываем на том, что приносят нам зрители. 

Казахстан – многонациональная страна, здесь есть возможности, которые не используются. В Казахстане можно снимать фильм такой, который будут смотреть в России. Какая разница? Я сниму фильм в Казахстане, и что, его не будут смотреть в России? Дома выглядят также, люди похожи. В Москве, уверяю вас, не меньше, чем в Алматы.

 На Вашей памяти, было что-либо достойное из Казахстана?

– Я всем говорю, что люблю фильмы Нуртаса Адамбая.

 Какой последний его фильм смотрели?

– Я «Лифт» не видел. Но смотрел всех его «Келинок». Мне кажется, он искренний и честный режиссёр, которого надо ценить. 

 «Особо опасен 2», есть какие-то шансы?

– Поезд ушёл, ничего нет, все разошлись. Никто не знает, и перспектив пока нет.

 Международный фестиваль экшен-фильмов окончательно перестал существовать?

– Я думаю, да. Просто он выполнил свою функцию. Нашлись более интересные идеи, это абсолютно нормально.

 Вы засветились в новостях с российскими дотерами. Приглядываетесь к киберспорту?

– Это интересно. Мы им помогаем сейчас сделать продукт. Это связанно со скринлайфом, где действие фильма происходит на компьютере, а поскольку они живут в компьютерах, то это как раз ровно наша тематика, вот мы на эту тему как раз и партнёримся.

Дмитрий Богомолов

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Как AR арт-проекты отражают актуальные проблемы общества

Американский диджитал-художник – о роли новых технологий в искусстве.

21 Май 2020 08:00 1312

Как AR арт-проекты отражают актуальные проблемы общества

Джон Крейг Фриман – художник с более чем 30-летним опытом, профессор колледжа New Media Art Emerson в Бостоне, США. В своих работах использует новые технологии, формируя новые формы публичного искусства. Джон изучает влияние глобализации на жизнь отдельных людей в местных сообществах и представлял работы по всему миру – от Лондона до Калининграда. В 2016 году он побывал в Ухани, Китай, в рамках Американского инкубатора искусств ZERO1. В Алматы Джон провел онлайн-встречу на площадке Go Viral на тему: «Дополненная реальность как цифровой инструмент повествования».

Что вызвало у Вас интерес к использованию AR-технологии в арт-работах?

Еще до появления технологии дополненной реальности, с которой начал работать в 2010 году, на протяжении десятилетий я интересовался идеей использования новых медиа для создания форм общественного искусства. Сегодня у большинства людей есть сотовые телефоны, где могут посмотреть на расширенную реальность и геолокации по всему миру. Я же работал с новыми технологиями с начала 1990-х, когда появились первые компьютеры Macintosh, и сделал несколько проектов.

Большое внимание привлек проект «Операция Greenrun», посвященный ядерному оружию, его истории в Соединенных Штатах и Холодной войне. Я жил всего в 13 км к северу от стратегически важной ядерной установки в США. Это были «Скалистые Равнины», где построили системы взрывания плутония для ядерного арсенала США. Местное сообщество активистов и художников считали, что Холодная война и гонка вооружений не закончится до тех пор, пока мы не обратим внимание широкой общественности. «Операция Greenrun» стала именно тем проектом, который приковал внимание СМИ и общественности.

С помощью программы Poster Maker, которая разделяла изображение на сетку и распечатывала сегменты на раннем офисном лазерном принтере, я подготовил 11 билбордных изображений размером 25х102 см каждый. В это время рекламные щиты раскрашивались вручную, и технология печати рекламных щитов появилась спустя пять лет. Это был ранний пример использования новых технологий для создания новых форм общественного искусства.

Место – это когда пространство передает смысл и становится значимым в дополненной реальности. Точно так же, как это сделали рекламные щиты, преобразовав пространство и предав смысл месту. Технология AR – очевидное решение аналогичной проблемы, как придать месту значимость. По этой причине художники и работают с технологиями.

Operation green run

Это интересная область для художников, так как требует определенного чутья и изобретательности. Мне не интересно просто переходить от проекта к проекту, что меня интересует, так это изобретение новой формы.

В середине 1990-х годов я реализовал проект Imaging place/Представляя местность. Это был своего рода прототип проекта виртуальной реальности. Идея заключалась в создании интерфейса, который был бы похож на видеоигру и был интерактивным. Инсталляция представляла собой затемненную комнату с проекцией и навигацией с помощью мышки. Люди могли перемещаться из любой точки мира, встречать других людей и соприкоснуться с их историями. Занимаясь этим проектом десятки лет, я побывал в сотнях мест и городов: от Тайваня, Сан-Пауло, Варшавы до Калининграда.

Imaging Place

Вы помните свою первую выставку и чему была посвящена?

Я проводил выставки еще до того, как пошел в художественную школу. Так, в середине 1980-х, во время учебы в бакалавриате, я написал серию картин «Панорамная граница» и провел выставку. Это были изображения границы США с Мексикой, так как я вырос недалеко от границы. Меня всегда захватывала возможность погрузить зрителя в виртуальный опыт с помощью серии фотореалистичных картин, а не просто смотреть на плоские образы. Будучи еще художником, я стремился найти способы погружения людей в опыт до того, как появились технологии.

Border Panoramic

Какой месседж пытаетесь донести с помощью своих арт-проектов?

Любой художник стремится сделать свою работу отражающей большие идеи своего времени. Я, как правило, бываю политизирован и иногда немного юмористичен по этому поводу. Но я заинтересован во взаимодействии с культурой, в которой живу, и отношусь серьезно к важным проблемам нашего времени, стараясь отразить их в своих работах. Искусство обладает огромным потенциалом для создания новых пониманий. Это воодушевляет меня, как художника. Думаю, что целью создания произведений искусства должно быть достижение глобальной аудитории. В противном случае мы позволим миру остаться в руках крупных технологических корпораций, государств и товарного капитализма. Художник должен участвовать в техдискурсах и стать более глобальным.

Доходят ли месседжи до вашей аудитории? Как узнаете об этом?

Сегодняшние технологии позволяют отследить, кто смотрит конкретную работу. Многие технологии дополненной реальности хранят статистические данные о том, как они используются. Люди присылают скриншоты с проектов, которые реализованы в других странах или находятся далеко. Более того, проекты документируются в истории искусства, потому достигают совершенно другого уровня аудитории спустя даже многие годы.

Ваш любимый проект?

Мой любимый проект всегда предстоящий – следующий. Есть некоторые проекты, над которыми я продолжаю работать, например пограничный проект. В 1980-х написал картину «Панорамная граница», в 2012 году реализовал проект «Пограничный мемориал: Фронтера де лос Муэртос» – AR-проект общественного искусства и мемориал, посвященный тысячам трудящихся-мигрантов, которые погибли на границе США и Мексики в последние годы, пытаясь пересечь пустыню на юго-запад в поисках работы и лучшей жизни. В 2017 году работал над Virtual U.S./Mexico Border/Виртуальная граница между США и Мексикой. Это виртуальный публичный арт-проект, мобильное приложение с расширенной реальностью и музейная выставка, которая позволяет людям погружаться в виртуальный опыт, документировать ключевые локации вдоль границы двух стран, включая людей и истории изгнания, миграции. Многое из того, что я делаю, – это проекты, которые эволюционируют с течением времени. В течение 2020 года намерен проехать по всей протяженности границы от Браунсвилля/Матамороса до Эль-Пасо/Сьюдад-Хуареса, чтобы создать обширную работу с использованием современной технологии сканирования Лидара и аудиозаписывающего оборудования.

Border Memorial: Frontera de los Muertos, Lukeville border crossing, Arizona, 2012

Считаете ли Вы, что традиционные произведения искусства ограничены и будущее будет принадлежать новым формам искусства?

Французский художник Поль Деларош, впервые увидев дагерротип, раннюю фотографию, заявил, что с этого дня живопись мертва. Это было как раз в то время, когда я прибыл в Боулдер для учебы в Университете Колорадо. У нас было новое компьютерное оборудование, и мы устроили выставку художников, которые были первыми пользователями компьютерного оборудования Macintosh. Выставку назвали «Фотография мертва». Это ироничное утверждение, потому что ни живопись не умерла в 1840 году, ни фотографии, которые появились в 1989 году.

Если художник пытается работать со своим временем и участвовать в жизни мира, то его или ее обязательно привлечет новая технология.

Как будет выглядеть искусство в 3030 году?

Новый медиахудожник всегда должен быть в постоянном состоянии становления и погружен в работу. Новые медиа моментально становятся старыми, и, как художнику, необходимо чутко следить за веяниями времени. Мы будем и впредь наблюдать, как технологии пересекаются с человеческим телом. Кроме того, искусственный интеллект – на радаре художников как следующий арт-инструмент. Думаю, мы обязательно услышим об ИИ художниках.

Что для Вас значит быть общественным художником?

Возвращаться к оригинальному и начальному смыслу искусства. Искусство по возможности должно быть доступно широкой общественности. Это своего рода бунтарский отказ от институтов высокой культуры, которыми управляет рынок искусства. Искусство должно играть гораздо более тонкую роль и быть глубоко вовлеченным в культуре, в которой создано. Вместо того чтобы быть просто частью прибыли или статуса на «товарной бирже» человека, который может позволить купить себе картину Пикассо.

Расскажите о своем художественном проекте в городе Ухань, который реализовали в 2016 году.

Портал к альтернативной реальности действовал как точка доступа, где общественность могла погрузиться в виртуальные и дополненные реальности, которые документируют быстро меняющийся город Ухань, Китай. В Ухани я провел 28 дней, где вовлек и расширил возможности молодежи самовыразиться, создав портал в альтернативную реальность. Физическая структура действовала в качестве отправной точки для альтернативной реальности, используя геолокационную технологию дополненной реальности.

Я провел серию выступлений в различных крупных музеях, художественных школах и университетах с целью вовлечь молодежь к участию в интенсивных воркшопах, собрав около 50 человек со всех уголков города. После воркшопа участники разбились на маленькие группы, чтобы определить, какие части города меняются и они хотели бы отразить с помощью дополненной реальности. Впоследствии нескольким группам выделили небольшие средства для реализации их идей, и мы провели выставку их работ.

Portal to an Alternative Reality, ZERO1 American Arts Incubator, Wuhan, China, 2016

Планируете ли реализовать какой-нибудь проект в Алматы в качестве спикера на фестивале Go Viral 2020?

Изначально планировалось, что я приеду в Алматы на фестиваль в июне, но из-за пандемии COVID-19 приезд отложился на осень. Помимо выступления, планирую провести воркшоп, аналогичный тому, который прошел в Ухани. Будет интересно увидеть, как участники воркшопа визуализируют изменения в Алматы и какую форму эти размышления обретут. Планирую на примере реализации нового проекта показать, как осуществляются AR арт-проекты. Возможно, в следующем году будет возможность провести выставку по итогам алматинского проекта.

Как и где люди могут посмотреть Ваши и других цифровых художников работы? Есть ли цифровой музей?

К сожалению, пока цифрового музея нет, но, думаю, мы к этому придем. Однако уже есть инициативные группы, которые стремятся найти способы сохранения и демонстрации AR/VR арт-работ. Мои работы доступны в Apple Store, достаточно лишь в поиске написать мое имя John Craig Freeman. Для пользователей Android-телефонов необходимо скачать приложение Hoverlay в Play Market.

Какие приложения и программы используете и рекомендуете другим художникам?

Программы Apple’s Reality Composer, USDZ и Quicklook позволяют быстро создавать прототипы, но не позволяют публиковать. Чтобы сделать работу публичной, художникам все еще нужно стать разработчиками и использовать SDK (Software Development Kit), такие как Apple's Arkit с использованием Xcode или Arcore от Google для Android, и работа должна пройти обзор приложения. Для более сложных функций требуется SDK (комплексная среда развития), такая как Unity. Браузеры дополненной реальности, такие как Hoverlay, позволяют художникам фокусироваться на контенте и загружать работы на телефоны.

Айнур Искакова, менеджер по коммуникациям Go Viral

Потери казахстанского кинобизнеса составят 5 млрд тенге

Причиной является временный запрет из-за коронавируса.

13 Март 2020 12:42 2988

Потери казахстанского кинобизнеса составят 5 млрд тенге

Потери казахстанского кинобизнеса из-за временного запрета работы кинотеатров в торгово-развлекательных центрах могут составить 5 млрд тенге. Об этом inbusiness.kz сообщил PR-директор Kinopark & Kinoplexx Theatres Ерлан Бухарбаев.

Напомним, вчера, 12 марта, вице-премьер Ералы Тугжанов сообщил, что кинотеатры в торговых развлекательных центрах временно закроют из-за угрозы распространения коронавируса.

«Этот вопрос непростой был, мы его долго обсуждали. Фактически фильмы у нас идут более часа, поэтому в одном помещении нахождение столько времени будет вызывать определенные вопросы, поэтому мы приняли такое решение», – отметил вице-премьер.

В этот же день кинопрокатчики Казахстана обратились с открытым письмом к премьер-министру страны Аскару Мамину, в котором просят не закрывать кинотеатры. В письме, подписанном десятью представителями сетей и кинотеатров, говорится о том, к чему может привести данное распоряжение. В их числе угроза потери рабочих мест и заработной платы сотрудников кинотеатров более чем для 5000 сотрудников на обозначенный срок; финансовые потери всех организаций, занимающихся прокатом, дистрибуцией, подготовкой премьер новых фильмов, в том числе и казахстанского производства, запланированных на обозначенный указом период, что напрямую скажется на объеме налоговых отчислений в бюджет страны.

«Учитывая, что кинотеатры уже испытывают значительное снижение посещаемости по причине переноса ожидаемых мировых и казахстанских премьер, у кинотеатров возникают проблемы по кредитным обязательствам перед банками, в том числе и в иностранной валюте. Закрытие кинотеатров только усугубляет ситуацию», – говорится в письме.

В целом в Казахстане в 2018 году, по данным комитета по статистике минэкономики, работало более 96 кинотеатров с общим количеством залов в 320 единиц. Так, наибольшее количество кинозалов находится в Алматы – 113, в Нур-Султане – 54, в Карагандинской области – 17, в Шымкенте – 16. Общее число мест в кинозалах по всей стране составляет порядка 47 тысяч. Доход всех кинотеатров от оказанных услуг в 2018 году составил 18,4 млрд тенге. Число проведенных киносеансов около 740 тысяч, из них национальные фильмы – 120 тысяч, зарубежные фильмы – 626 тысяч показов, число проведенных киносеансов для детей – 164 тысячи. Общее число посещений киносеансов составило 17,8 млн человек.

Коммерческий директор сети кинотеатров Chaplin Дмитрий Кириенко также говорит о потенциальных убытках, которые понесет бизнес. По его словам, о постановлении участники рынка узнали из новостей.

«На сегодняшний день у нас на руках нет распоряжения от местных властей о запрете работы кинотеатрах. Поэтому в настоящее время мы ждем официальные документы. Для того чтобы посчитать наши убытки, необходимо понимать юридический статус этого вопроса. Если данная история будет носить характер форс-мажора, возможно, какие-то обязательства мы сможем перенести на неопределенный срок. Если же мы будем продолжать нести все затраты, но при этом не будем работать, это ударит по бизнесу. Так как большая часть кинотеатров несет обязательства перед кредиторами, банками, сотрудниками, арендаторами, поставщиками и дистрибьюторами фильмов. То есть достаточно много постоянных обязательств. К примеру, наша сеть оборачивает порядка трех с половиной миллионов зрителей в год, если учитывать, что март – это один из лучших месяцев в году, на который приходится порядка 14-16% всей годовой выручки, что практически в два раза больше, чем в любом другом месяце, безусловно, потеря прибыли сильно ударит по нам и нашей способности отвечать по своим обязательствам», – подчеркнул Дмитрий Кириенко.

Майра Медеубаева

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: