RU KZ
«Мы не знаем, останется ли Путин, но знаем, кто президентом точно не будет»

«Мы не знаем, останется ли Путин, но знаем, кто президентом точно не будет»

16:17 17 Январь 2020 11171

«Мы не знаем, останется ли Путин, но знаем, кто президентом точно не будет»

Автор:

Елена Тумашова

Пошла ли Россия по «казахстанскому сценарию»?

Транзит власти в России: уже происходит или только начался? Со среды, 15 января, соседнее государство стало поставщиком новостей номер один и заставило мировое сообщество искать ответы на вопросы, кто будет президентом России, почему Путин не назначил преемника, спланирована ли отставка Медведева и что вообще все это значит.

Вот краткая хронология событий. Президент России Владимир Путин выступил с посланием Федеральному собранию и предложил поправки в Конституцию. В частности, приоритет основного закона РФ над международным правом, запрет на иностранное гражданство и вид на жительство в другом государстве для фигур, занимающих ключевые должности в стране (главы субъектов Федерации, министры, судьи и пр.).

И главное – ужесточение требований к кандидатам в президенты: проживание на территории России не менее 25 лет (сейчас требуется не менее 10 лет), отсутствие иностранного гражданства не только на момент выборов, но и когда-либо ранее.

«Знаю также, что в нашем обществе обсуждается конституционное положение о том, что одно и то же лицо не должно занимать должность президента Российской Федерации более двух сроков подряд. Не считаю, что этот вопрос принципиальный, но согласен с этим», – сказал Путин о, пожалуй, ключевом изменении.

Президентские полномочия Владимира Владимировича истекают в 2024 году. Впервые на главный пост в стране он заступил 31 декабря 1999 года: стать и. о. ему предложил тогда Борис Ельцин. Полноправным президентом Путин был избран 26 марта 2000 года (7 мая вступил в должность), с 14 марта 2004 года начался его второй срок. Затем, в 2008-2012 годах, был период премьерства. И затем – очередной, третий президентский срок (4 марта 2012-го избран, 7 мая 2012-го вступил в должность), и, наконец, 18 марта 2018-го Путина переизбрали на должность президента России.

Но вернемся к событиям среды, 15 января. Вслед за посланием Дмитрий Медведев заявил об уходе с поста премьер-министра. Путин принял отставку правительства, назначил Медведева своим замом – на специально созданную для этого должность заместителя председателя Совета безопасности, рекомендовал в качестве премьера Михаила Мишустина, возглавлявшего Федеральную налоговую службу. В четверг, 16 января, кандидатуру Мишустина согласовала Госдума и президент подписал указ о его назначении.

Некоторые эксперты сразу же высказали мнение: транзит власти в России начался, и сценарий его похож на казахстанский. Например, российский политолог и публицист Екатерина Шульман так прокомментировала это для Deutsche Welle:

«Это похоже на «казахский сценарий», то есть некоторое распределение президентских полномочий между коллективными органами и возможность для предыдущего президента сохранять некий почетный титул, при этом связанный и с кадровыми полномочиями».

Inbusiness.kz спросил политологов, что происходит на политической арене России, можно ли это сравнить с казахстанским вариантом перемен и что ждать Казахстану от этих политических процессов.

Аскар Нурша, политолог:

– Инициативы Путина были озвучены в рамках послания президента Федеральному собранию. По своей функции это документ годового политического цикла. Поэтому, на мой взгляд, глава соседнего государства своими инициативами решает две главные задачи: во-первых, определяет приоритеты госаппарата на ближайший год, во-вторых, преследует долгосрочные цели, поскольку ряд поручений и инициатив по своему политическому значению выходят за рамки годового цикла.

Путин сам озвучил причину, по которой он выступает с такими инициативами, его мотивация понятна: самое главное, он говорит, что существует запрос на изменения. Послание никаким образом не отвечает на вопрос, останется ли сам Путин президентом после 2024 года либо кто станет президентом и как будет осуществляться транзит.

И при этом мы уже знаем, кто президентом не будет. Путин предлагает поставить барьер на пути к президентству и ключевым политическим должностям в стране лицам, которые ранее имели либо имеют иностранное гражданство. И это продолжение политики национализации элиты.

Кроме того, в стране будет меняться конфигурация политического поля, поскольку для осуществления транзита действующей элиты недостаточно. Нынешняя Конституция РФ в своей наивысшей фазе так или иначе приведет к модели, через которую Россия уже проходила и повторить которую в новой ситуации уже будет сложно. Это модель тандема «Путин – Медведев» образца 2008-2012 годов. Если следовать ей, то Путин должен после 2024 года уступить кому-то место, чтобы потом снова прийти. Но, во-первых, включаются возрастные ограничения, во-вторых, сейчас ситуация в политической элите России совершенно иная, нежели десять лет назад. Поэтому и произойдет реконфигурация параметров ключевых политических институтов. Будут меняться полномочия, по-новому будет выстраиваться система сдержек и противовесов между президентом, правительством и парламентом (Федеральным собранием. – Ред.).

Думаю, говорить о том, что транзит начался, еще рано, пока определяются общие контуры, в рамках которых российская власть будет осуществлять транзит. Сделаны первые ключевые шаги к этому.

Что касается Медведева, то, как отмечают российские политологи, его антирейтинг среди населения зашкаливает. И потом Медведев – это верный соратник Путина, проверенный временем и тандемом. Это человек, который возглавлял его предвыборный штаб в 2000 году, он с Путиным уже 20 лет, на посту премьера находился с 2012 года. И сейчас Медведев – это объект недовольства со стороны парламентской оппозиции, реальной оппозиции и населения. Поэтому задача Путина – не «избавиться» от него, а перевести на другое направление работы, где он принесет пользу и будет иметь весомые полномочия.

Предлагая на пост премьера нового человека, Путин опять же следует запросу на обновление элиты. До 2024 года достаточно много времени, думаю, Мишустин либо сыграет роль «фильтра», который соберет на себя весь негатив, либо в практическом ключе проявит свои компетенции и займется решением вопросов увеличения налогооблагаемой базы и государственного бюджета. И плюс, на мой взгляд, фактически речь будет идти о «деофшоризации» российской элиты – о борьбе с офшорами и возвращении капитала в страну.

Не думаю, что Россия следует какой-либо казахстанской модели. Безусловно, нельзя отрицать: в соседней стране с большим интересом, в том числе практическим, смотрели на происходящее у нас в течение последнего года. Но все же Казахстан только собирается внедрить то, что в России существует уже больше двух десятилетий, – парламентскую оппозицию. И те поправки, которые сейчас предлагаются, уведут Россию еще дальше.

А что между нами общего – так это огромный социальный пакет. То, что Путин обозначил в послании, беспрецедентно по масштабу и порождает вопрос: откуда власть возьмет деньги на реализацию этого пакета на фоне ухудшающейся экономической конъюнктуры? Но в России усилились протестные настроения, поэтому власть и собирается смягчить их через социальные вливания, решая таким образом и текущие, и долгосрочные задачи. Путину к 2024 году совершенно не нужны социальные протесты, которые перерастут в политические. Поэтому социальные вопросы сейчас решаются с прицелом на несколько лет вперед.

Если говорить о будущих отношениях России и Казахстана, то смена премьер-министра в России вряд ли что-то в них изменит. Отношения Казахстана и России, как показывает история, долгосрочные и ориентированы на добрососедство. Понятно, что и в России, и в Казахстане будет ускоряться процесс обновления элит, придут новые лица. Необходимо, чтобы они ставили во главу угла долгосрочные интересы двух государств, и это вопрос коммуникаций.

С точки зрения экономики и взаимоотношений в рамках ЕАЭС мы знаем, что евразийская интеграция больше учитывает интересы России, чем партнеров. Я тут не вижу изменений. Во главе правительства России теперь стоит человек, который имеет экономический бэкграунд и понимание того, как работает российская экономика. Возможно, с его приходом российская экономическая политика – как внутренняя, так и внешняя, в рамках интеграции, – станет более практически ориентированной. В то время как на протяжении последних двадцати лет Путина часто обвиняли в том, что приоритеты политики он ставит выше интересов экономики. Посмотрим, как покажет себя Мишустин.

Стоит ли казахстанскому бизнесу опасаться ужесточения условий в рамках ЕАЭС, уменьшения возможностей выхода на российский рынок? Думаю, экономический блок в Правительстве России будет усиливаться, а это автоматически повлечет за собой ужесточение переговорных позиций. Но не надо забывать, что в евразийской интеграции персональные политические договоренности существенно влияют на ход экономических процессов. Политики там не меньше, чем чистой экономики.

Андрей Чеботарев, политолог:

– Думаю, это еще не транзит, речь идет пока только о подготовке к транзиту политической власти в России. Мы видим, что здесь чисто казахстанского сценария нет. Потому что предлагается не Совет безопасности, а Государственный совет сделать конституционным органом (сейчас это совещательный орган при президенте, его роль в Конституции не обозначена. – Ред.), придав ему соответствующий статус в Основном законе Российской Федерации, и, судя по всему, сохранить председательство Владимира Путина в этом совете с какими-то полномочиями. И неизвестно, будет ли оно пожизненным или нет, скорее всего – нет. Скорее всего, Путин как председатель Госсовета получит в будущем серьезные полномочия.

Кроме того, он сохранит председательство в партии «Единая Россия» и через партию и ее депутатскую фракцию в Государственной Думе, которая оставит за собой статус большинства, будет контролировать будущего нового президента, который станет таковым в 2024 году, и всю систему исполнительной власти.

И здесь – да, определенное сходство с Казахстаном есть, оно в осуществлении контроля над президентом и системой исполнительной власти через надконституционную структуру – Госсовет, у нас это Совет безопасности, и через партию власти и ее парламентское большинство.

В любом случае по действующей Конституции РФ Путин уже не может претендовать на очередной срок президентства. И, видимо, не хочет создавать какой-то тандем с «запасным» президентом. Вероятно, он хочет управлять страной, влиять на ситуацию в стране в новом статусе, чтобы к нему не было претензий с точки зрения нарушения действующей Конституции.

Почему изменения в России начались именно сейчас? До 2024 года еще далеко, но, возможно, Путин хочет создать вот эту систему и посмотреть, как она начнет формироваться при нем, пока он президент. Он видит, как это происходит в Казахстане, где есть определенный эффект двоевластия, и, вероятно, ему хочется выстроить систему во время своего руководства, а не после.

Не думаю, что изменения в России коснутся взаимоотношений двух стран в связи с этим. Все зависит от того, сохранит ли Путин свое пребывание в руководстве страны в новом статусе. Сыграют роль и другие факторы – политические, экономические, социальные, культурные, географические. Россия была и остается одним из приоритетных стратегических партнеров Казахстана. То, что происходит в России сейчас, на это точно не повлияет. Возможно, какие-то коррективы будут внесены, когда придет новый президент, но это будет только в 2024 году.

Могут ли политические процессы повлиять на экономические отношения в рамках ЕАЭС? Если только новое руководство страны пересмотрит каким-то образом политику протекционизма в сторону допуска предпринимателей из стран-партнеров по ЕАЭС, то в принципе да. Но пока такого не наблюдается.

Ислам Кураев, политолог:

– В России, вероятно, все идет к тому, что Путин хочет остаться еще на один срок. Рокировка по прошлому сценарию однозначно не пройдет: уровень протестных настроений в стране высокий, и очередная «перестановка фигур» может привести к последствиям. Следовательно, лучший вариант, который увидели в Кремле, – это изменение Конституции, чтобы Путин остался при своей власти.

Отставка правительства больше носит демонстративный характер, создается лишь впечатление перемен в стране. Старый ход на всем постсоветском пространстве – делать шаги, которые позволят продлить президентские полномочия.

Почему эти процессы начались именно сейчас? Это стратегия государственной машины, которая закладывает фундамент на годы вперед. Можно сделать вывод, что в России нацелены снизить уровень протестных настроений и решить ряд вопросов до выборов, и сделать это должны «новые люди все с той же начинкой». Как мы понимаем, для кардинальных изменений нужны новые кадры и новые лица, но Путин все еще у власти и, скорее всего, пойдет еще на один срок.

Либерализацией в предложенных поправках можно считать только запрет на два президентских срока подряд, все остальное больше похоже на автократию. В мировой практике мы видим, что демократические государства выбирают президента на два срока с широкими полномочиями, это французская система управления страной, которой уже много лет. Если бы Россия была парламентской республикой, тогда вопрос стоял бы иначе, но это не так.

Не думаю, что политическая реформа в России изменит что-то в Казахстане (с точки зрения политического устройства. – Ред.), мы унитарное государство, а наши соседи имеют статус федерации, значит, нет точек соприкосновения. Возможно, у нас появятся лоббисты, которые захотят перенять часть законопроектов. Но думаю, что каких-то значимых сдвигов не будет. Мы в политической системе совсем не похожи.

Что касается экономики, то тут надо все рассматривать под другим углом, а, значит, с политикой связи нет. Все останется на прежнем уровне.

Если говорить о трендах («казахстанский сценарий». – Ред.), то я бы сказал, что не мы их задаем, а время, которое уходит. Путин, в принципе, не так стар, поэтому и намерен идти на очередной срок. Наверное, тут больше отголоски старой школы, нежели новые тенденции, которые диктует Казахстан. Мы по своей сути не те, кто может задавать тренды, мы живем в своем маленьком мире.

Елена Тумашова