DOW J 24 580,91 Hang Seng 24 266,06
FTSE 100 6 045,69 РТС 1 215,69
KASE 2 304,04 Brent 36,55
Снижать нельзя ждать

Снижать нельзя ждать

В канун заседания технического комитета Нацбанка по базовой ставке abctv.kz решил узнать ожидания экспертов.

19 Февраль 2017 19:09 6751

Снижать нельзя ждать

Автор:

Сара Бухина

Фото: reuters.com

Национальный банк оказался в сложной ситуации к моменту принятия очередного решения о размере базовой ставки. Возможно, 20 февраля на заседании члены технического комитета по денежно-кредитной политике Нацбанка разойдутся во мнении относительно ее размера. Основания так думать дают несогласие экспертов по этому вопросу, следует из результатов опроса abctv.kz экспертов и участников финансового рынка.

В понедельник, 20 февраля, в стенах Национального банка пройдет второе в этом году заседание Технического комитета по денежно-кредитной политике, на котором будет обсуждаться вопрос изменения базовой ставки. Какие ожидания в текущих реалиях витают в профессиональном сообществе, выяснял abctv.kz.

До конца 2017 года базовая ставки снизится до 10-10,5%, но конкретно в феврале останется на текущем уровне, считает начальник отдела аналитики «Казкоммерц Секьюритис» Нурлан Ашинов.

Собеседник напомнил, что весь 2016 год базовая ставка Нацбанка планомерно понижалась с 17% в начале года до 12% в его конце.

«Мы серьезно связаны с Россией - нашим основным торговым партнером. Экономики наших стран схожи в своей нефтяной зависимости. В России базовая ставка сейчас составляет 10%, и Центробанк в последнем пресс-релизе заявил, что с учетом внутренней и внешней экономической ситуации не будет повышаться в первой половине этого года», - отметил эксперт.

При 10%-й базовой ставке, продолжает Ашинов, инфляция в РФ составляет по итогам января 5%. Другими словами, реальная процентная ставка составляет примерно 4,8%. В Казахстане при базовой ставке 12% и инфляции 7,9% реальная ставка находится на уровне 4,1%.

Если регулятор сейчас понизит свою ставку, то реальная ставка будет еще ниже и приведет к дополнительному давлению на инфляцию.

«Когда реальная ставка высокая, то это подразумевает сберегательную модель поведения населения, то есть люди стараются копить, нежели тратить. Отсюда и низкая инфляция. За последние три месяца инфляция в Казахстане была высокой. Если понизить ставку сейчас, то  это будет противоречить политике Нацбанка по инфляционному таргетированию», - пояснил Ашинов.

Нацбанку не стоит пересматривать ставку, так как инфляционный фон на данный момент и без того достаточно высокий. К тому же правительство решило выделить из Нацфонда для оздоровление банковской системы 2 трлн тенге. Это шаг подстегнет инфляцию за счет увеличения избыточной ликвидности в банковской сфере, которую тоже надо будет стерилизовать, отметил в свою очередь член правления Halyk Finance Мурат Темирханов.

«Снижение базовой ставки спровоцирует банки направлять собственные средства на валютный рынок или в потребительское кредитование. Есть непрофессиональное мнение, что необходимо снижать процентные ставки по кредитам до 10% для того, чтобы банки начали кредитовать экономику, и она начнет расти. Но девальвационные и инфляционные ожидания еще достаточно высоки, притом что всего лишь в феврале прошлого года мы перешли на реальное инфляционное таргетирование, и проблема с ликвидностью пропала совсем недавно», - заметил Темирханов.

Когда инфляция превышает 5% либо когда она скачет, бизнесу сложно строить планы, частные инвестиции снижаются, в экономике появляется хаос, и это приводит к падению темпов ее роста, продолжил эксперт. Поэтому главная задача регулятора сейчас заключается в снижении темпов инфляции. Только после этого у предпринимателей появится доверие к экономике и спрос  на кредиты, резюмировал он.

Поскольку регулятор завел инфляцию в ожидаемый коридор, и ситуация в банковском секторе стабилизировалась, теоретически он может снизить размер базовой ставки, рассуждает директор консалтинговой компании Almagest Айдархан Кусаинов. Однако он не считает это судьбоносным решением для большей  части населения.

«Базовая ставка пока не играет в отечественной экономике такой же большой роли, которую она исполняет в Федеральной резервной системе США. У нас условно свободный курс, и отсутствует рыночная система выдачи кредитов», - аргументировал он.

Вместе с коммерческими банковскими ставками параллельно существуют льготные ставки по кредитованию по линии Банка развития Казахстана и фонда «Даму». Вся финансовая система перекошена, добавил Айдархан Кусаинов. Участие государства в экономике подобным образом портит усилия Нацбанка по выстраиванию финансовой системы.

В свете укрепления курса тенге Нацбанк, скорее всего, снизит ставку для того, чтобы увеличить объем ликвидности на рынке и ослабить тенденцию укрепления тенге, считает директор ТОО BRB Invest Галим Хусаинов. К тому же теперь на него возложена обязанность обеспечивать экономический рост, а для этого необходимо стимулирование кредитования за счет уменьшения процентных кредитных ставок.

«В связи с этим придется ослабить интерес банковского сектора к нотам Нацбанка и сделать привлекательным сегмент кредитования. Но так как у нас консервативный подход к денежно-кредитной политике, то понижение ставки будет незначительным – 0,5-1%», - прогнозирует  Хусаинов предел возможного понижения ставки.

Поскольку первый квартал этого года оказался традиционно спокойным для экономики, то базовая ставка останется в размере 12%, рассуждает финансовый консультант Расул Рысмамбетов.

«Нацбанк уже объявил, что планирует инфляцию в коридоре 6-8% на 2017 год. А так как в прошлом году было незначительное превышение заявленного коридора, то в этом году он будет неохотно снижать ставку и снизит ее колебания до 0,25%», - предположил он. 

С ним согласен экономист Алмас Чукин. Правительство удружило Нацбанку тем, что решило влить в банковский сектор 2 трлн тенге, и теперь у регулятора появилась головная боль о том, как сдержать инфляцию и не обрушить курс тенге.

«Я уже даже не заговариваю, что ставку нужно повышать. Нацбанк не станет этого делать. Но и понижать ее не стоит, а нужно проследить, как рынок отреагирует на появление такой огромной суммы, как 2 трлн тенге», - резюмировал Алмас Чукин.

Сара Бухина

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Яков Миркин: «Мы нуждаемся в финансовом форсаже, пусть и очень осторожном»

Известный экономист – об унылой идеологии, жестком регулировании и валютном режиме.

04 Май 2020 15:40 2383

Яков Миркин: «Мы нуждаемся в финансовом форсаже, пусть и очень осторожном»

Сегодня звучит огромное число экспертных оценок и взглядов на ситуацию в мировой экономике. В хоре этих мнений большой интерес вызывает позиция Якова Миркина, доктора экономических наук, проф., зав. отделом международных рынков капитала ИМЭМО РАН.

«Экономика должна стать человечнее после удара-2020, прошедшего по нашим душам», – пишет он.

В своей колонке для «Российской газеты» экономист подчеркнул, что после пандемии «экономикам, как и любому после травмы, долго еще придется учиться ходить заново, чтобы восстановить ту сложность и сцепку, которой они обладали еще полгода назад. И еще сегодня это экономики, залитые льготами и деньгами от центральных банков».

О кризисе, финансовом форсаже и валютном регулировании мы поговорили с Яковом Миркиным.

Пандемия полностью исказила картину происходящего

С 2008 г. национальные хозяйства развитых стран и ряда азиатских экономик жили де-факто на «аппаратах искусственного дыхания» – низком проценте, денежных вливаниях со стороны центральных банков. Они привыкли так жить. И центральные банки, проводящие такую политику, способствовали экономическому подъему середины 2010-х годов во всем мире. Несколько лет страны снижали темпы роста. Да, мы все видели, что в 2020 г. риски кризиса будут значительно выше, чем в 2018-2019 гг. Хорошо был виден финансовый пузырь в США, избыточные государственные долги в Европе и ряде других стран. Все понимали, что низкие или отрицательные процентные ставки – это всегда пузыри. Сначала подогреваешь экономику – потом финансовый пузырь лопается, уходишь в кризис. Короче говоря, мир в 2020 г. казался прокризисным. Шансы на жесткий кризис с учетом «черного лебедя» оценивались в 2020 г. как 30-35%.

Но все-таки была надежда, что «аппараты искусственного дыхания», включенные центральными банками в 2008-2009 гг. (но не в зоне постсоветских экономик), позволят провести «мягкую посадку» мировой экономики. Что глобальные финансы не ждут великие потрясения. И, наконец, что сложилась просто иная модель банков и финансового сектора, чем в 1980-х – начале 2000-х годов, иной способ финансового искусства. Грубо говоря, вместо трезвости и умеренности – способность гнать финансовые машины на высоких скоростях при должном управлении финансовыми рисками и не разбиться. «На мягкую посадку» мировой экономики и финансов, на более легкое течение болезни в 2020 г. я давал 45-50%. Можете меня проверить.

Мы уже не узнаем сейчас, была бы мягкая посадка или нет. Пандемия полностью исказила картину происходящего, вызвав землетрясения на финансовых рынках. Что останется, когда пыль рассеется, увидим.

В любом случае низкий процент, денежные вливания вошли с 2008-2009 гг. в плоть и кровь центральных банков (кроме постсоветских экономик). Именно они сейчас удерживают мировую экономику и глобальные финансы от краха. Выйти из этой денежной мании очень тяжело. Она будет продолжаться. И она же будет способствовать тому, чтобы за разрушениями 2020 г. вновь последовал экономический подъем.

Только через 15-20 лет мы увидим, что это было. Повторюсь – новая модель банков и финансового сектора, или же денежная мания, род наркомании для экономик, которая в будущем вызовет тяжелейшую ломку. Однозначного ответа нет.

Полезно ли сейчас запускать печатные станки?

Смотря что вы понимаете под «печатным станком». Есть банковская классика – кредитные деньги, эмиссия денег в меру потребностей роста производства. Это печатный станок. В определенных границах оживление и легкий доступ к кредиту при низком проценте вызывает оживление в экономике. Всем это известно, с неконтролируемой инфляцией не связано.

Другой пример – «финансовый форсаж», который сейчас осуществляется в Китае. Насыщенность деньгами, кредитами – больше 200% ВВП. И что? Да ничего – в долларовом выражении финансовая масса Китая давно превосходит США, позволила создать очень крупную финансовую машину, стимулировала до пандемии сверхбыстрый рост. Особенности полуадминистративной экономики Китая позволяют это делать.

Если же под «печатным станком» имеется в виду неконтролируемое покрытие дефицита бюджета денежной массой или же автоматическое кредитование, без реальных экономических требований, крупнейших компаний, затыкание их финансовых дыр и т. п. – да, не есть хорошо. И если это происходит сверх всяких экономических границ, то да – неизбежно вызовет всплеск инфляции, падение курса национальной валюты и прочие «прелести» расстройства экономики страны.

Деньги, кредит, процент, валютный курс – могут убить экономику или, наоборот

Какова роль главного банка страны и должен ли он отвечать за экономический рост и безработицу?

Деньги, кредит, процент, валютный курс – могут убить экономику или, наоборот, оживлять ее, подстегивать. Да, стимулирующая функция центрального банка (экономический рост, безработица) должна быть. Не может не быть. Мы видим, как повсеместно и в кризис, и в обычные времена центральные банки в полной мере стремятся стимулировать экономику, наравне с удержанием ценовой и финансовой стабильности. Это – широко распространенная мировая практика.

Рыночный или регулируемый курс?

Сказал бы так – от перемены мест слагаемых мало что изменится. Почему? Казахстан – малая, открытая сырьевая экономика, очень зависит от спроса и цен на сырье, прежде всего на нефть, природный газ и металлы, от курса доллара к евро, от иностранных инвестиций (портфельных и прямых). Все это – сверхволатильные переменные. Как ни регулируй, какой ни устанавливай валютный режим – не закроешься. Валютные режимы, механизм денежно-кредитного регулирования экономики, моды на них – меняются. Важно другое – единственный способ обретения валютной устойчивости, это – перестать быть преимущественно сырьевой экономикой. Все больше двигаться – к универсальной, работающей в разных продуктовых нишах экономики, с гораздо большей долей продукции высоких переделов, прежде всего, в экспорте.

Бессмысленное копирование всей жесткости финансового регулирования развитых стран

В этом году в Казахстане было создано Агентство по регулированию и развитию финансового рынка. Какую политику регулирования сегодня должен выбирать регулятор?

Очень взвешенную. Понимать, что каждый финансовый бизнес – это ценность. Люди, технологии, обязательства, опыт – все это нужно очень ценить в каждом финансовом институте. Сейчас на постсоветском пространстве в деятельности центральных банков преобладает обвинительный уклон. Мне однажды одна моя юная магистрантка, работающая в центральном банке, не имевшая раньше никакого опыта в бизнесе, сказала так: «Все они негодяи». Она как раз занималась надзором за инвестиционными институтами.

«Мы всегда правы». «Есть мнение». Безжалостность. Бессмысленное копирование всей жесткости финансового регулирования развитых стран, хотя для таких экономик, как Казахстан или Россия, оно должно быть значительно мягче, давать возможности принимать на себя больше финансовых рисков. Очень важно, что в центральных банках часто работают люди, никогда не бывшие в бизнесе, знающие только контроль и надзор, исполнение правил. Избыточно высоки регулятивные издержки.

По каждой из этих позиций могла бы быть иная, «обратная политика». Не только кнут, но и обязательно быстрый, легкий пряник. Не только для крупнейших, но и для финансовых институтов всех размеров. Не бить преувеличенно наотмашь. Не заниматься кампанейщиной. Создавать легкую, живительную почву для роста финансового бизнеса.

Мы нуждаемся в финансовом форсаже

Мы издали две технические монографии – как делалось «экономическое чудо» в азиатских экономиках и послевоенной Европе и какую роль в этом играли центральные банки, министерства финансов и т.п. как институты развития. Финансовый инженер найдет десятки финансовых инструментов, как осторожно, сбалансированно подстегнуть рост, модернизацию, спрос.

Дело – в головах. Иной взгляд центральных банков и министерств финансов на жизнь. Они – институты только счетные, резервирующие, контролирующие? Скучные? Или же стимулирующие? Развития? Помощи росту?

Пока полностью преобладает первый взгляд – скучная, унылая идеология, копирующая устаревшие образцы 1990-х годов, с добавками того сверхжесткого финансового регулирования, которое возникло в мире после 2008 – 2009 гг.

Как это переломить – не знаю. Но очень нужно. Мы нуждаемся – каждая из стран ЕАЭС – в финансовом развитии и, может быть (скажу страшную вещь) – в финансовом форсаже, пусть и очень осторожном. В том, что называется талантливая финансовая инженерия.

Ольга Фоминских

Уровень долларизации вкладов вырос до 46,7%

В марте портфель депозитов в иностранной валюте увеличился на 1,7 трлн тенге.

24 Апрель 2020 15:59 3109

Уровень долларизации вкладов вырос до 46,7%

Фото: rbc.ru

По итогам марта уровень долларизации вкладов в Казахстане вырос на 4,9% и составил 46,7%. Объем тенговых депозитов при этом сократился до 53,3%. В марте физические и юридические лица охотнее откладывали сбережения в иностранной валюте, нежели в национальной, после того как 9 марта произошло резкое обесценение тенге.

Согласно данным Национального банка, совокупный депозитный портфель в депозитных организациях в прошлом месяце превысил 20,3 трлн тенге – это на 9% больше, чем в феврале. Наибольший рост отмечался в портфеле вкладов в иностранной валюте – за март население и компании увеличили свои депозиты в инвалюте сразу на 1,7 трлн тенге (+21,8%). Объем «долларовых» вкладов юридических лиц вырос почти на 1,1 трлн тенге, физических лиц – на 626 млрд тенге.

Рост тенговых вкладов был несущественным – на 2,3 млрд тенге (+0,02%).

Как ранее писал inbusiness.kz, валютная лихорадка приведет к росту долларизации экономики. Эксперты ожидают, что этот уровень не превысит 50%. Для сравнения, в январе 2016 года доля валютных депозитов достигала пикового значения – почти 70% совокупных депозитов.

На сегодняшний день в Казахстане ограничена покупка наличной иностранной валюты в связи с карантином – почти месяц в некоторых городах страны не работают обменные пункты. Также Национальный банк страны ограничил объем покупки иностранной валюты для юридических лиц и установил им лимиты для снятия наличных в тенге.

Ольга Фоминских

Смотрите и читайте inbusiness.kz в :

Подписка на новости: