/img/tv1.svg
RU KZ
Торговлю внутри ЕАЭС хотят активизировать

Торговлю внутри ЕАЭС хотят активизировать

Власти стран - членов ЕАЭС планируют убрать препятствия на пути торговли. 

18:58 14 Август 2017 5376

Торговлю внутри ЕАЭС хотят активизировать

Автор:

Жанболат Мамышев

Фото: Мария Матвиенко

Столичная рабочая неделя началась с очередного заседания Евразийского межправительственного совета (ЕМС), в который входят Казахстан, Россия, Белоруссия, Армения и Кыргызстан. Перед началом заседания с главами правительств стран - членов Евразийского экономического союза (ЕАЭС) встретился президент РК Нурсултан Назарбаев.

Премьер-министр РК Бакытжан Сагинтаев, открывая заседание ЕМС в расширенном составе, отметил положительную динамику товарооборота как между странами ЕАЭС, так и с третьими странами.

«Отмечу рост доли обработанных товаров в общем объеме экспорта ЕАЭС в третьи страны. В Казахстане стабильно работают более восьми тысяч совместных предприятий со странами ЕАЭС. Считаю, что это хороший показатель поддержки интеграции со стороны предпринимателей, и мы будем рады дальнейшему расширению этого списка совместных предприятий», – сказал он.

Что касается внешней торговли, то первый договор о создании зоны свободной торговли ЕАЭС с Вьетнамом, подписанный в 2015 году, уже дает свои плоды. Глава правительства РК отметил, что торговля с этой страной значительно активизировалась.

«В прошлом году Высшим советом были приняты решения о начале переговорных процессов о свободной торговле, с которыми государства – члены союза наиболее заинтересованы в заключении соглашения. Это такие динамично развивающиеся страны, как Иран, Индия, Сингапур. По Ирану у нас сейчас переговоры дополнительные прошли, и мы дали поручение, чтобы дальше прорабатывали нашу переговорную позицию в сторону укрепления», – сказал Бакытжан Сагинтаев.

При этом в информационных документах, распространенных Евразийской экономической комиссией (ЕЭК) к брифингу после заседания, сообщалось, что соглашение о создании зоны свободной торговли ЕАЭС с Ираном может быть подписано в 2017 году.

«Принято решение ускорить работу по заключению соглашения с Ираном. Мы рассчитываем, что процедура подписания документа пройдет в 2017 году», – отмечалось в тексте.

Вместе с тем, считает Бакытжан Сагинтаев, для дальнейшего развития торговли необходимо продолжить работу по созданию безбарьерной среды на внутреннем рынке ЕАЭС.

«Уже имеется согласованный сторонами перечень препятствий, который состоит из более чем 60 препятствий, и также ведется работа по подготовке дорожных карт по их устранению. Считаю необходимым рассмотреть данные дорожные карты на следующем заседании Межправсовета. Более того, надо разумно подходить к устранению препятствий во взаимной торговле, не стремиться устранять препятствия формально на бумаге, а проводить такую работу качественно и на практике. При этом необходимо соблюдать и исполнять договоренности, уже предусмотренные договором о ЕАЭС», – сказал он.

О необходимости преодоления барьеров в различных сферах сказал и глава правительства РФ Дмитрий Медведев. Россия, по его словам, в качестве председателя ЕАЭС в 2018 году уделит внимание торговым барьерам, стандартам в трудовой сфере и поддержке экспорта. При этом механизм прослеживаемости товаров в рамках союза должен быть общим, и закрытых схем быть не должно, полагает он.

«Цифровая повестка связана с механизмом прослеживаемости товаров, такой механизм нам крайне необходим, как мы сегодня выяснили», – сказал г-н Медведев.

Вместе с тем, добавил он, «прослеживаемость должна быть общей, и прослеживаемость не должна иметь закрытых сфер».

«Иными словами, она должна распространяться на все виды деловой активности», – сказал глава правительства РФ.

Дмитрий Медведев отметил важность приглашения на мероприятия ЕАЭС представителей стран СНГ.

За первые четыре месяца, напомнил он, более чем на четверть вырос объем внутренней и внешней торговли ЕАЭС, а объем экспортных поставок увеличился примерно на 10%.

«В лучшую сторону меняется и товарная структура. Растет экспорт машин и оборудования – на 34%, продовольственных товаров и сельхозсырья – на 26%, и снижается доля энергетических товаров, что означает, что торговый оборот становится более сбалансированным», – сказал г-н Медведев.

По его словам, для закрепления этой динамики необходимо совершенствовать правила для бизнеса, развивать кооперационные проекты.

«Задача на ближайшую перспективу – выполнить подготовленную Евразийской комиссией дорожную карту по снятию барьеров в промышленности, в аграрном секторе, в энергетике и техническом регулировании», – сказал он.

Что касается создания единого цифрового пространства ЕАЭС, то Россия уже активно занимается проектом внедрения электронных технологий в различные сферы – в РФ утверждена программа по цифровой экономике до 2024 года.

«Но мы отлично понимаем, что, если мы создаем общий рынок, такое единое цифровое пространство нам требуется не в масштабах одного государства, а в масштабах всего Евразийского союза», – сказал он.

Дмитрий Медведев также вновь поднял вопрос о необходимости принятия дорожной карты по созданию единого воздушного пространства в ЕАЭС.

«В контексте создания единого транспортного пространства будет принята дорожная карта в области воздушного транспорта. Она позволит выравнять тарифы за пролет и обслуживание в аэропортах», – сказал российский премьер.

Если российскую сторону интересует доступ на казахстанский авиарынок, то казахстанская сторона вновь подняла вопрос о доступе казахстанских судов и грузов к российским портам.

«Учитывая, что не у всех стран – партнеров ЕАЭС имеется прямой выход в мировой океан, перевозка одним видом транспорта не подходит грузополучателям по причине высокой цены или длительного срока поставки товара. В этой связи необходимо обеспечить равный доступ к морским портам вне зависимости от принадлежности экспортера к тому или иному государству – члену ЕАЭС. Также в узком составе мы этот вопрос обсудили и надеемся, что в ближайшее время будет принято положительное решение. Кроме того, особо актуальным становится вопрос развития систем мультимодальных перевозок по принципу «от двери до двери». Учитывая договоренности в рамках ЕАЭС, а также географическое расположение, мы можем стать региональным логистическим хабом между Европой и странами Азиатско-Тихоокеанского региона. Считаю необходимым поручить комиссии совместно с Евразийским банком развития проработать вопрос и доложить на одном из заседаний Межправсовета», – сказал Бакытжан Сагинтаев.

Он отметил, что в настоящее время у каждого государства есть собственное видение развития IT-сферы, и в данном вопросе потребуется выработка единой политики на уровне ЕАЭС. После этого глава казахстанского правительства продолжил указывать на необходимые работы. В том числе речь идет и о проекте концепции формирования единого финансового рынка.

«Есть еще ряд вопросов, по которым нам нельзя снижать темпы и где уже работа начата очень давно. К примеру, до сих пор не приняты у нас такие важные документы, как договор о судоходстве, договор о порядке и условиях устранения технических барьеров во взаимной торговле с третьими странами. Мы должны были их принять в 2015 году, но работа еще не завершена. Также у нас не начата работа по обсуждению проекта концепции формирования финансового рынка. В принципе, время от времени эти вопросы поднимаются, – сказал Бакытжан Сагинтаев. – Я думаю, что, тем не менее, мы должны приступить к этой работе. Поручение главами государств о разработке концепции было дано в декабре прошлого года. Не до конца у нас решены вопросы общего рынка трудовых ресурсов, договор о пенсионном обеспечении также мы сейчас в устном формате обсудили. Также на национальном уровне у нас появляются барьеры в части признания квалификации водительских прав. Я думаю, что с учетом мнений, которые были высказаны, принятие решения в ближайшее время уже будет».

Премьер отметил, что есть вопросы и по алкогольному рынку.

«Вместе с тем комиссией инициируется рассмотрение вопроса обязательного согласования предоставления специфических субсидий в отношении промышленных товаров. Мы долго искали консенсус по этому вопросу при подготовке договора о союзе. Предусмотрели добровольное согласование специфических субсидий с комиссией. На данном этапе считаю вопрос решенным. Более того, на данный момент соглашение не вступило в силу. Уполномоченными органами проводится соответствующая работа по ратификации, необходимо начать работать по данному соглашению – нарабатывать практику».

Что касается промышленного развития, то г-н Сагинтаев считает, что странам – членам ЕАЭС необходимо переходить к «конкретным кооперационным проектам».

«Это позволит объединить усилия бизнеса, науки и госорганов с целью продвижения в странах союза передовых научных разработок», – сказал он.

При этом в информационных материалах Евразийской экономической комиссии (ЕЭК), распространенных в рамках заседания ЕМС, сообщалось, что разработку договора о пенсионном обеспечении трудящихся стран ЕАЭС планируется завершить до конца текущего года и начать процесс ратификации в 2018 году. В разрабатываемом документе создаются условия для экспорта пенсий и учета трудового стажа граждан, работавших в какой-либо стране союза, при начислении пенсии. Большинство пунктов статей соответствующего договора уже согласовано.

Кроме того, в документах указывалось, что к октябрю 2018 года будет принято окончательное решение о том, на базе какой из площадок будут создаваться системы централизованных торгов электроэнергией в странах ЕАЭС. В настоящее время принято решение о том, что эта система будет создаваться на основе уже имеющейся инфраструктуры.

«Мы договорились на том, что запустим пилотные проекты с использованием казахстанской платформы и российской платформы, чтобы были первые торги электроэнергии, и с учетом этого опыта мы уже запустим весь комплексный проект формирования общего рынка электроэнергии», – сказал во время брифинга председатель ЕЭК Тигран Саркисян. А фактически евразийский рынок электроэнергии должен заработать летом 2019 года.

Г-н Саркисян также сообщил, что стратегия цифровой трансформации ЕАЭС может быть согласована до конца текущего года.

«Относительно инициатив и проектов, которые мы должны реализовывать, здесь дано поручение, чтобы в течение месяца были представлены инициативы, которые могут нам помочь продвигать нашу цифровую трансформацию», – сказал он.

Перечень соответствующих инициатив будет вынесен на обсуждение рабочей группы высокого уровня, которая создана по поручению глав государств.

«Мы должны успеть на очередном заседании межправсовета представить доработанный проект, с тем чтобы в конце года мы бы сумели представить документ для обсуждения главами государств», – сказал Тигран Саркисян.

Страны – члены ЕАЭС разработают стратегию, включающую несколько направлений: оцифровку общих рынков, оцифровку, связанную с инфраструктурой, системами управления и вопросами безопасности.

«Оцифровка очень быстрыми темпами внедряется в нашу жизнь, и необходимо, чтобы мы согласовывали принципы, стандарты, по которым мы будем работать, иначе наше экономическое объединение может быть размыто другими, более мощными цифровыми платформами, куда наш бизнес идет с удовольствием, с учетом того, что это экономически выгодно», – сказал он.

А следующее заседание ЕМС пройдет в конце октября в Ереване. Но точные даты еще предстоит согласовать: российская сторона пожаловалась на загруженный график встреч в это время. Первоначально заседание планировалось провести 30-31 октября, однако Дмитрий Медведев попросил сдвинуть дату.

«Когда мы в узком составе обсуждали, другую дату согласовывали, я обратил внимание коллег, что у нас очень плотный график поездок. До этого предлагалась дата 24-25 октября, я просил бы рассмотреть именно эти даты, потому что 30-31 октября вне графика», – сказал он.

Жанболат Мамышев

ЕАЭС – что будет после пандемии? – II

Есть ли свобода, о которой говорили?

11 Август 2020 08:23 6522

ЕАЭС – что будет после пандемии? – II

Редакция сайта Inbusiness.kz продолжает тему Евразийской интеграции в условиях пандемии, с какими вызовами из-за коронакризиса пришлось столкнуться Евразийскому экономическому союзу, который предполагал наличие четырех свобод: свободы движения товаров, капитала, услуг и рабочей силы. Предлагаем подборку мнений экспертов.

 

 

Сергей Домнин, экономический обозреватель:

«Если говорить о влиянии пандемии на мир труда, то буду говорить в основном о Казахстане и сравнивать ситуацию в стране с другими партнерами по ЕАЭС. У нас удар сильнее всего пришелся по сфере услуг. Из-за введенных ограничений мы получили большое количество людей, оставшихся без дохода, примерно половину всей рабочей силы страны.

Этих людей нельзя назвать безработными, но фактически они остались без полноценной занятости и доходов от работы по найму и предпринимательской деятельности на длительный период. Безработица – это когда люди ищут работу и не могут ее найти. В данном случае люди формально числились в своих организациях, были отправлены в отпуска или переведены на сокращенный график.

Два месяца в режиме ЧП – это долго по меркам экономики. В апреле торговля упала на 45%. Сейчас в годовом выражении спад торговли составляет примерно 11%. Двузначное падение показателей и в транспортном секторе.

Но скоро придет настоящая безработица, и она будет расти. Начинается серьезное замедление в реальном секторе. Промышленность начинала 2020 год с 6%-го роста и замедлилась до 3%.

Некоторые сектора, важные для экономики Казахстана, в ближайшие месяцы уйдут в минус. Нефтедобыча уже ушла и сократилась за год примерно на 6%. За замедлением темпов роста необязательно последует сокращение людей, вероятно, приостановят инвестиционные проекты, снизятся заказы для сервисных и строительных компаний.

Они будут в этот период либо работать на низких оборотах, либо совсем останутся без заказов. Компании могут отправить людей в отпуска либо пойти на такие непопулярные меры, как сокращение штата. А это также достаточно дорого в масштабах Казахстана и в соответствии с трудовым законодательством страны.

В итоге безработица по итогам года будет превышать 6%, в последние годы она составляла примерно 4,5%, или около 440 тысяч человек. Ожидается примерно 600 тысяч вполне официальных безработных.

Моменты с дорожной картой занятости временно оттянут часть неквалифицированной рабочей силы на ремонт дорог и школ, но это до конца III квартала. Что эти люди будут делать поздней осенью, если их рабочие места не восстановятся, а новых не появится – хороший вопрос и большая проблема.

Еще один неприятный момент – в стране идет рост инфляции. Год начинался с темпов роста чуть больше 5%, в июне годовая инфляция пробила 7%. При этом во многих странах инфляция замедляется на фоне пандемии коронавируса. Рост цен на продовольственные товары в Казахстане превысил уже 11% и, скорее всего, на этом не остановится. Еще один всплеск – сезонного характера – ожидается в III квартале.

Перспективы в связи с этим не очень хорошие. Похожая ситуация в сопредельных странах, как в Кыргызстане, так и в России, есть рост безработицы, но имелся не такой сильный удар по сфере услуг, потому что не было режимов локдауна. В Беларуси, наоборот, идет рост объемов торговли. Понятно, какую цену платят белорусы за этот рост.

Что касается вопросов миграции. На постоянной основе в России трудилось несколько десятков тысяч казахстанцев, на временной – несколько сот тысяч. Хотя это значительное количество, в масштабах экономики Казахстана их доход пока меньше 1% ВВП.

Другая ситуация в таких странах ЕАЭС, как Кыргызстан и Армения. В 2019 году в Армении денежные переводы занимали примерно 11% от ВВП, в Кыргызстане – 29% от ВВП.

Сокращение деловой активности в Казахстане и России сильно ударит по этим доходам. Еще одно негативное следствие снижения деловой активности для экспортеров труда – не найдя работу в России или Казахстане, люди будут возвращаться домой, и это такая подспудная, неявная, но угроза социальной стабильности в этих странах в течение ближайших 6-12 месяцев».

Замир Каражанов, политолог:

«По поводу ожидаемой безработицы в стране согласен, что 4,5-5% – это нормальный показатель. О чем у нас всегда говорили в правительстве. При этом ссылаясь на показатели безработицы в развитых странах.

Однако некорректно сравнивать экономику Казахстана с экономикой рыночно развитых государств, так как в последних странах большая доля МСБ, развит сектор услуг и т. д. Иными словами, человек, если пожелает, найдет себе работу. У нас даже на уровне руководства страны признают, что не хватает «социальных лифтов» для населения.

Коронавирус приведет не только к росту безработицы, о чем говорили сегодня, но сохранит большую долю государства в экономике Казахстана. Получается замкнутый круг, из которого пытаемся вырваться, но все равно туда попадаем».

Марат Шибутов, член общественного совета Алматы:

«Определенная часть людей, которая имеет негативный опыт столкновения с отечественными госорганами и медициной, думают, что надеяться не на что и надо уезжать. Мы увидим всплеск миграционных настроений уже в следующем году, если откроют границы. В настоящее время начинается честная статистика по заболеваемости и смертности. И в ней цифры довольно пугающие.

Пандемия COVID-19 показала многим постсоветским странам, где жить лучше и безопаснее. В этом соревновании они проиграли».

Шавкат Сабиров, директор Института по вопросам безопасности и сотрудничества в Центральной Азии, член общественного совета при МИД РК:

«Уже сейчас высказываются достаточно пессимистичные мнения о том, что миграционные процессы в Казахстане выстрелят, когда снимутся барьеры на границах, спадет режим блокирования. Люди поедут туда, где с коронавирусом удалось справиться лучше, где система эта работает. Поскольку ближайший сосед – это Россия, будет много желающих.

К тому же последние новшества президента России Владимира Путина по облегчению получения гражданства касаются в том числе и выходцев из соседних стран. Соответствующий закон вступил в силу 24 июля нынешнего года.

Текущая ситуация изменила общество, вызвала негативные отклики по поводу смерти знакомых и близких людей, уровня медицины, нехватки лекарств и кислорода. Немало семей, которые пострадали от всего этого.

После пандемии система должна перезагрузиться. Проблема в том, что ряд чиновников перестали быть государственниками, думая прежде о наполнении своего кармана.

Что же касается людей, которые сами зарабатывают себе на хлеб, скажу, что рынок просел во многих сегментах, в том числе сильно упал в части IT и высоких технологий. Большое количество компаний закрылись, начиная уже с марта 2020 года. Выживут только те, кто имеет какие-то договоры с государством, возможность выиграть тендеры. Остальные будут чахнуть и умирать. Бизнесмены начнут спускаться вниз по социальной лестнице. Хозяева компаний станут уходить в наем».

Гульмира Илеуова, президент ОФ «Центр социальных и политических исследований «Стратегия»:

«Все интеграционные образования сейчас проходят проверку на прочность. Посмотрите, что происходит в Европе. На одном из недавних научных советов ВЦИОМ политолог из Германии Александр Рар говорил, что ЕС закончил свое существование, что его деятельность отсутствует как таковая, что каждая страна выживает самостоятельно, а его надо перезагружать. Что уж тут говорить про ЕЭАС, который относительно недавно был создан и проходит ту же проверку на прочность?

Некоторое торможение интеграционного процесса в настоящих условиях – это естественно, наши отношения проходят проверку на прочность. Мы пытаемся найти новые способы взаимодействия. С этой точки зрения усилились экспертные контакты. Благодаря онлайн-платформам мы много общаемся, обсуждаем актуальные вопросы.

На одной из недавних конференций были приведены интересные данные по поводу ожидаемого экономического роста стран СНГ в 2020 году, которые предоставили узбекские эксперты. Только у Узбекистана относительно высокие показатели роста ВВП к концу года – 1-1,2%. У Казахстана, как и у Кыргызстана, рост будет меньше, порядка 0-0,5%, и даже уйдет в минус».

Айдархан Кусаинов, экономист:

«Пандемия коронавируса отрезвила некоторые интеграционные ожидания. Была некая эйфория по поводу совместных перспектив будущего, однако оказалось, что наши страны сильно отличаются по подходам, по информационной политике, медицинскому обеспечению. Особенности каждой страны на практике замедляют и усложняют интеграцию. Появилось понимание, что это процесс серьезный, что дьявол кроется в деталях экономического эгоизма.

Впрочем, я считаю, что все происходящее полезно для процесса, потому что переводит его в более серьезное, правильное экономическое русло, снижает фактор ура-патриотизма в ЕАЭС. Борьба с коронавирусом нам дала практические уроки. С одной стороны, интеграция замедлится. Но, с другой стороны, это правильное замедление. Прежде чем дальше работать над объединением, нам нужно тщательно продумать процессы внутренней работы. Тщательнее рассмотреть вопросы стратегии развития, отделить политические от прикладных экономических аспектов.

Не считаю, что будут какие-то серьезные изменения в миграционных процессах. Вся эта история когда-нибудь закончится, так или иначе. Рынок труда для мигрантов и для местного населения очень сегментирован. Мигранты занимают те места, где местные не работают. Поэтому конкуренции не будет. Зато появились серьезные задачи, связанные с сертификацией медицинских препаратов, продовольственной безопасностью. Их можно решать в рамках ЕАЭС».

Александр Губерт, старший преподаватель кафедры «Государственная и общественная политика и право», Алматы менеджмент университет (AlmaU):

«Эпидемия коронавируса сама по себе проблема и вызов, это кризисное время. Первое, что должны были сделать интеграционные структуры (не говорю, что они не делают), – свести к минимуму проблемы, негативные явления, которые возникли из-за карантина и закрытия границ. В этом ряду и очереди мигрантов на границах, и образовательные процессы.

Задача структур – работать над проблемами и озвучивать результаты. Но, если не зайти специально на сайт ЕЭК, складывается ощущение, что ничего не делается. Все страны стали вариться в своем соку, принимать собственные правительственные решения, которые не всегда координируются с партнерами по ЕАЭС. Это вызывает недоумение и тревогу у сторонников интеграции.

Что бы ни говорили про то, что ЕС в кризисе, ведущие страны объединения, вернее, их лидеры Эммануэль Макрон и Ангела Меркель вышли и сказали, что союз будет жить, озвучили механизмы, привели конкретные суммы средств, которые будут на это использованы. Но на уровне глав государств и правительств наших стран, входящих в ЕАЭС, ничего такого внятного и четкого не было заявлено».

Рустам Бурнашев, профессор Казахстанско-немецкого университета:

«Когда мы говорим о миграции в нашем пространстве, нужно четко ее фрагментировать. Мы имеем много разных миграционных потоков, и влияние на них оказывается неоднозначное. Одно дело – миграционные потоки внутри ЕАЭС, скажем, когда казахстанские граждане едут в Россию, или россияне в Казахстан. Другое дело – миграция вне рамок ЕАЭС, например, граждане Узбекистана отправляются в Россию или в Казахстан. Есть мигранты «старые», которые уже давно живут где-то не в стране своего гражданства, и мигранты новые. Для «старых» мигрантов мало что поменялось. Допустим, гражданин Казахстана, который живет в России, испытывает те же проблемы, что и россиянин.

Да, сейчас пересечь границу в качестве «нового» трудового мигранта затруднительно. Но эти затруднения существуют сейчас во всем мире. Но в рамках ЕАЭС они достаточно эффективно решаются. Например, для обучающихся смягчили пограничный режим, набор студентов в настоящее время проводится.

В противоположность этому узбекские и таджикские мигранты, чьи страны не входят в ЕАЭС, испытывают проблемы. Имеющиеся у них трудовые соглашения краткосрочны. Многие люди даже при наличии работы срывались с мест и пытались вернуться в свою страну. Мы знаем о проблеме узбекских трудовых мигрантов, которые застряли на границе Казахстана и России.

Неожиданно ЕАЭС стал эффективной структурой для трудовых мигрантов, чем условный «не ЕАЭС». То есть мигранты из стран ЕАЭС оказались в более выгодной ситуации, чем их коллеги, которые работают на пространстве ЕАЭС, но по гражданству не относятся к странам союза. Для Узбекистана эта ситуация может стать причиной для более глубокой оценки преимуществ вхождения в ЕАЭС именно с точки зрения наличия значительного количества людей, которые сейчас находятся за пределами страны».

Сергей Козлов, заместитель главного редактора газеты «Аргументы и факты – Казахстан»:

«Последствия такого потрясения, как пандемия, мы в полной мере ощутим позднее, может, в отдаленной перспективе. Целые отрасли экономики в Казахстане и других странах ЕАЭС будут существенно деформированы, как в плане трудовой занятости, так и в плане финансовой достаточности. Пока еще рано говорить о том, какие последствия нас ждут и какие коррективы следует вносить в экономическую политику и в реформы нашего административного аппарата, думается, главные итоги мы сможем подвести не раньше будущего года.

Но последствия будут тяжелыми, это уже очевидно.

Если этот, по сути, кризис сопоставить и с ситуацией на сырьевом рынке, то государства, живущие от экспорта природных ресурсов, ждут куда более серьезные испытания, чем индустриально развитые страны.

Так что, повторяю, ЕАЭС проявил себя нисколько не хуже ЕС. Мы наблюдали, как в первые месяцы эпидемиологического взрыва плохо действовали европейские интеграционные механизмы. Причем не во второстепенных странах, а у тех, кто в авангарде, в Германии, Италии, Франции. Там кипели страсти, все это было неожиданно. У нас же прежде всего начали азартно критиковать ЕАЭС, да, порой справедливо.

Но то, что произошло в Европе, было шоком даже для тех, кто всегда кивает в ее сторону в качестве примера. А ЕАЭС проявил себя настолько, насколько он оказался зрел. Во всяком случае, казахстанские работники в России и российские в Казахстане чувствовали себя намного лучше, чем трудовые мигранты из стран, не входящих в союз».

Адиль Каукенов, директор Центра китайских исследований CHINA CENTER:

«В настоящее нестабильное время сложно делать какие-либо прогнозы. Не совсем очевидно, как будут дальше вести себя новые веяния. Многие так называемые ковид-дисседенты не верили в существование нового вируса либо полагали, что проблема на самом деле небольшая, но раздутая СМИ и политиками. Сейчас, во всяком случае, в Казахстане, мы видим, что ситуация с вирусом неблагополучна.

Соответственно, на миграцию будет влиять то, как поведет себя коронавирус. От этого зависит, когда мы сможем вернуться к нормальной жизни. Позитивной новостью стало то, что в России разработана вакцина. Пандемия показала, насколько нам нужна интеграция. Потому что наднациональные возможности позволили бы получать эффективнее помощь, объединить интеллектуальный потенциал государств.

Если у Казахстана ситуация с пандемией пойдет по тяжелому варианту, вспышки коронавируса будут повторяться даже у переболевших, то страна да и в целом регион Центральной Азии начнут восприниматься как очаг опасности.

Много препонов возникнет для нас в мире. Это перспектива на ближайшие два года. К тому времени, надеюсь, человечество уже будет пользоваться эффективной вакциной».

Политолог Эдуард Полетаев ранее в интервью нашему порталу заметил, что из этих четырех свобод в ЕАЭС пандемия больше всего повлияла на единый рынок услуг и общий рынок труда. В этой статье мы дали слово его коллегам по цеху, которые строят весьма неутешительные прогнозы, в частности по безработице и по усилению миграционных настроений среди казахстанцев.

Кульпаш Конырова


Подпишитесь на наш канал Telegram!

ЕАЭС – что будет после пандемии?

Как будет восстанавливаться, и какой из стран выгодна дальнейшая интеграция.

07 Август 2020 08:25 3872

ЕАЭС – что будет после пандемии?

Казахстанцам сегодня пришлось столкнуться не только с проблемами внутри страны в связи с пандемией, но и за ее пределами, в частности в странах, входящих в Евразийский экономический союз. О трудностях и о путях их решения своим видением с Inbusiness.kz поделились казахстанские эксперты. Сегодня наш собеседник – руководитель общественного фонда «Мир Евразии» Эдуард Полетаев.

Еще несколько месяцев назад сложно было представить, что работа ЕАЭС, богатого планами и перспективами, столкнется с глобальным кризисом, вызванном пандемией. На чем больше всего сказалось его влияние?

Для начала хотел бы напомнить, что Договор о ЕАЭС предполагал наличие четырех свобод: свободы движения товаров, капитала, услуг и рабочей силы. Когда в рамках объединения был снят таможенный контроль на внутренних границах, а граждане стран ЕАЭС могли осуществлять трудовую деятельность в любой союзной стране без получения разрешения, это привело к увеличению трансграничной мобильности, которая формировала более позитивное отношение людей к процессам интеграции.

Однако сегодня меры, предпринятые государствами в борьбе с коронавирусом, сильно ограничили возможности и свободы выхода за пределы национальных границ. Из этих четырех свобод в ЕАЭС пандемия больше всего повлияла на единый рынок услуг и общий рынок труда.

Новые, непривычные условия труда и жизни вместо формирующегося многогранного ЕАЭС вызвали эмоциональные импульсы и разнообразные высказывания по поводу будущего постсоветских интеграционных объединений. СМИ запестрели заголовками вроде «Интеграция на паузе», «Выдержит ли ЕАЭС испытание коронавирусом», «Коронавирус залихорадил ЕАЭС» и т. п. Такие громкие заголовки внушают скептицизм в способность ЕАЭС выстроить оптимальную антикризисную стратегию. А нынешняя ситуация дает определенные козыри в руки противникам интеграции. Рассуждения примерно таковы: люди не могут выехать, застряли на границах. Например, в Кыргызстане были возмущения по поводу того, что грузовики не могли проехать границу Казахстана. Хотя пограничный контроль – это не компетенция ЕЭАС. Тем не менее это все косвенно ударило по имиджу ЕАЭС.

Вы сказали, что больше всех от пандемии пострадал общий рынок труда. Давайте поговорим об этом подробнее.

Казахстан, оказавшись в повторном карантине после временных послаблений, вряд ли сейчас является привлекательной страной, чтобы границы для наших граждан были с радостью открыты другими странами.

Говоря об общем рынке труда, могу сказать, что особенно пострадают страны, экспортирующие рабочую силу за свои пределы. Трудовые мигранты столкнутся с серьезной конкуренцией с местными жителями. Многие проблемы государствам придется решать самостоятельно, отсюда возникает рост экономических эгоизмов, возврат к внутренним ресурсам.

Разве возврат к внутренним ресурсам – это плохо?

Знаете, недавно я ознакомился с одним европейским исследованием по трансграничной мобильности, в котором приняли участие более 10 тыс. молодых людей из восьми государств – членов Европейского союза (ЕС).

Вопрос перед исследователями был поставлен такой: как путешествия по Европе могут повысить у молодежи чувство общеевропейской причастности? Результаты показали, что чем больше молодежь посещает другие страны ЕС, тем активнее она становится у себя дома, обладая многогранным видением, начинает проявлять патриотизм у себя на родине. Не случайно страны ЕС начали, в первую очередь, открывать границы друг другу, несмотря на разность эпидемиологической ситуации связанной с коронавирусом. Но в рамках деятельности постсоветских интеграционных объединений никакая причастность не является ключевым фактором для открытия границ.

Почему?

В июне нынешнего года был создан проект комплексного плана мероприятий по предотвращению распространения COVID-19 и иных инфекционных заболеваний на территориях государств ЕАЭС. Утверждение документа ожидается, также планируется смягчение введенных ограничений, в том числе условий для свободного перемещения населения на общем экономическом пространстве. Правда, в ближайшее время это пока не достижимо, потому что карантинные меры, которые предпринимаются, слишком разнородные на пространстве ЕАЭС. Беларусь отказалась от жестких мер, в России они значительно ослабляются. Кыргызстан, Казахстан и Армения пока находятся в карантинном режиме.

То, что Вы перечислили, грустно осознавать. Означает ли это, что пропадает экономическая привлекательность того же Евразийского экономического союза?

Конечно, всем уже понятно, что экономический ущерб от эпидемии будет существенный. Мир изменился, процессы глобализации дали сбой, сильно упали продажи услуг и ряда товаров (за исключением продуктов питания и лекарств). Пока пандемия не закончилась, о масштабах падения мировой экономики можно только предполагать, пока слишком мало данных.

Создавая ЕАЭС, страны-основатели руководствовались подходом win-win (выигрыш-выигрыш), то есть идеей возможности такого взаимодействия с другими странами, при котором все стороны останутся в выигрыше. Сейчас же каждое государство старается самостоятельно решать свои проблемы.

Так, по данным Евразийского банка развития (ЕАБР), потери ВВП стран объединения от действия внешних факторов в 2020 году году могут быть около 2%. При этом каждый месяц карантинных мер обходится странам ЕАЭС падением ВВП в размере от 1,5% до 3%. В целом общий ВВП государств ЕАЭС по итогам года снизится на 2,2%. Текущий кризис стал уникальным: он был вызван фактором, который не смогли предугадать экономисты или чиновники. Так что, какова роль вируса COVID-19 в экономических бедствиях, еще предстоит изучить.

Но вызовы всегда неожиданные. Вирус никого не предупредил, что он придет в нашу жизнь. Тут уже государственные мужи каждой страны ЕАЭС должны были ориентироваться в ситуации оперативно и принимать решения… Согласитесь?

Евразийская экономическая комиссия (ЕЭК) довольно быстро начала принимать меры по ликвидации кризиса и борьбе с эпидемией на союзном уровне. Например, в целях предоставления возможности поиска работы без выезда с места проживания в настоящее время создается Евразийская электронная биржа труда. В плане формирования общего рынка труда есть прецеденты из мира спорта. Например, футболисты из стран ЕАЭС с июля 2020 года не считаются легионерами во всероссийских соревнованиях на территории России (а также баскетболисты, волейболисты, регбисты и представители хоккея на траве). Некоторые казахстанские тренеры в этом видят позитив, говоря о том, что это даст толчок в развитии спортсменов, которым будет проще конкурировать с местными игроками. То есть лимит на легионеров стал напоминать схему, которая работает в Европе. Там чаще всего лимит действует на игроков не из ЕС. В Казахстане еще в ноябре прошлого года членами исполкома Казахстанской федерации футбола было принято решение об отмене статуса «не воспитанника казахстанского футбола» для игроков, являющихся гражданами стран, входящих в ЕАЭС.

На Ваш взгляд, после пандемии сохранится ли ЕАЭС?

Конечно, программы и планы развития ЕАЭС подверглись влиянию пандемии. Но интеграционные проекты, как правило, являются долгосрочными. Борьба с коронавирусом рано или поздно увенчается успехом. Поэтому усилия стран союза сейчас направлены на сохранение существующей базы во взаимной торговле и наращивание ее оборотов.

Мы видим, что в условиях борьбы с коронавирусом страны ЕАЭС продолжают контакты в режиме онлайн на различных уровнях с хорошей динамикой, тем более что сейчас требуются быстрые и эффективные решения.

Страны ЕАЭС уверены, что после кризиса, вызванного пандемией, и соответствующих условий неопределенности дальнейшее объединение интеграционных усилий приобретет особую значимость.

На мой взгляд, в связи с пандемией COVID-19 объединению необходимо как можно оперативнее выработать новые критерии и стратегии существования в новых условиях жизни.

Кульпаш Конырова


Подпишитесь на наш канал Telegram!