/img/tv1.svg
RU KZ
В Алматы состоялась премьера спектакля «Иранская конференция» по пьесе Ивана Вырыпаева

В Алматы состоялась премьера спектакля «Иранская конференция» по пьесе Ивана Вырыпаева

Как поясняет режиссер Вероника Насальская, персонажи пьесы – это сложные, требующие эволюции образы.

08:00 05 Декабрь 2019 15048

В Алматы состоялась премьера спектакля «Иранская конференция» по пьесе Ивана Вырыпаева

Автор:

Ольга Власенко

Фото: Елена Петрова

Это прекрасный и сложный материал, который смогли донести до нашей публики актеры Кубанычбек Адылов, Дмитрий Хольцманн, Вячеслав Евстафьев и Вероника Насальская. Спектакль идет 2,5 часа, без антракта и, можно сказать, на одном дыхании. Минималистические декорации призваны подчеркнуть главное – то, что происходит в головах зрителей. Если, по мысли Фридриха Ницше, трагедия рождается из музыки, то в «Иранской конференции» действие рождается из мысли.

На сцене мы видим разных людей и разные точки зрения, некоторые из них кажутся диаметрально противоположными. Но все имеют право на существование и заставляют не только задуматься, но встать на позицию другого. В них есть самое важное, чего не хватает современному человеку, несущемуся сквозь поток меняющейся информации: возможность остановиться, чтобы думать и чувствовать. Право человека на информацию оборачивается утратой знания и манипулятивным бесправием.

Придуманные Вырыпаевым герои – европейцы, люди Запада, размышляющие о Востоке, очень широком понятии, выросшем из западного противопоставляющего взгляда. Европоцентризм и ориентализм живы до сих пор и не ушли со сцены. Мюнхгаузену по-прежнему сложно вытащить себя за волосы. Но в конце действия появляется просветленная иранская поэтесса, звучат стихи и музыка. Этот образ обращен к нашему эмоциональному интеллекту. Ведь всегда есть что-то большее – мечта, идеал, идея. К чему мы можем и должны быть устремлены, и то, что нас неизменно объединяет. Когнитивный диссонанс – беспокойное, но ценное состояние души, обозначающее ситуацию выбора. И очень важно понимать то, как мы из него выходим и какие задачи перед собой ставим.

Остается поздравить театр БАТА с премьерой на новой сцене. И поблагодарить за предоставленную возможность пережить интеллектуальные эмоции.

Вероника Насальская ответила на вопросы inbusiness.kz.

– Пьеса Вырыпаева увидела свет два года назад. Как пришла идея ее поставить и в чем ее актуальность сегодня?

– Она стала даже актуальнее. Вероятность падения бомбы на Иран возросла за это время. У нас как-то мало принято интересоваться новостями из жизни дальнего зарубежья. Я до столкновения с этим материалом глубоко не вникала в тему ближневосточного конфликта. Когда начали репетировать, ситуация сделалась более острой и резонансной. Иран и США находятся на грани войны.

Но выбор пьесы не продиктован политическим контекстом. Он обусловлен творческим поиском театра БАТА – вопросами не столько социально-политического, сколько духовного, мировоззренческого характера. Был большой риск – это текст, который звучит без перерыва два с половиной часа. Мы решили, что в нем не будет никакого визуального сопровождения, фонограммы, световых эффектов и декораций. Хотя все это имело место в предыдущих постановках этой пьесы – в постановке самого Вырыпаева на английском языке в Польше, или Рыжакова в Театре наций, или в спектакле Театра Евгения Миронова. Во всех постановках, которые я знаю, в основном имитируется конференция с микрофонами и кафедрами. Чаще всего с LED-экранами с большой проекцией лиц выступающих. Мы рискнули обойтись без всего этого и использовали условный прием, когда десять персонажей пьесы играют всего четыре артиста. Актеры перевоплощаются в разных персонажей – прямо на глазах зрителей один человек меняется и становится другим. Это больше всего я люблю в нашем театре. Хотелось обозначить зону артиста между ролями. С премьеры работа над спектаклем только начинается. Я благодарю Ивана Вырыпаева за эту возможность. Я сегодня очередной раз влюбилась в этот текст.

– В чем еще заключается Ваша редакция пьесы? Насколько она согласована с автором и находитесь ли Вы с ним в диалоге?

– Постановка стала возможностью познакомиться с ним лично. У нас есть общие профессиональные бэкграунды. Один из его учителей, Александр Семенович Кокорин, сотрудничал с театром «ARTиШОК». Его я могу причислить к числу и моих учителей. Я всегда наблюдала за творчеством Ивана, и когда мы в Сети увидели фрагменты пьесы, то решили, что это то, что нам нужно. Мы связались с автором. На сегодняшний момент это первая постановка пьесы в Центральной Азии. Иван сказал такие слова: «Я надеюсь, что эта пьеса поможет изменить нам что-то в самих себе». Делая этот спектакль, ты сам сильно меняешься внутри. Трансформация – то, что сейчас происходит с нами. Мы надеемся пересечься на ближайшем фестивале с Вырыпаевым, чтобы он посмотрел нашу работу.

– Что именно поменялось в вас?

– У всех по-разному. Хотя для некоторых из нас вначале она выглядела далеким мировоззрением, но в процессе репетиции произошли изменения во взглядах и трактовках. Одно дело просто соглашаться, но находиться на берегу реки. Другое – войти в реку. Нам пришлось поменяться личностно и дорасти до интеллектуального уровня героев. До их духовного, культурного опыта. В данной пьесе невозможно просто сыграть, нужно дотянуться личностно самому. Мы усваивали большое количество информации, разные взгляды разных людей. Чтобы сделать все это максимально своим, нам пришлось очень гибко подойти к исследованию того, что же за взгляды, ценности у наших героев.

– Насколько герои, их взгляды и ситуации выдуманы автором, а насколько они документальны?

– Насколько я могу судить, автор собрал и выносил образы своих персонажей. Вектор некоторых из них уже был задан в других его произведениях. Например, персонаж, похожий на жену премьер-министра Эмму Шмид, появлялся у него в пьесе «Сахар». Какие-то из них вырастают из его личной жизни. Так, одну из пьес он посвятил своему другу, покончившему жизнь самоубийством. В спектакле есть аллюзия на него. Один из героев очень сильно похож на самого Вырыпаева, поэтому мы сделали его похожим и внешне. Какие-то образы автобиографичны, а какие-то вымышлены. В пьесе сочетаются элементы документальности, личного опыта и художественного воспроизведения. Это одна из самых зрелых пьес Ивана Вырыпаева.

Ольга Власенко

https://inbusiness.kz/ru/images/original/16/images/kSdg3XdA.jpg https://inbusiness.kz/ru/images/original/16/images/dxgdggP1.jpg https://inbusiness.kz/ru/images/original/16/images/Gn0PTiYD.jpg https://inbusiness.kz/ru/images/original/16/images/p65TabSE.jpg https://inbusiness.kz/ru/images/original/16/images/jb5JYCqn.jpg

Музей им. А. Кастеева открывает свои двери

15 сентября в Алматы возобновят работу музеи, что даст возможность жителям южной столицы познакомиться с шедеврами Музея им. А. Кастеева. В честь этого редакция inbusiness.kz подготовила список работ, обязательных к просмотру.

15 Сентябрь 2020 10:43 1399

Начиная с 1935 года  Государственный музей искусств им. А. Кастеева Республики Казахстан был и остается главным художественным центром страны. К богатой коллекции центральноазиатских художников и культурных артефактов в разные годы присоединялись и зарубежные гении. Так, в 2016-м в Алматы была привезена выставка самого дорогого художника в мире – Дэмьена Херста, а в рамках французской выставки 2012 года в стенах музея можно было увидеть Ренуара, Матисса, Родена, а также оригинальные платья Christian Dior и гобелен Людовика XIV. Сегодня временных экспозиций в музее нет, но улучшение эпидемиологической ситуации позволило открыться дверям музея вновь. Гости и жители южной столицы получили возможность познакомиться или  повторно взглянуть на богатый картинный фонд заведения. Пока кинотеатры закрыты, можно вернуться к надвигающимся картинкам.

1. «Море», И. Айвазовский, 1881

Иван Константинович – известнейший пейзажист России. Его картины настолько магнитизируют, что их часто пытаются выкрасить, последний знаменитый инцидент произошел в 2015 году, когда неизвестный вынес работу «Море у острова Капри».  Вскоре работа нашлась, но имя Айвазовского снова разбежалось по заголовкам СМИ.

Пропустить его массивное полотно в Алматы – кощунство. Ведь именно работы Айвазовского оживают воочию.  Его способность передать силу моря сравнима с британским художником Уильямом Тернером, а больше эквивалентного сравнения  во всем мире нет.

2. «Турксиб», А. Кастеев, 1969

Один из первых залов музея, естественно, посвящен творчеству Абылхана Кастеева.  Выдающийся казахстанский художник был основоположником традиций академического изобразительного искусства в стране. Его работы отражали социалистический дух времени, но в них находилось место этнике.

Колоссальная работа «Турксиб» из позднего творчества Кастеева передает идеалистические представления о будущем. Подобно импрессионистам, которые также обращались к теме поезда в качестве иллюстрации прогресса, казахстанский художник запечатлел смену эпох, которую несут новые технологии.  Он сопоставляет медленный темп прошлого и неостановимое движение будущего.

3. «Автопортрет», Г. Исмаилова, 1960-е

Одним из самых ярких авторов 1960-х в Казахстане была сильная женщина – Исмаилова Гульфайрус Мансуровна. Ее искусство отражает идею того, что талант не знает границ и гендерных предрассудков. Несмотря на то, что в музее представлено много ее работ, включая самую известную «Портрет Куляш Байсеитовой в роли Кыз-Жибек», хочется отметить именно автопортрет автора. Все художники особенно трепетно подходили к изображению себя, увековечивая их оценку своей личности. Данный автопортрет говорит о смелости, гордости и вызове миру, читаемом в гипнотизирующем взгляде Исмаиловой.  Стоит отметить, что именно глаза являются ключевым элементом для декодирования портеров. Прямой взор, устремленный на зрителя, исторически передает уверенность, свойственную всем великим авторам.

4. «Сталактитовый пра-пра-пра из цикла «Память предпрошлого», С. Гумаров, 1986

Говоря о современном искусстве Казахстана, нельзя умолчать о Сакене Гумарове. Он стал одним из первых абстракционистов Казахстана,  отказавшихся от простых форм и академического подхода. В его работах прослеживается влияние Кандинского и Гумилёва, которых он мог видеть, обучаясь живописи в Ленинграде. Однако он сохраняет этнические темы и орнаменты, тем самым не став последователем советских стилей. Помимо этого, он является заслуженным театральным режиссером и журналистом Казахстана.

5. «Джеки Кеннеди», Э. Уорхол, 1966

Отца поп-арта Энди Уорхола обожают за его вклад в современное искусство или ненавидят за его коммерциализацию, но его знает каждый второй. Уорхол известен своими яркими принтами, повторяющимися снимками и созданием работ подобно заводу, никакой ручной работы. Он сделал искусство понятным для всех, а также адаптировал рекламные и маркетинговые законы на продажу предметов искусства.

Данный снимок самой известной первой леди США – Жаклин Кеннеди – появился в музее им. А. Кастеева, благодаря Нурлану Смагулову, который является одним из самых крупных коллекционеров в стране.

Асель Тиес


Подпишитесь на наш канал Telegram!

Как оцифровывали Вознесенский собор

Культурное наследие каждого казахстанца теперь в 3D.

13 Август 2020 10:48 8982

Вознесенский кафедральный собор г. Алматы запустил виртуальный тур по отреставрированному собору. Реставрация завершилась в карантинный период, и виртуальное путешествие по храму стало подарком для всех поклонников культурно-исторического и духовного памятника казахстанской архитектуры. Посетить тур можно по ссылке.

Запуск приурочен к памятной дате – официальному открытию храма. 12 августа (30 июля по старому стилю) 1907 г. епископ Туркестанский и Ташкентский Димитрий (Абашидзе) совершил торжественное освящение новопостроенного Вознесенского собора.

О том, как зародился и был осуществлен проект, журналистам inbusiness.kz рассказывает протоиерей Александр Суворов, ключарь Вознесенского собора в Алматы.

В чем была главная идея создания виртуального тура по Вознесенскому собору?

Виртуальный тур по собору – идея митрополита Астанайского и Казахстанского Александра. Подобный проект был изначально реализован в Успенском соборе города Нур-Султана. Также на реализацию тура по Вознесенскому собору в Алматы повлиял режим карантина. Не прошло двух месяцев, как мы разобрали последние леса там, где иконописцы завершали роспись, вновь объявили режим карантина. Мы знали, что людям интересно посмотреть, каким стал собор, но сложнее будет его посетить. Решением стал виртуальный тур по Вознесенскому собору.

Как реализовывался проект?

Реализация подобного проекта всегда достаточно дорогостоящая, и, поскольку мы знаем, что в храмах доходов сейчас практически нет, так как церкви функционируют в ограниченном режиме без прихожан, надо было найти специалистов, которые согласятся выполнить такую работу в качестве волонтерско-меценатской поддержки. На своих страницах в соцсетях я разместил призыв, на него отозвался Дмитрий Ананьев, панорамный фотограф с большим опытом создания виртуальных туров. У него есть своя платформа fotosfera.kz. Этот акт доброй воли фотографа превратился в прекрасную работу. Ему помогал фотограф епархии Антон Резник, он пилотировал квадрокоптер.

Какие особенности проекта хотелось бы отметить, на Ваш взгляд?

Концепция, которую разработал Дмитрий, прекрасна. Считаю, что на сегодняшний момент наш тур в Казахстане лучший. Люди могут со своих домашних компьютеров, планшетов и телефонов увидеть собор во всем великолепии. Особенность проекта – каждый может зайти в алтарь. Посмотреть, как расположен престол, жертвенник. Для нас это был вопрос принципиальный. Нам нечего скрывать, и каждый православный христианин, а также всякий человек, интересующийся культурным и духовным наследием, должен знать, как устроен храм. Есть возможность выхода на колокольню через верхний клирос, на крышу, возможность облета собора на квадрокоптере. Можно увидеть, как все выглядит, с высоты птичьего полета.

Какая культурно-историческая ценность заложена в данный проект?

Собор в мельчайших деталях могут увидеть из любой точки мира. Само здание собора уникально с точки зрения архитектуры и с точки зрения инженерной мысли. Проект будет интересен исследователям, иконописцам, историкам. Например, представители других иконописных мастерских всегда интересуются направлением работы друг друга. Уникальность для исследователей в том, что через какое-то время можно наблюдать новую роспись или иные изменения в интерьере храма. У зрителей останется в памяти, как была выполнена реставрация. Сама реставрация особенна тем, что это не простое восстановление утраченного, а и реализация планов, которые Андрею Павловичу Зенкову и его коллегам в первой половине ХХ века не удалось полностью воплотить. На момент освящения, в 1907 году, к примеру, собор не был оштукатурен ни с наружи, ни изнутри. В нем был только иконостас. По строительным нормам того времени его роспись планировалась через 10 лет, с весны 1917 года, однако после Февральской революции ни о какой росписи речи быть уже не могло.

Известно ли Вам, будет ли продолжение проекта по другим казахстанским православным храмам?

Было бы хорошо, если появится некий единый концепт и каждый храм хотя бы города Алматы, а здесь есть очень красивые храмы, получил такой виртуальный тур. Никольский собор в Алматы был ранее кафедральным храмом, Казанский храм – старейший в городе, другие храмы, красивейший храм Петра и Павла. В едином концепте это было бы очень интересно. Возможно, такую инициативу поддержат, к примеру, и мечети нашего города.

Когда люди узнают подробности реставрации Вознесенского храма посредством виртуального тура и в силу того, что в настоящее время из-за ограничений по карантину быстрыми темпами развивается внутренний туризм, не опасаетесь ли Вы, что в храм хлынет волна туристов?

Туристический поток в храм был всегда. И до карантина, и в тот короткий период с прошлого года, когда реставрация еще не была завершена, мы еще расписывали приделы, был туристический поток. Мы никогда не препятствовали туристам. Потому что храм – это достижение каждого казахстанца, вне зависимости от его национальности, вне зависимости от его отношения к вере. Это то, что нам передано в наследство отцами и чем мы по праву можем гордиться. Единственное ограничение – по фото и видеосъемке во время богослужений, чтобы не смущать молящихся верующих. Вне богослужебного времени собор полностью открыт для доступа туристов. Мы всем только рады.

Об опыте работы создания виртуального тура Вознесенского собора также рассказал Дмитрий Ананьев, панорамный фотограф. Дмитрий занимается панорамной фотографией 11 лет и имеет опыт создания разных виртуальных туров и креативных концепций, контента для туров.

Почему Вы откликнулись, как долго занимались разработкой проекта и чем проект примечателен для Вас?

Визуально собор очень красивый объект, он меня всегда интересовал. Ранее я снимал панораму собора в прежнем дизайне. В культурно-историческом смысле это очень интересный памятник. Я люблю исторические объекты, их эстетику. Нахожу очень много информационной емкости в том пространстве, в котором фотографирую. Собор в текущем его состоянии после реконструкции наполнен красивыми образами, фресками, иконами, интересным освещением, сложным сочетанием красок и визуальных образов, которые мне как фотографу очень интересны. Во мне это пробуждает желание сразу тянуться к фотокамере и запечатлевать ту красоту, которую я вижу.

Расскажите немного о технических тонкостях проекта.

Фотографии объектов Вознесенского собора делал я. В общей сложности было отснято около тысячи снимков. Из этих фотографий были созданы двадцать две сферических панорамы (360х180) в высоком разрешении, которые составили основу виртуального тура.

Будете ли Вы и дальше принимать участие в этом проекте?

Мне, безусловно, хотелось бы и дальше заниматься этим проектом, потому что в том виде, как тур создан сейчас, это фундамент, основание для того, чтобы строить виртуальный тур более сложный, насыщенный и интересный. Его можно детализировать до бесконечности. Программные алгоритмы позволяют загружать ту информацию, к которой обращаются пользователи. Это означает, что виртуальный тур может быть очень крупным и не вызовет никаких проблем с клиентской серверной базой. Можно будет спокойно путешествовать по собору через компьютер, планшет или телефон.

Что бы Вы хотели сказать потенциальным или реальным посетителям Вашего виртуального тура по Вознесенскому собору?

Я бы пожелал посетителям тура попытаться прочувствовать атмосферу этого удивительного места. Понять, насколько это сооружение старинное, насколько оно необычное. В виртуальном туре видны некоторые архитектурные особенности. Я сам провожу за этим виртуальным туром много времени и продолжаю открывать в нем новые подробности, несмотря на то, что знаю множество его подробностей в деталях. И я продолжаю находить для себя в этом виртуальном туре что-то новое.

Сколько времени займет у обычного посетителя прохождение всего виртуального тура?

Это зависит от стиля и способа потребления информации конкретным посетителем тура. Виртуальный тур – это особый контент, который отличается от видеоконтента или от просмотра каких-то фотографий. Мы можем сосредоточиться на точке интереса и рассматривать какие-то вещи так долго, как нам это нужно. По опыту я знаю, что виртуальный тур можно рассматривать часами. В зависимости от того, сколько у вас времени и желания. В целом ознакомиться с туром можно не быстрее, чем минут за двадцать.

Виртуальный тур по Вознесенскому собору – долгосрочный проект. Впоследствии по мере возникновения новых технических возможностей планируется расширять его информационную часть. Например, добавлением колокольного звона, созданием для каждой иконы QR-кода с краткой информацией, молитвой, историей того или иного образа. Добавится перевод на государственный язык, английский язык и другие.

Айнур Омиралина


Подпишитесь на наш канал Telegram!