RU KZ
«Новая пенсионная реформа: главное, чтобы история не повторилась»

«Новая пенсионная реформа: главное, чтобы история не повторилась»

12:27 24 Февраль 2021 7862

«Новая пенсионная реформа: главное, чтобы история не повторилась»

Автор:

Елена Тумашова

Что такое современный брокерский бизнес, что произошло с GameStop и возможен ли «пузырь» в Казахстане, почему казахстанский инвестор сейчас в шоколаде.

«Брокерский бизнес изменился очень сильно, особенно за последние пять лет. К чему пришли, в том числе с точки зрения IT? Каков образ казахстанского современного – не любого – брокера?» – такие вопросы заместитель председателя правления Казахстанской фондовой биржи Андрей Цалюк адресовал гостю KASE Talks, председателю правления АО Jýsan Invest Нурдаулету Айдосову.

Нурдаулет Айдосов: «Безусловно, то, как обстояли дела в брокерском бизнесе десять, пять лет назад и сейчас, – это небо и земля. Если говорить о массовом сегменте, то цифровизация коснулась в первую очередь входа (на рынок для розничных инвесторов. – Ред.). Раньше процедура открытия счета была сложной, сейчас – нет и делается онлайн. Для этого используются разные технологии – ЭЦП в первую очередь, до пандемии не у многих была электронная цифровая подпись, сейчас ее можно получить из дома, также биометрия.

Почему такие технологии необходимы? Наше законодательство противодействует мошенничеству, фроду при открытии счета и поэтому требует подтверждения, что счет открыт самим человеком, не третьим лицом. Но в то же время если сравнивать брокерский бизнес с банковским, то у нас мошенничества при открытии счета не то что не бывает, просто смысла в нем нет. Предположим, кто-то за меня открыл счет у брокера. Но, пока он на него не положит деньги, ничего не произойдет.

Второй эффект цифровизации заключается в том, что все, и брокеры в том числе, перешли на смартфоны. Где-то еще предлагаются десктоп-версии, но мобильные платформы стали самыми актуальными. Раньше говорили, что купить или продать ценные бумаги можно в один клик, теперь – в одно касание.

Третий момент – это система авторизации. Сейчас мы перешли на СМС-подтверждение, раньше это делалось через ЭЦП, но эта технология очень старая, в мире она уже устарела. Биометрия – это самое актуальное, СМС – тоже. Мы регистрируем телефон на себя, он с нами, это более надежно, чем использование ЭЦП, потому что с ЭЦП никогда не понятно, кто на другом конце, сам ли владелец подписи.

Резюме: основные вещи, которые мы получили за счет глобальной цифровизации, – это удобный вход, удобное пользование, удобная торговля».

Станет ли розничных инвесторов больше?

Андрей Цалюк: «Количество счетов на 1 января составило порядка 130 тыс., за прошлый год появилось 17 тыс. новых счетов. Мнения о потенциале розничного инвестирования в Казахстане разделились. Одни говорят, что после двух этапов «Народного IPO», которое увеличило количество счетов с 9 тыс. практически до 100 тыс., возможности роста исчерпаны, а другие считают, что количество счетов можно удвоить даже в том году. Какие факторы, на Ваш взгляд, способны ускорить темпы роста розничной базы?»

Нурдаулет Айдосов: «130 тыс. счетов – это немного меньше 2% трудоспособного населения страны. Экономика Казахстана в десять раз меньше экономики России, но точка старта у нас была примерно одинаковая – мы все выходцы из одной страны, где фондового рынка не было. Если сопоставить наши данные со статистикой России, где количество розничных инвесторов достигло уже, наверное, 10%, то еще 750 тыс. счетов у нас – это реальная возможность для роста рынка.

Еще один момент, на который я хотел бы обратить внимание, – это то, что поколение Z уже работает. У людей этого возраста (они родились в период с 1997 по 2012 год. – Ред.) уже есть сбережения, некоторые получили их по наследству, некоторые заработали. И им интересны альтернативные источники дохода. Таких людей много, и они получат самый хороший продукт – и вход идеальный, и платформы есть, и информация доступна. То есть полная независимость с точки зрения IT.

Конечно, 750 тыс. новых счетов звучит оптимистично, но сколько лет займет их появление? Думаю, к этой цифре мы будем идти в перспективе пяти лет, а в этом году рынок, возможно, удвоится».

Андрей Цалюк: «За счет чего? Вы думаете, он сам по себе будет расти?»

Нурдаулет Айдосов: «Думаю, что продукты уже стали интересные, брокеры предлагают доступ на международный рынок. Есть хайп с ретейл-клиентами во всем мире. История про «хомячков», про GameStop – наглядное доказательство (в январе пользователи сети Reddit стали скупать акции этой сети магазинов, работающей в «умирающем» формате, и таким образом существенно подняли их в цене. – Ред.). Думаю, поможет и то, что президент объявил по «Народному IPO», больше инструментов появится (в конце января глава государства указал, что следует возобновить эту программу и предлагать акции в первую очередь розничным инвесторам. – Ред.).

И я вижу, как эволюционируют биржи. Раньше они были «закрыты» внутри страны, ограничивались только [«внутренними»] инструментами или зарегистрированными компаниями, но по примеру той же Московской и Санкт-Петербургской бирж мы видим, что биржи теперь не привязываются к локации, они становятся площадками, предоставляющими возможности. На KASE, например, появилось большое количество бумаг. На Лондонской бирже вообще весь мир торгует, не только Великобритания, Нью-Йорк – там все стремятся делать IPO, находясь в разных локациях.

И, кроме того, в Казахстане есть налоговые послабления для розничных инвесторов на фондовом рынке. Регулятор также сейчас делает хороший стимул по налогообложению по ПИФам. Соответственно, думаю, ретейл-инвесторы появятся».

Пенсионные – в руках брокеров

Андрей Цалюк: «Как вы оцениваете потенциал вывода на рынок пенсионных денег в той форме, в которой сейчас это планируется делать (условия передачи пенсионных «излишков» в доверительное управление управляющим компаниям недавно презентовали в АРРФР. – Ред.)? Это ускорит процессы, привлечет инвесторов на рынок?»

Нурдаулет Айдосов: «Да, однозначно. Думаю, многие начали осознавать, что пенсионные деньги – это деньги граждан. Мы как будто чуть-чуть забыли об этом. Думаю, переводя деньги из ЕНПФ управляющему, люди будут думать, а что это за компания, что она предлагает, есть ли у нее компетенция, а какие еще продукты есть, а почему бы мне добровольные взносы не перевести брокеру и дополнительно не зарабатывать.

Скорее всего, то, как это будет работать, будет зависеть от тех брокеров, которые возьмут мандат на управление пенсионными активами, и от того, в какие инструменты они будут вкладывать. До 2013 года (до объединения пенсионных накоплений в едином фонде. – Ред.) пенсионные фонды выступали в роли крупных инвесторов, поставщиков ликвидности на рынок. Будет ли сейчас так же – покажет время. Каждый брокер, наверное, представит свою стратегию. Главное, чтобы история не повторилась и все брокеры осознанно относились к пенсионным деньгам в процессе управления.

Думаю, новая пенсионная реформа какой-то эффект на рынок окажет, хотя и не такой, как предыдущая, но все в руках брокеров. Не надо решать проблемы ликвидности пенсионными деньгами, это деньги граждан, их нужно сохранить и приумножить».

«Пузырь»: есть ли он на самом деле?

Андрей Цалюк: «Есть мнение, что сейчас на мировом фондовом рынке надут большой «пузырь». Сначала его дули на огромных вливаниях государственной финансовой помощи (растущий казахстанский рынок тоже ощутил это влияние). Потом пандемия привела на рынок множество инвесторов: у людей появилось время, некоторые оказались без работы, есть сбережения, наконец-то можно инвестировать, а тут – цифровизация, технологии, все здорово. Прежние инвесторы увеличили объемы инвестиций. Столько американских денег у брокеров не было вообще никогда. И последнее «приключение» – GameStop, «хомячья революция», когда розничные инвесторы вдруг обиделись на хедж-фонды и стали поднимать до небес бумаги, которые этого совершенно не стоят, – это еще один элемент «пузыря». И вот розница формирует на рынке новый мир. Когда-то все должно кончиться. Что делать? Верите ли Вы в апокалипсис, например, в 2022 году – жесткое падение, коррекция на 30% по «Доу Джонсу»? Есть ли для этого веские основания?»

Нурдаулет Айдосов: «Действительно, появилось два лагеря – те, кто думает, что это «пузырь», и те, кто думает, что все нормально и рост будет продолжаться. Мы анализируем и пристально смотрим, «пузырь» это или нет.

Если говорить по текущим ценам, то США практически «задают» температуру фондового рынка. При нулевых ставках переоценка происходит просто технически, что для профессиональных управляющих является показателем.

Кроме того, появилась иррациональная торговля. Очень много физических лиц торгует, покупает, они могут разгонять бумаги. Конечно, не так, как сделали с GameStop, и там не так много «физиков» принимало участие, это была отдельная группа инвесторов. Но тем не менее.

В США сейчас прогнозируется инфляция. Байден и в предвыборной риторике говорил о введении налогов, а это дополнительно разгонит инфляцию. По законам макроэкономики в этом случае доллар начнет дешеветь, его привлекательность упадет. Что делать? Скорее всего, поднимут ставку ФРС. И тогда мы опять получим ситуацию, как в 2018 году – переток из акций в облигации и в доллары, что приведет к ревальвации американской валюты.

Соответственно, я ожидаю просадку фондового рынка, но нужно наблюдать за инфляцией в США, за введением дополнительных налогов, которые Трамп в свое время убрал. От этого все будет зависеть.

Противовес этому – Китай, китайская экономика. Тарифные войны немного отошли на второй план, но все же они идут.

Думаю, будет коррекция, но не апокалипсис. Апокалипсис – это когда света не станет. А тут – коррекция. Кто-то будет пытаться нащупать дно, все по-разному будут себя вести. Главное – чтобы брокеры успели отреагировать, чтобы информация была и чтобы инвесторы, которые иррационально торгуют, тоже осознали, что происходит.

Реальность сейчас совершенно другая. Появилось много непрофессиональных инвесторов, которые торгуют по разным убеждениям. И даже те алгоритмы, которые были разработаны финансовыми математиками и используются брокерами, начинают ломаться. Роботы существуют не очень долго, потому что на любого финансового математика находится другой финансовый математик и создает новый робот, конфликтующий с прежним. А тут еще рынок, двигающийся хаотично, не по правилам разработчика этого робота. Поэтому мы получаем странный трейдинг, переставление у некоторых брокеров лимитов, таких как stop loss и take profit, и вдобавок новый кластер ретейл-клиентов, которые могут «сносить» очень много чего и готовы поддерживать бумагу, в которую верят».

Возможно ли такое в Казахстане?

Андрей Цалюк: «Меня всегда смущало, что какая-нибудь относительно не большая по рыночной капитализации компания может превзойти General Motors или какого-нибудь производителя стали – большой черный дымящийся комбинат (это же очень дорого). Никогда не мог этого понять, а здесь, с GameStop, произошло фактически организованное манипулирование рынком. Вы уже отметили, что рыночный мир сильно изменился. Мне кажется, регуляторы сейчас, когда в манипулировании участвует несколько тысяч инвесторов, по большому счету не знают, что делать. Как Вы думаете, в Казахстане такое возможно – можно ли «надуть», например, «КазТрансОйл» или «Казатомпром»?»

Нурдаулет Айдосов: «Возвращаясь к примеру, где некоторые компании становятся больше гигантов. Сейчас всем выгодно заявлять, что они финтех, потому в этом случае рыночный мультипликатор совсем другой. Нынешняя эра – технологическая, нужно себя привязывать к технологиям. Когда ты говоришь, что производишь машины, в этом нет ничего нового. Поэтому возникает такая разница между технологичной Tesla и какой-нибудь «традиционной» маркой авто.

То же самое – в акциях. Все технологичное всегда идет с высокой переоценкой. Некоторые компании по сути являются банками, но заявляют, что они финтех. Необанки – это такие же банки, но у них мультипликатор гораздо выше, чем у традиционных банков. Хотя все хранят деньги в традиционных банках, а в необанки заводят деньги только для того, чтобы совершать транзакции, потому что там это делать удобнее. А когда нужна надежность – идут в традиционные банки.

Теперь что касается возможности надувания в Казахстане «пузыря». Разберем GameStop и станет понятно про Казахстан. Маленькие компании можно разогнать в цене. Там очень низкая ликвидность, и можно покупать. Проще говоря, можно много купить за маленькую сумму и при этом бумагу разогнать. Что произошло с упомянутой компанией. Никто не смотрел на два момента. Первый – иррациональная торговля, эта компания никому не была интересна, она была обречена на падение котировок из-за того, что бизнес-формат перетек в другой вид, а там уже много конкуренции, и они не лидеры и не смогут ими стать. То есть это иррациональная покупка, покупателям было неважно, кто эмитент и зачем это фундаментально нужно.

Второй момент – были покупки с применением кредита, плеча. Инвесторы начали брать взаймы у брокеров и покупать, закладывать, брать взаймы у брокеров и покупать. Соответственно, сделали нехитрую пирамиду – разогнали бумагу. Юридически все правильно, финансово – неграмотно. Но когда все навалились и начали делать, получилось интересно.

То же самое по нашему фондовому рынку. Все зависит от ликвидности. Простой пример из моей жизни. Я работал в другой брокерской компании и тогда у меня клиентом был очень крутой американский трейдер. Ему был интересен Казахстан. Как-то он перечислил нам $200 тыс. и сказал купить акции такого-то банка. Я предупредил, что буду покупать неделю. Почему? Потому что если куплю разом на всю сумму, это задерет цену. И я реально покупал неделю, потихоньку, чтобы не разгонять бумагу. Это был крупный банк, $200 тыс. мне хватило, чтобы бумагу поднять на 1-2-3%, и то я делал это неделю. А представьте за $200 тыс. «подвинуть» Apple. Она даже не колыхнется, настолько там большая ликвидность. У нас из-за отсутствия ликвидности на рынке это возможно делать и, возможно, это и делают».

«Инвестор сейчас в шоколаде»

Андрей Цалюк: «Мне представляется, что это может сделать брокер за счет своей клиентской базы. Но чтобы инвесторы вот так сами объединились на сайте и начали покупать… Думаю, у нас нет такого количества розничных инвесторов, способных это сделать».

Нурдаулет Айдосов: «Я с Вами согласен. В истории с игровым магазином розничные инвесторы брали кредиты, и это произвело эффект, как будто их было много. Наши розничные инвесторы вряд ли получат кредиты от банков на покупку ценных бумаг. У нас такого нет. Но если появится, то мы не застрахованы (от подобного поведения инвесторов и повторения ситуации с какой-либо бумагой. – Ред.). Главное, чтобы генетическая память об этом событии сохранилась.

Уникальность нашего регулирования в том, что в первую очередь защищен инвестор, не брокер. Регулирование, которое было введено с 2006 по 2010 год, – все в защиту инвестора. Нет понятия банкротства брокера. Если с брокером что-то случится, с активами клиентов ничего не произойдет, потому что они хранятся обособленно, не входят в баланс брокера. Казахстанские ценные бумаги хранятся отдельно в центральном депозитарии, «дочке» Нацбанка, международные ценные бумаги – отдельно в международных депозитариях. Все записано на имя, ценные бумаги – это имущество, как недвижимость, авто и др.

В банке чем больше денег от клиентов, тем больше сам банк, и он этими деньгами пользуется. Это нормально, это принцип работы банка. Казахстанские брокеры в рамках казахстанского регулирования клиентскими деньгами не пользуются, мы помогаем делать транзакции и только зарабатываем брокерскую комиссию.

Все критикуют наше регулирование, а мне оно нравится – именно тем, насколько оно защищает инвесторов. Инвестор сейчас в шоколаде. За него брокер и маржинальный взнос вносит, и все делает, и активы его надежно хранятся, и отчуждение невозможно сделать. Конечно, брокеры могут контролировать (сделать что-то противоправное с активами клиентов. – Ред.), но есть уголовная, административная, материальная ответственность, думаю, в сознании никто на это не решится. Как и в банках, и в принципе везде».

Елена Тумашова


Подписывайтесь на Telegram-канал Atameken Business и первыми получайте актуальную информацию!